Влад Лей
Боевое Братство

Глава 1 Дезертиры

Пролог

Предисловие

Данная книга является самобытной историей о странствиях разнокалиберного и разношерстного отряда наемников в мире Норхарда (возможно знакомого вам по циклу "Северянин"). Но в этот раз я намерен показать читателю не только северную часть этого мира, а все, что тут есть. Кроме того в отличие от "Северянина" и "Викинга" этот мир более разнообразен. Здесь есть рыцари и короли, лорды и крестьяне, некроманты и жуткие монстры, старые боги и коварные маги....

Приятного чтения и интересного путешествия. Добро пожаловать в Норхард)

(иллюстрация Варвары Грин)

Пролог

Вольные баронства (бывшее королевство Рокат)

Гор успел отразить удар в последнюю секунду. Острый, как бритва, нож был нацелен ему в грудь, но встречный удар отвел стальное жало в сторону.

Будь это сражение один на один ‒ Гор не только отбил бы удар, но еще и перешел в контратаку, которая, скорее всего, закончилась бы гибелью противника.

Но сейчас был не бой один на один, Гор был в числе тех, кто вот уже полтора месяца безуспешно пытался взять замок Витар, принадлежащий барону Гроту. И сегодняшний штурм был не исключением – все, кто шел к стенам, были уверены – захватить замок не выйдет.

Так и получилось. Десяток Гора начал карабкаться по лестнице вверх, на стены и…там застрял. Противников было так много, что пробиться через их ряды было невозможно. Даже удержать тот участок стены, где сейчас сражался Гор, не получалось.

Вместе с Гором успели подняться всего пятеро бойцов и трое уже были мертвы. Двое оставшихся в живых пока еще держались, но…вряд ли их хватит надолго.

Именно в эту секунду Гор увидел, как на шлем одного из его воинов опустилась дубина. Боец застыл, лишь на мгновение опустив свой меч, и тут же в его живот вонзилось копье.

– Мрислав! – заорал Гор и бросился на помощь соратнику, но не успел – над головами врагов и союзников взметнулся топор, со свистом опустился вниз, перерубив Мриславу шею.

Гор попытался было добраться до увальня, который и убил Мрислава, но рядом вдруг раздался крик боли и отчаянья.

Гор повернул голову.

Еще один боец из его десятка лишился жизни – один из воинов барона Грота смог достать бедолагу – меч вошел под мышку, как раз туда, где не было никакой защиты.

Гор встретился глазами со своим умирающим соратником. Тот безотрывно глядел на командира, губы его шевелились, но Гор не мог разобрать слов в царящей вокруг вакханалии.

Жизнь покидала бойца – глаза его тускнели, взгляд застыл. Миг ‒ и только что живой человек вдруг исчез, оставив лишь свое израненное, остывающее тело.

Гор зарычал, резко развернулся и ударил мечом наотмашь.

Раздалось мерзкое бульканье и один из противников вдруг схватился за горло. Из-под пальцев его обильно шла кровь.

Гор увернулся от копья, которым его пытались достать, и сам, поднырнув под руку очередного врага, «выстрелил» мечом.

Он почувствовал, как острие, найдя слабину в броне противника, прошло дальше, вошло в живую плоть.

Провернув меч, расширяя и усугубляя рану, Гор рванул оружие на себя, освободив его.

А в следующий момент он получил пинок в живот. Причем пинок такой силы, что Гор не удержался и полетел со стены вниз…

Тут бы ему и конец, но именно в этой части замка стены были не особо высокими. Собственно, поэтому штурмовали тут.

А еще Гора спасло то, что упал он не на каменистую землю, а на чей-то труп.

Тем не менее, падение не прошло бесследно – из Гора выбило дух, он лежал, пытаясь вдохнуть или выдохнуть, удивляясь тому, почему вдруг разучился дышать.

Вполне возможно, что на некоторое время он и вовсе лишился сознания.

Во всяком случае когда он очнулся, когда зрение к нему вернулось, сражение на стене замка уже закончилось.

Гор не без труда перевернулся на живот, попытался подняться.

Сделать это оказалось неимоверно трудно – в груди жутко болело, каждый вдох был сродни пытке, конечности его не слушались, а тело и доспехи, как казалось, весили целую тонну.

В конце концов Гор скинул с себя кирасу и шлем, после чего смог стать на четвереньки, однако подняться в полный рост не получалось – земля размокла от снега, который начал идти еще вечером, превратившись в грязь, к тому же ее взбили ногами штурмующие замок бойцы.

Раздался протяжный звук горна. Это был сигнал к отступлению.

Гор не испытал ровным счетом никаких эмоций. Ни облегчения, ни отчаянья. Все случилось ровно так, как солдаты и говорили – очередной штурм закончился ничем.

Хотя, если взглянуть на множество трупов, лежащих у замковых стен, можно сказать, что результат был. Барон Табот, который и командовал осадой, здорово уменьшил свою армию…

Гор предпринял еще одну попытку подняться, но поскользнулся в грязи и вновь оказался на четвереньках.

Рядом послышался какой-то чавкающий звук и Гор, повернув голову, увидел приближающегося всадника.

Всадник?! Здесь? Откуда? Неужели Табот отправил кавалерию? Но зачем?

Несмотря на то, что разум Гора был все еще помутнен падением, он бросил взгляд на табард, надетый всадником поверх доспеха.

Желтого цвета, с зелеными львами – таких цветов и гербов нет у союзников, зато есть у соседей.

Гор смекнул, что сидящий за стенами своего замка барон Грота смог отправить гонца к союзнику и тот явился…

Меж тем всадник подъехал к Гору, остановил коня рядом с ним.

– Погляди сюда, чернь! – приказал всадник, подняв забрало шлема. – Хочу увидеть твою морду перед тем, как убью.

Гор с ненавистью поглядел на всадника. И до этого сомнений было, но теперь, после этих слов, произнесенных с таким пафосом и надменностью, стало окончательно понятно – какой-то дворянчик, мнящий себя великим воином, решил открыть счет, добивая раненых. А быть может, уже открыл.

Дворянчик, увидев выражение лица Гора, лишь усмехнулся.

– Можешь попытаться сбежать. Старый пьянчуга Табот уже протрубил отход, так что дам тебе фору – двадцать шагов.

Гор скосил взгляд на короткое копье, которое дворянчик держал в правой руке.

Ну да…конечно… Фора в двадцать шагов – это верх щедрости.

В нынешнем своем состоянии Гор не был уверен, что сможет просто их пройти, а уж бежать… Да и какой смысл? Боевой конь нагонит человека в пять прыжков и дальше дворянчик всадит копье в спину убегающему…

Гор стал на колени, откинул голову назад, прикрыв глаза, и раскинул руки, давая понять, что готов принять смерть.

– Трус! – в голосе дворянчика звучало и разочарование, и презрение. Наверняка он предвкушал погоню и убийство жертвы, не способной ничего ему противопоставить.

Конь, словно учуяв подвох, фыркнул, начал гарцевать на месте.

– Тпру-у-у! А ну стоять! – рявкнул дворянчик, заставляя своего скакуна успокоиться.

Когда конь вновь покорно стал, дворянчик удобнее перехватил копье и, замахнувшись, ударил им, целя в грудь Гора, но тот вдруг резко подался в сторону. Навершие копья ударило лишь воздух, а в следующую секунду Гор вцепился в древко и что было сил дернул его на себя.

Не ожидавший подобного от доходяги дворянчик вылетел из седла, с громким хлюпаньем упал в грязь.

Гор, даже не вставая, накинулся на него, придавил всем своим весом, а затем, изловчившись, вытянул из-за голенища короткий нож.

На лице дворянчика все еще было написано удивление, когда нож вошел ему в шею, чуть выше кольчужного воротника.

Дворянчик захрипел, на губах его появилась кровавая пена и он непонимающе уставился на Гора.

Несколько секунд, и он затих, Гор с облегчением перевернулся и рухнул спиной в грязь.

Пока Гор расправлялся с дворянчиком, проклятая лошадь, будто испугавшись, что ее ждет та же судьба, что и владельца, бросилась прочь.

Ну и ладно. Гор не был уверен, что сможет залезть в седло.

Все еще плохо соображая, он, опираясь на труп дворянчика, смог подняться.

Потоптавшись на месте, найдя взглядом огни лагеря, он поплелся в ту сторону.

Путь был нелегким. Идти чуть ли не по колено в грязи было тяжело, несколько раз Гор падал, весь изгваздавшись в грязи, кое-где и вовсе полз, так как просто не мог подняться.

Казалось, что путь его занял целую вечность, но вот вдруг он обнаружил, что всего в нескольких метрах от него высится палатка. Штопанное, некогда белое, а теперь замызганное до серости полотно колышется под ветром. Чуть дальше, за палаткой, виднеются костры.

Гор, шатаясь, направился туда…

Еще вчера у костров сидели, ели и грелись по дюжине воинов. Теперь же у слабо горящих костерков было человек по пять. Где-то чуть больше, где-то чуть меньше… А кое-где костер не зажегся вовсе – было некому.

Сколько же сегодня полегло людей?

Гор наконец-то добрался до места, где еще вчера ждал битвы его десяток. Сейчас у только-только разведенного огня сидело всего двое: вечно мрачный Бура – мужик лет сорока, плечистый и высокорослый, и старый, седой Аким, возраста которого никто не знал. Но все были уверены – он очень стар, ведь Аким – воин, который был в дружине сира Борса тогда, когда сам сир Борс был сопливым юнцом. Да чего там, Аким в свое время Гора учил владеть мечом и щитом, и уже тогда был сивым, как лунь.

Гор подошел ближе и с облегчением опустился на бревно. Он протянул замершие руки к огню, пытаясь хоть как-то их согреть.

– Это все? Только двое? – не глядя ни на кого и ни к кому конкретно не обращаясь, спросил Гор.

Вместо ответа раздался горестный вздох Акима.

– Братья Сигиры погибли, – сказал он. Голос его звучал как скрип старых деревьев ветреной осенью. – Всадники появились словно из ниоткуда, и прежде чем мы успели хоть что-то сделать…

Он вновь тяжело вздохнул.

– Дубину убили, – буркнул Бура, – стрела точно в глаз вошла…

– Мрислава и Губень на стене убили, – сказал Гор, глядя на огонь, – Кулича зарубили, когда поднимался по лестнице, Самику проломили череп камнем. А Ширима просто сбросили…

– Вот, считай, и нет больше дружины у сира Борса, – вздохнул Аким.

– Сира Борса тоже нет, – хмыкнул Бура, – видел, как его на стене зарубили. Раз ‒ и башка полетела…

– Уверен, что это он был? – Гор повернулся к Буре. – Что старик забыл на стене?

– Захотел нас воодушевить, – горько усмехнулся Бура,– решил, что если пойдет, мы победим.

– На старости лет совсем из ума выжил… – вздохнул Аким, – чего вообще было влезать в эту войну?

– Земель захотел, – ответил Бура.

– Своих, что ли, мало? Одна деревушка на всю округу, да и та теперь захиреет, – Аким горестно махнул рукой.

Гор промолчал.

Все было хуже, чем он ожидал. То, что их господин, сир Борс, сам полез в бой и погиб, было плохой новостью. Будь он жив, увидев, какие понесла потери его дружина, может и отказался бы продолжать осаду, а теперь… Теперь, скорее всего, их, переживших сегодняшнее побоище, бросят как мясо на следующий штурм…

– Думаю, нас теперь к баронской роте отправят, – заявил Бура. – Их тоже сегодня здорово потрепали…

– Да как можно? – возмутился Аким. – Мы ведь дружина лорда!

– Нет лорда – нет дружины, – хмыкнул Бура, – готов поспорить, благородные сейчас собачатся насчет того, кому земли сира Борса достанутся…

Костер наконец-то разгорелся, затрещали дрова, искорки прыгали над языками пламени.

Гор смог согреть руки – теперь тепло от костра было ощутимым. Хоть что-то хорошее – можно нагреться самому, просушить одежду. Тем более что с темного неба начал сыпаться снег. Пока что редкие снежинки опускались на траву и вытоптанную землю, но Гор не сомневался – зима скоро даст о себе знать…

Совсем рядом из темноты кто-то вынырнул, с размаха плюхнулся рядом с Гором на бревно.

– Фуф… Думал, не дойду!

– Артур! Живой! – обрадовался Аким. – А мы уж думали…

– Не дождетесь! – усмехнулся высокий и статный парень лет двадцати с небольшим.

Это был Артур Лэндаль – еще один боец их десятка. Меткий лучник, душа компании, повеса и бабник. Однако сейчас он выглядел смертельно уставшим, был потрепанным и взъерошенным, самим на себя не похожим.

– А остальные где? За харчами и дровами пошли? – спросил Артур, как и Гор, протягивая руки к костру.

– Это все, – ответил ему Бура.

– Как это «все»? – не понял Артур.

– Все, кто выжил, – пояснил Гор.

Артур, нахмурив брови, обвел товарищей взглядом, словно проверяя, не шутят ли они. А затем, осознав, что таким не шутят, шумно вздохнул и выругался.

– Мать его за ногу, Табота и этот вшивый клоповник Витар! На кой черт он нам вообще нужен?

Вопросы это были сугубо риторические и отвечать на них никто не спешил.

– А где сир Борса? – спросил Артур. – Он знает, сколько нас осталось?

– Знает, – хмыкнул Борса, – он ведь с остальными…

Артур уставился на Буру, глупо хлопая глазами. Наконец-то до него дошло.

– Сир Борса…того?

Бура лишь кивнул.

– Вот черт… – похоже, до Артура мгновенно дошло, что означает смерть их лорда, – и что делать будем?

– А что мы можем сделать? – спросил Бура.

– Ну… – Артур сообразил, что ляпнул глупость, и теперь пытался сформулировать мысль, – нас ведь в баронское мясо засунут…

Бура пожал плечами, мол, а чего сделаешь?

У костра вновь воцарилось молчание.

В лагере вообще стояла непривычная тишина. Обычно со всех сторон доносился гомон, покашливание, даже смех изредка, но сейчас стояла тишина.

Было настолько тихо, что все сидевшие у костра мгновенно услышали приближающиеся шаги.

Как один, они повернулись, то ли надеясь, что это кто-то из, как они считали, почивших товарищей, то ли Бура все-таки ошибся и к ним идет сир Борса.

Шаги все приближались, и вот из темноты вынырнула фигура.

Блестящие и чистые доспехи, спесивое выражение лица и презрительный взгляд.

Гор нисколько не сомневался, что заявился к ним очередной лорд. А их появление не сулит ничего хорошего…

– Где здесь десяток Борса? – спросил он, презрительно скривив губы.

Гор нехотя поднялся на ноги.

– Десятник Гор, ваша мило…

– Больше не десятник, – перебил его дворянин, – я – лорд Гирей ли Домброй. Ваш господин.

Вся четверка скривилась. Лорда Гирея ли Домброя все они отлично знали и помнили. Лет пять назад он повадился к дядюшке клянчить деньги. Тот давал, но затем решил пристроить племянника к делу. Сам уехал в соседнее баронство, а на хозяйстве оставил Гирея.

Так тот такого наворотил…

Короче, когда дядюшка вернулся, то за голову схватился. А обнаружив племянничка, пьяно храпящего на подворье в уделанных портках, погнал его взашей.

После этого лорд Гирей ли Домброй в деревне не появлялся и дядюшке не докучал.

Но вот поди ж ты – едва только сир Борса почил, как объявился, наследничек…

Судя по всему, Гирей понял по ехидным выражениям лиц, о чем думают его свежеиспеченные «вассалы», так как скривился, будто сожрал чего кислого, и заявил:

– Значит слушайте сюда, тупицы! Утром отправляетесь к воротам, доложитесь сотнику Дюту и будете воевать под его началом. Все ясно?

– К воротам? – нахмурился Бура. – Но там ведь стояли наемники ди Лимара…

– Больше не стоят, – бросил наследник и, полоснув четверку ненавидящим взглядом, развернулся и пошагал восвояси.

Когда он отошел, Гор сел на свое место.

– Кажется, нам очень повезло с новым господином, – зло усмехнулся Бура.

– Угу, – хмыкнул Аким, – скинул нас, как щенят…

– А что ему, самому в бой идти? – усмехнулся Гор. – Видели его чистые доспехи? Зачем же их марать?

– Да он просто нас со свету сжить хочет, – заявил Бура.

– М-да-а-а… – вздохнул Аким и покачал головой, – повезло так повезло! Если не подохнем под этим замком, чую, взвоем мы, как домой вернемся.

– Чего так? – насторожился Артур.

– Да лорд наш новый – пьянь подзаборная, – пояснил Бура, – не слыхал, что ли, историю, как он в пыли валялся и псы дворовые на него по нужде ходили?

– Как же, слыхал, – хмыкнул Артур.

– Ну вот, – вздохнул Бура, – и это он при живом дядя, сире Борсе, прими Триликий его в своих чертогах, так чудил. Что он теперь будет делать, когда дяди над ним нет?

– Пустит нас по миру, – предположил Аким, – или продаст, или всю деревню заложит ростовщикам, а затем и сам пойдет побираться… Эх, захиреет деревня…жаль то как…

У Гора перед глазами встала их родная деревушка, раскинувшаяся среди живописных зеленых холмов. Из низких домиков, утопленных в землю, торчат дымоходы, а из дымоходов идет сизый дым, улочка, или же просто главная дорога, вымощенная мелкими камнями, тянется вдоль домов и упирается в поместье лорда, огороженное частоколом. Пусть и деревянный, но все же замок…

А слева от замка обрыв, там бежит узкая, но быстрая и глубокая речка, через которую тянется аккуратный мост, построенный еще отцом Гора. В реке всегда полно рыбы – настоящий рай для рыбака.

В далеких горах и лесах, у их подножия всегда хватало дичи и живности, на которую можно было охотиться. Да и земля там мягкая и рыхлая – на ней всегда все росло, словно бы само по себе…

Гору показалось, что он учуял запах распаханной земли, почувствовал вкус ветра, прилетевшего со стороны леса и гор…

– И чего делать будем? – простой и в то же время необычайно сложный вопрос Артура вернул Гора в реальность.

– Ну ты же слышал, – ответил Гор, – пойдем к воротам…

– Сдохнем мы там, – заявил Бура.

– Может, повезет…

– Не повезет. Пустят на фарш и всех делов. Кому мы теперь надо?

– Да с чего ты вообще взял что там бойня будет? Ведь тихо было…сам сказал – наемники стояли…

– И где они? – спросил Бура и тут же ответил на свой же вопрос: – А смылись. То-то я видел, как они через лес идут. А думал, показалось. Не показалось. Подыхать не хотят, вот и ушли.

– Как это ушли? – нахмурился Артур.

– А вот так. Видать, чего-то с лордами нашими закусились… Или те наемников на убой хотели отправить, или платить не захотели. Те и отчалили.

– И что нам с того?

– То, что если наемники даже без боя свалили, значит там жарко будет. И за обычное жалование они там торчать не пожелали. А лорды наши платить больше не согласились. Вот наемники развернулись и ушли… Не удивлюсь, если завтра мы молодцев ди Лимара увидим уже с другой стороны. Против нас…

– Брюзжишь, как моя старая карга, – засмеялся Аким, – гляди, а то закончишь как она!

Бура фыркнул и принялся деловито ковыряться в костре, расшевеливая угли.

– И все-таки… – Гор явно заинтересовался, – с чего ты решил, что у ворот завтра придется туго?

– С того, – буркнул Бура.

– Да ладно тебе, – Гор знал правильный подход к боевому товарищу, с которым они семь бед хлебали и не один год, – рассказывай давай! Ты ж или пронюхал чего, или смекнул, что к чему. Так?

– Ну… – вздохнул Бура. – Смотри, наемники свалили, хотя до этого они просто деньги получали и ничего не делали. С чего вдруг? Это раз. К барону Грота подмога прибыла и там полно конницы. Это два. Теперь сложи одно с другим да подумай, чего будет.

– И чего будет? – заинтересовался Артур.

– Он ведет к тому, что завтра уже не мы будем штурмовать замок, – пояснил Гор, – а барон Грота ударит по нам. Конницей. И мы будем должны конницу остановить.

– Вот-вот, – подтвердил Бура.

– Да как же это? – забеспокоился Артур. – А как мы их остановим? Это ж пики надо специальные. Да и то, с пиками еще обращаться надо уметь. А мы ведь кто?

– Пехота, – буркнул Бура, – причем легкая. Раскатают нас, как тесто по столу.

– Так чего делать будем? – спросил Артур, глядя то на одного товарища, то на другого. Но все они опустили глаза и отвечать не спешили.

– Ну, чего вы молчите? Тупо на бойню, как бычки, пойдем?

– А чего мы сделаем? – буркнул Бура. – Слышал ведь, завтра идем к сотнику… Эх, был бы жив сир Борса…

– Сир Борса мертв, – напомнил Артур, – и если мы ничего не сделаем, то завтра с ним встретимся.

– И что ты предлагаешь? – спросил Бура.

– Не идти туда. Отказаться.

Все трое уставились на молодого. Он озвучил то, о чем думали все остальные. Думали, но боялись озвучить. То ли опасались, что остальные не поймут, то ли…

– Повесят ведь, – протянул Аким.

– Тогда предлагаю сбежать из лагеря.

– Поймают и повесят, – заявил Аким.

– Это если поймают, – хмыкнул Бура, – а людей у нас, как я вижу, не так много. Значит и патрулей всего ничего. Можем и проскочить.

– Ну допустим. А дальше куда? – спросил Аким.

– Домой, в Подгорную, – выдвинул идею Артур.

– Нельзя, – покачал головой Бура, – наш сиятельный лорд вернется и нас повесят как дезертиров.

– А может, он не вернется? – засомневался Артур.

– Ага, гляди! – рассмеялся Бура. – Дерьмо не тонет и в огне не горит. Заявится он деревню пропивать, как пить дать. И нас заодно повесит.

– Ну тогда не знаю… – вздохнул Артур, – куда еще можно сбежать?

Все молча уставились на костер.

Казалось, решение о том, что они сбегут, уже принято. Оставалось понять, куда податься.

– Ух, как колено болит, – потирая ногу, пожаловался Аким, – погода поменяется, видать…

– Есть такое. У меня башка раскалывается, – кивнул Бура,– видно снег пойдет.

– Ага, к утру, – подтвердил его пророчество Аким, – и кажись мести будет так, что у-у-у… Я это завсегда чувствую…

Вновь наступила тишина, которую на этот раз прервал Гор.

– Подадимся в наемники, – выпалил он, не отводя взгляда от языков пламени, и трое его товарищей удивленно уставились на десятника.

– Свалим к чертям из баронств, – продолжил свою мысль Гор, – отправимся в Ливению, или Нусвен. Там всегда наемники нужны, как я слышал…

Все молчали, обдумывая заявление десятника. Наконец слово взял Аким.

– Гм… – прочистил он горло перед тем как начать, – я в принципе не против. Наш лорд, за которым мы шли, погиб. Самим помирать тут ради этих развалин неохота, домой, получается, нельзя… Но…для того чтобы быть наемниками нужна грамота…

– Это называется капитанский патент, старая ты дурында! – буркнул Бура.

– Да плевать, как оно там называется, – отмахнулся от него Аким, – главное где его взять?

– По ходу разберемся, – заявил Гор, – для нас сейчас главное – из лагеря уйти живыми и целыми. А что делать потом – разберемся.

Они все переглянулись, словно интересуясь мнением друг друга. И без слов они друг друга поняли.

– Надо утра ждать, – заявил Аким, – уходить перед рассветом, когда самая темень будет.

– И часовые дремлют, – согласился с ним Бура,– плюс, если нам повезет, начнется снегопад. Уйдем, и следов не останется. Ищи нас, свищи…

– Может, чего с собой прихватим? – предложил Артур.

– Например? – нахмурился Бура.

– Ну…у меня стрел маловато, а пригодится. Зайца какого подстрелить или…

– Мне нужен меч, – заявил Гор. Он вспомнил, как расправился с дворянином на коне, – и новый нож.

– Я бы не стал соваться к арсеналу, – заметил Аким, – а то еще отправят к воротам раньше времени.

– Но у нас ведь… – начал было Артур, но Бура его оборвал.

– Старик прав. Стрел у тебя сколько-то есть. Для начала уже неплохо. Потом придумаем, как разжиться. А насчет меча и ножа…

Он поднялся и направился к палатке, скрывшись за пологом, он явился назад меньше чем через минуту, положив на колени Гору оружие, трепетно завернутое в тряпье.

– Это от Дубины осталось, – пояснил Бура.

Гор благодарно кивнул, принялся разворачивать тряпье.

– Ну что ж, раз все решили, надо и на боковую, – зевнув, сказал Аким, – спать все же хочется. Да и холодно. Завтра нас ждет много дел…

– Нужно привести в порядок то, что у нас есть, – заявил Гор, – потом будет некогда. Артур! Собери где сможешь наконечников для стрел или лучше сами стрелы… А вот потом можно и на боковую.

Остальные согласно закивали.

Глава 1 Дезертиры

Несмотря на то, что Гор заснул практически сразу, как только оказался на своей лежанке, нормально поспать ему не удалось.

Всему виной сны.

Сначала он, как казалось, целую бесконечность сражается на стене. Он как мог пытался спасти товарищей, но что бы он ни делал, как бы ни спешил, они все равно гибли. Гор резал и кромсал, всаживал меч в тела врагов, резал им глотки, но…им не было числа. Стоило убить одного, как на его месте возникал следующий. И так раз за разом, снова и снова…

Затем сон вдруг резко поменялся. Теперь Гору снилась родная деревушка, причем во времена, когда он сам был ребенком. Вот как раз и отцовский дом, сам отец. Он, как обычно, работает в кузне. И нет, отец Гора не был кузнецом. Он был ратником, причем еще из тех, настоящих, что служили королю. Но королевство разбилось на множество мелких «свободных» баронств и отцу пришлось искать себе место в новом мире. Он нашел его здесь, в этой деревушке. Когда было нужно, отец брался за оружие и вместе с сиром Борсом отправлялся туда, где требовалась их помощь. Гор помнил, что когда отец и сир Борс были молоды, они часто пропадали в своих походах, но неизменно возвращались, везли с собой богатые трофеи…

Ну а когда был мир, отец Гора то ли от нечего делать, то ли же из любопытства начал работать в кузне. Он не ковал вилы и косы, он занимался оружием и броней. Причем получалось у него так хорошо, что в их деревушку частенько наведывались благородные, ратники из других баронств и наемники.

Это было счастливое время и длилось оно ровно до тех пор, пока от хвори не слегла мать, а спустя всего полгода и отец.

Гор остался сам, но сир Борс о нем не забыл и с малых лет Гор обучался ратному делу, в котором неплохо себя показал.

Но сейчас, во сне, Гор вновь оказался маленьким мальчиком, играющим во дворе собственного дома и наблюдающим за тем, как работает отец.

А отец частенько отвлекался, поглядывал на сына и хмурил брови.

Обычно отец глядел на Гора с улыбкой. Его глаза всегда смеялись, а сейчас – нет. Он смотрит явно неодобрительно. Но почему?

Гор вспомнил, как отец частенько повторял: «Ты живешь не зря, если полезен своему господину и общине!».

Так вот оно что! Наверняка отцу не понравилось то, что задумал его сын. Ему не нравится, что он решил дезертировать. Но…какой смысл оставаться тут? Сира Борса нет. Тот спесивый индюк, что получил все в наследство, не стоит ровным счетом ничего. Как можно служить человеку, которого не уважаешь, даже презираешь? Тем более что новоявленный «господин» попросту отдал своих людей на убой. Если ему наплевать на них, то почему они четверо должны блюсти верность тому, кому даже не клялись?

Какие бы аргументы Гор ни находил, отец все равно продолжал хмурить брови, и это рассердило Гора.

Он вскочил и закричал ему:

– А что ты сам сделал? Где твой король, которого ты должен был защищать? Где твое королевство? Почему ты тут, в богом забытой деревушке?

– Гор! Эй! Проснись!

Деревня, родной дом, старая кузница и продолжавший хмуриться отец вдруг испарились, как дым.

Гор огляделся. Он в своей палатке, а рядом с ним сидит Аким.

– Пора! – тихо сказал старик и вылез из палатки.

Гор потер лицо, пытаясь себя взбодрить, схватил еще с вечера приготовленную котомку и выбрался следом за Акимом наружу.

Было еще темно. В большинстве своем факелы были потушены, но несколько все еще горело. В их свете Гор увидел, что земля запорошена снегом, а с неба лениво, словно бы неохотно падают огромные снежные ломти.

Пока еще снега было немного. Он не успел закрыть собой грязь и пожухлую траву, но судя по тому, как обильно он шел, через пару часов вся земля будет укрыта белоснежным одеялом.

Мороз слегка пощипывал щеки и нос, так что можно было не бояться, что снег быстро растает.

Гор про себя усмехнулся – что ж, хотя бы погода благоволит их побегу…

Артур и Бура уже проснулись, но сидели в своих палатках, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание. Лишь поглядывали на десятника – мол, сколько ты еще раскачиваться будешь?

Гор махнул им рукой и все четверо практически бесшумно пошагали прочь от своих палаток и потухшего костра.

Лагерь еще спал. Из палаток доносился храп, бормотание. Идти приходилось осторожно, так как было темно, а снег еще больше усилился, начал слепить глаза.

Четверка добралась до опушки леса.

Здесь снегопад был куда слабее – ели и сосны прикрывали. Но идти не стало легче или быстрее – в лесу было еще темнее, чем в лагере.

Аким прихватил с собой факел, но зажигать его не хотелось – Гор опасался привлечь внимание и тем самым накликать на себя неприятности.

Так что пусть и неспешно, но четверка дезертиров уверенно отходила от лагеря.

Шли долго, минут сорок, но учитывая их скорость продвижения, нельзя было сказать, что они достаточно отдалились от лагеря.

А затем впотьмах, потеряли тропу. Нельзя сказать, что она была удобная, хоженая, но она хотя бы была. А теперь приходилось идти по буреломам и буеракам, причем крайне осторожно – того и гляди можно ногу вывихнуть или что похуже.

Из-за этого скорость их движения упала еще больше.

– Начинаю думать, что может и не стоило уходить ночью, – прошептал Артур, – стало бы светлее и…

– Цыц! – шикнул на него Бура. – Уже вышли, так что помалкивай, гляди под ноги да по сторонам.

– Да кто тут будет? Патруль сюда не доберется!

– А медведь запросто. Угодишь в берлогу – вот он обрадуется! Только улегся, а тут жратва подвалила.

– Уймитесь оба! – приказал Гор.

Еще около часа продирались через кустарники и овраги, а затем совершенно неожиданно вышли из леса.

Как оказалось, это была просека. Тут и там торчали пни, а кое-где виднелись ямы – пни оттуда выкорчевали.

К этому времени небо начало сереть и стало худо-бедно проясняться. Темень, конечно, еще не отступила окончательно, но хоть что-то стало видно.

– Все, привал! – приказал Гор, и все четверо уселись под ближайшими деревьями.

– Ну что, как думаете, достаточно мы отошли? – спросил Артур.

– Прошли сквозь лес, – ответил ему Аким, – значит достаточно.

– Недостаточно, – вмешался Бура, – нам еще идти и идти. В другое баронство, а лучше и вовсе из баронств уйти, как Гор и говорил.

– Тут просека, – меж тем сказал разглядывающий округу Гор, – там, впереди, вроде дорога.

– И? – заинтересовался Артур.

– Дорога, скорее всего, к деревне ведет. Предлагаю туда идти.

– А патрули?

– Вряд ли они так далеко от лагеря ходят…

– В деревню надо, – заявил Аким, – у нас еды всего ничего.

– Неплохо бы было палатки купить, – вздохнул Артур, – зря вы не позволили наши снять.

– Не будь идиотом, – одернул его Бура, – начал бы ты разбирать палатку ‒ и кто-нибудь смекнул бы, что мы задумали.

– Да мало ли, что там нам лорд сказал…

– Кто рядом был – слышал, что он сказал, так что не нуди попусту.

Артур обиженно замолчал.

Отдохнув минут двадцать, отряд вновь двинулся в путь.

Несмотря на то, что начало светлеть, ночь уходила и день набирал силу, видимость не намного улучшилась – все из-за обильно идущего снега.

Мело сильно, еще и ветер усилился, бил прямо в лицо.

– Надеюсь, деревня недалеко! – стараясь перекричать вьюгу, сказал Артур, – не хотелось бы замерзнуть насмерть едва только сбежав из лагеря. Долго же над нами ржать будут!

– Ты будешь мертв и плевать тебе будет на то, кто и почему над тобой ржет! – не оборачиваясь, отозвался Гор.

– Ну не скажи. Чистейший Филик говорил, что если помереть, мы будем знать, что происходит тут…

Гор лишь хмыкнул. Чистейший Филик, Глас Триликого в их деревне, должен знать, что путаться с чужими женами в таком случае не стоит. Иначе после смерти, прибывая в загробный мир, рогатые мужья будут раз за разом бить ему морду…

– Может, сделаем передышку? – предложил Артур. – Переждем метель?

– Вот тогда можем взаправду замерзнуть! – вступил в разговор Бура. – Нет уж, надо идти. Деревня где-то неподалеку.

– Ну хоть ненадолго! – взмолился Артур.

– Да недавно отдыхали! Чего тебе неймется? – возмутился Гор.

– Воды нахлестался на привале, а теперь до ветру надобно! – заявил Аким и, остановившись, щурясь от летящего в лицо снега, поглядел на Артура. – Так ведь, парень?

– Ну… – тот явно был смущен тем, что его раскусили.

– Тьфу ты! – в сердцах бросил Гор, а затем махнул в сторону деревьев. – Давай, бегом! И смотри, делай свои дела быстро. Если бубенцы замерзнут – придется отрезать. Чего тогда девкам показывать будешь?

– Стихи вхолостую читать, – заржал Бура, остальные тут же к нему присоединились.

Артур же, сломя голову, прыгая по успевшим вырасти сугробам, высоко и потешно поднимая ноги, бросился к ближайшим деревьям.

Остальные остались на дороге.

Все они глядели в сторону, куда ускакал Артур, поэтому возглас, прозвучавший совершенно неожиданно, застал их врасплох.

– Эй, вы! А ну стоять!

Гор резко повернул голову и увидел впереди, на дороге, три силуэта. Метель не давала разглядеть их детально, но когда они приблизились, Гор понял, кто перед ним.

Трое воинов. Патруль. Правда, не из лагеря. Судя по одинаковым доспехам, это были солдаты противника. Свои одевались разношерстно, без всякой системы.

Ну да, ветер взметнул плащ одного из них и Гор увидел на нем герб. Никаких сомнений – это люди барона Грота.

– Вы кто такие? – спросил, видимо, старший в троице.

– Наемники, – не моргнув глазом, соврал Гор.

– М-да? Что-то не похоже…и чего это наемникам вздумалось выряжаться в одежку с гербами?

Гор мысленно выругался. Они ведь не сняли с себя таборды, на которых был изображен герб сира Борса. И не снимали они специально, опасаясь, что нарвутся на патруль из лагеря. Тогда можно было бы как-то отбрехаться, что господин их отправил или что они тоже в патруле. Но им не повезло – нарвались на патруль враждебной армии. Вот же черт…

– Холодно-то как! – раздался голос Акима за спиной Гора. Старик быстро сообразил и пришел на помощь десятнику. – Тут что угодно на себя напялишь. Я даже от тряпья со «свиньей» Табота не отказался бы (герб барона Табота – кабан).

Шутка зашла и старший патрульных усмехнулся.

– Куда идете?

– В деревню. Горло охота промочить, – ответил Гор.

– Это перед завтрашним? – удивился патрульный.

– А нам чего? Мы свой контракт закрыли, а на завтрашнее не подписывались, – продолжал лгать Гор, удивляясь собственным навыкам. Надо же, как стелет! А думал, что не умеет.

– В деревне только сивуха, – заявил воин с копьем, стоящий слева от своего командира, – от нее горло дерет так, что воды потом не напьешься…

– Да нам хоть что-нибудь… – вздохнул Гор.

– Так с вами ведь трактирщик приехал. Сам видел, что он целую телегу бочек с пивом привез! – удивился копейщик.

Вот ведь какой наблюдательный!

– Нам не досталось, – вздохнул Гор, – все выжрали…

– Как это все? Его милость ведь приказали не больше одной кружки, – удивился старший патрульных. – А остальное завтра, после победы!

– Ну так вот… – Гор сообразил, что заврался и попал впросак.

– Чего «так вот»? Это тем, кто завтра в бой идет, больше не положено. А вы-то свободны, как ветер в поле. С чего трактирщик вам ничего не продал?

Гор лихорадочно соображал, что еще соврать. Как назло Бура и Аким в этот раз на помощь не приходили – видно тоже ничего подходящего придумать не успели.

– Вот что, – заявил старший патруля, – идемте-ка в лагерь.

– Да тут до деревни ведь осталось… – начал было Гор. – Слушай, ну войди в положение!

– В лагерь, говорю! – рявкнул патрульный и в его руке появился меч. Воин слева перехватил свое копье, став в стойку, а воин справа вскинул уже взведенный арбалет.

– Не дурите! – сказал патрульный. – Если не врете – я вас сам к трактирщику отведу и нальет он вам столько, сколько захотите. Хоть упейтесь.

Гор лихорадочно соображал, что делать.

Но принять решение он так и не успел. Несмотря на ветер, хруст и скрип деревьев, он услышал, как звонко ударила тетива, а затем послышалось шипение летящей стрелы.

В следующее мгновение воин с арбалетом дернулся, будто его ужалило насекомое. А затем рухнул на снег. В шее его торчала стрела.

Воин с мечом заорал и бросился на Гора.

Дальше рефлексы сделали свое – меч сам собой прыгнул в руку, Гор легко ушел от удара, а затем ударил в ответ. Меч свистнул, противник заорал – Гор одним ударом отрубил ему кисть.

Противник почти достал Гора, меч прошел всего в нескольких сантиметрах от тела. И Гор рубанул вновь, в этот раз отрубив врагу уже правую руку чуть выше локтя.

Искалеченный противник заорал от боли, но Гор быстрым ударом отрубил ему голову и та упала в снег, разбрызгивая кровь.

С копейщиком разобрались Аким и Бура. Тот лежал на снегу, держась за живот и грудь, в которых было несколько колотых ран.

Когда Гор обернулся к нему, Аким заканчивал – воткнул копье в грудь бедолаге, тот всхлипнул и смолк.

Что касается арбалетчика – он был убит наповал стрелой.

Раздался хруст снега – это Артур выбирался на дорогу.

– Все живы? – спросил он и убедившись, что остальные не пострадали, облегченно выдохнул. – Я уж думал ‒ все, не успел…

– Ты стрелять начал прежде, чем все началось, – заявил Гор.

– Ну, вовремя, значит, – Артур подошел к арбалетчику, схватился за свою стрелу и аккуратно выдернул ее из тела.

– Мы с ними, может, почти договорились! – заявил Аким. – А ты сразу палить…

– «Может», «почти», – передразнил его Артур, – все уже, проблема решена. Как думаете, жрачка у них есть?

И принялся обшаривать покойника.

– С собой – вряд ли, – ответил ему Бура и присел рядом с копейщиком, – но чего-нибудь интересного у них должно быть… О!

Он извлек небольшой боевой топор, который был заткнут за пояс копейщика.

– Вещь! – осмотрев оружие, довольно прорычал Бура.

– мародеры… – неодобрительно буркнул Гор.

– Чистоплюй! – огрызнулся Бура. ‒ Мы не мародерим, а собираем честно добытые трофеи. О! Деньжата имеются!

Он бросил худой мешочек Гору. Тот поймал мешок на лету, заглянул внутрь.

– Не густо… – протянул он.

– Хочешь, чтобы густо было, надо на караванщиков напасть. Или фуражиров.

– Нас мало, – покачал головой Гор.

– А если бы больше было – напал бы? – улыбнулся Бура. – Смотри-ка, а то мародерка ему не нравится. Сам вон без пяти минут бандит с большой дороги. А еще кочевряжится…

– У этого к ноге чего-то примотано! Помогите! – позвал Артур.

Гор и Аким подошли, внимательно осмотрели конечность и затем Аким просто срезал ткань, обернутую вокруг ноги.

– Не тайник это, дурья твоя голова, – проворчал Аким, рассмотрев, что было под повязкой – человек рану забинтовал…

– А чего рана такая страшная, черная? – рассматривая ногу мертвеца спросил Артур.

– Заражение, похоже, пошло… – пожал плечами Аким, – не видел такого раньше. Но выглядит плохо…

– Ну и хрен с ним, – Артур поднялся на ноги, – теперь это уже ему не страшно.

– Ну что, закончили трупы обирать? – недовольно спросил Гор.

– Ага, – кивнул Бура.

Трофеев было не так много, но все же кое-чего полезного взяли. Горсть монет, хорошего качества топорик, который Бура оставил себе. Еще забрали меч у старшего патруля и арбалет у третьего покойника. Лишним меч никогда не будет, а в случае чего можно продать. Как и арбалет. Ни Гор, ни Аким, ни Бура им пользоваться не умели (или скорее не любили), ну а Артур был поклонником лука и менять его на, как он выразился, «дерьмовый и кривой самострел» не собирался. Что ж, деревенские наверняка его с радостью купят…

Закончив мародерствовать или собирать трофеи – кому как нравится, четверка направилась дальше по дороге…

А снег шел все сильнее, казалось, троицу покойников, которую стащили с дороги, уже к обеду засыплет так, что найдут их только по весне, когда все растает.

Глава 2 Первый заказ

Деревья подступали все ближе к дороге, сугробы росли. Некогда широкая дорога превратилась в эдакую просеку, заваленную снегом. Дорога, которой шли четверо дезертиров, петляла, словно старалась запутать, и они уже отчаялись, решив, что заблудились. Но вдруг под ногами появилась протоптанная тропа. Причем следы были явно свежими, их еще не успело занести летящим с неба снегом.

– Нужно избавиться от табордов! – приказал Гор и первым стащил с себя накидку, на которой был герб покойного сира Борса.

Остальные трое тоже стянули свои таборды, а затем все четыре накидки оказались в сугробе, под ближайшим деревом.

Аким выкопал ямку, забросил туда накидки, закидал сверху снегом и, отойдя на пару метров, полюбовался своей работой.

– Нормально! – заключил он.

Остальные спорить не стали, хотя работа явно была топорной – видно было, что тут кто-то ковырялся. Но всем, включая Гора, было плевать – они замерзли настолько, насколько возможно, дрожали и кутались в одежду, надеясь хоть как-то сохранить тепло. Ковыряться в снегу никому не хотелось. Да и зачем – снегом скоро заметет так, что ничего и видно не будет. А шансов, что кто-то найдет вещички, практически никаких – дело уже идет к вечеру, в небе появилась луна. Никто тут ходить не будет в такое время и в такую погоду.

Четверка дезертиров пошагала дальше.

Очередной поворот дороги ‒ и они увидели впереди за деревьями деревушку. Одно и двухэтажные домики стояли рядом друг с другом, а над ними возвышалась то ли ратуша, то ли храм, то ли тинг (дом, в котором сельчане проводили собрания, коротали вечера или устраивали празднества). Это было большое здание с башней, правда, не каменное, а деревянное.

Четверка продрогших, замерзших путников пошагала по тропе в сторону деревенских домиков, приветливо светящих им теплым светом из маленьких окошек.

Людей на улице видно не было, зато собаки, учуяв чужаков, тут же подняли лай.

Вот только их хозяева не спешили показываться, чтобы выяснить, из-за чего возник весь гвалт, и это было странным. Похоже, местные чем-то напуганы…

Все эти мысли проносились в голове Гора, пока они шли мимо домов к «ратуше». А вот возле нее люди были.

Старик с длинной седой бородой, а рядом с ним четверо крестьян, вооруженных вилами и колунами. Они недобро поглядывали на пришельцев.

Гор остановился, его спутники тоже замерли.

– Доброго вечера, – поздоровался Гор с местными.

– Доброго, – отозвался старик, разглядывая Гора, – с чем пожаловали?

– Мы ‒ путники, которых застала врасплох метель, – пояснил Гор. – Увидели вашу деревню и решили, что тут нам найдется место для ночлега. А если не пожалеете нам отвара и горячей похлебки – будем благодарны.

Он достал из-за пояса мешочек с деньгами, тряхнул его, чтобы монеты громко звякнули.

Кажется, этот жест успокоил местных. Во всяком случае, стоявшие рядом со стариком мужички перестали хмуриться.

Ну а старик вновь оглядел всех четверых из-под насупленных бровей и кивнул в сторону дверей ратуши.

– Ну, заходите, раз так… Но сразу предупреждаю – без глупостей!

– Да какие тут глупости? – хмыкнул Гор. – Еле живы от холода…

Четверка направилась за стариком, уже зашедшим в здание, а его «телохранители» зашли следом.

Внутри ратуши было темно – горело всего несколько лампад, да еще огонь в очаге.

Рядом с ним стоял стол, к которому старик, не снимая тулупа, подошел и уселся. А затем повернулся к кому-то, кого Гор не смог сразу разглядеть.

– Фимка! Тащи еду! Да дров подкинь!

Спустя минуту, пока «гости» топтались у входа, в окружении явно недружелюбно настроенных крестьян, огонь в очаге запылал ярко, а на столе, как по волшебству, появилось несколько блюд с аппетитно выглядящей и не менее приятно пахнущей едой.

– Ну? Чего топчетесь там? – спросил старик, глядя на гостей. – Проходите, садитесь за стол…

Замерзших, продрогших и голодных мародеров долго просить было не нужно. Они мигом уселись на лавки.

– Ну, чем Триликий побаловал… – сказал старик, и все четверо накинулись на еду.

Угощение было простым, но ни Гору, ни остальным разносолов и не требовалось. Да и не привыкли они к такому. Вон, мясо жареное, картофель вареный, какие-то соленья, козий сыр да хлеб. Чего еще надо? Ну можно было бы пиво, которое, к слову, та самая Фимка – худая и нескладная служанка, принесла.

Старик молча сидел за столом, наблюдая, как гости наседают на угощения. Остальные крестьяне тоже занялись своими делами – кто сидел на табурете у стены и что-то строгал ножиком, кто забился в угол и там неспешно о чем-то беседовал.

У входа, кстати, остался привратник. Он сидел под дверями и кунял. Гор заметил, что когда они только зашли в ратушу, этот крестьянин остался снаружи. Но теперь он здесь, зато круглолицый, белобрысый, который сидел на его месте, куда-то исчез. На улице сторожит? Скорее всего. Что же такого случилось в деревне, что старейшина (это тот самый седой мужик, сидящий вместе с ними за столом) решил выставить стража?

Интересно, какая именно задача у стража? Не пускать никого в ратушу или просто наблюдать за деревней, ведь у ратуши было достаточно высокое крыльцо, с которого отлично было видно каждое подворье.

– Вы не похожи на торговцев, – заявил старик, оторвав Гора от размышлений.

– Я и не говорил, что мы торговцы, – ответил тот, повернувшись к старейшине.

– И кто же вы такие?

– Наемники.

Наступила неловкая пауза. Старик глядел на Гора своими водянистыми серыми глазами, по выражению которых, ничего нельзя было понять – старик вообще не проявлял эмоций. Но Гор понял – вредный старикашка явно если и не раскусил его, то что-то заподозрил.

Но наконец старик усмехнулся и кивнул.

– Наемники, значит? Наемники ‒ это хорошо… Что ж, поели? Сейчас организуем вам ночлег! Фимка!

Служанка притащила несколько теплых шкур, расстелила их прямо на полу, у очага и четверка «наемников» собралась было уже обустраиваться.

– Спасибо, хозяин, за гостеприимство, – сказал Гор, достав из мешочка несколько монет, положив на стол перед стариком, – а завтра с рассветом мы вас покинем. Если у вас можно будет купить теплую одежду и припасы в дорогу, то…

– Получите все что нужно, – кивнул старик и отодвинул монеты от себя, – денег не надо…

Гор и остальные недоуменно переглянулись.

– Мы договорились, что за крышу и еду заплатим. Вот деньги, – заявил Гор, вновь подвинув деньги к старику. Он понял, что тому что-то нужно, раз денег не берет. Но что ему понадобилось от четверых бродяг?

– Я вам помог, – заявил старик, – а теперь, надеюсь, вы поможете мне.

– Чем же?

– Вы ведь наемники? У меня есть для вас работа…

– Какая?

– Есть небольшая проблема. Для вас ее решить, уверен ‒ раз плюнуть… – старик сделал рукой неопределенный жест и это определенно насторожило Гора. Ему не хотелось связываться с этой «работой» и с этим стариком. А еще они все еще были близко от осажденного замка и Гор понимал, что нужно подобру-поздорову убраться отсюда куда подальше. Так что никакие «работы» в его план не входили.

– Видите ли, – заявил Гор, – нас здорово потрепало в последнем сражении, и мы…

– Странно, – хмыкнул старик, – никогда не видел наемников, которые отказывались от денег.

Теперь уже он достал монеты.

Десяток серебряных треугольников маняще блестел на столе.

Гор, как и остальные, уставился на деньги.

Кое-чего у их квартета имелось, но это были крохи. Их едва ли хватит, чтобы покинуть вольные баронства. А ведь еще нужна броня, оружие, провизия… Гор планировал наняться в охранники к какому-нибудь купцу, но кто согласится взять на работу оборванцев?

Короче говоря, деньги отряду были нужны. Того, что предлагал старик, вряд ли хватит на все нужды, но все же это лучше, чем ничего…

– Так что у вас за проблема? – тяжело вздохнув, мысленно проклиная свою жадность, спросил Гор.

– Кто-то нападает на людей, – ответил старик, – мы думали – разбойники. Но после того, как барон Грота перебил шайку Бажена Кожемяки, у нас в округе не озоруют… Да и последнее нападение – из соседней деревни парнишка к нам шел, так его насмерть порвали. Человек такого бы сделать не смог… Да если и мог бы – при нем деньги были, а их не взяли.

– Звери? – предположил Бура.

Старик покачал головой.

– Опасного зверья в наших краях отродясь не бывало. Но ходили слухи, что в соседнем баронстве могилы разрывают. Говорят, некроманты объявились…

– Некроманты? – фыркнул Артур и растянул губы в улыбке, но на него тут же сердито зыркнули остальные, и он стушевался.

– Я во всякие байки не верю, – меж тем сказал старейшина, – но вот что в соседней деревне кто-то могилы разрыл, у нас давеча тоже…да и на парнишку напали как раз неподалеку от кладбища…

– А барон ваш чего? – спросил Аким.

– Да ему сейчас не до нас, – отмахнулся старейшина, – война у него…сами знаете.

– Знаем, – кивнул Аким, – но все равно. Гонца к барону можно отправить и…

– Да отправляли уж, – вздохнул старик. – Прошлись по округе, не нашли никого, и все, будь здоров. Сказали, некогда им. А спустя день парнишку то у нас и того…порвала нечисть какая-то.

– А с чего решили, что именно нечисть? – допытывался Аким.

– Говорю же – все возле кладбища или на нем происходило. И никто ничего не видел. Вон, Гогун чего-то заметил, а чего это было… Эй, Гогун!

Он окликнул дремавшего у выхода часового. Тот мгновенно подскочил к столу, за которым сидели старейшина и его гости.

– Скажи людям, чего видал, – приказал старик.

– Да чего видал, – пожал тот плечами и задумался. – Ну метнулась какая-то тень. Здоровая. Да и все…

– Зверь? – спросил Гор.

– А черт его знает.

– Ну как выглядела?

– Да не разглядел я толком…

– Понятно, – вздохнул Гор. От такого свидетеля толку будет мало.

– Знаем точно, что тварь эта, кем бы они ни была, где-то возле кладбища бродит. Точно вам говорю.

Старик замолк. Теперь он уже глядел на «гостей» с явной надеждой в глазах. Остальные крестьяне, что находились здесь же, замолчали, дожидаясь, что ответит старейшине наемник.

Гор тяжело вздохнул.

– Ладно… – сказал он, – сходим утром, поглядим, что там у вас за чертовщина. Но сразу говорю – у нас тоже времени в обрез. Спешим…

– Что бы там ни было – убейте это, а уж мы в долгу не останемся, – заявил старик.

Гор, чуть помедлив, кивнул.

– Вот спасибо, уважили, – облегченно выдохнул старик, – уж помогите нам, а мы тогда…

Теперь уже Гору старик не казался хитрым и расчетливым. Он явно был испуган, как и его односельчане. И готов был на все, лишь бы залетные наемники или кто там они избавили деревню от напасти…

***

Когда четверо дезертиров уже укладывались спать, Бура, чье спальное место было рядом с Гора, проворчал, понизив голос, чтобы его не услышали посторонние:

– Гор! А оно нам надо в это ввязываться? А ну как действительно некромант?

– Брось, – прошептал услышавший его Аким, – какие в баронствах некроманты? Наверняка какая-нибудь зверюга. Раз волков тут нет, может, свора псов или все-таки волк приблудный какой…

– А если нет? Влипнем ведь…

– Поглядим, что там, а дальше решим, – успокоил товарища Гор, – ввязываться сразу в драку нас никто не заставляет. Если что – просто уйдем, и все.

Буру такой план всецело устроил и он продолжать разговор не стал. Устроился на своем месте и уже спустя минуту захрапел.

Остальные тоже уснули чуть ли не мгновенно. А ведь Гор какое-то время проворочался. Хотелось бы верить, что, как и сказал Аким, свора бродячих псов появилась или отчаявшийся от голода волк-одиночка – много ли надо, чтоб крестьян напугать? Но Гор чувствовал, что дело куда серьезнее.

Ломать себе и дальше голову он не стал, а по старой солдатской привычке устроился поудобнее и заснул. Проблемы завтрашние решать завтра, а если есть сейчас возможность поесть и поспать – надо пользоваться…

***

Проснулись затемно. Наскоро перекусив, приняв от старейшины теплые плащи, четверка дезертиров направилась к выходу.

Метель закончилась, снег перестал сыпать, зато ударил мороз.

Ночь уже отступила, но до утра было далеко. Наступившие предрассветные сумерки были серыми и мрачными, но все же в отличие от ночи хоть что-то уже было видно…

Деревня вскоре осталась позади…

Снег под ногами поскрипывал, все четверо кутались в одежду и озирались по сторонам.

– И чего не дождались дня? – буркнул Артур. – По светлому бы куда проще было…

– Кто бы тут ни был, днем он наверняка дрыхнет, – ответил ему Бура, – и его не найдешь…

– А сейчас?

– А сейчас либо лежбище обустраивает, либо к нему идет.

– Так чего мы поперлись? Пусть бы задрых, и мы тогда…

– А как мы найдем его, дурья твоя голова? – хмыкнул Аким. – Снег пойдет – все следы заметет. А сейчас…

– Помолчите! – приказал им Гор.

За кем бы они ни охотились, он явно настороже и шуметь не стоило…

– Глядите-ка! – Бура остановился, уставился куда-то себе под ноги.

–След, – констатировал Аким, – звериный…на волчий похож.

– Нет…у волков лапы куда меньше, – не согласился с ним Бура, – это что-то другое.

– Ну точно не некромант? – хохотнул Артур, и остальная троица недовольно на него поглядела.

– Чего? – возмутился тот, – пошутить уже нельзя?

– Ой, дошутишься ты когда-нибудь, – сокрушенно покачал головой Аким и повернулся к Гору. – Может, ну его, эти приключения? Свалим подобру-поздорову?

– Пока ничего страшного не случилось, – возразил тот, – сам видишь – какой-то зверь…выследим его и убьем!

– Легко сказать, – вздохнул Аким, – как бы не мы его, а он нас…

– Не ной! – приказал Гор и принялся изучать след. Его успело замести снегом, но все же он явно был свежим.

Сделав несколько шагов в направлении, куда, скорее всего, ушел зверь, Гор нашел еще один отпечаток. Уже еле видный, но все же узнаваемый. Похоже, зверь ближе к утру отправился в свое логово. Это хорошо. Значит, сейчас он уже должен спать…

– Идем, – приказал Гор и первым пошагал по снегу, высматривая следы…

***

Следы вели через сельское кладбище, где снега намело столько, что и могил то не видно было. Они угадывались лишь по топорно сделанным надгробиям, «стрелам» и ритуальным треножникам.

Узкая тропинка же или ее подобие тянулось через это мертвое поле к густому лесу, что виднелся вдали.

Четверка направилась туда.

Проходя мимо очередной могилы, Гор обратил внимание, что вокруг раскидана земля, и хоть ее слегка присыпало снегом, было видно, что тут кто-то копался.

По спине пробежали мурашки, вспомнились слова старейшины.

«Неужели действительно тут был некромант?» – мелькнула в сознании мысль. Но едва только Гор осознал, о чем думает, тут же прогнал это предположение прочь. Ну чушь ведь! Ну какие тут могут быть некроманты, в этой глуши? Что они тут забыли? И вообще, встретиться лицом к лицу с чернокнижником? Да ну, быть не может.

Меж тем кладбище осталось за спиной, а четверка бойцов с обнаженным оружием в руках уже вошла в лес.

С обнаженным оружием? Гор осознал, что не только Артур идет, баюкая стрелу на луке, Аким, держа копье наготове, а Бура со своим новеньким топором, но и сам Гор уже давно вынул меч из ножен.

Что же такое затаилось в этом лесу, что рука сама собой тянется к рукоятке верного меча или ножа?

Где-то совсем неподалеку раздалось нечто, напоминающее рычание. Вот только рыком это не назовешь. Скорее уж утробный стон, страшный и пугающий. Волки так точно не умеют. Но все же звук этот показался Гору знакомым.

Где он мог его слышать?

Прежде чем он смог вспомнить, послышался хруст снега, сминаемого под чьим-то немалым весом.

Четверо людей застыли, разглядывая заросли вокруг, пытаясь высмотреть угрозу, которая, словно издеваясь, не спешила показаться на глаза.

Гор только что осмотрел полянку, на которую они вышли, и вот снова обшаривал взглядом все вокруг. В этот раз его взгляд зацепился за огромный валун.

Точнее за то, что стояло прямо на нем.

Глава 3 Плевое дело

Все четверо уставились на тварь, замершую на валуне.

Больше всего это походило на волка, но точно таковым не являлось. Во-первых, тварь на камне была в разы крупнее. Во-вторых, волк хоть и опасный хищник, все же казался по сравнению с этим существом забавной зверушкой, ведь от нее исходила не просто опасность, а что–то потустороннее, холодное и мрачное. Если нужно было изобразить предвестника скорой смерти – можно было смело рисовать это. Смертью веяло от нее похлеще, чем от старого кладбища темной ночью.

Быть может, виной тому глаза – маленькие красные угольки, в которых читалась ненависть и желание убивать, быть может, вся мощная фигура твари, одного взгляда на которую хватило, чтобы понять – это существо так легко не убить. А быть может, слухи, которые ходили вокруг этого животного.

Гор знал, что это такое. Хоть и далекий, но все же родственник обычного волка. Названий у этой твари было много – живоглот, костегрыз, амарок…северяне с островов звали его ульфнордом и верили, что воины, не насытившиеся убийством врагов при жизни, остаются жить в облике этого зверя. И действительно, костегрыз, живоглот, амарок, или как там его еще, предпочитал охотиться на людей, хотя не брезговал и домашней скотиной, псами, дикими животными…

Гор уже когда-то сталкивался с подобными тварями и встреча ему запомнилась надолго. Во всяком случае, шрам на ноге, оставленный когтем амарока, никуда не пропал…

А встреча эта произошла далеко на севере Велька, в Нусвене, куда Гор еще юнцом отправился с сиром Борсом и его дружиной.

Но и там амарок был «гостем». Местные были в ужасе от того, что эти звери появились на их землях. Бытовало мнение, что этих зверей специально со своих островов привезли норды, которые в то время устраивали набеги на прибрежные королевства Велька. Также была версия, что эти твари совсем отчаялись на своих островах – еды там было мало, а норды и другие народы уж слишком воинственны, легко давали отпор амарокам, и тогда те, когда море замерзло, перебрались по льду с островов на континент…

Гор не знал, что было правдой, а что вымыслом, но зато успел изучить повадки этих зверей. И пока его товарищи испуганно таращились на тварь, застывшую на камне, щерившую свою зубастую пасть и злобно сверкавшую маленькими красными глазками, Гор оглядывался, пытаясь засечь ее товарок, подбиравшихся к людям с тыла или флангов.

Он не ошибся – еще один «волк» крался за деревьями справа, и когда решил, что внимание людей отвлечено, бросился в атаку.

Но он просчитался – Гор его видел и принял «на клинок».

Меч по самую рукоять вошел в тело волка, сбив грациозный и мощный прыжок.

Волк рухнул на снег, взвыл, Гор упал рядом, выхватив нож.

Бура, Аким и Артур словно бы очнулись ото сна, встрепенулись.

Артур оказался среди них самым быстрым – в мгновение ока натянув тетиву, он пустил стрелу прямо в морду скалившегося на камне амарока.

Но тот оказался быстрее – прежде чем стрела засвистела, он уже спрыгнул на снег.

Меж тем из-за ближайших деревьев на людей бросился третий зверь. Но он опоздал и упустил момент – люди были готовы защищаться и черный с проседью амарок рычал и щелкал зубами, но не решался лезть прямо на копье, которое выставил перед собой Аким.

Меж тем Гор, так и не успев подняться на ноги, бросился на раненого противника и вонзил ему нож прямо в глаз.

Раздался жалобный визг, которого совершенно не ждали здесь от подобного монстра, и амарок затих, лежал на снегу, в крови, мелко дергая лапами.

Два его товарища тут же вскинули морды к небу и угрожающе завыли.

Однако стрела, пушенная Артуром, угодившая в бок одной из тварей, этот вой оборвала.

Гор наконец поднялся на ноги, выдернул свой меч из трупа амарока и подскочил к остальным. Теперь четверка людей стала друг к другу спинами, ощетинилась оружием и глаз не спускала с амароков, кружащих вокруг них.

Периодически свистели стрелы, которые пускал Артур, но проклятые твари оказались чрезвычайно хитры – они пригибались или отпрыгивали, казалось, в последний момент.

Звери кружили, стараясь зайти с разных сторон, путали людей, отвлекали друг от друга. А затем, наконец, один из клыкастых монстров решил, что настал его звездный час – он перешел в атаку.

С легкостью увернувшись от копья Акима, а затем и от меча Гора, тварь явно намеревалась прикончить Артура. Она уже собралась прыгнуть, но тут на голову ей опустился топор.

Глухой удар и…волк закрутился, забился в снегу.

Последний уцелевший зверь зарычал и бросился на людей, однако противников было слишком много и, отскочив, увернувшись от стрелы, он получил копье в бок.

Здоровенный черный амарок извернулся, схватился зубами за древко, которое вырвал из рук Акима, но щелкнула тетива, засвистела стрела, и в шею огромному волку воткнулась стрела.

Волк ревел и рычал, брызгал слюной и щелкал зубами, но Артур методично пускал в него стрелу за стрелой, раз за разом.

Амарок не желал отступать, но и не осмеливался атаковать, он прыгал и припадал к земле, делая вид, что собирается наброситься, но стоило ему только попытаться – перед мордой мелькал меч, рассекая лезвием воздух, а стоило зверю зазеваться – в его тело тут же втыкалась очередная стрела…

В конце концов амарок, который уже тяжело дышал, оступился раз, оступился снова, а затем вовсе завалился в снег, но тут же вскочил.

Очередная стрела угодила ему в лапу и это стало последней каплей – амарок, взвыв, развернулся и бросился наутек. Но не тут-то было.

Люди только этого и ждали.

Гор бросился вперед, его меч полоснул по задней лапе зверя и тот, развернувшись, щелкнул зубами всего в нескольких сантиметрах от руки человека.

Это стоило ему всего – люди уже окружили его со всех сторон, очередная стрела ударила в грудь и амарок решил, что это конец. Но просто умирать он не желал – наверняка решил попытаться достать хоть кого-то из обидчиков.

На свою беду он выбрал Гора.

Бросившись к нему, амарок уже не обращал внимания на других. Он налетел на Гора, сбив того массой своего тела, вот-вот должен был вонзить зубы в человека, но тут свистнул топор и лезвие его разрубило шкуру на загривке, начало резать шею.

Для того, чтобы отделить голову от тела, не хватило всего чуть-чуть. Но и без того рана выглядела страшно.

Каким-то чудом амарок все еще стоял на лапах, пытался повернуть голову, но та болталась на жалких ошметках.

Он брызгал кровью во все стороны, издавал уже не рык, а жалкие булькающие и клокочущие звуки. А затем Бура ударил вновь, и это стало концом для последнего из троицы амароков…

***

Совершенно обессиленный Аким уселся в снег. Даже не уселся, а просто в него плюхнулся.

– О боги! Старые и новые…

Остальные стояли рядом с ним, тяжело дыша. Хоть бой длился всего ничего, он забрал много сил. Так много, что у Артура дрожали руки и ноги, а Бура и Гор никак не могли отдышаться.

– Ни хрена себе, какие у местных волки! – прохрипел Артур. – Даже представлять не хочу, какие медведи…

– Это не волки, – ответил ему Гор, – и они не местные.

– А кто тогда? – нахмурился Артур.

– Не видишь, что ли, какие здоровенные? – буркнул Бура. – Где ты таких волков встречал?

– Так если не волки, то кто они? – повторил Артур.

– Костегрызы, – просипел Аким.

– Амароки, – сказал Гор.

Артур вертел головой, глядя то на Гора, то на Акима.

– Так все-таки…

– Одно и то же это! – ответил ему Бура и распрямился, потянулся. – Уф…твари проклятые… Но двое мои!

– Да прямо! – возмутился Артур. – А ничего, что вон того я стрелами нашпиговал так, что он на ежа похож?

– От стрел твоих он не сдох бы, – хмыкнул Бура.

– Сдох!

– Не хочу вас расстраивать, – вмешался Аким,– но первым я ему копье в бок загнал.

– А я добил! – возразил Бура, упершись ногой в череп одного из дохлых амароков, он принялся выдирать свой топорик.

– Нет, ну вы поглядите на него… – начал было возмущаться Артур, но Гор его остановил.

– Хватит. Плевать, кто сколько убил. Заплатят за всех и разделим поровну.

Спорить с ним никто не стал.

Гор пошагал к убитому им «волку», чтобы забрать нож.

– Бура! Доруби башку той твари… – приказал он на ходу товарищу, – отнесем в деревню в качестве доказательства, что работу мы сделали…

Бура кивнул, перехватил удобнее топор и занес его для удара…

***

Отрубленная волчья башка, обмотанная веревкой, чтобы ее проще было нести, упала на пол у ног старейшины, и тот с выражением удивления, страха и даже брезгливости тут же отпрянул.

– Это что такое?

– Ваш «некромант»! – ответил Гор.

Старейшина недоумевающе уставился на него.

– Туша этой твари и еще двух таких же за кладбищем, в лесу, – завил Гор.

– Но волки не могли…

– Это и не волк. Это костегрыз, – заявил Аким.

Старейшина нахмурился, вновь уставился на отрубленную голову, лежащую на полу.

– Эти твари часто нападают на людей, – пояснил Гор, – и могилы могут разрыть…в деревне кто-то недавно помер?

– Старуха Байя три дня назад преставилась…– сказал кто-то из глазевших на происходящее крестьян.

– Ну вот, – кивнул Гор, – учуяли и разрыли. От тела небось мало что осталось?

– Одни ошметки, – ответил ему все тот же смелый крестьянин.

Гор кивнул.

– О чем и говорю…. – он поглядел на старейшину. – Ну что, уважаемый? Мы работу сделали. Неплохо бы было заплатить.

Тот недоуменно поглядел на Гора, но спустя секунду в глазах его появилось понимание.

– Ну, за трех волков награда то будет поменьше и…

– Э нет! За трех костегрызов! – поправил его Гор. – И договор какой был? Как ты, уважаемый, сам говорил? «Что бы там ни было – убейте это, а уж мы в долгу не останемся». Такой был договор? Ну вот, мы свою работу сделали. Очередь за тобой…

Старик с недовольным лицом вытащил треугольные монеты и протянул Гору.

Тот сгреб деньги, пересчитал и отправил в мешочек к остальным.

– А чего с провизией в дорогу и теплыми вещами? – напомнил Гор.

– Будет все, – буркнул старик.

– Это хорошо, – хмыкнул Гор, – давайте, а то тут уже и до вечера не далеко. А нам еще сколько верст идти…

Старик намек понял, скривил недовольное лицо, но все же окликнул своих помощников, велел им собрать все, что было обещано гостям…

***

Четверо довольных собой бывших дезертиров, а нынче уже наемников, выполнивших свой первый контракт, шли по дороге.

День был морозным, но ясным. Даже солнышко ненадолго выглянуло. Тепла от него, конечно, было едва ли, но зато все вокруг стало выглядеть не таким мрачным и зловещим.

У всех четверых было приподнятое настроение и они шли, перебрасываясь друг с другом шутками и подколками, болтая о том, о сем.

– А ведь старейшина зажал нам платить! – говорил Аким.

– Ага, хотел отделаться парой медяков, – поддакнул Бура, который к удивлению всех остальных был сегодня и в настроении, и довольно разговорчив, что за ним вообще не наблюдалось ранее, – но наш десятник тоже не пальцем деланый. Сбил все, что полагается.

– Ага, и жрачку с вещичками, – встрял Артур, – хотя вещички, надо сказать, дрянные.

– Думаешь, жрачка пристойная? – заржал Бура. – Втюхал нам старый пердун то, что даже собаки не жрут. Лишь бы отделаться…

– Вот тебе и благодарность, – проворчал Артур, – а ведь как просил, как умолял, чтобы мы им помогли…

– Видимо, кинуть наемников на оплату – это в порядке вещей, – сказал Гор, доселе молчавший, – так что привыкай. Свое придется выбивать со скандалами…

– Ну, это проще, чем амароков бить, – засмеялся Артур, – с ними вообще отлично получилось. Всегда бы так.

– Ага, плевое дело! – буркнул Бура и плюнул себе под ноги.

Почуяв подвох в его словах, Артур удивленно спросил:

– А чего такого? Перебили зверье и денег заработали. Разве нет?

– Тебя послушать – так и есть… – вздохнул Аким, – а мы вообще-то чудом живы остались…

– Да ладно, – отмахнулся Артур.

– А ты вспомни, как стоял, глаза вывалив на ту тварь, – напомнил Аким.

– Так ты тоже… – попытался оправдаться Артур.

– Да мы все трое так стояли, – влез Бура, – а вот Гор молодец. Как только знал, что та скотина нас отвлекает?

– Когда-то уже сталкивался с этими бестиями, – ответил тот, – знал, как они действуют: одна тварь показывается, другие обходят и нападают исподтишка.

– Ты смотри, хитрые… – хмыкнул Бура.

– Это они тебя так? За ногу? – спросил Аким.

– Они… – кивнул Гор, – чуть без ноги не остался тогда. Благо лекарь толковый был у нас – выходил…

– А нам чего не сказал, чтоб не глазели? – возмутился Артур.

– Времени не было. Вы бы пока поняли, что я вам втолковываю, на вас бы уже накинулись… А так все сами увидели.

– А если бы первой бросилась та скотина, что с другой стороны была? – спросил Артур.

Вместо ответа Гор лишь пожал плечами.

– Если бы да кабы… – вздохнул Аким, – короче, повезло, считай, что все живы…

– Как думаете, долго еще нам идти? – спросил Бура. – Что-то устал я уже. Да и темнеть скоро будет…

– Вроде не так далеко деревушка была, – прикинул Аким, – но только по снегу мы еле ползем…

– Если что – в лесу заночуем, – успокоил товарищей Гор, – жрачка есть, теплые шмотки тоже… Костер разведем и как-то перекантуемся.

– А ну как тут еще эти твари есть? – поежился Артур и бросил опасливый взгляд на лес, тянувшийся вдоль дороги.

– Вряд ли, – заявил Гор, – и эти трое непонятно как сюда заплутали. А еще две стаи так близко не живут, так что не боись…

– все равно в охранение надо кому-то стать, – буркнул Бура.

– По очереди отстоим, – ответил Гор, – без охранения нельзя.

– Нельзя, нельзя… – закивал Аким, – мало ли, что в округе водится помимо костегрызов…

***

Брели они долго, когда начало смеркаться и необходимость ночевать в лесу уже казалось неотвратимой, далеко впереди остроглазый Артур заметил огоньки.

– Деревня! Точно вам говорю! – обрадованно говорил он.

– Может, показалось? – с сомнением спросил Аким.

– Да нет же, я тоже чего-то видел, – сказал Бура, – но далеко…

– Да дойдем! – уговаривал товарищей Артур, – пусть и к ночи, но дойдем.

Все поглядывали на Гора. Решение принимать должен был он. Как и во время службы при сире Борсе все слушались десятника, так и сейчас, когда они подались на «вольные хлеба», как-то было само собой разумеющимся, что старшим так и остался Гор.

– Будем идти, – решил он, – если совсем невмоготу будет – тогда устроим ночевку.

– Дров не найдем ведь… – заныл Аким, – в темноте то…

– А сейчас, в снегу, можно подумать, найдешь! – хмыкнул Бура. – Нарубим, не проблема.

– Так место найти бы еще… – не унимался Аким.

– Да чего там искать, – пожал плечами Бура, – хоть посреди дороги. Где костер разведем – там и ночевка. Но сдается мне, малый наш прав – дойдем до деревни…

– Она вроде уже на торговом тракте была,– нахмурившись, принялся вспоминать Артур, – и вроде таверна была…

– Была, была, – подтвердил Бура, – даже с комнатами вроде…

– Хорошо бы… – мечтательно вздохнул Артур.

– Отвыкай, – хмыкнул Аким, – мы теперь наемники.

– И чего? Наемников в таверны не пускают? – возмутился Артур.

– Наемники редко в тавернах ночуют, – пояснил Аким.

– А где тогда?

– В лесу, у дороги, в поле…где придется.

– Да ну прямо уж… – не поверил Артур.

– Ну, вообще-то он прав, – вздохнул Бура, – жизнь у нас будет не сахар…а что делать?

***

Им все же повезло. Уже давно наступила темень, но звезды и луна хорошо освещали дорогу и вскоре четверка уставших путников вышла к большой деревне, расположившейся, как и говорил Артур, возле торгового тракта (который даже после прошедшей метелицы был хоженым).

К еще большей радости четверки нашлась и таверна.

Поднявшись по расчищенным от снега ступенькам на крыльцо, Гор толкнул дверь, и оттуда на него тут же повеяло теплом.

Не мешкая, Гор шагнул внутрь, а за ним и остальные.

Глава 4 Заказ

Мясо, соленья, пусть и немного остывший, но все же свежий хлеб, а еще обжигающе горячий чай сделали свое дело – новоиспеченные наемники ожили на глазах.

Аким, которого трясло, когда они добрались до таверны, наконец расслабился, развалился на своем стуле и блаженно поглаживал брюхо. Вечно недовольный Бура тоже выглядел в кои-то веки удовлетворенным.

– Ну и где там пиво? Сколько можно ждать? – он все равно нашел повод для ворчания, но остальные не обратили на него внимания.

Когда подошла служанка, чьи формы заставили обратить на нее внимание всей четверки, и расставила кружки на столе, Артур вдруг вскочил, схватил свою пустую миску и удалился вместе со служанкой.

– Вот ведь неугомонный! – хмыкнул Аким, завистливо глядя ему вслед. – Везде ведь пристроится… И не надоедает же ему…

– Ты, старый, уже небось и забыл, каково это? – хмыкнул Бура. – Старухи то как не стало… Или хаживал по соседкам?

– Да куда там, – отмахнулся от него Аким, – жил себе бобылем. А соседки…да ну их, дур! Чуть что и сразу начинают хозяйничать. А вы ж знаете, как я это не люблю.

Это да, это знали все в деревне. Очень Аким не любил, когда кто-то пытался наводить свои порядки на его подворье. Когда Аким похоронил свою жену и дня три не выходил из дому, односельчане уж испугались, что старик преставился. Ну и заслали к нему «разведчика». Тот, или точнее та, увидев, что Аким просто лежит на печи, решила немного прибрать в комнатушке, но стоило ей только начать, как вся деревня услышала вопли Акима, мигом спрыгнувшего с печи.

Ну что ж – таков он был…

Когда наемники допили уже по третьей кружке, а Артур так и не появился, Гор решил, что с него достаточно и пора идти спать.

В таверне, к слову, хватало постояльцев. Во всяком случае, наемникам на четверых досталась одна комнатушка с двумя кроватями. Но это не стало проблемой – кровати заняли Гор и Аким, Бура расстелил себе на полу, ну а Артур и вовсе не появился.

– До утра и не появится! – заявил Бура.

– Ну так ему и не до сна будет, – хмыкнул Аким, – видели, как за той девкой увивался? Готов спорить на что угодно, что он уже ее окучивает.

– Да как пить дать! – кивнул Бура. – Ох, когда-то нам его похождения могут боком выйти…

– Да уже вышли. Помнишь, как жену десятника Брода в замке барона Эльмеса охмурил? – напомнил Гор. – Сир Борас тогда не знал, что делать, десятник ревел, как лось в брачный период. Ох и вломил он тогда нашему Артуру…

– Ага. Вломил, – хмыкнул Бура, – а на следующую ночь Артур уже опять с его женушкой кувыркался.

Гор удивленно уставился на него?

– Да ладно? Артурка ж наш полдня отлеживался и охал, все жаловался, что Брод ему кишки отбил.

– Ну, а к вечеру отпустило, видать. Или решил, что женка Брода его подлечит, – пожал плечами Бура, укладываясь в свою «постель».

– Вот ведь пес шелудивый! – рассмеялся Гор. – Сколько его уже лупили, сколько шкуру обещали продырявить, а с него как с гуся вода.

– Горбатого могила исправит, – буркнул Бура, – все, я спать.

Аким и Гор последовали его примеру.

***

Громко хлопнула дверь и чей-то веселый голос заявил.

– О! Все дрыхнут, старые пеньки! Вставайте, пока зад солнцем не напекло.

– Не напечет, – буркнул Бура, – и отвали, не мешай.

– Вставайте. Я вам пожрать приволок! – повторил Артур, а именно он вломился в комнатушку будить товарищей.

– Пожрать? – развернувшийся было и накрывшийся шкурой Бура оживился и поглядел на Артура. – Пожрать ‒ это хорошо. Где достал?

– Угостили, – улыбнулся Артур.

– Знаем, знаем, кто тебя там угощал всю ночь, – засмеялся Аким, вставая с кровати и прошлепав босыми ногами к столу. – Ого! Какое угощение! Видать, хорошо постарался?

– По-другому не умеем, – гордо вскинув подбородок, заявил Артур. – Слушайте лучше, чего я узнал…

Перво-наперво Артур попытался разузнать, не нужны ли купцам, что сейчас были на постоялом дворе, охранники. Но тут не повезло – все торгаши, остановившиеся на ночевку, были местными, из баронств. А, следовательно, денег на охрану у них не было. Как узнал Артур, тут бывают и торговые караваны из соседних стран, однако проходят редко. Последний был около месяца назад и когда будет новый – неизвестно. Да и большой вопрос – захотят ли они нанимать каких-то проходимцев. Тем более, скорее всего, у них уже будет своя охрана.

– Плохо, – вздохнул Гор, – было бы отлично добраться до большого города вместе с торговым караваном, еще и заработав при этом. Молодец, Артур, варит башка!

– Да толку от этого? – пожал плечами лучник. – Нет ведь торговцев… Но слушайте, я узнал кое-что еще.

– Ну? – теперь уже даже Бура проснулся и глядел на товарища.

– Та девушка, которая вчера нам…

– Ну, понятно, дальше! – нетерпеливо оборвал его Аким.

– В общем, она говорит, что неспокойно у них. Про нечисть всякую народ судачит, про некромантов…

– И тут то же самое? – хмыкнул Аким. – Гор! Похоже, тут еще одна стая амароков бродит.

– Не, – покачал головой Артур, – не похоже. Могилы кто-то разрывает, рядом находят следы. То ли ритуал какой проводили, то ли еще чего… И тела в могилах целые….

– Жутко не люблю все эти страсти, – поморщился Бура, – предлагаю сваливать из этих краев побыстрее. Ну его все…

– Да погоди ты! – шикнул на него Артур. – Короче, тут, в таверне, сидит мужик, он ищет наемников, которые их деревни от нечисти защитят. Готов заплатить десять серебряных, если удастся избавиться от чудища или кто там у них. Жрачка за их счет, естественно. Деревня, я узнал, всего-то в паре часов отсюда. Еще и на границе баронства. Короче, сделаем дело и свалим отсюда. Как вам?

– Ну а вот это уже интересно, – заявил Аким. – Как считаешь, Гор?

Гор молча кивнул.

– Я тоже так подумал, – заявил Артур, – так что нашел этого мужика и он ждет нашего старшего, – тут Артур поглядел на Гора.

– Ну, малец, удивил! – поразился Гор. – Соображаешь!

– Молодец! – Гор хлопнул Артура по плечу.

***

Жители деревушки настолько были рады тому, что удалось найти наемников, способных решить их проблему, что в первую очередь накормили не таких уж голодных наемников до отвала, а затем еще и напоили.

Встречать и потчевать наемников собралась вся деревня, так что получился не обед, а полноценный пир, затянувшийся до самого вечера.

И тогда уже пошли разговоры…

– Верно вам говорю, – заявлял какой-то старикашка, на одном глазу которого веко словно бы не могло подняться и глаз был полузакрыт, – мертвяки пчел боятся. Будь дело летом – ничего бы тут не было.

– Тебя послушать, так пчелы все могут, – говорила какая-то грузная, раскрасневшаяся женщина, пившая наравне с мужиками, – и от чумы помогут, и козу вылечат, и мужскую силу вернут. А мне вон не помогли!

– На тебя просто пчелы мало, – ответил ей старик, – надо целый улей!

– Ах ты старый хрыч! – воскликнула обиженная женщина под хохот окружающих.

Деревушка, куда прибыли наемники, могла считаться зажиточной. Как оказалось, тут обитают пчеловоды и их мед расходился не только по всем вольным баронствам, но и далеко за их пределы. Как уверяли жители, купцы даже везли мед кораблями с Велька. Но это уже неточно.

Летом тут было оживленно – то и дело прибывали торговцы, было шумно и многолюдно, но когда заканчивался сезон, становилось холодно, деревушка впадала в дрему и просыпалась лишь по весне. Будто с пчелами.

Однако этой зимой жителей что-то потревожило. Собственно, по этой причине наемники тут и объявились.

– Так. А давайте-ка, расскажите, чего тут у вас и как происходит! – велел Гор, когда местные уже сбились на привычные темы и напрочь забыли о «гостях».

– Да чего рассказывать… – пожал плачами тот самый старик с полузакрытым глазом (Гор, кстати, сделал вывод, что «целебные» пчелы его так «вылечили», что веко и не поднималось), – решила баба Ксанья проведать могилку своего старика. Идет, значит, по кладбищу, глядь – а у одной из могил морда какая-то копается. Она у нас подслеповатая, хотела поближе подойти, а тот не будь дурак, сбежал…

– Так если бабка подслеповатая, может, ошиблась? – спросил Артур.

– Не-е-е…одежку его она разглядела. Тем паче что через пару дней уже Гасим видел какого-то чужака. И одет тот был так само.

– Так ‒ это как?

– Да будто ряса какая, тулуп толстенный да сума при нем была, – заявил мужик, пивший пиво на лавке, – я еще заметил, что сума та странная была – человек ее не на плече нес, а за спиной. Будто привязанная. Во дурак, да? Как снимать будет?

Гор мгновенно смекнул, о чем мужик толкует. Он ведь не сумку, а походный ранец описывает. Вещь хорошая, дорогая, такая не каждому по карману будет…

– И чего? Еще где того чужака видели? – спросил Аким.

– Видели, а как же, – кивнул «одноглазый» старик, – в лесу неподалеку, у костра грелся, да талмуты свои читал. Чернокнижник, видать…

– Опять по кладбищу шататься, – вздохнул Аким, – что-то мне это уже надоело…

– В прошлый раз мы не на кладбище, а в лесу сцепились с… – начал было Гор, но одноглазый старик, навостривший уши, услышал, о чем они говорят.

– Это вы о чем? – тут же оживился он, – что там на кладбище?

– Да… – Гор соображал, что ответить, но в конце концов решил не юлить и ответить честно: – Нас недавно наняла другая деревушка. Тоже считали, что у них какая-то нечисть завелась…

– И? Чего там? И как? Что было то? – посыпались с разных сторон вопросы.

– Да оказалось, что это амароки были…

– Что еще за роки? – нахмурился старик.

– Волки такие здоровые, с севера, – пояснил Гор.

– А-а-а! – воскликнул кто-то из другой стороны зала. – Это которых северные варвары со своих островов привезли?

– Они самые, – кивнул Гор. – В общем, стая была небольшой, всего три головы. Мы их и прибили…

– О как, – хмыкнул старик, – ну, у нас тут точно не волки. Могилы кто-то раскапывает, но тела не трогает… Да и тела там…какие уж тела? Кости одни. Точно чернокнижник какой. Али колдун!

– Может, разбойники драгоценности искали? – спросил Гор.

– Не-е-е…какие тут драгоценности? – махнул рукой старик. – Не бароны у нас тут лежат. Да и разбойники не водятся в наших местах. Раньше были ‒ банда Бажена Кожемяки. Да их всех перебили.

– Точно всех?

– Да всех…а кто и смог сбежать, так сверкал пятками так, что и не догонишь. За тридевять земель отсюда убег.

– А чего Кожемяка? – заинтересовался Артур. – Что за прозвище такое?

– Не прозвище никакое, – ответил старик, – просто была у нас деревушка. Жили там люди, не тужили. А как бароны наши начали лбами стукаться да набеги устраивать, деревушку эту и сожгли. А Кожемяка там жил. Знатный мастер был. Но как хату его сожгли солдаты баронские, он осерчал и в леса ушел. Собрал таких же, жизнью побитых да на весь белый свет обозленных, ну и начали они всякие подлости чинить: то купцов перережут, то на деревню налетят. Говорят, так обнаглели, что даже баронский патруль перебили. Но тут ужо они палку то перегнули, осерчал барон, и ну их ловить. Загнали, как зверей, да перебили…

– Понятно, – кивнул Артур и приложился к своей кружке.

Далее разговоры вновь скатились обо всем и ни о чем. Часть крестьян сидели и клевали носами, наемники и сами были не против отправиться спать, но местные сворачивать застолье не спешили. Лишь ближе к полуночи не на шутку разошедшиеся деревенские начали успокаиваться и расходиться по домам.

Наемники облегченно выдохнули и сами завалились спать.

Да только поспать толком не получилось – чуть позже за полночь раздался страшный вой, от которого проснулись абсолютно все, в деревне послышался скулеж испуганных псов, в домах загорался свет.

Люди кто в чем бежали к церквушке Триликого, в которой до этого и пьянствовали. Но в этот раз бежали полуголые, волокли с собой детей или несли их на руках.

Наемники проснулись с остальными, оделись, вооружились, но не знали, что делать, наблюдали, как здание заполняется испуганными людьми.

– Так, – вздохнул Гор, – кажется, пора за работу.

– Вы что, собрались сейчас идти на кладбище? – опасливо спросила бледная от испуга женщина, прижимающая к груди ребенка.

– Ну вы же сами слышали… – начал было Гор, но тут же подскочил лысый мужичок, затараторивший так, будто боялся, что ему вот-вот прикажут замолчать:

– Давайте лучше утром! Останьтесь здесь! Мало ли что! А вдруг чудища придут в деревню!

Его тут же поддержал хор нестройных голосов и Гору пришлось несколько минут успокаивать перепуганных людей, объяснять им, что здесь им ничего не угрожает, что монстры, кем бы они ни были, вряд ли полезут в деревню и уж тем более вряд ли будут ломиться в церквушку, под завязку забитую людьми. Ну а если люди так боятся, то после ухода наемников они могут просто забаррикадироваться…

Но тут вперед вышел одноглазый старик.

– Ага, конечно! Знаем мы, чего у вас на уме! Запрете нас тут, как обед для этих тварей, а сами шмыг из деревни, только вас и видели!

Гора это просто вывело из себя.

– Ты сам рассказывал, что чернокнижник в округе завелся! И на кладбище у вас не спокойно! Те твари, что могли там появиться, сейчас там! А где мы их днем сыщем? М?

Глаза старика забегали, он открыл было рот, собираясь что-то ответить, но ничего на ум ему не приходило.

– Вы зачем нас позвали? Найти и извести тварей, что вас донимают! Ну так дайте нам делом заняться! – рявкнул Гор и направился к выходу.

Люди напряженно следили за ним и за остальными наемниками, следовавшими за главарем. У многих на лице было написано явное желание остановить наемников, но никто этого так и не сделал.

***

Едва только наемники оказались снаружи, двери за ними закрылись и было слышно, как люди внутри подсовывают что-то тяжелое под вход, баррикадируются.

Отойдя метров на двадцать, наемники, до этого хранившие молчание, наконец заговорили. И первым подал голос Бура.

– Десятник! Надеюсь, ты понимаешь, что делаешь?

– Ты о чем? – спросил Гор.

– Если на кладбище действительно чернокнижник и он призвал каких-то тварей, которые нам не по зубам, то лучше будет убраться подобру-поздорову куда подальше…

– А крестьяне? – возмутился Артур. – Мы же им обещали! Деревня на нас надеется!

– И что, что надеется? – хмыкнул Бура. – Нам из-за этого тут всем полечь? Ты понимаешь, что у нас просто может не быть шанс справиться с тем, что там засело?

– И что, просто бросим всех тех людей? Пусть их сожрут?

– Никто никого не сожрет! Засядут в домах, а там барон солдат пришлет… Или какие охотники на монстров нарисуются.

– Или инквизиторы, – поддакнул Аким.

– Во-во, – закивал Бура, – это как раз по их части. А мы кто? Мы так… с разбойниками повоевать, торговцев охранять…

– А чего ж ты тогда на это все подписался? – возмутился Артур. – Чего жрал и пил там, в деревне?

– Ну так непонятно было, что тут вообще происходит, – пожал плечами Бура.

– А теперь стало понятно? И ты решил дать деру? – ехидно поинтересовался Артур.

– А ты чего такой благородный стал вдруг? Что–то раньше за тобой такого не наблюдалось…

– Там две девки были, близняшки. Так Артурка вокруг них весь вечер вился, – заявил Аким, от чего Артур вдруг залился краской.

– Ах ты ж… – возмутился Бура, – вот оно чего! А я-то думал…

– Да я не из-за них, я вообще… – принялся оправдываться Артур, – не, ну и их тоже бросать как-то…

– Вот ведь потаскун какой! В глотку к дьяволу полезет, лишь бы девок охмурить! – протянул Бура.

– Двух! – напомнил ему Аким.

– А, да… Двух! – рассмеялся Бура, и покачал головой. – Ах ты пес шелудивый…

– Заканчивайте, – оборвал веселье Гор, – мы тут не просто гуляем…

Они как раз добрались до окраин деревень. Старое кладбище было за полем и пригорком.

Четверка наемников шла, настороженно озираясь по сторонам. Благо ночь была хоть и морозной, но светлой – луна и звезды отлично освещали окрестности и видно было великолепно.

Наемники взобрались, топча снег, на пригорок, и тут до них вновь долетел вой или вопль, от которого стыла кровь в жилах.

Глава 5 Нечисть

Аким скривился, будто съел что-то кислое.

– Да что же это так вопит?

– Похоже, гуль, – преспокойно заметил Бура.

Артур, Гор и Аким удивленно на него уставились.

Что такое или, точнее, кто такой гуль – все знали. Премерзкая тварь, чаще всего «рождающаяся» из гниющих тел в братской могиле. Ну, или же ее могут «создать» чернокнижники. Гуль – быстрый и ловкий, передвигаться может как человек, на ногах, но чаще бегает на всех четырех конечностях, как пес. И так у него получается гораздо быстрее.

Питается гуль чаще всего падалью. Причем в первую очередь той, которая была в могиле, где он и появился. Молодой гуль отъедается и если ему хватает пищи, то на поверхность из земли выбирается белесая зубастая тварь, неимоверно худая, лишь отдаленно напоминающая человека. И вот на этом моменте гуль уже становится опасным для людей. Обычно эти твари обитают на строго определенной территории – местах сражений, кладбищах, массовых захоронениях. Короче говоря, там, где для них есть пища. Если же еды нет – гуль не брезгует и животными. Мелкими грызунами, зайцами, лисами и даже волками. С последними, к слову, гуль справляется без проблем. Разве что со стаями предпочитает не связываться. Хищники тоже обходят его стороной – плоть гуля ядовита для живых. Если волк укусит гуля, то с большей долей вероятности подохнет в течение недели. Так что гуля зверье избегает. Тем более воняет он так, что это трудно не заметить.

Также гуль нападает и на живых людей. Действовать предпочитает исподтишка. Так как у него имеются какие-то зачатки разума, он опасается групп, выбирая в качестве жертв одиноких путников, ну или же детей.

Если на тебя налетел гуль, отбиться от него вполне реально. Главное – не давать себя укусить или поцарапать – рана уже на второй день загноится, начнется заражение, и ты в течение недели умрешь, а затем переродишься в такую же тупую, алчную до плоти тварь. Ну, разумеется, если с раной ничего не делать и не проводить никакого лечения.

Что касается «прочности» – убить гуля можно одним ударом, попавшейся под руку дубиной. Плоть их будто свечной воск. Так что для группы из трех мужиков, вооруженных и умеющих оружием пользоваться, гуль практически не представляет угрозы.

– Гуль? – наконец смог переспросить Аким. – Ты уверен?

– Уверен, – кивнул Бура, – слыхал, как они орут.

– Даже спрашивать не буду, когда это тебе так повезло…

– И не надо, – хмыкнул Бура, – а орет он так, потому что увидел живого человека и пытается до него добраться.

– Так может, уже добрался? – спросил Артур.

– Нет…не вопил бы тогда, а жрал молча.

Наконец оказавшись на пригорке, наемники смогли оглядеться.

Прямо перед ними простиралось огромное кладбище. Явно старое и явно деревне не принадлежащее. Похоже, где-то неподалеку когда-то давно был город, и это кладбище – все, что от него осталось. Часть могил были без каменных постаментов, даже деревянных символов Триликого не было. А кое-где не то что постаменты или памятники, целые склепы и часовни стояли, статуи усопших.

Часть этих «строений» и «скульптур» были здорово разрушены временем, ну а часть на первый взгляд прекрасно сохранилась.

Наемники осматривали и прощупывали глазами «мертвое» поле, но заметить противника пока не смогли.

А затем вновь раздался то ли вой, то ли визг…

Поморщившись от того, как крик твари ударил по ушам, Гор указал мечом направление.

– Вон оттуда вроде орало.

– Ну, идем тогда, – преспокойно сказал Бура и первым пошагал вниз…

***

Спустя несколько минут наемники брели по колено в снегу между памятниками и надгробными плитами. Каждый держал оружие наготове и глядел в оба, боясь пропустить момент, когда тварь нападет.

Гуля то они прикончат – это без вариантов. Но если зазеваться, то эта тварь может цапнуть, и тогда проблем не оберешься.

Проходить через муторную процедуру лечения никому из четверки не хотелось, потому они и были начеку.

Бура поднял руку со сжатым кулаком, давая понять остальным, что заметил нечто и что им лучше замереть.

Все стали, как вкопанные.

Бура, не произнося ни слова, указал на склеп неподалеку, а затем показал жест, означающий «враг».

Гор кивнул и жестами приказал Артуру следовать за Бурой, а Акиму велел идти с ним.

Разделившись на две группы, наемники начали красться к склепу с разных сторон.

Гор услышал какой-то скрежет, очень напоминающий звук, с каким кот точит когти, также до его ушей донеслось то ли недовольное урчание, то ли нетерпеливое порыкивание.

Гор был уверен – гуль там. Те звуки, что он издавал, человек точно никогда не сможет повторить. Да и никакое животное не сможет, уж очень они…«специфичные».

Склеп, который они обходили, имел вход с другой, дальней от наемников стороны, и скорее всего именно в склеп гуль и рвался.

Зачем? Что он там забыл?

С таким неистовством эта тварь из преисподней может ломиться только за жрачкой. Но что там, в склепе? Деревенские вроде не говорили, что кого-то недавно хоронили. Да даже если бы и хоронили, вряд ли стали прятать тело в старый склеп.

Так кто же там?

Догадка мелькнула в сознании, но стало не до нее – Гор увидел гуля. Тот действительно ломился в дверь склепа. Та выглядела старой, жутко старой, но все же как-то удерживала его натиск.

Щелкнула тетива, и тварь мгновенно отпрыгнула. Стрела, которая должна была попасть в гуля, ткнулась в каменную стену, сломалась от удара.

– Вот ведь тварь! – поразился Аки. – Как увернулась-то?

Гуль мгновенно отреагировал на произнесенные слова – развернулся к людям, замер, явно готовясь к прыжку.

В этом была его ошибка – вторая стрела, пущенная Артуром, угодила в бок твари.

Гуль зашипел, вновь повернулся к Гору и Акиму, уставился на них своими злобными красными глазенками, светившимися ненавистью, от которых веяло чем-то потусторонним, чужим.

Раскрыв пасть, тварь издала свой вопль, то ли рассчитывая оглушить и сбить противников с толку, то ли же просто «обозначая» атаку, и бросилась вперед.

Гор махнул мечом, но гуль в последний момент успел изменить траекторию прыжка и легко увернулся от удара.

Аким попытался достать гуля своим копьем, но тот отпрыгнул, вновь зашипев.

Когда Гор и Аким пошли на монстра, тот продолжал шипеть и пятился назад, совершенно не замечая, что с другой стороны к нему крадется Бура, а Артур готовит очередную стрелу, укладывая ее на лук.

Бура прыгнул вперед, занося свой топорик для удара, и…

Как оказалось, монстр был в курсе, что его окружили, и он услышал Буру. Гуль развернулся и вцепился в ногу Бура своими зубами, прокусив и толстые штаны, и подкладку, и, видимо, кожу, так как Бура заорал благим матом, его лицо исказила гримаса боли, а в следующее мгновение он опустил свой топорик на голову потусторонней твари.

Башка гуля лопнула так, будто это была гнилая тыква – Бура просто рассек ее надвое. Более того, лезвие его топора располовинило голову, прошло шею и остановилось где-то в районе лопаток. Еще немного, и он бы мог рассечь гуля пополам.

Но Бура не удовлетворился содеянным, он поднимал и опускал свой топорик, который с легкостью входил в тело гуля, пробивал его насквозь, застревая в земле.

Вокруг изуродованного трупа уже растекалась зловонная желтая жижа, видимо, заменявшая гулю кровь.

Гор и Аким бросились к Буре, который, нанеся очередной удар, зашатался, выпустил оружие и упал на снег.

– Ах ты ж чертова скотина! Вот же отродье! Ну как же так? – бормотал Аким, стаскивая с ноги еще не пришедшего в себя Буры сапог и задирая ему штанину, которая уже начала напитываться кровью.

– Эх ты, бесовщина проклятая… – вздохнул Аким, наконец обнажив ногу товарища и рассмотрев рану.

Была она глубокой, сильно кровоточила. И что удивительно, вокруг раны появилась нездоровая желтизна, на краях раны виднелись эдакие корки такого же буро-желтого цвета.

– Что там? Что? – спрашивал Бура, лежавший на земле, но Аким ему упорно рану не показывал.

– Нормально все, – ровным голосом ответил ему Гор, а затем переглянулся с Акимом.

Слов было не надо, они оба прекрасно друг друга поняли – рана была плохой, очень плохой. Буру нужно было срочно тащить к лекарю. Да только где он, лекарь? Может, в той деревне, где стоял трактир? Она большая, там наверняка найдется лекарь или целитель…

Меж тем Артур, пока Аким и Гор возились с Бурой, успел осмотреть труп гуля, который к этому моменту словно бы начал таять, расплываться. Он медленно погружался в ту лужу желтой жижи, которая из него и вытекла, и вообще, тело гуля походила на оплавленную свечу – морды уже было толком не разглядеть, пальцы на лапах слиплись, да и сами лапы иссохли, истончились. Затем Артур направился к входу в склеп, куда так настырно ломился гуль.

Прислонившись ухом к двери, он несколько секунд прислушивался, а затем затарабанил в дверь.

– Эй! Кто там? Выходи, мы прикончили тварь!

Какое-то время стояла тишина, а затем испуганный голос из-за двери спросил:

– Прикончили? Она мертва?

– Мертвее не бывает, – подтвердил Артур, – выходи!

– А…а вы кто? – настороженно спросил голос.

– Наемники. Нас наняли крестьяне из ближайшей деревни, чтобы мы покончили с монстром.

Вновь наступила тишина, а затем за дверью упало что-то тяжелое (видимо, засов, что очень удивило Гора – на кой черт с внутренней стороны двери склепа делать засов?), и двери распахнулись.

Из темного зева склепа наружу выбрался человек.

На вид ему было немногим больше, чем Артуру, но выглядел он куда хуже – хоть и был гладко выбрит, длинные нечесаные и немытые космы спадали на плечи, одежда была явно не первой свежести, грязная и мятая. Лицо все еще выражало испуг, от чего выглядело глупо, и даже диковинные очки, которые носил этот человек, не исправляли ситуации.

К груди этот тип прижимал какую-то книгу. Ее обложка выглядела так же потрепано, как и его одежда.

Кроме того, Гор заметил, что человек был одет в робу наподобие той, что носили целители и травники. Из оттопыренных карманов робы наружу торчат какие-то пробирки, пузырьки и бутылочки, в таких обычно продают свои «эликсиры» всякие шарлатаны на ярмарках.

– Ты еще кто такой? – спросил Аким.

– Наверняка это и есть чернокнижник, о котором говорили в деревне! – сказал Артур.

Гор, как и остальные, тут же смекнул, что действительно этот тип очень походил на описание, которое давали крестьяне.

– Он, гадина, гуля и вызвал! – рыкнул Бура. – Прирежьте урода!

– Стойте, стойте! – попятился назад, к склепу человек. – Никакой я не чернокнижник!

– А кто ты тогда?

Человек совершенно забыл про Артура, на которого и наткнулся, когда пятился.

Артур глядел на него с явным подозрением, если не с угрозой.

Человек затравленно оглядел наемников.

– Никого я не вызывал! И я не чернокнижник! – повторил он и добавил: – Я ‒ анимолог!

– Чего-о-о? – нахмурившись, протянул Артур.

– Один хрен колдун! – заявил Бура. – Отрежьте ему башку!

– Да что же вы за люди такие? – возмутился человек. – Я же сказал – я не колдун и не чернокнижник. Я…в какой-то мере исследователь, и изучаю...

– Покойников? Или гулей? По-моему он тебя чуть не изучил, – хмыкнул Артур.

– Эта тварь взялась словно из ниоткуда! – возмутился человек. – И нет! Мне нет дела до мертвых тел! Я ведь сказал: я – анимолог.

– Это что такое? Магия какая? – уже не скрывая угрозу, спросил Артур, надвигаясь на только что спасенного бедолагу.

– Да нет же! В какой-то мере это целительство!

– Оп-па!

Наемники переглянулись.

– А ну-ка иди сюда, целитель! – Аким схватил бедолагу и потащил его к Буре.

– Э! Вы чего задумали? – принялся возмущаться тот. ‒ Уберите его от меня, а то ну как заколдует!

Но на Буру никто внимания не обращал.

– Гляди! – приказал Аким и ткнул пальцем в рану на ноге Буры. – Знаешь, что с ним?

– Это его то существо укусило? – мгновенно сориентировался анимолог и кивнул в сторону дохлого, практически превратившегося в зловонную и мерзкую на вид лужу.

– Он самый.

– В таком случае, – заявил анимолог, поправляя сползающие очки, – смею предположить, что в скором времени начнется лихорадка, которая закончится гибелью инфицированного. Нет, конечно, есть зафиксированные случаи, когда заражение не происходило и больной выздоравливал, но судя по характерным признакам, которые я наблюдаю вокруг раны, да и если судить по самой ране, то…

– Любезнейший, – прервал его Аким, – слишком много слов и слишком мало дела. Ты знаешь, как его вылечить?!

– Не подпускайте его ко мне! – благим матом заорал Бура. – Этот колдун из меня зомби сделает!

– Отрежем тебе голову и всех делов! – успокоил его Гор. – Все, уймись!

– Ну так что? – толкнул анимолога Артур. – Ты это можешь вылечить?

– Да-да, – спохватился тот,– у меня был фолиант по темным болезням и средствам лечения. Да и все нужные ингредиенты должны быть… Но позвольте, – он озадачено огляделся, – а где же мои вещи? Ах да…

Он развернулся и направился к склепу.

– Э! Ты куда? – крикнул ему вдогонку Аким.

– Мне нужны книги, – не оборачиваясь, ответил «лекарь». ‒ Кажется, моя сумка там, на ступенях.

Он уже скрылся за дверями склепа.

– Гор, Аким, чтоб вас всех! – забормотал Бура. – Я не доверяю этому типу! Он же меня в могилу сведет!

– У нас нет выбора, – ответил Гор, – если он ничего не сможет сделать – придется тащить тебя в деревню у торгового тракта.

– Да я сам дойду!

– Как же, дойдешь… – хмыкнул Гор. – Не факт, что мы там целителя найдем. А где его еще искать – я без понятия.

– Может, пройдет? – Бура явно и сам не верил в то, что говорил, но Гор лишь покачал головой.

– Если ничего не делать – сам знаешь, через неделю в лучшем случае уже попадешь к Триликому… А точнее мы тебя отправим, так как ты станешь такой же тварью, как эта…

«Эта» уже исчезла – тело растворилось в зловонную лужу, в которой опознать быстрого трупоеда было невозможно.

– Сраный гуль! – взвыл Бура.

Тут из склепа показался анимолог. Он тащил здоровенный походной рюкзак, такой, о каком рассказывал крестьянин в деревне.

Бросив его на землю, анимолог сбросил ремни, открыл его и принялся рыться.

– Ну где же она? Неужели не взял? – бормотал он сам себе под нос. – Ага! Вот же!

Он достал книгу с видавшей виды обложкой, открыл ее и принялся листать.

– Так…сонная одурь, водяная болезнь, кипящая кровь… Ага, вот! Мертвенная лихорадка! – он поправил очки и скороговоркой прочитал: – «Наиболее частая причина возникновения – следствие укуса или травмы, полученной в ходе сражения с гулями, мортуариями, трупным шепотом и иными представителями темных низших из подвида падальщиков. Способы лечения: настойка теневого вьюна, перемешанная с…». Ага-ага… – он поднял глаза на наемников. – Будьте любезны, мне нужна помощь!

– В чем?

– В приготовлении настойки. Это во-первых. А во-вторых, в очистке раны…

Костер запылал уже через несколько минут. Артура поставили за главного. В его задачу входило сначала плавить снег, а затем кипятить воду, которая была основой для лекарства. Все ингредиенты, которые нужно было добавить в варево, анимолог уже передал Артуру и проинструктировал его, как и что нужно делать.

Ну а сам анимолог приступил к «чистке раны», как он это назвал. Гор и Аким должны были удерживать Буру, который орал во всю глотку, пока анимолог срезал корку с раны, материл всех вокруг и пытался вырваться.

– Сраные уроды! Чтобы вы все подохли! Дети шлюх и убогих! – орал Бура, но на него никто не обращал внимания.

Разве что анимолог периодически отрывался от «операции» и сердито выговаривал Акима и Гора:

– Ну вы можете держать его, чтобы не дергался? Он же мешает!

Когда Бура совсем выбился из сил, дело пошло быстрее. А затем и вовсе анимолог ткнул ножик с тонким бритвенно-острым лезвием в снег, оттер пот со лба и заявил:

– Так, все…что там с настойкой?

– Готово! Нести? – откликнулся Артур.

– Да, давайте…– анимолог принял из рук Артура небольшую походную кружку и влил все ее содержимое в рот Буры.

Тот, едва допив, тут же вырубился.

–Фуф… – облегченно выдохнул анимолог, – ну, кажется, справились…

– Он выживет? – спросил Гор.

– Должен. Но лучше бы нам перенести его в тепло. На морозе он вряд ли быстро пойдет на поправку…

– Значит возвращаемся в деревню, – решил Гор, поднимаясь на ноги.

Глава 6 Лекарь

Анимолог идти в деревню вместе с наемниками отказался наотрез, хотя к таверне направиться был очень даже не против.

Объяснил он все просто:

– Местное мужичье называет меня непонятно кем. То чернокнижником, то колдуном, то и вовсе некромантом. Боюсь, если появлюсь в деревне – они за вилы возьмутся. Вон, недавно сидел на опушке леса, неподалеку от дороги, развел костер, грелся. Гляжу – идет какой-то болезный. Так даже не успел его окликнуть, пригласить погреться у костра, а он, завидев меня, начал орать, как ненормальный, да как чухнул прочь, только пятки сверкали. Ну я подобру-поздорову решил тоже оттуда уйти, а то еще с дружками вернется и… Решительно не понимаю, почему местные такие дремучие? Ну надо же понимать разницу между ученым мужем и каким-то диким колдуном!

Анимолог был так возмущен, что никто из наемников не осмелился узнать у него, в чем же разница.

– Ладно, – кивнул Гор, – в деревне тебе действительно, лучше не появляться… Тогда сделаем так. Вы остаетесь тут, ждете меня, а я быстро сам туда схожу.

– А оно вам надо? – с сомнением поинтересовался анимолог.

– Надо, – хмыкнул Гор, – мы ведь гуля убили? Убили. Значит за него положена оплата…

– Так вот вы почему на том кладбище оказались? – всплеснул руками анимолог. ‒ А я-то думал…

***

Гор обернулся быстро. Деревенские были рады услышать, что наемники нашли и убили монстра.

– А кто же там был? – поинтересовался кто-то из крестьян.

– Гуль, – ответил Гор. – Тварь, что была на вашем кладбище, – гуль.

– А это чего такое? – спросил кто-то из молодых крестьян.

– Мертвяк это, – пояснил кто-то.

– Дурья твоя башка! Не мертвяк, а тварина, что из мертвяков вылупляется. Ходит и кровь пьет…

– Да нет. Кровь пьет этот, как его… Вумпир, во! А это зомбя! Точно вам говорю.

– Не…зомбя медленная. Давеча в цирке одну такую уродину показывали. Так она стоит и зеньки свои пырит на людей. Ух и жуть!

Гор вздохнул. Объяснять местным, кто такой гуль, ему было лень. Они и сами прекрасно разберутся.

– Откуда у нас гуль? – спросила вдруг старая-престарая старуха.

– Не знаю, – пожал плечами Гор, – но мы его прикончили. Все, что от него осталось, – у старого склепа, что на восточной стороне кладбища. Хотите – можете проверить.

– Как это «что осталось»? – не понял один из крестьян, который спорил с другими о том, что есть гуль.

– Если гуля убить – он начинает таять, как масло на солнце. Пара часов, и от него только зловонная лужа остается, – прошелестела беззубая старуха, которая, наверное, многое повидала за свою жизнь.

– Так ведь не жарко нынче… – хмыкнул крестьянин. ‒ Чего ему таять?

– Потому как убили его, дурья твоя голова!

– И чего?

– Того, что сила темная рассеялась, а так как сделан он из адской плоти, то она без всякой защиты и темной магии разлагается быстро. И плевать ей – жарко нынче или холодно… – заявила старуха, а Гор кивнул, подтверждая ее слова.

– Все так. Ни добавить, ни отнять…

– А чего один вернулся? – спросил одноглазый старик. – Остальные где?

– В порядке они, – ответил Гор, – ну, почти. Одного нашего тварь достала. Он жив, хоть и ранен. Надо его к тракту тащить – может, там лекаря найдем. Так что остальные тащат его, а я их нагоню…

– Ранен? Так может, вам пчелиного яду? – спросил одноглазый старик. – Верное средство от…

– Нет, – покачал головой Гор, – мне бы положенную плату, а дальше мы купим нужные снадобья.

С этим тянуть не стали и сразу вручили оговоренную сумму. Гор присутствующих поблагодарил и собрался уже на выход.

– Ну, мил человек, не по-людски это…– вдруг заявил старик, – такое дело сделали, а мы вас просто так отпустим?

Гор напрягся, ожидая неприятностей.

Но напрасно – его так нагрузили жрачкой да одежей, что он начал сомневаться, что сможет самостоятельно добраться до своих.

Однако и тут крестьяне подсобили – парочка самых смекалистых живо соорудили из подручного хлама волокуши, куда все добро и сгрузили.

–Дальше себе на горбы закинете поклажу, – инструктировал Гора одноглазый, а раненого на волокуши. По снегу – самое то. Живо дойдете и вусмерть не устанете.

– Спасибо, – кивнул Гор.

Он действительно был благодарен местным.

Проводили его всей деревней, но недалеко. Хоть Гор и сообщил, что монстра на кладбище больше нет, крестьяне опасались уходить далеко от своих домов.

Ну и ладно.

Гор, шагая по снегу и волоча за собой скарб, все же устал, пока добрался до остальных.

– Ого! Это чего? – заинтересовался Артур, рассматривая волокушу с добром.

– Премия от довольного заказчика, – тяжело дыша, ответил Гор. – Давайте, разбирайте, грузитесь! А на волокуши Буру погрузим… Ты, уважаемый, тоже не стесняйся. Раз с нами идешь, то уж подсоби… И тебя как зовут-то хоть?

– Платон Гроссе, практикующий анимолог и заместитель заведующего кафедрой анимологии при Леонском университете.

– Леонском? – переспросил Аким. – Это что же выходит, ты из Леонского царства?

– Да, – кивнул Платон.

– И как тебя сюда заперло?

– Пути исследователя такие…

– Да что-то далеко твои пути от обитаемых мест лежат…как только оказался в нашей глуши?

– Обитаемые места меня не интересуют. Что можно и что было там уже изучили. А вот в глуши, как вы выразились, как раз и прячется самое интересное…

– Ага. И оно тебя чуть не сожрало, – хмыкнул Артур, тащивший волокуши.

– Без опасностей не бывает приключений, – пожал плечами Платон, – но, пожалуй, вы правы. Какое-то время я хотел бы отдохнуть. А еще нужно отправить почту в университет. Так что теперь дорога моя лежит как раз к местам обитаемым… Желательно к большому городу.

– Ближайший на севере, в пяти днях пути, – сказал Гор.

– Вы туда направляетесь?

– Нет. Мы пойдем на запад. В вольных баронствах нам делать нечего.

– А мне кажется, что тут для наемников полно работы, – хмыкнул Платон.

– Опасной и плохо оплачиваемой, – встрял Артур, – уж лучше в Ливению податься. Там и спокойнее, охранниками каравана наймемся и порядок. Легкие деньги…

– Ага, гляди, легкие! – хмыкнул Аким. – Как напоремся на какую-нибудь банду, будут тебе легкие деньги…

– Да в Ливении тихо, – уверенно заявил Артур.

– И откуда ты только знаешь, балабол? Ты ж из вольных баронств даже не выбирался.

– Ну…от людей слышал.

– Каких еще людей?

– Да на тракте, от торговцев…

– Ой дурень… – сокрушенно покачал головой Аким, – а ты уши то и распустил…

– Да чего, чего? – возмутился Артур.

– Послушайте… – замялся Платон, – а могу я к вам присоединиться?

– Это как? – озадачился Гор.

– Ну…мне бы, конечно, к ближайшему городу добраться. Вы уверены, что не хотите на север?

– Если платишь – можно и на север, – усмехнулся Аким.

– Да с деньгами у меня не так чтобы хорошо… Так что раз вам в Ливению – отправился бы с вами…вместе веселее, так ведь?

– Хах! Веселее, говоришь? А может, ты просто боишься получить от местных на орехи, боишься, что до города одному тебе не добраться, потому и к нам прилипнуть хочешь. Думаешь, мы тебя будем защищать просто так? – рассмеялся Аким. – А ты, брат, хитре-е-ец…

– Но я ведь в лекарском деле немного ведаю! – спохватился Платон. – А у вас раненый. За ним пригляд нужен. Да и в Ливению дорога дальняя, мало ли, что случится… А я бы мог…

– Нет, он не хитрец, – хмыкнул Артур, – он просто хитрожопый. Да еще какой!

– Можешь идти с нами, – заявил Гор, – но доберемся до тракта, найдем настоящего лекаря и поглядим, все ли ты сделал как надо. Если напортачил – не обессудь…

Платон сразу погрустнел, но согласно кивнул.

***

Начало темнеть. Стало понятно, что до тракта и до таверны удастся добраться лишь глубоким вечером, а то и за полночь.

Но останавливаться никто не хотел.

Казалось, вместе со светом ушло и тепло – мороз начал пробирать до костей, то и дело идущие по заснеженной дороге люди начинали суетливо разминаться, тереть конечности, чтобы хоть как-то нагреться.

В этом плане было легко только тому, кто в этот момент тянул волокуши с Бурой на них. Теперь была очередь Гора.

Идущий рядом Артур, который только-только избавился от ноши, еще был разгорячен, шел легко, и ему было скучно.

– Эй, Платон!

– Что? – сжавшийся, обхвативший себя руками, чтобы хоть немного согреться, ученый даже не повернул головы.

– А что такое анимолог?

Собственно, этот вопрос интересовал всех наемников, но задавать его было как-то некогда. Особенно Гору, который то тянул волокушу, то ходил в деревню. Но вот, похоже, удачный момент нашелся.

– Это…нечто вроде лекаря, – задумавшись, ответил Платон, – в каком-то смысле.

– В каком?

– Ну…обычные лекари лечат тело…

– Так. А ты?

– Я специализируюсь не на физической оболочке, а на духовной.

– Как это? – не унимался Артур.

– Ты знаешь, что такое душа?

– Ну…да, – кивнул Артур.

– И что это?

– Ну, штука такая…в нас. В каждом из нас.

– Душа – суть и есть мы. Кто-то называет ее божией искрой, что заставляет работать тот мешок из костей и кожи, которым является наше тело, кто-то полагает, что это наши разум и память.

– А ты как думаешь?

– Думаю, что каждый по-своему прав. Без души не может быть человека.

– Да как это? – хмыкнул Артур. – Вот я есть, и что, если у меня нет души?

– Нет души – нет разума, воспоминаний. Ты не понимаешь, что такое добро и зло. Вопрос ‒ можешь ли ты хоть что-то понимать… Просто кусок мяса, который каким-то чудом еще живет…

– Видел такого однажды, – заявил Аким, – парня здорово стукнули топором по макушке. Лекари смогли залечить рану, но он так и не очухался. Лежал на своем месте и все. Не ел, не пил, не говорил и не двигался. Лежал, глядел в небо и слюни пускал. Видать душу из него выбили.

– Да-да, отличный пример, – оживился Платон, – а где вы видели этого человека? Как давно?

– Давно, – отмахнулся Аким, – лет десять назад… Было это в южных баронствах…

– А как думаете, тот человек еще жив?

– Нет конечно, – хмыкнул Аким, – третьего дня его того…к Триликому отправили.

– Убили? – возмущенно воскликнул Артур. – Почему?

– А чего с ним еще делать? Таскать его никто не хотел, сам бы он подох или того хуже… пару дней помучались, пытались кормить и поить, а потом… Лекарь сказал, что может когда-нибудь и поправится. А может и нет.

– И его просто убили? – Артур был все еще возмущен.

Аким лишь пожал плечами.

– У нас тогда дела не особо шли. Десяток того парня весь выбили. Даже лорда ранили и он к утру помер. Нам нужно было отступать, а дорога была нелегкая. Вряд ли тот бедолага ее выдержал бы. Вот и сделали, как проще было. Считай, облегчили страдания…

Артур поморщился и явно собирался сказать что-то едкое, но Платон его опередил.

– Дух того бедолаги действительно покинул тело. Вернется он или нет – большой вопрос. Если бы там был анимолог, вполне возможно, что он смог бы вернуть дух в тело. А так…скорее всего тот человек все равно погиб бы.

– А ты бы смог вернуть? – спросил Артур.

– Сложно сказать, – вздохнул Платон, – каждый случай особенный. И я бы…

– Так смог или нет?

– Да пойми ты – такие случаи малоизученные, и имеющиеся практики…

– Да или нет? – Артур не собирался сбавлять напор и давил как мог.

– Наверное, да, – наконец ответил Платон, – все же душа – моя специализация и подобные процедуры я проводил не раз и не два.

– А откуда ты знаешь, как лекарствовать, если ты – анимолог, или как там тебя? – Гор остановился, сбросил с плеч веревки и кивнул Акиму. – Твоя очередь, старый…

– Лекарство и анимология идут рядом, – пояснил Платон. – Вот, к примеру, ваш друг. Если бы тварь выбила из него дух и укусила, то невозможно было бы вернуть дух в тело, пока тело не будет очищено от скверны. Да даже сейчас, если бы мы не очистили рану, скверна бы выгнала дух или поглотила бы его.

– Поглотила? – удивился Артур.

– Гуль ест плоть, а сущность, коей гуль является, пожирает духовную суть человека. Как я и сказал, все взаимосвязано и не может существовать одно без другого.

– Чушь, как по мне, – прохрипел Аким, уже «запрягшийся» в волокуши.

– Вообще-то, если бы меня не было, то уже завтра вашему другу никто бы не смог помочь, – поджав губы, недовольно заявил Платон, – яд гуля быстро растекается по телу.

– Слыхал, что неделю укушенного обхаживали и выживал, – прохрипел Аким.

– Может быть, – кивнул Платон, – но это уже зависит от того, насколько сильный человек. Или, что правильнее, насколько его тело обучено и способно бороться с ядами и отравлениями.

– Это еще как? Тело можно обучить?

– Можно, – усмехнулся Платон. – Например, если ты каждый день будешь принимать по маленькой капельке яда скорпиона, то спустя какое-то время, если скорпион тебя ужалит, ты не умрешь, твое тело сможет справиться с отравой.

– Да бред же! – проворчал Аким.

– Вовсе нет. В Леонском царстве есть заклинатели змей и циркачи, что дрессируют скорпионов – их так часто кусали, что они совершенно не восприимчивы к яду…

– Сказки азольтских брехунов, – рассмеялся Аким, – еще расскажи, что их настойки для долгой жизни и мужской силы работают!

– Нет. Это мошенники, – спокойно ответил Платон, – хотя…может, среди них кто-то действительно изобрел чудодейственное средство. Но из-за орды шарлатанов, чьи снадобья ничем и никак не помогают, мы об этом не узнаем…

***

До тракта, деревушки рядом с ним и, собственно, до таверны добрались, как Гор и ожидал, глубокой ночью.

Все четверо жутко замерзли, а уж в каком состоянии Бура, который всю дорогу лежал на волокушах, и представить было сложно. Его буквально завалили шкурами, но помогло ли это – большой вопрос…

Гор несколько раз ударил кулаком по двери, но им не открывали.

Грохнув в очередной раз, Гору послышалось какое-то шевеление внутри таверны.

А затем, наконец, маленькое окошко в двери распахнулось, и в нем появилось заспанное и недовольное лицо.

– И чего вам? Ночь за полночь давно!

– Открывай! – приказал Гор и швырнул в окошко, прямо в рожу монету, которая, вопреки ожиданиям, не ударила недовольную брылястую рожу в лоб или глаз, а просто исчезла. Будто он зубами ее поймал. Окошко захлопнулось, зато послышалось, как отпирается засов.

Возня продолжалась пару минут, а затем дверь распахнулась.

– Проходите, просим, – мордастый хозяин таверны даже согнулся, приветствуя гостей, – чего изволите? Ужин, комнату?

– И то, и другое, – ответил Гор, – да растопи очаг, нам отогреться надо…

– А с ним чего? – подозрительно уставившись на Буру, которого втащили в таверну прямо на волокушах, спросил хозяин таверны.

– Раненый.

– Так что, кликнуть лекаря? – забеспокоился хозяин таверны.

– Клич, – поразмыслив, кивнул Гор.

– Нужно стащить с него шкуры, растереть ноги и руки, – заявил Платон, кивнув на Буру.

– Ну так и займись, – усмехнулся Гор, – ты ведь у нас лекарь…

***

Вскоре в общей комнате или, если угодно, зале, ярко запылало пламя. Уставшие путники, севшие как можно ближе к огню, смогли наконец-то нагреться. Платон, занимавшийся Бурой, заявил, что тот в порядке. Но вскоре заявился хозяин таверны вместе с сухоньким старичком.

– Вам повезло, – заявил тавернщик, – лекаря у нас тут нет, но этот господин остановился у меня и согласился заняться вашим раненым…

Намек был настолько «тонким», что Гор хмыкнул, но все же раскошелился и заплатил тавернщику.

Тот, поймав брошенную монету на лету, как фокусник, затарахтел:

– Еще немного, и будет ужин, не извольте беспокоиться.

Ну а старичок подошел к Буру и принялся его ощупывать и осматривать.

– Тут недалече до обморожения, – прокряхтел он, – но вроде как обошлось… Кто это у вас такой сообразительный, помог ему нагреться?

– Есть умельцы, – ответил Гор. – Ты рану погляди…

– А где же?

Платон тут же указал на ногу, обмотанную повязкой.

Лекарь аккуратно размотал тряпье, принялся рассматривать рану.

– Плохо…глубокая. И она не от меча… Кто укусил?

– Гуль! – ответил Платон, опередив Гора, который предпочел бы такие подробности не рассказывать. Но уже было слишком поздно.

– Гуль? В этих краях? – удивился старик. – Хотя сейчас тут неспокойно, так ведь?

– Бароны лбами бьются так, что щепки летят, – подтвердил Аким.

– Да…плохое время, всегда из-за такого нечисть лезет, – прокряхтел старик и вновь принялся осматривать рану, – а укус гуля ‒ это нехорошо, очень нехорошо… Кто раной занимался?

– Я! – ответил Платон.

– Вижу, края срезал, скверну убрал. Чего еще делал?

– Обработал настойкой из теневого вьюна с корнями никтолопии.

– Хорошо, хорошо, – закивал старик, ‒ жар спал?

– Мы долго шли, он все время спал, так что сложно сказать.

– Ну, если бы лихорадка началась, она бы себя проявила и вы бы это точно заметили. Он всю дорогу бездвижно лежал?

– Да…

– Хорошо, хорошо… – повторил старик, – что ж, рана обработана как следует, добавить тут особо нечего. Сказал бы, что стоило бы еще пару дней настойкой обработать. У вас она есть?

– Есть, – кивнул Платон.

– Ну что же…тогда мне тут делать нечего.

Гор поблагодарил старика, сунул ему несколько монет и спросил:

– А когда ему станет легче? Нам предстоит долгий путь и…

– Долгий? Тогда не ранее, чем через неделю. То, что он очнется, – полдела. Ему нужно будет сил набраться. Поторопитесь, ему станет хуже и прямо в дороге он…

– Я понял, – кивнул Гор, – спасибо.

Старик ушел, а Гор подмигнул Платону.

– Ну, кажется, ты свое место и похлебку заработал.

С этими словами Гор протянул ему миску с горячей похлебкой, которую успела притащить заспанная служанка.

Глава 7 Как на иголках

Наемники отогрелись, наелись и, убедившись, что с Бурой все в порядке, завалились спать.

Гор проспал чуть ли не обеда, а когда открыл глаза, обнаружил, что в комнатушке, которую они сняли для всей компании, только он, Бура, все еще без сознания, да Платон, за Бурой приглядывающий.

– Доброе утро, – заметив, что Гор проснулся, поздоровался Платон.

– И тебе, – кивнул Гор, – что там, как Бура?

– Пару раз приходил в себя, но ненадолго. Поел и снова отключился.

– Ну, хоть в себя пришел…

– Да, это уже хорошо, – согласился Платон, – теперь ему нужен отдых, чтобы набраться сил.

Гор поднялся со своего места, потянулся и вновь спросил:

– А остальные где?

– Аким пошел вниз про еду договориться, а Артур…не знаю. Его с самого утра словно корова языком слизала.

– Ну понятно, – буркнул Гор, – опять шатается где ни попадя да девок лапает…

На это замечание Платон никак отвечать не стал.

Гор собрался, вышел из комнатушки и спустился по скрипучей лестнице вниз, в общий зал.

В зале нельзя сказать, чтобы было людно, но все же клиентов хватало – большая часть столов была занята, между ними шмыгали служанки, разнося еду и пойло.

В зале стоял гомон – люди за столами обсуждали свои дела или просто общались.

Гор осмотрел всех присутствующих. Без всякого злого умысла, просто по привычке.

Несколько явных торгашей, караванщики, пара крестьян, вот, в принципе, и все.

Гор уселся за свободный столик и к нему тут же подскочила служанка.

– Что изволит благородный господин?

– Пожрать, – ответил Гор, – и побыстрее…

– Есть баранья похлебка, печеные овощи, рыба…

– Похлебку, – решил Гор и официантка тут же испарилась.

Когда Гору принесли еду, расправился он с ней в считаные минуты, а затем, поднявшись из-за стола, вытерев руки о собственный камзол, он отправился к выходу.

Сегодня погода просто радовала – пусть снег все еще лежал на земле, пусть было морозно, но ярко светило солнце. Деревенские детишки неподалеку с радостным визгом катались с горки, а за таверной стояло несколько повозок – видимо, принадлежащих тем, кто сейчас в таверне и трапезничал.

Гор прошелся по дороге в сторону горки, с которой катались детишки, и выждав, поймал одного, который только что, радостно вопя, с нее скатился.

–Эй, пацан, ну-ка скажи, есть тут кузнец? – спросил его Гор.

– А как же! – кивнул мальчуган. – Дядька Клим. За третьим домом, – он указал пальцем направление, – там кузница.

Гор кивнул и направился в указанную сторону.

Найти кузню не составило труда. Еще до того, как Гор ее увидел, до него донеслись звонкие удары – местный кузнец уже работал.

Подойдя ближе, Гор увидел дом, рядом с ним навес, под которым горели очаги, дымили печи, летели от наковален искры – это суетились подмастерья. А посреди всей этой вакханалии возвышался здоровенный мужик с голым торсом, со всей дури бивший молотом по заготовке, которую держал на наковальне.

– Доброго дня и удачной работы, – поприветствовал его Гор.

Тот, нанеся очередной удар, остановился, поглядел на Гора.

– Доброго, – отозвался он, – с чем пожаловал? Чего хотел?

– Да кое-какие вещички поправить надо…

– Не проблема. Давай вещички, поправим.

– Да я бы сам лучше, – ответил Гор, – позволите?

– Смекаешь в этом? – удивился кузнец, кивнув на наковальню.

– Есть немного, – уклончиво ответил Гор.

– Ну, раз такое дело, то давай, трудись. Пять треугольников плати и место твое. Устроит?

– Устроит, – кивнул Гор и тут же протянул монеты кузнецу.

Он заплатил не только за место и инструменты, которые арендовал, но еще и за материалы.

Хоть Гор уже давненько не работал в кузне, однако работа заспорилась – металл был податливым, легко превращался в то, что хотел Гор.

Ближе к вечеру, выбившись из сил, Гор разглядывал результаты своего труда.

Что ж, надо сказать, получилось у него очень даже неплохо.

Металлические пластины, которые должны были защитить тело, получились пусть и не особо ровными, но свою задачу выполнить должны. Короткий кинжал или, скорее, засапожный нож получился идеальным. Гор в перерывах между ковкой сделал ему рукоять из подвернувшегося под руку исакового прутка – дерева прочного и долговечного. А кроме того Гор наделал массу полезных вещиц, которые пригодятся отряду в путешествиях – колья, чтобы можно было поставить палатку, добротный колун, который, если его доработать, может стать неплохим оружием, но главное – с его помощью можно будет легко раздобыть дрова. Казанок, в котором можно кашеварить, и для него же нечто вроде вертела – и котел вешать удобно, и при случае пожарить добытое мясо или рыбу.

Гор так увлекся рассматриванием созданных им же вещей, что не заметил кузнеца, подошедшего и тоже глядевшего на работу странника, арендовавшего у него часть кузни.

– Добрая работа, – изрек кузнец, – скажи-ка, парень, а занятие тебе не нужно? У меня большой заказ, сами не справляемся, и от лишней пары рук не отказался бы. Тем более кое-чего в нашем деле ты соображаешь. По плате не обижу – будешь доволен. Ну а если хорошо себя покажешь – так возьму подмастерьем.

Гор усмехнулся и покачал головой.

– Спасибо за предложение, но не интересно.

– Да брось! Сейчас ты чем занимаешься? Таскаешься за толстосумами по тракту? Так это не дело. Вернее единственное дело для тех, кто больше ничего не умеет. Сколько ты так протянешь? Заболеешь в дороге или ранят – тащить тебя не будут, бросят умирать. А ежели не повезет и нарветесь на большую банду – пиши пропало…

– Может и так, – пожал плечами Гор, – спасибо за предложение. В другое время я бы хорошенько над ним поразмыслил, ведь работать в кузнице мне нравится. Но сейчас – нет.

– Ну, гляди… – похоже, кузнец даже немного обиделся, так как сразу развернулся и направился прочь.

Гор же, собрав свои пожитки, поспешил назад в таверну – уже начинало темнеть, он был голоден, как волк, да и хотелось проверить, как там Бура.

Шагая по улице, он заметил Артура, тискающего крестьянку за ближайшим сарайчиком.

Гор усмехнулся, решив не мешать товарищу, пошел дальше.

В таверне к вечеру было полно людей. Похоже, как только снегопад закончился, а дорогу немного утоптали, движение по тракту ожило.

Ну оно и понятно, в вольные баронства везли много чего полезного, чего здесь не было. В то же время из баронств забирали шкуру, мясо, экзотические трофеи вроде рогов или клыков. Торговцы шныряли туда-сюда, таская за собой забитые до отказа телеги.

Естественно, на такое добро сразу нашлись охотники. Потому-то торговцы всегда нанимали охрану.

И сейчас в таверне сидели не только торгаши и поденщики, но и их охрана.

Зал был набит так, что яблоку было негде упасть.

Гор двинулся к лестнице, намереваясь подняться в свою комнату, но тут приметил хозяина таверны – тот как раз вытаскивал из кладовки здоровенный круг сыра.

– Эй! Уважаемый! – окликнул его Гор.

– Чего изволит благородный господин? – мгновенно откликнулся тот.

– Ужин в комнату хочу заказать.

– Будет сделано. Как и вчера? На пятерых?

– Да, – кивнул Гор.

– Не извольте беспокоиться, сделаем и велю девке все вам принести.

– Хорошо, – кивнул Гор и пошел по лестнице наверх.

***

На следующий день он вновь направился в кузню. По пути ему удалось наконец пристроить арбалет, который они уже черт знает сколько таскали с собой.

И это было хорошо – денег было не так уж и много, а за арбалет Гор выручил прилично.

Добравшись до кузни, он начал готовиться к работе. Сегодня в его планы входило сделать еще пластины (всем, разве что за исключением Платона) да еще наделать наконечников для стрел Артуру.

Проработав весь день, Гор сделал, что хотел. Пусть и не особо красиво получилось, но ведь для пластин красота и не главное. Главное, чтобы их можно было прикрепить к броне и чтобы они были прочными, не разлетелись, не вогнулись после первого же удара. А с наконечниками еще проще – их Гор давным-давно научился делать и Артур не жаловался.

Сегодня к Гору кузнец не подходил, хотя и бросал в его сторону взгляды.

Что ж, оно и к лучшему. Если честно, Гор уже сам сомневался в том, правильно ли он поступил, отказавшись от предложения. Он знал, что кузнецом является неплохим, но…бросить остальных? Что они будут делать? Нет, это совершенно не походящий вариант. Да и вообще – оставаться в вольных баронствах для всех четверых опасно. Вот когда они окажутся в соседнем королевстве, тогда и можно будет подумать.

А что, ведь неплохо было бы обосноваться в какой-нибудь деревушке, где требуется кузнец, построить себе домик, обзавестись семейством…

Гор тряхнул головой, отгоняя наваждение. Какой дом? Какое семейство? Он ведь со скуки помрет! Ведь пробовал уже, работал в кузнице, и что? Едва только сир Борс объявил, что собирается в поход, Гор все бросил и чуть ли не голым, без оружия был готов идти, лишь бы больше не оставаться на месте.

Все же рутина не для него… Может, чуть позже, как говорил Аким, когда Гор остепенится, успокоится, перестанет играть горячая кровь, тогда можно будет подумать…

Гор собрал свои вещи и отправился назад, в таверну.

В этот раз владелец заведения дожидался его на входе.

– Прошу прощения, глубокоуважаемый, – начал он елейным голосом, – вы сегодня снова хотите заночевать у меня?

– Да, – кивнул Гор.

– Тогда нужно заплатить. За вчерашнюю ночь, к слову, тоже…

Гор заплатил. А затем, тряхнув мешочком с деньгами, вынужден был с сожалением констатировать, что монеток-треуголок осталось не так уж и много… А ведь у отряда по-прежнему нет пристойной снаряги, оружие – черт знает что, и вообще…

Гор, настроение которого резко испортилось, сразу поднялся на второй этаж, зашел в комнату, где ютился отряд.

Сегодня Бура выглядел куда лучше, чем вчера. Да и, как сказал Платон, уже подолгу оставался в сознании. Однако он все еще не окреп, его клонило в сон.

– Зато уже смог самостоятельно выйти из таверны, – сообщил Платон.

– Тоже мне достижение! – буркнул Бура. – До ветру сходить…

– Ты одной ногой в могиле был, – ответил ему Гор, – так что да, достижение… – затем Гор повернулся к Платону: – Сколько ему времени нужно, чтобы окрепнуть?

– Эм…окрепнуть?

– Когда он сможет отправиться в путь?

– Дня три, – прикинув, ответил Платон, – не меньше…

– Плохо, – вздохнул Гор.

– А что такое? – поинтересовался валяющийся на своем месте и грызущий свиное копченое ухо Аким.

– Да денег у нас не так уж много. Только немного разжились и опять будем на мели…

– Ну а что поделать, – пожал плечами Аким, – и такое бывает…

– Парни, вы уж простите, что так вышло, – проворчал вдруг Бура, – если б мог – хоть сегодня бы отправились. Так не поверите – по лестнице еле спустился…

– Нормально все, – успокоил его Гор, хлопнув Буру по плечу, – с каждым могло случиться. Что ж теперь…

– Сраный гуль, – зло прошипел Бура, – это надо же! До сих пор не могу понять, как он меня умудрился цапнуть. Еще мгновение и…

– Лучше радуйся, что он тебя за ногу цапнул, а не в живот, например, вцепился, – посоветовал Аким.

– Жилет бы не прокусил, – хмыкнул Бура, – пусть бы цеплялся.

– Тогда в шею, – хмыкнул Аким.

– В шею – это почти всегда смертельно, – встрял Платон,– так что рана на ноге – еще не так страшно. Главное, что вовремя лечить начали.

– А то бы, Бура, прыгал бы по кладбищу и крестьян жрал дохлых, – хохотнул Аким.

– Или старых доходяг, которые на кладбище припрутся, – поддержал шутку Бура, слабо усмехнувшись.

– Или так, – легко согласился Аким.

– Так, – заявил Гор, развязывая свой узел и доставая оттуда пластины, – глядите, что вам выковал. Цепляйте на жилеты.

– Ужас какой, – фыркнул Бура,– будем будто дикари с северных островов.

– Зато живыми останемся, – философски заметил Аким, забирая пластины, которые полагались ему. – А чего так мало сделал-то?

– Тебе, себе и Буре, – ответил Гор, – Артур их таскать не будет. Тем более он без жилета…

– А на кой он лучнику? – хмыкнул Аким.

– Тоже верно…

– А где, кстати, Артур? – спросил Бура. – Он вообще тут, с нами?

– Тут и с нами, – кивнул Аким, – но ты ведь его знаешь, наверняка какую-нибудь девку охмуряет…

– Уже, – усмехнулся Гор, – вчера его видел, тискал одну за сараем.

– А, ну вот, – улыбнулся и Аким, – Артурка в своем репертуаре. Ой, когда-то влипнет он в историю со своими похождениями… Стручок то ему укоротят…

Поболтав какое-то время, наемники решили ложиться спать, а рано утром вскочили, словно по тревоге – в их комнатушку, которую Аким на всякий случай запер изнутри, кто-то отчаянно ломился.

Гор открыл дверь и в комнатушку ввалился тот, кому остальные так активно полоскали кости перед сном. Выглядел Артур потрепанным и усталым, но судя по тому, какой он был всполошенный, что-то случилось. Что-то нехорошее.

– Беда, братцы! – хрипло выдохнул он.

– Ну вот, о чем и говорили, – вздохнул Аким. – Что, пристроил своего дружка куда не следует? Ну и кто тебе башку оторвать хочет на этот раз?

– Ой, да не мели ерунды, старый дурак! – отмахнулся от него Артур. – Тут другое…

– Какое другое? – спросил Гор.

И Артур принялся рассказывать.

***

Как и предполагал Аким, Артур не сидел на месте и лазал по деревне, выискивая себе жертв – молодых наивных дурочек. Ну или же не дурочек, а девах, которые сами были не прочь поразвлечься.

– Такие, к слову, ‒ настоящий подарок судьбы, – говорил Артур, – не то что все эти жеманные служанки при больших господах или женушки богатеев. Тех еще пока уломаешь – то цветы дари, то стихи читай… А тут чуть прояви упорство и…

– Прошу, давай без этого, – поморщился Аким.

– Что, старик, уже даже слушать про это не можешь? – рассмеялся Артур.

– К делу, пацан, – рыкнул Гор.

Артур вечером, едва избавившись от служанки из таверны, тут же заарканил новую жертву. Хотя, как оказалось, там был большой вопрос, кто кого заарканил… Ух же и ненасытная попалась дочка у местного мясника. Такая голодная до любовных игрищ, что…

– Артур! – рявкнул Гор.

Так вот, Артур провел с девчонкой всю ночь. Она буквально выжала и высосала из него все соки. Он едва дождался утра, и когда начало светать, а девчонка наконец заснула, он схватил свои вещички и был таков.

Признаться, такого с Артуром давненько не бывало: он едва шел, его шатало, а уж как хотелось пить…

– Черт подери! Если я услышу еще хоть слово о твоих похождениях и их последствиях… – не выдержал Аким.

– Ну все, все, – начал успокаивать его Артур,– это я к чему? Так хотелось пить, что думал, не дойду. Еле-еле добрел до таверны, но силы меня оставили. А потому уселся на лавку и уж думал начать снег жрать, как вдруг слышу – в таверне, в зале гомон какой-то. А время то раннее. Думаю, ну что такое? Окошко то приоткрыто было и, значит, вижу – парнишка какой-то сидит, а вокруг несколько местных.

– Местных? Может, торгаши, что с тракта в таверне остановились?

– Не-е-ет, – затряс головой Артур, – говорю же – местные. И, значит, допытывают его, а он им все и рассказывает…

– Что рассказывает?

– Вот, это самое интересное. Помните ту деревушку, где мы тех здоровых волков перебили?

– Амароки это были. Ну? – поправил его Гор.

– Вот, значит, парнишка оттуда. И рассказывал он, что заявились к ним в деревню солдаты барона Грота.

– Та-а-ак, – нахмурился Гор.

– Искали они, значит, свой пропавший патруль. И что интересно – нашли.

– Да как? – удивился Аким. – Там ведь снега было…

– В том то и дело. Парнишка говорит, что солдаты наткнулись на разорванные в клочья тела.

– Сраные амароки! Нашли трупы, – вздохнул Гор.

– Не-е-ет, амароки тут ни при чем, – поспешил заявить Артур, – уж не знаю, как там и чего было в деревне, но солдаты поперлись на кладбище, а там целых два гуля. Причем один недавно вылупившийся. В одежде еще. И знаете какой?

– Ну?

– В солдатской. Это был один из патруля.

– Как так? – растерялся Аким. – Не может такого быть! Мы же их и потом…

– Стоп! – нахмурившись, вдруг выпалил Гор. – А помните того, с раной…

– Точно! – закивал Аким. – И рана еще такая… вроде как гноящаяся. Это что же его гуль цапнул? Мы всю троицу положили, а покусанный переродился и трупы жрать начал?

– Похоже на то, – кивнул Гор и повернулся к Артуру. – Ну, чего еще?

– Короче, деревенские рассказали солдатам о том, как мы волков перебили, но те решили, что мы, ‒ ну, те, кто амароков перебил, просто шарлатаны. И на самом деле побоялись с гулями связываться. А потому обдурили деревенских, взяли деньги и убегли…

– Что за чушь? – возмутился Аким. – Голову им притащили, да и трупы они видели…

– А вот в том то и дело, что трупы они видели, да только следующей ночью после нашего ухода кто-то одного из мужиков деревенских убил. Да так потрепал, что кровища на несколько метров вокруг.

– Гуль…

– Вот-вот, – кивнул Артур, – так что, братцы, скоро сюда солдаты заявятся. Парнишка то у трактирщика выспрашивал, тут ли наемники.

– А он чего?

– А чего он? Сказал, что комнату у него снимают какие-то…похожие…

– Вот ведь влипли! – взвыл Аким и повернулся к Гору: – Похоже, уходить надо.

– Да как мы уйдем? – буркнул тот. – Бура ведь сам идти не может.

– Потащим, как сюда тащили, – предложил Артур. – Но уходить нам надо, и как можно быстрее – парнишка тот назад побежал, солдатам докладывать, но я его перехватил…

– Ты что его…

– Нет. По башке дал да в коровник ближайший оттащил – очухается.

– Молодец, Артурка! – похвалил молодого Аким, – не все мозги протрахал.

– Не все, – хмыкнул Артур, – вот только чтобы к вам тихо заскочить, пришлось ждать, чтобы в зале ни хозяина, ни служанок не было, а то еще поднимут хай, подговорят караванщиков, и будет нам…

– Собираемся, – со вздохом приказал Гор, – быстро!

– Погодите, погодите! – запаниковал Платон. – Что вообще происходит?

– Ты же слышал, – буркнул в ответ Аким.

– Но…вы же убили там амароков, как я понял. Какие к вам могут быть претензии?

– Такие, что мы там должны были убить гулей, а не амароков.

– Но кто знал…

– Да плевать солдатам, как и что. Они наши объяснения слушать не будут, – сказал Гор, забрасывающий в мешок пожитки, – или в кандалы и на шахту, или на месте три дюйма стали под ребра…

– Но погоди! Вы же убили гуля! – упорствовал Платон.

– Говорю же – плевать им!

– Но крестьяне, которым мы помогли, могут подтвердить, что вы не мошенники!

– Кто будет в ту деревню плестись и слушать крестьян? – усмехнулся Аким. – Не говори ерунды…

– Ну тогда я расскажу, как все было! – выпятил грудь Платон.

– И получишь не меньше нас, – хмыкнул Аким.

– Не-е-е, – протянул Гор, – ему на всякий случай отрубят башку и сожгут.

– За что? – поразился Платон.

– А за то, что ты не пойми зачем лазал по кладбищу ночью.

– Так я же говорил, что анимолог…

– Анимолог, некромант…солдатам плевать. Зарубят и сожгут на всякий случай.

– Но послушайте! Не может быть все так… – начал было опять Платон, но Гор его перебил.

– Значит, смотри. Я с тобой спорить не собираюсь. Расклад такой – мы никому ничего доказывать не будем, так шкура целее будет. А потому уходим прямо сейчас. Хочешь – идем с нами. Не хочешь – оставайся тут. Тебя не тронут. Скажешь, что ученый, что нанял нас, а мы вдруг сбежали. Понял?

Платон соображал несколько секунд.

– Я иду с вами, – выпалил он.

– Уверен? Теперь с нами может быть опасней, чем тебе самому.

– Уверен, – кивнул Платон.

– Тогда собирай вещички. Быстро!

Сборы не заняли много времени и уже через несколько минут все они один за другим спускались в зал.

Тавернщик, едва увидев своих постояльцев, засуетился.

– А что же вы, господа, уже уезжаете?

– Да, нам пора, – ответил Гор.

–А раненый ваш? Он ведь еще не поправился? Оставайтесь, пусть окрепнет. А я скидку вам сделаю.

Гор усмехнулся. Невиданное дело ‒ тавернщик и вдруг ни с того ни с сего решил денег меньше брать. Да скорее небо станет зеленым, а трава колбасой пахнуть начнет.

– Мы торопимся. Наш караван скоро будет здесь. Пойдем с ним.

– Так вы караванщики? – оживился трактирщик. – И куда же направитесь?

– На восток, к границам Кламельтона, – ответил Гор, хотя на самом деле они собирались идти на запад. Но, быть может, тавернщик, естественно, сдав постояльцев с потрохами бойцам барона, собьет последних со следа?

– Понятно, понятно, – закивал тавернщик, – а может, погодите пару часов? Я бы вам собрал припасы – мы вон как раз мясо коптить будем. Свеженькое, в дорогу, а?

– Эх, мясо бы пригодилось, – мечтательно вздохнул Аким, – но торопимся. И так уже слишком тут задержались, так что спасибо за гостеприимство, но нам пора.

И наемники один за другим прошли мимо радушного хозяина таверны, вытащили наружу свой нехитрый скарб и волокушу с Бурой на ней…

Глава 8 Лесной быт

По тракту шли часа два, встретив по пути два торговых каравана. Погода была ясная, до обеда было еще далеко, и Гор начал нервничать.

Если у преследующего их отряда солдат толковый командир – он поймет, что беглецы соврали хозяину таверны, причем довольно быстро. Вполне возможно, что солдаты уже в курсе и теперь пытаются нагнать наемников. А до границы еще далеко…

Ускориться у отряда не получалось – самостоятельно Бура идти не мог. А даже если бы и смог, то это бы еще больше их замедлило.

Что-то нужно было решать…

Гор решил свернуть в лес, устроить там лагерь. Все вроде как согласились, но спустя несколько минут Гора нагнал Аким, только что освободившийся от волокуши, в которую запрягся Артур.

– Десятник…я тут подумал…

– Ну?

– А что если солдаты начнут спрашивать у караванщиков, видели ли они нас? Хозяин таверны наверняка описал нас в подробностях…

И что?

– Они, скорее всего, уже идут по нашему следу, и что будет, если очередной караван скажет, что нас не встречал?

Об этом Гор не подумал. И что будет – он мгновенно понял. Солдаты вернутся, начнут рыскать вдоль дороги и искать, где беглецы с нее свернули. А на снегу следы отлично видно…

– Чтоб их к темному… – пробормотал он.

– Следы то мы можем замести, но они начнут рыскать по окрестностям и рано или поздно наткнутся на нас или устроят облаву где-то на тракте, – сказал Аким.

– Что предлагаешь?

– Дойти до ближайшей развилки. Тогда у нас будет какая-никакая фора. И сразу после развилки уйдем в лес.

– Хм…

Сказано – сделано.

До развилки пришлось идти еще часа два. Причем Гор всех подгонял, из-за чего абсолютно все запыхались – когда тащишь волокушу, будто вьючный мул, да еще с такой скоростью, быстро устаешь. Вот и менялись куда чаще, чем раньше, и в результате все как один выбились из сил.

Но до развилки все же добрались.

А пройдя еще около полукилометра по дороге, ведущей на запад, к дороге начал подходить густой лес.

– Тут зайдем, – решился Гор и первым свернул с тракта, пошел по снегу, проваливаясь в него по колено.

Остальные двинулись за ним, включая Акима, тащившего волокуши.

Пройдя метров сорок в глубину, Гор и Аким вернулись, чтобы «стереть» проложенную ими всеми «тропу».

Получилось не особо хорошо – ветки, которыми они пытались замести следы, оставляли эдакие борозды. И потому, если в отряде преследователей был бы следопыт, то эти борозды он бы заметил еще быстрее, чем следы, и сразу бы все понял.

Но Аким успокоил Гора – солнце спряталось, небо хмурилось. Того и гляди должен был вновь пойти снег.

На всякий случай отошли в глубину леса еще метров на четыреста, после чего начали обустраивать лагерь. Аким занялся костром, Артур направился за дровами, а сам Гор копал снег, строил вместе с Платоном хижину, намереваясь обустроить эдакую «нору», в которой можно было бы оставить Буру и остаться самим.

Какой-никакой опыт у всех был – все же частенько приходилось ходить в походы с сиром Борсом. Хотя, конечно, в зимнем лесу спать им если и доводилось, то в серьезно обустроенном лагере с палатками, ярко горящими кострами, что здесь было непозволительной роскошью, так как большой огонь мог привлечь внимание неприятеля…

Когда устроили Буру в на скорую руку собранной халабуде, с неба, как и предсказывал Аким, начал лететь снег.

Когда потемнело, лагерные работы свернули. Все собрались у костра, грызли имеющиеся скудные запасы, и даже Бура нашел в себе силы посидеть какое-то время с остальными.

Когда собрались спать, Гор решил первым стоять на часах. Затем его должен был сменить Артур, ну а под самое утро уже Артура сменил бы Аким. Спать без охранения они не решились – мало ли. Пусть преследователи их не найдут, но в лесу полно других опасностей.

***

Когда Гор проснулся, лагерь уже давно был на ногах. Аким рубил деревяшки, Платон готовил какое-то варево, а Артур… А Артура в лагере не оказалось.

Зевнув и потянувшись, Гор поднялся на ноги, зачерпнул горсть снега и растер им лицо. Сразу стало легче.

– Ну что, десятник, проспался? – спросил Аким. – Давай, помогай с дровами.

Гор кивнул и взялся за топор.

– Как там Бура? – спросил он Платона.

– В порядке, спит, – отозвался тот, не отвлекаясь от котла, в котором бурлил суп или что-то на него похожее.

– А Артур где? – спросил Гор. – Только не говорите, что по девкам пошел… Хотя, может и в лесу умудрится найти?

– Ага, медведицу пошел искать! – хмыкнул Аким.

– Надеюсь, ты шутишь, – фыркнул Гор, – хотя…зная Артура, ничуть не удивлюсь, если он вернется с кучей ягод.

– Ага, а потом заявится медведь ему морду бить, – захохотал Аким. – Нет, он охотиться пошел. Сказал, что жрать то дерьмо, что у нас есть, он не будет.

– Ты смотри… – хмыкнул Гор и, размахнувшись, вонзил топор в сухую корягу.

***

Артур вернулся ближе к обеду. Весь запыхавшийся, тяжело дышащий, но зато с трофеями – он умудрился подстрелить двух зайцев. Аким тут же принялся снимать с них шкуру и потрошить, а Гор кивнул молодому на котелок с похлебкой.

– Молодец, заслужил!

Артур аккуратно приблизил лицо к котлу, вдохнул запах и поморщился.

– Ну и хрючево! Кто это делал?

– Платон.

– Не подпускайте его больше к котлу. Это жрать невозможно.

– Да нормально вроде…

– Ага, как же…

И все же как бы Артур нос ни воротил, а «хрючево» похлебал, после чего вновь подхватил свой лук и побрел вглубь леса…

Гор и Аким, закончив с дровами, которых им теперь должно было хватить на день, а то и два, развалились у костра, решив передохнуть. К ним присоединился проснувшийся Бура.

Пусть он и дошел до них с трудом, шатаясь и тяжело дыша, но все же дошел. Плюхнувшись на бревно, он с облегчением выдохнул.

– Лежал бы, набирался сил, – сказал ему Аким.

– Надоело, – буркнул тот, – скоро пролежни будут. Придется меня как этого кроля, – он кивнул на тушку, которую Гор крутил над костром, – так же вертеть.

– Надо будет – повертим, – весело отозвался Гор.

– Нет…я уж как-нибудь, а начну ходить. Оно когда при деле – легче становится. Может, быстрее оклемаюсь.

Гор вопросительно поглядел на Платона, но тот лишь еле заметно кивнул.

– Ну, добро. Пусть так, – согласился с Бурой Гор.

Ближе к вечеру, когда начало темнеть, наемники уселись у костра и занялись своими делами. Гор точил нож, Бура просто отдыхал, Платон готовил ужин, ну а Аким как обычно стругал какую-то фигурку из деревяшки. Таких фигурок он успел сделать с десяток с момента, как они обустроили лагерь, и продолжал делать новые, как было время. А получались у него и детские игрушки – солдатики, лошадки, всякие сказочные звери, и статуэтки, изображавшие пророков Триликого, его святых и мучеников, делал он и полезные в быту вещи – всякие подставки, рукоятки и прочее. Вообще Аким был тот еще мастер, рукастый и умелый, но особо любил работать с деревом. Так что дома, когда возвращались из похода, у него отбоя не было от «клиентов».

Раздался скрип снега, и в лагере появился Артур.

– Надо помощь, – заявил он.

– С чем? – удивился Аким.

– Оленя подстрелил, но сам дотащить не смог. Тут недалеко. Пойдемте кто-нибудь, подсобите.

На помощь Артуру отправился Гор. Вдвоем они с горем пополам дотащили оленя до лагеря, где за его разделку тут же взялся Аким.

Артур же, наскоро поужинав, отправился спать.

– Умаялся, бедолага, – прокомментировал это Аким, – но молодец. Ты смотри, какой добытчик!

– Сегодня будем дежурить по очереди, – сказал ему Гор, – пусть парнишка отдохнет.

– Я могу с вами, – заявил Бура.

– Ты еще не совсем…

– Сидеть, слушать и глядеть в оба я в состоянии. Геройствовать не буду – меня соплей перешибить можно, но тревогу в случае чего подниму, – заявил Бура. – Мужики, да вы чего, совсем меня списали, что ли?

Гор и Аким переглянулись.

– Ладно, – кивнул Гор, – будь по-твоему. Но гляди, заснешь – получишь так, что драка с гулем покажется нежными объятиями.

– Договорились, – улыбнулся Бура.

Чуть позже, перед сном, всех (за исключением спавшего Артура) пробило на «поговорить».

– Я вот что думаю, –заявил Бура, – как доберемся до Ливении – можно в городскую стражу податься. Работка не пыльная и платят нормально. Я, во всяком случае, так слышал.

– В большом городе не такая уж и непыльная это работка, – покачал головой Аким, – какие заварушки начинаются – стражу туда. И поверь, таких, как мы, ‒ пришлых, будут первыми в расход пускать. А уж какие бывают потасовки, когда городские банды что-то не поделят…после них обычно новых стражников и ищут.

– Ну тогда к торговцам, в охрану караванов, – предложил Бура, – мы ведь так и собирались сначала?

– Так, – согласился Гор, – да только надо выбирать, куда наниматься. Назад, в вольные баронства, я возвращаться не хочу…

– И на запад, к княжествам, тоже не очень, – заявил Аким, – дикари с запада частенько там появляются. Говорят, деревни поголовно вырезают.

– Значит будем выбирать, – вздохнул Бура, – или еще чего подвернется… Тут, в деревнях, мы вроде неплохо подзаработали…

– Учитывая, что в вольных баронствах платят сущие гроши – да, неплохо, – кивнул Гор, – но мы ведь не охотники на чудовищ. Попадись нам кто посерьезнее – и все, конец приключениям. А в Ливении, Флеандрии и Стиахе такое водится, о чем мы даже не слышали.

– Ну, тут я вам могу помочь, – заявил доселе молчавший Платон и принялся ковыряться в своей суме.

Наемники заинтересованно следили за ним.

Наконец Платон вытащил из своей сумы толстенную книгу и протянул ее Гору.

– На, дарю!

– Это что? – недоуменно спросил Гор.

– Читать умеешь?

– Ну…

– Так читай!

– «Мистические создания, темные твари, опасные существа Велька и не только», – прочитал Гор название.

– Прочитаешь ‒ и можешь считать себя охотником на чудищ, – сказал Платон.

– А тебе разве это не нужно? – спросил Гор.

– Нет, – качнул головой Платон, – я уже ее наизусть, кажется, выучил…

– А ну, чего там о гулях говорится? – заинтересовался Аким.

Гор открыл книгу, полистал ее, выяснив, что все твари, тут описанные, идут в алфавитном порядке, и довольно быстро добрался до гуля.

– «Существо, именуемое гулем, может зародиться в братской могиле, также гулем становятся укушенные этими существами люди, еще одна версия появления гулей – заклятия из области некромантии. Наконец, существует версия, что стаю гулей может создать мортуарий…»

– Это еще что за хрень? – заинтересовался Аким.

– О, лучше тебе и не знать! – усмехнулся Платон.

– Согласен, – встрял Бура, – давай-ка чего-нибудь еще погляди. Только не про падальщиков. Ну их! Как вспомню – сразу нога болеть начинает.

Гор послушно открыл книгу в другом месте и прочитал.

– Стрикс – демоническая сущность, являющаяся жертве в виде молодого привлекательного юноши или девушки. Усыпив бдительность жертвы, нападает, пьет кровь, что приводит к смерти жертвы или же к…

– Так, давай чего-нибудь другое, – прервал Гора Аким, – слыхал я про этих тварей. На хрен с такими встречаться…

Гор перелистнул несколько страниц.

– Дубовик, он же хранитель леса. Живут в дубовых рощах, издалека похожи на поваленное дерево со сломанными ветками. Обладают необычайной живучестью, толстой кожей или, скорее, панцирем в виде толстой и многослойной деревянной коры…

– Ну надо же, какой только пакости в мире нет, – хмыкнул Аким, – куда ни плюнь – везде какая-нибудь тварь может завестись.

– Ага. Хоть из городов не выходи, – кивнул Бура.

– О, тут ты очень заблуждаешься, – заявил Платон, – в городах и деревнях всяких тварей даже побольше, чем в лесах бывает. Плюс лесные твари не особо до человеческого мяса падки, а вот те, что в городах живут, считай, поголовно людоеды…

– Успокоил, спасибо, – буркнул Бура.

– Ну, как есть, – развел руками Платон, – вот, например, кошколачень. Вроде и не особо опасен, но если не ждешь – вмиг порвет. Или жердяй – ночью на улице на него можно попасть. Отбиться можно, но если струсишь и попытаешься сбежать – тут тебе и конец. А уж в домах какая нечисть только не селится…

– Ну хорош, – оборвал его Аким, – на ночь глядя такое не рассказывают. А то накличешь чего на наши головы…

Платон спорить не стал и замолчал.

Гор тоже отложил книгу, чтобы не нервировать товарищей. Лишь когда все улеглись и захрапели, Гор открыл книгу и принялся читать…

Но хватило его ненадолго – от десятков названий и описаний темных тварей уже болела голова, и Гор решил отложить книгу. А затем, когда его сменил Бура, и вовсе завалился спать.

***

Еще пара дней прошли в спокойствии. Бура уже начал помогать с дровами. Пусть его хватало ненадолго, но все же… Платон кашеварил, и у него стало неплохо получаться, хоть Артур и ворчал. Аким продолжал делать свои поделки, ну а Гор с утра до вечера просиживал с книгой, читая страницу за страницей…

– Ты смотри, как увлекся, – хмыкнул Аким, – гляди, еще аберратором станешь.

– Это еще что такое? – поднял голову Артур, тщательно следивший за тем, как мешает в котелке суп Платон.

– Охотник на чудищ, – ответил Аким.

– Охотник на чудищ – это венатор, – поправил его Платон, а аберратор – это вам не топором махать. Тут учиться и учиться надо. Говорят, настоящие аберраторы проходят обучение десятилетиями…

– Что-то не помню, чтобы встречал старых и дряхлых развалин вроде Акима, – хохотнул Артур.

– А по лбу? – шутливо замахнулся Аким, и Артур от него отодвинулся.

– В том и секрет, что старых аберраторов и я не встречал, – вздохнул Платон, – но что их обучение – великая тайна, которую орден Чистой Крови ревностно оберегает – факт. А вообще аберратор ‒ исследователь в первую очередь.

– Это как? – спросил Артур.

– Это значит, что аберратору важно не убить тварь, а изучить ее – привычки, характер, слабые места.

– Зачем? Убил, и дело с концом.

– А ты думаешь, такая тварь одна? Их ведь полно, и они меняются… – ответил Платон. – Уважаемый аберратор Геллар, пусть его душа будет с Единым, написал этот труд, – он кивнул на книгу, – но с тех времен многое изменилось…

– Например? – поднял глаза на анимолога Гор.

– Например… – Платон задумался, наморщив лоб. – Ну вот гули. Геллар считал, что они естественные падальщики, но мы знаем, что это темные твари. Это не животные, а именно порождения мрака.

– Тоже мне открытие! – хмыкнул Артур. – Это всем известно…

– Сейчас известно, а раньше люди считали, что гули это…ну вроде волков.

– Бред, – отмахнулся Артур, – не могли быть люди такими идиотами. Волк – то волк, а гуль – глянешь на его гнусную морду, и все сразу понятно.

– Хорошо, – легко согласился Платон, – вот тебе другой пример. Уважаемый Геллар считал, что оборотнем могут стать после укуса, но современные аберраторы узнали, что оборотнем можно стать и в результате ритуала, даже контролировать обращение.

– В смысле не полностью становиться зверем?

– В смысле становиться зверем когда угодно, не только в полнолуние. Или вот лешие. Считалось, что это представители другой расы, вымирающий вид. Но теперь мы знаем, что появляются новые лешие. Причем где угодно – в графском парке, в посадке у полей, да могут и здесь, в этом лесу.

Артур боязливо огляделся, затем сплюнул, поднялся и буркнул:

– Ну вас! Не по себе прямо, как вы про всякую нечисть разговоры начинаете заводить. Пойду силки проверю…

Кстати, Артур, едва светало, уходил на охоту, часто обходил силки, которые сам же сделал, и в лагере начали собираться трофеи – оленьи рога, свежие необработанные и невысушенные шкуры, тушки зайцев и прочей мелкой живности, даже несколько волчьих клыков появилось. Все это можно было выгодно продать, но не в лесу…

И к исходу второго дня у Гора появилась отличная идея – что если прикинуться местным охотником, выйти на тракт и попробовать продать трофеи проходящим мимо торговцам? Как раз можно разузнать, свободны ли дороги, прекратили ли их искать баронские солдаты?

Сказано – сделано.

Ближе к обеду Гор, собрав часть трофеев, направился было к дороге, но его остановил Аким.

– Ты меч то оставь. Где это видано, чтобы охотники с мечами по лесам лазали? Вон, копье мое возьми лучше.

Гор с сожалением оставил ножны с мечом в них, от копья он тоже отказался. Опасаться на тракте было особо нечего. Вряд ли караванщики решат его прикончить ради пары шкур. Не тот народ…

Вот только когда он отошел от лагеря, приблизился к дороге, тут же услышал яростные крики и звон металла. Впереди шла битва.

Гор поспешил вперед, и едва только он вышел из леса, как увидел дерущихся. Всего их было четверо – трое здоровенных детин, одетых как обычные лесные разбойники, и сражавшуюся с ними девчонку.

Оружия в руках у девчонки видно не было, но один из нападавших уже прилег у дерева, зажимая рану на животе. Судя по его виду, он вот-вот должен был преставиться.

Это чем же она его?

И тут Гор понял, в чем дело.

Девчонка сделала странный жест руками, и меж ее пальцев появился яркий шар чистой энергии, искрившийся, бивший молниями в разные стороны. Девчонка швырнула им в противника, спешившего к ней, но тот отскочил, и теперь уже разбойник вскинул руку с топором, готовясь нанести удар.

Глава 9 Заказчица

Гор отреагировал молниеносно – выхватил засапожный нож, метнул его в бандита.

Кувыркаясь в воздухе, ножик полетел к цели и вонзился в плечо разбойника.

Тот заорал от боли, выронил свой топор, а девчонка тем временем разбиралась со вторым противником. В ее руках вновь появился сгусток энергии, который за пару мгновений из малюсенького шарика превратился в сферу размером с голову. А затем девчонка швырнула его во врага, злобно заорав.

Со стороны могло показаться, будто сгусток энергии был очень тяжелым, ведь врезавшись в разбойника, шар сбил здоровенного верзилу с ног, и тот заорал так, будто в него пушечное ядро попало, как минимум.

Меж тем последний оставшийся на ногах разбойник рывком вытащил нож Гора из плеча, перехватил его лезвием вниз и бросился на девчонку.

Однако Гор был рядом и, легко перехватив руку, заломил ее.

Разбойник заорал благим матом и выпустил смертоносную железку. Гор поймал ее на лету, а затем опрокинул разбойника на землю, прижал его коленкой к земле и приставил лезвие к горлу, намереваясь перерезать его.

– Стой! – заорала вдруг девчонка. – Не убивай его!

Гор недоуменно уставился на нее.

– Он нужен мне живым! – заявила она и подошла ближе.

– Говори, где прячется Одноглазый! – приказала она разбойнику, которого все еще удерживал Гор.

– Его здесь нет, – прохрипел тот.

– Я в курсе, – ответила девчонка, – где он прячется?

– Он ушел из баронств.

– Куда?

Разбойник явно не спешил с ответом и девчонка протянула руку к Гору, явно намекая, чтобы тот отдал ее нож. Гор, чуть поколебавшись, протянул ей свое оружие, и она ловким и быстрым движением вонзила ножик по рукоять в руку разбойника.

Тот заорал благим матом.

– Говори! – приказала девчонка.

– Ливения! Он в Ливении! – простонал разбойник.

– Что? – опешила девчонка. – Как он…где…

– Лунда нанял корабль. Перевез в Ливению все, что у него было…

– А ты тогда что тут делаешь?

– Есть тайники…мы должны были забрать их и вернуться…

– Где именно сейчас Лунда?

– В лагере…к востоку от деревни на трех холмах. За старой мельницей есть роща. Там его лагерь… Но у него много людей! Очень много. Одноглазый подвязался работать на местного лорда…

– Мне плевать, – зло бросила девчонка и чиркнула ножом по горлу разбойника.

Тот запнулся на полуслове, захрипел, забулькал и задергался, кровь толчками выходила из раны.

Совершенно растерявшийся от происходящего Гор отпрянул от умирающего, чтобы его не забрызгало кровью.

– Это твое. Спасибо, – девчонка с самым спокойным и безмятежным видом, будто не она только что пытала и прикончила человека, протянула Гору нож.

Нет, Гор всякое повидал. Он не боялся и не брезговал кровью, когда нужно было, мог допрашивать врагов, используя куда более жесткие способы. Но внешний вид девчонки совершенно не сочетался с тем, что она творила минутой ранее.

– Спасибо за помощь, – меж тем сказала она, поправляя волосы, – ты подоспел как раз вовремя… Я – Лайла.

– Гор…

– Спасибо за помощь, Гор… А кстати, откуда ты взялся и кто такой?

– Услышал крик, увидел, что происходит, и решил вмешаться…

– Вовремя, надо сказать, – хмыкнула девчонка, – я явно переоценила свои силы…

– Ты заклинательница? – догадался Гор.

– Ну…можно сказать и так, – кивнула Лайла, – а ты?

– Я…эм… – Гор чуть было не ляпнул то, чего говорить не стоило, – охотник.

– Охотник, говоришь? – хмыкнула Лайла. – Интересный у тебя нож, охотник. И швыряешься ты им очень точно… Лесным зайцам от тебя пощады ждать не стоит?

Гор не ответил. А что говорить? Нож действительно выдал его с потрохами. Не может быть такого оружия у обычного охотника. Оно ему ни к чему. Да и когда она спросила, Гор замешкался и девчонка наверняка это заметила.

– Слушай, охотник, – сказала Лайла, – готова поспорить, что у тебя где-то лагерь неподалеку. Так?

– Возможно, – осторожно ответил Гор.

– Я была бы благодарна, если ты позволил мне там немного отдохнуть и погреться. А уж если найдется что перекусить…

– Боюсь, что мы скоро снимаемся и… – начал было Гор, но девушка его перебила:

– О! Так это же отлично. Я и сама могу посидеть у костра, раз вы уйдете. Ведь намного проще развести огонь на старом кострище, чем делать все по новой, так ведь?

Гор пытался сообразить, что ответить и как отшить эту девчонку. Но она сама пришла ему на помощь.

– Слушай, мне нет дела до того, кто ты на самом деле и что сделал. Я никому о тебе ничего не скажу. А еще вот, спасибо за помощь, – она подкинула монету и Гор поймал ее налету.

Ого! Золотой треугольник!

– Ну? Теперь отведешь в лагерь? Я погреюсь, отдохну, поем что-нибудь и уйду. Клянусь, о тебе и месте, где ты живешь, никто ничего не узнает. Ну и, естественно, я заплачу за гостеприимство.

– Пойдем, – тяжело вздохнул Гор.

Все же интуиция ему подсказывала, что эта девчонка не из болтливых и для их отряда она совсем не угроза. А вот деньги, которые она может заплатить, будут очень кстати…

***

Бура замер с топором в руке, увидев, что Гор возвращается не один. Аким, хлебавший горячую похлебку, мгновенно отставил миску и, стараясь не привлекать внимания, потянулся к своему копью.

– Все нормально, парни, – успокоил их Гор, – это Лайла. Встретил ее у тракта.

– И? Притащил сюда? – проворчал Бура.

– А вы, как я погляжу, очень гостеприимные! – хмыкнула Лайла.

– Не любим незваных гостей, – заявил Аким, вновь взявшись за миску.

– Я вас не стесню и долго надоедать не буду, – сказала Лайла, – погреюсь немного, чего-нибудь поем и…

– И может, тебя еще харчами в дорогу снабдить? – хмыкнул Бура.

– Было бы неплохо. Тем более я не выпрашиваю, а покупаю, – заявила Лайла.

Аким бросил недоуменный взгляд на Гора, но тот лишь еле заметно кивнул, давая понять, что девчонка не шутит.

– Ну, что ж, тогда милости прошу к нашему шалашу, – заявил Аким и, кряхтя, подвинул задницу на бревне, освобождая место для гостьи.

– Спасибо, – девчонка тут же уселась и протянула руки к костру. – Ух, хорошо…

Аким все же недоверчиво косился на нее, да и Бура то и дело поглядывал.

– Так что, охотнички? Похлебка то будет? – поинтересовалась Лайла.

Гор кивнул Платону, который помешивал свою стряпню в казанке и все это время помалкивал. Тут же одна из мисок была наполнена и Платон протянул ее девушке.

– Вот спасибо, – Лайла втянула носом пар, поднимавшийся от тарелки, и с жадностью стала есть.

Насытившись, она поставила тарелку на край бревна, оглядела наемников и усмехнулась.

– Знаете, а вы не очень-то походите на охотников.

– М-да? – буркнул Бура. – И на кого же мы походим?

– Ну…если судить по вашей одежде, то вы из восточных баронств. А если учесть броню, которую охотники обычно не носят, то смею предположить, что вы из дружины какого-нибудь лорда…

Аким, Гор и Бура уставились на девчонку, но пока не дергались.

– Правда, что вы тут делаете – не понимаю… – продолжила вещать Лайла, – а хотя… Тут ведь недавно у замка Витар битва шла? Вполне возможно, что вы в ней участвовали… Но почему вы не со своей армией, которая после поражения возвращается домой? Хм… Может, вы дезертиры? Может, это вас пару дней назад искали люди барона Грота?

– Так, ну все, – Аким мгновенно схватил свое копье, Бура бросил рубить дрова, распрямился. А в руке Гора уже был его верный меч, который мгновенно выскочил из ножен.

– О! – девчонка, казалось, совершенно не испугалась. – Ну точно, никакие вы не охотники.

– Лучше бы ты держала рот на замке, – заявил Бура, перехватывая топор и угрожающе надвигаясь на девчонку.

Она мигом вскочила на ноги, в ее руке появилась энергетическая сфера, вокруг которой мерцали тысячи маленьких молний.

– Спокойно, – сказала Лайла, – я не собираюсь вас сдавать…

– Само собой, – кровожадно ухмыльнулся Бура, – у тебя это просто не получится.

– Думаешь? – ехидно спросила девушка.

– Хочешь проверить? – Бура уже был в такой позиции, из которой нанести удар топором проще некуда. Если девчонка сглупит – ей конец. Ну а если даже увернется от топора – ее наколет на копье Акима или прирежет Гор.

– Не обязательно ее убивать, – заметил Гор, – в вольных баронствах не любят всяких колдунов да магов. Свяжем, притащим в ближайшую деревню, скажем, что чернокнижница, и все – сожгут и имени не спросят.

– Так она колдунья? – удивился Бура.

– Заклинательница, – поправила его девчонка, – и я – внучка Белгара Подгорного!

– Друида? Ну ни фига себе! – поразился Бура. – Вот только крестьянам все равно.

И он придвинулся ближе с явно недобрыми намерениями.

– Кажется, вы неправильно меня поняли, – словно сообразив, что ее жизнь на волоске, совершенно другим тоном заявила девушка, – я вам не угрожаю…

– А похоже было, что угрожаешь, – сказал Гор, поднимаясь на ноги.

– Слушайте…вы ведь наверняка хотите убраться из вольных баронств. Ведь так?

– Допустим…

– Готова поспорить, что хотите добраться до Нусвена или Ливении. Что там? Подадитесь в охрану караванов? В местные стражники? Или просто станете наемниками?

– Как повезет, – ответил Гор.

– Ну тогда есть предложение!

Трое мужчин даже не шелохнулась, и Лайла, ожидавшая, что ее спросят: «Что за предложение?», вынуждена была продолжить свою мысль, ибо пауза затягивалась.

– Есть такой разбойник ‒ Бажен Кожемяка. Он в свое время пошумел в этих местах. Может, слышали?

– Может и слышали, – ответил Бура.

– Так вот, среди прочего Кожемяка напал на одну из деревень, разграбил ее и украл одну очень ценную для меня вещь. Я хочу ее вернуть.

– Я не знаю, к чему ты ведешь, – сказал Аким, – но слыхал я, что Кожемяку и его ребят местный барон поймал и прищучил. Если ты не умеешь говорить с мертвыми – вряд ли Бажен тебе что-то расскажет.

– В том то и дело, – ответила Лайла, – перед тем как Кожемяку и его банду поймали и перебили, Кожемяка вдрызг поругался с одним из своих подручных – Лундой Одноглазым. Тот ушел, забрав часть трофеев и уведя с собой часть людей… И я точно знаю, что вещь, которую я ищу, находится у Лунды.

– К чему ты нам все это рассказываешь? – спросил Аким. – Давай уже по делу.

– Хорошо, по делу, – кивнула Лайла, – я выследила людей Лунды, нагнала их на тракте и…в общем вмешался ваш друг и вместе мы их перебили. У одного из этих уродов я узнала, где прячется Лунда…

– Девочка, – вздохнул Аким, – эта история долгая? Мне, признаться, плевать на твои проблемы, на Лунду, на то, что он у тебя украл и где сейчас хранит. Нам это неинтересно.

– Лунда сейчас в Ливении, – Лайла пропустила мимо ушей весь спич Акима, – я знаю точное место, но сама я не справлюсь. А раз уж мне встретились люди, которые умеют держать оружие в руках и способны постоять за себя, то я хочу вас нанять!

– Чего?! – вырвалось у всех троих.

– Я беру на себя все дорожные расходы, жрачку и ночевку. Мы добираемся до Ливении и там вы помгаете мне разобраться с Лундой и его бандитами. Как закончим, плачу вам пять золотых…

– Пятнадцать! – тут же выпалил Бура и вопросительно поглядел на Гора – не продешевил ли?

– Имей совесть! – возмутилась Лайла. – Вы как раз и хотите попасть в Ливению, а я вам еще и дорогу оплачу. Все, что от вас потребуется, – помочь в одной драке, и все! Семь!

– Лунда подвязался работать на местного лорда и у него, насколько я помню, много людей! – хмыкнул Гор. – Тринадцать!

– Девять! – принялась торговаться Лайла. – Этот сброд, стоит мне бросить в них заклинание, разбежится кто куда.

– Ну так зачем тебе тогда мы? – рассмеялся Гор. – Сама ведь справишься.

– Для подстраховки, – улыбнулась Лайла, – мало ли…

– Ладно, двенадцать золотых и подстрахуем.

– По три золотых на рыло? Не жирно ли будет столько лишь за то, чтобы посмотреть, как я сама перебью голодранцев?

– Нас не четверо, нас пятеро, – поправил ее Гор, – и, судя по твоему длинному языку, по пути могут быть еще неприятности…

Лайла недовольно засопела.

– Десять! И это последнее предложение!

– Согласны, – улыбнулся Гор, – по рукам.

***

Когда Артур вернулся в лагерь, он был приятно удивлен появлением гостьи. Сходу швырнув нескольких кроликов, которых ему удалось поймать, Акиму, он тут же направился к девушке.

– Разрешите представиться, – выпятив грудь, начал он…

– Свободен, – отрезала Лайла.

– Э… – похоже, так быстро Артура еще не отшивали, и он слегка растерялся, – простите…

– Прощаю. Теперь свободен, – бросила Лайла и обратилась к остальным: – Что ж, господа, раз мы все решили, думаю, вы не против, если я отправлюсь спать. Умаялась за день.

– Да кто ж мешает? – буркнул Бура, разрубив очередную деревяшку.

– Отдыхай, конечно, дочка, – сказал Аким.

– Ну и отлично, – кивнула Лайла, – тогда, пожалуй, устроюсь вон в том шалашике. Одна! – добавила она, когда Артур что-то хотел сказать.

– Э! – возмутился Бура. – Девка! А ты ничего не попутала?

– Не девка, а заказчица, – поправила его Лайла, – и нет, ничего.

Она развернулась и отправилась куда и собиралась, залезла внутрь шалашика, «закрыв» вход шкурой.

– Не, ну наглость… – возмутился Бура, – только нарисовалась и уже командует! Гор! Это нормально?

– Мы с ней заключили договор, – пожал плечами тот, – она – заказчица, так что…

– Что за договор? Какая заказчица? Во что вы тут без меня успели влипнуть? – озираясь на товарищей, засыпал их вопросами Артур.

– На,– протянул ему миску с похлебкой Гор, – и садись. Сейчас расскажу…

***

На следующее утро, едва только начало светать, принялись собирать лагерь.

Поклажи, как казалось, было не так много, но когда дело дошло до трофеев, мяса, шкур пришлось попотеть. В результате все уместили на волокушу и решили продать в ближайшей деревушке.

Было решено не идти по тракту – слишком долго. Получался огромный крюк и потому Лайла предложила вариант проще – добраться до побережья, купить места на корабле, идущем до Ливении, доплыть как можно ближе к месту, где осел Лунда. Это должно было занять куда меньше времени.

Естественно, все наемники как один принялись ворчать. Во-первых, никому не хотелось тратить свои кровные на плавание, плюс все они, как люди сугубо сухопутные, не особо доверяли морским путешествиям. Ну а во-вторых, идти к побережью означало, что придется пройти неподалеку от тех мест, где они побывали. И пусть их уже вряд ли кто-то ищет (солдаты наверняка решили, что наемники-мошенники успели драпануть и уже черт знает где, а потому свернули поиски), но всегда есть шанс нарваться на кого-то, кто тебя узнает. Да и вообще, в этих местах недавно шла война, а, как правильно подметила Лайла, у четверки наемников внешний вид был таков, что сразу выдавал, кем они могут быть и откуда родом…

Тем не менее решено было идти именно к побережью. Переубедила всех Лайла, заявив, что оплатит проезд.

Ну а что касается остального – Гору, Артуру, Буре и Акиму так хотелось оказаться как можно дальше от вольных баронств и как можно быстрее, что они готовы были рискнуть…

По тракту они двинули назад, той же дорогой, что шли сюда. Но не пройдя и полпути, свернули, направились по узкой дорожке, по виду которой и не скажешь, что она куда-то может привести.

Как оказалось, Лайла эти места знала и безошибочно довела отряд к деревушке, где наемники избавились от лишней поклажи, немного подзаработав.

Здесь задержались до утра. Как раз поправили снаряжение (у кого ремешок порвался, кому ножны было сделать, а кому обувку починить, так как прохудилась), а поутру вновь отправились в путь.

***

Если раньше шли сказочные, зимние пейзажи, то теперь все резко изменилось. Вокруг царила атмосфера запустения, тоски, отчаянья. Сухие и редкие деревья, будто бы моля о помощи, вздымали свои ветви к небу. Тут и там проглядывали проплешины черной земли, где почему-то растаял снег.

Еще начало вечереть и по идее до заката было еще далеко, однако сумерки наступили очень быстро.

Стояла гробовая тишина, лишь иногда прерываемая злобным карканьем ворон, которых тут, как казалось, были сотни.

– Не нравится мне тут, – заявил Артур, оглядываясь по сторонам.

– Ага, даже воздух пахнет чем-то…нехорошим, будто дышать трудно, – поддержал его Аким.

– Болота тут неподалеку, – сказала Лайла, неужели о серных падях не слыхали?

– Это где земляную смолу добывают? – спросил Бура.

– Ага, – кивнула Лайла.

– Не думал, что тут так… – буркнул Бура, – как только люди здесь живут?

– Скоро сами узнаете, – сказала Лайла, – до деревни уже рукой подать…

Она не ошиблась. Деревня действительно показалась вскоре.

Однако выглядела она…

– Триликий! Что тут произошло? – воскликнул Аким, разглядывая открывшийся пейзаж.

Глава 10 Филиал преисподней

С деревней явно было не все в порядке. Выглядела она так, будто ее недавно посетила орда варваров – часть зданий сожжена дотла, в некоторых все еще полыхает огонь. Одно из зданий – лишь остов, скелет, внутри которого ярко горит пламя.

И что хуже всего – не было видно людей. Обычно если в деревне пожар, все бросаются его тушить. Ведь огонь, охвативший один из домов, может запросто переброситься на соседний. А там и вся деревня до углей сгорит…

Но не было похоже, чтобы кто-то пытался тушить пожары. Вообще людей видно не было. Дома стояли темные, мрачные, ни в одном окошке не было видно света.

– Что за чертовщина? – тихо произнесла Лайла, рассматривая деревню.

– Что бы тут ни было, а соваться туда, как мне кажется, не стоит, – заявил Артур,– кажется мне, что людей там не осталось…

– Может, это ваши, уходя, решили напоследок отыграться? – спросила Лайла. – Разграбили и сожгли деревню, а людей…

– Наши, если бы, как ты говоришь, отступили, – ответил ей Гор, – то пошли бы прямой дорогой. Зачем им делать такой крюк? Зачем идти на запад, когда им нужно на восток?

– Ну мало ли…

– Нет, – уверенно заявил Гор,– не буду говорить, что у нас все святые, но…

– Что это там? – спросил Бура, указывая куда-то вперед, туда, где в центре деревни высилась местная церквушка – темная и мрачная.

Все сощурились, пытаясь разглядеть то, что заметил Бура.

– Кажется, человек. Лежит на земле, – заявил Артур.

– Живой? – спросил Аким.

– А я знаю? – пожал плечами Артур.

– Идем, – решил Гор, – осмотримся, может, кого найдем – узнаем, что тут произошло.

– А оно нам надо? – недовольно поинтересовался Артур.

– Надо, – ответил ему Гор, – если кто живой есть – поможем.

– И надо поглядеть, чего в домах, – вставил Бура, – может, что полезного раздобудем.

– Погляди, – отрезал Гор, – но без фанатизма!

– Но…

– Пока мы не знаем, что тут произошло, надо быть наготове, так что аккуратнее. Осмотрелись и свалили побыстрее.

Бура тяжело вздохнул, возражать не стал, но было понятно, что он в корне не согласен с Гором.

***

Отряд, оглядываясь по сторонам, приблизился к деревне. Вокруг стояла полная тишина, лишь огонь тихо потрескивал в догорающей избе, обгладывая без того почерневшие остовы.

Гор внимательно огляделся. Все было так же, как и раньше, – людей не видно и не слышно. На снегу полно следов, но разобрать их не получится – все затоптано.

Однако наличие следов чуть успокоило наемника. Есть следы ‒ значит где-то и люди есть. Может, те, кто бедокурил в деревне, все еще тут? Да нет, слишком тихо…

А чего тогда жители не показываются? Попрятались и боятся показываться, лиходеи закончили свои дела и ушли совсем недавно? Потому жители все еще прячутся?

– Бура! Тот дом проверь! – приказал Гор. – Артур! Со мной! Аким! Ты с Платоном и Лайлой тут оставайся.

– Ну уж нет, – покачала головой Лайла, – я с Бурой пойду!

– Как знаешь, – лишь пожал плечами Гор.

Они разошлись в стороны.

Гор первым приблизился к дому, который собирался проверить. Сзади бесшумной тенью крался Артур, уже примостивший стрелу на лук, готовый натянуть тетиву и выстрелить при первой же опасности.

Гор взялся за ручку двери и осторожно потянул ее на себя.

Из дома не донеслось ни звука. В сенях было темно, но Гор шагнул внутрь, чуть помедлив на пороге, давая глазам привыкнуть к царившему тут полумраку. Тем более в сенях было тесно, и даже несмотря на темень можно было понять, что тут никакой опасности нет.

Далее Гор вошел уже в жилую часть.

Ничего особенного – дом как дом, комнаты как комнаты. Разве что на полу куча всего разбросана. Будто обыск кто-то проводил или просто громил все, что под руку попадет.

Людей в доме не было.

– Как думаешь, что тут произошло? – спросил Артур, тоже проскользнувший в дом. – Грабили, что ли?

– Не похоже, – ответил Гор, – вон, гляди, какие-то побрякушки на полу. И никто не взял.

И действительно, в куче хлама виднелись пусть и недорогие, но все же украшения, которые можно было бы сдать ростовщику за небольшую сумму. Как бы там ни было, а грабители, если они здесь хозяйничали, вряд ли бы такое пропустили. Они обычно гребут все, что можно продать…

Гор обошел дом, выглянул на улицу. Там вроде все было в порядке – Аким и Платон торчали посреди дороги, в доме напротив должны были хозяйничать Бура и Лайла.

Увидев мелькнувшего в окне Буру, Гор убедился, что все хорошо, и вновь вернулся в дом.

Артур ковырялся в вещах на полу, но увидев Гора, тут же поднялся на ноги.

– Думал, тут…

– Тихо! – шикнул на него Гор.

Артур замолк, замер, вслушиваясь.

– Кажется, слышу, – прошептал он спустя несколько секунд.

И действительно, до них доносилось еле слышное всхлипывание. И звучало оно не в доме, где-то снаружи…

Гор направился к задней двери, ведущей во внутренний дворик, который так любили обустраивать местные.

Для Гора это было дико – на кой черт? Вот в восточных баронствах дом ставили в самом конце, а по дороге к нему рассаживали огороды. Иногда казалось, что перед домами целые поля… А местные нет, по-другому строят. Впрочем, тут такая местность, что далеко не везде огородик можно организовать – то камни, то топи. Болота ведь рядом…

Ступая мягко, чтобы не шуметь, Гор прошел через весь дом, плавно открыл дверь, ведущую на задний двор.

Рядом с домом никого. Неподалеку медленно догорает то ли миниатюрный сарайчик, то ли сортир…

Но зато впереди, на маленьком огородике, Гор увидел сгорбленную фигуру, сидящую рядом с бездвижным телом.

Плечи женщины (а сидящая у тела, судя по одежде и комплекции, была женщиной) то и дело вздымались или вздрагивали.

Гор обернулся, поманил к себе Артура и указал на плачущую женщину.

Артур остался в дверях, а Гор пошел вперед, к женщине.

– Эй! – тихо позвал он. – Не бойся, я не причиню тебе вреда.

Плечи женщины перестали вздрагивать.

– Я хочу помочь. Что здесь случилось?

Женщина, не вставая, резко повернулась, и от одного этого по спине пробежали мурашки – она не повернулась как обычный человек. Ее голова, будто у совы, сделала полный поворот на 180 градусов.

Лицо обезображено ранами, в крови, глаза страшные, налитые кровью, причем больше напоминающие не человеческие, а звериные.

Женщина, а точнее то, чем она стала, медленно и плавно поднялась на ноги, повернулась телом к Гору, причем голова ее вообще не двигалась, лицо было обращено к Гору.

Когда она развернулась полностью, Гор увидел, что некогда белый передник был весь измазан кровью, уже засохшей, взявшейся коркой. Одежда была изорвана, будто стая диких кошек напала на несчастную и рвала когтями.

Голые части рук и ног, выглядывающие из-под одежды, были покрыты струпьями, кожа выглядела неестественно серой.

А что еще бросилось в глаза – так это неестественно длинные пальцы на руках, увенчанные длинными когтями. Именно когтями – прочными, слегка загибающимися.

Существо несколько мгновений глядело на Гора, а затем подалось вперед, распахнуло рот, который правильнее было бы назвать пастью, ведь в нем были не зубы, а острые, мелкие клыки. Причем было их неимоверно много.

Тварь вывалила длинный, слизкий язык и издала крик.

Это не было похоже ни на что, что Гор слышал раньше. Человек не может издать такой звук, ни одно животное на подобное не способно. Вопль твари был не громким, но пробирал, как казалось, до костей, он резал по ушам и от него веяло чем-то чуждым, угрожающим.

Что еще хуже – Гор услышал, как вой подхватили. Выходит, есть в деревне еще такие же твари…

Внезапно тварь резко захлопнула пасть, оборвав свой крик. А все потому, что Артур пустил в нее стрелу.

Чудище сделало шаг назад, опустило голову, рассматривая стрелу. Тут же рядом воткнулась еще одна, но монстр не спешил умирать.

Она поглядела на вторую стрелу, попавшую в нее, подняла голову и уставилась на Гора, наверняка считая, что это сделал он.

– Да сдохни ты, тварь! – раздался вопль Артура, и в правую глазницу монстра воткнулась еще одна стрела.

Любое живое существо – будь то человек или дикое животное, уже бы умерло от такой раны. Ну, или как минимум вопило бы от боли. Но не монстр, что стоял сейчас перед наемниками.

Она вновь распахнула свою пасть, но на этот раз издала угрожающее шипение, а затем бросилась вперед, на Гора.

Однако тот давным-давно был к такому повороту – если бы тварь действовала быстрее, то, вполне возможно, у нее был бы шанс, но теперь…

Меч уже был в руках Гора, взмах – и правая рука монстра, занесенная для удара, была отсечена, полетела на землю, где принялась извиваться, будто змея.

Прежде чем монстр успел хоть что-то сделать, Гор нанес второй удар – на этот раз с плеч слетела голова.

И тут бы выдохнуть, но нет – голова, лежащая на земле, угрожающе щелкала зубами, щерилась, рядом извивалась отрубленная конечность, а тело, все еще стоящее на ногах, отчаянно размахивало уцелевшей рукой, пытаясь достать обидчика.

Гор отступил на пару шагов назад. Что делать с гулями – он знал, но что это за нечисть, как с ней бороться, как уничтожать – не представлял.

Благо на помощь пришел Артур.

– С дороги! – раздался истошный крик из-за спины, и Гор шарахнулся в сторону.

Артур, бежавший к обезглавленному монстру, швырнул в него сноп горящих высушенных трав, и тот вспыхнул, будто факел.

Сообразив, что к чему, Гор мигом схватил висящий у двери веник, поджег от палки, которой Артур отмахивался от охваченного огнем монстра, и бросил в лежащую на земле голову.

Та мгновенно вспыхнула, огонь перекинулся и на все еще корчащуюся отрубленную руку.

– Уходим отсюда! Быстро! – Гор схватил Артура и потянул назад.

Тот сопротивлялся недолго, последовал за товарищем.

Они забежали в дом, пробежали его насквозь и выскочили на улицу, где Аким копьем отбивался от еще одной твари вроде той, с которой только что расправились Гор и Артур.

Акиму достался толстый мужик в подранном тулупе, брюхатый и неповоротливый.

Прежде чем Гор успел что-то сделать, послышался крик:

– Ярь!

Толстый мужик завизжал, как резаная свинья, когда в него врезался огненный шар, рассыпавшийся по всему его телу.

Гор повернулся и увидел Лайлу и Буру.

– Ярь! – вновь крикнула Лайла, и очередной огненный сгусток полетел куда-то за дом, возле которого стояли Гор и Артур.

Тут же раздался визг – видимо, там была еще одна тварь.

– Уходим! – заорал Бура, пытаясь перекричать ревущее вокруг них пламя.

Гор было открыл рот, чтобы приказать отступать, но внезапно подала голос Лайла.

– Нет! Нам нужно туда! – и она указала вглубь деревни.

– Да ты с ума, что ли, сошла? – возмущенно заорал Бура.

– Вокруг болота. Мы не пройдем к берегу!

– Значит обойдем!

– Не обойдем. Они тянутся и тянутся. Проскочим!

– Гор! Эта дура собирается…

Гор хотел было приказать Буре схватить девчонку и тащить ее прочь от деревни, но Лайла ринулась вперед.

– Ты что творишь, полоумная? – заорал ей в след Бура.

– Ярь! – очередной сгусток огня полетел к дому, из дверей которого появился новый монстр.

– Гор!

– Драла жаба гадюку… – процедил тот и заорал: – Вперед! За мной! Живо!

Он первым бросился вслед за Лайлой, остальные последовали за ним.

Монстры лезли на наемников из всех щелей, но Лайла щедро раздавала им огненные сгустки. Те же из тварей, кто умудрился добраться до людей, получали уже мечом, топором или копьем. Артур приловчился, бил им в зеньки – это ненадолго дезориентировало монстров, они мотали головами, пытались вытащить стрелы из глазниц.

Судя по тому, сколько было нападавших, вся деревня превратилась в тварей. Что произошло, почему – Гор старался сейчас не думать. Не до того.

Сейчас главной задачей было выжить, а для этого нужно сосредоточиться, не отвлекаться, не позволить особо изворотливой и хитрой твари подобраться слишком близко.

Вот одна из них схватила зазевавшегося Платона.

Он испуганно забился, пытаясь освободиться.

Гор просто отрубил руку твари по локоть, схватил Платона за плечо, толкнул вперед, наподдав еще и ногой под зад.

– Гляди в оба!

Тут же пришлось отбиваться от однорукой твари, которую Гор только что и покалечил.

– Ярь!

Монстр вспыхнул, завизжал, Гор тут же развернулся и бросился вдогонку за остальными.

***

Как они выбрались из деревни, почему монстры их не преследуют – не знал никто.

Просто в какой-то момент деревня осталась позади, тварей видно не было, никто не нападал. Но наемники еще долго бежали без оглядки по узкой тропе через лес.

– По…по…постойте! – закричал Платон, который явно был куда менее подготовлен к подобным ситуациям, чем остальные. – По-пожалуйста!

Он споткнулся, растянулся на снегу и жалобно всхлипнул.

Только это заставило остальных остановиться, поглядеть назад.

Их никто не преследовал. Более того – деревня скрылась из вида, отсюда ее было не видать, хоть всполохи огня в небе давали понять – она близко, и не так уж далеко наемники от нее отошли.

Все стояли, опершись на колени руками, тяжело дышали.

Чуть отойдя, Гор подошел к Платону, схватил его за руку, помогая подняться.

– Ох…ой, нет… Оставь пока. Оставь! – взмолился Платон.

– Вставай. Только хуже будет, – прохрипел Гор.

Платон послушно поднялся.

Минуты две они просто хрипели, глотали воздух, будучи не в состоянии делать хоть что-то еще.

– Ушли…кажись, – прохрипел Бура.

– Почему…не…гонятся? – тяжело дыша, спросил Аким.

– Кто это вообще такие? – самый молодой Артур отдышался чуть раньше остальных, хотя голос у него звучал сипло – пробежка и ему далась нелегко.

– Нежить! – ответил Гор.

– Это понятно…

– Хладовейницы это…и узники плоти. Но какие-то быстрые, – сказала Лайла.

– Что еще за вейницы? И что за узники?

– Узники – это зомби, – выдавил из себя Платон и тут же закашлялся.

– Э…зомби медленные! – хмыкнул Артур. – Чего вы из меня дурака то делаете?

– Медленные, – согласно кивнула Лайла, – если ими не управляет некромант.

– Некромант? В деревне был некромант? – ужаснулся Артур.

– Похоже на то… – кивнула Лайла.

– Да ну, быть не может… – Артур и так был бледный, а теперь и вовсе стал белым, как снег,– тогда ноги уносить надо. Чем дальше – тем лучше.

– Верно, – кивнула Лайла.

– Пошли! – Гор рывком заставил Платона подняться и потащил за собой.

– Я не могу…оставьте! – взмолился тот.

– Пошли! – угрожающе рыкнул Гор. – Вперед!

Он подтолкнул его вперед и Платон обреченно поплелся, шатаясь, цепляясь ногами одна об другую.

***

Теперь уже не бежали, а просто шли, мало-помалу набирая темп. И вскоре все оклемались, даже Платон.

Шли молча. Пока было не до разговоров. Всем им было о чем подумать, вспомнить, что видели в деревне…

Наверное единственный в компании, кто думал не о пережитом, а о грядущем, был Гор.

Дело в том, что когда они подошли к деревне – уже вечерело. А теперь, как он только сейчас заметил, уже наступила ночь, ну или как минимум вечер. Во всяком случае, на небе ярко светила луна, блестели звезды.

Не будь у них таких приключений, Гор бы уже скомандовал привал, но сейчас меньше всего ему хотелось останавливаться.

Впрочем, никто о необходимости стоянки не спрашивал – все молча и упорно шли вперед, и даже Платон…

Гор плохо соображал – он устал, был измотан и просто опустошен после прорыва через деревню, а потому слабо представлял, как долго они уже идут и как далеко отошли от злополучной деревни.

Но он чувствовал, что силы его на исходе. А ведь он далеко не самый слабый в группе. Вон, Платон того и гляди свалится. Лайла еле-еле переставляет ноги, чего уж говорить об Акиме – для старика это было настоящее испытание…

– Огонь! – вдруг выпалил Артур.

– Чего?

– Впереди огонь! Глядите.

И действительно, далеко впереди горело пламя. Не пожарище, а именно небольшой огонек.

– Всем быть начеку! – приказал Гор.

– Ой, не к добру это… – вздохнул Аким.

– Только бы не эти твари,– простонал Платон, – я больше не могу…

– Моги! Или сожрут! – буркнул Бура.

– Хоть отдохну, – попытался пошутить Платон.

– Если тут действительно был некромант, то не отдохнешь. У него даже дохлые работают, – хмыкнул Бура.

Глава 11 Проклятая земля

Когда подошел довольно близко, стало понятно, что горит небольшой костерок, а возле него сидели три фигуры. Когда они услышали приближающуюся к ним группу, живо вскочили на ноги.

Точнее вскочили двое. Третий поднялся как-то не спеша, стоял неуверенно.

Люди возле костра были вооружены, если это можно было так назвать, весьма специфично и своеобразно – вилы и грабли, у одного был здоровенный колун.

Гор разглядел лица троицы – не обремененные излишним интеллектом, обветренные, как и подобает крестьянам. Двое чернявых, один рыжий.

Кажется, троица, разглядев пришельцев, осознав, что перед ними живые люди, чуть расслабились, даже свое импровизированное оружие чуть опустила, но все же на землю класть не стала. Ну, правильно – места тут глухие и случайная встреча неизвестно чем еще обернется.

– Вы кто? – спросил один из чернявых.

– А вы кто?

– Мы тут живем…жили… – мгновенно сбился чернявый.

– Что значит «жили»? – насупился Аким.

– В деревне к югу отсюда. Вы как раз с той стороны идете. Как вы ее обошли?

– Мы не обходили. Прошли через.

– Через? – ужаснулись все трое. – Но как?

– Какой шевеля, – хмыкнул Гор.

– Но там же те твари, они быстрые и…

– Нам повезло, – решив не вдаваться в подробности, ответил Гор. – Так кто вы и что тут делаете?

– Мы…мы пытались убежать, когда все началось. Нас было больше, гораздо больше. Но осталось всего трое…

– Почему?

– Нельзя выйти из леса. Он не пускает.

– Что еще за «он»? – поинтересовался Гор.

– Он. Тот, что проклял деревню.

– Так…становится все интереснее, – хмыкнула Лайла, – ну-ка поподробнее о том, кто такой «он» и как он вашу деревню проклял…

– Да началось у нас тут три дня назад, – начал было один из крестьян, но его тут же перебил хромой.

– Какие три дня назад, дурья твоя башка?

– Чего-о-о? – недовольно тот уставился на приятеля.

– Пошло-поехало все недели две назад, как раз как за маслом последний караван приходил.

– А чего там было? – удивился рыжий. – Ну был караван, да. И чего?

– А того, что следом за караваном появился тот странный тип. Помнишь?

– Так, давай-ка ты вещай,– приказал Гор хромому.

– Ну, значит, караван с утра нагрузился и пошел в обратный путь. А после обеда, даже ближе к вечеру появился у нас в деревне путник, что странно.

– А что тут странного? ‒ спросила Лайла.

– Ну так ведь караван был и ушел, а тот сам пришлепал.

– И чего?

– Места у нас тут такие…по одному не ходят.

– Бандиты шалят?

– Какой там, – отмахнулся хромой, – зверье есть, опять же ‒ топи. Чуть не туда ступил ‒ и, считай, пропало. Мы даже, местные, по одному не ходим…

– А этот значит был один и не с караваном?

– Вот-вот, – кивнул хромой, – таких дурней я сроду не видал. Но раз дошел, то молодец.

– Так, – вздохнул Гор, – давай ближе к делу. Пришел этот тип и чего? Твари появились?

– Не, – покачал головой хромой, – просто путник этот очень странный был. От него будто холодом веяло. Да и бледный был, будто больной…Мы думали, торговец какой, масла купить решил. Ан нет. Он все выспрашивал, где тут бой проходил да где чего интересного находили или видели.

– Какой еще бой? – спросил Аким. – У вас тут вроде сражений никаких лет эдак пятьдесят не было…

– Так это до нас… Тут и деревни в помине не было, когда этот…как его? Аримарий, Во! Аримарий бился.

– Может, Акимарий? – уточнил Платон.

– О! Точно! Акимарий.

Все взгляды были обращены к Платону.

– Что еще за Акимарий? – спросил его Артур.

– Полководец был такой, – пояснил Платон, – когда-то на Вельке была империя саамитов. Ее земли лежали от западного до восточного побережья.

– Никогда не слышал, – хмыкнул Аким.

– Это было больше семисот лет назад, – сказал Платон, – а Акимарий отправился в эти места, чтобы подавить бунт, который в конце концов сожрал империю саамитов.

– Ага, – закивал хромой, – старики рассказывали, будто когда-то тут была великая сеча. Полегла куча народа.

– Акимарий встретился с превосходящими силами противника, принял бой, а затем попытался отступить, но его армия попала на болота. Далее мятежники окружили топи и убивали всякого, кто из них пытался выйти. Так армия империи и сам Акимарий сгинули… – дал «расширенную» версию Платон.

– Уже что-то проясняется, – хмыкнул Гор и повернулся к Платону: – Значит тот странный тип выспрашивал про Акимария и поле битвы?

– Ага, – кивнул хромой.

– И что, вы ему рассказали?

– А как же! Платил он щедро, начали таскать ему находки, что в топях были, да рассказывать, где чего было. Он, кстати, ушлый оказался – на бредни и подделки вообще внимания не обращал. Как раскусывал – ума не приложу…

– И? Чего дальше? – поторопил рассказчика Аким.

– А все. Узнал он, чего хотел, да и ушел. А у нас началось…

– Чего началось-то? Ты будешь говорить или нет? – начал злиться Аким.

– Да…поначалу падучая началась у собак. Одна за другой дохнуть начали. Мы уж думали, чумка или еще чего… Так только собаки и дохли. А затем на болотах происходить странное начало – огоньки какие-то мелькали, трещало что-то. А однажды средь бела дня стало вдруг темно, как глубокой ночью. Я помню, тогда как раз у печи стоял, масло земляное переливал. Пока вышел на улицу – уже день как день, будто и не было ничего…

– Ага, было такое, – закивали двое его товарищей.

– Так а с чего ты вообще взял, что все это связано с тем странным путником?

– Так видели его на болотах. Говорят, ходил по тине и не проваливался. И будто за ним темные тени скользили по пятам…

– Некромант! – уверенно заявила Лайла. – Без сомнений.

– И что ему тут понадобилось? – спросил Гор.

– Падшие воины. Он их возвращал к жизни. Тут тебе все признаки – собака, тени, огни… Когда ритуал закончил, открыл дверь к мертвым – ночь сменила день. Точно некромант…

– Так что же, это он собак потравил, гадина? – спросил один из крестьян.

– Не потравил, – качнула головой Лайла,– они просто с ума сходили и со страху дохли. Догадался бы их кто отвязать – они бы просто сбежали.

– А точно! – хмыкнул рыжий крестьянин. – У Кривого Хомула был старый пес, уже доходил, а как все началось, так перегрыз веревку и дал деру…

– А еще наверняка местные некроманта прибить попытались, – усмехнулась Лайла, глядя на крестьян, – он им и устроил…

Все трое опустили глаза, лишь хромой буркнул:

– А чего делать-то было? Оставить нечисть в покое?

– Не трогали – он бы своих мертвяков поднял да и ушел бы, – пожала плечами Лайла, – вряд ли ему ваша деревня нужна была, но…вы на него напали.

– Так он что, всех в деревне в тех тварей превратил? – спросил Аким.

– Никого и никуда он не превращал, – вздохнула Лайла, – он их убил, а потом поднял в виде нежити. Особой нежити. Сильный, видать, некромант. Никогда не слышала, чтобы столько хладовейниц в одном месте было. Да и вообще, некроманты обычно рабами плоти довольствуются. Павших воинов оживляют. От них толку больше, чем от крестьян.

– Все так, – кивнул хромой, – кое-как отбились мы. Все те, кто выжил, решили из деревни бежать. Проскочили по дороге, далее собирались через лес, прямиком к побережью, но…мертвые нас ждали.

– Что за мертвые?

– Ну…такие, в драных кольчугах, доспехи у них диковинные и шлемы… Будто с гребнями. Все в тине, кости торчат наружу, а шустрые… Мы думали, отобьемся, да какой там, – он махнул рукой.

– Еле выбрались оттуда, – продолжил рыжий, – отошли, да тут засели хоть немного передохнуть. Потом пытались на восток уйти – там тоже мертвые стерегут проход. А через топи нечего и пытаться. Вот и сидим тут, значит…

– Весело, – тяжело вздохнула Лайла, – некромант не хочет, чтобы кто-то узнал о том, что тут происходит…

– А мы тогда как дошли? – удивился Аким.

– Зайти в деревню ‒ это одно. А вот выйти…

– Так он нас пустил?

– Выходит, что так, – кивнула Лайла.

– Зачем?

– Ну как зачем…он сюда заявился набрать себе армию мертвых…

– А чего просто на первом попавшемся кладбище не поднять себе мертвечины? – поинтересовался Аким.

– Крестьяне и при жизни воевать не умели, а тут… Говорят, имперских воинов учили военному делу с малых лет. Нынешние воители им не чета.

– Так мертвяки что, помнят свою прошлую жизнь? – выпятил глаза Артур.

– Что-то помнят, – пожала плечами Лайла, – что-то нет. Я вообще в некромантии не сильна.

– Навыки и умения сохраняются. А в них, как я понял, это все вколачивалось годами, – подал голос Платон.

– Ты-то откуда знаешь? – нахмурилась Лайла. – Ты ж вроде лекарь?

– Кое-чему еще учился.

– Чему, например?

– Например, анимологии…

– А…ты из этих… – ехидно усмехнулась Лайла.

– Из каких «этих»? – набычился Платон.

– Из добрых некромантов!

– Чего? Анимология к некромантии никакого отношения не имеет. Принципы и теории…

– О, началось, – поморщилась Лайла, – все, успокойся! Пошутила я.

– Так. Я не понял, – вмешался Аким. – Так получается, из крестьян мертвяков не сделать?

– Сделать, но это просто расходный материал, – пояснила Лайла. – Если некромант хочет собрать силу, то поднимать ему нужно мертвых воинов… Вы ведь воины? – она поглядела на Акима. – Если тебя убьют, то некромант точно вернет тебя к жизни.

– Бр-р-р, – поежился Артур, – что-то мне в его армию не особо хочется.

– Когда помрешь, а он тебя воскресит – ты против не будешь, – пообещала Лайла.

Наступила тишина.

– Ну, и что делать будем? – наконец спросил Бура.

– Прорываться, – ответил ему Гор, – а что еще остается?

– Даже не думайте, – проворчал хромой, – мертвые вас пошинкуют, как капусту!

– Посмотрим, – хмыкнул Гор, – через деревню мы ведь как-то прошли?

– Повезло, – хмыкнул хромой.

– Ну, может и тут повезет.

– Костяками станете (*простонародное обозначение простейшей нежити в виде скелетов), – вставил рыжий.

– Тогда лучше сваливайте, – хохотнул Бура, – мы ж за вами придем… или вы тут думаете отсидеться? Сожрут ведь вас, дурни…

Крестьяне сердито засопели.

– Ладно, бывайте, – подвел итог разговора Гор.

Он первым пошагал дальше по дороге, Бура тут же последовал за ним, потом Аким, Артур, Лайла и Платон.

Крестьяне проводили их взглядами…

***

Шли молча. От «лагеря» крестьян отошли всего-то метров на пятьсот, как за спиной наемников раздались крики.

Гор остановился и поглядел назад – двое крестьян тащили третьего, хромого, отчаянно горланили и махали руками.

– Ну вот, еще этих пентюхов нам не хватало, – поморщившись, сказал Бура.

– А что, лучше тут бросить? Пусть подохнут? – спросил Аким.

– Да мне какая разница? – пожал плечами Бура. – Главное – возиться с ними бы не пришлось…

Меж тем крестьяне подобрались ближе.

– Мы идем с вами, – объявил запыхавшимся голосом рыжий.

– Хм… И чего передумали? – поинтересовался Гор.

– А чего сидеть? Правы вы – один хрен прибьют. Сами не прорвемся, а с вами…может, чего и получится.

– Держитесь позади, – приказал Гор, – тащите своего калеку. Вы за него в ответе. Что ни прикажу – делаете. Ясно?

– Ясно, – кивнул Рыжий, остальные двое тоже кивнули.

– Ну, пошли тогда, – Гор отвернулся и вновь пошагал вперед по дороге…

Ночь брала свое – стало темнее, но на небе ярко светила луна, освещая путь.

Дорога петляла по лесу, будто обходя какие-то невидимые преграды, и вот на очередном таком повороте, обойдя буйно и тесно растущие ели, наемники увидели следующую картину – посреди дороги совершенно бездвижно, будто изваяния, стояли две фигуры. Они явно стояли тут давно – недавно прошедший снег оставил свои следы – засыпал плечи и ноги импровизированных статуй.

Гор мгновенно их узнал – уж слишком характерная броня у обоих, оружие и шлем у одного из них. У второго шлем отсутствовал, зато можно было отлично разглядеть голый череп с пустыми темными впадинами глазниц.

Одежда была потрепанной, броня ржавой и побитой, но все же именно такую Гор в свое время видел на фресках и старых гобеленах. Так выглядели воители прошлого.

– Костяки! Попали! – сдавленно охнул один из крестьян.

«Изваяния» будто этого и ждали – в их пустых глазницах тут же вспыхнуло какое-то мертвенно-зеленое пламя, они будто по команде повернули головы к людям уставились на них.

– Кажется, они нас заметили! – констатировал Аким.

– А ты наблюдательный! – хмыкнула Лайла.

Древние мертвецы тем временем вздрогнули. Налетевший за время стояния здесь снег слетел с их брони.

Один из мертвецов перехватил свой боевой молот, второй сжал в руках здоровенный двуручный меч.

– Они нас не пропустят, – выкрикнул кто-то из крестьян.

– А что, похоже, что мы их уговаривать будем? – усмехнулся Бура.

Все наемники стали в стойки, готовясь к отражению атаки, и древние мертвецы не заставили себя ждать.

Первым на людей пошел мертвец с молотом.

Артур тут же пустил в него стрелу. Она угодила в нагрудник, застряла в нем, но мертвец, естественно, на это никак не отреагировал.

Он взмахнул своим тяжеленным оружием, пытаясь убить Артура одним ударом. Но тот, не будь дураком, на месте стоять не стал, так что молот опустился в снег, глубоко погрузившись в замершую землю.

Бура был уже рядом.

Взмах топором ‒ и череп мертвеца летит в снег.

– И всех делов, – заявил Бура, повернувшись к остальным, явно довольный собой.

– Сзади! – заорали Аким и Платон.

Бура успел увернуться в последний момент – лишенный головы покойник и не собирался падать, умирать (ну, или что там происходит с нежитью). Он словно бы и не заметил потери – поднял свой молот и махнул им по горизонтали.

Если бы Бура оказался менее расторопным – его кишки превратились бы в кашу.

Меж тем второй мертвец, вооруженный мечом, наступал на Гора.

– Ярь! – вперед выступила Лайла, метнув в скелет, заключенный в броню, свой огненный шар.

Тот ударил прямо в грудь мертвеца, распался. На секунду или две древний покойник вдруг вспыхнул пламенем, он замахал руками, то ли пытаясь потушить огонь, то ли от боли (если он, конечно, ее чувствовал), но праздновать победу было рано – огонь потух, мертвец вновь пошел на Гора.

Его огромный меч, рассекая воздух, просвистел над головой наемника, но тот успел присесть.

Мертвец предпринял еще одну попытку, но Гор отбил удар, приняв его на свой меч.

Удар был такой силы, что у Гора загудели руки, он едва не выпустил собственный меч. Но все же, стиснув зубы, подавив вспышку боли, он попытался контратаковать.

Лезвие его меча скользнуло по наплечнику, по руке противника, не нанеся тому никакого вреда.

Еще один удар ‒ и в этот раз меч Гора нашел слабое место – на локтевом сгибе противника.

Рука врага была отсечена.

Мертвеца, как казалось, это совершенно не побеспокоило. Он лишь нагнулся за своим оружием, взял его второй рукой (при этом обрубок первой так и сжимал рукоять).

На помощь Гору подоспел Аким, ударивший копьем в голову врага, целя к светящуюся неестественным зеленым светом глазницу.

Навершие копья попало точно туда, куда он и метил. Но…никакого эффекта – мертвец махнул рукой с зажатым в ней мечом и попросту выбил копье, то упало на снег, а обезоруженный Аким вынужден был отступить.

– Ярь! Ярь! – кричала Лайла, отправляя один снаряд за другим. Вот только без всякого толку – мертвецу было на это плевать.

В то же время Бура танцевал вокруг своего противника, пока тот махал своим громоздким молотом.

В один момент Буре не повезло – он споткнулся о какую-то корягу, которую не заметил под снегом, и развалился на земле.

Его противник уже занес молот для удара, но тут на него налетели крестьяне. Все трое, даже хромой.

Они уцепились кто в руки, кто в молот покойника, и каким-то немыслимым образом смогли не только отобрать оружие, но и заставили нежить упасть.

Покойник пытался подняться, но Рыжий и чернявый крестьяне удерживали его, прижимали к земле.

Тут к ним на помощь подскочил уже оклемавшийся Бура.

Он вырвал из рук их товарища молот, размахнулся и опустил его на грудь мертвеца.

Один раз, другой, третий…

В конце концов броня не выдержала, прогнулась, а следом раздался короткий, но громкий хруст, будто кто-то сломал сухую палку.

Прозвучал тяжелый вздох, над покойником поднялось облачко зеленоватого света и…мертвец не пытался встать. Более того, теперь он выглядел так, как ему и положено – груда костей в старой ржавой броне, лежащая на земле и ни на что уже не способная и не пригодная…

Гор, краем глаза видевший, что только что сделал Бура, извернулся от удара противника, поднырнул под его двуручник, а затем ударил сам, снеся голову мертвого мечника.

Она упала в снег, а в следующее мгновение Гор наступил на нее или, скорее, ударил по ней всей своей массой.

Вновь раздался хруст, облегченный вздох, и только что крепко стоявший на ногах безголовый воин вдруг развалился на части – на землю полетели остатки брони и костей, мгновением ранее неизвестно как державшиеся вместе.

– Ха! И это все, на что они способны? – торжествующе выкрикнул Бура.

Словно в ответ на его вопрос тут и там в лесу начали загораться зеленые огоньки.

До наемников донеслись тяжелые шаги, хруст снега под ними.

Со всех сторон к дороге сходились скелеты. Кто в доспехах и шлемах, на ком-то остались лишь полуистлевшие остатки одежды, кто-то и вовсе шел «голым» – все его кости до единой были открыты взорам.

И мертвецов было много, очень много…

Глава 12 Запасной план

Гор стал в стойку, поднял меч и заорал:

– К бою!

Но остальные тоже были с глазами и отлично видели, что происходит. Аким уже вновь был со своим копьем, которое выбил из его рук мертвец, Бура крепче сжимал свой топор, Артур держал наготове лук.

– Нам не справиться! – заявил кто-то из крестьян дрожащим голосом.

– Вам – нет, – сквозь зубы бросил Гор.

Далее ему стало не до разговоров – ближайший скелет, на котором из одежды был лишь нагрудник, державшийся чудом на непонятно как сохранившейся лямке, направился к нему. Причем не пошел, а побежал.

Гор в детстве часто слышал россказни взрослых о своих похождениях. Особенно он любил рассказы старых воинов, побывавших во многих походах. И все они как один (кто встречал на своем пути оживших мертвецов) утверждали, что нежить медленная, неповоротливая. Но…

Скелет, который несся сейчас на Гора, вовсе не был неповоротливым или медленным. Наоборот, он сходу начал махать своим прямым и коротким мечом так, что Гор только и успевал отражать удары.

Тем не менее, мертвец, поднятый чье-то злой волей из забвения, умом не блистал, и Гор смог его подловить.

Взмах мечом ‒ и череп летит в сторону, а Гор пинком ноги оттолкнул от себя обезглавленного урода и тот завалился на землю.

Но на Гора тут же насел еще один, махавший побитой временем дубиной. Гор увернулся от двух неуклюжих замахов, после чего снизу вверх рубанул мечом, отсекая скелету руки.

Еще один удар, направленный в незащищенную грудь, и скелет рассыпался, оставив после себя быстро рассеивающееся облачко.

Пока у Гора закончились противники – он подскочил к пытающемуся встать обезглавленному скелету и с силой ударил его ногой прямо в нагрудник.

Раздался характерный треск, и скелет превратился в то, чем ему и положено быть – груду старых костей и поржавевшего металла.

Гор оглянулся – остальные его люди тоже сражались с наседавшими мертвецами и только что одержанные им победы явно не дали ничего – мертвецов было много, а что еще хуже – из леса шли все новые и новые…

Гор почувствовал холодок – решимость куда-то испарялась, глаза выхватывали среди деревьев приближающихся врагов и, казалось, им нет числа.

– Гор!

Он спохватился и в последний момент отбил удар. Мертвец с топором появился словно бы из ниоткуда.

Еще один подошел слева и взмахнул мечом.

Гор почувствовал, как обожгло огнем руку.

Бросив быстрый взгляд на плечо, он обнаружил, что толстая кожаная броня была разрублена, меч скелета достал до тела, но, кажется, рана была неглубокой.

Присев, пропустив над головой удар топором, Гор рубанул мечом наотмашь, перерубив скелету-мечнику ноги, а затем, поднявшись и отбив очередной выпад топорщика, отрубил ему руку, в которой тот держал оружие.

Только благодаря своему звериному чутью и опыту Гор избежал ранения. Интуиция заставила его отступить на пару шагов, и вовремя – скелет-мечник, оставшийся без ног, выходить из боя не собирался – он полз к человеку и собирался того ударить снизу вверх свой ржавой железкой. Не отступи Гор вовремя, не учуй опасности, и все – пиши пропало.

Гор опустил ему ногу на незащищенный череп. Раздался хруст, от останков скелета поднялось уже знакомое облачко…

– А-а-а-а!

Гор оглянулся – одного из крестьян проткнул копьем скелет, подошедший сзади.

Бура уже размозжил ему череп топором, вернул назад в небытие, но крестьянину на это было плевать – он стал на колени, схватился за торчащее из груди копье, то ли пытаясь его вырвать из своего тела, то ли облегчить боль…

– Раза! Треск! – Лейла теперь швыряла в скелеты своими энергетическими сгустками или же из рук ее вылетали молнии, которые при удаче били не одного, а сразу нескольких противников.

Но Гор не сказал бы, что это было эффективно – да, скелеты на несколько мгновений замирали, будто бы тряслись, когда в них била молния, но затем как ни в чем не бывало продолжали наступать…

Вот кто действительно наловчился разбираться с мертвецами, так это Артур.

Он старался бить точно в лоб скелетам, и в случае удачного попадания те мгновенно рассыпались. Но попасть с такой точностью выходило далеко не всегда, да и колчан Артура быстро пустел…

Один из скелетов ловко увернулся от топорика Буры, чуть присел и ударил своим боевым посохом, угодив точно Буре под Колено.

У того подвернулась нога, и если бы не хромой крестьянин, отбивший выпад мертвеца, Буре бы настал конец.

Гор осознал, что эту битву им не выиграть.

– Отходим! – заорал он. – Все назад!

Однако покинуть сражение было той еще задачей.

Скелеты и не думали отступать, они преследовали людей, не давали шанса развернуться и убежать.

Приходилось пятиться назад, выдерживая град ударов.

А затем все вдруг прекратилось.

Скелеты замерли на месте, даже не пытаясь идти вперед, на людей.

Гор, уже запыхавшийся, взмокший и усталый, стоял, тяжело дыша, и пялился на неизвестно почему застывших скелетов.

– Что это с ними? – спросил Бура.

– Так было и в прошлый раз, – сказал хромой крестьянин, – мы от них долго убегали, думали, нам конец. И когда они почти нас нагнали, вдруг застыли, как изваяния, и стояли, глядели, как мы отходим.

– Видимо, некромант приказал им стеречь границы области. Их задача ‒ никого не выпускать, но внутрь территории им хода нет.

– Уже хорошо, – выдохнул Гор и махнул рукой, – за мной, отходим…

***

Они устроили привал где-то через километр от места боя.

Все были подавленные и усталые.

Гор оглядел всех. Вроде раненых нет. Так, только его и Буру слегка зацепило. Но на всякий случай он решил уточнить:

– Все целы?

Кто кивнул, кто что-то буркнул себе под нос, и лишь хромой крестьянин сказал:

– Беляна убили…закололи.

Гор промолчал. А что было говорить, он видел это собственными глазами.

– Я же говорил, что мы не прорвемся, – всхлипнул второй крестьянин, сидевший под деревом и тяжело дышавший (всю дорогу он помогал идти и поддерживал своего охромевшего товарища).

– Мы прорвемся, – заверил его Бура.

– Как?

– Попробуем в другом месте. Они все сейчас собрались там, у дороги. Значит, попробуем лесом пройти.

– Их много. Очень много. В лесу остались другие, – похоже, у крестьянина начиналась истерика.

– А ну прекрати! – Бура отвесил ему увесистую оплеуху. – Успокойся!

Крестьянин попытался вскочить, но тут же получил от Буры кулаком под дых и медленно осел на место.

Бура же положил ему руку на плечо, мешая подняться.

– Как тебя зовут, парень?

Но тот сидел, разевая рот, пытаясь вдохнуть воздух, так что ответил Буре хромой, сидевший с мрачным видом и просто наблюдавший за происходящим.

– Его зовут Сивер, – сказал он, – а меня Корш.

– Я ‒ Бура, – представился тот, – так вот, Сивер, от того, что ты будешь орать и дергаться, лучше не будет. Поэтому успокойся, остынь. Не можем пройти лесом – придумаем иной путь.

– Везде мертвецы, – заметил Корш, – нам нигде не пройти. Выхода нет. Нам конец.

– Не бывает так, – не согласился с ним Гор, – всегда есть выход. Проблема лишь в том, что не все его могут найти.

– Тогда я один из таких, – грустно усмехнулся Корш.

– Ну а мы – нет, – заявил Бура, – надо думать. Не можем прорваться через ряды мертвецов, значит их нужно отвлечь или напугать.

– Мертвецов? Напугать? – рассмеялся Корш. Похоже, что он, хоть внешне был спокоен, но на деле тоже был близок к истерике. – И как ты думаешь это сделать?

– Не знаю…но все чего-то боятся. Чего боятся мертвецы?

Над этим вопросом задумался весь отряд.

– Святого огня и света, – принялся задумчиво перечислять Платон, – инквизиторы используют очищающую магию, есть заклинания для изгнания или уничтожения нежити…

– Среди нас нет священников или инквизиторов, – напомнил Бура, – и паладинов, кстати, тоже… Чего еще нежить боится? Или чем ее можно остановить?

– Водой! – выпалил Гор.

– Чего? – уставился на него Бура.

– Они боятся или, скорее, не могут пройти текущую воду!

– Я слышал истории, что у рек полно всякой нечисти, – заявил Артур,– речные драконы, прибрежник…

– Это другая нечисть, – встрял Платон, – пусть они и не из нашего мира, но живые. У них течет кровь, они хотят есть… А вот возвращенные из небытия, ходячие мертвецы действительно не могут пройти реку. Даже через широкий ручей не переберутся. Он для них ‒ непреодолимая преграда.

– Ну, есть у вас тут речка? – спросил Гор у Корша. – Хотя бы ручей какой-нибудь…

– Нет у нас тут речки, – буркнул Корш, – и не было никогда. А то, что есть, слишком далеко отсюда…

– Есть, – подал голос его товарищ, – озеро.

–Сказано же тебе, дубовая голова, текущая вода надо, а не стоячая! – вздохнул Бура. – Чем слушал-то?

– Стоп! – оживился Корш. – А ведь он прав. У нас есть тут огромное озеро и из него выходит река. Она прямо к морю ведет.

– Во-о-от! – обрадовался Бура. – Где?

– В той стороне, в часе пути, может, меньше, – крестьянин указал направление, – но…

– Что?

– Я думаю, мертвые нам не дадут к озеру подойти…

– Попробуем проскочить, – заявил Гор, – нам ведь не нужно от них удирать долго. Час или меньше? Она совсем неподалеку… Держимся вместе, пробиваем себе брешь в их строю и бежим со всех ног. Думаю, шансы есть…

– Особенно у меня, – грустно усмехнулся Корш, – далеко я от них убегу…

– Что-нибудь придумаем, – пообещал ему Гор.

– А лодки у вас там есть? – спросил Аким. – В такую стужу сами вплавь до моря мы не доберемся. Да и вообще, несколько минут ‒ и закоченеем. А если озеро большое, до то выхода из него еще добраться надо…

– А может, озеро замерзло? – предположил Артур. – По льду пойдем.

– Оно у нас никогда не замерзает, – ответил Корш, – а лодки есть…но в деревне…

– Тогда лучше в холодную воду лезть, – вздохнул Аким, – в деревню я ни за что не вернусь… Утопну, но туда ни ногой!

– Да не надо вплавь,– подал голос Сивер, – у нас ведь озерный дом имеется!

– Что еще за дом? – навострил уши Гор.

Корш хлопнул себя по лбу.

– Ну точно! Большой плот. На нем наши зимой рыбачат. И живут там по нескольку дней – все ведь есть. И где поесть, и где поспать, и крыша, и даже где согреться.

– О! – обрадовался Аким. – А мы там поместимся?

– Запросто. Там места ого-го…

– До этого «дома» как-то доплыть надо еще, – напомнил Гор.

– Не-а, – затряс головой Сивер, – мужики его на западном берегу оставили. На воде. Собирались подлатать, а тут все началось…

– Везет! – хмыкнул Гор.

– Ага, прямо уж! – буркнул Бура. – Если бы везло – нас бы сейчас покойники не гоняли.

– Зато не скучно, – хохотнул Артур, – живы – уже хорошо.

– Значит направляемся к озеру, – подвел итог дискуссии Гор.

***

Немного отдохнув, вновь продолжили путь.

Шли не спеша, экономя силы. Им предстоял рывок, на который потребуются все резервы, что у них остались.

Гор был уверен, что они смогут прорваться. По прошлому столкновению стало понятно – когда живые приближаются к «стражам границы», тем нужно какое-то время, чтобы сбросить с себя оцепенение. Всего несколько секунд, после которых они переходят в «боевое состояние», могут быть решающими.

Единственное, что беспокоило Гора, это что делать с Коршем. Хромал он теперь даже больше, чем поначалу. И ему действительно самому не убежать. Тащить его на горбу, на плечах – это немногим лучше. Тот, кто будет его тащить, и сам обречен.

Так что Гор ломал голову над тем, как помочь раненому. Ну не бросать же, в самом деле? Хотя, если его спасение будет грозить гибелью всего отряда, то…

Внезапно и к удивлению самого Гора с этой проблемой ему помог Бура.

– Эй, крестьяне! А у вас в деревне лошади были? – спросил он.

– Были, – отозвался Сивер, – да только как всякие твари полезли, так животина перепугалась и либо подохла со страху, либо дала деру.

– А лошадки у вас, небось, все пахотные да тягловые?

– Ну да…благородные скакуны нам на кой черт? А что?

– А то, что такая животина от родных мест вряд ли далеко уйдет, – ответил Бура, – где-то неподалеку, наверное, бродит…

– Да как же ее сыщешь? – вздохнул Сивер. – Да и вы сами сказали – лошадки наши не особо ретивые, под скачки не годящиеся.

– Ну, должны ведь бегать хоть как-то, не хуже человека, а? – усмехнулся Бура и повернулся к Артуру. – Ну что, может, заглянем в лесок, авось и найдем конячку?

– Легко! – отозвался Артур и вопросительно поглядел на Гора.

Тот лишь кивнул. Он уже понял задумку Буры.

– Привал! – объявил Гор. – А вам, – он поглядел на Артура и Буру, – не больше часу времени. Нам тут торчать опасно. Уверен – некромант скоро натравит на нас своих тварей. На кой черт ему ждать, пока мы будем тут бродить? Не ждет же он, что мы с голоду подохнем или сами где убьемся?

– Сивер! – позвал Корш. – Иди с ними. Отведи их к млину. Дядька Обрас собирался ведь муку делать – может, его Жуйка там стоит?

– Что еще за «млин»? – нахмурился Бура.

– Жернова. Мукомольня,– ответил ему Аким, – местные ее тут так называют.

– О! – обрадовался Бура и повернулся к Сиверу. – Ну, ты слышал, что твой друг сказал? Давай, веди! Может и не придется по лесу шарахаться. Далеко до этого млина?

– Рукой подать, – ответил Сивер, – у нас ведь тут сухой земли не так много, как раз вон там, за леском, поля. А рядом как раз млин и есть.

– Веди!

***

И двадцати минут не прошло, как разведчики вернулись. Артур вел за собой старую, явно повидавшую и пережившую многое лошадь. Пусть на вид она была неказиста, но зато шла бодро.

Волокушу, которая была не нужна после того, как большую часть имеющихся вещичек продали, оставили там же, в прошлой деревне, поэтому пришлось собирать ее заново. Благо времени много это не заняло. А затем приспособили получившееся к лошади, чтобы та могла легко утащить волокуши с человеком на них. Уже затем на волокуши определили Корша, а на саму лошадку приспособили остальную поклажу.

Теперь наемники могли идти быстрее, ведь были налегке.

Лошадку должен был вести Артур – он мальчишкой был конюхом, так что с лошадьми ладил. Да и Жуйка казалась покладистой и смышленой.

– Ну, вперед, – приказал Гор, когда приготовления были закончены, – глядите по сторонам в оба. Как заметите нежить – говорите. Нельзя медлить – чем раньше мы их заметим и ускоримся, тем лучше…

Собственно, это все было обсуждено не раз и не два, пока готовили волокушу, но Гор предпочитал проговорить все лишний раз, чтобы вдолбить это людям в головы, чтобы они не забыли, не растерялись.

Впереди отряда шли Гор, Бура и Лайла.

Следом Артур, ведший Жуйку, рядом с ним Сивер и Платон, с другого бока Аким.

Задача идущих первыми была простой – проложить дорогу для остальных. Аким должен был прикрывать Артура и Жуйку, которая тащила Корша, ну а Сивер и Платон оставались на подхвате…

Шли молча, глазея по сторонам.

Но пока было тихо. Лишь когда впереди, за деревьями, начало серебриться озеро, Лайла тихо выпалила:

– Мертвяк, справа! Между сломанным деревом и пнем.

Все уставились туда и действительно заметили стоящего, будто статуя, скелета с огроменным двуручным топором и в ржавой броне.

Еще одного мертвеца заметил Сивер. Следующего уже Артур.

– Как только скажу – бежим! – тихо прошептал Гор, но так, чтобы остальные услышали.

Он не сводил взгляда с ближайшего древнего мертвеца. Тот пока не двигался…

Шаг, еще шаг…

Скелет дернулся? Или ему показалось?

Гор увидел, как с плеч его посыпался снег. Теперь уже сомнений не оставалось.

– Бежим! – рявкнул он и первым бросился вперед.

Остальные тут же последовали за ним.

Пока бежали, Гор замечал все новых и новых скелетов – воинов, которые выходили из своего оцепенения, поворачивали головы к живым, а в их пустых черных глазницах загорался потусторонний, какой-то мертвецкий зеленый огонь.

– Быстрее! Быстрее! – поторапливал своих людей Гор, хотя особой необходимости в этом не было – все прекрасно понимали, чего им будет стоить нерасторопность, и потому ног не жалели.

Берег и водная гладь уже были не так уж и далеко…

Ну же, ну…

Глава 13 Озерный дом

Гор заметил одного из скелетов, который несся практически встречным курсом. В руке у мертвеца был старый ржавый меч, который уже не годился не то что для битвы, а даже для рубки дров, но…даже в нынешнем своем состоянии древнее оружие способно забрать жизнь человека.

Гор, который бежал со всех ног, резко остановился, отклонился назад, чуть при этом не упав. Зато ржавый клинок рассек лишь воздух.

Гор просто пнул скелета в ногу. Тот не упал, но присел на одно колено.

Это Гору и было нужно. Рубанув мечом, он снес мертвецу руку, на которую тот опирался, пытаясь подняться.

Еще один удар ‒ и рука, удерживающая ржавый меч, упала на пожухлую траву, припорошенную снегом.

Гор вскочил на ноги, пнул скелета, лишенного обеих рук, и побежал дальше, на ходу рубанув еще одного, подоспевшего на помощь товарищу.

Пока Гор бился, остальные смогли вырваться вперед.

Бура, занявший место лидера, как раз сбил с дороги очередного костяка, пытавшегося остановить отряд. Благо это не было трудно – скелет, прикрываясь щитом, занес для удара моргенштерн. Однако Бура, отбив его своим топором на полном ходу врезался в щит и скелет просто отлетел в сторону, освободив дорогу.

Аким древком копья врезал еще одному мертвяку, пытавшемуся зайти сбоку. Удар вряд ли нанес вред мертвецу, но сбил ему скорость, и пока скелет очухался – люди уже проскочили.

Гор припустился во все лопатки, пытаясь нагнать товарищей. А когда ему это удалось, вырвался вперед, на свое место.

Бура к этому моменту успел убрать с пути еще двух скелетов, однако было видно, что он устал, нужно было его подменить и подстраховать.

Впереди виднелось озеро. Причем не только его водная гладь, но и берег.

Вот только плавучего дома, плота или хотя бы лодки Гор не заметил.

Это плохо – придется бежать вдоль берега, но вопрос ‒ в какую сторону? Направо или налево? Хоть бы увидеть, где этот плот, иначе нужно будет выбирать наугад, а это чревато последствиями…

– Плот! Вон он! – заорал Артур, указывая куда-то направо.

Метрах в ста или ста пятидесяти у берега действительно стояло нечто, похожее на дом. Двухэтажная постройка возвышалась на широченном плоту. И Сивер был прав – все выглядело добротно, надежно. В таком действительно можно было жить, даже с комфортом.

– Туда! – заорал Гор. – За мной!

Он свернул, побежал к плоту по прямой.

Очередной скелет появился неожиданно, будто прятался за деревом, карауля, пока люди приблизятся.

Гор пропустил удар, и ржавый клинок вспорол броню, грудь обожгло болью.

Гор зарычал, одним резким движением снес скелету голову, пинком отправил его на землю.

Мерзкие твари! Он бы с огромным удовольствием отправил бы нежить назад, в преисподнюю. Наступить на череп или грудь, чтобы хрустнуло, чтобы поднялся зеленоватый дымок, и делу конец. Но на это банально не было времени.

Если ввязаться в бой, подтянутся другие костяки, противников будет становиться все больше и больше, и в результате, сколько бы Гор ни отправил бы в мир иной скелетов, его убьют.

А Гор умирать не желал.

Он уже бежал по мягкому песку, в котором вязли ноги. Он устал, тяжело дышал, но уже осталось всего ничего.

Собрав все силы воедино, он прыгнул вперед и…чуть было не растянулся на холодных, мокрых досках.

Рядом что-то грохнуло и принялось материться.

Бура! Он все же поскользнулся, не удержал равновесия и упал.

– Вставай! Вставай!

Гор схватил его за руку, помог подняться.

Бура уже прямо хрипел, но все же смог встать.

К этому моменту к плоту подошли и остальные.

Гор схватил лошадь за поводья, потащил к себе, заставляя ее залезть на плот.

Артур и Сивер помогали ему.

Лошадка явно была не в восторге от того, куда ее тянут. Но она чуяла мертвяков и они ей нравились еще меньше. Так что, недовольно фырча и храпя, она все же залезла на плот.

– Веревки! Плот привязан! – заорал Бура. – Режьте их и толкайте плот от берега!

– Бура! За мной! – крикнул Гор. – Остальные – делайте, что он сказал.

Дело в том, что к берегу уже стягивались скелеты и их нужно было если не остановить, то хотя бы задержать, дав возможность остальным вывести плот на глубокую воду.

Противников у Гора было целых два. Оба вооружены мечами, и биться с ними было неимоверно трудно.

Мертвецы не знают усталости, они не беспокоятся о собственной защите, они постоянно атакуют, не давая возможности перевести дух.

Гор достаточно быстро понял, что против двоих у него мало шансов. Все, что он успевал, – парировать удары, уклоняться от них. Он даже не пытался ударить в ответ – на это просто не хватало времени. Все его внимание было занято тем, чтобы не пропустить удар, который, вполне возможно, может стать для него последним…

Он отбивался, пятился назад и слишком поздно осознал, что сошел с берега в воду, стоит в ней уже почти по колено.

– Гор! Бура! Давайте назад! Ну же!

У Гора не было возможности обернуться, поглядеть, что происходит и действительно ли он может отступить.

Да и как это сделать, когда скелеты давят, не дают и секунды передышки.

Внезапно одному из противников прилетела стрела. Точно в лоб. Металлический наконечник вонзился в череп и застрял в нем. Скелет пошатнулся, отклонился назад, и у Гора появилось несколько мгновений, о которых он мечтал.

Отдыхать он не стал. Отбив удар второго скелета, Гор схватил его за руку, удерживающую меч, а сам рукоятью собственного меча ударил в висок.

Раздался хруст, на черепе появилось отверстие, от которого в стороны расходились трещины. Но противник все еще был на ногах.

Гор ударил еще раз и еще.

Третья попытка оказалась удачной – он проломил череп и мистический зеленый огонек в черных провалах глазниц потух, скелет грудой костей повалился Гору под ноги, в воду.

И тут на Гора кто-то навалился, причем с такой силой и упорством, что Гор не смог удержать равновесия, завалился назад.

На несколько секунд он погрузился в воду с головой. Лицо и руки обожгло холодом, а тот, кто вцепился в гора мертвой хваткой, еще и принялся душить его.

Гор пытался выбраться, отбиться, но…

Внезапно то, что его душило, удерживало под водой, исчезло.

Гор наконец-то смог вынырнуть, а точнее просто сесть на песчаном дне. Этого оказалось достаточно, чтобы оказаться над водной поверхностью.

Он отфыркивался, пытался отдышаться и проморгаться.

А рядом Бура кого-то забивал своим топором.

– Чертова тварь! Сдохни! Отправляйся туда, откуда выполз!

– Уходите, быстрее! – надрывались сзади на плоту.

Прежде чем Гор успел подняться, он почувствовал, как кто-то схватил его за шиворот и потащил назад.

Гор попытался было сопротивляться, ухватить свой меч, который так и остался на дне, но не успел.

Повернувшись, он увидел, что его тащит на глубину Сивер.

– Стой! Меч потерял! Стой!

Но Сивер и не думал останавливаться – тащил Гора за собой и даже не оглядывался.

Буру в этот момент как раз оттаскивал от недобитого скелета Артур.

В конце концов дно под ногами исчезло, Сивер уже плыл и продолжал тащить за собой Гора.

– Ну хватит! Оставь! – заорал Гор, едва не нахлебавшись озерной воды.

Сивер остановился, придержал Гора на плаву, давая отдышаться.

– Надо плыть, – сказал он, – скорее!

Бура и Артур неподалеку уже вовсю работали руками, пытаясь догнать плот.

Гор кивнул и поплыл за Сивером.

Как оказалось, это нелегко – усталость давала о себе знать, холодная вода сковывала конечности. К тому же все снаряжение весило немало, намокло, так и норовило утащить вниз, ко дну.

Благо Сивер помогал, то и дело вытаскивал Гора, не давая погрузиться.

Но бороться за жизнь становилось все сложнее и сложнее – каждый вдох отдавался болью, Гор уже почти ничего не соображал, в голове сидела только одна мысль или даже приказ – плыви, плыви и все.

Долго еще или осталось немного – он совершенно не представлял, в глазах начало темнеть, он то и дело погружался под воду, выныривал, пытался отдышаться. В груди уже пекло адским пламенем, а затем…

Вдруг стало легко, он перестал ощущать сопротивление воды, стало плевать на все.

А затем он больно стукнулся темечком. Почувствовал, что лежит на чем-то твердом, попытался вдохнуть и закашлялся.

Отплевываясь водой, он сел, с хрипом втянул воздух и огляделся.

Он был на плоту. Рядом стояли товарищи ‒ взмыленные, уставшие, но довольные собой.

– Ну, ты как, десятник? – спросил Аким, присев рядом с Гором.

– Порядок, – не без труда прохрипел тот.

– Ушли, – выдохнул Бура, который лежал на бревнах неподалеку от Гора,– я уж думал, все…

Гор бросил взгляд на берег.

Там у самой кромки воды топтались скелеты. И было их не меньше полусотни.

Да…с таким их количеством их отряд бы ни за что не справился…

А затем Гор разглядел еще больше противников – они выходили на берег из леса.

– Сколько же их там? – не выдержал он.

– Много, очень много, – ответила Лайла, стоявшая у перил и тоже глядевшая на берег, – похоже, некромант действительно собирает армию.

– Для чего?

– Скоро узнаем.

– Ну нет, – прохрипел Бура, – свалим отсюда и конец истории. Не хочу я ничего узнавать.

– Ну, услышим значит, – пожала плечами Лайла.

– И слышать не хочу, – заявил Бура, – тем более видеть. Все, хватит с меня мертвецов, нагляделся…

– Не могу не согласиться, – хмыкнул Аким.

– Черт, как же холодно, – пожаловался Артур, который стоял в одном исподнем, трясся и растирал сам себя, пытаясь согреться, – костер бы распалить, да как…

– А без проблем, – ответил Сивер, – давайте внутрь…

«Озерный дом» представлял собой плот, причем довольно внушительных размеров. И на нем стоял…нет, лачугой это язык не поворачивался назвать. Скорее уж полноценный дом, ничем не уступающий тем, что можно встретить в деревне. Разве что окошки у него были маленькие, но все застекленные.

На «первом» этаже помимо дома была «палуба», на которой висели рыболовные сети, тросы, веревки, стояли бочки для хранения рыбы.

Также была небольшая «палуба» в задней части. Скорее всего туда пришвартовывали лодки, которые сейчас, разумеется, отсутствовали.

Что касается «дома», то на первом этаже обнаружились три просторные комнаты. Пусть и несколько неудобная, но все же лестница, ведущая на второй этаж (где, по словам крестьянина, имелись меха и шкуры, где рыбаки обычно и спали).

На первом же этаже было нечто вроде «разделочной», где добытую рыбу потрошили, чистили, коптили, резали на куски и готовили к длительному хранению. Здесь имелись столы и стулья, даже нечто вроде очага. Вот только был он пуст, но это не стало проблемой.

Аким обнаружил поленницу в углу, где дров хватало.

Сивер уже был тут и пытался разжечь огонь, но пока у него ничего не выходило.

– Все отсырело, – пожаловался он, – боюсь, что…

– Ярь! – произнесла Лайла, и пламя метнулось с ее руки прямо к очагу. Дрова тут же запылали, языки пламени осветили комнату и хотя Гор был промокшим до нитки, ему показалось, что сразу стало теплее.

– Вот это да! – обрадовался Сивер. – Мне бы такое уметь. Научишь?

Лайла поглядела на него так, что сразу стало понятно – учить никого и ничему она не собирается.

Впрочем, Сивер ее взгляда не заметил – он как раз прыгал у огня, грея руки.

– Давайте сюда, – позвал он наемников, – нужно отогреться.

– Нужно уходить с озера, – напомнил ему Аким, – а то мало ли, что некромант придумает. Призовет какую-нибудь нечисть, что по воде к нам может добраться, вот тогда погреемся.

– Я направлю плот к выходу, – заявил Корш.

Придерживаясь за стенку, он похромал к выходу.

– Тебе помочь? – окликнул его Артур.

– Отогревайся, я справлюсь, – ответил тот.

Наемники подошли ближе к костру, как один протянули руки к пламени.

– Ух, хорошо, – растянул лицо в улыбке Артур, – а ты чего, Аким?

– Все же пойду, помогу пареньку, – ответил старик, – мало ли…

Все прекрасно поняли, о чем он. Может, Коршу действительно помощь была не нужна, Но Аким решил быть снаружи, приглядывать и за крестьянином, и за тем, что происходит вокруг. Мало ли…

***

Комнатушка довольно быстро нагрелась, продрогшие и промокшие люди тоже обсохли и отогрелись, даже разговоры с шуточками-прибаутками начались.

Сивер, кстати, оказался очень словоохотлив, и стоило его только зацепить, как рот у него не закрывался.

Так наемники узнали, что он частенько жил на этом плоту, рыбачил с родственниками и односельчанами. Причем бывал он тут с раннего детства, как и Корш, но в отличие от приятеля ходил он на плоту не только по озеру.

Как выяснилось, деревенька, когда к ней не заявлялись торговцы, загружала остатки земляного масла на плот и сплавлялась вниз по реке. Она впадала в море, и выход ее был как раз рядом с гаванью, где располагался небольшой портовый городок, через который шла бойкая торговля вольных баронств не только с ближайшей Ливенией, но и с другими государствами.

Как говорил Сивер, сейчас, конечно, желающих плыть сюда поубавилось – всем известно, что в вольных баронствах не так уж много денег, да и товары их не особо пользуются спросом – кому нужны шкуры да мясо? Такого добра у всех хватает, есть ли смысл плыть за ним черт знает куда?

А вот раньше, когда баронства назывались Рокатом и были одним цельным государством, то в заливе было не протолкнуться от кораблей, а на берегу был огромный рынок, на котором чем только не торговали…

Пока слушали россказни Сивера, Платон приготовил ужин – припасы наемники не потеряли, спасаясь от мертвецов, так что Гор, когда высох, нагрелся и наелся, потихоньку начал клевать носом. Тем более что монотонный бубнеж Сивера очень этому способствовал.

И в целом он вполне имел право на отдых – они смогли уйти от погони, если не случится ничего – сплавятся по реке, как говорил Сивер, и доберутся до того самого залива и порта, к которому, к слову, и направлялись, чтобы затем отправиться в Ливению.

Единственное, что Гора огорчало – это то, что там, у берега, во время битвы с мертвяками, когда его чуть не утопил мертвяк, Гор потерял свой меч.

Эта потеря очень его огорчала, и дело не в том, что меч сам по себе ‒ вещь недешевая. Проблема заключалась в том, что был он удобным, отлично лежал в руке и к нему Гор успел привыкнуть. Найти ему замену будет трудно. А если представить, что в портовом городке, куда они направляются, не найдется кузнеца или оружейника, то…

Эта мысль портила Гору настроение. Оставаться безоружным он не хотел. Он чувствовал себя, как голый.

Благо на помощь пришел Бура.

– Ну что, десятник, – усевшись рядом, проворчал он, – профукал меч? А вот если бы я оружие потерял – ты бы мне всю плешь проел…

– Проел бы,– хмыкнул Гор, – вот и себе сейчас ем.

– Да брось! Мы вообще чудом с тобой выжили.

– Да, кстати, спасибо. Если бы не ты…

Бура поморщился.

– Не за что благодарить. Ты бы то же сделал… Ведь так?

Гор кивнул.

–Ну вот. За такое не благодарят. Это само собой разумеющееся.

– И тем не менее…

– Так что делать будешь, десятник? – перевел тему Бура, ему явно не нравилось чувствовать себя эдаким спасителем. – Оружие то есть какое?

– Нож… – Гор продемонстрировал спрятанный в сапоге клинок.

– Э…разве ж это оружие? – сокрушенно покачал головой Бура. – Не, так не пойдет. На!

Он протянул Гору свой топор. Гор уставился на оружие, затем перевел удивленный взгляд на Буру.

– А ты?

– А я себе кое-чего уже нашел. Ты ж знаешь, топоры эти, мечи длинные не по мне. Я, в отличие от вас, другому учился. Помнишь ведь, откуда меня сир Борс вытащил?

– Помню, – кивнул Гор.

– Вот…эх, жаль старика. Если бы не он – гнил бы я в какой-нибудь шахте да гремел кандалами… Так что держи и не теряй, – он вновь протянул топорик Гору.

– Спасибо, – кивнул тот, – хотя, ты знаешь, мне бы меч…

– Ну извини, чего нет того нет, – хмыкнул Бура. – Все. Ты как знаешь, а я на боковую. Надо через пару часов нашего старика подменить.

– Тогда я тебя сменю к утру, – заявил Гор.

– Добро, – Бура уже начал укладываться на своем месте, а спустя минуту захрапел. Было у него такое умение. При любых обстоятельствах, где бы они ни оказались, если надо было спать, Бура тут же отключался, как по щелчку пальцев.

И Гор завидовал этому его умению. Сам-то он так не умел.

Впрочем, сон довольно быстро свалил и его…

Глава 14 По воле течения

Вопреки ожиданиям, Гор отлично выспался и отдохнул. Его раны оказались не серьезными – так, глубокие порезы, не более. Он сам их обработал, а к утру и вовсе они уже начали затягиваться.

Так что когда его разбудил Бура, он мгновенно сел в своей «постели», зевнул, потянулся, а затем быстро вскочил на ноги, оделся, схватил топорик, который накануне получил в подарок, и вышел наружу, на, так сказать, палубу.

Было еще темно, но скоро должно уже светать.

Судя по прикидкам Гора, до этого недолго осталось…

Чтобы лучше видеть окрестности, иметь возможность следить за тем, что происходит вокруг плота, Гор взобрался по скрипучей, хлипкой лесенке на второй этаж, где был эдакий импровизированный балкончик.

Пока было тихо. Корша уже сменил Сивер. Как убедился Гор, крестьянин не врал, когда говорил, что частенько путешествовал на плоту. Во всяком случае, как показалось Гору, шестом он орудовал весьма умело, направляя плот туда, куда было нужно, а точнее держа его постоянно по центру реки.

Когда начало светлеть, Гор внимательнее осмотрел берега реки.

На левом вряд ли стоит ждать опасности, а вот на правом…

Но сколько бы он ни глядел, хоть до рези в глазах, однако преследователей не заметил.

Что ж, это хорошо, и этого следовало ожидать. Некромант должен был понять, что им повезло, что они улизнули, и не стал тратить на них свое время, хотя могло быть и по-другому. Если бы некромант счел беглецов угрозой для себя, то скелеты бы вряд ли отстали.

Но никого подозрительного, вообще какого-либо движения на берегу, на скалах, в лесу, Гор не заметил.

И это радовало.

Уже совсем рассвело, пошел легкий снег.

Сивер, которому явно было скучно, принялся о чем-то рассказывать, но Гор слушал его вполуха – что-то о том, как управлять плотом. Какая есть сложная система для того, чтобы повернуть его нужной стороной, чтобы направлять его по течению, чтобы не удариться о прибрежные скалы, и о том, как тяжело потом тащить его назад, в деревню, вверх по течению. Впрочем, назад чаще всего возвращались налегке, а если и были покупки, то они явно легче земляного масла или бревен, которыми торговали деревенские…

В конце концов Гор вообще перестал его слушать и просто любовался пейзажами – заснеженные берега и деревья на них выглядели сказочно, завораживали. Легкая дымка закрывала то, что было впереди, и берега, горы, повороты реки будто бы выплывали из ниоткуда…

В какой-то момент Гор заметил движение на берегу.

Он долго рыскал глазами, пытаясь отыскать то, что там было, надеялся увидеть оленя или кабана, которые пришли на водопой, волка или медведя в крайнем случае. Но нет, животные не показывались – или они боялись выходить, завидев на реке плывущее непонятно что, от чего пахло дымом и людским духом, либо Гору просто показалось, либо…

И ведь, как назло, движение он засек именно на том берегу, по которому их могли преследовать. Как объяснили крестьяне – озеро слишком большое и вряд ли мертвечина успела бы его обойти и нагнать уходящих рекой наемников – течение то было совсем неслабым…

Что-то вновь мелькнуло среди деревьев и Гор теперь уже точно был уверен, что ему не показалось.

Это вряд ли животное – зачем ему преследовать плот?

Неужели мертвяки?

– Ух…мать твою, колотун какой, еще и эта речка достала уже! Проклятые холода, чтоб их в дышло…

– И тебе доброе утро, – хмыкнув, поприветствовал Гор появившегося из дома Буру.

Тот почесал себе бок и озадаченно уставился на Гора.

– А ты чего пялишься, как суслик на телегу? Чего увидел-то?

– Сам не знаю, – ответил Гор, – но что-то мелькало между деревьями…

– Где? – Сивер тут же развернулся и принялся рассматривать берег.

– Ты своим делом занимайся,– прикрикнул на него Бура, – а мы своим. Ну?

Нехотя Сивер вновь уселся на свое место, положил шест, которым будто бы пытался подталкивать плот, взялся за здоровенное весло, прикрепленное к плоту, которое служило чем-то вроде руля.

– Сейчас наших пригоню, – сказал Бура.

– Да пусть спят, – попытался остановить его Гор.

– Какое спят? Лежат там, лясы точат. Артура точно выгоню – он тебя менять должен.

– Ну…пока не очень хочу сменяться.

– Да понятно…

Спустя пару минут на балкончике и на «палубе» собрался весь отряд. Все они сосредоточенно следили за берегом, мимо которого шел плот.

Но больше движения никто не заметил. Да и Гор ничего не увидел.

Он уже успокоился, собирался отправиться спать – теперь уже наблюдателей тут хватало, как вдруг…

Гор бросил быстрый взгляд вперед и похолодел.

Там, впереди, высились скалы, а меж ними, прямо над рекой, был мост.

И хоть было далеко, Гору показалось, что на мосту кто-то есть.

Он до рези в глазах вглядывался вдаль, пытаясь рассмотреть хоть что-то, но все же Артур оказался более глазастым.

– Мертвяки! – заорал он. – На мосту!

На плоту тут же началась если не паника, то нездоровая суета.

Гор в первую очередь поймал Артура за шкирку, подтащил к себе и прошипел:

– Чего орешь? Какие мертвяки? Ты уверен? Может, просто люди?

– Да мертвяки это! Я же вижу.

– Точно?

– Да клянусь!

В это время Бура уже тряс за грудки Корша.

– Что это за мост? Что там за дорога? Куда ведет и откуда?

– Да тропа просто…от деревни до деревни… – испуганно бормотал тот.

– От какой деревни? От вашей?

– Ну да… К нам тоже заворачивает…

– Твою же… Еще мосты есть? Кроме этого?

– Нет…

– Уверен?

– Да-да…

– Черт бы вас побрал! – Бура наконец отпустил Корша и уставился на Гора.

– Готовьтесь, – поймав его взгляд, громко сказал Гор, – сейчас начнется.

– Да чего начнется? – удивился Сивер. – Мост то высоко! Что они с него спрыгивать будут?

– А почему нет? Думаешь, разобьются? Так они уже мертвые, – усмехнулся Бура.

***

Люди стояли на плоту, который медленно подплывал к висевшему над рекой мосту.

Теперь уже ни у кого сомнений не было, кто там их ждет.

Снова мертвецы. Скелеты разной степени сохранности в поржавевших латах, в порванной, практически истлевшей одежде, а некоторые и вовсе без ничего.

Мертвецы стояли бездвижно, наблюдая, как приближается плот, крепко сжимая в руках свои ржавые мечи, побитые временем дубины и копья.

В какой-то момент все и началось – один из мертвецов просто пролез через веревочное ограждение и полетел вниз. Он чуть промахнулся и упал в воду буквально в метре от плота.

Зато двое его товарищей приземлились точно туда, куда и хотели.

Третий, спрыгивая с моста, неудачно зацепился за веревки ногой и полетел вниз головой.

Он шмякнулся на плот, разбив об него свою мертвую черепушку, и над его останками тут же поднялось зеленоватое облачко.

А на плоту тем временем уже началась рубка.

Гор, как бешеный, махал топором, пытаясь достать противника. Скелет отбивал удары, подгадывая момент, чтобы перейти в наступление.

Бура, вооруженный здоровенным ножом, который нашел тут, на плоту, пытался проломить черепушку скелета, которого завалил на бревна и не давал встать.

Рядом с моста падали новые скелеты, но прежде чем они успевали подняться, на них обрушивались Аким, Лайла, Артур и Сивер.

Даже Корш участвовал в сражении, махая шестом.

Лошаденка, которую они забрали с собой, занервничала, когда на плот упали первые мертвяки. А уж когда их посыпало, как град, так и вовсе испугалась, принялась биться и, в конце концов, оторвав кусок «перил», к которым была привязана, махнула прямо в воду и поплыла к противоположному берегу.

Гор, заметивший это, хоть и огорчился потере (все-таки лошаденку можно было продать), но тут же облегченно выдохнул – благо с животного сняли поклажу, а то бы ушла, захватив с собой все припасы отряда…

Гор наконец-то смог разобраться со своим противником и едва успел отбить удар еще одного, только что свалившегося с моста.

– Берегись!

Действуя интуитивно, Гор присел, и над ним просвистел шест Корша, ударил в скелет и просто сбил его с плота.

Мертвец упал в воду, мгновенно пошел на дно и сгинул. Но тут же из глубины поднялось все то же зеленое облачко, вырвалось из воды, рассеялось над поверхностью.

Гор мгновенно все понял.

– Сбивайте их в воду! – заорал он. – Просто толкайте в воду.

Пока остальные тупили, Бура уже сделал так, как говорил Гор – он просто толкнул своего противника и тот свалился с плота. Над поверхностью тут же появилось облачко.

– Ха! Они в воде дохнут! – заорал Бура. – В воду уродов! В воду!

Плот к тому моменту уже проплыл мост. Подкреплений у противника больше не было, а те, что еще оставались, очень быстро уходили в реку.

Когда Артур столкнул последнего из мертвецов в воду, Гор облегченно выдохнул, опустил наконец свой топор.

– Любила жаба гадюку!

– Не говори, – прохрипел рядом Бура, – но, кажись, отбились…

Гор Быстро огляделся. Кроме запыхавшихся, усталых людей на плоту никого не было.

Он поглядел назад, там, где на мосту все еще толпились мертвецы, не успевшие вовремя спрыгнуть вниз.

Даже отсюда Гор ощущал ту злобу и ненависть, что исходила от них. Огонек в их черных глазницах, как казалось, горел даже ярче, чем раньше.

Но они уже ничего не могли сделать.

– Точно мостов больше нет? Или каких скал, с которых к нам могут запрыгнуть? – спросил Артур у Сивера.

Тот чуть подумал, прежде чем ответить, но затем затряс головой.

– Нет, ничего… Точно.

– Очень на это надеюсь, – хмыкнул Бура. – Нет, ну вы все-таки посмотрите, какие эти твари упрямые. Никак не отстанут!

– Теперь, думаю, отстанут, – заявил Гор.

– Хотелось бы верить, – проворчал Бура.

***

Ближе к обеду народ немного успокоился, даже расслабился. Правда, Гор выставил в дозор сразу двоих. На всякий случай – мало ли…

– А знаешь, – буркнул Бура, с которым Гор нес вахту, – могло быть хуже…

– В плане?

– Ну, долбанные скелеты с мечами, топорами да копьями только были…

– И? С чем еще они, по-твоему, должны быть?

– С луками. Или арбалетами, – ответил Бура. – Представь, что было бы, если бы у них имелось дальнобойное оружие?

Гор представил.

С большей долей вероятности их отряду пришел бы конец – мертвецы расстреляли бы их всех до одного… Но наемникам повезло, что некромант поднял павших воинов относительно недавно. Тетива на их луках давно истлела, арбалеты, если тогда они вообще имелись, тоже вряд ли пережили износ временем – вон, мечи и доспехи у мертвецов как выглядят, смотреть страшно.

Но…Гор был уверен – скоро некромант этот недочет устранит. Сколько Гор слышал россказней и басен о столкновениях с ожившими мертвецами – как минимум луками они пользоваться умели, а значит…

– Гор!

Гор отвлекся от своих мыслей и поглядел на Корша.

– Чего?

Корш выглядел куда лучше, чем накануне. Ногу ему перевязали, так что хоть он и хромал, но передвигался куда быстрее, чем раньше.

– Я тут подумал… – Корш явно не знал, как начать разговор, – вы ведь наемники?

– Да, – кивнул Гор.

– Мы тут с Сивером подумали…дома у нас больше нет, в другой деревне не жизнь – загоняют, как батраков. Ни кола, ни двора, ни пожитков, ни… Да ничего у нас нет.

– Так. И?

– Ну, мы, значит, так прикинули, хотим к вам! – выдал наконец свою мысль Корш, и тут же затараторил, боясь, что ему откажут: – Мы много не просим и много чего умеем…

– Например? – вмешался Бура.

– Ну, я вон рыбачить могу, со шкурами умею работать. Опять же – ежели надо чего подлатать или починить – это ко мне.

– А ты чего? – Бура поглядел на Сивера.

– Ну…вот, плотом править умею,– нахмурив лоб, выдал тот, –рыбачить, рыбу коптить да разделывать.

– Это понятно. А на земле?

– Копать умею. Ежели надо чего спрятать – тоже могу. Раз с дядькой Опасом на охоту ходили. Кабана подстрелили. А шли домой – еще косуля попалась. Ну дядька Опас и говорит – спрячь косулю, потом за ней вернемся.

– Так, и что? – улыбаясь спросил Бура.

– Ну, так спрятал, что потом два дня с ним по лесу блуждали, а так ничего и не нашли…

Гор и Бура тут же загоготали.

– Полезное умение, нечего сказать! – вытирая слезы, сказал Бура.

– Да вы не слушайте, что он несет, – вступился за товарища Корш, – так-то он у нас тоже рукастый. И в кузне помогал, и с заготовками, и вон, по рекам ходить умеет…

– Ладно, – кивнул Гор, – будете с нами. Но жизнь у нас не легкая, помимо ваших талантов надо еще уметь и за себя постоять. С мечом кто-то из вас дело имел?

– Не…

– Придется учиться, – заявил Гор, – готовы к такому? У нас ведь как, не научишься – убьют в первом же зарубе.

– Я топором неплохо махаю, – заявил Корш, – как-то к деревне банда Кожемяки подошла, так мы отбились.

– Топором, говоришь? – заинтересовался Гор. – Это каким?

– Да колуном…

– О как! Ладно, проверим тебя в деле. Если сможешь двуручником орудовать – нам такое пригодится.

– А мы где двуручник то возьмем? – поинтересовался Бура.

– Разберемся, – отмахнулся Гор и поглядел на Сивера. – Ну, а ты чем с разбойниками махался?

– Дык лопатой, – признался тот.

Гор и Бура вновь покатились со смеху.

– Да чего вы? – обиделся Сивер. – Нормально ею биться можно.

– Он вообще-то одного из бандюганов и в правду лопатой забил насмерть, – заявил Корш.

– Суров! – хмыкнул Гор и повернулся к палубе: – Аким!

– Чего? – откликнулся старик, сидевший на самом «носу».

– У нас тут новобранцы нарисовались.

– Знаю. Они вчера у меня допытывались, чего да как у нас.

– Ага, понятно, – кивнул Гор, – ну так один из них мастер лопаты. Может, поглядишь, как он с копьем обходится?

– Да чего не поглядеть, – Аким с кряхтеньем поднялся на ноги и махнул Сиверу. – Ну, иди сюда, пацан, проверять тебя будем…

***

Несмотря на свою больную ногу, Корш неплохо себя показал. Конечно полноценного боевого топора на плоту не было, но наемники приспособили ему здоровенный колун, с помощью которого крестьяне отбивались от мертвяков и с которым, собственно, Корш и сбежал из деревни.

– Черт знает что, конечно, – поморщился Бура в ответ на вопросительный взгляд Гора, – но чего-то умеет. Во всяком случае, махает этой дурой здорово.

– Обучить сможешь? – спросил Гор.

– Наверное… – пожал плечами Бура, – так-то я не топорщик…

– Но ведь бился секирой?

– Э-э-э…чем только биться не приходилось, – махнул рукой Бура, – но да, чему-то научить смогу.

– Добро, – кивнул Гор, – а со вторым новобранцем что?

– Дерьмо, – коротко резюмировал Аким, – копье этому пентюху давать никак нельзя. Он им разве что себе в глаз или ногу попадет.

– Ну вот, а Корш говорил, что лопатой махал, что твой Норд топором.

– Да в том то и дело, – усмехнулся Аким, – лопата тебе не копье. Интересно, как он, например, с глефой бы справился…

– Так проверь! – предложил Бура.

– Да где я тебе глефу тут возьму? – удивился Аким.

– Из лопаты сделайте, – заржал Бура, – или вон, у Гора топор возьмите, к палке примотайте. Сиверу ведь не в битву идти, а показать, что умеет…

– Топор не дам, – наотрез отказался Гор, – еще махнет неудачно и полетит топорик в воду. А с оружием у нас беда…

– Ладно, чего-нибудь придумаю, – буркнул Аким.

– Давай, занимайся, – кивнул Гор и зевнул. – Так, пойду-ка я на боковую. А то ночью еще надо бдеть, а я с самого утра на ногах.

– Давай… – согласились с ним Бура и Аким.

Гор зашел в «дом», улегся на свою лежанку. Натопили тут здорово, было даже жарко.

***

Проснулся Гор от того, что его кто-то тряс за плечо.

– Давай, вставай, десятник! Подъем!

– А? Что случилось? – Гор вскочил со своей постели, нашаривая рукой топорик.

– Да нормально все, ничего не случилось, – успокоил его Бура, – прибыли мы.

– Прибыли? – ошалело спросил Гор. – Куда?

– В залив, как и планировали.

– Уже?

– Да мы это…ты вчера как захрапел, так решили тебя не трогать. Отдых ведь тоже надо…

– Вчера? – нахмурился Гор. – Сколько же я спал?

– Ну…остаток дня и ночь. Сейчас уже утро…

– Вот это отрубило, – хмыкнул Гор.

– Ну так умаялся…чего ж… Давай, выходи!

Гор собрался, вылез из своей постели и направился на палубу.

Вокруг все разительно поменялось. Крутые берега исчезли, точнее исчез тот, что был справа.

Слева тянулся скальный берег, изредка прерывающийся пустынными песчаными пляжами.

А справа… Куда ни глянь – всюду бескрайнее море и волны. Пусть небольшие, но одного взгляда на них достаточно, чтобы понять – они не речные…

– Командир, – окликнул его Корш, – мы почти на месте. Вон он, Ветропой.

Гор уставился на городок, расположенный вдалеке на самом берегу. Домики совсем небольшие, пристань всего одна…

Как-то это разочаровывало. Гор ожидал увидеть полноценный торговый порт, а тут…видать, совсем торговля в этих местах захирела.

Глава 15 Прощайте, Вольные Баронства

Городок был даже хуже, чем казался на первый взгляд.

Он действительно больше походил на деревню, чем на припортовый город. Тем более город, через который шла торговля во все баронства и со всеми королевствами.

О том, что это был некогда большой портовый город, напоминали остовы причалов. Сейчас целым остался всего один, и возле него ничего не стояло. Зато у берега хватало больших и маленьких рыболовецких кораблей – от утлых лодчонок, до пусть и старых, видавших виды парусников. Судя по пустым «местам» на берегу, большая часть рыбаков отправилась в море на промысел… Далеко в море Гор смог рассмотреть эдакие «точки» – четко видневшиеся на фоне гладкой морской поверхности, ведь стоял абсолютный штиль, ни одной волны, будто море на зиму, как огромный медведь, тоже впало в спячку…

Что касается города, то лично Гор бы назвал его деревней – во всяком случае, дома ничем не отличались от обычных, деревенских. Такие же маленькие, невзрачные, из сруба.

Впрочем, кое-какие признаки былого величия имелись – остовы зданий. Старые кирпичные постройки либо были заброшены, и таких домов хватало, либо были давным-давно переделаны в нечто более компактное, простое и практичное.

Чувствовалось, что когда-то у местных жителей водились деньги, но не теперь.

Даже дорога, по которой шел Гор и остальные, имела следы запустения – некогда выложенная брусчаткой, теперь она была покрыта грязью, по ней бродили куры, свиньи и прочая домашняя живность, оставляющая следы своей жизнедеятельности.

Вступив в одну из таких ловушек, Бура поморщился, вытер обувь о торчащий из земли камень и со злость пнул прикорнувшую прямо посреди дороги свинью.

– Уи-и-и! – упитанная свинка, явно не привыкшая к такому обращению, тут же умчалась в ближайший двор, а старый-престарый дед, увидев, что сделал Бура, тут же затряс кулаком, состроил злобную физиономию и принялся грозить Буре.

– Ужо я тебя, разбойник!

– Чего ты меня? Чего ужо? – огрызнулся тот. – Скотину свою во дворе держи. И ужо не будет…

– Тебя, сопляк, не спросил! – проскрипел старик.

– Прирежу в следующий раз, и дело с концом, – ответил Бура.

– Ишь, нашелся тут резальщик! Ты погляди! Пришлые тута совсем уже распоясались, – тут же завелся дед, – ходят тут приблудные, еще и рассказывают, чего да как…

– Все, заткнись уже, развалина… – поморщился Бура.

– Да ладно, – хмыкнул Гор, – сдался он тебе…

– Промеж рогов бы дать, чтоб мозги встряхнулись. Совсем мхом поросли, видать, – буркнул Бура.

– Старых уважать надо… – заметил Аким.

– Если ты в молодости человеком был, то и в старости им будешь, – ответил ему Бура, – а если по молодости дурак дураком, то с годами ума не прибавится. Чего тут уважать?

Однако продолжать конфликт Бура не стал. Тем более они уже успели отойти от злополучного двора и старика, добрались до местной таверны.

Судя по тому, сколько тут стояло груженых телег, сколько лошадей жевало сено, торговцев тут хватает.

Гор вошел в таверну первым, сразу направился к хозяину.

– Доброго дня, – оживился тот, окинув гостя взглядом.

– А скажи-ка, уважаемый, – сразу с главного начал Гор, – чего кораблей нет?

– Да будут скоро, – пожал тот плечами, – вчерась два отправилось, а с утра неспокойно на море было… Но распогодилось вроде, так что к вечеру кто и появится. А вы торговать или как?

– Место нам на корабле надо, – ответила Лайла, – отплыть хотим.

– А куда путь держите? – поинтересовался хозяин таверны.

– А тебе какое дело? – нахмурилась Лайла.

– Так подскажу, может, какой корабль ждать и когда,– пожал плечами тавернщик.

– В Ливению нам надо, – ответил Гор.

– О! Тогда не раньше, чем через два дня ждите. «Морской бегун» придет.

– Это еще что?

– Корабль. Там капитаном Габейн Толстый Бурдюк. Он к Ливении ходит. Ну, или же кто пришлый раньше появится, может, вас и возьмут…

– Два дня, говоришь? – недовольно поморщился Гор. – Что ж…

– Комнаты, господин? Еду, выпивку? – тут же принялся предлагать тавернщик. – Может, баньку изволите или еще чего.

– А «еще чего» ‒ это чего? – поинтересовался Бура.

– Ну… – тавернщик задумался, – может, хотите весело провести время или надо чего подремонтировать, травник у нас тут, опять же, есть…

– А кузнеца нет? – спросил Артур.

– Есть, но он у нас по инструменту или если коня подковать надо… А оружейник имеется. Сейчас выбор не особо велик, но все же…

– Отлично, спасибо…

– Так что насчет комнат?

– Комнаты не надо, – отрезала Лайла и пояснила Гору: – нам и на плоту неплохо будет.

– А жратва? – спросил Гор. – Ты кормежку обещала.

Она недовольно пождала губы и кивнула, а затем бросила тавернщику:

– Похлебки, хлеба, эль или пиво…

– Сколько?

– На шестерых.

– А Корш и Сивер? – напомнил ей Гор.

– Я нанимала только вас. Вас – пятеро. Плюс я. А эти двое…

–Уже часть отряда, – заявил Гор.

– Я их кормить не буду, – отрезала Лайла.

– Мы вообще-то выжили не без их помощи…

Лайла явно была недовольна, но Гор молча глядел на нее, настойчиво и требовательно.

– Ладно,– в конце концов сдалась она и буркнула тавернщику: – На восьмерых жрачку давай.

– А еще бы на амуницию и оружие неплохо было бы… – начал Гор, но наткнулся на злобный, холодный взгляд заклинательницы.

– Вот уж хрен тебе! Не моя проблема.

– А как же мы контракт будем выполнять?

– Твое дело. Бей кулаками, кусайся, уговаривай. Меня не колышет!

– Но…

– Никаких но. Мы договаривались о еде, ночевке и переправе – это да. Я согласилась кормить два лишних рта? Все, с меня хватит.

– Ну хоть аванс за работу дай!

– Да сейчас! Вы еще ничего не сделали!

– Сюда довели целой? Полпути, считай, прошли.

– Меня не путь интересует, а конечная цель!

– Будет и она. И кстати, кто нас в ту деревню потащил? Разве Артур не говорил, что лучше обойти? Кто сказал, что обходить долго? Так что, считай, из-за тебя в проблемы вляпались!

– Да ты… – задохнулась от возмущения Лайла.

– Так, короче, аванс или на этом все. Наши дорожки разбегаются.

– Вымогатель! – прошипела Лайла, достала из кошеля несколько монет и сунула Гору.

– Вот, совсем другое дело! – усмехнулся он.

– Ой, да пошел ты!

– Обязательно, – хохотнул Гор, – прямо сейчас.

Затем он повернулся к тавернщику:

– Когда жрачка будет?

– Час, не более.

– Тогда я пришлю человека своего. Ему отдашь. Платоном звать.

– Будет сделано. А вот насчет аванса – это вы совершенно правы.

Гор хмыкнул и поглядел на Лайлу, та скорчила недовольную гримасу и положила на стол перед тавернщиком несколько монет.

– Хватит?

– Вполне, – кивнул тот.

***

Когда все вернулись на плот, Гор приказал Платону отправиться в таверну.

– Наша еда скоро будет готова, – сказал он, – заберешь и принесешь сюда.

– Сделаю, – кивнул Платон и направился на выход.

– Не понял, – нахмурился Артур, – что значит «сюда»? Мы что, не в таверне ночевать будем?

– Наша заказчица на нас экономит, – усмехнулся Гор.

Лайла лишь возмущенно фыркнула, но никак не прокомментировала его замечание.

– А теперь я бы хотел поговорить со своими людьми, – заявил Гор и повернулся к крестьянам. – Сивер, Корш! Подождите снаружи. Будьте поблизости. Я вас скоро позову.

Оба кивнули и исчезли за дверями.

Гор уставился на Лайлу.

– Что? – раздраженно бросила та.

– Я сказал, что хочу поговорить со своими людьми, – заявил Гор.

– И?

– Ты к ним не относишься.

– Хочешь выпереть меня отсюда, как тех двух остолопов? – возмутилась Лайла. – Я хочу погреться.

– Ты можешь снять себе комнату в таверне.

– Вот еще! С чего вдруг…

– Плот захватили мы! – отрезал Гор.

– А я в стороне все это время стояла? – Лайла раздражалась все больше. Она стояла в вызывающей позе, уперев руки в бока. – Я ничего не делала?

– Делала, – вынужден был признать Гор, – но сейчас я хочу поговорить со своими людьми. Тебя это не касается. Это не займет много времени… Так что прошу, не заставляй тебя выставлять наружу силой.

– Только попробуй!

– Попробую, если ты не хочешь по-хорошему.

– Вам надо – идите сами наружу!

– Пожалуй, надо расставить точки над i, – заявил Гор, – я ‒ командир этого отряда, мое слово закон. Крестьянка ты, заказчица пли пленница – ты выполняешь то, что я скажу. Либо так, либо я верну твои деньги и ищи себе новых наемников. Из-за твоих решений у нас только убытки, а деньги от твоего заказа, если мы его выполним, едва ли их покроют.

– Ах ты…

Бура был явно не согласен с Гором, это было понятно по его ужимкам и мимике лица, но Гор не обращал на него внимания.

– Итак, сейчас я прошу, чтобы ты ненадолго нас оставила. Есть вопросы, которые можно и нужно обсуждать без посторонних. Это касается только меня и моих людей, никого более.

Лайла недовольно фыркнула, развернулась и ушла, громко хлопнув дверью за собой.

– Ну ты вообще! – выпалил Бура. – А если бы она потребовала, чтобы ты все вернул?

– Тогда бы вернул, – отрезал Гор. – Так, теперь к делу. Вопрос первый: у нас есть двое потенциальных новичков. Принимаем ли их к себе?

– Принимаем, – кивнул Аким.

– Согласен, – отозвался Артур.

– Пусть будут, – буркнул Бура.

– Хорошо, – подвел итог Гор, – теперь следующий вопрос: как будем делить добычу и награду? Нас четверо. Можно сказать, мы основатели отряда. Все мы получаем равную долю от заказа. Согласны?

– Согласны, – кивнул Аким, – но разве у десятника жалование не больше, чем у обычных солдат?

– Больше, но мы больше не в дружине.

– Значит проще делаем – заявил Бура, – три доли получает Гор, мы по две, новички по одной.

– Новичкам это вряд ли понравится, – покачал головой Аким, – ладно эти двое, но если мы хотим браться за серьезные контракты, а не водить караваны, нам нужно больше людей. Да и для охраны караванов шестерых явно мало…

– Это ты к чему? – нахмурился Артур.

– К тому, что если мы так будем все делить, то новичков у нас будет немного, да и те одни крестьяне. А опытный боец захочет куда больше. И он стоит троих таких, как Корш или Сивер.

– Старик прав, – вынужден был признать Бура.

– Значит будем считать, что 1 доля – это для новичков. Заслужат доверие, покажут себя в деле – будут получать, как мы, – предложил Артур.

– А тебя жаба не задавит? – хохотнул Бура. – Тот же Сивер будет получать столько же, сколько и ты…

– Он мне жизнь вообще-то спас. Да и Гору тоже… – серьезно ответил Артур, – а когда мертвяки с моста начали на плот сыпаться, Корш помог тебе. Помнишь? Сбил веслом мертвяка, который уже собирался тебе череп раскроить.

– Было такое, – вынужден был признать Бура.

– Ну вот. Если сражаются с нами наравне, тоже рискуют жизнью, то жадничать – гиблое дело. О нас пойдет дурная слава.

– Малец прав, – поддержал Аким Артура, – я вообще считаю, что вот сейчас костяк есть – нас четверо, но его можно расширить. Ветераны, так сказать. А потом, как молодняк наберется опыта, можно и их принимать.

– Но важные решения принимаем только мы четверо! – поспешил вставить Артур.

– В целом согласен, – кивнул Гор,– но теперь есть еще один вопрос. Смотрите, допустим у нас есть тридцать серебряных… – он положил на стол перед товарищами монеты в форме треугольников Единого, – это наше жалование, можно раздать на всех. Но…у нас двое новичков без пристойной одежки, без оружия… В целом можно им дать их долю, но что они на нее купят?

– Надо делать так, – заявил Бура, – треть уходит на жалование бойцам. Остальное – в казну отряда.

– Казной распоряжаемся мы четверо, – поддержал его Аким, – из этих денег можно покупать и оружие, и амуницию, выделять на ремонт и прочее. Ну и раз так пошло – мы одеваем своих бойцов. Мы чиним их вещи. Но если они покидают отряд – должны все сдать. Получают остаток своих денег и все.

– А если погибли – их долю можно отдать родным, – добавил Артур, – так будет по справедливости.

– С таким обостренным чувством справедливости тебе не место среди наемников, – хохотнул Бура, – но в целом идея хорошая. У отряда всегда должны быть деньги на…непредвиденные расходы. Так что общак нужен.

– Общак,– поморщился Аким, – вроде и недолго ходил в кандалах, а говоришь, как бывалый каторжанин.

– Чего есть, то есть, – пожал плечами Бура.

– Значит решили? – подвел итог Гор. – Треть – нам, остальные на нужды отряда?

– Да, – в один голос ответили Бура, Аким и Артур.

– Отлично. Рад, что мы это решили,– кивнул Гор, – решаем все вопросы сообща. Так?

– Да, – кивнул Аким, – у нас по одному голосу, у тебя, как у командира, два. Я, когда был молод и ходил с наемниками, у них так было…

– Согласен, – поддержали его Бура и Артур.

– Славно, – кивнул Гор, – ну тогда треть разбираем, а еще две трети… Смотрите, я намереваюсь купить оружие. Буре надо что-то нормальное, а не тупой тесак, нашим новеньким тоже. Ну и, если повезет, не отказался бы от меча себе, а то с топором мне как-то не очень… По трофеям – все в общую кучу. Кто добыл вещь – претендует на нее первым. Треть трофеев – бойцам. Если кому что сверху приглянется – в счет месячного жалования. Остальное на продажу и в общую кубышку. Никто не против?

Против никто не был.

– Ну, значит все, – заявил Гор, – вроде все обсудили, все решили.

– Еще кое-что! – подал голос Артур.

– Ну?

– Мы не придумали название отряду.

Аким, Бура засмеялись, даже Гор улыбнулся.

– Чего вы ржете? – обиделся Артур. – Это нужно! И стяг надо свой! Придумаем себе знамя!

– Как скажешь, – усмехнулся Гор,– ты предложил – ты и придумывай.

– Название?

– Да все. И знамя, и название.

– Ладно. Я покумекаю…

– Ну кумекай, а я к оружейнику, – собрался было уже закончить собрание Гор.

– Погоди. Этих двоих новичков зови. Примем их, стало быть…

Артур вскочил, открыл дверь и позвал.

– Эй вы, двое! Заходите!

Корш и Сивер зашли. Они явно не понимали, для чего их позвали, и нервничали. Точнее нервничал Сивер. Корш был спокоен. Возможно, он даже догадался, что сейчас произойдет – все же как для крестьянина он оказался довольно сообразительным.

– Ну что, не передумали наемниками становиться? – спросил их Бура.

– Нет, господин, – ответил Корш, – если вы нас примете, то…

– Примем, – кивнул Бура. – Значит, условия такие. Получаете по одной доле. Оружие и вещи получите. Если соберетесь из отряда уйти – все, что вам дали, возвращаете. Понятно?

– Да.

– Одну долю получаете, пока не проявите себя, – добавил Гор, – сейчас, считайте, мы проверяем, годитесь вы нам или нет.

– Понятно, господин. Спасибо, господин.

– Ну что ж, раз так… Пойдемте к оружейнику. Поглядим, что у него есть! – завершил собрание Гор.

***

Выбор у оружейника был скудный. Да и оружие само по себе было не лучшим. Качество ковки было отвратительным, но зато торгаш и цену не гнул. Знал ведь, чем торгует…

Хоть в продаже были мечи, Гор долго не мог подобрать себе подходящий. Все они казались ему несбалансированными, кривыми или хрупкими.

В конце концов он взял один, но это была сделка с совестью – единственное преимущество покупки заключалось в том, что меч был привычнее и удобнее, чем топор. Однако Гор не собирался отказываться от топора – как раз в силу слабой надежности приобретенного меча. Ну как в бою его попросту сломают, и что? Остаться безоружным?

Гор вынужден был признать, что теперь ему предстоит учиться сражаться с топором и мечом в руках. По-своему связка неплохая, но уж больно непривычная для «традиционного» мечника, к коим Гор себя относил.

Что касается крестьян, то Сиверу взяли боевую косу. Несмотря на громкое название, коса была самой обычной, просто ее переделали так, чтобы ею не траву косить, а калечить людей. Но ее прочность и надежность были сомнительными.

Что ж, за такую цену пойдет.

Что касается Корша, то тут все оказалось куда интереснее. Топоров, тем более двуручных, или же секир у оружейника не нашлось. Но Корш выбрал для себя боевой цеп.

И снова, как и с косой, «боевое» тут было только слово в названии. На деле это была палка с приделанной к ней цепью, а на конце цепи имелся небольшой металлический шарик с колючками по всей поверхности.

Гор отговаривал Корша от этой покупки, аргументируя тем, что оружие это далеко не так просто в освоении, в отряде нет никого, кто им умеет орудовать, так что обучать Корша будет некому, однако крестьянин был непреклонен.

– Ну, смотри, – бросил в сердцах Гор, – начнешь ныть, что оно тебе не подходит, будешь у меня с дубиной ходить. Причем выстругаешь ее себе сам.

– Хорошо, господин, – кивнул Корш.

– Гор, зови меня просто Гор.

– Остальные называют вас «десятник». Можно и я?

– Это из прошлой жизни, – поморщился Гор,– тогда уж просто «командир».

– Понял, командир, не подведу, командир, – отчеканил Корш.

– Хрен с тобой. Бери свой цеп! – проворчал Гор.

Единственным, кому у оружейника повезло, оказался Бура. Он нашел, что хотел ‒ парные ножи. Причем если к одному никаких вопросов не было, то второй по размерам был больше похож на полноценный меч. А что было еще удивительнее – качество этих ножей было в целом пристойным. Во всяком случае, куда лучше, чем мечи, которые рассматривал Гор для себя.

– Спарки, – заявил оружейник, показывая товар Буре,– это лучшее, что у меня есть, уж поверьте. Их заказал один наемник, но…вот уже месяц, как не приходит. Наверное сгинул где-то…

– М-да, дружище, – хмыкнул Бура, – если будешь такое рассказывать, вряд ли много заработаешь…

– Да мне это и не надо. Оружейником мой отец был, а я так…распродаю остатки, – пожал плечами торгаш.

– Ладно, беру. Надеюсь, не сгину, как их владелец, – решился Бура.

– Так ведь он ими не владел,– напомнил продавец.

– Зато только заказал и они уже ему неудачу принесли, – хмыкнул Бура.

Еще Гор прикупил наконечников для стрел Артуру, велев тому впредь запасаться ими самому и впрок. Хотели и Акиму обновку прикупить, но он отказался. Прикипел к своему копью и иного не желал.

***

Спустя трое суток наконец пришел корабль, с капитаном которого удалось договориться, и отряд перебрался с плота на полноценное судно…

Глава 16 Путь к Ливении

«Полноценное судно» было на первый взгляд старше Гора. Да чего там – наверняка оно было старше даже Акима. Даже название его говорило о многих годах, которое оно пережило. Король Акбер, в честь которого этот корабль назвали (а точнее в честь коронации которого назвали, как поведал капитан), давным-давно почил, так и не снискав ни славы, ни почета.

Очередной монарх, один из длинной династии, сменивший на троне своего отца, также не оставивший существенный след в истории, передавший трон своему сыну, точно так же прожившему долгую, но ничем не примечательную жизнь. А вот корабль «Король Акбер» все еще жив и все еще бороздит волны, хоть в его преклонном возрасте уже давно пора бы было отправиться на покой. Но…о корабле явно хорошо заботились. Палуба всегда была выдраена и сверкала чистотой. Матросы не сидели без дела и боцман внимательно за этим следил. Было видно, что хоть корабль и старый, капитан и по совместительству владелец поддерживал его состояние. Пусть следы недавнего ремонта бросались в глаза, но…все функционировало и не было ощущения, что ты плывешь на лоханке, которая вот-вот развалится…

Тем более что «Король Акбер» был кораблем солидных размеров – верхняя палуба была разделена на три части. На обычных кораблях привычных габаритов они назывались бы «главной палубой», ютом и фордеком. Но здесь, на этом судне, все они были «палубами», и каждая составляла несколько десятков метров, когда вся длина корабля была более двухсот. И, как узнал Гор, это был не самый большой корабль, встречались и крупнее. Но те времена прошли и современные суда имеют уже куда более скромные габариты – около 150 метров самые большие и около 100 большинство других.

Так что, несмотря на свой почтенный возраст, «Король Акбер» внушал уважение…

***

Гор стоял чуть ли не на носу корабля и глядел вдаль. Путешествие было в кои-то веки спокойным и даже скучным. В этих водах не было пиратов, ливенийский флаг на корабле обеспечивал безопасность, ведь Ливения не воевала ни с кем из соседей, а воинственные мореходы, нападавшие на всех подряд, в эти воды не заходили – не было тут достойных их трофеев.

Так что Гор, обрадовавшийся было спокойствию и покою, очень быстро заскучал. Тем более что коротать время ему было не с кем – Аким по старой привычке впал в спячку. Просыпался лишь чтобы поесть, справить надобности да немного поторчать на палубе. К разговорам он был не расположен.

Артура одолела морская болезнь. Если на плоту его недуг был не так заметен, его списали на простуду, то тут, на корабле, в открытом море болезнь раскрылась во всей красе. Артура постоянно тошнило, он целыми сутками висел на таффрейле и, как метко выразился кто-то из матросов, «кормил рыб». И делал он это он часто, с короткими перерывами уже который день, хотя при этом толком ничего не ел.

Выглядел Артур жалко – он осунулся, похудел, был бледен, как смерть, и еле переставлял ноги. Говорить ни с кем он не желал, ну и, естественно, в отличие от Гора от скуки он не помирал. Скорее уж наоборот, это путешествие станет для него самым запоминающимся…

Что касается остальных членов отряда – Платон нашел среди других «пассажиров» какого-то своего коллегу и они постоянно вели ученые беседы, встревать в которые не хотел уже сам Гор. Новички отряда – Корш и Сивер, в целом были не прочь поболтать, но пока еще не привыкли, держались вместе, обособленно от остальных. Да и разговор с ними не клеился, ведь Гора они воспринимали как командира, а любую попытку завести разговор за опрос или «служебную необходимость».

Еще была Лайла, но она избегала Гора, все еще дуясь за тот случай на плоту, когда он попросту ее выставил. И как бы он ни объяснял, что разговор был о внутренних делах отряда, ситуацию это никак не исправило.

Наконец, Бура был не против поболтать, но будучи любителем костей и карт, подолгу пропадал среди матросов, подверженных, как и он, азартным играм.

Вот так и получилось, что Гор торчал на палубе один, и лишь иногда удавалось перекинуться несколькими фразами с матросами или боцманом, а пару раз удалось поговорить и с капитаном…

Капитан Имерик был старым морским волком, слов на ветер бросать не любил, да и работы у него хватало, так что трепаться с Гором ему было некогда.

Впрочем, он был довольно вежлив, поведал пассажиру пару забавных историй, а затем поинтересовался:

– А чего господин не развлекается с остальными пассажирами?

– Не понял… – нахмурился Гор.

– Ну…на борту ведь есть люди вроде вас… – ответил Имерик, – охрана торговцев, солдаты удачи… Другие пассажиры, проще говоря. Они неплохо обустроились. Сидят, как в таверне.

Гор готов был хлопнуть себя по лбу. Ну точно! На корабле ведь полно других пассажиров. Они не появлялись на верхней палубе, а быть может, Гор просто их не замечал, ведь палуба так заставлена грузами, что разглядеть с носа, что творится на корме, нереально. Да и по самой палубе приходится пробираться, как по лабиринту.

***

Капитан не обманул. Гор нашел других пассажиров. Они действительно заняли большую каюту, превратив ее то ли в таверну, то ли в харчевню – за столами сидели торговцы и наемники, пили, играли в кости, обсуждали свои дела и планы.

Гор бросил взгляд по сторонам.

За одним из столов сидели двое толстых торговцев с окладистыми бородами. Их пальцы-сосиски были все в дорогих перстнях и оба раскраснелись, отчаянно жестикулировали, что-то друг другу доказывая.

К этим Гор идти не стал – торговать ему нечем, хоть для общего развития может и стоило бы пообщаться с этой парочкой, но сегодня у Гора к этому не было желания.

За еще одним столом Гор заметил играющих в кости. Судя по одежке, это были приказчики, денщики и всякий люд, работавший или прислуживавший купцам. Среди них затесался и Бура, по довольной харе которого можно было понять – пока что он в выигрыше.

Гор знал о слабости товарища, как и все остальные. В свое время Сир Борс пытался бороться со страстью Бура, отучить его от азартных игр, но все было тщетно.

В конце концов, Бура не проигрывал последние штаны или оружие. Он знал меру. А раз так – пусть развлекается.

К этому столу Гор идти тоже не хотел. А вот в самом углу сидели четверо. Судя по виду, наемники. Во главе стола был суровый мужик с дурацкой стрижкой «под горшок», но зато в явно недешевых доспехах. На его нагруднике был герб – золотой орел расправил крылья на красном фоне. Рядом с ним сидели трое, по мрачным взглядам и угрюмым лицам которых было понятно, кто они такие. Плюс троица эта тоже не сняла брони. Сидели, будто вот-вот им в сражение идти.

Ну да ладно, у каждого свои причуды.

Гор подошел к их столу.

– Доброго дня вам.

Усач в дорогих доспехах даже ухом не повел и не поглядел в его сторону, в очередной раз бросил кости на стол. Остальные глядели на Гора исподлобья.

Усач, осознавший, что непрошенный гость так просто не уйдет, поднял на Гора взгляд, осмотрел его, а затем недовольным тоном спросил:

– Чего надо?

– Компанию искал, – пожал плечами Гор, – поговорить, может и поиграть…

– Вон, туда иди, – усач кивнул в сторону столика, где Бура как раз радостно вопил, сгребая монеты.

– Мне бы лучше к собратьям по ремеслу, – усмехнулся Гор.

– К каким еще собратьям? – нахмурился усач.

– К наемникам. Вы ведь из них?

– Какой я тебе, собака, наемник? – вскочил усач и грохнул кулаком по столу так, что монеты подпрыгнули. – Какой я тебе собрат?

Гор не успел ничего ответить. Он, мягко говоря, был удивлен такой реакции.

– Ты, – меж тем, задыхаясь от гнева, продолжил свою тираду усач, – оборванец из вольных баронств, отребье! Как смеешь ты называть нас наемниками?

– Прошу прощения, я не пытался обидеть… – поспешно вставил Гор, но усача уже понесло.

– Да ты хоть знаешь, к кому в собратья лезешь, чернь? – не унимался усатый. – Я – Мстивой Бзежинский, гетман «Вышлекомницких Орлов»! А ты кто такой? Из какой дыры вылез?

Забавно, что возмущался только усатый Мстивой. Остальная троица так и сидела за столом, не проявляя никакой агрессии. Более того, судя по их опущенным взглядам, по недовольным лицам, такие сцены их гетман закатывал часто и они к этому привыкли.

А еще Гор заметил, что когда Бзежинский начал истерить, игра за соседним столом прекратилась, игроки обратили свои взгляды к их столику, а Бура и вовсе уже успел подобраться ближе, стоял в нескольких метрах за спиной орущего и брызжущего слюной усача. Стоит тому рыпнуться – и моментально получит нож.

Но доводить до этого Гору не хотелось. Он искренне недоумевал, чем мог так довести собеседника и с чего тот так завелся.

Благо на помощь Гору пришел сам капитан судна.

– Прощу прощения, вацпан Мстивой, что произошло? Чем вы недовольны?

– Этот деревенщина меня оскорбил! – обличительно ткнув в Гора пальцем, заявил «вацпан».

– Как же? – спокойно поинтересовался капитан.

– Назвал нас наемниками!

– Прошу простить меня еще раз, вацпан, но разве «наемник» – бранное слово?

– В Вышлекомницком княжестве – да!

– Но ведь мы не в княжестве? Да и в других странах это не ругательство. Думаю, ваш собеседник не знал, откуда вы, и не знал тонкостей общения с вами…

– Откуда? – фыркнул Мстивой. – Погляди на него, Имерик! Он же только вчера выбрался из какой-то вонючей дыры и…

– А вот это уже похоже на оскорбление, – мягко прервал его Имерик, – вы же помните, господа, что драки и тем более поножовщина на моем корабле запрещены?

Он поглядел сначала на Гора, а затем на Мстивоя.

– Мне кажется, будет лучше, если вы просто закончите свою перепалку.

Мстивой был недоволен, но спорить с капитаном явно не хотел. Потому просто закрыл рот и уселся на свое место.

Гора же отвел в сторону сам Имерик.

– Прошу простить за этот инцидент, – сказал он Гору, – я совершенно забыл о «Вышлекомницких Орлах». И совершенно забыл, каким невыносимым бывает их командир. Понимаю и разделяю ваши чувства, но попрошу вас удержаться от любых необдуманных действий.

– Это каких же? – хмыкнул Гор.

– Например, желания поквитаться и подрезать длинный язык Мстислава. Поверьте, вы не первый, кто мечтает об этом, и не последний.

– Я не привык, чтобы меня оскорбляли безнаказанно…

– Ну, по большому счету вы его оскорбили первым. Как справедливо заметил гетман Бзежинский, «наемник», на его родине – пусть и не бранное слово, но оскорбительное.

– И как же они тогда называют наемников? – удивился Гор.

– По-разному. Солдаты удачи, свободные бойцы, боевые артели, вольные дружины…а может и как в королевствах Амы – «алчущие золота» или «вольные мечи»…

– Как по мне, наемники и есть наемники, – пожал плечами Гор.

– Всецело с вами согласен,– кивнул капитан, – однако прошу воздержаться от общения с вацпаном Мстивоем и отказаться от идеи ему отомстить. Что касается понесенного вами ущерба – как насчет компенсации? Скажем, в размере половины платы за проезд?

– Устроит, – чуть помедлив, кивнул Гор.

Вообще-то никаких разборок с этим спесивым полоумным Мстивоем Гор устраивать и не собирался. Но раз уж так все повернулось – от денег отказываться он не собирался.

– Отлично, – капитан Имерик тут же вытянул стопку монет, протянул их Гору, – тогда прошу. Считайте это компенсацией за неудобства и примите мои искренние извинения.

***

Едва только капитан удалился по своим делам, словно из ниоткуда рядом с Гором появился Бура.

– Вот гад, откупился! – буркнул он недовольно. – Наверное имеет с этого Мстивоя побольше нашего, вот и трясется, чтобы ему морду никто не набил…

– Думаешь? – хмыкнул Гор. – Мне кажется, он просто не хочет разборок на своем корабле…

– Может и так, – пожал плечами Бура, – плевать. Что с этим «вацпаном» будем делать?

– В каком смысле?

– У него длинный язык, нужно подрезать.

– Во-первых, я взял деньги капитана, пообещав этого пустомелю не трогать. А во-вторых, этот Мстивой не один. Сцепимся с ним, придется и с остальными его «Орлами» разбираться…

– Их много, – вздохнул Бура, – человек десять, а то и больше.

– Во-о-от, – кивнул Гор, – а нас? Я, ты, Аким да двое крестьян. Артур блюет дальше чем видит…

– А Лайла?

– А она вряд ли полезет в эти разборки.

– Жаль, но ты прав – не потянем… – вздохнул Бура, – но как-то этого идиота наказать надо.

– Плевать. Жизнь накажет, – пожал плечами Гор.

– Ну уж нет, – Бура расплылся в кровожадной улыбке, – приплывем в Мрамон и чего-нибудь придумаем…

– И что ты думать собираешься?

– Да есть у меня в этом городишке приятели, вернее были. Если найду – чего-нибудь да сообразим.

– Смотри не вляпайся, – неодобрительно покачал головой Гор.

Ему как раз на Мстивоя было глубо плевать. Сколько он повидал таких – с холеными мордами, ставящими себя выше других… Если каждого «учить» – жизни не хватит…

***

Остаток плавания прошел тихо и без приключений. Гор уже не стремился найти себе компанию – либо торчал в гордом одиночестве на палубе, либо сидел в каюте, выделенной для их отряда. Идти к остальным пассажирам желания не было – кроме «Вышлекомницких Орлов» других наемников на борту «Короля Акбера» не было. А пытаться найти общий язык с ними Гор не считал нужным. На кой черт? Да и пересекаться с их «гетманом» он не хотел. Ну как во второй раз, уже зная с кем имеет дело, не сдержится да пришибет вацпана Мстивоя? И что тогда? Как минимум – куча проблем. Как максимум – драка или даже полноценный бой с его подручными.

Короче, ну его, такие приключения. Тем более что денег или хоть какой-то выгоды с этого нет и не будет.

***

Бура растрепал остальным, что случилось, и все они пылали праведным гневом. Даже Аким, который обычно старался сгладить углы, избегал лишних проблем, в этот раз негодовал.

– Нужно наказать этого напыщенного индюка! – говорил он. – Пойми, Гор, такое не прощают! Ладно сейчас, когда мы никто и звать никак. Но затем, когда заработаем себе имя, когда будет у нас репутация, подобная ситуация – это плевок в лицо. Стерпим – и потеряем авторитет, понимаешь?

– Понимаю. Но ты сам сказал «когда заработаем имя и репутацию». Сейчас у нас ничего нет. А ввяжемся в конфликт – ничего не получим. И шансов победить у нас немного – «Орлов» больше.

– Я тут думал над названием для нашего отряда, – подал голос бледный, как полотно, Артур, – что только не придумывал, что только в голову не лезло. Но назвать так…«Орлы» – фу! Ни ума, ни фантазии.

– Кто на что горазд, – хохотнул Бура,– а ну колись, чего ты там напридумывал?

– Да…пока ничего толкового. Думаю еще, – отмахнулся Артур, – или скорее взял паузу. Сам видишь, мне не до того.

– Это да… Хоть до порта доживешь?

– Надеюсь. Но больше на корабли я не ногой! – заявил Артур слабым голосом. – Хватит с меня…

– Так что делать будем? – вернул разговор в прежнее русло Аким.

– Ничего, – отрезал Гор, – и вам запрещаю. Нам это сейчас не нужно. У нас есть работа – нужно ее сделать. А дальше…дальше видно будет.

– Но «Орлы»… – начал было Бура, однако Гор его перебил.

– Да пропади они пропадом! Забудь!

– Ну уж нет… – буркнул Бура.

– Так, все. Разговор окончен! – заявил Гор. – В конце концов, мы за это деньги получили!

– Чего ты так его боишься? – спросил Бура.

– Я? Этого вацпана? – удивленно хмыкнул Гор. – С чего ты взял?

– Ну…обычно ты от доброй драки не бегал.

– Сейчас она не нужна.

– Ну да…

К счастью, далее разговор сбился на другую тему и от Гора наконец отстали. А спустя пару дней «Король Акбер» наконец прибыл в Мрамон, и отряд Гора первым сошел с корабля.

Артур, едва только ступил на твердую землю, тут же уселся на задницу. На его лице расплылась довольная улыбка.

– Наконец-то, – простонал он, – не качает, не бросает из стороны в сторону! Как же я скучал по твердой земле.

И действительно – ему прямо на глазах становилось лучше – бледное, как у покойника, лицо наливалось цветом, мутные глаза оживали.

– С дороги, смерд! – Гора кто-то толкнул в спину, да так, что он чуть не полетел на землю.

Все же устояв на ногах, Гор увидел, кто его толкнул.

Мстивой.

Злость или, скорее, холодная ярость поднялась откуда-то из глубин души, захлестнув Гора с головой.

Глава 17 Боевое братство

Мстивой стоял в горделивой позе, уперев руки в бока, злобно глядя на Гора.

Но все же под усами он прятал презрительную улыбку.

За его спиной толпились его бойцы.

О, как же вацпану повезло, что он был в своих блестящих доспехах, но без оружия, иначе Гор прирезал бы его на месте. Но убить безоружного, даже такого, как Мстивой, Гор не мог.

Зато он мог сделать кое-что другое.

Кулак Гора описал дугу и угодил точно в челюсть Мстивоя, опрокинув того на мостовую.

На Гора тут же бросился ближайший наемник Мстивоя, но был установлен точным ударом в нос и развалился рядом со своим командиром.

Попытавшийся подняться Мстивой тут же получил кулаком в нос и снова распластался на камнях.

К этому моменту подоспели остальные его бойцы. За Гором выстроились его товарищи.

Похоже, потасовки было не избежать.

Гор понимал – объяснить что-то наемникам бесполезно. Да, они наверняка и без него понимают, что их командир перегнул палку, был неправ. Но он был свой, они должны были биться за него и рядом с ним.

Значит произойдет то, чего Гор хотел избежать – сейчас начнется драка. И будет хорошо, если не дойдет до поножовщины, если просто намнут друг другу бока, обойдясь без трупов.

Хотя численность противника такова, что это уже будет не бой, а избиение.

Однако отступать было уже поздно. А проглотить оскорбление, которое нанес Мстивой, было нельзя – в конце концов Аким прав. Пусть у их отряда сейчас нет репутации и известности, но что теперь? Терпеть унижения от первого встречного?

– Что здесь происходит?

Голос раздался, как гром среди ясного неба.

Гор повернул голову и увидел пятерых солдат с алебардами в полном облачении и с эмблемами славного города Мрамона на нагрудниках и щитах. Стражники!

Перед ними стоял сержант и недобро глядел на наемников.

– Вы что мне тут удумали? Драка? – сурово спросил он.

– Ну что вы, – вышел вперед Бура, – мы просто спорим о том, как строили в вашем славном городе мостовые. Мы уверены, что их собирали поблизости, обтесывали и укладывали, а вот наши оппоненты, – он кивнул на бойцов Мстивоя, – уверены, что их откуда-то везли…

– Хм… – сержант недоуменно уставился ан Буру.

– А эти чего разлеглись? – он кивком указал на Мстивоя и наемника, которого Гор точным ударом отправил в нокаут.

– Они просто пытаются рассмотреть камни ближе, чтобы опровергнуть наши доводы, – ответил Бура.

– А кровь на мордах откуда?

– Слишком быстро нагнулись, – с совершенно серьезным выражением лица ответил Бура.

– Хех, – сержант усмехнулся, – ну ты и брешешь, малый… Мостовые, камни… В жизни такой чуши не слышал! Значит так, чтобы никаких потасовок. Оружие не таскать и тем более не доставать. Или будете изучать камни в темнице. Ясно?

– Да, господин, – кивнули все присутствующие.

– Тогда все, исчезли отсюда! – приказал стражник.

Нехотя наемники Мстивоя отступили. Подняли своего командира и второго, подбитого Гором товарища, после чего развернулись и убрели прочь. А все благодаря тому, что после того, как дважды получил по морде, их командир был явно не в состоянии адекватно реагировать на происходящее – во всяком случае, он не мог сам идти, его тащили на себе двое его дюжих наемников.

Гор, не став ждать, пока оппонент очухается, повел своих людей в противоположную сторону.

– Ну, Гор, не ожидал, – хлопнул его по плечу Бура, – влепил так влепил! Любо-дорого поглядеть – у «Вышлекомницкого Орла» вся морда в кровище.

– И клюв набекрень, – добавил Артур.

Все дружно заржали.

– Все равно легко он отделался, – заметил Аким.

– Он? – возмутился Гор. – Это мы легко отделались. Если бы не стража – нам бы бока намяли…

– И ладно. Не впервой! – отмахнулся Аким. – Зато и «Орлам» бы перья пощипали…

– Вы не забыли, что я вас наняла? – холодно поинтересовалась Лайла. – И драка с другими наемниками в договор не входит.

– Да помним, помним, – буркнул Аким.

– Ну тогда займемся делом. До лагеря Лунды еще идти и идти. А время уже позднее, скоро полдень.

– Стой, ты что, сейчас предлагаешь отправляться? – удивился Артур.

– Ну да, – кивнула Лейла, – а что, ты хочешь еще недельку в местных трактирах посидеть?

– Ну…был бы не прочь.

– Сделаете то, ради чего я вас наняла, и сидите, где хотите.

– Но послушай, дочка, – вмешался Аким, – только ведь с корабля сошли, и ты сразу хочешь…

– Мы все плавание ничего не делали. Вот разомнемся как раз перед боем.

– Да ты погляди на Артура! Его же полоскало несколько дней к ряду. Дай парню в себя прийти!

– По дороге придет. Как раз свежий воздух и твердая земля ему на пользу будут. Все. Разговор окончен.

***

Мрамон покинули сразу, задолго до полудня.

Все в отряде недовольно ворчали. Многие впервые в жизни увидели большой город, да еще такой, а Лайла даже не дала толком его осмотреть.

А промочить горло? Это ведь святая традиция – заявился в новое селение, сразу это дело отметь – хоть кружку эля прими. Но нет, и здесь не повезло.

А еще расстались с Платоном. Он добрался до большого города, как и хотел.

– Спасибо вам, что помогли выбраться из баронств, – сказал он, – надеюсь, еще увидимся.

– Ты это…как скучно станет в твоем университете – давай к нам! – обняв его на прощание, сказал Аким.

– Только научись хотя бы топором махать, – усмехнулся Бура, прощаясь с Платоном. – Спасибо, что вылечил! Без тебя бы я точно подох.

– Так и вы ведь меня спасли, – улыбнулся Платон, – не появись вы тогда на кладбище – и гуль бы меня сожрал…

Теперь настала очередь Артура.

– Хоть ты и готовишь так, что вывернуть может, но под моим руководством стал бы отличным кашеваром, – заявил он, – может, передумаешь?

– К сожалению, нет, – вздохнул Платон, – все же анимология ‒ мое призвание.

Лайла фыркнула, услышав это – все уже поняли, что к анимологам она относилась не лучше, чем к шарлатанам, и потому с Платоном попрощалась очень сдержанно и холодно.

Затем настала пора Корша и Сивера.

Наконец с Гором Платон попрощался последним.

– Ну, удачи тебе, ученый муж, – хлопнул его по плечу Гор, – если карьера не задастся – как и сказали остальные, милости просим. Тебе в отряде рады.

– Спасибо, я подумаю, – кивнул с улыбкой Платон, – ну и вам удачи. Надеюсь, скоро услышу о геройствах вашего отряда!

– Обязательно услышишь, – пообещал Артур.

На том и расстались…

***

Город покинули не позже, чем через час.

Уменьшившийся на одного человека отряд теперь шел по пыльной дороге, в которой частые повозки продавили глубокие колеи, где даже сейчас стояла вода после недавнего дождика. Солнце ярко светило, птицы щебетали, Но все брели недовольные, угрюмые.

Вскоре настроение их сменилось, ведь вокруг была такая красота – в отличие от вольных баронств, в Ливении зима еще не наступила, да и когда наступит – будет совершенно другой. Здесь все зеленело, было тепло, а глаз радовали окружающие пейзажи.

А уж после полудня начало припекать, да так, что наемники, и без того давным-давно стащившие с себя теплые вещи, идущие налегке, начали потом обливаться.

– Фуф! Да как так? – возмутился Артур. – В вольных баронствах мороз и снег, холодрыга такая, что замерзнуть можно, а тут лето.

– Ливения намного южнее! – заявил Бура.

– Глупости, – не согласилась с ним Лайла,– ничуть не южнее.

– Тогда почему тут все еще лето, а в баронствах самый разгар зимы?

– Говорят, – подал голос Аким,– отсюда боги начали создавать наш мир. Ливения была их обителью на время, пока они трудились над всеми остальными землями. Эти земли зачарованы. Зима тут бывает редко и недолго. Недели, когда деревья стоят без листвы, можно пересчитать по пальцам…

– Я тоже слыхал, что тут собирают за год два, а то и три урожая, – подал голос Корш.

– Хо! – поразился Бура. – Тогда странно, что за эти места не грызутся соседи.

– Говорю же тебе – зачаровано здесь все, – ответил ему Аким, – земли эти не знают зим и войн, здесь не бывает засухи или сильных заморозков, вражеские армии не могут долго тут оставаться. Земля защищает тех, кто на ней живет…

– Надо же. И чего тогда Триликий не сделал такими все земли на Вельке?

– Того, что Триликий вообще ничего не делал. Он все это захватил, – сказала Лайла.

– Захватил? Как это? – удивился Артур.

– Землю, людей, деревья и воду создали древние боги, – пояснила Лайла, – а уже затем пришел Триликий. Сразил трех самых сильных из них, забрал себе всю их мощь и начал править миром.

– А остальные боги?

– Попытались дать ему бой, но он оказался слишком силен. После поражения древние боги ушли кто куда. Кто-то, как гласят легенды, перебрался в другие миры. Другие все еще здесь, прячутся, пытаются собраться с силами. Но…вряд ли у них это получится.

– А как они могут набраться сил? – заинтересовался Артур.

– Все просто, – пожала плечами Лайла, – чем больше у бога последователей, чем крепче их вера, тем сильнее становится бог. После поражения древних богов Триликому стало поклоняться большинство. А многих древних уже и забыли…

– Но они ведь не умерли? Они где-то прячутся?

– Наверное, – вновь пожала плечами Лайла, – помнишь ведь легенды о Муросае? Или сказки про лесных духов?

– Ага. Бабушка мне рассказывала, – кивнул Артур, – так и Муросай, и лесные духи – древние боги?

– Муросай – да. А лесные духи…нет. Не все.

– А как насчет всяких вампиров, гулей и прочей нечисти? – спросил Бура.

– Это не боги. Это их ошибки. Когда боги были в расцвете сил, они дрались друг с другом. И чтобы одержать верх ‒ создавали себе воинов. Иногда их создания получались настолько злобными и непредсказуемыми, что удержать их не получалось даже у богов. Вот они и сбегали, прятались по норам, плодились. И теперь полно всякой темной дряни тут и там…Ну все, привал. Надо отдохнуть.

– Всего-то несколько часов шли, – возмутился Аким, – говорил же, в городе нужно было остаться! Идем! До вечера еще далеко.

– До вечера? – возмутилась Лайла. – Неужели мы привал не сделаем?

– Ты сама хотела добраться до лагеря Лунды как можно быстрее, – ответил ей Гор, – ну так идем…

– Ладно. Была неправа, – недовольно проворчала Лайла, – теперь-то можем сделать привал?

– Ненадолго, – сжалился Гор, – отдохнем вечером. Разобьем лагерь, переночуем и дальше двинемся в путь.

– Ну хоть так, – облегченно выдохнула Лайла и, отойдя с дороги, просто уселась в желтую, выгоревшую на солнце траву.

Остальные присоединились к ней.

Когда чуть перевели дух, вновь потянуло на разговоры.

Причем тему нашли очень быстро.

– Эй! Артур! – позвал Аким. – Ну что, ты придумал название отряду?

– А вы решили назваться, наконец? – улыбнулась Лайла.

– Ну да, а что такого? – насупился было Артур.

– Нет-нет, ничего, – покрутила головой Лайла. – Давно пора. Ну так что? Как вы теперь называетесь?

– Ну…у меня есть несколько рабочих версий, – начал Артур.

– Давай, смелее! – подбодрил его Бура.

– Ну, например, «Железный легион». Как вам?

– Что-то на легион мы пока не тянем, – хмыкнул Бура, – маловато нас…

– Тогда «Стальные тени», – предложил Артур.

– Мы ж не наемные убийцы? – возмутился Аким. – Какие еще тени?

– Как это не убийцы? – теперь уже возмутилась Лайла. – Я вас для чего наняла? Убить разбойников!

– То другое, – отрезал Аким, – тени не катит.

– Ладно, – легко согласился Артур, – тогда копья.

– Копье только у Акима, – вмешался Гор.

– «Орлы вольных баронств».

– Фу, банальщина! – улыбнулась Лайла.

– Тем более орлы! – возмутился Гор. – Ни за что!

– Ладно, ладно, – успокоил товарищей Артур, – есть еще варианты. М-м-м… Дайте вспомнить. О! «Псы войны»

– Есть уже, – сказал Бура, – в Нусвене с северными налетчиками воюют.

– Тогда «Вепри» или «Крюки».

– Сам свинья! – заржал Бура.

– А крюки – это вообще такие жабы.

– Ой, да ну вас! – разозлился Артур. – Все не так. Сами тогда думайте.

– Легко, – отозвался Бура, – можно назваться «Стражами» или «Серыми мечами».

– Что-то не очень, – поморщился Гор, – проще надо и понятнее. Мол, мы все вместе, все друг за друга горой.

– Братство! – выдала Лайла.

– Боевое братство! – поправил ее Бура.

– О! А ведь неплохо, – хмыкнул Аким.

– Да, вроде звучит, – поддержал идею и Артур. – Гор, как тебе?

– Ну не знаю, – покачал тот головой и поглядел на новичков, – а вам как?

– Мне нормально, – пожал плечами Сивер. – А вообще слыхал про отряд, который назывался «Боевое мясо».

– И что слыхал? – сдерживая смех, спросил Бура.

– Да что их перебили всех во время войны баронов, – ответил Сивер, – получается, название свободно.

– Не говори глупостей, – возразил ему Корш, – я не хочу называться «мясом».

– Да кто захочет? – уже откровенно заржал Бура.

– Так что, назовемся братством? – предложил Артур.

– Ну мы ведь по сути и есть братья по оружию? – усмехнулся Аким. – Сколько всякого вместе прошли…

– Боевоебратство… Боевые братья, – словно пробуя на вкус слова, произнес Бура, – а что, мне нравится… Гор?

– Пожалуй,– кивнул тот, – во всяком случае, ничего лучше я не услышал.

– Можем еще подумать, – предложил Артур.

– Ну, думай. А пока так и назовемся, – заявил Гор. – Ну все, привал окончен. В путь!

Все, недовольно ворча, поднялись на ноги и потопали по дороге дальше…

***

До деревушки, которая должна была служить ориентиром, добрались к обеду следующего дня. Уже от нее двинулись искать лагерь. Благо местные помогли – они-то были уверены, что люди, обустроившиеся неподалеку от деревни, никакие не разбойники, прячущиеся от возмездия, а просто наемники, подрядившиеся на службу к местному лорду.

Гор и остальные не стали трепаться и рассказывать, кого гостеприимные местные приютили – это могло вспугнуть разбойников, что сделало бы задачу Гора и команды если не невыполнимой, то гораздо и более трудной.

Что касается самого лагеря Лунды, то благодаря подсказкам местных удалось быстро его найти. Правда, когда отряд его обнаружил, была глубокая ночь.

Обустроились разбойники очень и очень неплохо: обнесли лагерь высоким частоколом, построили несколько срубов за стенами, а также парочку наблюдательных вышек (правда, обе пустовали, когда «Боевое братство» подошло к лагерю).

Как заметил Бура – толку от вышек в любом случае было немного, ведь вокруг был густой хвойный лес (в большинстве своем, хоть встречались и раскидистые лиственные деревья), и подберись кто к лагерю – с вышки это и не заметишь: деревья прикрывают. Так что на кой черт их вообще строили – непонятно.

Артур нашел удобный наблюдательный пункт – неподалеку от лагеря была скала с плоской вершиной. Именно туда Гор и остальные взобрались. На самой скале, лежа на пузе, за лагерем наблюдали по одному или двое.

Но так как стояла ночь, разбойники дрыхли.

После недолгого совещания, во время которого Лайла настаивала на том, что нужно напасть на лагерь и вырезать спящих бандитов, победил Гор, который взывал к здравому смыслу и отговаривал ее от этой идеи, ведь неизвестно, сколько в лагере бандитов. Вдруг слишком много? А вырезать их спящими не выйдет. Ну парочку прирежут, ну пускай пятерых. А затем кто-то обязательно поднимет крик, и тогда остальные проснутся.

А сколько их? А чем вооружены? Такой план (особенно когда толком не знаешь, сколько против тебя врагов) может оказаться самым что ни на есть провальным….

– Я вот что предлагаю, – заявил Гор,– дождемся утра. Поглядим, сколько их тут. Затем отойдем назад, чтобы нас не обнаружили, а вечером вернемся и, если их там немного, попытаемся сделать так, как ты хочешь.

– А если их там много? – спросила Лайла.

– Тогда подумаем еще, – ответил ей Гор.

Когда наступило утро и разбойники начали выползать из своих халуп, принялись заниматься своими ежедневными делами, Гор и остальные, кто наблюдал за лагерем, вынуждены были признать, что он был прав – разбойников было около сорока, вырезать их всех ночью спящими было бы непосильной задачей. Пускай даже получится так дюжину убить, и как отбиваться от остальных?

Отойдя от лагеря разбойников, Гор вновь собрал совещание.

– Ну, у кого какие есть идеи? – спросил он у соратников.

– Есть одна, – отозвалась Лайла.

– Ну, рассказывай…

Глава 18 Зелье дерьмовой смерти

Лайла кивнула и начала.

– Видели, там парочка выволокли здоровенный чан и развели под ним костер?

– Ну? – синхронно ответили остальные.

– Готова спорить – они на всех кашеварят.

– Наверняка, – кивнул Бура, – и что?

– А то, что можем подмешать туда зелье. Они нажрутся своего хрючива и заснут.

– Крепко?

– Даже если рядом в колокол бить – не проснутся, – заверила Лайла, – я когда училась – делали такое. И я видела, что случается с людьми, которые это зелье выпьют. Вообще его против бессонницы готовят, но…

– И что дальше? – спросил Гор. – Будем резать спящих? Пусть они и разбойники, но мы-то…

– Не надо никого резать, – перебила его Лайла, – возьмем то, за чем пришли, и уйдем. Только если кто-то проснется – тогда придется биться…

– Ну, если так… – начал Гор.

– Хотя нет, – вновь перебила его Лайла, – Лунду я собственноручно убью… И плевала я, спящим или бодрствующим он будет.

– Только его? – спросил Гор. – Что он тебе такого сделал?

Лайла проигнорировала его вопрос.

– Что ж, идея неплоха, – буркнул Бура, когда неловкое молчание начало затягиваться, – вот только как твое зелье им в чан добавить незаметно?

– И тут я все продумала, – ответила Лайла, – они кашеварят неподалеку от стены. Так?

– Ну, – кивнул Бура.

Я подберусь к лагерю, влезу на дерево и оттуда заброшу зелье в чан.

– А попадешь? – усомнился Артур.

Вместо ответа Лайла протянула руку и тут же деревянная заготовка, которую старательно стругал Аким все это время, взлетела из его рук, словно листок на ветру, взмыла вверх, а затем спокойно опустилась прямо перед Артуром.

– Ого! Круто! – восхитился тот. – Научишь?

– Не в этой жизни, – усмехнулась Лайла.

– Думаешь, те, что возле чана суетятся, не заметят, как что-то прилетит и упадет в чан? – спросил Гор.

– Надо их отвлечь, – тут же заявила Лайла.

– Нападем с той стороны, – тут же предложил Сивер.

– Дурак, что ли? – осадил его Корш. – Они за нами погонятся.

– Ну так…

– Что «ну так»? Еще поймают. Не-е-е…плохая идея.

– Согласен, – кивнул Гор, – еще варианты?

– Поджечь палатки возле ворот,– предложил Бура, – они точно засуетятся.

– И подходить не надо, – тут же оживился Артур, – на стрелу что-нибудь намотаем, подожжем и…

– Нет. Не пойдет, – осадил его Гор. – Найдут стрелу, начнут прочесывать округу. Нам придется или драться с ними, или бежать. Не вариант.

– Значит надо подобраться тихо и поджечь, – предложил Корш.

– Слишком близко, – покачал головой Гор, – заметят…

– Да как? Они вон даже на вышки часовых не посадили, все за стенами…

Гор задумался.

– Ладно, – наконец решился он, – твоя идея – тебе и исполнять. Артур, Бура! С ним пойдете. На всякий случай.

Бура и Артур кивнули.

Гор повернулся к Лайле.

– Ну а мы с тобой на ту сторону, где кашеварят, – заявил он.

– Я и сама справлюсь,– заявила девушка.

– Не сомневаюсь. Но нужно, чтобы был еще кто-то, на всякий случай. Сивер, ты с нами.

– Хорошо, командир, – отозвался крестьянин.

– Аким! Ты на месте остаешься. Наблюдаешь за тем, что в лагере происходит. Если что не так – кричи иволгой.

– Понял…

– Ну что, тогда за дело?

– За какое дело? – возмутилась Лайла. – Я еще зелье не приготовила.

– А что, долго его готовить? – спросил Артур.

– Нет, но нужно собрать кое-какие травы и цветы.

– Так давай быстрее, а то эти обед успеют приготовить.

– Да они костер еще даже не разожгли, – фыркнула Лайла, – и ты видел, каких размеров это корыто? Попробуй его нагрей. Наверное на улице готовят, потому как если такое одоробло в доме поставить, там и места не останется…

– Так. Тогда давай, собирай свои вершки-корешки, – поторопил Лайлу Гор, – готовить они действительно будут долго, но и нам лучше не затягивать.

– Сейчас все будет…

***

Справилась Лайла не так быстро, как рассказывала. А вся проблема заключалась в последнем ингредиенте, который она то ли найти не могла, то ли он не рос поблизости.

– Ну и ? Что делать будем? – спросил Гор, узнав о проблеме.

– Заменим чем-то другим, – пожала плечами Лайла.

– А сработает?

– Должно, – ответила она, а Гор отметил, что она и сама не уверена в своем вареве. Что ж, придется рискнуть…

Само зелье она состряпала буквально за полчаса. Часть корешков растолкла, часть лепестков и листьев порезала, из стеблей выдавила сок, а затем все это добавила в котелок, где уже кипела на огне вода (готовили подальше от лагеря, чтобы бандиты не заметили дым).

Она тщательно перемешивала свое варево несколько минут, пока Артур, Бура, Гор и остальные приплясывали от нетерпения.

– Ну, скоро там? – то и дело спрашивал Артур.

– Жди!

– Ну а теперь готово?

– Нет еще…

– А сейчас сварилось?

– Да ты помолчать можешь?

Наконец Лайла достала палку, которой мешала свое чудо-зелье, зачем-то внимательно оглядела ее и, удовлетворенно хмыкнув, заявила:

– Все, можем начинать.

– Вопрос один, – заявил Гор, – как-то я о нем раньше не подумал, а в чем твое варево нести-то будем? А как в котел добавить незаметно? Не продумали…

– Зато я продумала, – хмыкнула Лайла и подняла руку над котелком, остановила ладонь над варевом и что-то прошептала.

Жижа в котелке тут же замерзла, а затем потрескалась на несколько крупных кусочков, которые Лайла осторожно собрала в небольшой мешочек.

– Не растает? – спросил Гор.

– Нет. Не переживай, – успокоила его Лайла. – Все, можем идти.

***

До лагеря и нужной его стороны добрались без приключений. Гор и Лайла полезли на дерево, а Сивер остался внизу, на всякий случай.

Широкие листья оказались отличной маскировкой – среди ветвей заметить Лайлу и Гора было практически невозможно. А вот им самим лагерь открылся, как на ладони.

Люди там занимались вполне обычными житейскими делами – кто-то чинил свою обувку и одежду, кто-то колол дрова, кто-то точил оружие.

Двое жирных потных мужиков возились у котла. Из дома то и дело выскакивал худой парнишка, приносивший то порезанные овощи, то зеленушку, то мелко порубленные кусочки мяса. На парнишку жирдяи то и дело прикрикивали, поторапливали, хотя сами особо ничем заняты были. Ленивые засранцы даже свое хрючиво мешали по очереди – пока один мешал, второй разваливался на шкурах и «отдыхал».

– Ну? И долго твоих ждать? – спросила Лайла.

– Как только – так сразу, – ответил ей Гор, – не нравится – сама бы подожгла.

– Я не могу и тут и там быть, – зло прошипела она, – вы сами хоть на что-то способны?

– Способны, – ответил ей Гор и указал на тонкую струйку дыма, начавшую подниматься за воротами лагеря, – пошло дело.

– Наконец-то! – прошептала Лайла.

Они с Гором затаились среди листвы, принялись ждать.

Вскоре тонкие струйки дыма превратились в полноценные и на них наконец-то обратили внимание обитали лагеря.

– Пожар! Горим! – раздалось со всех сторон. Люди бросились к воротам. Двое жирдяев, готовящих обед на всю шайку, тоже отвлеклись, направились в сторону ворот, оставив котел без присмотра.

– Пора! – шепнул Гор.

– Знаю! – огрызнулась Лайла.

Она села на ветке, обхватив ее ногами, достала мешочек, высыпала себе в ладони все его содержимое. А затем закрыла глаза и начала что-то бормотать.

– Скорее, – поторопил ее Гор, ведь жирдяи могли вернуться к котлу, и тогда вся задумка пошла бы коту под хвост.

Лайла лишь поморщилась, но ничего не ответила, продолжила что-то бормотать себе под нос.

Кубики на ее ладонях шевельнулись, а затем поднялись вверх.

Она открыла глаза и уставилась на них.

Кубики льда медленно поплыли вперед, пролетели колья ограды, направились к котлу.

В этот момент из дома появился тощий парнишка, помогавший с готовкой.

– Принесла же нелегкая, – прошипел Гор, но парнишка завертел головой, сориентировался, откуда шум, и уставился на ворота, которые уже открыли, и несколько разбойников тут же бросились к горящим палаткам, принялись их топтать, пытаясь потушить пламя.

Ледышки меж тем проделали уже половину пути, начали медленно снижаться. Еще немного, и они будут над котлом.

Гор не стал торопить Лейлу – бросив на нее взгляд, он понял, насколько нелегко ей приходится. То ли эти чары были сами по себе слишком сложными, то ли она ими владела не в полной мере. Но на лице отражалась и крайняя степень сосредоточенности, и усталость, и, как показалось Гору, боль. Неужели то, что она творит, вызывает настолько неприятные чувства? Или же чары вытягивают ее силы?

Меж тем огонь удалось потушить. Несколько разбойников топталось возле ворот, но уже появился кто-то, кто принялся махать руками и приказывал остальным разойтись.

Судя по всему, этот тип имел вес среди разбойников, так как большинство людей развернулись и вернулись к своим делам. Жирдяи-кулинары пока что не спешили возвращаться к котлу, но Гор был уверен – это случится в любой момент.

– Скорее-скорее, – не выдержал он и принялся поторапливать Лайлу.

– Заткнись! – шикнула она.

Так как девушка отвлеклась – ледышки сбились с пути, чуть разлетелись в сторону, и она с искаженным лицом закрыла глаза, принялась бормотать.

Ледышки медленно начали собираться вместе. При этом они остановились, прекратили всякое движение к котлу, от чего Гор начал нервничать еще больше. Но он смекнул, что если отвлечь Лайлу – будет еще хуже. Так что он сдерживал себя, молчал.

Ледышки наконец собрались вместе, по мановению руки Лайлы полетели дальше…

– А вы чего встали? Занимайтесь жрачкой! – рявкнул «старший» разбойники и жирдяи нехотя развернулись, пошагали назад, к месту готовки.

– Мать их… – выдохнул Гор.

Лайла тем временем уже начала медленно опускать ледышки к чану. Было непонятно, висят ли они точно над ним или нет – было слишком высоко. Но и снижались они слишком медленно.

Как бы Гор ни всматривался, он никак не мог понять – если их бросить, если они полетят вниз, ничем не удерживаемые, попадут ли куда надо?

Ледышки медленно опускались, а жирдяи были уже совсем рядом.

– Бросай зелье! – шепнул Гор Лайле. – Давай!

– Не попадем, – ответила она, – слишком высоко…

– Бросай, или они увидят!

Она послушалась. Ледышки полетели вниз. Парочка упала рядом, в траву, но остальные попали точно в котел.

Одна из ледышек громко булькнула, упав в варево, и шедший первым жирдяй нахмурился, подошел к котлу, принялся ворочать поварешкой.

Лайла и Гор замерли, уставившись на него. Неужели заметил, неужели…

– Что там, Флуфи? – спросил его подошедший второй.

– Да чего-то в котел плюхнулось.

– Что?

– А черт его знает. Может, птичье дерьмо…

– Ну ничего, – хохотнул второй, – наваристее будет!

Оба заржали, а Гор и Лайла облегченно выдохнули.

– Того, что попало в котел, хватит? – спросил Гор.

– Да. Я сделала с запасом, – с облегчением выдохнула Лайла, – этого хватит.

Выглядела она неважно. Бледная, с мешками под глазами. А ведь всего несколько минут назад с ней все было нормально.

– Помоги слезть с дерева, – прошептала она.

Спуск оказался нелегким. Дерево, мягко говоря, не располагало к тому, чтобы по нему лазали люди – ближе к земле ветки были редкими. Если бы каждый слезал сам по себе – особо проблем не возникло бы. Но Гору приходилось страховать Лайлу – силы совершенно покинули девчонку, она пару раз чуть не сорвалась вниз.

С горем пополам все же слезли, и далее Гор и Сивер, подхватив Лайлу, побежали к скале, где и укрывался их отряд…

***

Лежащий рядом с Гором Артур хмыкнул.

– Что-то не похоже, чтобы их в сон клонило.

Оба наемника наблюдали за лагерем бандитов, где как раз начался обед – люди стягивались с мисками к чану, где один из жирдяев щедро разливал товарищам в тару собственноручно приготовленное хрючиво.

Часть уже расселась на бревнах и на лавках, активно работала ложками.

– Не, ну ты гляди, как наяривают, – проворчал Артур, – это зелье точно сонное? Не специя какая-нибудь? А то что-то им очень уж по вкусу пришлось, как мне кажется.

– Ждем, – ответил ему Гор, – или ты думаешь, они после первой ложки упасть должны? Пройдет какое-то время и…

Один из тех, кто первым дорвался до жратвы, вдруг в спешке отставил миску с недоеденной похлебкой и бегом бросился бежать за дом.

– О, как припекло, – тихо рассмеялся Артур, – видать, перебрал лишку…

В этот момент еще один вскочил и бросился вслед за первым.

Остальные разбойники проводили обоих смехом, а вот Гору и Артуру было совсем не смешно.

– Что-то мне это уже не нравится, – проворчал Артур, – эта наша магичка ничего не напутала?

– Надеюсь, что нет, – начал было Гор, но тут еще один разбойник бросился прочь…

В этот раз от его товарищей смешков было меньше.

А уж когда еще двое ринулись прочь, то разбойники отставили миски, окружили плотной толпой двух жирдяев-поваров и о чем-то начали с ними беседовать.

Со скалы слов было не разобрать, но в чем суть понятно было и так.

Особенно если взглянуть на испуганные лица толстяков и то, как они отчаянно трясли щеками.

– Эх, походу просто отравили лагерь, – вздохнул Артур, – вряд ли зелье сработает…

Гор с товарищем был всецело согласен. Что ж, очень жаль. План был очень неплох, но…

Разборки среди разбойников прекратились так же быстро, как начались – толпа, окружившая поваров, вдруг начала расходиться. Точнее даже разбегаться кто куда.

Один, явно уже будучи на грани, заскочил за одну из построек, спустил портки и уселся прямо там. Несколько выскочили из ворот, бросились к овражку и скрылись среди кустов и деревьев.

– Ну вот, разбежались… – проворчал Артур, – хотя все равно – нам это не помешает.

– И не поможет, – напомнил ему Гор, – сорок человек, пусть и мучающиеся животом, нам не осилить.

Внезапно до них донесся громкий непристойный звук.

– Ничего себе! – хохотнул Артур. – Во магичка им устроила! Поразрывают себе седалища!

Один из разбойников, что присел за срубом, вдруг упал на бок, скрутился, схватился за живот и принялся стенать.

Тут же послышались и другие вопли.

– Кажется, накаркал, – хмыкнул Гор.

– А? – не понял Артур.

– Накаркал, говорю – слышишь, как воют?

Отдельные вопли и крики боли вскоре слились в один сплошной. Разбойники тут и там лежали на земле, держась за живот, катаясь из стороны в сторону. Кто-то даже со спущенными штанами.

Один из них, катавшийся меж срубов, на самом виду, вдруг замер, оставшись лежать скрюченным, прижимая руки к животу, а под ним появилась лужа крови.

– Ну ни хрена себе! – выдохнул Артур. – Он что, подох?

– Похоже на то, – кивнул Аким.

– Охренеть! Врагу бы не пожелал такой смерти. Обгадиться до смерти… Бр-р-р…

– Идем, – приказал Гор, – поднимаем наших и в лагерь!

– Думаешь, все передохнут?

– Тем, кто еще жив, явно не до нас будет…

***

Когда Артур и Гор слезли со скалы, их тут же окружили товарищи, дожидавшиеся внизу. Они явно слышали крики, доносящиеся из лагеря, и теперь сгорали от нетерпения, желая узнать, что там происходит.

– Ну, что там? – тут же выпалил Бура, требовательно глядя на Гора.

– Идем в лагерь, – ответил Гор.

– Они ж еще вопят… – возразил Аким и повернулся к Лайле. – Ты ведь говорила, что они заснуть должны. Чего они вопят?

– Некоторые уже заснули, – хмыкнул Артур, – причем вечным сном.

– Чего-о-о?

– Идем, – махнул Гор, призывая товарищей следовать за ним.

***

Еще у ворот они наткнулись на два трупа. Оба лежали на земле, в пропитанных кровью и дерьмом штанах.

Воняло от них так, что Гор и остальные вынуждены были прикрыться, так как смрад был неимоверный.

В самом лагере дела обстояли не лучше – тут и там лежали трупы. А вонь была уже такой, что глаза резало.

– Ты чего намешала? – спросил Аким у Лейлы.

– Не знаю, – прогундосила она, прикрывая лицо рукой, – все как на уроках. Ну пару ингредиентов заменила, так как нужных не было… Но все должно было сработать как положено.

– Сработало, нечего сказать… – проворчал Бура. – Ищи уже скорее то, за чем пришли, а то мы сами от этой вони сдохнем.

Лайла кивнула и направилась к самому большому срубу.

– Погоди, – окликнул ее Гор, – я с тобой. Мало ли…

Глава 19 Мрамон

Стоило только переступить порог, как сразу становилось понятно – здесь жил кто-то важный, который к тому же очень любил роскошь, вот только совершенно не имел вкуса: уж слишком все было аляповато. Два азольтских ковра лежали друг на друге, внахлест. Ковры же висели на стенах (кое-где криво), в углу на сбитом столе, перекошенном на одну сторону, стоял всякий хлам – вазы, кубки, статуэтки из мрамора, лежали украшения из жемчуга.

Хлама здесь было полным-полно, но сказать, что имелось нечто ценное, было нельзя. Хлам ‒ он и есть хлам.

Гор задумался о том, что можно было бы забрать ковры и все, что имелось на столе, но сообразил, что вещички

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.