Ивар Бутайтес
Последний затворник

Звон в ушах. Резкий свет солнца. Взмахи воробьев за окном.

Он просыпается, как обычно, в своей квартире – она досталась ему по наследству. Сразу садится в офисное кресло, слегка потягивается и смотрит в монитор компьютера. Интернет не работает, а вся жизнь и работа – там. Тщетные попытки что-то исправить не дали результатов.

– Нужно перекусить.

Он часто разговаривает сам с собой. Этот диалог может быть длинным, точнее сказать – монолог.

Родственников у него больше нет. А сил и времени строить семью, как он думает сам, не было и нет. Работа на удалёнке отнимает большую часть времени, и денег едва хватает на жизнь.

Заказ еды каждый день – обыденное занятие. Он часто заказывает, кушает и работает. Больше ему ничего не нужно. Накопившийся мусор в квартире говорит о его наплевательском отношении к себе и своему жилью.

Так проходит каждый день.

Сегодня интернет не работает ни на компьютере, ни на телефоне.

Жизнь такого человека может разрушиться только из-за этого факта.

Звонки напрямую в доставку не дали результатов – везде автоответчик. Соседи со своим грудным ребенком сегодня очень тихие. Уехали, может?

Дозвониться в доставку так и не удалось. Едва приоткрытый стеклопакет выводит грязный, вонючий запах из квартиры. Но привычных звуков города больше нет. Может, прошел дождь или сильно потеплело?

Он подходит к окну и видит с одной стороны привычный город, но с другой – машин и людей нет. Вдалеке горят светофоры. А птицы всё также летают с ветки на ветку.

– Не может такого быть. Где все?

– Я должен работать, мне нужна доставка и моя еда.

– Почему именно сегодня и сейчас? – Достали со своими проблемами.

Раньше такого не случалось. Растерянность нашего затворника можно понять. Но не его глупости.

С неохотой он лег спать дальше и проспал ещё половину дня.

Стук в дверь.

Резко подскочил с кровати.

– Кто здесь? Доставка?

Он никогда так не бежал к двери. Голодный и злой. Повернул шторку дверного глазка и не обнаружил никого.

– Я поем сегодня или нет?

Старых запасов еды не было отродясь, как и холодильника. Зачем хранить еду, если съел её сразу? Так он всегда думал и придерживался такого отношения к еде.

Отчего сейчас нет вариантов, кроме как выйти.

Снова стук.

– Кто здесь? Кто это вздумал шутить?

Немного вслушавшись, он идёт к окну и видит: на старой раме сидит не менее старый дятел. Стучит в раму, останавливается, смотрит одним глазом на мужчину и снова стучит.

– Издевательство.

Терпение затворника начинает лопаться, и он выходит на лестничную клетку. Стучит в соседние двери. Но соседи не открывают. Может, боятся юродивого соседа, а может, их нет.

Он спускается ниже, а вниз – четыре этажа. Каждая квартира на каждом этаже молчит и не открывает.

– Люди совсем стали злыми.

– Ну и ладно, без вас разберусь.

Выходя на улицу, с непривычки у него закружилась голова. Воздух в городе хоть и не совсем чистый, но в этот день был необычайно свежим.

Немного пройдя вперёд, он сел на скамейку. Обычно на таких скамейках сидели бабушки. Но их время прошло. В этом доме последняя ушла из жизни, когда он только начинал затворническую жизнь.

Сидя на скамье, затворник всё больше понимал, что людей нет.

– Неужели что-то произошло, всех эвакуировали? Или может какая-то болезнь? Или вирус?

– Странно все это…

Маленький балок стоял напротив дома. В нем были продукты с не очень обширным списком, в основном алкоголь, но даже они могли бы помочь нашему «герою».

Отдышавшись и зайдя в магазин, он не обнаруживает ни продавщицы, ни продуктов. На столе недописана табличка на дверь: «Закрывается, переехали…»