Октавия Котелкова
Битва Избранных. Часть 1

Глава 1. Опалённые огнём

Вечер. Дым заполонял пространство, окисляя воздух вокруг себя. Сознание возвращалось медленно, вместе с тупой болью в затылке. Шелли приоткрыла глаза и тут же зажмурилась от яркого, неестественного света. Это было не солнце – это горело её ранчо. Вернее, то, что от него осталось. Вскоре она поняла суть произошедшего и попыталась подняться, но ей не хватило сил, и она рухнула обратно.

Она лежала на земле, придавленная обломком вывески салуна «Счастливая Подкова». Неподалёку, перепачканный сажей и кровью, ворочался Кольт.

– Шелли? – его голос был хриплым, словно он наглотался дыма. – Шелли, чёрт возьми, ответь!

– Я здесь, – она попыталась откинуть доску, но сил не хватило. – Жива. Помоги.

Кольт подскочил к ней, нежно убрал с её лица спутанные волосы, а затем одним рывком сбросил тяжелую доску. После падения она (доска, не Шелли) с треском раскололась на три части. Название бара смазалось и закоптилось, из-за чего буквы было невозможно разглядеть. Но это обстоятельство уже мало кого волновало.

– Осторожнее ты, – прошептал Кольт, морщась от боли в плече. Шелли приняла сидячее положение и тут же была шокирована, увидев то, что происходило за Кольтом. Шериф увидел её удивление, обернулся и понял, что их раны – ничто по сравнению с тем, что открылось их глазам.

Клубами летел в разные стороны дым. От «Счастливой подковы» осталась лишь почерневшая печная труба. Все дома, включая главный штаб шерифов, превратились в дымящиеся руины. В воздухе висел тошнотворный запах гари и чего-то сладковатого, отчего у Шелли сжалось сердце.

– Боже… – выдохнул Кольт, сжимая револьвер в руке так, что побелели костяшки. Его душа тоже не выдержала, и он яростно крикнул: – Какой бандит это сделал?! – Ответа не последовало.

Шелли покачала головой, пытаясь вернуть себя в полноценно рабочее состояние. Её чёрные глаза, всегда блестевшие и подчёркивавшие её серьёзное лицо, сейчас казались двумя кусками мутного остывшего стекла. Она подошла поближе к развалинам. Среди пепла виднелись глубокие, широкие борозды, словно здесь пропахали землю гигантским плугом. А в центре одной из таких борозд блестела огромная, размером с ладонь Кольта, железка, переливающаяся всеми цветами радуги.

– Не люди, – тихо сказала Шелли. – Твари.

Кольт подошёл к ней и ещё раз окинул взглядом место происшествия.

– Нужно искать выживших – уверенно сказал он. – Они наверняка там, под обломками. Пайпер, Булл, Эль Примо… – его голос дрогнул. – Барли.

Шелли кивнула, затягивая потуже кобуру. Они оба знали Барли – владельца салуна, весельчака и балагура. У них было прекрасное сотрудничество: шерифы уничтожали бандитов, чем спасали бар от разнесения, а Барли наливал им виски после каждой тяжелой миссии абсолютно бесплатно.

Они пошли прочь от пепелища, туда, где за высохшим руслом реки начинались горы. Кольт шел первым, его острый взгляд сканировал каждую кучу, каждую тень. Шелли прикрывала тыл, её револьвер был наготове. Жизнь научила её быть начеку, даже если поблизости, кажется, нет никого живого.

Внезапно Кольт замер и поднял руку.

– Тсс… Слышишь?

Из-за скалистого выступа доносился странный звук – не то стон, не то сдавленное бормотание. Они бесшумно приблизились.

За камнями, прижимая к груди порванную бабочку, сидел Барли. Он был жив, но, казалось, рассудок его помутился. Он раскачивался взад-вперед и бормотал, глядя в одну точку:

– …Он просто во-вошёл. Дверь салуна открылась, а там… не человек! Глаза, как у змеи, и перчатки… Я с-сп-спрятался за бочками, а он… он прошёл мимо, и пол прогнулся под е-е-его тяжестью… А потом огонь, везде огонь…

– Барли! – Шелли опустилась рядом с ним на колени, коснулась его лица. – Барли, посмотри на меня. Ты цел?

Барли моргнул, сфокусировав взгляд на её лице, и вдруг разрыдался, уткнувшись ей в плечо, словно ребёнок, увидевший родителей, вернувшихся из долгой командировки.

– Шелли… Кольт… – продолжал он, немного всхлипывая, – Я думал, вы сгорели. Я думал, я один…

– Тише, тише, дружище, – Кольт хлопнул его по спине, но сам украдкой смахнул пыль с глаз. – Ты молодец, что выбрался. Теперь мы вместе. Всё в порядке.

– А вот с этим я не соглашусь – сухо сказала Шелли. – Нам нужно идти дальше, – твёрдо заявила она, помогая Барли подняться. – Если выжил ты, значит, выжили и другие. И нам нельзя терять ни секунды.

Они шли уже полчаса. Солнце клонилось к закату, раскрашивая небо в багровые тона, что слишком напоминало о недавнем пожаре. Барли, хоть и с трудом, но держался, вооруженный увесистой бутылкой крепкого алкоголя, которую успел забрать с собой до уничтожения "Счастливой Подковы".

Внезапно тишину равнины нарушил оглушительный, низкий рык. Он исходил откуда-то спереди и слева. Кольт и Шелли мгновенно встали спина к спине, взведя курки. Барли тактично скрылся за ними.

Рык повторился. Вдруг из-за большого камня на тропу вывалилось нечто огромное, лохматое, с шерстью цвета бледно-красного киселя. Гризли. Огромный, размером с повозку, медведь встал на задние лапы и заревел, обнажая пасть, полную острых жёлтых клыков.

Барли от ужаса упал в обморок. Шелли и Кольт мгновенно направили на него своё оружие.

– Не стреляйте! – вдруг раздался звонкий, отчаянный крик.

Из-за того же камня, словно дикий зверёк, выскочила маленькая фигурка. Девочка, лет двенадцати, в рваной зелёной кофте, будто сделанной из старой занавески, с растрёпанными волосами, которые, впрочем были не видны, ведь у неё на голове была шапка в форме головы медведя, такого же, что и у неё. Она встала прямо между хищником и шерифами, раскинув руки в стороны.

– Брюс! – закричала она. – Брюс, фу! Свои! Свои!

Медведь, которого, к слову звали Брюс, неохотно отошёл от героев, но продолжал угрожающе сопеть, кося маленьким злым глазом на незнакомцев.

Кольт медленно, очень медленно, опустил револьвер.

– Малышка, ты как тут оказалась? Где твои родители? – спросил он, стараясь говорить мягко.

Девочка обернулась. Её лицо было чумазым, но взгляд – ясным и цепким, как у волчонка. Она спокойно подошла к героям, предварительно отведя от них своего медведя.

– Родителей забрали огненные люди, – сказала она спокойно, но в этом спокойствии чувствовалась такая глубина боли, что у Шелли защемило сердце. – Брюс спас меня. Брюс – мой друг.

Она погладила медведя по лохматому боку, и тот согласно хмыкнул.

– Огненные люди? – переспросила Шелли, опускаясь на корточки, чтобы быть с девочкой на одном уровне. – Ты видела, кто напал на наше ранчо?

– Ящеры, – выплюнула девочка это слово, как ругательство. – Большие, на двух лапах. Огонь изо рта. Брюс рычал на них, но их было много. Мы убежали.

Шелли на мгновение задумалась и посмотрела на Барли. Он уже пришёл в себя, но всё равно стоял далеко от всей компании. Немного подумав, она вернулась к девочке.

– Тебя как зовут? – спросила Шелли.

Девочка на мгновение задумалась, словно вспоминая что-то забытое.

– Нита. Но родители звали меня Антуанетта.

– Что ж, Нита, – Кольт убрал револьвер в кобуру, понимая, что эта девочка и её медведь – не враги. – Мы идём искать других выживших. Пойдёшь с нами? Вместе безопаснее.

Марика посмотрела на медведя. Брюс фыркнул, словно пожав плечами, и девочка кивнула.

– Ладно. Но Брюс пойдет рядом. И его нельзя звать «существо». Он – это он.

– Договорились, – улыбнулся Барли, который всё это время боялся даже дышать.

Маленький отряд двинулся дальше. Присутствие огромного медведя пугало Барли, но придавало уверенности Шелли и Кольту. Нита оказалась бесценным проводником – она знала местность как свои пять пальцев и поэтому быстро помогла команде отыскать пропитание, несмотря на то, что они находились в степной зоне, и место для ночлега. Это была тёмная сырая пещера, но Нита заверила всех, что лучше варианта для ночной остановки нету, ибо она сама ночевала здесь во время предыдущих апокалипсисов, и никто её не тронул.

К вечеру второго дня они наконец вышли к подножию скал. Нита, шедшая впереди, вдруг резко остановилась и прижала палец к губам.

– Там, – прошептала она, указывая на узкий проход между камнями. – Ящеры. Я чувствую их запах. Гарь и сырость.

Кольт и Шелли переглянулись. Сердце Шелли забилось чаще. Если ящеры здесь, значит, возможно, здесь и жертвы. Или то, что от них осталось.

– Барли, оставайся здесь с Нитой, – приказал Кольт. – Если мы не вернёмся через час, уводи её на север, к нашему запасному штабу.

– Я пойду с вами, – уперлась Нита. – Брюс чует их лучше вас!

Спорить было бесполезно, и они вчетвером (медведь считался за полноценного бойца) втиснулись в расщелину.

В центре, у подножия отвесной стены, зияла огромная пещера, а в ней… Кольт насчитал с десяток существ. Они были выше любого человека, покрыты чешуёй, с длинными мощными хвостами. Некоторые из них дремали, некоторые точили свои когти о камни, но все они были необычного для животных темно-голубого цвета и светились, как игрушечные динозаврики. Но, к сожалению, никого это не смутило.

– Вот они, значит, какие, – прошептал Кольт, и в его голосе не было страха, только холодная ярость.

– Смотрите, – Шелли указала на груду металлолома у входа в пещеру. Среди погнутых железных дверей, обломков повозок и церковной утвари блестела знакомая вывеска. «Счастливая Подкова». А рядом валялась грязная перчатка.

– Они, похоже, не просто убивают… они коллекционируют, – выдохнул Барли. – Как сороки.

– Или как драконы, – тихо сказала Нита, и все вздрогнули. Это слово звучало особенно жутко.

– Нам нужно в пещеру, – приняла решение Шелли. – Если там есть люди, мы должны попытаться.

План был безумным, но другого не было. Барли и Нита с Брюсом должны были отвлечь ящеров с одной стороны, пока Кольт и Шелли проникнут в пещеру с другой.

– Только не геройствуй, – сказал Кольт Шелли, проверяя револьвер. – Мы берём потерпевших и уходим. Ясно?

– Яснее некуда! – сказала Шелли, хотя обычно этими глупостями занимался её довольно самовлюблённый напарник.

Глава 2. Через пещеру к новым друзьям

Наши герои стояли перед пещерой и смотрели на ящеров. Они знали, что нужно действовать, но не шевелились – ждали подходящего момента. Барли был в ужасе – мало того, что придётся отвлекать драконов огромных размеров, так рядом с ним ещё и медведь стоит, а выглядит он довольно недружелюбно. Шелли и Кольт держали оружие наготове, но не двигались. Напряжение росло с каждой минутой. Барли еле держался на ногах. Вдруг один из ящеров громко рыкнул: -РРАААРАРАРАРАР!!! – и этого было достаточно для шока, несмотря на то, что он потом уснул.

Барли опять упал в обморок. Все тут же услышали стук железа о землю и наклонились к нему.

– Бедняга! – сказала Шелли, трогая его лоб. – Он нагрелся до предела! У вас есть что-нибудь холодное?

Герои отрицательно покачали головой.

– Ну, Брюс может его облизать. Мне это помогает, я так чувствую себя лучше, – сказала Нита, но Шелли одним серьезным взглядом дала ей понять, что лишний контакт с медведем для Барли будет плохим решением.

Наконец Кольт вздохнул, аккуратно поднял робота и сказал:

– Барли… отойди вон к тем скалам. Спрячься там и жди до заката. Если мы не вернёмся – уходи на восток, не оглядываясь.

Согласна – сказала Шелли, – вон за теми скалами как раз деревня есть. Я слышала, тамошние жители очень любят напитки и отдых, так что ты там будешь как свой – Шелли похлопала его по плечу. – А за нас не переживай! Мы справимся со всем – вот увидишь!

После этих слов Шелли, Нита и Кольт отправились к пещере. Барли смотрел им вслед, и что-то сдавливало его корпус. Вдруг он резко встал и крикнул:

– Я с вами! – Барли сжал бутылку так, что пробка вылетела в воздух и на огромной скорости вернулась обратно. – Они сожгли мой салун! Моё виски! Мою жизнь! Я хочу посмотреть им в глаза! Я хочу отомстить им за всё это! Пусть почувствуют, каково это – потерять всё, что у тебя было из-за кучки паршивцев! Пусть поймут, что Барли злить нельзя!!!

Он закипел, как чайник, но быстро остыл, сохранив боевой настрой.

– И я. Брюс будет полезен, – Нита встала рядом со своим медведем и почесала ему брюшко, на что он ответил сладким мурчанием. Девочка выглядела решительной, как заправский солдат. Барли ещё раз взглянул на зверя и о чём-то задумался.

Шелли хотела возразить обоим, но встретилась взглядом с Кольтом и поняла: спорить бесполезно. Иногда месть – единственное, что держит человека на ногах и заставляет его двигаться дальше.

– Хорошо, – кивнула она, – так и быть, идём все. Но слушаетесь меня беспрекословно. Все, включая медведя.

Нита фыркнула. Её дикая натура неохотно принимала руководительство и ограничения со стороны других.

Вход в пещеру зиял чёрной дырой, из которой тянуло жаром и запахом серы. Стены были покрыты странными символами – их явно выцарапали когтями. На полу валялись кости: оленьи, коровьи и… человеческие. Шелли перешагнула через чей-то почерневший череп, стараясь не думать о том, кому он принадлежал. За долгие годы упорных сражений и защиты ранчо она видела немало таких картин, и всё равно хорошо ей от этого не становилось. Ей было некомфортно смотреть даже на останки поверженных роботов, что уж тут про людей говорить и животных. Кольт же особо не думал об этом и просто держал свой револьвер в надежде, что драконы не проснутся раньше времени.

– Здесь были люди из нашей деревни, – прошептал Барли, узнав обрывок клетчатой рубашки, прилипший к камню. Поднимать он его не стал, ибо пропитанные маслом и грязью куски ткани лучше не трогать – от них никакой пользы, только вонь сплошная да воспоминания о том, как очередной дуралей перебрал с напитками и решил подраться.

Они углубились в пещеру метров на сто, когда Нита вдруг замерла и начала обнюхивать территорию.

– Там есть кто-то ещё, – тихо сказала девочка.

Из-за поворота донёсся звук. Странный, мелодичный, совершенно не вписывающийся в эту обитель смерти. Кто-то играл на гитаре песни, звучавшие как сочетание The Beatles и Высоцкого.

Шелли и Кольт переглянулись. Драконы не играют на гитарах, они оба это поняли. Это означало, что в пещере сидит кто-то живой. Это вполне мог быть уцелевший житель деревни.

Они осторожно выглянули из-за угла. В небольшом гроте, освещённом светящимся мхом, сидел… скелет. Самый настоящий скелет жёлтого цвета с аккуратным тату в виде зелёных и розовых лепестков цветов вокруг глаз, в чёрном потёртом сомбреро с узором из белых ноток и потрёпанном чёрном костюме, из-под которого выглядывала на удивление чистенькая белая рубашка. Костлявыми пальцами он перебирал струны старой гитары и напевал что-то грустное на испанском (по крайней мере, Шелли утверждает, что язык был именно этот. Я могу ей верить, так как она сама в совершенстве говорит и слышит по-испански в силу своего латиноамериканского происхождения)

– Живой скелет?! – от удивления воскликнул Барли, забыв, что нужно шептать.

Скелет обернулся. В его пустых глазницах зажглись два зелёных огонька. Судя по всему, он был очень рад, когда увидел других живых разумных существ в пещере.

– Хола, амигос! – воскликнул он с акцентом, отложив гитару. – Вы первые живые в этой пещере за сто дней! Ну, кроме драконов, но они не в счёт. Как там снаружи? Солнце ещё светит? Текила ещё есть?

Шелли моргнула, пытаясь осмыслить происходящее. Барли неожиданно подбежал и вручил скелету бутылку виски. Он сразу узнал своего старого знакомого и не упустил возможности ещё раз его угостить.

– Поко, к вашим услугам, – скелет галантно поклонился, звякнув костями. – Музыкант. Раньше играл в салуне у друга вашего, пока не повстречал вот этих драконов. Ой, шуму было в тот день! Они носились как угорелые!

– Кто? Люди? – спросил Кольт.

– Драконы. Люди все сразу в обморок попадали. Один из драконов чихнул огнём – и вуаля! – он обвёл себя руками. – Новый образ. Зато не болею и не старею. Есть минусы, амигос?

Кольт медленно опустил оружие. Безумие этого мира уже перестало его удивлять.

Поко между тем присвистнул (довольно звонко для скелета), но вдруг остановился и спросил:

– А зачем вам к ним? Они не любят гостей. Гости у них – это обычно ужин.

– Они сожгли наше ранчо, – голос Шелли дрогнул, но она взяла себя в руки. – Убили наших друзей. Мы пришли за ответом.

Поко замер. Белые огоньки в глазницах немного потускнели.

– Мадре миа… Они очень злые. Я тут каждый день вижу, как они тащат в гору людей. Один раз даже ребёнка притащили, – он покачал черепом. – Девочку с косичками. Рыженькую такую…

Нита вздрогнула и подошла к Поко.

– Ты видел мою маму? – прошептала она.

Поко посмотрел на неё, и его голос стал мягче и тише – насколько это вообще возможно для скелета.

– Ло сьенто, милая. Твоя мама… она не дошла. Она отдала тебя медведю и побежала в другую сторону, отвлекая их. Она была храбрая.

Нита молчала, только слёзы текли по её щекам. Брюс ободряюще лизнул её в макушку. Кольту стало плохо при виде её горя. Он злобно посмотрел на скелета.

– Почему ты ничего не делаешь с этим?! – яростно крикнул Кольт.

– А что я, по-твоему, могу сделать?! – спокойно ответил Поко, – Я – один, а драконов десять, и каждый высотой с трёхэтажный дом! Они ж меня зашибут и не заметят и продолжат потом уничтожать кого попало. Был у нас один такой смельчак – Эль Примо звали. Встретился однажды с ними лицом к лицу. Ясное дело, надо бежать, но нет же, он же лучший борец на районе! Он же не может отступить! И прыгнул… прямо в пасть дракону.

Скелет помрачнел. Вся компания с сожалением посмотрела на Ниту.

– Я проведу вас, – вдруг решительно сказал Поко. – Надоело здесь сидеть. Лучше встретить конец вместе, чем вечно бренчать в одиночестве в этой дыре. Идёмте, амигос. Я знаю тайный ход.

Поко повёл их через узкие расщелины, о которых не знали даже драконы. Скелет двигался удивительно ловко для своих… лет? Состояния? Шелли перестала задаваться вопросами. Когда ты видишь говорящего мертвеца с гитарой, вопрос «как это возможно» теряет актуальность.

– Тише, – прошептал Поко, подняв свою костлявую руку. – Мы под главным залом. Слышите?

Снизу доносился гул голосов и, что удивительно, глухой звон металла. Они выглянули из расщелины, и открывшееся зрелище заставило их замереть.

Огромный, размером с городскую площадь, грот. В центре восседали три дракона. Остальные семь лежали неподалёку от них. Все они внушали ужас: гигантские хвосты, острые клыки, чешуя, отливавшая перламутровым и светившая тёмно-синим светом.

Если бы наши герои знали, что не они были главными…

Рядом с драконами лежал скелет. Огромный, под два метра ростом, явно принадлежавший мускулистому человеку. Рядом с ним валялись обрывки рестлерского трико, а на том месте, где раньше было лицо, висела перекошенная запачканная маска с дырками для глаз и рта.

– Эль Примо! – выдохнул Барли. – Чемпион по рестлингу. Помню, смотрел его бои лет пять назад! Он однажды голыми руками согнул подкову!

– Был чемпионом, – мрачно сказал Поко, – пока не стал зарабатывать на уличных боях.

– Ставки делал, что ли? – удивился Кольт.

Да куда там? – усмехнулся Поко. – Дрался с уличными хвастунами и брал с них кругленькую сумму за поражение. Какие ставки, в само деле? Эль Примо же

– Смотрите! – Шелли показала пальцем на определённую точку, и все тут же посмотрели туда.