Декольте с острова Бласкет
Вадим Никифоров

© Вадим Никифоров, 2026

ISBN 978-5-0069-5474-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

И окунь сорвался, и кошка пропала, и дождь обещали. Что за утро!

Мак Донохью брел по песку и высматривал что-нибудь пнуть. Ламинарии, бочка, сапог, все не то! Посмотрел на кусты, на тропинку к коттеджу, на чёрное на горизонте, вздохнул:

– Закурить бы…

В коттедже, в кармане пальто, в гардеробе, на плечиках. А хочется прямо сейчас, сесть на корягу, достать из кармана, вырвать фильтр, прикурить, затянуться, и всё хорошо.

Оглянулся. Вон она, лодка. Дурацкая удочка, весла из пластика, синяя краска облезла. До города рядом на вёслах. Но это же плыть…

А до города рядом на вёслах… Едва разогрелся, и вот он на пристани, и девушка машет платком не ему, но тоже приятно. В ответ помахал. Удочка булькнула в воду.

– Да бля…

***

В этом городе много соблазнов для человека с деньгами. Деньги имеются. Кошке ещё обещал.

– Здрасте, а есть у вас роял-конин для начинающих кошек?

– В смысле, для начинающих?

– Ну котёнком была, а теперь вдруг надо. Ходит, орёт.

– Так кастрируйте.

– Не.

А про себя: сам бы себя…

– Ну так есть?

– Есть обычный конин и капли от секса.

– Давайте.

Вышел, понюхал. Капли от секса, поди ж ты. Воняют. Намажься такими, и точно без секса. Хотя и без капель…

***

Зашёл. Ну написано – «паб» и двери открыты, и мы в Ирландии [1], что же – мимо пройти?

Никого. Сел за стойку. Пахнет хлоркой, недавно открыли, лак ещё липнет. Хорошая стойка. Когда-нибудь постареет, покроется патиной, всякими буквами, станет как друг. Дружба вообще приходит со временем. Вот они с кошкой, год не живут, а уже подружились. Куда она делась?

– Привет. А ты ранний.

За стойкой стоит, и видно по пояс, и на этом по поясе, за декольте, затмевает все выпивки мира. Что ниже стойки – страшно представить.

Представил. Закрылись глаза. Автоматически.

– Эй, мы не уплываем. Ты поесть, посмотреть или жениться?

– Смешно, – всё, что выдавил.

Съел полтарелки какого-то супа вчерашнего, сэндвич с тунцом на американский манер, выпил чашечку кофе… Понял, что зря. Но что дали, то дали.

– Поел? Как зовут?

– Да я так…

***

Испарился. Зашёл в магазин хозтоваров зачем-то, после в книжный, потом в краеведческий, долго читал экспозицию «Викинги в Коннахте [2]» и вспомнил, что не заплатил.

Декольте ковырялась под стойкой. Слышно сопение и чертыханье.

– Кто там?! Ключ подайте, пожалуйста!

Подал.

– Не этот! На семь!

Подал на семь.

– Вот спасибо. А то рук не хватает… А, ты… Совесть замучила?

– Я забыл… Вот вам деньги. Достаточно?

– Хорошие деньги. Бумажные. Хватит давать, я вот эту возьму. С птичкой.

У евро, которые год как в Ирландии, вид конфетных обёрток. С птичкой – евро.

– А хватит?

– Мне – хватит. По пиву?

***

Нельзя быть за пинтой и не смотреть в глаза собеседнику. Вылил в себя и ретировался. И снова не заплатил! Что за Мак Донохью?!

***

Кошка нашлась. Облазил полуостров: «Кошка, – орал, – где ты, дура!» Вернулся домой, а она на кровати. Сидит, лапы кренделем, вид – ну и где ты шатаешься. Вынул из лодки конин, притащил.

– Видишь, видишь? Купил для тебя. Но раз ты такая – не дам!

Кошка фыркнула. Дождь начался. И всё до обеда. Случилось. И что теперь делать?

***

На свете нечего делать, если тебе двадцать пять, холостяк, ирландец, и денег навалом.

Когда отдали наследство, сказали:

– Ну, теперь в путешествие?

– Это как кошка.

А кошка смотрела доверчиво, она же котёнок, что она знает про путешествия?

Но поезд до Донегола [3], паром до острова Бласкет [4], и лодка оттуда до дома показали, что она домоседка. Всю дорогу шипела, забилась под лавку, и неделю боялась, что её заберут в путешествие. Пока подождал, чтоб подросла, что погода наступит хорошая, что мысль придёт – куда путешествовать, сам расхотел путешествовать. Да, в общем-то, и не хотел. Как хотеть, если дальше Дублина [5] не был? И то один раз.

***

– Позвонили на Бласкет, ну я сразу в лодку и к вам… – почтальон задыхается от собственной важности. Позвонили на Бласкет! У них телефон с начала двадцатого века, рядом табличка – с названием, краткой историей, и висит в краеведческом.

– Думали – он не работает, а он позвонил! Я – алло? А там вон что!

Мистер и миссис Мак Донохью оставили Денни дом на острове, кошку и деньги.

– Остров! Целый остров!

У Денни, который здесь вырос, это не вызывает восторга.

– А родители где?

– Мы не знаем.

Вот так, папа с мамой тебе говорят, тут нам надо, по-быстрому, потом присылают письмо, там деньги, потом в тех конвертах, кроме денег, вообще ничего, и выходит, что потихонечку стал сирота…

– Как-то грустно, – сказали на почте.

А на Бласкете почта – градообразующий центр. От него три дороги. Одна поднимается в гору, и там монастырь для туристов, одна упирается в паб, и на ней магазины, и одна вдоль воды. Просто уходит в песок, как всё здесь уходит в песок, если стоит не на камне.

Взял конверт без письма, сел в лодку, добрался до дома, вскрыл при кошке, дал понюхать ей деньги, спросил:

– Ты их хоть видела?

– Мяу.

***

В Дублине кошку, бумаги, письмо отдали в коробке. Кошка – котёнок, нагадила. Пахнет от завещания, даже противно читать, а приходится.

– Дом, остров, и деньги, вот здесь распишитесь. Хотите, откроем вам счёт?

Взял наличные деньги. Евробумажки. Приличная сумка, а на дне эти деньги. Сверху кошка копает в бумагах, зарывает… В вагоне шипела, на пароме шипела, думал, привыкнет, но нет.

– Хочешь корму?

Пошла, хвост трубой. Тоже гордая. Видимо, ей всё же легче на острове. А отчего же Мак Донохью вдруг тяжело? Он же вырос здесь?

***

Пока ты ребёнок, и папа, и мама мелькают на фоне счастливого детства, детство счастливое. Там дохлый тюлень, вон лодка пришла, вон над Бласкетом молнии, мир полон тайн. И самая главная – что будет завтра. И вот – двадцать пять. Что будет завтра – известно. То же, что и вчера.

***

– А я не пошел на рыбалку!

Где-то лодка в недоумении, удочка, что спасена вчера у берегов города Бласкет, тоже в недоумении. Денни ходит по комнате, переставляет предметы и повторяет:

– А я не пошел на рыбалку!

4 утра. Раннее летнее утро. В этих широтах полгода темно, а полгода – раннее утро. Сон пролетел на вдохновении. Снились сиськи барменши, кружка пива. Стало мокро от слюнявой подушки. Перевернул. Но проснулся уже. Потянулся. Рассвет. Пора на рыбалку. И тут!

– А я не пойду на рыбалку!

И что теперь делать? В доме всё переставлено. Вышел из дома налево, хотя к лодке – направо. Спустился к воде. Камни, камни. До горизонта вода. Там Америка. Там, может, родители.

– Ну, помечтал? – голос разума, голос голода, голос поссать ходят троицей. Утром они короли.

Не сегодня. Помочился с обрыва. Вода не поморщилась. Съел ягодку.

– Тьфу! – это рябина.

Ну всё. Сейчас как отпустит и будет другой…

– Не отпустило.

Уже и махнул, и пошёл, как появился тюлень, и говорит человеческим голосом:

– Юноша, а вы могли бы полюбить?

Перекрестился.

– Не надо вот это. Я же серьёзно.

Наверное, надо зажмуриться. Зажмурился.

– Эх, всё понятно… – тюлень растворился в прибое.

***

– Вот что бывает, когда не пойдёшь на рыбалку!

Прыгнул в лодку и грёб, предвкушая, как он расскажет, как он видел тюленя!

Кому? Городок в шесть утра крепко спит. Руки натёр.

– Что, не спится?

Она. Декольте, два ведра, в каждом рыба.

– Поможешь?

До паба три дома. Рыба в вёдрах молчит. Что сказать декольте?

– Где ловили?

Она впереди, невероятно красива и, наверное, думает: что за жалкий вопрос!

– Я купила.

У рыбаков есть традиция: после ночного улова заходить в город Бласкет, чтобы она купила у них. Хотелось спросить: из-за декольте? Но ведь и так очевидно.

До паба дошли. Она потянулась: «Ох, годы. Схожу за ключом».

В недоумении: Годы? Ей сколько?

– Вот дура! Пошла, а я же открыла уже! Заходи, заноси. Чистить будешь?

Ну как отказать?

– Это просто…

– Я знаю, – вырос на острове, что тут чистить?

За полчаса – два ведра потрошёной.

– Это пожарим, эти я засолю, а эта… Тебе. Заработал.

– Да я…

– Да бери! Ты же не из-за декольте её чистил?

– Да не…

– Покраснел! Эх, ты, мелкий! А то, оставайся, сейчас набегут, мне поможешь?

– Кто набежит?

Постучали:

– Хозяйка, автобус приехал!

– Сейчас! Вот кто набежит. Вон, фартук, давай, ты за стойку, а я на столах!

***

Автобус, автобус, автобус. У острова Бласкет история и монастырь, и на него в шесть приходит паром, который вмещает автобусы и пассажиров.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.