Angelochik
Музыкант

Глава 1

Наверное, каждый хоть раз в своей жизни думал о том, что у него нет выбора на что-то. Что, разумеется, не так, ведь выбор есть всегда. Я всегда придерживалась этой политики – неважно, где и кем родился человек, кто были его родители или его окружение. То, кем он может стать и как захочет жить зависит только от него самого – важно лишь вовремя сделать правильный выбор.

В моей жизни, конечно, было не так как у многих. Чёртово королевство со своими паршивыми законами и правилами! Черногорье – даже по звучанию, всё за себя и говорило.

Наше королевство было относительно молодым, ему не было и пятисот лет. Именно тогда, первооткрыватели нашли очень удобную Тихую бухту, название которой, не изменилось с самого её основания. Какое-то время здесь просто останавливались корабли, переждать шторма. Со временем бухта превратилась в полноценную портовую деревню, за ней в город и двести лет назад провозгласило себя полноценным королевством с названием самих окрестностей – Черногорье.

Население в королевстве было достаточно большое – по последней переписи на тот момент составляло около тридцати-сорока тысяч человек, и то это без тех, кого посчитать просто не представлялось возможном.

Но об этом позже.

Черногорье располагалось на одном из многочисленных островов в океане и было усеяно холмами, горами и возвышенностями. По факту весь город у нас стоял на склонах этих самых гор, потому и все дороги у нас вели под наклоном и из любой высокой точки королевства, можно было всегда увидеть море – ту самую, Тихую бухту и за ней уже океан.

Королевство разрослось довольно широко – вдоль всего побережья бухты, на десять километров и вглубь самого острова примерно на два. Так как город стоял на склоне гор, все дома стояли тесно друг с другом. Тесные улочки переплетались с многочисленными лестницами и длинными дорогами с площадями, и так же, как и мосты были выложены исключительно из камня. Каменное королевство, блин. Конечно, это разумно, ведь из чего еще строить город в горах, если вокруг как раз полно камней? Так же существовало правило, которое строго распространялось на все дома королевства – крыши всех домов, должны быть красными в цвет нашего королевского флага.

Наверное, это было связано с цветом героев-первооткрывателей, или их крови в пролитых штормах, а кто-то говорил, что со страстью и любовью. Теорий было много, но все уже давно забыли почему был принят такой закон. Это просто стало традицией.

В общем-то само королевство у нас было красивое, но плохо в нем было одно – население. Среди коренного населения, было четкое разделение на ранги, в то время как в других королевствах и странах, вероятно, это называлось кастами: их было больше или меньше, однако у нас рангов насчитывалось всего четыре.

Первый ранг, был грубо говоря элитным и самым малочисленным, и входило в него всего двадцать семей во всем королевстве. Этот ранг включал в себя максимально приближенных людей к королевской семье: министры, советники и редко, их родственники. Бывали исключения, когда семье давали первый ранг просто за вклад в королевское развитие или за что-то выдающееся для Черногорья. Подобным семьям, на удивление, разрешалось иметь не больше двух детей. Этому кстати, стоит уделить отдельное внимание, в будущем.

Далее шел второй ранг – к ним относились как правило люди с хорошим заработком: учителя, профессора, капитаны, начальники и управляющие. Таких семей было тоже немного, но, естественно, больше, чем семей первого ранга.

Третий ранг давал жителям возможность работать швеями, слугами, музыкантами и матросами – в общем, заниматься только ручным трудом.

Четвертый ранг низший и в простонародье людей этого ранга называли просто «Четвёрками». Обладатели четвёртого ранга имели право получить только четыре профессии и работать только по ним – это шахтер, рыбак, строитель и дворник. Причем не зависимо от пола, эту работу получали как мужчины, так и женщины. Именно в этом ранге почти не вели перепись, где в семьях зачастую рождалось больше десяти детей. Да и рожали их в принципе для того, чтобы было кому работать и приносить в дом лишнюю копейку.

Больше детей – больше рабочих рук, грубо говоря.

Ещё один интересный факт – браки с низшими рангами были запрещены. В противном случае, если такое и случалось, то из двух разных рангов, семья становилась низшей: то есть если женщина из двоек выходила замуж за тройку, то становилась тройкой. Как и мужчина, женившийся на женщине низшего ранга.

Так же, образование в нашем королевстве получали исключительно мужчины, либо же дети только первого и второго ранга, и то, даже девочкам главных семей, давали простые основы знаний, а все остальное воспитание посвящалось женственности и ведению домашнего хозяйства. Всех женщин королевства, с детства готовили к замужеству и семейной жизни, и среди слуг даже ходила шутка что дамам первого ранга, нужно уметь считать только до трех, и уметь писать ответы на письма не длиннее предложений: «Да, конечно» и «Дам вам ответ, при встрече».

Шутки, шутками, но это реалии всех женщин высшего света. Среди учителей и профессоров, были исключительно мужчины, и даже в больницах из медсестер, можно было найти только пару пожилых женщин. Весь персонал, всегда состоял из мужчин.

Женщинам ведь это не нужно. Нам ведь надо думать о семье и детях.

И для меня это было, ужасно несправедливо.

Моя семья относилась к первом рангу, и мою фамилию в принципе знали в каждом закоутке нашего королевства. Меня зовут Элеонора Диксонд. Нет, мы не приходимся родственниками королевскому двору, но наш дальний предок заслужил уважение королевского двора и тем самым, получив первый ранг и титул Графа. Наш предок, будучи торговцем, сделал свое имя на простых виноградниках. То есть для нашей то семьи они простые, но конкретно в нашем королевстве, мы были единственными кто имел свои виноградники, и кто вообще имел право делать любую алкогольную продукцию.

Мой прадед начинал с вина, дед ввёл в оборот ром и текилу нашего производства вместо заграничной, а мой отец же начал расширять наш бизнес за границы королевства, поставляя нашу продукцию и на соседние острова. Побывав за морями не один раз, тот привез в королевство новый напиток – виски. Его ввели в оборот только пару лет назад, и особой популярностью он пока не пользовался, так что всеобщее уважение по-прежнему отдавалось только рому. Вино же было, для элиты.

Наша семья, как и вся аристократия, была немногочисленной. Вообще отец всегда хотел одного ребенка, и естественно мальчика, как наследника своего состояния. Однако первым и старшим ребенком в семье родилась я. Верно говорят – как бы сильно отцы не хотели сыновей, дочерей они любят больше. Несмотря на то, что в начале, со слов мамы, отец не особо обрадовался тому факту что родилась девочка, с годами его мнение кардинально изменилось.

Всё дело в том, что своим нравом, внешностью и даже мелкими привычками я пошла в отца. Ну просто его точная копия, что маму кстати часто раздражало, ведь дочки обычно похожи на матерей, а тут копия отца в юбке. Со временем отец смирился что в его роду, впервые за многие поколения – старшим ребенком была девочка, но из-за закона про исключительно двух детей на семью, рисковать не стали. Шанс что вторым ребенком будет мальчик, был мизерным и не решившись на риск, отец начал мое обучение как наследницы.

Мне очень нравилось учится. Уже к восьми годам, благодаря заграничным гувернанткам и профессорам, которые занимались со мной кажется с пеленок, я уже свободно говорила на трех языках – два из которых иностранные и были бы мне необходимы для переговоров. Меня не показывали свету лет до десяти – всё-таки наследница такого состояния, девочка, да ещё и образованная. Ну кто захочет такую в жены если она, будет умнее большей части мужчин острова?

Мама часто возмущалась, аргументируя тем, что с такими знаниями я не найду собеседника или мужа. Однако для отца куда важнее было не моё замужество, а образование и возможность передать мне бразды правления семейным делом.

В десять лет, я уже окрепла здоровьем, хотя ещё не обзавелась той привлекательностью аристократок, так как всё так же сказывалась наследственность и учения отца – я была высокой даже для своего возраста, темноволосой и кудрявой как отец и постоянно в перекошенной и грязной одежде, так как часто пропадала с отцом и его помошниками на виноградниках, в полях или на переговорах по торгам.

Тогда то меня впервые представили свету – в тот год, был собран званный ужин во дворце, на котором праздновали совершеннолетие будущего короля, пока что принца Ричарда Робинсона. Ему исполнилось шестнадцать лет, а это значит, что он уже вырос и окреп и в скором времени, сможет женится и принять к правлению королевские дела. Именно на этом празднике, королевству была представлена и его будущая невеста, где и они сами, собственно, друг с другом познакомились.

Смешно, но невесту и невестой то было сложно назвать – ей было то около двенадцати лет, не на много старше меня. Помню, что стояла рядом с отцом, когда принц вместе с будущей королевой, прошёл вперед к центру зала, чтобы станцевать их первый общий танец. Как отец потом вспоминал, мое лицо так перекосило, что принц чуть шею не свернул, заметив мое выражение лица. Отцу пришлось толкнуть меня за свою спину, где мать на меня тут же замахала юбками, мол, как так можно смотреть на королеву.

Я помню, о чём подумала тогда: какая это к чёрту, королева? Больше на коровку в платье похожа! Розовые бантики и рюшки, в дополнение к ее пухлым щечкам просто выводили меня на недоумение и смех. Как только я поделилась этой мыслью с матушкой, та хоть и помахала на меня ладошками, потом сама весь вечер прятала улыбку под веером, когда нечаянно бросала взгляд на будущих молодоженов.

Правда для меня этот бал, все-таки закончился на грустной ноте. Уж не знаю кто ещё из детей аристократов там был, и о ком мне никто так и не рассказал, но в какой-то момент помню, что я уверенно шагала в сторону сада, где тогда развернулись уличные музыканты, чтобы в саду за пределами праздничного банкета не было тихо. Все так же из-за наследственности отца, фигурой я, слава богам, пошла в него. Если моя матушка всегда была полной и достаточно пышной женщиной, то отец – наоборот сколько не ел всегда выглядел как обтянутый кожей скелет. Говорят, в детстве его очень долго списывали со счетов, будучи уверенными в том, что тот и до десяти лет не доживет, так и иссохнет. А он просто был не способен набрать массу, так как его метаболизм просто с бешеной скоростью переваривал все съеденное и жир просто не успевал уходить в его бока.

В общем даже в многочисленных платьях, я выделялась от высшего света тем, что была худой и тонкой как те же самые тройки и четверки, которые к слову были худыми просто от скудной еды. Тогда-то меня и перехватили стражники, ещё не успевшие узнать, кто я такая и что делаю на приеме, видимо решив, что я пробралась во дворец за едой. В общем-то как я драпала из сада обратно в зал, с тарелкой моих любимых пирожных надо было видеть. Уверена я нарушила тогда ни одно правило этикета, перелетая газоны и перепрыгивая тропинки как горная коза. Благо опыта с виноградников, у меня было много.

Помню, как вылетая из кустов, налетела на одного из двух гостей – мужчин в мундирах и с оружием на поясах. Те стояли у края тропы и не спешно потягивая вино о чем-то беседовали. Заметила я их слишком поздно, освещение в саду было не очень ну и я спешила не попасться страже. В общем с разбегу я вылетела из кустов, прямо в объятия одного и зазевавшихся мужчин, который от неожиданности завалился спиной на тропу стараясь не придавить меня. Вино и пирожное разлетелось во все стороны, но по большей части на самого мужчину и мы оба валялись секунд десять в этом ужасе пока я, слыша крики стражи, не подскочила как коза на ноги.

– Прошу меня простить! – кажется я споткнулась о его ногу и наступила на руку, потому что тот чертыхаясь и отмахиваясь одной рукой от пирожных с мундира, заорал, когда я придавила его пальцы. – Ещё раз извините! – и снова драпанула в зал, не обращая внимания на окрики стражи и смех второго мужчины мне в след. В зале я смогла затеряться в толпе и найдя маму, вцепилась в нее как пиявка. Та же, при виде меня схватилась за сердце что-то причитая и охая. Потом явился и отец, которому видно уже донесли о моей выходке и которому видно пришлось за меня извинится. С ужина мы уехали раньше времени, под ворчание моей матери.

– Первый раз вышла в свет! Кошмар!

– Зато ее запомнят! – отчего-то веселый отец, похлопал меня по плечу и обнял заметив, что ещё не много и я разревусь от такого позора. – Не переживай, дорогая. Это все забудется. Зато многие посмеялись, а то вечер, через чур скучный!

В общем это был первый и последний раз, когда я вышла в свет будучи таким ребенком. Через месяц после того званого ужина, о котором я старалась забыть, отец принял решение отправить меня учиться в другое королевство. Так как в нашем не поощрялось женское образование, отец отправился в гости к бабушке, маме моей матушки, которая жила в Солнечногорске последние лет пять. Там он договорился с одним из университетов и меня приняли на обучение.

Через месяц после ужина, я попрощалась с семьей и вместе со своей гувернанткой, уплыла в новую жизнь, которая мне нравилась. Вместе с гувернанткой, которая жила со мной в комнате и посещала со мной все уроки и занятия, в общем-то стала моей тенью, я прожила в стенах университета три года. Нет, у бабушки то я конечно бывала, но только на выходных и каникулах, ведь в будние дни покидать университет не разрешалось. Да и времени на это, просто не было. Иногда не удавалось даже выспаться нормально, что уж говорить про время, которое в таком случае бы, тратилось на дорогу.

Я училась прекрасно, к радости отца, который во время командировок, проезжая мимо королевства – где жили мы с бабушкой – не упускал возможности изредка, но повидать меня, естественно получая письма с моими успехами от моей гувернантки. Мне действительно нравилось учиться – я упивалась книгами, перечитывала поэмы и рукописи, научные издания, философию и химию. Я обожала арифметику и увлекалась вопросами политики. Из-за моей любви к знаниям, подружек у меня было немного, но они были мне и не нужны – моими друзьями были книги и профессора которых мне нравилось слушать часами.

Когда мне исполнилось тринадцать, получив письмо из дома, я узнала, что в моей семье, случилось пополнение. К радости матери с отцом, на свет появился мальчик. По этому случаю, мне дали отпуск домой, повидать родителей и брата.

Вернуться домой я, конечно, была рада, хотя прекрасно понимала, что как прежде, уже ничего не будет. Рождение брата, означало и то, что наследство отца, теперь перейдет к нему. Я долго пыталась понять каким образом должна, на это реагировать – потому что теперь это меняло мою жизнь кардинально. Я должна ненавидеть его? Может лучше подружится? В момент, когда я переступила порог своего дома, где не была уже долгих три года первое о чём я попросила вышедшую меня встречать матушку – это показать мне брата.

Несмотря на то, что я ну никак не ожидала пополнения и того, что меня кто-то сместит с места любимого и единственного ребенка в этом доме, брата я полюбила. Ну в чём виноват этот маленький пухленький и улыбчивый кулёк? Прежде чем отец успел сообщить что естественно, наследство будет передано брату, я попросила его лишь об одном – позволить мне закончить обучение и самой решить, когда выходить замуж. В таком случае я не стану претендовать на место брата. К тому же, ему все равно нужно окрепнуть, прежде чем его представят свету как нового наследника. Детская смертность была очень высокой, потому и спешить с этим не стоило.

Отец с матерью согласились и через месяц я снова вернулась в университет, оставшись в его стенах, ещё на три года. Конечно, не с полным отличием, но прекрасно для женщины, я получила образование и в семнадцать лет выпустилась как примерная ученица, которую в будущем, с радостью приглашали для получения ученой степени и дальнейшего преподавания в университете. Разумеется, понимая, что дело отца будет скорее всего отдано моему брату, я уже представляла как вернусь домой и получив согласие родителей, покину Черногорье навсегда, погрузившись в мир науки.

Однако возвращение домой, спустило меня с небес на землю. Совершенно отвыкнув от правил и законов нашего королевства, я напрочь забыла, насколько сильно у меня консервативная матушка и какое влияние она имеет на отца. Эти шесть лет обучения, чуть не улетели в трубу, когда я с порога, услышала от матушки самые страшные слова:

– Что-ж дорогая, теперь можно подумать и о замужестве.

***

За окном уже третий день подряд лило как из ведра. Со слов опытного старожилы виноградников, завтра уже должно будет выглянуть солнце, однако мне казалось, что погода, как и моя душа просто воет и ноет, и кажется, в равновесие не придет никогда. Я так яростно перелистывала страницы книги в тишине, что спустя пару минут тяжелых и недовольных вздохов матушки, отец, сидевший напротив диванчика, за свои рабочим столом и что-то писавшем, не вздохнул.

– Нора, я тебя прошу! – стянув с носа очки и повесив их на груди, тот поднял на меня взгляд. Сидя в кресле напротив стола, я, оторвавшись от книги, вопросительно вздернула брови, мол, что такое?

Матушка, сидевшая у камина, вязала какие-то башмачки, а Гарик, мой младший брат ползал на ковре перед ее ногами и что-то бормоча себе под нос, двигал игрушечных лошадок и коз по игрушечной ферме – то есть по винограднику. Приучали к работе с детства.

– Мы уже все решили и это не обсуждается!

– Это поразительно. – раздражённо усмехнулась я. – Ты ведь обещал, что я сама выберу себе жениха и то, когда буду выходить замуж! А теперь что?

– Элеонора! – недовольно повысила голос матушка, не отрываясь от вязания. – Не говори так с отцом.

– Тебе уже восемнадцатый год, Нора. Все твои ровесницы, уже давно замужем, а не которые и с детьми! Твое образование, это необходимая мера и я ни в коем случае ничего против этого не имею и не имел. Но пойми дорогая, наши правила и законы нашего королевства, говорят о том, что тебе как минимум необходимо выйти замуж! Иначе нашу семью перестанут воспринимать всерьез!

– А тебя это так волнует?

– О нас уже шепчутся что наследство, может остаться без наследника! – вставила свое слово матушка. Повернув на меня голову, та сморщилась. – Нора, ты ведь знаешь как придирчиво наше общество. Не выйдешь замуж в ближайший год, тебя потом вообще никто не возьмет в семью!

Развалившись на диване, я церемонно взвыла, роняя книгу себе на грудь и глядя в темный потолок.

– Я не хочу замуж, мама! Я учится хочу, сотню раз говорила! Меня в университете ждут, у меня такое будущее!

– Будущее в полном одиночестве, среди кипы книг?! – буркнула мать, а отец вздохнул, снова натянув на нос очки и подняв со стола лист нахмурился.

– Мы закрыли эту тему Элеонора. Обещание я сдержу, ты сама выберешь себе жениха из тех, кого я одобрю, и выйдешь замуж когда захочешь в течении этого года.

– Отец… – провыла я ещё громче. Отец резко откашлялся, скосив на меня суровый взгляд, отчего тут же пришлось сесть на диванчике по струнке и спрятать недовольство.

– Хватит Нора. Замужество, это ещё не конец света. Главное выбрать хорошего мужа, и есть вероятность что он тоже согласится на твое дальнейшее образование.

– Но прошу тебя Нора, – снова вздохнула матушка. – ты должна помнить о том, что женщина – это тень мужа. Если будешь чересчур умничать, тебя вообще никто замуж не возьмет. Учти, не родишь мне внуков, я тебе во сне является буду.

А то ты ко мне матушка, во сне не приходишь! С того момента как я ступила на землю Черногорья, только и просыпаюсь в кошмарах от того, что мать приносит мне чертову фату к платью и письмо от жениха!

– А если я не хочу быть тенью мужа? – выгнула я бровь. Со стороны матери послышался недовольный вздох, а отец только покачал головой.

Спорить с ними в принципе смысла не было, а с матушкой тем более, она понятное дело, всегда хотела для меня лучшей жизни. Именно матушка в семье, была прирожденной двойкой: она была дочерью выдающегося профессора, служившего самому королю. Отец часто говорил, что мозгами я пошла именно в своего деда, так как зачастую умничала и по сильнее отца.

Кстати, интересное замечание относительно браков с первым рангом. Во избежание путаницы и семейных распрей, мужчинам и женщинам из первого ранга было позволено выходить замуж и жениться только на детях первого ранга или – внимание! – на старших детях в семьях двоек. На остальных стоял полный запрет, нарушение которого приводило к тому, что статус первого ранга отменялся. Кстати, именно поэтому в семьях первого ранга было позволено иметь только двоих детей. Аргументировалось это просто – первый наследник, второй запас на случай смерти первого. Однако если второй ребенок первого ранга, не создавал семью с такой же единицей, то ему автоматически присваивался статус двойки. Таким образом с самого основания Черногорья, среди аристократии так и получилось не много, всего то двадцать семей.

Аристократы просто не рожали без необходимости больше, чем одного ребенка. Королевской семье в этом плане, ограничений не ставили, однако в принципе они и не требовались. На протяжении многих веков, первыми и единственными детьми были мальчики.

– Завтра вечером, дорогая, как ты помнишь состоится званый ужин в поместье князя Воронских. Будет небольшой праздник в честь дня рождения их сына, завтра ему исполняется тридцать лет. Какой-никакой юбилей, и нас, естественно, не могли не пригласить. К тому же, весть о твоем возвращении разве что до четверок не дошла. Я очень хочу чтобы ты с ним, моя дорогая, познакомилась.

– С князем? – не поняла я, лениво повернув голову на матушку.

– Да нет же! С его сыном! – матушка покачала головой, откладывая шитье в сторону и вставая наконец-таки с кресла. – Ох Нора, ты сегодня плохо соображаешь! – всплеснув руками та приблизилась к диванчику, на котором я сидела и пригладив юбки протянула, глядя куда-то в сторону окон. – Их сын, князь Георгий Воронских. Прекрасный мужчина, начальник королевской стражи! А его старший брат главный военачальник королевства! Такие связи нам просто необходимы.

– Зачем?! – изумилась я, лениво переводя взгляд с матери на отца. – Мы и так вторые после королевской семьи, по известности.

– Не это важно, Нора! – всплеснула руками матушка и протянула в восторге. – Он прекрасная партия для тебя, ранг позволяет! Да и такая удача – вы почти одного возраста!

– Ему тридцать лет! – выдохнула я. – Я его и в глаза то никогда не видела!

– Видела. – кивнула отец и на мое изумление, выдохнул. – Семь лет назад. На том самом, званом ужине.

– Я о нем и забыла уже… – сморщила я лицо, не много привирая. Такое ведь фиг забудешь, и чем ближе был выход в свет, тем сильнее становилось не по себе. Аристократов в королевстве не так и много, и уверена историю обо мне, помнят многие, если не все.

– Именно поэтому нас и пригласили на этот ужин. Ты тогда была маленькой и мало кого помнишь, да и он был слишком молод для женитьбы. А теперь познакомитесь заново, глядишь и приглянетесь друг другу. А там и до свадьбы не далеко…

– А если не приглянемся? Я вроде сама должна жениха выбрать, или нет? По-моему, за меня уже все решили…

– Разговор на этом закончится, дорогая. От одного разговора с князем ты точно не помрешь. Иди в свою комнату и готовься – скоро подъедет швея чтобы снять с тебя мерки и подогнать готовое платье, под твою фигуру. Кажется с каждым днем ты все худее и худее.

Оставаться в этом зале не было ни сил, ни желания, потому после просьбы матушки идти ждать швею, я улетела в комнату на крыльях ветра и злости. Пока до нас добиралась швея, я нарезала по комнате круги бормоча себе под нос стишки на французском и считалочки чтобы успокоится. Когда же пожилая женщина со строгим взглядом, знакомая мне с самого детства попросила меня встать на пуфик перед зеркалами для итоговой примерки, я призадумалась, глядя на свое отражение.

Князь. Звучит очень красиво и как-то даже романтично.

Пока швея закалывала булавки на моей достаточно тонкой для аристократии талии, я опустила ладони на ключицу и провела пальцами по вышитому шикарными узорами лифу. Оглядев свое платье в зеркало, уходящее к полу, я перевела взгляд на место воображаемого князя. Отчего-о мне представлялся высокий, подтянутый мужчина в мундире, с веселыми усами и саблей на поясе.

По крайней мере именно так князья и описывались в книгах о прекрасных героях и их принцесс. Уверена об этом мечтает каждая девушка первого или последнего ранга.

Может быть этот князь действительно не так уж и плох? Подумаешь разница в возрасте почти тринадцать лет… У родителей чуть меньше, десять, и ничего, живут счастливо. Хоть у них тоже был брак по расчету, но я еще ни разу не слышала ни от кого из них и слова о сожалении. Может быть как родителям, им действительно лучше видно кто мне действительно сойдет в мужья?

Нет, замуж я, конечно, когда то и хочу, да и вдруг князю удастся меня чем-то зацепить? Интересно как он относится к женщинам с образованием? А если он меня поддержит?

Промелькнувшая в душе надежда заставила меня улыбнутся. В первые в жизни, я с матушкой согласна. От одного знакомства с ним, я не умру.

Глава 2

Почему нет такой способности, превращать жидкость в бокале, во что угодно? В данной ситуации это было бы очень на руку. Превратила бы напиток в бокале, в виски или коньяк…или в яд, например.

Выпила бы не задумываясь.

Князь. Даже если закрыть глаза на его возраст, который ну никак не подходил к его внешности, смущало другое…Его рост. Он был настолько маленьким, что едва доставал мне до плеча, и в простонародье как говориться, дышал мне в пупок. Это ещё при том, что я сама по себе не очень-то и высокая! Мечты о прекрасном князе, из книг которыми я зачитывалась в детстве – разбились в дребезги, при виде моего…будущего избранника. При недостатке роста, Георгий так же имел огромное пузо, не менее огромные, пухлые щечки и хрюкал каждый раз когда над чем-то сильно смеялся и не мог отдышаться.

Сначала я решила, что это все шутка, но потом вспомнила что мои родители в принципе не просто шуток не любят – они их не переваривают. В момент же когда они при приветствии поклонились ему, я застыла как вкопанная. И это моя мать считает для меня прекрасной партией и отличным мужчиной? Любопытно что тогда в ее понятии, представляет собой значение слова «урод».

Получив от матушки локтем в бок, и придя в себя я спешно следом за родителями склонила голову в приветствии, краем глаза оглядывая помещение в поисках запасных выходов. Может сбежать пока не поздно?

– Что за чудный и юный цветок, в нашем доме! – князь видимо сделал мне комплимент, потому что матушка расхохоталась, махнув на него рукой, но этого я не заметила. Голос мужчины был настолько неприятен что я буквально потеряла дар речи.

Бляха муха, да это не жених, а кошмар!

– Благодарю. – улыбаясь как можно скромнее по урокам мамы, я спешно вытянула ладонь из его потной ладони и вздохнула, закатывая глаза. Я честно старалась делать вид что разглядываю потолок и люстры, но чувствую все и так все поймут.

– Она у нас стеснительная, на таких приемах не часто бывает. – улыбнулась матушка, скосив взгляд в мою сторону, когда я начала поправлять юбки платья. Хотя на самом деле я всеми силами старалась стереть с ладоней его пот. Черт, надо было перчатки надеть!

– Понимаю. Я тоже не люблю столь пышные приемы. Большое количество народу мне не по душе, но что поделать, надо так надо. – князь улыбнулся моей матушке и кивнул моему отцу. – Позволите?

Ебона вошь, вот это театр. Не терпишь общество, устроил бы тихий ужин в кругу семьи, а не звал бы сюда все королевство! Этикет это позволяет.

– Конечно. Надеемся в компании нашей Элеоноры, вам будет спокойней. – отец же подставил локоть матушке и едва заметно, но с улыбкой, кивнул мне. Стараясь делать более милое выражение лица, я посмотрела на князя в ожидании его дальнейших выкидонов. Вот если он сейчас хрюкнет ко всему прочему, я ну никак не удивлюсь.

– Элеонора, дорогая. Составите мне компанию, на прогулке по саду? Гости только съезжаются, у нас будет немного времени, получше узнать друг друга.

– С радостью. – слегка тормознуто протянула я, провожая взглядом матушку. Глаза пробежались по действительно ещё полупустому залу. Дом у князя надо признаться был значительно больше нашего, и по размерам он уступал, наверное, только королевскому, но даже так впечатлял.

Жил князь на правом берегу Тихой бухты, тогда как замок короля находился точно по центру. Наш же дом, стоял где-то посередине и намного выше, в горах, почти у самого подножья виноградников занимавшую добрую часть склонов. Дом князя, как и королевский дворец, был разделен на две части – одна была исключительно для домашних жильцов и слуг, куда нога гостей никогда и не ступала, а вот другая ее часть была как раз таки для гостей.

Вход в это шикарное поместье вел через центральный дом, который был сквозным. Однако второй выход на время приемов закрывался, как и жилое крыло дома и гости, прямо с порога, попадали по не большому коридору, в лево, сразу в огромный зал. В отличии от остальной части дома, здесь второй этаж отсутствовал и был просто большой бальный зал. Конечно, с королевским не сравнится, там-то, наверное, этажей пять, при желании и звезды можно под потолком увидеть. Но видимо князь очень уж хотел такой же роскоши, что изобразил нечто похожее.

С высоких потолков вдоль стен свисали огромные шторы темно-бордового цвета, стены были выкрашены под золото и расписаны причудливыми узорами. Под потолком висели огромные хрустальные люстры и в какой-то момент, у меня мелькнула мысль что слугам, наверное, чертовски тяжело намывать такую махину каждый раз. А приемы как я слышала от своих служанок, тот устраивает довольно часто – чуть-ли не каждые выходные.

Сейчас в зале, в специально отведенном месте музыканты играли веселую музыку для разогрева и атмосферы. В зал входили и входили гости, мимо носились слуги и сновали местные официанты. Вдоль правой от входа стены, стояли длинные столы, буквально ломящиеся от изобилия еды. Каждые пару метров стояли официанты и разливали по фужерам наши вина, их тут же подхватывали на подносы и уносили в толпу.

Вдоль левой стены от входа стояли стулья и диванчики, на которых можно было отдохнуть и посидеть во время танцев. Их я знаю, по количеству около тридцати.

С ума сойти и не выйти, знаю.

Кивая каждому встречному гостю, в знак приветствия князь потянул меня в сторону главного выхода из этого зала, в сад. При нашем приближении, стража спешно распахнула двери, и князь улыбнулся, указывая ручонкой в глубь рощицы. Сад был действительно большой и полный разнообразных растений. Извилистые тропинки освещались факелами, а на изогнутых скамейках лежали подушки для утепления. Хотя, например мне в такой пышной пачке, и без подушек было бы и тепло и мягко.

Так как шел самый жаркий месяц, матушка решила не просто отличится, а кажется с блеском представить меня всему высшему свету. Естественно, графская дочка уже невеста на выданье, и её видели от силы два раза, именно потому для меня ещё за месяц было на заказ вышито шикарное зеленое платье. Учитывая, что сама по себе я смуглая и кудрявая, платье сидело на мне после окончательной примерки, как влитое.

Не скрывая восторга, матушка сказала, что я выгляжу на много симпатичней будущей королевы, которая не ленится выходить в свет при любом удобном случае, чтобы блеснуть королевским перстнем на пальчике, тем самым показывая кому та сосватана. Само платье было насыщенного зеленого цвета, вышитое блестящими лентами и камнями. При свете свечей и факелов в саду оно просто прекрасно переливалось, а редкие бабочки на юбках платья, казалось, словно живые и машут крыльями.

Волосы мне закололи каскадом и воткнули пару шпилек с почти прозрачными бабочками. Как сказала матушка, моду диктует высший свет, а так как с её слов есть огромная вероятность породнится с князем, все должны понять, что лучше меня никто кроме королевы, не одевается.

Ну да, ну да…

– Вы просто восхитительны. Мне говорили, что с вашей красотой мало кто может сравнится, но признаться честно я впечатлен. Вы такая утонченная и высокая…

– Благодарю, Ваше Высочество. – улыбнулась я. Мужчина, повернув на меня голову, едва заметно подмигнул.

– Для вас просто, Георгий.

Оказавшись в саду, мы свернули по тропе к ближайшей скамейке. Чтобы хоть как-то поддержать разговор и не слушать тишину, я набрала в грудь воздуха, запнувшись и не зная с чего начать хоть какой то разговор. Замялась на мгновение, и надув щеки выдохнула первое что пришло в голову.

– У вас прекрасный дом, Георгий.

– О, благодарю. Надеюсь, в скором времени он станет и вашим.

Ой-ё…лучше бы молчала. От него это звучит как угроза. Кажется за место улыбки, на моем лице появился больше оскал, потому что официант проходивший рядом как-то резко тормознул, стремительно пряча взгляд и не зная куда деться. Князь же, не довольно рыкнув на парня не мешаться под ногами, подхватил с его подноса два фужера, и протянул один мне.

Выхватив напиток из его руки, я, не дожидаясь его приглашения присесть, плюхнулась на скамью расправляя свои юбки. Отчего-то в груди разрасталось напряжение и какая-то нервозность – наверное, от осознания что приближался час икс, в плане его взглядов на семью и женское образование.

Мое молчание мужчина истолковал по-своему, и видно ухмылку на лице, принял за радость. Наблюдая как я потягиваю вино из фужера, он осторожно присел на скамью, рядышком со мной.

– Мы оба дорогая, понимаем как этот союз важен для наших семей. К тому же мне пора остепенится, да и вы я слышал уже невеста на выданье.

– Да, вы правы. – не зная, как реагировать на и без его подсказок, известные и очевидные мне вещи, я снова отпила вино. Красное полусладкое, трехлетней выдержки. Вино меня научили различать с самого детства, и я могла с легкостью и без заминки сказать какое вино, когда было сделано, где собрано и что помимо винограда из специй в него добавляли.

– Слышал вы недавно вернулись из другого королевства. Ходят много разных предположений, какова была цель вашего столь долгого отъезда с Черногорья, но официально никто и ничего так и не подтвердил или опроверг…

– Как вы относитесь к детям, Георгий? – я решила сменить тему прекрасно зная, что скажи я лишнее слово и каким бы князь не был аристократом, слухи поползут даже от него. Что уж говорить о слугах, стоявших в саду на каждом метре и уверена, уже навострившие уши.

Георгий осекся видимо не ожидавший того, что я так резко сменю тему, да ещё и на то, что его явно интересует больше причин моего отсутствия. Раскрыв свои маленькие глазки, которые терялись в щечках из-за размеров последних, тот улыбнулся и внезапно, начал заливаться румянцем. Мои глаза даже распахнулись от увиденного. Сейчас он как никогда раньше, походил на хрюшку!

– Прекрасно, Элеонора. В моем возрасте как раз пора задуматься о наследниках. Да и вам я полагаю, тоже хочется уже услышать топот детских ножек?

– Разумеется. – я скривилась в улыбке, хватаясь второй рукой за ножку фужера, так как краем глаза заметила, что тот свободную ручонку тянет ко мне. Видимо тот хотел подержать меня за руку, но нет, мне такой радости пока не нужно.

Растерянно махнув рукой в воздухе, тот облизал видно от волнения пересохшие губы и поспешил осушить фужер заметив, как и я после своих слов пригубила. Однако в отличии от князя и уверена многих других, пить я умела и прекрасно знала, как растягивать даже пол фужера на целый вечер.

Опыт не пропьешь.

– Согласна с вами, дети, это очень… мило. Я люблю детей. Ещё я люблю музыку, танцы и книги. – улыбнулась я, заговаривая ему зубы. Не сводя с меня глаз тот от чего-то спешно потягивал вино из фужера, словно я могла его отобрать. – А вот вы князь, как считаете, женщинам нужно образование?

– Зачем? – глаза мужчины на миг округлились. Отстранив фужер от лица, тот как-то радушно усмехнулся. – Чтобы сосчитать детей, достаточно знать числа до пяти. К тому же при появлении наследника, дорогая Элеонора, боюсь все время будет уходить только на его воспитание. Какое уж тут образование, вы согласны?

Последний кусок надежды разглядеть в нем хоть что-то, с треском порвался. Нет, больше видеть и слышать это создание, у меня нет ни малейшего желания.

– Конечно. – губы дрогнули, но улыбка в оскале осталась. – Вы абсолютно правы.

Вечер уже начинается паршиво, остается надеется, что остальные претенденты, которых одобрили мои родители, и которые должны так же явится на данное мероприятие, заинтересуют меня куда больше.

Что ещё говорил князь, я слушала в пол уха, почти не говорила и задавала лишь больше наводящих вопросов. Кажется, речь шла о его владениях, количестве лошадей которых он разводил и их породе. Меня они не особо волновали, я вообще лошадей не люблю. Лучше пешком, чем на этих громадных животных залезать, да ещё и как-то держаться.

Сколько он трещал, я не знала. Уйти я не могла, все-таки это князь и такой поступок, считался бы дурным тоном. Да и матушка потом с меня живой не слезет, а потому общество этой прямо говоря свиньи, пришлось терпеть сквозь зубы. Со стороны зала уже доносилась довольно громкая музыка и нарастающий гул гостей. Кажется их уже прибыло достаточно много, так как разговоры и смех доносились даже до сада.

Заметила это, видно не только я, потому что князь, в какой-то момент прервал свою болтовню и посмотрев куда-то поверх моего плеча, ойкнул.

– Элеонора, дорогая. Гости, вероятно, уже собрались. Позвольте проводить вас в зал и представить как мою главную гостью? – не глядя тот махнул рукой призывая выросшего из не откуда официанта и вручив тому свой фужер, встал по стойке смирно, поправляя подол мундира.

– Вы знаете, Георгий. – включив все свое обаяние, я улыбнулась не спеша вставать со скамьи и даже в сидячем положении, глядя на того почти вровень. – Надеюсь вы не станете возражать, если я немного задержусь. У вас такой чудесный сад, очень хочу прогуляться.

– Но прием сейчас начнется, и вы одна…

– Я успею вовремя, да и я не одна. Тут кругом много слуг. – махнула я рукой себе за спину, получая слегка заторможенный, согласный кивок.

– Ну хорошо. – с явной неохотой, но мужчина согласился, все же получив в свою ладонь мою кисть и по этикету, едва коснулся губами моего запястья. – Прошу меня простить, я должен поприветствовать гостей. Не задерживайтесь и поскорее приходите. Сегодня я надеюсь, в моем доме побывают ещё одни важные гости, с которыми, я уверен, вы захотите познакомится.

Я кивнула на его слова, и когда спина мужчины стремительно отдалилась в сторону шумного зала, я тут же спрятала улыбку, переведя взгляд в сторону уходящего ещё дальше сада. Н-да, не мужчина, а сплошная сказка. С уклоном в ужасы. Ну что мама нашла в нем привлекательного? Статус? Неужели он того стоит?

Отчаиваться я, конечно, не собираюсь, вечер только начинался. Ну не может мне так повезти что все кандидаты, выбранные родителями, мне будут противны! Черт, и ведь даже не с кем поговорить! Обе мои близкие подруги остались в Солнечногорске, где, собственно, и был университет. Они-то местные и им далеко уезжать не пришлось, но письма до них будут идти через чур долго, я за это время уже действительно замуж выйду. Гувернантка, которая за все эти годы мне уже стала как родная, сейчас была отпущена к своей семье. Вот и получается, что из всех, с кем я могла спокойно поговорить, рядом не было никого. Опустив взгляд на фужер в руках, я со вздохом покачала вино в разные стороны.

Вроде дома, но как будто в гостях.

С зала послышались аплодисменты, видимо князь произнес приветственную речь. В зал в любом случае придется возвращаться, потому что иначе родители с меня живой потом не слезут.

Мотнув головой официанту, который подставил поднос для фужера, я спешно двинулась в сторону зала. Без вина этот вечер не пережить, так что прощаться с напитком, я не планировала. Сейчас будет то, что мне снилось в кошмарах последние пару лет. Меня снова, представят свету.

Надеюсь, хотя бы никто не вспомнит мое детство, за которое мне до сих пор стыдно.

Слуги держали двери открытыми, так как в саду находилось ещё пара гостей, которых я, оставив незамеченными, пропустила мимо глаз направляясь в зал. Однако кажется один из гостей, стоявший у дверей и что-то увлеченно рассматривавший при свете стоявшего рядом с ним факела, тоже меня не заметил. Что-то не довольно рыкнув на кажется французском, тот взмахнул рукой с бумажкой в сторону и сделав шаг назад, резко развернулся в сторону тропинки ведущей в зал. То есть в мою сторону.

Я бы прошла мимо, точнее пролетела, если бы не объемы моего платья и его длина, на которую незнакомец конечно же наступил. Эмоции, мелькнувшие на его лице, сказали сами за себя – удивление что земля движется, осознание предстоящего падения и ужас от увиденного вина в моих руках. Я-же не успев затормозить, но заметив внезапно повернувшегося на меня незнакомца, попыталась отшатнуться в сторону. Однако из-за того, что тот наступил на мое платье, я споткнулась пятками о подол многочисленных юбок и взмахнула руками стараясь удержать равновесие, но теряя его и заваливаясь на спину.

Мужчина, осознавая происходящее потянул ко мне руку и схватил за пояс, однако так же потерял равновесие, попутно сморщившись от выплеснутого в него вина.

– Дьявол!

Кажется, он попытался смягчить мое падение потянув на себя, и первым завалится на бок дабы принять мой вес, но запутавшись в юбках и потеряв ориентиры от вина на лице, грохнулся рядом. Я-же заехав локтем кажется ему по уху охнула, свалившись с тропинки на какой-то куст. С боку сразу же, послышался стон и копошение, слуги уже летели к нам на помощь, но я, не довольно отмахнувшись от руки незнакомца на своем поясе, рыкнула понимая, что тот пытается, но никак не может выпутать свои ноги из подола моего платья.

– Черт побери, не двигайтесь ради Бога! – отпихнув его руку, которая у него не естественно вывернулась от чего тот, кажется, снова ругнулся, я схватилась за протянутую слугой ладонь.

– Поверьте, даже в мыслях не было… – хрипнул мужчина, опустив руку к кусту и самостоятельно, покачиваясь привстал на колени. Один из слуг поставил меня на ноги, а второй уже распутывал низ моего платья. Мужчина-же встав с земли, развел руки в стороны, с изумлением и вперемешку с ужасом, оглядывая залитый вином, перекошенный от падения и измазанный от грязи, мундир.

– Вы целы? – не понятно кому именно был адресован вопрос, от выросшего рядом с нами молодого солдата, однако я, опустив взгляд на платье, на мгновение зависла и сжимая губы, прикрыла глаза.

Не слыханная удача.

– Вы что, ослепли? – вложив в вопрос всё раздражение какое было, я распахнула глаза, не дав сказать и слова мужчине, который уже было открыл рот в мою сторону. Подняв на него взгляд и быстро пробежавшись по его прикиду, я выгнула бровь, не найдя на нем никаких отличительных знаков. Советник что ли?

– Простите? – хрипло переспросил мужчина. – Это вы мне? – и указал оттопыренной рукой, на себя.

– А разве не вы меня сбили? – шикнула я указывая на огромное пятно от вина, и слегка склонила голову на бок. – Внимательнее быть нужно, уважаемый. Прием, это не место для работы! – махнула я на клочок бумаги в его руке. Кажется, при падении тот не выпустил лист, а сжал его, от чего естественно при падении тот смялся и кажется, был порван.

Двое слуг кинувшиеся нам на помощь, закончив с моим платьем протягивали мужчине платки, а молодой солдат, подняв руку и указывая на меня беззвучно хлопнул ртом.

Только теперь я заметила, что он был достаточно высоким, наверное, на голову выше меня точно. На голове у него были аккуратно уложенные на бок темные волосы, под пышными ресницами, пронизывающий взгляд зеленых глаз, тонкие губы, сжатые в полоску, нос горбинкой который, точно был бы не привлекателен среди женщин. Четко выраженные скулы и родинка почти под самым глазом. Синий китель, который сейчас выглядел крайне плачевно, ремень и меч на поясе. Конечно, сейчас уже все перешли на ружья, но холодное оружие на приемах, было своего рода, традицией.

Кинув растерянный взгляд на бумажку в своей руке, тот поднял ладонь, кажется, останавливая солдата стоявшего рядом, от каких-то слов и перебивая его.

– Я приношу свои извинения, я виноват, позвольте… – его рука метнулась к нагрудному карману извлекая на свет платок.

Пропитанный в вине.

– Не стоит. – оттопырив руку в его сторону и кажется снова к его изумлению, остановив его я кивнула, опустив взгляд на безнадежно испорченное платье. Жалко, но определенно, это судьба. – Вы тоже простите, я не заметила вас. А, и… спасибо.

Вместо положенного поклона, я лишь слегка кивнула и развернувшись, спешно двинулась в обход, махнув одному из слуг, проводить меня к карете.

Мужчина с солдатом изумленно переглянулись, смотря мне в след с открытыми ртами.

– И кто это был?

– Не знаю, впервые вижу. – пожав плечами, протянул солдат. Опустив на него взгляд, мужчина нервно выгнул бровь, с нажимом в голосе, выдыхая.

– Ну так узнай.

– А что? Платье ей застирать хотите?

Слуга проводил меня к главному выходу, в обход зала. Светить на людях своим прикидом не хотелось, но, честно говоря, эта ситуация даже забавляла, как бы кстати она не была. Повторение истории, меня просто веселило. Конечно, тогда были пирожные, и за мной гнались, но уверена теперь меня точно все вспомнят.

У главного входа, мне почти сразу вынесли накидку прикрыть испачканный наряд. Матушка князя, которая все ещё принимала гостей у входа, при виде меня взмахнула руками и заохала, пытаясь выяснить что же произошло. Я же с легкостью разыграв великое огорчение и отмахиваясь что страшно устала и кажется, для меня это шок и расстройство, извинилась что так скоро уезжаю.

Как женщина она, естественно, меня поняла или сделала вид что поняла и сочувствует испорченному настроению и вечеру. Пообещав известить моих родителей и в качестве утешения, выслать какой-то особый, испечённый по ее личному рецепту торт, та проводила меня до их кареты, так как наша естественно вернулась в поместье и помахала на дорожку.

Только когда карета двинулась с места, я наконец смогла облегченно выдохнуть. Не знаю, что там с остальными претендентами на мое сердце и руку, но, честно говоря, даже думать о них не хочется. Почему-то я уверена, что мама и сам князь уже в восторге от нашего знакомства и новость о предложении, не заставит себя долго ждать.

Уперевшись локтем в край окошка, я прикусила губу и потерла пальцы ладоней словно перебирала листы бумаги. Нет, за такую свинью я замуж не пойду. Это как надо себя не уважать, чтобы на столько себя запустить? Почему все находят его привлекательным женихом, если у него из привлекательного только деньги и статус?

С другой стороны, мне, конечно, не понять. Однажды у нас с гувернанткой зашел разговор о женихах, и та с улыбкой заметила, что аристократкам в выборе женихов намного проще. Потому что у двоек, не то, что у первых точно найдется что предложить невесте, в то время как свадьбы в остальных рангах порой проходят просто на симпатии. Для меня это было не понятно, потому что я считаю, что семью нужно заводить имея хоть что-то за душой. Немного денег, какое-то жилье и работу.

Но и я-то родилась в далеко не бедной семье, потому слово нужда мне просто незнакомо, и как сказала моя гувернантка, не приведи Бог, мне узнать, что это такое. Возможно князь, каким-бы не был уродом в моих глазах, был чьей-то недосягаемой мечтой у кого-то из троек и четверок. Мне ли, как говорится, жаловаться. Но черт, почему именно он?!

Карета покинула поместье, и освещенная улица погрузилась в полумрак. Упряжка лошадей у князя была внушительная – четыре породистых коня, причем явно очень дорогих и любимых, выглядели просто потрясающе. Двое лакеев, извозчик и четыре стражника которых дали мне в дорогу, в полном молчании восседали на позолоченной карете и только изредка о чем-то переговаривались.

Рассматривать пейзаж в окне, оказалось не таким уж и скучным занятием. Поразительно, родилась и выросла в этом королевстве, но из-за шести лет отсутствия, словно впервые вижу такую красоту. За редкими домами, вниз по склону открывался прекрасный вид на ночной город, залитый огнями. На небе были только редкие темные облака и огромная луна. Вода в бухте была спокойной и можно было при свете луны видеть, как она переливается лунной тропой и качает на маленьких волнах огромные корабли.

Наверное, там весело, уж намного веселее этих скучных приемов князя. Там то речь только о лошадях, винах и том, кто кого обыграл в карты. Когда мы с гувернанткой жили в Солнечногорске, в выходные, дабы не сидеть в стенах общежития университета, мы переодевались в простые платья и как тетушка с племянницей, гуляли по городу. Мне это нравилось – все постоянно что-то делают, шумят и бегают. На рынке всегда шумно и интересно от разнообразия товаров, вещей и животных, новых лиц путешественников. А по вечерам на главной площади Солнечногорска часто устраивались уличные представления и танцы, небольшие праздники, где веселился простой народ.

Я очень скучала по тем простым временам, когда на меня смотрели ни как на аристократку или дочку богатого человека, а как на простую и красивую девушку. Однажды один продавец хлеба, к которому мы с гувернанткой часто заглядывали, поинтересовался у меня не подыскиваю ли я себе мужа? У него сын как раз жених, и по хозяйству все может и работает усердно и лицом не урод. Видела его разок, и вправду симпатичный.

Может надо было тогда сбежать к этому пекарю? Уверена он меня бы принял с распростертыми объятиями, на меня и так пол рынка оглядывалось. Даже в простой одежде.

В голове мелькнула мысль: а что, если бросить всё и сбежать?

– Да ну, хреновая эта идея. – сама себе буркнула я, теребя в руках конец веревочки от плаща. Повернув голову в сторону другого окна, я снова прикусила губу в сомнениях покачиваясь от тряски на камнях кареты. Собственных сбережений у меня хватит на то, чтобы выехать в Солнечногорск и оплатить свое обучение, которое я ещё хочу получить. К бабушке не пойти – выдаст. Перекантоваться можно у Лилии, у нее большое поместье и хорошая семья, та как-то намекала мне, что если родители меня не отпустят, я могу сбежать, и их семья с радостью меня примет. Её брат помню даже сватался ко мне разок, и он то как раз и не против образования женщин.

Надо подумать. Они, конечно, не высшая аристократия, но и мне их королевство больше нравится. Там и правила проще и законы мягче. Даже нет этого ужасного разделения на ранги…

Карету резко повело, а лошади громко заржали. Вынырнув и своих мыслей, я охнула, расставив руки в стороны чтобы удержаться в сидячем положении и не свалится на пол от резкого торможения. Не успев понять, что так резко могло остановить карету, я взвизгнула, выставляя руки вперед и чуть ли не впечаталась носом в переднюю скамью, все же слетев со своего места.

С улицы донёсся свист и испуганное ржание лошадей. Топот множества ног, чьи-то крики и звуки падения чего-то тяжелого, и только потом до меня дошло что это были тела. Не успела я подняться с пола, как двери кареты сразу с обеих сторон распахнулись и я, подняв взгляд в ужасе посмотрела на незнакомцев.

Бандиты. Настоящие бандиты.

При моем возвращении, отец только раз и вскользь упомянул о том, что с недавних пор в окрестностях появилась какая-то банда малолеток, которые как он выразился, тащат все что ни попадя. Королевская стража пытается их выследить и поймать, однако пока что ни одного из этой банды не нашли. Действовали они крайне аккуратно, тщательно планируя свои набеги, нападали обычно в темноту или ближе к ночи. Обкрадывали в основном повозки с едой, животными. Очень редко, но нападали и на кареты с аристократами. Правда ничего толком и не брали, кроме денег.

Одно радовало – отец не говорил об убийствах, только упомянул что свидетелей они обычно усыпляют. Значит стражу и лакеев, чьи пятки я видела на земле позади остолбеневших силуэтов бандитов, они не убили, и меня возможно не тронут.

С одной стороны их было трое – явно мужчины не понятного мне возраста, в широких шляпах скрывающих волосы и почти всю шею. На лицах платки были повязаны так что выглядывали разве что глаза, даже рот был прикрыт. Какие-то убитые от времени и грязи рубашки с длинными рукавами и перчатки кажется для шахтеров. Видела пару раз у печника, который привозил в наш дом уголь.

На поясах ремни с мечами, там же висели веревки, какие-то мешки с мелочью, пара ножей и огромный мачете. За плечом у одного, самого первого сунувшегося в салон кареты, висел даже не большой арбалет. Рискну предположить, что с дротиками снотворного.

Ещё двое, одетые так же, как и эти трое замерли с другой стороны дверцы, после чего мы смотря друг на друга, одновременно не на долго зависли. Главный, который первый заглянул, резко отмер окидывая меня и мое платье изумленным взглядом, резко дернулся в мою сторону заглядывая в карету и оглядываясь, словно кого-то ещё искал.

– Дьявол! – гаркнул тот в бешенстве. Уперевшись одним коленом в пол, тот одной ладонью оперся о край сиденья, в которое я влетела, а второй в пол и посмотрел на меня. – Ты кто мать твою?!

– Что? – то, что он сказал, я вообще не услышала. От ужаса сердце слишком сильно стучало в ушах, от чего я лишь видела, как шевелятся ткань на его лице. Продолжая сидеть на полу кареты, и прижимая к груди плащ, будто он мог меня защитить, я вздрогнула, когда бандит гаркнул на меня, махнув рукой, куда-то в сторону.

– Где блять князь?!

– Его нет! – разочарованно вскликнул один из двух, что распахнули вторую дверь. Со стоном отстранившись от кареты, тот схаркнул, захлопывая дверь с размаху. – Сукин сын!

– Почему ты в его карете?! – снова гаркнул мужчина. От страха, сковавшего моё тело, я была не в состоянии связать и пары слов и лишь громко икнула, разверзая тишину, повисшую в карте, и за спиной этого мужчины.

Изумление в глазах главаря сменилась на злость, когда за его спиной послышался чей-то окрик и один из двух парней рявкнул.

– Стража! Валим!

Главарь обернулся на сказавшего это бандита и снова перевёл на меня взгляд. Его глаза пробежались по моей прическе, прикиду и видимо подумав, что с меня нечего взять тот смачно ругнувшись, скомандовал остальным:

– Валим. Живей идиоты! – напоследок кинув на меня странный взгляд, тот ловко выскочил из кареты и всё-таки обернулся, делая издевательский полупоклон. – Приносим извинения, за вынужденную остановку.

Мгновение спустя, он вместе с остальной бандой, буквально растворился в чаще леса, в стороне гор. Хлопнув ртом, я нервно огляделась в полной тишине.

Н-да, вот это я понимаю вечерочек, блин.

Глава 3

Я не успела до конца прийти в себя, когда из темноты дороги, откуда мы приехали, появилась стража, да ещё и в огромном количестве, как мне показалось. Около нас они оказались буквально через пару минут как банда скрылась в лесу. Гремя ружьями и мечами на поясах, пришпоривая лошадей затормозили около нас. Я почти подскочила на месте от повторного испуга, когда один из них, с ходу спрыгнув с коня, кинулся проверять меня.

– Ваша Светлость! Вы целы?

Отмахнувшись от его громкого и через чур резкого голоса, я закивала, не спуская глаз с леса куда сейчас гуськом, спрыгнув с лошадей ринулась стража, вероятно собираясь догнать беглецов. Но я почему-то уверена, у них этого не выйдет. Лакеев и горе охрану тут же кинулись приводить в чувство, а главный стражник, что полез ко мне с вопросами уже что-то кричал своим людям, размахивая руками в разные стороны.

Когда с указаниями было закончено, тот убедился, что я встала с пола и осторожно предложил вернуться в поместье князя.

– Его Высочеству скоро передадут о случившемся. Пока вы не далеко, может быть, вернетесь…

– Нет. Пол пути уже проехали. – я спешно покачала головой и постаралась мягко улыбнуться, заметив, что тот сильно напряжен. Уверена за то, что те не поймали и не поймают ни одного из банды, ему не хило прилетит. – Будьте добры сопроводить меня до самого дома. Боюсь, что ещё не много и я упаду в обморок.

К потрясениям я устойчива, так что обморок мне не грозит. Однако нагнать паники для правдоподобности слухов, было просто необходимо. Черт, это нападение мне только на руку! Одна история перекроет другую, а с этим нападением я могу разыграть перед родителями драму и оттянуть решение о замужестве и обдумать свою недавнюю идею!

Кажется главный стражник, согласившийся немедленно проводить меня до поместья, был удивлен заметив ехидную улыбку на моем лице, когда закрывал дверцу.

Карета двинулась почти сразу же – новой охраны было больше, а тех, что в отключке на носилках унесли в обратную сторону от дороги. Вероятно, обратно в поместье. Уж не знаю как быстро князю и моим родителям сообщат о случившемся, но уверена шуму поднимут и завтра, однозначно надо будет ждать гостей. Но вот что странно…

– Стража появилась так быстро… Как они узнали, что на нас напали, если те не стреляли и не кричали? – пробормотала я себе под нос. Нахмурившись, я кинула взгляд в окно, словно могла в темноте леса что-то разглядеть. – И грабители не грабители. Ничего не взяли.

Распахнув руки в стороны, я осмотрела свой плащ, прикрывающий грудь, но совершенно не скрывающий дорогое колье на шее. На самом же плаще висела ярко зеленая золотая брошь с гербом семьи, которая вообще-то стоит как пара хороших и здоровых лошадей. Бандит не слепой и даже при свете луны, такие украшения не мог не увидеть. Но почему они ничего не взяли? Им разве не нужны деньги? А может им нужен их хозяин? Они явно искали князя и очень огорчились, что нашли только меня. Черт, да что происходит? Эта свинья и врагами обзавелась?

Карету качнуло на кочках и схватившись ладонью за стенку, я не сдержавшись в голос фыркнула. С такой внешностью, деньгами и манерами, я бы удивилась если бы было иначе.

***

В поместье меня уже встречала, кажется вся прислуга. Люси, моя самая любимая и, пожалуй, единственная служанка, которую я знала с детства и которая была приставлена именно ко мне, кинулась к карете не успела я и к двери приблизится.

– Госпожа! Боги, как же так! – запричитала девушка, отходя в сторону, когда стражник, тихо извинившись подвинул ее в бок протягивая мне руку для помощи. Управляющий махнул рукой слугам и те скрылись в доме видимо набирать ванную и готовить для меня ужин. Из-за угла выглядывали другие любопытные слуги, а пожилой дворецкий, который принимал гостей и всегда открывал им ворота сейчас крайне изумленно стоял в стороне всплеснув руками.

– Люси, пожалуйста, успокойся. – спрыгнув на землю я с улыбкой поправила платье кивая в знак благодарности стражнику. – Ты паникуешь сильнее меня.

– Где такое видано, чтобы на княжью карету нападали какие-то отморозки?! Столько стражи то! – причитал дворецкий. Его глаза через чур сильно округлились, а вена на лбу вздулась, кажется, от волнения или действительно сильного беспокойства. Подняв перед ним ладонь, чтобы остановить его я усмехнулась.

– Они тоже не ожидали там увидеть меня, я совсем не пострадала. Не много испугалась только, но всё хорошо. Вам давно сообщили?

– Ну так как только вас освободили. – закивала Люси расправляя на моем платье плащ кажется уже по привычке, чтобы у меня всегда все было идеально. – Послали гонца к нам, что вы возвращаетесь, но почему так рано…Боги, вы что ранены?! – охнула девушка, подняв глаза на корсет моего платья и пока сказанное ею не успело напугать остальных слуг, я спешно мотнула головой.

– Это вино, все в порядке! Я столкнулась с каким-то советником и пролила на себя целый фужер…

– Что, опять? – как-то неверующе протянула Люси и сморщилась, глядя на меня исподлобья. – Года идут, а вы госпожа, не меняетесь. Ещё и такое платье испачкали…

– Люси, дорогая, давай отпустим стражу и карету. – вспомнив о мужчинах, которые вероятно очень хотят вернутся, я развернулась к страже, стоявших по стоки смирно у кареты и ожидающих команды главного. Главный стражник же, кажется из вежливости, не спешил прерывать нашу беседу, и покорно стоял в стороне, сцепив руки на поясе. Стоило мне повернутся на него, как мужчина выпрямился, опуская руки вдоль тела.

– Мы сожалеем о случившемся и приносим извинения от лица князя и его семьи. Сегодня мы оставим вас приходить в себя, но должен попросить вас о встрече завтра. Нам нужно узнать более детально, что произошло.

– Конечно, буду ждать вас завтра. Вы сейчас возвращаетесь к князю?

– Так точно.

– Передайте пожалуйста ему что со мной все хорошо и мою благодарность, за его помощь. И пожалуйста сообщите моим родителям что я в порядке, пусть отдыхают и не торопятся возвращаться.

– Передам, Ваша Светлость. Хорошего вечера. – мужчина поклонился, следом за ним это сделала и стража. Присев в реверансе в ответ я проследила за тем, как мужчины забираются на своих лошадей и выдвигаются обратно по дороге, ведущей через наше поместье, к выходу с его территории.

Люси, продолжая причитать, попутно охая утащила меня в комнату помогать переодеваться, а после прилипла с расспросами о князе и самом приеме. Стягивая с себя противное мокрое платье за ширмой, я вздохнула заметив, что прием скучный и я на него толком и не попала, так как врезалась в мужчину. Люси усмехнулась, заявляя, что мне приемы вообще противопоказаны и попросила рассказать подробнее о самом князе.

До возвращения родителей с приема, я решила провести время с братом, которого оставляли нянечке, и подхватив его на руки отправилась гулять по саду, под окнами дома. Ночь спокойная и теплая, даже комаров нет. Гарик рассказывал, что сегодня из букв он выучил, до скольки научился считать и что его за это, даже похвалили. Брат в отличии от меня, был копия мамы. Хотя, конечно, возможно от того, что его не плохо откармливали, но щечки у него были, пусть пухляком тот не являлся. Такой же темноволосый и кудрявый карапуз.

– Нори, а ты же не уедешь опять учится? – протянул вдруг брат, обхватив меня одной ручкой за шею, а второй теребя край моего воротника. Не спешно шагая по тропинке, я удивленно вздернула брови.

– А что? Будешь по мне скучать?

Гарик смущенно улыбнулся и пару раз кивнув, резко обнял за шею и улегся мне на плечо головой. Чуть ни запищав от умиления, я похлопала того по спинке ладонью прижавшись щекой к его кучерявой макушке.

– Я все равно рано или поздно уеду, солнышко. – протянула я. – А ты скоро станешь совсем большой и тебе некогда будет скучать.

– Не хочу!

– Брось, скоро папа покажет тебе виноградники и то, как делают из винограда вкусный сок. Тебе понравится, я уверена. А мне правда скоро нужно будет уехать. Надеюсь, ты на меня не обидишься и будешь ждать, да? – слегка отведя в сторону голову, я улыбнулась, глядя на его сморщившееся личико. – А когда я снова вернусь, похвастаешься что ещё ты выучил, согласен?

С момента возвращения домой прошло уже около двух месяцев. В первые дни Гарик меня стеснялся и пугался, просто потому что не помнил. Однако мы быстро нашли общий язык и сдружились. Он уже был очень умным и рассудительным, довольно четко разговаривал и был той ещё милашкой. Когда мне было скучно, я забирала его у нянечки и сама проводила с ним время, читая ему книжки и рассказывая истории из своей жизни в другом королевстве.

Родители вернулись почти под полуночь. Обычно такие приемы длились до самого утра, но зная как отец любит в свободные дни поспать, было ожидаемо что те вернуться намного раньше. В гостиную матушка влетела как ветер и отыскав меня у камина, запричитала в голос.

– Нора, дорогая моя! Бедная моя девочка, такого натерпеться, ужас! Кошмар! Что за уроды, так поступили?! – обнимая меня за плечи и не давая и слова вставить та охала, хлопая ладонями меня по плечам и хватая за щеки. – Беспризорники проклятые! Сильно испугалась? Они тебя не обидели?

– Мама, прошу. – морщась от такого прилива нежности, я все-таки вывернулась из ее рук и кивнула отцу, вставшему за ней и упиравшему руки в бока в ожидании рассказа. – Со мной все хорошо. Больше шуму и паники навели, честное слово. Они ещё и удивились что в карете была именно я. Меня даже пальцем не тронули.

– Правда? – выгнул бровь отец видимо удивленный тем, что с меня не стащили все украшения под чистую. Я, не вынимая ладоней из рук матушки устало прикрыв глаза, кивнула.

– Один из них, даже извинился за такую внезапную остановку.

– Ну слава богам, я так испугалась! – выдохнула матушка, прикрыв глаза и отпустив мои руки, внезапно сменила эмоции. Ударив меня ладошкой по плечу от чего, я удивленно ойкнула, скорее от неожиданности, чем от боли. – Ты что, ровно на ногах стоять не можешь?! Кого ты на этот раз сбила?!

– Он сам мне под ноги бросился! Я не успела увернуться! – возмутилась я.

– И кто это был? Ты узнала его имя? Ранг? Надо же извинится будет, подарок выслать… – забормотала матушка, но отец покачал головой.

– Я пытался узнать на кого она налетела, но слуги сказали, что это какой-то солдат. Он уже переоделся и с ним все хорошо. А так как с его слов, это он виноват, он сам пришлет нам свои извинения. – переведя взгляд с матушки на меня, отец покачал головой. – Нора, дорогая, о тебе уже слухи ходят что ты не училась за границей, а лечилась и видимо безуспешно.

– Что?!

– Худющая для аристократии и косая. Постоянно на всех валишься…

– Это они постоянно мне под ноги лезут! И я не худющая! В меня больше еды просто не влезет, я и так ем за троих! – недовольно рыкнула я, от возмущения аж топнув ножкой, под возникшие улыбки родителей. Затем они оба переглянулись и под мое ухнувшее сердце, матушка как-то странно протянула:

– Очень прискорбно, конечно, что ты так рано покинула прием, с тобой очень многие хотели познакомится и увидеть. О тебе все только слышали, но, это не помешало князю с тобой познакомится!

– Какое это знакомство? – закатила я глаза. – Мы поговорили от силы пять минут.

– Вас полчаса не было! – тут же довольно заметил отец. Я же сморщилась, скрестив руки на груди.

– И все это время он трещал о своих лошадях, подковах и их дерьме! А в перерывах рассказа, смеялся и хрюкал! Ему самому на ферму надо!

– Нора! – тут же возмущённо охнула мама, а вот отец, от услышанного захохотал в голос, от чего получил разъярённый взгляд жены и мою улыбку.

– Глупая! Тебе из него не суп варить, какая разница как он выглядит? У него есть статус, известное имя и…

– Свиное пузо! Мама, ну он же полный урод! – почти плаксиво протянула я.

– Ты преувеличиваешь! – оборвала меня матушка и расправив плечи, та улыбнулась. – Ты ему очень понравилась и его матушке, тоже. Дорогая! Завтра, они приедут к нам с официальным визитом, свататься!

Улыбка на моем лице застыла, как и я сама. Разглядывая через чур весёлое и счастливое лицо матушки и понимая, что она не шутит, я выдохнула чувствуя, как в груди разрастается ужас. Улыбка с лица исчезла окончательно и я выпрямив спину, вытянула руки вдоль тела заметив, как при моем движении, меняется и отец в лице.

– Это шутка? – сухо поинтересовалась я, склонив голову на бок и посмотрев сначала на мать, а затем и на отца. Тот в свою очередь, лишь с едва заметной улыбкой поджимая губы кивнул, а вот мама от радости чуть из платья не выпрыгивала. – Нет.

– Что нет? – не сразу поняла мама. Перестав улыбаться во весь рот, та все ещё будучи чем-то довольной, выгнула бровь. – Что значит нет, Нора?

– Нет, это значит нет, мама.

На мгновение между нами повисло молчание, во время которого, с лица матушки пропало всё веселье.

– Ты мне это брось дорогая. – недовольно выдохнула та. – Такими шансами нельзя раскидываться!

– Какой это шанс?! Ты его что, не видела? На него смотреть то противно, не то, что рядом стоять и говорить! А ты говоришь, чтобы я с ним жила и детей растила? – изумилась я.

– Из всех претендентов, он самый лучший вариант! – отметила та.

– Лучший? – фыркнула я взмахнув руками. – Боюсь представить самый ужасный.

– Нора это не обсуждается! Ты все равно выйдешь замуж. – повысила голос мама что означало одно, она не довольна и переходит в режим наступления. Переубедить ее, теперь, будет крайне сложно, если вообще возможно. – Потому я не вижу смысла выбирать кого-то ещё если такой мужчина и такого статуса, сам просит твоей руки!

– Это все из-за его статуса? – рыкнула я. – А если он как человек полный отстой?!

– Так, хватит! – вскликнула мама и церемонно схватилась за голову. – Я больше не хочу ничего слышать. Мы всегда тебя поддерживали, потакали всем твоим хотелкам и капризам, но с меня уже хватит! В этот раз, будет так как я сажу, ясно?! Я хочу для тебя счастья и спокойной жизни, я не позволю нашей семье опуститься до двоек или не приведи Бог, до троек, ты поняла меня?

– На нём свет клином не сошелся! Больше нет достойных или хотя бы красивых мужчин во всем королевстве?! – провыла я, понимая, что мама уперлась и больше, слышать ничего не хочет.

– А тебе что? Короля подавай? Он уже занят!

Посмотрев на отца в поисках поддержки, я лишь получила уставший взгляд.

– Дорогая, мама права. – ослабив пуговицу на воротнике, тот повернулся на матушку и кивнул. – Я думаю мы обсудим это завтра. Князь приедет к обеду, время у нас ещё будет. А Нора, обещает подумать и утром дать нам ответ, да Нора?

Скрестив руки на груди и надув губы, я рыкнула едва слышно.

– Разумеется. Спокойной ночи, матушка. Отец. – почти прорычав последнее, я сделав быстрый поклон под недовольные вздохи матери, двинулась вон из гостиной в свою комнату.

За спиной послышался шепот.

– Она меня точно с ума сведет!

В комнату я буквально влетела от чего дремавшая на стульчике в моем ожидании Люси, даже вздрогнула подскочив, когда я хлопнула дверью. Пролетев к кровати, я схватил первую подушку и сжав ее обоими руками за края, уткнувшись в нее лицом, со всей силы заорала, чуть ли не приседая от злости.

– Госпожа, что такое? – не зная как ко мне подступится, Люси испуганно замерла, расставив руки и готовая хватать подушку если я ее куда-нибудь захочу выкинуть. Орала я от злости с минуту, совершенно не обращая на нее внимание. Когда же силы закончились, а в горле запершило, я оторвалась от подушки и опустила ее в одной руке вниз, в бешенстве кинув взгляд в сторону окна.

Свататься он надумал, хряк недоделанный! Матушка тоже хороша! Как будто кроме замужества в жизни больше ничего интересного быть не может! Ну у неё-то может и нет, но я в это никогда не залезу! Жизнь у меня одна и гробить ее на такое замужество, чтобы потом детишкам подтирать задницы и забыть о своей мечте образования?

Ну уж нет.

Резко развернувшись на Люси, которая хотела осторожно забрать подушку из моей руки, я сощурилась. Девушка ойкнула, выпрямляясь по струнке и глядя на меня выжидающе.

– Может вам мятного чаю? Он говорят, успокаивает. – прошептала та.

– Да. Пожалуй… – протянула я, кидая взгляд на свой столик, где обычно мы с ней пили чай, пока она вышивала, а я читала. – И принеси что-нибудь перекусить.

– Например?

– Печенье, орехи и побольше. Что-то я проголодалась.

– Может супчику тогда? – та двинулась к дверям, но я окликнула ее.

– Нет, печенье, орехи и шоколад. Побольше.

Девушка удивленно замерла, после чего заторможенно кивнув, юркнула за дверь. Я же убедившись, что она отошла от двери, оглядела комнату и сиганула к своему сундуку стоявшему отдельно от остальных, в самом дальнем углу комнаты. В этом сундуке у меня хранилась самая убитая, предназначенная для виноградников одежда. Убитые от земли и работ штаны, женская рубаха, которую мне одолжила Люси, и та так и стала моей. Мешок у меня был старый, его я сшила ещё года три назад, когда приехала знакомится с братом.

Из обуви на самом дне сундука я нашла поношенные сапожки. Все это я хранила для выхода в виноградники, потому что хорошую одежду было жалко. Как-то я сунулась туда в платье, от него только лохмотья и остались, а одежда прислуги нашего дома, то беж тройки, как раз для этого и сгодится.

Люси вернулась довольно быстро – я успела запихнуть только некоторые вещи в мешок на первое время и прикинуть что из драгоценностей смогу продать. Люси как я и просила, принесла почти полные блюдца печенья, всевозможных видов орехов во втором блюдце и несколько плиток шоколада в третьей. Чай мы уселись пить сразу же после ее возвращения. Говоря честно, я была как на иголках, так как чем дольше откладывать идею, в итоге больше шансов от нее отказаться. Несмотря на то, что я абсолютно точно была уверена, что от этой идеи отказаться не смогу, сомнения внутри все равно гложут.

– Госпожа, все хорошо? – осторожно поинтересовалась Люси, когда я очередной раз нервно выдохнула отпивая чай. Повернув на нее голову, я едва заметно кивнула.

– Наверное, немного перенервничала. – вздохнула я, глядя в сторону окна. – Такая спокойная ночь. Думаю, мы обе очень устали, верно? Разбуди меня завтра часиков в десять, хочу поспать.

– Так поздно? – изумилась Люси. Однако намек поняла и быстро оставив свою чашку на столике, встала чтобы попрощаться. – Завтра к обеду приедет королевская стража, чтобы узнать подробности нападения, а после них князь. Вы успеете собраться?

– Конечно Люси, иди.

– Хорошо, госпожа. Доброй ночи.

Кивнув ей напоследок, я, отпивая чай скосилась в сторону дверей наблюдая как та, осторожно вышла из комнаты. Стоило двери захлопнутся как я сорвалась с кресла оставляя чашку на столике. Подлетев к двери и осторожно повернув в ней ключ, я направилась к сундуку расстёгивая на себе корсет домашнего платья. Стянув шнуровку и оттянув от себя плотную ткань, я облегченно выдохнула, скидывая верхние юбки от платья и корсет на край кровати.

В мешок полетели запасные портянки, которые я научилась мотать на виноградниках, пара моих записных книжек на английском и французском, больше, к сожалению, я взять не могла. Затем в отдельный мешочек я убрала шкатулку с драгоценностями. Туда попали исключительно мои драгоценности – кольца, браслеты серьги и колье. Броши и всё, где имелся герб нашего поместья и графской семьи пришлось оставить – продать здесь это не выйдет, а за пределами острова, по таким находкам меня быстро найдут.

Деньги я раскидала по нескольким мешочкам, на случай если с основным моим багажом что-то произойдет, я не останусь на мели. Один мешочек я положила в сумку, один повесила на пояс, ещё один убрала в подножье сапога и маленький в тайный кармашек на поясе, под одеждой. С тарелок, которые мне оставила Люси вся еда была так же раскидана небольшими порциями, но уже по трём мешочкам.

Я никогда не была за пределами поместья в собственном королевстве, однако я прекрасно понимала что если бандиты нападают на кареты, значит преступность и воровство коснулось здесь не только аристократии, но и особенно низшие ранги где за порядком, как я знаю, вообще никто не следит. Конечно, из учений отца и уроков истории и политики нашего края, я знаю, что охрана и стража, патрулирует все ранги и уголки королевства. Но не нужно быть и семи пядей во лбу чтобы прекрасно понимать – до преступности низших рангов, никому нет дела.

Из одежды я натянула старые штаны, затянув их потертым ремнем и веревками, в тех местах, где они слетали. Поверх натянула рубашка, которая в длину была мне до колен, но разрезы для удобства ходьбы доходили мне до бедер. Рубаха подпоясывалась ещё одним более толстым поясом, на котором висел не большой мешок для мелочей, рядом собственно мешок где и были деньги. Рукава доставали до запястий, но сейчас для удобства были засучены до локтей.

Сверху я накинула жилетку. Она была более всего изношена с кучей карманов и отверстий для мелочевки и инструментов из сада, и на довершении через плечо перекинула мешок с вещами.

Свернув волосы в пучок, я перевязала голову платком и натянула старые подранные перчатки чтобы не стереть себе ладони. Руки тряслись от осознания того, что я задумала, ноги буквально подкашивались. Кажется, если сейчас зайдет мама или отец и пожелает спокойной ночи, я точно передумаю. В душе закрались сомнения и волнения: а что, если не выйдет? Если не получится? Вдруг меня поймают и вернут? Вдруг мне не получится уплыть? Или меня ограбят? Или в самом Солнечногорске меня развернут и посмеются…

– Думать об этом не надо. – я потрясла головой понимая, что эти мысли абсолютно не нужны. Да лучше работать на виноградниках и быть свободной, чем выходить замуж и терпеть такого хряка!

Моя комната располагалась на втором этаже нашего поместья и возле окон моей спальни, были огромные многовековые деревья. Приглушив свет и распахнув окна, я выглянула наружу, осматривая окрестности. Стража у нас, конечно, была, но мы не охранялись так сильно как семья князя. Врагов у нашей семьи конечно было достаточно, но их козни обычно обходились только в виде порченого товара и сорванных сделках, и то за границей, а не здесь.

Пара стражников всегда ходила вокруг поместья и следила за тишиной и отсутствием посторонних. Вокруг дома нашего поместья, у края территорий были высокие двухметровые каменные стены, которые ещё перелезть не каждый сможет. Проводив спины двух стражников внимательным взглядом, я переступила подоконник и схватившись за ветку, перелезла на каменный карниз. Под окнами был заметный выступ и на носочках, прикусив щеку от высоты, я прошла в сторону ближе к дереву и к его толстой ветке, которая росла выше. Ухватившись за ту обеими руками, я носками наступила на ту, что была ниже и перебежкой, перебирая рукой по толстой ветви, добралась до ствола дерева.

Не на долго замерев и убедившись, что меня не слышно и не видно, а в саду по-прежнему темно, я, обходя ствол дерева по веткам и выступам медленно, но, верно спускалась по стволу вниз. Когда же выступы кончились и ветки тоже, я, собравшись с силами оттолкнулась от дерева, спрыгивая на землю. Приземлившись на корточки и всё-таки удержав равновесие, я снова замерла, прислушиваясь к тишине вокруг.

Поправив сумку за спиной, я привстала с земли и пригибаясь вниз, спешно побежала в глубь сада. Несмотря на то, что здесь меня давно уже не было, я прекрасно помнила всю территорию поместья. Да и вид из окна, хочешь или нет, но запомнится. Оказавшись в лесу, я, пролетая тропинки и кусты долетела до самой дальней стены и снова остановилась. Дыхание сбилось, и я пытаясь отдышаться, огляделась в поисках того, за что можно ухватится.

По всем стенам, изнутри поместья, рос дикий вьюн. Абсолютно бесполезное, но очень крепкое и живучее растение, которое подобно сорняку разрастается буквально за пару месяцев. Оглядев стены и схватив пару вьюнов, я подергала их со всей силы проверяя на прочность и плотность. Замерла, оглядываясь на абсолютный мрак и темноту ночи, а после схватилась за вьюн и подтянувшись, уперлась ногами в стену, перебрала руками вверх и снова переставила ногу выше. Оказавшись на самом верху стены, схватившись ладонями за её край, я отпустила вьюн, уперлась носком в стену и подтянувшись на ладонях, оттолкнувшись от стены носком, забралась и уселась на саму стену выдохнув.

Ночь была очень тихой и безоблачной. На небе светила яркая луна, отчего для того, чтобы увидеть все вокруг не нужно было иметь даже фонаря. Перевесив ногу на сторону дороги, вдоль которой стояла эта стена, я прикусила губы и замялась, ещё раз все взвесив. Возможно, я ужасная и абсолютно не благодарная дочь, но я хочу сама распоряжаться жизнью и жить так как хочу.

Переведя взгляд вдоль дороги, вниз, где вдалеке виднелся ночной город, я улыбнулась. Вот она свобода. Перевернувшись на живот, я упёрлась локтями в стену и спустив ноги вниз, в последний раз глянула на свой дом среди деревьев, стоявший на возвышенности. Кинув взгляд себе под ноги, я оттолкнулась локтями от стены и спрыгнула на дорогу. Вот и всё. Обратного пути нет.

Глава 4

– Я не совсем вас понимаю. – королевский стражник, сцепив руки за спиной склонил голову на бок, глядя на родителей девушки. Граф был боле-менее собран, хотя заметно нервничал, а вот его жена была очень бледна и своего волнения, совершенно не скрывала.

Что именно случилось, тот понять не мог. В начале по приезду, их очень даже гостеприимно приняли, проводили в гостевой зал и угостили чаем. Однако с каждой затягивающейся минутой, мужчина начал понимать, что что-то не так. Слуги помалкивали нервно переглядываясь, но сами владельцы, согласно правилам хорошего тона и этикета, почему-то никак не торопились встречать своих гостей.

Только спустя полчаса, не позволительно долгого опоздания, графская семья наконец соизволила поприветствовать главного королевского стражника и его коллег. Однако пришли те, почему-то без дочери, ради которой здесь все и собрались, а в помещении повисло напряженное молчание, в первое время пока собирались поздороваться.

– Мы рады вашему визиту и приносим извинения, за задержку. – первый заговорил хозяин дома и пожав протянутую руку солдата, слегка кивнул извиняясь.

– Ваша Светлость. – стражник кивнул графу и почтенно поклонившись, поцеловал запястье графини. Затем выпрямился, снова сцепив руки за спиной. – Ожидание было не долгим, не переживайте. Но позвольте, что случилось?

Хозяева дома замялись, но в конечном итоге сдались признав, что сегодня, их дочь вероятно не сможет никого принять. А на вопрос почему, ответили просто:

– Ей не здоровиться после вчерашнего.

– Но ведь ничего не произошло… – не понял солдат и поправился, поймав недоуменный взгляд хозяина дома. – Я хотел сказать, что она не пострадала от вина так сильно как могла. Да и стража мне сообщила что ваша дочь, была на удивление спокойна и весела. Даже шутила при возвращении…

– С ней такое иногда бывает. – заулыбалась матушка и слегка склонила голову. – Мы признательны Его Величеству, что он обратил свое внимание на такой инцидент с каретой. Мы расспросим дочь о ситуации и пришлем вам подробный письменный отчет, когда ей станет лучше.

– Я не совсем вас понимаю. – терпеливо вздохнул солдат. – Его Величество просил меня лично заняться этим делом и убедится, что это было простое ограбление. Ведь в той карете, могла быть и невестка короля, будущая королева.

– Мы прекрасно понимаем, но я думаю этот допрос, можно не много отложить… – вздохнул Граф, и тут же осёкся, заметив, как солдат, сдвинув брови к переносице, расправил плечи и недовольно вздохнул, слегка опустив подбородок на грудь. Что-то прикинув в мыслях, тот покачал головой.

– Мне очень жаль за доставляемые неудобства, но эта банда совершала многочисленные набеги на повозки с продовольствием, животными и ценными вещами. Несколько раз были зафиксированы нападения на членов семей аристократов, однако нападение на такое высокое лицо нашего королевства, из-ряда вон выходящий случай. По приказу Его Величества, я обязан принять показания у вашей дочери.

– Я вас прошу, она действительно не важно себя чувствует. – более настойчиво ответил Граф, но солдат покачал головой. Не смотря на разницу в статусах и положения в обществе, это движение солдата, привело графа в растерянность и тот осекся, кажется поняв, что спорить бесполезно.

– Значит приведите её в порядок и поставьте ширму. Я поговорю с ней в её комнате.

– Но… – нервно отозвалась графиня, тут же осекаясь.

– Это приказ короля. – тоном, не терпящим возражения, отрезал солдат. – Вы не в праве, отказать мне.

Гробовое молчание, повисшее в гостиной, было прервано легким стуком в и так открытую дверь. Все трое, одновременно повернули головы в сторону явившегося дворецкого: мужчина, с абсолютно каменным лицом, как и всегда вытянувшись по струнке, громко протянул.

– Госпожа, господин. Сер. – кивнув всем поочередно, тот холодно объявил. – Князь Георгий Воронских, прибыл.

Взгляд стражника метнулся обратно на хозяина дома, чье лицо на мгновение исказилось после чего снова стало непроницаемым. Графиня же, приложив ладонь на грудь, что-то запричитала в полголоса на французском.

– К сожалению, на данный момент, мы не можем найти Элеонору. – в полголоса, словно никто, даже слуги ещё не были в курсе, обречённо протянул Граф.

– Что значит, не можете найти? У неё настолько большая комната? Или ваше поместье больше, чем поместье князя? – поинтересовался стражник, невольно выгнув бровь. Возможно, это прозвучало не уважительно или с издевкой, но тому было действительно интересно. Как можно потерять дочь, в собственном доме?

– Вчера она просила свою служанку разбудить её в десять часов. После чего легла спать, закрывшись изнутри. Однако с утра её около получаса не могли добудится, а открыть дверь, запетую изнутри, крайне…проблематично. – вздохнул граф пропустив сарказм солдата мимо ушей.

– У вас получилось открыть дверь? – с нажимом, уточняя протянул солдат и получив отрицательный моток головой, вздохнул. – Значит, надо её выломать. Возможно, с ней что-то произошло.

– Прошу. – граф остановил его предложение, слегка приподняв ладонь. Мужчины скосили взгляды в сторону хозяйки дома, которую одна из служанок, отведя в сторону, уже помогла присесть в кресло, и что-то шептала на ухо. – В комнату Элеоноры есть ход для слуг, он не запирается и ее комнату, разумеется, уже открыли. Однако, Элеоноры в ней нет. Все дело в том, что в детстве, она была…крайне упрямым ребенком и порой сбегала из комнаты.

– Сбегала? – выгнул бровь солдат. Чтобы графская дочка сбегала из дома, это что-то интересное.

– Да, но не дальше пределов поместья и виноградников. Она могла заночевать в сарае, или на поляне и вернуться домой, когда проснется. Мы не удивлены такому побегу, но приносим искреннее извинения. Наше поместье через чур большое, а о её исчезновении нам донесли за час до вашего приезда. К сожалению, мы не успели обыскать все возможные места, где она может быть.

Стражник, сдвинув брови к переносице, поджал губы и перевел взгляд на подошедшую к ним хозяйку, кажется успевшую прийти в себя, хотя служанка так и стояла за её спиной, на всякий случай. Графиня слегка дёргано сцепив руки в замок перед собой, виновато вздохнула глядя на него.

– Я приношу извинения, мне нужно отлучится и принять гостя.

– Конечно, я не задержу вашего мужа, лишь уточню ещё пару деталей. – согласно кивнул солдат и поклонился в ответ на прощание хозяйки дома. Когда же она отошла к дверям, тот сцепив руки за спиной которые вытянул до этого вдоль тела как полагает этикет – посмотрел на графа.

– Разрешите мне осмотреть комнату вашей дочери. Я хочу проверить и убедится, что это действительно женская непредсказуемость. Нападение на её карету вечером ранее и исчезновение, навевают на иные мысли.

– Считаете, её могли похитить? – нахмурившись как-то ещё сильнее, поинтересовался граф едва слышно. Солдат лишь утвердительно моргнул не кивая. Лишние слухи между слугами, им пока не нужны.

Хозяин дома над чем-то не на долго задумался, кинув взгляд куда-то в сторону окна и всё-таки кивнул следовать за ним. Из гостевой комнаты они спешно вышли в широкий коридор первого этажа и двинулись к центральной лестнице. Солдат, побывавший во всех домах высшей аристократии, впервые находился в поместье графа. Не сказать, что оно было маленькое, но в каком-то смысле, оно было значительно меньше и какое-то более…уютное что ли.

Само поместье естественно было полностью из камня, однако здесь, в отличии, например, все того же дома князя не было этой показушной роскоши. Из золотого тот пока заметил только часы в гостевом зале. В коридорах по каменным полам были выложены простые красного цвета ковры. На стенах висела простая тюль и шторы такого-же бежевого цвета, но плотные. Каждые два метра у стен, стояли декоротивные столики с вазами и цветами в них. На стенах висели самые простые картины – море, корабли, горы и деревня, а на некоторых были изображены знакомые виды виноградников.

Ничего лишнего в таком большом доме и очень чисто.

Свернув на лестницу, те поднялись на второй этаж из трех, кажется, и двинулись в жилое крыло, которое от гостевого было огорожено дверьми. Здесь интерьер не изменился, однако в спальном крыле за место картин на стенах, солдат заметил семейные фотографии. Они висели в рамах на стенах и в небольших рамках стояли на столиках – по две, три штуки. Притормозив возле одного из них, солдат наклонился, глядя на фотографию молодой графини с малышом на руках.

– Это Элеонора с братом Гари. Ему здесь, исполнилось четыре. – заметив интерес солдата, граф не много вернулся проверить что так привлекло внимание гостя.

– Прошу прощения за любопытство. – выпрямился тот посмотрев на мужчину. – Я ранее не видел вашей дочери и сына.

– Неужели?

– Да. После вчерашнего инцидента, она сбежала через чур быстро. – хмыкнул солдат под вздох хозяина. – Она у вас очень красивая.

– Благодарю. К сожалению, помимо красоты, ей достался и характер. Мы уже пришли. – мужчина прошел вперед к открытой двери и не входя первым, пригласил внутрь гостя. Пройдя мимо хозяина дома, стражник зашел в комнату тут же приветствуя кивком двух служанок, стоявших у дверей, а после обвел взглядом, достаточно просторную и светлую комнату.

– В комнате что-то убирали или переставляли, после того как не нашли хозяйку? – остановившись возле камина, который летом конечно не топили поинтересовался солдат. Взгляд пробежался по углу рядом с камином, где стоял загороженный ширмой письменный столик. На нем была стопка книг и каких-то тетрадей, старая лампа. Далее почти по центру комнаты, перед балконом стоял чайный столик и два кресла. На столе стоял чайник, две чашки и пустые блюдца. Далее шли большие окна и две ступеньки ведущие вверх, к кровати. В углу слева от кровати стоял дамский столик, на котором царил чуть ли не идеальный порядок, в плане полного отсутствия каких-то вещиц.

Заправленная кровать с какой-то одеждой на краю. С другой стороны кровати тумбочка с опять же каким-то книжками. Вдоль стены стоял широкий резной шкаф, видимо с вещами и ширма, за которой молодая графиня переодевалась. Слева от входа, возле камина, где сейчас стояли служанки стояло пару сундуков и была приоткрыта дверь, как раз таки для слуг. Цветы в горшках и ковры. Очень скромно и сдержанно, учитывая состояние семьи и их ранг.

На вопрос ответила молодая девушка, сама не на много старше хозяйки по виду, в аккуратном платье служанки, со светлым фартуком и собранными в пучок светлыми волосами.

– Мы ничего не трогали, сер. Госпожа не любит, когда вещи трогают без её разрешения и присутствия.

Пройдя к столику перед балконом, тот осмотрел распахнутое окно, в которое от сквозняка выдувалась занавеска и опустил взгляд на чашки.

– У нее были гости? – не разворачиваясь к служанке, солдат указал на две чашки на столике. Стоявший у входа граф в разговор не вникал и просто наблюдал за происходящим. Служанка, на его вопрос совершенно спокойно повела плечом.

– Госпожа была очень взволнована весь вечер. Я предложила ей выпить чаю, и перекусить, мы очень часто так сидим. Но в этот раз она была вся в мыслях, потому я очень быстро ушла. Видимо, госпожа долго сидела, потому что съела все.

– Что вы приносили? – кинув взгляд на достаточно глубокие, но абсолютно пустые тарелки спросил тот.

– Она попросила перекусить к чаю, печенья, орехи и шоколад.

– Хорошо. – задумчиво оглядевшись, солдат прошел к кровати и его взгляд упал на одежду. Служанка, отвечавшая на вопросы, под немой кивок графа подошла ближе к солдату, и сама приподняла юбку с корсетом, зная, что гость такую вещь, просто не тронет.

– Это её домашнее платье, в котором она была с вечера. Видимо спать она не ложилась, потому что кровать не разобрана. Да и вещи госпожа не раскидывает.

– Что-то из самих ее вещей пропало?

– Нет. – не на долго задумавшись, мотнула головой девушка.

– Вы уверены? – выгнул бровь мужчина, повернувшись на ту всем корпусом и уперев руки в бока. – Ни одной вещи? Не могла же она уйти в сорочке раз это верхние юбки, того домашнего платья…или могла?

– Что вы! – охнула служанка. – Госпожа – девушка порядочная, но я проверю ещё раз…

– Благодарю, и посмотрите пожалуйста, все ли ее драгоценности на месте.

– Зачем? – хлопнула та глазками, на что солдат раздраженно стиснул зубы.

– Проверяйте.

– Элеонора не так давно вернулась из-за границы. Она привезла не много вещей, а новых ей ещё не вышили в достаточном количестве. – видимо решил пояснить ответ служанки, граф. Его сухой голос поражал, дочь исчезла, а тот и носом не ведет.

– Могу я поинтересоваться целью ее настолько продолжительного проживания за границей? – спустившись со ступенек, солдат приблизился к графу, пока обе служанки двинулись исполнять приказ и проверять шкафы и столик молодой госпожи. Граф, сжимая руки за спиной, устало вздохнул полной грудью глядя в сторону открытого окна.

– Это семейное решение. Могу заверить что мнение Элеоноры, учитывалось в первую очередь.

Понимая, что реальной причины тот не услышит, солдат понимающе кивнул, кинув взгляд на служанок.

– У вас есть враги кто мог желать зла вашей семье или завидовать вашей дочери?

– Думаете это не побег? – спокойно спросил мужчина, на что солдат повёл плечом.

– Когда вы найдете её на виноградниках, надеюсь мы посмеемся над такими предположениями и забудем. Но в связи с произошедшим накануне, этот вариант отметать не стоит.

– У нашей семьи враги есть разве что за границей. Здесь, сами знаете, нас уважают, да и к слугам с рабочими мы относимся сносно, за все годы работы никто не приходил к нам с жалобами. Поверьте, мы очень щепетильно относимся к таким вопросам. Что касаемо зависти, не могу отрицать этого, но и подтвердить тоже. Элеонору как вы сами знаете, мало кто помнит и совсем не многие, кто кроме домашних, мог ее видеть. Все так же от того, что та лишь не давно вернулась. Подруг здесь как таковых, у нее насколько мне известно, нет.

– А возможные ухажёры?

– Многие аристократы высшего света, просили ее руки, в том числе и князь. Как вы понимаете, мужа мы уже нашли.

– Да, но возможно кто-то из других кандидатов, остался вашим решением не доволен.

– Вы во всем сомневаетесь, верно? – покачал головой граф.

– Прошу простить, но это моя работа. Слушаю, вас. – заметив служанку, остановившуюся возле них и не прерывающую их разговор, солдат кивнул, мол, говорите. Кинув взгляд на хозяина, та как-то растерянно выдохнула.

– Я проверила одежду и могу сказать точно, что все вещи на месте. Но… нет драгоценностей.

– Каких? – спросил граф.

– Всех, кроме тех, что с гербом семьи, господин. Так же пропала шкатулка от них и все ее сбережения.

Стражник, сжав челюсть, быстрым шагом приблизился к окну и одернув штору, выглянул наружу. Под окном находился каменный карниз. Проведя по нему взглядом, тот раздражённо цокнул языком. На карнизе отчетливо виднелись следы от сапог – пыльные, с кусками земли свойственные рабочим.

Отпрянув от окна тот повернулся на бледных служанок и мрачного мужчину, который уже и сам все понял.

Ни говоря ни слова друг другу, оба выдвинулись из комнаты обратно, вниз на первый этаж. Пока граф что-то прикидывал и обдумывал в уме, солдат пытался понять, что из двух вариантов развития событий, более вероятно.

Первый что графскую дочку похитили. Это логично и вполне обосновано, с подкрепленными доказательствами: вечерний налет был сорван внезапным появлением королевской стражи, и бандиты решили так закончить начатое. Конечно, это странно что те рискнули сунуться в поместье, но и оно как он успел заметить не так хорошо охраняется. Если составлять картину действий, те проследили за графиней до поместья, проверили охрану, дождались, когда все уляжется и прокрались к ее спальне. Один из бандитов дождался, когда служанка уйдет и забрался в комнату так как графиня даже не успела одеться.

Учитывая, что те используют снотворное, вполне вероятно бандит усыпил ее, собрал все драгоценности кроме фамильных – их точно не получится продать, быстро найдут, и забрав графиню, которая была в отключке, по карнизу добрался до дерева. Передал тело графини напарнику, и они ушли незаметно, через сад, который как раз плотно прилегал к дому.

Если подумать, с таким похищением, справится кто угодно значит и под подозрение может попасть кто угодно, и не только сами бандиты.

Второй вариант, наименее вероятен. Возможно, узнав о скором замужестве, девушка решила взбунтоваться и сбежать, прихватив на первое время драгоценностей и денег. Но в таком случае, она бы взяла хоть какие-то вещи и хоть во что-то, но переоделась бы! Аристократки такого ранга, без служанок даже на прогулку собраться не могут, а тут побег из дома!

Да и замужество далеко не такая веская причина чтобы бросить жизнь в комфорте ради неизвестности. Да и кто откажется выходить замуж за самого князя? Может лицом он и не вышел, но его состояние и слава, запросто могут перекрыть даже такой недостаток.

Князь уже находился в гостевом зале, и вероятно, пока они отсматривали комнату графини, его карета прибыла к дому и хозяйка, приветствуя такого высокого гостя, с толпой охраны и его семьей, проводила их в зал.

Дворецкий, по-прежнему стоявший у входа, что-то быстро шепнул остановившемуся у дверей графу, и мужчина кивнул ему оборачиваясь на остановившегося солдата.

– Вы уверены в своих предположениях?

– Нет. Это подтвердится только когда вы обыщите все свои территории.

– Их обыскали. Только что нам передали что на территории поместья её нет. – вздохнул тот и отступив от приличия, упер одну руку в бок а второй потер шевелюру и оттянул ворот рубахи.

– В таком случае, я не вижу смыла держать в неведении вашего будущего зятя и его семью. Более того, думаю стоит немедленно собрать отряд для поисков вашей дочери. Я лично этим займусь. Сообщить вашей жене и гостям?

– Нет. – вздохнул граф и хрипло кивнул. – Я сам, благодарю. Будем держать с вами связь.

– Немедленно сообщу главному военачальнику и королю о случившемся. Мы соберем отряды, поднимем всю стражу и объявим вашу дочь в розыск. Я пришлю вам гонца с вестями, крепитесь и ожидайте. – выпрямившись по струнке, солдат поклонился графу и развернувшись двинулся к выходу в сопровождении дворецкого.

На площади возле главного входа, помимо трех лошадей и двух солдат, прибывших сюда вместе с ним, стояла сама карета князя и ещё с десяток лошадей со стражей. Самих стражников и лакеев, на которых с вечера напали, естественно, уже опросили, однако ничего интересного и нужного, те не сообщили. Было темно, те никого не видели и не слышали. В какой-то момент начали стрелять и те просто заснули. Очнулись уже по пути в поместье князя.

Запрыгнув на лошадей, тот, не дожидаясь своих соратников, пришпорил коня в сторону выхода с поместья, и как только оказался за воротами, снова сбавил скорость проходя вдоль стены у дороги, ведущей вниз, в сторону города и замка.

Нет, в одиночку такое дело не провернуть, высота приличная и на такую стену с телом не залезть, и не спустить, не убив при этом о камни, тоже не получится.

– Черт. А ведь до отпуска всего неделя оставалась. – буркнул тот себе под нос.

***

В кабинете естественно уже стоял обед, который он пропустил, и был затоплен камин. Честно признаться тот абсолютно не понимал на кой черт его топить летом, но так даже было удобно – можно очень быстро сжечь то, что видеть никто не должен.

Залетев в кабинет как ужаленный, тот закрыл собой дверь, не дожидаясь этого от охраны и пройдя вперед, к центру, остановился уперев руки в бока. Глаза от усталости прикрылись и тот в голос простонал.

– Чего ты здесь забыл? Если и ты мне паршивые новости принес, лучше проваливай.

– Полегче братишка. Если у тебя плохое настроение, это не значит, что и у меня так же. – протянул брат. Тот вел себя в его кабинете на всех правах хозяина и сейчас, как и обычно, сидел за его столом закинув ноги, на край и распахнув в руках газету. От широких листов новостей, которые брат читал ежедневно, за столом его и не было видно, и сейчас, тот не отвлекаясь от чтения, поприветствовал брата даже не глядя на него.

Пройдя к чайному столу возле распахнутых дверей на балкон, тот молча подхватил стакан и плеснув в него из графина воды, жадно выпил.

– Думал в свой отпуск, свалить в горы. – протянул солдат глядя куда-то в сторону стены и снова наклонился к столу в этот раз наливая уже коньяк, не много, почти на дно. Надо. Горло промочить и душу успокоить. – Валяться в кровати и не реагировать даже на комаров.

– Тебе матрац подарить или снотворное? Мне нужна конкретика. – из-за газеты послышался равнодушный голос. Плевок и шуршание – брат перевернул страницу.

– Запасные нервы. – выдохнул солдат залпом осушив стакан. – Графская дочка исчезла. – сморщился тот от того, как жидкость обожгла горло.

– В плане?

– Судя по всему, ночная шайка, которая набросилась на карету, не ограбления хотела, а похищения. Судя по тому, что я увидел, украли все деньги, драгоценности кроме фамильных и саму графиню. – не отрывая взгляда от стакана, в который снова наливалась вода.

Шорох и газета в руках брата, согнулась в обратную от его лица сторону, ровно посередине на пальцах и взгляд брата уперся в его плечо.

– А это что-то новенькое. Это ты о вчерашней девушке в зеленом? – опустив газету на его стол, парень спустил ноги на пол и оперся локтями о край стола. Взгляд брата сощурился, а в голосе послышалась ухмылка. – Думаешь её выкрали?

– Сам подумай, такая аристократка, всю жизнь прожившая взаперти и пальцем сама не сможет пошевелить, я уверен. Пытался узнать у ее отца, отчего ее так долго за границей держали, но тот все равно не раскололся. – хмыкнул солдат отпивая воды и развернувшись к брату, оперся локтем о спинку стула. – Вокруг неё столько слухов вертится, но мне кажется всё намного проще.

– Неужели? – как-то задумчиво протянул брат, глядя куда-то в пол.

– Видал какая она прозрачная? Думаю, она чем-то серьезно больна, вот её и отправили на лечение.

– Тогда зачем ей было возвращаться? – вздохнул брат, вставая из-за стола и скручивая в руках недочитанную газету.

– Кто знает. – солдат не обращая внимание на брата, задумчиво предположил. – Может они поняли, что лечение ей больше не поможет и решили, что ей будет лучше, скоротать оставшиеся дни в родном поместье. Не зря же они после стольких лет, второго ребенка заделали. Ты знал, что у нее брат есть? Недавно четыре исполнилось.

– Слышал что-то такое…

– Куда собрался? – заметив, как брат натягивает на себя снятый дотоле с плеч жилет, поинтересовался солдат.

– У меня появились дела, надо проверить кое-что. – брат поднял газету намекая видимо на какие-то новости в написанном, что его не устроило. Не прощаясь тот двинулся к двери, но солдат его окликнул.

– Э, не смей! Неделя осталась, мы же договорились!

– Одна нога здесь, другая там, и кстати. – брат обернулся на него кивая в сторону часов на стене и сцепив руки с газетой за спиной. – Не хочешь вылететь с должности, советую поторопится с отчетом.

Кинув взгляд на настенные часы, на которых стрелка достигала двух часов, солдат зашипел, ругнувшись себе под нос и кидаясь к столу. От дверей послышался смех, и брат вышел чтобы не мешать сборам.

Глава 5

Выходить в город я не торопилась. Учитывая, что светает рано и сам город, как и люди в нем просыпаются рано, я решила какое-то время, все-таки поспать. Улицы были почти пусты, только редкая стража, от которой приходилось прятаться в подворотнях и закоутках домов. В одном из таких поворотов, я и решила остановится.

Для меня это было очень непривычно – без сопровождающих, в полном одиночестве и в малознакомом месте, было не по себе и страшно. Но в голове настойчиво звучала мысль – главное добраться до бухты и найти корабль, который отходит за границу. Если ни с кем не общаться и никуда не заходить, то в принципе, проблем возникнуть не должно.

По крайней мере до момента пока мою пропажу не обнаружат. Надеюсь, отцу не захочется светить моим лицом и, если меня и объявят в розыск, пусть и не сразу, главное, чтобы без фотографий в газете. Тогда мне вообще прохода не будет.

До самого города я добралась почти к рассвету. За одним и углов темных домов, только на стенах которых висели тусклые фонари, я нашла тропу ведущую к дому с заколоченными окнами и открытой покосившейся дверью. Дом, судя по заросшей сорняками тропинке, был заброшен очень давно. Прикинув что там внезапных гостей ждать не придется, я, оглядываясь на темные и пустые улицы, на цыпочках перебралась ближе к двери и выхватила с сумки фонарик. Маленький, размером с палец поместился в ладони.

Осторожно заглянув в дом, я осветила стены и мебель. Что за дом такой? Маленькая прихожая, а за ней просто пустая квадратная комната. Поломанная кровать, какие-то доски с ящиками, и много – много всякого хлама. Лицо против воли скривилось от увиденного, но мысль о том чтобы свалить отсюда, была перебита тем, что мне нужен сон. День с этим балом и без того был через чур долгим – ещё сутки на ногах, я пожалуй, не вынесу.

Распинав носками под ногами какие-то полу гнилые деревяшки, я приблизилась к старым ящикам, которые выглядели более-менее цело и ровно. Схватив с края какую-то тряпку одними пальцами и не много стряхнув с нее пыль, я, светя на доски фонариком, быстро протерла смахивая пыль и дохлую живность. Ну хоть не крысы, уже не плохо.

Подушки, разумеется, не было, так что, забравшись полностью на доски и свернувшись калачиком, я сунула руку под щеку и не успела ни о чем подумать, как довольно быстро вырубилась.

Мне ничего не снилось. Как обычно – яркие сны с запахами и чем-то запоминающимся, сегодня сменились абсолютной темнотой. Словно закрыла глаза в темноте, а открыла уже от яркого солнца.

В выбитые, но заколоченные снаружи досками окна, в помещение пробивался яркий дневной свет. Луч светил как раз в то место, где лежала моя голова и от этого, вероятно я и проснулась.

В первое мгновение я даже не сразу поняла, где нахожусь. Полуразрушенный потолок дома, сквозь который виднелось облачное небо, облезшие стены и гора мусора вокруг. Вытянувшись на досках и постепенно вспоминая, где я и что происходит, я позволила себе улыбнуться, сладко потянувшись.

Вот это я отбитая конечно – на крышу то и не посмотрела. Та на ладан дышит – один ветерок и та просто обвалится. Сунув руки под голову и расправив локти в стороны, я, улыбаясь как идиотка смотрела как по небу, проглядывающемуся среди палок и остатков крыши плывут белые кучерявые облака. Высоко в небе, но как раз над крышей пролетели птицы с громким криком, и только прислушавшись к ним я поняла как шумно за окном.

Приподнявшись на локте, я повернулась в сторону заколоченных окон и сощурилась, глядя сквозь щели. Кажется это дом стоял не далеко от главной улицы, на которой с раннего утра и до позднего вечера, жители и гости королевства продавали, покупали и обменивали все что только можно, громко прикрикивая каждый раз, когда предлагали цену и её хотели перебить. Пахло чем-то очень вкусным – толи какая-то выпечка, толи что-то вареное или жареное. В животе заурчало и я села на импровизированной кровати, подогнув ноги в коленях в позу лотоса. Огляделась убеждаясь, что в доме я одна и осмотрела свой прикид при свете дня.

– Ну я и замухрышка… – охнула я заметив на сколько грязные у меня руки и как сильно я перепачкалась ночью. Однако расстройство длилось не долго – мой прикид даже к лучшему, никто не заметит, что я отличаюсь от местных. Надеюсь.

Маленькое, но очень любимое мною зеркальце, которое я не могла не забрать, открыть я побоялась, дабы не прийти в ужас. Пожалуй, пока не стоит рассматривать себя в зеркалах ближайшее время. Если такие, конечно, попадутся.

Из домика я вышла в приподнятом настроении и почти сразу вывернув из-за угла заросшей тропы, попала на дорогу ведущую к центральной и самой длинной улице города. На сколько я слышала – эта дорога была протяженностью около трёх километров, и конечно, на ней был не только рынок: места и с простой дорогой и улицами, кафешками по окраинам и даже гостевые дома. А в середине улице, прямо напротив королевского дворца и почти рядом с бухтой была главная площадь Черногорья. Она, так же, как и самая длинная улица, была украшена флагом и гербом королевства.

Флаги, кстати висели на каждом доме рядом с фонарями, что придавало очень эстетичный вид. Днем улицы кипели торговцами, а вечером добавлялись танцоры и музыканты, и чем ближе к площади, тем их было больше. Вдоль длинной улицы, так же росли хоть и редкие, но пышные деревья, чередовавшиеся с высаженными в клумбах цветами. Одним словом, город был очень красивым.

Но контрасты рангов, были ощутимо видны.

Судя по старым часам, которые, я разглядела на первой же попавшейся мне рыбной лавке, время уже перевалило за полдень. Около часа дня почти. Ничего я так поспала! В жизни себе подобного не позволяла.

Но блин, зато как же я выспалась…

Первый ранг на рынок почти никогда не являлись. В основном они прогуливались только в центральной части главной Базарной улице. Да, именно так она и называлась, и иногда мне казалось, что у наших предков, было туго с фантазией – Тихая бухта, Базарная улица, Черногорье. Нет бы что-то красивое придумать, а тут как-то слишком просто.

В общем аристократы в основном крутились у центральной площади и не далеко от неё, где были какие-то заведения по типу театров, ресторанов, модных магазинов ателье или оружейных. Двойки встречались примерно наравне с тройками по всей Базарной, и в отличии от первого ранга которые одевались как на прием к королю, при простой прогулке, двойки и тройки выглядели более просто и скромно. По факту их сложно было отличить друг от друга, однако все-таки можно было: тройки зачастую ходили босиком, либо же в максимально дешевой, порой сшитой вручную, обуви. Все потому, что тройки – рабочий класс, и не все из них могут позволить себе хорошую обувь. Да порой это и не нужно – из-за специфики работы некоторых, та слишком быстро портится.

Двойки, разумеется обувь причем не плохую себе позволить могут, так что это основное отличие. Ну и дело в тканях их одежд, хотя не просвещённые в тонкости швейных деталей, этого просто не заметят.

Четверки, в центральной части города и поблизости почти не появлялись. Это и народом не одобрялось и стражей контролировалось. В основном те находились на левом побережье, где находилось и основное поселение четверок и почти окончание Базарной улицы. Кстати, даже они, что-то там, но продавали.

Отсыпав продавцу хлебной пару медных монет, я двинулась по базарной в сторону площади, пожевывая какую-то булку с ягодным повидлом. Конечно, не готовка нашего личного семейного повара, но тоже очень вкусно. На меня по большей части не обращали внимание – только изредка кидали не довольные взгляды, видимо из-за грязного прикида и не совсем опрятной одежды. Но мне было все равно – на меня не махали тряпками, значит не принимали за четверку и находится здесь могу.

До площади я правда добраться все-таки не успела. В какой-то момент оказавшись в толпе и протискиваясь вперед, я почувствовала, что вот – вот с меня кто-то стянет мой мешочек на поясе, с кошельком. Прежде чем это успело произойти, благо реакция у меня прекрасная, я резко повела руку за спину хватая чью-то руку и только потом обернулась.

Определённо четверка. Девочка, совершенно ребенок, лет десяти на первый взгляд. В момент, когда я схватила ее за руку та взвизгнула и пару раз дернулась в сторону упираясь в землю ногами, видимо пытаясь вырваться, однако хватка у меня крепкая не смотря на телосложение и первое впечатление.

Уперевшись одной ногой в землю, чтобы случайно не улететь за ней я огляделась по сторонам убедившись, что нет стражи и на нас, только косятся. Видимо, такие карманные воришки, здесь обычное явление.

– Отпустите! Я вас не трогала! Я мимо пробегала! – почти пропищала девочка, кажется быстро понимая, что из моей цепкой хватки так просто не вырваться. Замерев на месте и как-то с опаской оглядываясь по сторонам, та чуть ли не присев, провисла в моей руке. Опустив взгляд на этого ребенка, я лишь вздохнула. Выглядела девочка плохо и естественно на такое пошла не от большого желания.

– На. – не отпуская ее запястья, я протянула ей не доеденный пирожок, от чего та как-то недоверчиво замерла, глядя на протянутую руку. – Извини, я не много откусила, но я не заразна, а он вкусный. Проверила.

Девочка как-то расслабилась что ли, и больше не пытаясь освободить руку, та кажется уже передумала вырываться. Поджимая губы, она недоверчиво смотрела на пирожок, видимо есть она хотела, но сомневалась. Ждать мне было некогда, потому раскрыв ее ладонь, я вручила пирожок в её пальцы и бросила.

– Дают бери, бьют беги. Не слышала поговорки? Ешь. И если воруешь, хоть не попадайся. – убедившись, что пирожок та забрала я отпустила ее руку и та тут же достаточно резко подскочила, отпрыгивая в сторону, к краю улицы. Оценив ее действия, я опустила ладонь на сумку и проверив целостность содержимого и наличие кошелька, двинулась дальше решив поскорее затеряться в толпе.

Мне лишние внимание и взгляды ни к чему.

До площади добираться было крайне нелегко – такое количество народу, к которому добавились ещё и рыбаки с заграничными гостями. Решив, что в центр мне лучше пока не соваться, на одной из дорог я свернула в сторону бухты спускаясь по менее оживленной дороге. Моя наблюдательность сработала мне на руку, когда, сворачивая по дорогам я заметила за собой хвостик. Заметила причем случайно – лестница была слишком крутая, потому пришлось резко поворачивать и боковым зрением я заметила маленький силуэт, крадущийся за мной.

Делая вид что, ничего не замечаю, я свернула с дороги за угол и тут же прижалась к стене спиной в ожидании своей горе преследовательницы. Долго та ждать себя не заставила и буквально через минуту, вынырнула из-за угла мне вдогонку и прежде, чем, успела взвизгнуть, была схвачена мною за шкирку и утащена подальше в закоуток, от любопытных глаз.

Девочка завизжала, пинаясь и кажется, пытаясь тормозить пятками, но у нее не вышло. Та для своего возраста явно не доедала и была настолько легкой, что кажется даже мой брат ее бы без труда утащил. Хватая меня за руку, которой я держала ее шкирку та пыталась царапаться, но рукава и перчатки были надеты потому, я ничего не почувствовала.

– Значит так. – убедившись, что в закоутке никого кроме нас нет, я остановилась, подняв руку так, что сама девочка выпрямилась на ногах слегка повиснув на своей же рубахе и не отпуская моей кисти. Её взгляд был напуганным и каким-то умоляющим что ли, словно та боялась, что я её сейчас бить буду. – Мы с тобой просто поговорим, хорошо? Я тебя сейчас отпущу, а ты перестанешь орать, не сбежишь и поговоришь со мной. Кивни если согласна.

Девчонка, поджимая губы помедлила, а затем все-таки кивнула. Неуверенно выгнув бровь, сомневаясь, что та не даст деру я медленно разжала пальцы отпуская ее рубаху. Или платье. Черт знает что на ней надето.

Девочка все же отступила назад, увеличивая расстояние. Однако бежать передумала и как пообещала, не ревела. Уперев руки в бока, я осмотрела горе воришку: всё что на ней было это какие-то старые штаны, явно ей короткие и в заплатках, на столько, что от изначальной ткани там остался только боковой шов, наверное. Поверх этого безобразия, было какое-то старое простое платье, чем-то похожее на женскую рубаху. Так же с парой заплаток из совершенно другой ткани. Подпоясана та была странным ремешком с чешуйками кажется и на нем висел маленький самодельный мешочек. Девочка была босиком, с собранными в тонкую косичку очень светлыми волосами.

На ее запястьях было множество различный веревочек, бантиков и детских побрякушек с ракушками и камушками, а босые ноги были настолько грязными и пыльными, что издалека можно было подумать, что та в сапожках.

– Зачем ты меня преследуешь? – уперла я руки в бока все-таки нарушив молчание. – Еды у меня больше нет, а денег я тебе не дам.

– Почему?

– Не поощряю воровство, ради чего бы оно не совершалось. – отрезала я. Голос у девочки был звонкий и очень уверенный. Смотрела та колко, изучающе и кажется, на свой возраст, та явно не выглядела.

– Ты ведь не местная, да? – отзеркалив мою позу, девчонка склонила голову на бок и усмехнулась.

– Так заметно? – вздернула я брови.

– Местные бы подняли шум, если бы поймали и выпороли бы. Да и еду никто не дает.

Понимая, что спалилась на достаточно простых вещах, я хмыкнула.

– И что с того? Это повод следить за мной?

– Раз ты не местная, почему в нашей одежде? – вопросом на вопрос ответила та. Я усмехнулась, поражаясь наблюдательности девчушки. Это очень разумный и логичный вывод. Браво.

– Другой одежды нет, а лишние внимание привлекать не хочу. Я ответила на твои вопросы?

– Ты странная. – прищурилась на меня девочка. – Куда идешь?

– Не скажу. Если это всё и твоё любопытство исчерпано, иди дальше кошельки воруй. – махнула я ей ладонью, разворачиваясь к дороге, однако девчонка перегородила мне дорогу, сцепив руки за спиной и улыбнулась.

– Ты сказала, что не одобряешь воровство.

– Верно. Но раз тебе нечем заняться, иди практикуйся. – я пожала плечами с легкостью обходя ее тонкую фигурку. Повернувшись мне в след, когда я вышла на дорогу и снова двинулась в сторону бухты, та, помедлив к моему удивлению, пробежав немного, двинулась рядом со мной. Кинув на неё удивленный взгляд, я не успела что-то спросить, как та протянула.

– Раз ты не местная, тебе нужна помощь?

– В плане?

– Я здесь знаю каждую подворотню. Знаю всех, кто и где живет. Могу провести за пару монет или найти кого-то или узнать что-то…

– Местный гид… – хмыкнула я себе под нос, однако девчонка услышала.

– Да, что-то типа того. Ну как? Нужна помощь?

– Не особо, мне нужен только один корабль, который я сама найду.

Девочка расстроенно надула губки, а вот у меня же в голове мелькнула мысль, и я слегка затормозила. Девочка-же не сразу заметив это, прошла чуть вперед.

– Хотя, наверное, сможешь помочь. – уперев ладонь в бок, я заметила, как детские глазки загорелись и та, воровато оглядевшись, приблизилась ко мне. – Нужна будет информация, по одному рейсу. Плачу два медяка.

– Идет. – протянула та ладошку, но я фыркнула.

– Сначала информация, оплата после. Идем.

– Стой. Если не хочешь светиться, то я тебя проведу не заметно, и более коротким путем. – получив от меня едва заметный кивок после недолгого раздумья, та махнула ладонью идти за ней и оглядевшись на пустых улицах, свернула в первую же подворотню.

Было даже интересно куда та меня заведет. Угрозой от неё не веяло, и то что та действительно хочет честно заработать, меня порадовало. Значит воровство в ней действительно из нужды, иначе бы она этим не занималась. Мы очень быстро шли через узкие дворовые улочки, сворачивали по казалось-бы не проходимым тропинкам и в какой-то момент даже перелезли через каменное ограждение, оказавшись на одной из многочисленных красных крыш.

Отсюда открывался прекрасный вид на порт, а крыша кажется, была крышей рыбной лавки, совмещенной с кабаком, стоявшей в самой первой линии. Дальше только пирс и море с кораблями.

– Вау. – присев на корточки рядом с довольной моей реакцией девчонкой, я огляделась. – Действительно срезали.

– Тут не много воняет. – сморщилась та, намекая на запах рыбы, но я повела плечом.

– Это же море. А нас не увидят?

– Только если с мачт. Но им как-то всё равно. – кивнула та в сторону кораблей и повернула на меня голову щурясь от вышедшего из-за редких облаков солнца. Ветер трепал ее светлые выбившиеся из косы волосы, а шум волн и чаек, очень сильно приглушали голос, поэтому та говорила, почти в крике. – Что надо узнать?

– Когда и во сколько отходит корабль в Солнечногорск, и сколько возьмут за одного пассажира. – протянула я, плюхаясь на задницу и вытягивая уставшие ноги. Девочка кивнула.

– Жди здесь. Только не высовывайся.

Махнув ей рукой, мол, естественно, я уперлась ладонями в крышу и закрыв глаза запрокинула голову к солнечным лучам. Девчушка, ловко пригибаясь к крыше добежала до её правого края и ловко спрыгнула, скрывшись из вида. Не вглядываясь в окрестности и лица, я рассматривала порт наслаждаясь шумом моря и голосами людей. Здесь течет настоящая свободная жизнь. Даже воздух иначе пахнет!

Эх, сюда бы бокальчик вина и книжку, я бы до ночи сидела и не вставала с места.

Девчонки не было достаточно долго. В какой-то момент у меня мелькнула мысль что та просто сбежала, но я прикинула что деньги ей нужнее розыгрыша, потому не торопилась слезать с крыши. Однако через полчаса примерно, послышалось кряхтение со стороны, где она слезла и повернув голову я заметила светлую макушку. Девчонка не боясь изваляться ловко подтянулась и перевалилась на бок, забравшись на крышу с ногами. Оглядевшись и найдя меня взглядом, та, вмиг повеселев, в полуприседе припустила ко мне.

– Я думала ты уже убежала.

– Я про тебя тоже самое подумала. – протянула я с ухмылкой. – Ну что?

– Он отойдет через три дня, в семь часов вечера. Мест на корабле мало, так что, если и останутся, будут стоить почти десять золотых. – распахнула та глазки. Цокнув языком, я вздохнула.

– А пораньше ничего нет? Три дня, это кошмарно долго.

– Только если с пересадкой в Нагорье. Тогда отходит этим вечером.

– Нет. Там сейчас военный переворот, попасть попаду, но хрен оттуда выберусь. – протянула я морщась. Оторвавшись ладонями от крыши, я открыла сумку и достала монеты. Под радость девочки, вручив в открытую ладонь обещанное, я кивнула, закрывая мешок и щурясь от солнца. – Хорошая работа.

– Спасибо. – улыбнулась та, пряча монеты в мешочек. – Ну так что? Поплывешь на нём? Том что через три дня?

– Выбора все равно не много.

– Но это же десять золотых! – охнула та. Я же, глядя на ее огромные глаза, улыбнулась. Такая милая.

– Да, я услышала. Не переживай, я умею договариваться.

– Я бы на это посмотрела. Там очень противный капитан. – вздохнула та и мы не на долго замолчали. – Куда пойдешь?

– Не знаю пока. А что, хочешь помочь?

– Мне понравилось зарабатывать. – кивнула та. – Я знаю несколько не дорогих гостевых домов. Могу показать парочку.

– Не стоит. – мотнула я головой. Подогнув ноги в позу лотоса, я потерла ступню разминая связки и морщась от солнца посмотрела на девчушку. – Меня скоро будут искать. Уверена такие места, проверят в первую очередь.

– Тебя будет искать стража? – охнула девушка и прикрыв ладошками рот от моего утвердительного кивка, зашептала, но громко. – Ты что-то украла?

– С чего это?

– Иначе зачем им тебя искать?

Я замялась не зная, как объяснить и не спалится. Что-то я себе историю то не продумала. Хотя я просто не предполагала, что с кем-то смогу познакомиться. Черт, все слишком быстро пошло не по плану.

– Не крала, но стража в моей персоне, очень заинтересована. – отметила я, добавив. – Скоро будет.

Девочка над чем-то задумалась, хмуря светлые брови и стуча пальчиком по подбородку. Я же с улыбкой наблюдая эту картину, смутно догадывалась о чем та думает, однако решила не встревать и дать её мысли более подробно резвится.

Три дня для меня очень долго. Учитывая, что наше королевство само по себе не большое, его пешком то обойти за день можно, а за три дня каждый камень перевернуть раз плюнуть. Но выхода тоже нет – в Нагорье по последним новостям происходит переворот. Двадцать лет назад трон занял самозванец, а теперь принц, который был со слов моего отца, тайно спасен и вывезен из дворца, сейчас решил вернуть корону. Наше королевство помогает ему оружием и доспехами, так что мы, как никто лучше знаем, что туда ближайшее время, лучше не соваться.

Вот и мне не стоит. Корабли других государств они, конечно, не трогают, но задержаться я там могу запросто, да и под раздачу попасть. Вот и получается, что единственный вариант побега, это корабль, отходящий через три дня. Черт, но долго же!

Может вернутся домой и раскаяться в своих ошибках? Подождать три дня, а потом свалить сразу на корабль? Не, не прокатит. Отец уверена уже понял, что происходит и меня тогда попросту не выпустят даже из комнаты, не то, что из дома или просто в сад.

– Я могу тебе помочь. – улыбнулась девчонка. – Разумеется не бесплатно.

– Даже не сомневалась. – фыркнула я в ответ. – Пожалуй откажусь. Одной справится легче, да и тебе не поздоровится если нас обеих поймают.

– Не поймают, я очень быстро бегаю. Брось, соглашайся, и я подзаработаю, и ты не пожалеешь. – девочка ехидно улыбнулась. – К тому же я знаю такие места, куда не то, что стража, даже низшие ранги не суются. Там точно искать не станут.

– Это где ж такие места то? Лес или горы?

– Почти. Ну так как? Согласна?

– А если ты меня заведешь куда и по голове треснешь? Я очнусь без гроша в кармане… – поинтересовалась я. Распахнув глаза в удивлении, та кажется оскорбившись, хлопнула ртом.

– Я может и четверка, но не такая подлая. У нас все по большей части порядочные. К тому же обманывать себе дороже. Ты не представляешь как за нами следят и шманают.

– Извини если обидела. – я выдавила виноватую улыбку, и пояснила. – Просто я никогда не имела дело с четверками.

– Мы тебе понравимся, правда. Мы очень дружные, хотя конечно взрослые очень недоверчивы к чужакам, но ты им понравишься.

– Чем? – фыркнула я.

– Ты не аристократка.

От ее слов улыбка почему-то скисла. Глядя на девочку выжидающе, словно она хотела пояснить что именно в аристократии им не нравится, я пару раз моргнула. Девочка же с улыбкой смотрела на меня словно ждала моего согласия.

– Не похожа?

– Не-а. У тебя взгляд добрый. – та слегка наклонила голову на бок словно хотела лучше меня разглядеть. – А ещё ты, как все тройки и естественно четверки, худая. У аристократов такого не бывает. Они говорят все рождаются с широкими костями.

От сказанного мне стало смешно, потому что голос у нее был серьезный, словно это не слух или шутка, а научно доказанный факт. Ну да, когда образование ниже ноля, в жизни много чего волшебного и необычного. По факту же нашей аристократии, просто надо меньше жрать.

– Думаешь там меня искать не станут?

– Если и станут, не найдут. – отмахнулась та и закивала, протягивая руку для пожатия. – Я не дорого возьму. Один золотой, за день присмотра.

Если взвесить все за и против, конечно перевес в сторону бросить этого ребенка и самой разбираться. Но, с другой стороны, почему нет? Города, где я родилась и выросла я толком не видела, и совершенно не знаю, как и чем живут местные люди. Да и не пинать же мне воздух три дня, а тут хоть что-то посмотрю.

Но блин, а если мне это боком выйдет?

– Ладно. Но чур от меня ни на шаг без моего согласия. Иначе договор отменяется, поняла? Если все пройдет хорошо, получишь бонус.

– Договорились. – та ловко пожала протянутую мной ладонь и приложила руку к груди. – Меня зовут Виолетта. Можно просто Вилли.

– Нора. – хмыкнула я. – Ну и куда пойдем?

– Разумеется в деревню четверок. Идти туда не близко, и, если хочешь проведу тебе обзорную экскурсию по городу. Разумеется, с минимальным количеством встреч со стражей. Только это… купишь ещё пирожок? – протянула та едва слышно. Перехватив ее почти умоляющий взгляд, я усмехнулась согласно кивая.

***

Солнце уже скрылось за горами и небо озарил яркий закат. По часам было около шести вечера, когда мы, не спешно прогуливаясь по городу и прячась от стражи, наконец приблизились к деревне четверок. Признаться честно, в этой части острова я никогда не бывала, однако сразу заметила что это место, заметно отличалось от остального города.

Базарная улица становилась как-то уже, чем дальше уходила в деревню. Улицы становились меньше и захламлённей, а домики выше и как-то темнее. Цветов и привычной мне зелени здесь было не много – и те в основном в засохшем виде. Фонарей и электричества в целом я здесь не наблюдала и на мое замечание, Вилли посмеялась.

– А здесь его почти и нет. Факелы и свечи, вот весь свет.

Странно. Я читала в новостных газетах, что его проводят во все уголки нашего острова. Может не во всей деревне оно имеется, пока что?

Рынок кончался и начинались жилые улицы и дороги с закоулками. С каждым шагом в глубь деревни, я все больше хмурилась, удивляясь постройкам. Дома с красными крышами, выглядели совсем иначе чем на моей части острова – к первым, каменным этажам, были пристроены вторые, а в некоторых местах и третьи этажи из деревянных досок, поддонов и кажется картона.

Прямо на улицах, между домов на протянутых веревках сушились вещи, возле порога домов сидели люди, перебирали и разделывали рыбу сливая все в маленькие канавки ведущие по краям узкой дороги. От этого здесь стоял поразительный запах.

Дома стояли словно грибы, в абсолютно хаотичном порядке, среди узких мрачных улиц, и чем выше в горы от моря мы поднимались, тем кажется мрачнее все и становилось.

– Это пока солнце садится. Сейчас факела начнут зажигать и будет хорошо. – улыбнулась Вилли хватая меня за ладонь и утягивая в сторону.

– Вилли, а ты не боишься здесь ходить?

– А кого боятся? – не поняла та, кинув на меня взгляд и поднимаясь вверх по ступенькам, кажется старый и бездомный мужчина и толи был страшно пьян, толи спал уронив голову чуть ли не на колени. Проходя мимо него, та обернулась на меня не дождавшись ответа.

– Не знаю. Тут так темно и мрачно…

– Тут все друг друга знают, чего боятся то? Идем, быстрее, щас на площади огни зажгут. Это красиво!

– На площади?

– Да, на главной площади нашей деревни.

Мы ускорились, перепрыгивая через ступеньки вверх и оказавшись на краю дороги, свернули за угол дома. Успели мы, к слову, вовремя.

Темно в этой деревни так быстро стало оттого, что над самой деревней был огромный утёс, закрывающий не большую часть деревни под собой. Это же придавало какой-то атмосферы и величия того, насколько крохотные дома и люди по сравнению с островом. Город уходил выше и сейчас, с этой самой площади было видно, как в разных его частях начинают зажигаться факела и фонари от свечей.

Площадь деревни представляла собой огромную круглую площадь, в центре окружающих её трёх каменных зданий. На одном здании по центру, висел королевский флаг и огромные часы, показывающие точное время. По окружности площади, выложенной из камня, стояли старые железные фонари, к которым сейчас поднимался по старой деревянной лестнице пожилой мужчина в изодранной и истертой одежде, и зажигал фонари, освещающие это мрачное место.

И это действительно было красиво – то, как темноту прорезают первые лучи от фонаря и всё вокруг становится каким-то уютным и романтичным.

– А почему никого нет? Так пусто, хотя народу много.

– Все на работах. – Вилли направляясь куда-то в сторону от центра площади, указала ладонью на часы. – В семь начинают и в семь заканчивают. Скоро тут будет не протолкнуться. Ты хочешь перекусить?

– Мы с тобой недавно ели. – выгнула я бровь, а девочка пожала плечами не останавливаясь.

– Мне надо кое кого найти и кое-что передать. Если ты не против, я могу оставить тебя в одном баре. Я очень быстро вернусь, честно – честно.

– В баре? А ты сама-то в этом месте уверена?

– Конечно. Мой друг там работает. Правда мне не наливают, но вкусным угощают. Тебя тоже могут угостить!

– А с тобой я пойти не могу? – вздернула я брови. Девочка, остановившись, виновато вздохнула.

– Прости, но правда нельзя. Место куда я пойду знать никто не должен. Я же вернусь, мне ведь деньги нужны.

– Н-да. Рада что у тебя есть стимул. Веди в свой бар.

Хоть узнаю, что это и с чем его едят. Про бары я только слышала и то от слуг. Как аристократке мне в таких местах бывать не положено, но, например, Люси говорила, что в таких местах часто очень много пьют, иногда дерутся. Там постоянно шумно и играют музыканты. В общем говоря атмосферно.

Вилли довольно хлопнула в ладоши, и мы свернули с площади в лево, в сторону вязкой дороги ведущей в гору. Однако далеко не ушли – в поле видимости даже в полумраке и при едва освещаемой дороге фанарем, я заметила у стены одного из домиков, деревянную выпирающую табличку. От ветра та слегка покачивалась и скрипела, однако не мешала, а только привлекала на себя внимание.

На дощечке была нарисована голова рыбы и её скелет вплоть до хвоста. Под рыбой, на двух веревках болталась табличка с названием «Скелет бар». Дверь в бар была деревянной, покосившейся и с кучей вмятин из-за неправильного использования. Возле двери, на и без того узкой дороге стояло несколько человек и потягивая сигареты обсуждали какие-то нормы и выполненный план. От меня, как я заметила, те отличались только грязными черными руками и серыми лицами – по-видимому шахтеры.

На нас с Вилли те не обратили внимание. Среди них-же при приближении, я заметила и девушку примерно моего возраста. И она тоже курила!

Первой в открытую дверь зашла Вилли и как я поняла, дверь вела в полуподвальное помещение, потому что несколько окон бара были на уровне земли и только на половину из нее выглядывали. Спуск в сам бар оказался по крутой лестнице, где по бокам на стенах в железных фонарях были зажжены свечи, которые честно, мало чем помогали. Внизу лестницы, была ещё одна дверь в данный момент которая, была распахнута настежь.

А вот народу здесь, было не мало. Несмотря на то, что первое помещение, как я успела заметить их было два, было заставлено деревянными столами и скамейками. На каменных стенах висели старые и возможно декоративные щиты, топоры и копья, а и без того маленькие окна были закрыты наглухо шторами, что создавала какую-то приятную атмосферу. Под деревянным потолком, достаточно низким, к слову, висели многочисленные железные плафоны со свечами которые давали свет. Такие же висели и на стенах, от чего позволяли видеть всех присутствующих.

В правом от входа дальнем углу, на небольшой возвышенности собранной кажется из каких-то поддонов и ящиков, сидели и музыканты. В руках у них были самые простые инструменты – гитара, гармошка и какая-то коробка, напоминающая барабан – или заменяющая его, не знаю.

Кого здесь только не было – мужчины и женщины и моложе меня и намного старше отца. Одеты все были кто во что горазд – без пафоса и скромности, но просто. Кто-то после работы в шахтах даже не переодевался, кто-то так и явился сюда в форме со стройки. Из еды же, тут судя по запаху, была только вяленая или сушёная рыба, а вот алкоголь судя по количеству огромных кружек, здесь лился рекой.

Вилли дабы не потерять меня в веселой толпе, которая, стоя у входа, от нехватки в зале сидячих мест, пела песни вместе с музыкантами, потащила меня во второй зал. Он ничем не отличался от первого, разве что по размерам был меньше и здесь, слева от входа в это помещение стояла импровизированная, выложенная так же из камней, барная стойка.

Помимо щитов, в этом зале на стенах висели музыкальные инструменты, какие-то клочки бумаг с рисунками и выписками из газет. За барной стойкой, возле которой так же почти не было свободных мест, как ужаленные носились два довольно молодых бородатых паренька. Молодых, потому что бородка ещё редкая, но уже проступала.

– Привет, Жора! – крикнула Вилли, забираясь на довольно высокий барный стул, чтобы её хотя бы увидели из-за стойки. Остановившись за её спиной, я с интересом наблюдала как мужчины, принимая заказы и скидывая деньги в бочку, тут же отдавая сдачу вручали гостям их напитки. Услышав детский голос и свое имя, один из парней протягивая кому-то кружку оглядел стойку и растянулся в улыбке, подходя в нашу сторону.

– Привет Вилли. – протянув руку тот стукнулся с девчонкой кулаком и посмотрел на меня, опираясь кулаками в стойку. – Что за красавица сегодня с тобой?

– Она не давно на нашем острове. Показываю самые классные места. – не успела я и подумать над ответом, как Вилли меня уже представила. – Это Нора. Нора, это Жора, мой друг.

– Привет. – кивнула я тому. Парень широко улыбнулся, показывая все свои не сильно чистые зубы и покачал головой глядя на Вилли.

– Ты любишь заводить друзей Вилли, но на ошибках ты явно не учишься. Что наша гостья будет? – посмотрел тот на меня.

– А что предложите? – вздернула я брови. Интересно что пьют четверки? Учитывая, что наша продукция довольно дорогая, сомневаюсь, что встречу вино в таком месте.

– А с чего хочешь начать? Полегче что, или сразу крепкое?

– Полегче.

– Тогда угощу мёдом. Говорят, что только в нашем баре, он самый вкусный. – не успев получить от меня согласие, Жора тут же ловко крутанул в руке невесть откуда взявшуюся кружку и развернулся к одному из бочонков, торчащих из каменной стены, с подписью «Мёд». За этой стеной как я полагаю, была местная «кухня» так как именно оттуда приносили чистые кружки и подносы с рыбой.

– Попробуй, тебе правда понравится. – повернулась на меня Вилли и крикнула Жоре. – Я скоро вернусь, присмотри за ней.

– Беги. Я прослежу чтобы её не споили. – хохотнул Жора ставя передо мной огромную кружку Мёда. Вилли сползла с высокого стула и толкнув меня в бок, кивнула мол садись, а сама буквально на глазах исчезла в толпе. Как её такую маленькую сюда пустили и не задавили?

– Сколько?

– На первый раз угощаю. – подмигнул мне парень и повернул голову в сторону нового клиента, слушая заказ. Подвинув сумку на поясе, ближе к животу я уселась на высокий барный стул и обхватив руками кружку отпила.

Вау. Впервые пью мед. Точнее медовуху, которую заказал подошедший мужчина и которую Жора налил из той же бочки, с надписью «Мёд». Сделав не большой глоток чтобы распробовать, я растянулась в улыбке, ловя усмешку и самого бармена. Поставив кружку перед мужчиной, остановившемся рядом, тот кивнул.

– Вкусно?

– Поразительно! – согласилась я. Напиток действительно не крепкий, думаю там и градусов не много, сразу напиться не выйдет, но сладкий привкус, то как он освежает и эти пузырики как у шампанского… Чёрт, мне кажется это лучше вина!

Мужчина стоявший рядом и принявший от бармена кружку отпил меда и кинув на меня взгляд от чего-то резко замер, распахнув глаза. Я не смотрела, но боковым взглядом, это заметила. Отпивая ещё мёда, я повернулась на него убедится, что тот толи поперхнулся толи удивился мне, однако мужчина, кажется, заметив мое движение развернулся в ту же сторону что и я встав ко мне спиной. Не глядя на Жору тот грохнул монету на стойку и подняв кружку над головой чтобы толпа ее не сшибла, двинулся куда-то в соседнее помещение.

Наверное, к своим.

Не отрываясь от кружки, при том совсем не спешно потягивая напиток, я снова оглядела помещение. Музыка, играющая в соседней комнате, была прекрасно слышна и здесь, от чего настроение поддерживалось во всем баре и пара человек сидя в углу даже напевали ее слова. Я же разглядывала фотографии и нарисованные от руки картины, за спинами барменов, но всё-таки осушить кружку и на половину, я не успела. Со стороны входа я заметила движение, словно кто-то пробирается к барной стойке, и в какой-то момент, со спины мне на плечи, через шею опустилась чья-то рука, а смутно знакомый голос протянул над ухом.

– Вот это я понимаю, встреча.

Кружка из моей вмиг похолодевшей от ужаса руки, была аккуратно вытащена, и отодвинута на барную стойку, подальше. Жора, набирающий в кружку чей-то заказ, только кинул на нас взгляд, но от чего-то ни капли в лице не изменился. Спина по инерции выпрямилась, и я повернулась в право, в сторону, где стоял мужчина, руку которого я с себя смахнула.

Этот взгляд я запомнила, ещё тогда, а голос только подкрепил этот вывод. Это он, без платка на лице и шляпы, в другой одежде, но это он, тот самый, главный бандит, который напал на карету.

Распахнув глаза и разглядывая мужчину, я заметила, что и тот, не убирая руки со спинки стула за моей спиной, оперся локтем о край стойки и сам с интересом разглядывает меня. Мой взгляд метнулся ещё в бок, и я заметила того самого парня, который убежал с мёдом скрывая лицо, и третьего их сообщника, которого я до этого не видела.

Но по взглядам и их серьезным лицам я поняла одно – мы узнали друг друга. А я, в полной жопе.

Глава 6

– Выйдем, перетрем за погоду. – отстранившись от стойки, протянул главный из шайки, но замер, когда я фыркнула.

– Уже разбежалась.

Кинув на меня недовольный взгляд, и кажется быстро поняв, что я просекла то, что здесь о его делишках не знают, тот развернулся обратно к стойке и уперевшись одной ладонью в ее край, а второй в спинку моего стула, наклонился к моему лицу слегка наклонив голову на бок и заглядывая в мои глаза.

– Не выйдешь сама, за шкирятник выволоку.

Кинув на него недовольный взгляд, я скосилась на Жору. Парень, продолжая наливать напитки и получив от главного отмашку на что-то, даже не шелохнулся в мою сторону.

Вот и всё. Помру в рассвете сил, так и не выйдя замуж и не получив своё образование. Все старания родителей пойдут к псу под хвост, потому что сейчас меня заведут в темный переулок и разберут на органы. Не знаю торгуют тут людьми или нет, но кажется судя по взбешенному взгляду этого парня – скоро начнут.

Слезая со стула, я схватила стакан и под изумленные взгляды не только самого главного ждущего моего движения, но и его братков, сделала ещё пару больших глотков для храбрости, а после, махнула Жоре, мол, супер.

То, что идти нужно было за ним, я без подсказок поняла. Двое его ребят шли позади, видимо следя чтобы я не драпанула, а я и не думала. Куда бежать-то я просто не знала. Вот я попала! Теперь меня не то, что не найдут, даже не похоронят по-человечески. А я ведь так молода!

Что кстати странно, но и паники то, как таковой не было. Может из-за меда на голодный желудок. Да и пока шли, я что-то опять проголодалась.

Как только мы поднялись по лестнице на улицу, я выдохнула.

– Может договоримся?

Однако меня даже слушать не стали: главный, развернувшись, резко схватил меня за воротник и под мой ох, от неожиданности и грубости с его стороны потащил куда-то за угол по плохо-освещаемой дороге, вверх. Схватившись за его руку и спешно перебирая ногами чтобы не споткнуться и, не свалится, я хрипнула.

– Полегче, я тебе не мешок с картошкой!

– Закройся пока не убил к чертям! – рыкнул тот, останавливаясь возле какой-то не особо приметной двери, ведущей в чей-то двор. Толкнув её с ноги тот вошел первым и затянул меня следом, однако я проходя удивленно огляделась.

Наверное, когда-то это был дом, потому что сейчас от него остались только каменные полуразрушенные, но высокие стены и сама обманчивая дверь. Свет и причем довольно неплохо, здесь давали фонари который освещали дорогу за стенами, но были выше и попадали на территорию дома А так как площадь была не большая, эти четыре фонаря, тоже не плохо справлялись.

Помимо них, естественно, здесь были ещё источники света. В дальнем углу стояли коробки и ящики, в форме стола и стульев рядом с ним. За ним сидели ещё двое, с такими же кружками, как и в баре и о чем-то беседуя в полголоса, покуривали сигареты. На столе стоял ещё один фонарь, а у стен, ещё несколько. Видимо мужчины принесли с собой по одному.

При нашем появлении, двое курящих прервали свою беседу и перевели взгляды, в нашу сторону. Точнее в мою, после чего не на долго зависнув, оба почти одновременно вскочили. Один распахнул глаза хватаясь за лоб ладонями и сжимая сигарету зубами, второй же кажется, не веря в происходящее схватился за волосы на макушке и вороша их отвернулся, кажется, тихо матерясь.

– Ёпта, и впрямь она! – хрипнул первый куривший.

Главный грубо отпихнул меня в сторону стола отпуская жилет и я, слегка покачнувшись, быстро огляделась прикидывая пути отступления и поправила одежду поворачиваясь на главного и ещё двух парней. Всего их было пятеро, стояли они так что я не вольно оказалась в центре, да и чего тут врать – путей отступления просто нет.

Пока бандиты, топчась на месте и от изумления покуривая молчали, разглядывая меня с нескрываемым интересом, главный уперев руки в бока смотрел куда-то в землю возле моих ног. Словно что-то слушал и не верил в услышанное. Скрестив руки в бока и прикинув что кажется, кровавая расправа откладывается и те просто в шоке с того, что видят меня здесь, как я с того, что вижу здесь их, молча разглядывала их прикиды.

– Ну и че ты здесь делаешь, овца? – мужчина, наконец подняв взгляд с земли на меня, нагло выгнул бровь. Рот невольно открылся, не его грубость, и я оскорблённо выдохнула.

– Я попрошу! Ты совсем без манер?!

– Манер? – выдохнул тот вздернув к вылезшим на лоб глазам, ещё и брови. Хмыкнул повторив. – Манер. – его глаза начали наливаться злобой и тот сделал шаг ко мне, слегка склонив голову на бок. – Ты реально больная или прикидываешься? Ещё раз спрашиваю чё ты здесь забыла?!

– Не твое дело, вообще-то! – огрызнулась я. Что ж, убивать они меня явно не планируют, пока что, а учитывая, что знают кто я, может и не будут. А если и соберутся, попробую уговорить их на выкуп. Или откуп. Сколько у меня там в заначках есть?

– О, неужели. Не мое дело. Парни, вы слышали?! – мужчина нервно хохотнул, отойдя и уперев руки в бока, покрутился вокруг своей оси, безумным взглядом оглядывая своих ребят и смеясь. Те же радости главного не разделяли и смотрели на меня с какой-то опаской и недовольством. Мужчина, не найдя ответа от своих братков, а может и так поняв что-то без слов, снова развернулся на меня и опять приблизился. В этот раз, ещё ближе. – Это как раз мое дело, конфетка. Мало того что сейчас ты на моей территории, так и ещё нелегально. – хохотнул тот оскалив зубы.

– И что? Кому до этого какое дело? – протянула я. – Я ни кого не трогала, пила в баре мед. Это вы тут взбаламутили всех…

– Ты ещё не поняла, овца? – рыкнул тот, резко хватая меня ладонью за ворот рубахи и подтягивая к себе. Вцепившись в его руку, я привстала на цыпочки так как сам мужчина, был намного выше меня. Тут вообще народ какой-то через чур высокий. – Из-за того, что мы лоханулись с каретой, в которой должен был быть князь, мы напоролись на тебя! – зарычал тот мне в лицо. – А в эту же ночь после того, как нас якобы, – тут он свободной рукой показал пальцами кавычки, интересно откуда он знает о них? – спугнула стража, ты сбегаешь из своего уютного гнездышка в эту дыру. Или нет? – выдохнул тот. – По версии королевской стражи, тебя выкрали бандиты, которые и напали на карету! – гаркнул тот.

– Что за бред?! – выгнула я брови глядя на его взбешенную гримасу. О чем он черт возьми говорит? – Я сама сбежала! Никто меня не крал!

– Знаю, потому что те бандиты – мы! – последнее слово тот проорал мне в лицо, от чего я сморщилась. Скорее от омерзения, чем от испуга, ведь его слюни попали и на меня. – Ты хоть знаешь какая охота на нас из-за тебя началась?! Ещё раз спрашиваю, какого дьявола ты здесь забыла?! С князем спелась? Решили нас подставить?!

– Чего?! – охнула я. Ну такого я ему не позволю. Резко взмахнув рукой, я врезала ладонями ему по сгибу руки в лучевую кость и когда его хватка дрогнула, со всей силы наступила на ногу, правой пяткой. Парень заорал, отпуская меня и сжав кулаки отпрыгнул в сторону поднимая ногу от земли. Однако не успел тот дернуться ко мне снова, как я сама выросла перед его носом, стоило ему только повернутся на меня, и мы замерли лицом к лицу – Не смей мне приписывать общение с этим хряком! Не твое дело почему я сбежала, а в том, что подумать могут на вас, не моя вина!

– Я убью ее. – выдохнул мужчина, внезапно распахнув глаза, но не двигаясь, хотя я была буквально в полуметре от него. Шутил он так, просто предупреждал или говорил факты – выяснять не очень-то и хотелось. От услышанного я отступила, а один из его ребят все-таки решив вклиниться в разговор и оказавшись, между нами положил ладонь на грудь парня, словно следил чтобы тот, не делал резких движений в мою сторону.

– Значит, по-твоему, это наша вина? – уточнил второй пацан, на что я тут же вскинула подбородок.

– Да! На кой черт вы на карету полезли, если ничего не взяли?! Хреновые из вас грабители! – рыкнула я. Кажется в это мгновение, все присутствующие обернулись на меня, а у главного же, по-моему, от удивления аж глаз дёрнулся.

– Грабители? – переспросил тот. – Если бы мы грабили, тупая, ты в одном плаще бы домой вернулась! – гаркнул он, хватаясь за рубашку стоявшего рядом парня и державшего его.

Я возмущённо охнула, словно тот уже попытался стянуть с меня одежду и прикрылась поверх одежды, ладонями на груди и бедрах. Парни внезапно усмехнулись моим действиям, а главный сморщился, и в голос застонал, отпуская своего друга, а после разворачиваясь в сторону от меня.

– Тогда какого черта вы вообще полезли на карету?! – непоняла я, кидая взгляд на паренька из бара, что меня первым заметил. – Ни еды, ни животных, ни денег!

– Нам был нужен князь. – рыкнул пацан так и стоявший, между нами.– А попалась ты.

В повисшем молчании, нарушаемом только постаныванием главного, но явно не от боли, я глядела на молодых парней и прокручивала в голове сказанное ими. По версии стражи меня выкрали бандиты, которые напали на карету? Откуда такая версия? И почему это версия именно королевской, а не простой стражи? Так – так, это уже интересно.

– Ты сказал королевской стражи? – задумчиво цокнула я языком, кинув взгляд на мужчину. Главный, уперев руки в бока перевел взгляд с пола на меня. – С чего им интересоваться моим исчезновением?

– Да мне откуда знать, конфетка. – фыркнул тот приблизившись. – Не знаю где тебя ветра носили, весь это гребаный день, но королевская стража с полудня прочесывает порт, все корабли, гостиницы и места куда ты могла отправится. – его рука юркнула в нагрудный карман жилетки и тот резко вытащил из него скомканный и не ровно сложенный лист. Быстро развернув его тот повернул на меня текстом, где была огромная надпись:

«Розыск. Разыскивается банда из пяти человек. Похищена графская дочь. Вознаграждение за любую информацию – гарантировано».

По центру листа была от руки сделана зарисовка бандитов – скажу честно очень даже точная – одежда, в которой их изобразили была в точности та же, в которой на меня и напали, а из лиц были видны только глаза. А под надписью графская дочь, было вставлено мое черно-белое фото.

– Не может быть! – выдохнула я, выхватив из его ладони лист и повернувшись на свет фонаря лучше рассмотрела, слегка наклонившись вниз. – С ума сойти! Какая паршивая фотка…

– Что она сказала? – изумился один из стоящих рядом парней посмотрев на главного.

– Когда меня искать начали? Почему я за весь день ничего не услышала ни разу? – развернувшись на главного я махнула на него листом. Тот в свою очередь хохотнул, подняв ладонь и ткнув себе в грудь.

– Ты нас то спрашиваешь?!

– Не понимаю, почему вас приплели? – нахмурилась я, спрашивая скорее себя, чем обращаясь к ним и снова глянув на лист в руках. – Я думала отец поймет, что произошло и самый максимум попросит своих слуг или слуг князя меня поискать в порту и в гостевых домах, но черт, откуда королевская стража взялась?

– На кой хрен ты сюда приперлась? – прямо спросил главный. Раздраженно опустив руки вниз и сжав свободную в кулак, я махнула той, что была занята бумагой в сторону, чуть не заехав одному из парней по носу.

– Нужный мне корабль отходит через три дня, мне не куда идти! – огрызнулась я. – А лучший вариант, это затеряться там, где никто искать не станет!

– И ты приперлась в самый центр деревни четверок?! – гаркнул парень в шоке разведя руками в стороны. Изумление у него было искренним. – Ты на глухо отбитая что ли?! Чё сразу стражу то не привела с собой, нахер медлить?!

– Не ори на меня! – теряя терпение гаркнула я, от чего главный недовольно осёкся, выпрямляя спину. – Откуда мне было знать об этом розыске?! Я впервые в этой деревне и знать не знала, что мы с вами не разойдемся! Как будто тут так мало народу. – взмахнула я руками. – Этот бар что, один на всю деревню?!

На мгновение повисла тишина.

– Да! – гаркнул тот почти в отчаянии.

Опустив взгляд на лист бумаги, я более спокойно вздохнула.

– Не знала, уж простите.

Со спины послышалось какое-то движение и шаги: толи кто-то пришел, толи ушел я особо не вникала. Взгляд бегал по объявлению, а в голове пыталась сложится вся картинка – блин не понимаю при чем здесь королевская стража?

– Тебе чё леший, делать не хрен? – откуда-то со стороны послышался незнакомый голос, не принадлежавший никому ранее. Главный сначала, кажется, пропустил эти слова мимо ушей, но затем посмотрев куда-то вверх, словно молился, фыркнул покачивая головой

– Это ты, музыкант. – лицо мужчины все же перекосилось, а глаза закатились. Как будто уже сказанные им слова в адрес этого незнакомца, имели вес и были какими-то не приятными на вкус. Уперев руки в бока, тот даже не посмотрел на подошедшего с моей спины к нему мужчину. – Какими ветрами к нам опять надуло?

– Не поверишь. Попутными. – голос повеселел, а мужчина, повернувшись ко мне, остановился. – Чисто случайно…

– Тебя в эту жизнь, надуло случайно. – не двигаясь с места и не глядя на остановившегося с ним рядом мужчину, протянул главный. – Свали, это наши разборки и тебя не касаются.

– Да я то и не лезу, – с улыбкой, не спуская с меня изучающего взгляда протянул парень, стоя ко мне полу боком и всем корпусом к главному. Этого персонажа, до этого момента я не видела и не опуская рук с листом, нахмурилась разглядывая того в ответ. Видимо эти двое были через чур хорошо знакомы, что им не требовалось приветствие и оба, спокойно подходили друг к другу. Может они и не ладят как мне сразу показалось, но точно не враги. – но я уже слышал, что ты провернул дело века.

– Че ты несешь? – сморщившись словно от зубной боли, главный все-таки повернул голову на музыканта, который на его слова усмехнулся.

– Брось, весь высший свет трещит о том, что после неудачной попытки похищения графини из кареты, ты стырил ее из собственного дома. Не знал, что ты на столько отбитый…

– Завали свое табло! – главный так резко схватил музыканта за воротник сжимая натянувшийся жилет в руке, что я не вольно сама испугалась такого рыка, и отступила на шаг назад, если те вдруг захотели бы драться. – Я похож на идиота?!

– Честно? – поинтересовался музыкант, даже не дернувшийся на рык главного бандита. Скрипнув зубами, тот зло отпихнул музыканта от себя и указал обеими руками в мою сторону.

– Эта овца, сбежала из дому, и спрятаться решила именно у нас! И ладно мои парни её заметили, прежде чем на неё стража наткнулась!

– Серьезно? – лицо мужчины вытянулось от удивления, и тот посмотрел в мою сторону, перехватив мой настороженный взгляд. – Сбежала из дому? Сама?

– Не спрашивай её ни о чем. – прежде чем я успела бы ответить, главный опередил меня, отмахнувшись. – Это пришибленная только и делает что спорит! Уже бесит.

Музыкант внезапно растянулся в улыбке и хохотнул, хлопнув пару раз в ладоши немного отступив от главного в мою сторону.

– Вау. А я-то пока сюда добирался, уже все варианты в голове перебрал. Думал ты окончательно кукухой поехал, раз решился на похищение!

– Да не крал я её! – главный бандит сжал кулаки взвыв от отчаяния, и разворачиваясь в сторону стены, снова хватаясь за волосы.

– Значит-ся это вы, графиня. – музыкант перевел на меня свой заметно повеселевший взгляд, остановился напротив и протянул руку.

Выглядел этот мужчина иначе чем сами бандиты, что натолкнуло на мысль, что он не один из них. Судя по довольно-таки чистой одежде и обуви на ногах, рискну предположить, что он не ниже троек. На нём была плотная серая рубаха, подпоясанная ремнем, поверх жилетка, которая сейчас была застегнута наглухо. Штаны свободного кроя, ткань, которая заменяла портянки и была обмотана до самых колен и икр. На ногах были кожаные полу сапоги. На поясе, державшем штаны у того было пару потертых и изношенных подсумков, какая-то толстая палка. На его руках рубаха была опущена до кистей и поверх неё, где-то до середины рук если не до самых локтей были кожаные тканевые полосы, закрывающие часть ладоней и костяшек. Из них опасно торчали какие-то железки.

На голове у мужчины был плотно прилегающий, завязанный платок, который скрывал под собой каждый локон от волос мужчины, а поверх несмотря на позднее время была натянута шляпа. За спиной у него была гитара, которая висела у него через шею на старом ремне и выглядывала из-за своих размеров из-за плеч.

На лице парня отчего то была повязка. Причем не так чтобы закрыть все лицо, а не большая, шириной сантиметров пять. Она была перевязана вокруг головы, от одного уха к другому и полностью закрывала нос и щеки парня. То есть из лица можно было видеть только глаза и рот, нос же выделялся только очертаниями. Странно.

Выгнув бровь и уже не ожидая чего-то особого, я протянула руку для знакомства в ответ. Однако музыкант меня удивил: взяв мою ладонь в свою руку, тот повернул ее тыльной стороной вверх и слегка поклонившись отведя другую руку себе за спину, проявляя все манеры высшего света, едва заметно поцеловал мое запястье.

– Для меня большая честь познакомится с вами. Жаль, что при таких обстоятельствах. Я очень много слышал о вас.

– Неужели. Вы то? – выгнула я брови более заинтересованно оглядев мужчину. Убрав руку из его ладони, я прищурилась, вспоминая что-то знакомое в этом силуэте. – И что вы обо мне слышали?

– Ну теперь, когда я вас увидел, с уверенностью скажу, что слухи врут. – усмехнулся мужчина, весело подмигнув мне. – Надеюсь они вас не обижали. Видите ли, у моего друга, ни манер, ни хороших привычек…

– А то ты у нас, принц Нагорья, ёпта! – тут же вставил своё слово бандит.

– Говорят, лицом он не вышел, но уверяю характер у него что надо. – вскользь заметил музыкант, словно не обратил внимание на слова главного.

– Я же сказал тебе свалить! Как ты вообще нас нашел?! – сморщился главный пихнув музыканта в плечо. Однако получив в ответ лишь ехидную ухмылку, закатил глаза. – Черти что, а не семейка!

– Я, конечно, извиняюсь, что нарушаю вашу милую беседу старых друзей. – протянула я, переводя взгляд обратно на главного и оставляя музыканта в стороне, персона которого меня сейчас не особо волновала. Свернув лист с розыском в трубочку, я впечатала его в грудь главного, к которому приблизилась, обходя музыканта. – Но у нас ситуация, не приятная назрела.

– Ситуация… – начал было главный, однако откуда-то со стороны бара или площади – не знаю точно – послышался продолжительный свист, кажется в свисток. Парни замерли, прислушиваясь и нахмурившись. Когда же свисток повторился, бандиты без команды кинулись к столу и подхватили фонари задувая в них свечи. Один из мужчин поднял крышку ящика и туда были опущены все кружки и то, что было на столе.

– Расходимся. – в полголоса хрипнул главный своим парням и повернулся на меня убирая сверток бумаги в карман. Переведя взгляд на музыканта, и ничего не успев сказать, получил кивок от музыканта.

– Как все уляжется, приведу её в бар. – музыкант схватил меня за запястье и потянул куда-то в сторону стены, напротив двери. Удивленно наблюдая как бандиты в рассыпную сбегают с этой площадки, я поддалась за мужчиной не особо понимая, куда тот меня тащит. Главный же в свою очередь, развернулся в сторону дверей и на ходу подхватив тёмную лампу, даже не обернулся на нас, выходя вон и прикрывая за собой дверь.

Музыкант-же остановившись у стены повернулся на меня и встав к ней спиной, выставил колено.

– Хватайся за крышу и залезай на неё.

Думать времени не было, учитывая, что свист не прекращался и все как-то через-чур быстро сбежали, я поняла, что это кажется не просто так. Поправив сумки на боку чтобы, не мешались, я слегка отошла и разбежавшись подпрыгнула на его ладонь хватаясь за край крыши и подтягиваясь. Музыкант же выпрямился и подтолкнул меня вверх от чего я оказалась на крыше достаточно легко и быстро.

Мужчина, отойдя от стены, следом за мной разбежался и оперевшись о стену ботинком, довольно легко забрался на верх ко мне. Отряхивая руки от грязи, я в приседе смотрела как по дороге бегут какие-то отряды, мимо них пробегают люди и запирают двери в домах и окнах.

– Рейд у стражи. Давно его не было. – заметив мой взгляд в сторону дорог, пояснил музыкант и не дав мне что-то спросить, схватил меня за руку, потянув куда-то в сторону, вверх по крыше.

– Куда ты меня тащишь? – шикнула я в полумраке наблюдая его задницу и пригибающуюся вниз спину с гитарой. За руку тот держал видимо, чтобы я не отстала и не съехала по крыше вниз, потому что та была достаточно крутой.

– Туда, где рейд нас не засечет.

Попасться рейду мне не хотелось – иначе домой меня отведут раньше, чем часы пробьют полночь. Потому сжав руку парня сильнее я ускорилась стараясь не отставать. Мы перепрыгивали с крыши на крышу, шли по верхам толстых стен от старых каменных заборов и пару раз вжимаясь в крыши ждали, когда пройдет стража. Наконец добравшись до какой-то перекосившейся конструкции в прошлом, вероятно служившей чем-то типа башни, в кромешной темноте мы не на долго остановились по очереди забираясь в окно на втором этаже. Не отпуская мою руку, мужчина что-то достал свободной из кармана и резко махнул ею проводя по стене. В его руках зажглась очень длинная спичка и маленький огонек осветил лицо музыканта и не много пространства вокруг него. Мы оказались на полуразрушенной лестничной площадке, от которой уходили ступени вверх и вниз по кругу.

– Ступеньки крутые, аккуратно. – повернув на меня голову и поймав мой кивок, тот медленно начал подниматься, сжимая мою руку сильнее чем до этого. Я же свободной рукой вцепилась в стену понимая, что, если кто-то из нас оступится, мы оба расшибемся вусмерть.

Лестница была хоть и крутой, но не сильно длинной и мы, поднявшись на верхний этаж оказались в не большой комнатке. Люк из пола, где, собственно, была лестница, был с двух сторон обставлен ящиками скрывая вид на комнату. Убедившись, что я поднялась, музыкант отпустил мою руку и приблизившись к одному из двух заколоченных окон, посмотрел в щель. Затем нагнулся к какой-то не высокой коробке и поднеся спичку к фитилю, зажег свечу.

Помещение наконец осветилось, и я смогла оглядеться. Очень маленькая круглая комната. Вдоль одной стены стола широкая скамейка, на которой валялся какой-то тканевый сверток: толи подушка толи одеяло. Рядом как раз стоял ящик с подсвечником и над ним заколоченное окно. Всё. Кроме ящиков возле лестницы, здесь ничего больше не было.

Парень, затушив спичку, снова прижался лбом к окну кажется пытаясь что-то высмотреть и я не сдержав любопытства, тоже приблизилась к окну и наклонившись выглянула в щель на улицу.

Темноту города, находившегося внизу, как на ладони, нарушали огни от фонарей вдоль дорог. Однако были и те, которые горели ярче и перемещались в большом количестве по улицам где-то задерживаясь, а где-то расходясь.

– Обычно в рейде пара отрядов, – протянул в полголоса мужчина, не отрываясь от окна и наблюдения. – а сегодня больше шести… Интересно, кого они ищут?

– Уверена, твоих дружков. – я выпрямилась, разворачиваясь на парня. Однако в темноте нога зацепилась за какую-то ткань под скамейкой и махнув руками, я полетела на пол. Однако музыкант на мое удивление, среагировал быстро: резко повернувшись в мою сторону тот выставил ногу перенося на нее свой вес и протянул руку хватая меня под живот, на который я летела. Вцепившись одной рукой в его колено, а второй в пол, который оказался совсем не далеко я в ужасе замерла.

Я чуть не улетела носом прямо в ящики!

– Дьявол. – хрипнул парень, отталкивая меня на ноги и морщась потряс рукой. Его слова эхом пронеслись в голове, и я замерла уже готовая извинится. Резко подняв руки на уровень пояса, я чересчур резво, дабы не упустить мысль, повернулась всем корпусом на парня, который морщась поправлял на руке повязки. Заметив мое движение, тот поднял на меня взгляд и замер, не шевеля даже пальцами. – Что такое?

– Это ведь ты, косоглазый. – сощурилась я. Изумленно вздернув брови, тот слегка подал голову вперед, словно не расслышал, прижимая руку к груди.

– Чего? Косоглазый?

Резко взмахнув рукой и привстав на цыпочки, я схватила повязку на его лице и стянула вниз. Парень среагировал слишком поздно хватая меня одной рукой за запястье, а второй тут же поправляя на лице повязку.

– Ты че, сдурела?!

– Это ты! – фыркнула я, выдернув руку и успев заметить знакомую с приема родинку под глазом и горбинку на носу. Такую внешность сложно забыть, но зато теперь понятно отчего эта повязка. Черт, так быстро до меня ещё ни разу не доходило. Распахнув глаза, я выдохнула. – Это-же надо, как на тебя не наткнусь, постоянно падаю!

– А я постоянно пытаюсь тебя поймать! У тебя что хобби, всем под ноги и в руки кидаться? Или тебя земля не держит? – возмутился парень обеими руками поправляя на носу повязку и подкручивая ее под шляпой на затылке.

– Когда мы успели перейти на ты? Я выше тебя по рангу!

– С чего это? – фыркнул тот и его губы исказились в улыбке. Не отходя от окна и не приближаясь ко мне, тот руками указал сначала на себя, а затем на меня и обратно. – Судя по нашим прикидам, мы оба третьего ранга. Верно, графиня?

– Не зови меня так. – шикнула я на него и одернув слегка задравшийся от падения рукава, встав к тому полубоком, кивнула на него. – Ты кто такой? Чей советник?

– Советник? – не много тормознуто поинтересовался парень, не отводя от своей груди руки и продолжая указывать на себя.

– На тебе не было опознавательных знаков к принадлежности какой-то семье. – махнула я на него рукой. – Учитывая, что прием был званный, значит ты приехал с кем-то или к кому-то по срочному делу.

– Да ты меня с разбегу сшибла! – взмахнул тот руками хохотнув и упер их в бока, выставив ногу слегка в сторону. – С меня чуть мундир не слетел, не то, что знаки.

– Я же извинилась! – закатила я глаза от чего тот хмыкнул.

– И сказав спасибо, смылась! А перед этим наехала, отчитав что прием не место для работы! Я в таком шоке был что даже сообразить ничего не успел, а тебя и след простыл!

– Извини ещё раз. – язвительно протянула я, показательно поклонившись. Парень фыркнул, покачав головой и прищурился.

– Ты прикалываешься? Или правда не знаешь кто я?

– Я правда тебя не знаю. – раздраженно вздохнула я скрестив руки на груди. – Ещё раз извиняюсь, если этим обижу. Но я только не давно вернулась в королевство и поимённо, а тем более в лица, высший свет ещё не запомнила.

– Ну да, ну да… – едва слышно протянул тот глядя мне куда-то в ноги и видимо над чем-то думая, а после наконец выпрямился, сцепив руки за спиной. – Я советник главного помощника военачальника. Старшего брата князя, грубо говоря.

Слегка сморщив нос и не много закатив глаза, я выстроила эту цепочку последовательности в голове и кивнула.

– Ясно, что ничё не ясно. Что же ты забыл у четверок, советник?

– А ты, графиня? – выплюнул тот.

Я сощурилась, не спуская с него глаз, как и он не сводил с меня своих. Странный он какой-то. Для советника слишком наглый, или это только плюсом идет при отборе кандидатов на это место? Видимо решив первым нарушить тишину, тот стянул через шею свою гитару и пройдя мимо меня уселся на край ящика ставя гитару рядом. Из сумки была извлечена сигарета и тот, не обращая на меня внимания, чиркнув спичкой прикурил. Откинув спичку в сторону, тот расставив ноги как, пожалуй, все мужчины, оперся локтями о колени и указал свободной от сигареты ладонью, в сторону скамьи.

– Присаживайся. Рейды это дело долгое, и нам есть о чем поболтать.

– А может я не хочу с тобой болтать. – протянула я, не глядя на мужчину, но к скамейке все-таки подошла и проведя по ней ладонью, смахивая пыль уселась. – И вообще, по этикету в помещении в присутствии женщины курить нельзя.

– Угу. – согласно кивнул тот втягивая в легкие дым. – Кому пожалуешься?

– Пытаюсь призвать к твоей совести, но видимо у всех советников она отсутствует.

– Зачем из дома сбежала? Кто тебя на это вообще надоумил? – сморщился парень, резко меняя тему.

– А кто-то должен? – я повела плечом. – Захотела и сбежала, чего ко мне все цепляются с этим вопросом…

– Сама сбежала? – ещё раз переспросил мужчина, вытащив сигарету изо-рта и смотря на меня с удивлением.

– Нет. Ко мне во сне явился ангел и сказал, что поможет. – огрызнулась я на него и махнула рукой себе за спину, вытянув ногу и вторую закинув на неё. Рука опустилась в мешок, и я достала на свет маленький мешочек с орехами. Поймав скептичный взгляд парня на своей еде, я цокнула. – Что? Не прилично есть? Ты куришь я ем, отстань.

– У тебя я заметил, тоже манер не много.

– Было бы перед кем выпендриваться, тут не высший свет, да и ты не принц. – огрызнулась я, закидывая пару орешков себе в рот и кивая парню, который раздув щеки, выдохнул дым в сторону лестницы. – Сам-то чего здесь? Советники не могут быть из третьего ранга.

– Это прикрытие, раз уж мы по-честному. – слегка наклонил тот голову на бок. – И надеюсь это между нами и останется. Чтоб ты знала, я здесь из-за тебя.

– Правда? – распахнула я глаза.

– Правда. – передразнил тот. – Тебя сегодня допросить должны были, по поводу нападения на карету, а ты удочки смотала. Вот тебя в розыск и объявили.

– Погоди. – прервала я мужчину выставив руку вперед от внезапного осознания. – Ты ведь знаешь кто эти бандиты и где их искать!

На мои слова мужчина никак не среагировал, продолжая потягивать сигарету и в упор смотреть на меня.

– Ну и?

– Что-то я запуталась. – махнула я рукой с орешками перед своим лицо, словно отгоняя мысли. – Если ты советник военачальника, который разыскивает банду меня укравшую, почему ты до сих пор их не арестовал если знаешь кто они и где живут, а меня все ещё не унёс обратно к стражникам?

– Встречный вопрос. – вздохнул мужчина. – Зачем тебе было сбегать из собственного дома, нацепив одежду троек и прихватив с собой все драгоценности?

– Не твое дело!

– Вот и мое молчание, не твое дело. – бросил тот, снова втягивая дым в легкие. Мы замолчали, видимо не желая первыми что-то рассказывать. Мужчина продолжал курить, а я недовольно пожевывать орешки.

– Тогда зачем ты пришел из-за меня, если никого не собираешься сдавать? – все-таки спросила я. Не глядя на меня, музыкант выдохнул.

– Решил убедится, что это только раздутые догадки. Он не опустится бы до похищения, он не на столько пришибленный. Ну и думал узнать может все-таки тебя, где и видели.

– Раз узнал, убедился и увидел, что теперь делать будешь?

– Верну тебя домой.

– Не пойду. – отрезала я вздёрнув нос и снова перехватила его взгляд на себе. Брови мужчины сдвинулись. – А если и потащишь силой, я снова сбегу.

– В чем дело? – не понял тот с наездом. – Тебя родня в чем-то ущемляет? Тебя бьют или не кормят? Ты графская дочка! Выше тебя из женщин по статусу, только будущая королева! Чем ты не довольна?

– С чего ты её то приплел? – сморщилась я.

– Пытаюсь понять, что ещё тебе надо…

– Говоришь ,словно я зажралась.

– Аристократки все такие, нет? – съязвил тот и выгнул бровь. – Без обид.

– С хреновыми аристократками я вижу ты знаком. В любом случае, тебя это не касается – можешь делать что хочешь, но с тобой я не пойду.

– Услышал, что ты хочешь уплыть через три дня. Куда?

– Куда надо! – отрезала я.

– Очень содержательная беседа. – кивнул тот сам себе. – Зато я понял почему тебя так редко свету показывают. Характер у тебя полный отстой.

– А мне понятно, почему ты с бандитами спелся. – не осталась я в долгу. -Манеры и воспитание у вас, на одном уровне!

Мужчина распахнул глаза в изумлении, а я, вздернув носик, отвернула голову к окну.

Мне он тоже не нравится, хоть убейся.

Курил мужчина медленно и долго, в полном молчании. Я тоже жевала орешки и молча смотрела на свечу. Разговаривать никто из нас не спешил, а в тишине сидеть было не напряжно. Что удивительно, ведь находится в одном помещении один на один с этим парнем, было абсолютно не страшно и совершенно спокойно.

Сам музыкант на меня не смотрел и вообще, складывалось ощущение что тот сидит здесь как часть интерьера. Не зная, как долго нам ещё сидеть, я наконец поднялась со скамьи и оказавшись у окна посмотрела в щель между досками.

– Ты сказал, что давно не было рейдов, а сейчас много. Это из-за меня? – не поворачиваясь на него поинтересовалась я.

– Да.

– Это ведь королевская стража?

– Да. – не много помедлив ответил тот. Послышался шорох, и затушив сигарету, тот подхватил с пола гитару, положив её на свои колени. Опустив взгляд на струны, тот мягко провел по ним пальцами и тишину комнаты разрезали легкие едва слышные аккорды.

– Почему меня ищет королевская стража?

Мужчина не сразу ответил. Перебирая пальцами по струнам тот начал наигрывать какую-то легкую и одновременно спокойную мелодию, видно, чтобы не сидеть в тишине. Когда же я обернулась на него в ожидании ответа, тот не прекращая игры, поднял голову и посмотрел на меня.

– Потому что помощник начальника, прийдя на беседу с тобой, был уведомлен о твоем побеге. После чего, попросил осмотреть комнату, где выяснил что из вещей ты ничего не взяла, зато пропали драгоценности, деньги и еда. Вывод напрашивается сам по себе – аристократки и думать не смеют о побеге из комфорта, в такой убогий мир. Да к тому же без своих любимых вещичек и платьишек, значит тебя похитили при этом ограбив. Кто? Тот, кто ранее уже нападал на тебя, но был отпугнут королевской стражей.

Вот это он выдал. Я-то уж решила, что он только язвить и может.

– Твои бандиты здесь не причем. Они меня только в баре и перехватили. – вздохнула я.

– А ты докажи это теперь. – бросил тот, продолжая игру на гитаре. – Помощник начальника сообщил о твоем странном исчезновении князю, который тут же своих слуг на ноги поднял и королю, потому что тот поручил ему этих самых бандитов и отловить. Твое исчезновение только усугубило ситуацию и всех переполошило. Раз украли графиню, и до будущей королевы не далеко.

– Такую разве украдешь… – бросила я с ухмылкой. Гитара звякнула и стихла.

– Что, прости? – буквально охренел тот, не скрывая усмешки.

– Я хотела сказать, что наша будущая королева, надежна защищена от похищения, своими…габаритами. Меня то хоть на руки поднять можно, а ее не факт что от земли оторвать получится.

– За такое, тебя могут и титула лишить, ты в курсе?

– Кому рассказывать будешь? Мы здесь как тройки. Учти, сдашь меня, я тоже молчать не стану. – предупредила я. Лицо мужчины внезапно озарила широкая улыбка и я удивленно проморгалась. Мне не кажется, и тот действительно улыбается во все свои ровные белые зубы.

– Ты мне нравишься. – его рука снова легла на струны, и комната наполнилась тихой мелодией звуками. – Думаю, мы с тобой подружимся. Не часто можно встретить таких аристократок, да и девушек в целом, с таким критичным взглядом на жизнь. Мало кто так в лицо мужчине может сказать то, что думает, но я советую все-таки подбирать слова даже при мне. Вдруг потом пожалеешь…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.