Путешествие через 3 океана
Иван Забродин

© Иван Забродин, 2026

ISBN 978-5-0069-4386-5

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Путешествие через 3 океана

Художественный роман по дневникам путешествия

Пролог. Карта мира на кухонном столе

Карта мира лежала на кухонном столе как чужая судьба: яркая, глянцевая и совершенно непрактичная. Ваня смотрел на неё так, будто хотел глазами сдвинуть материки ближе друг к другу – чтобы расстояния стали проще, а решения легче. Индийский, Тихий и Атлантический, Аня провела пальцем по синей полосе океана, будто перечёркивала сомнения.

– Три океана. Три больших вдоха. Она говорила спокойно. Она всегда говорила спокойно, даже когда читала что-то страшное – про визы, пересадки, незнакомые границы. Её уверенность была из книг: аккуратная, с закладками и подчеркиваниями.

Ванина уверенность была из других мест – из импульса, который врывается и говорит: «Погнали», не оставляя времени на отступление. И всё же именно он сейчас тщательно складывал список в голове, будто был самым консервативным человеком на свете.

– А если мы просто… не вернемся? – спросил он, хотя звучало это не как страх, а как проверка реальности на прочность.

Аня улыбнулась, не поднимая глаз:

– Вернемся. Просто не теми.

На столе лежали три путеводителя, открытые на разных страницах. Между ними распечатки, заметки, маршруты, адреса. Но главной книгой был интернет – бесконечный, шумный, противоречивый. В нём можно было найти всё кроме ответа, правильно ли они поступают. И потому ответ приходилось выдумывать самим. Месяц назад они «заморочились» и получили трёхгодовые американские визы. Ваня до сих пор помнил, как держал паспорт, в котором внезапно появилось разрешение на другую жизнь: Гавайи, Лос-Анджелес, Venice Beach, Ocean Avenue. Как будто кто-то открыл дверь и сказал: «Можно».

Аня собирала вещи по системе, а Ваня – по интуиции. Рюкзак – всё необходимое и даже больше. Фонарик – пригодится, если ночевать в палатке (палатку они планировали купить где-то в Гонконге, между небоскребами и рынками). Паспорта – как амулеты на шее. И ещё портативная зарядка на двадцать тысяч с лишним миллиампер-часов. Ваня шутил, что это их четвертый океан: океан энергии, который не даст телефону умереть в момент, когда больше всего нужно «загуглить, куда идти». Аня смеялась и говорила, что у Вани всё превращается в метафору, когда он нервничает.

Они решили: первые три дня на Шри-Ланке с бронью, а дальше, как получится. Интернет уверял: «на месте дешевле». Интернет вообще был уверен во многом. Ночью, когда кухня затихла, Ваня сложил карту вдвое. Синие океаны оказались внутри белого сгиба. Он понял: молодость бывает только сейчас. Потом начнётся «как-нибудь», «позже», «в другой раз». И в этот момент решение стало простым, почти бытовым – как поставить чайник.

– Завтра покупаем билеты, – сказал он в темноту.

– Билеты уже куплены, – ответила Аня из комнаты. Просто это вылетело из головы.

Часть I. Индийский океан

Глава 1. Визы и два рюкзака

Ваня проснулся в день вылета раньше будильника от ощущения, что в квартире слишком тихо. Так бывает перед большими переменами: мир замолкает, чтобы ты наконец услышал себя. Аня уже сидела на полу рядом с открытым рюкзаком. В руках у неё была распечатка маршрута, а на коленях блокнот. Она выглядела так, будто готовится не к путешествию, а к экспедиции: спокойно, сосредоточенно, без лишних движений.

– Я ещё раз проверила, – сказала она.

– Паспорта, страховки, ETA, банковские карты… и список вещей.

– А список «всё бросить и уехать» ты проверила? – хмыкнул Ваня.

– Этот пункт уже выполнен.

Ваня смотрел, как она складывает вещи, и удивлялся: рядом с ней его импульсивность становилась чем-то полезным, почти мотором. Он мог сорваться и купить билеты за пять минут, а она – сделать так, чтобы эти пять минут не превратились в неделю хаоса. Когда они закрыли молнии на рюкзаках, Аня вдруг сказала:

– Мы едем не убегать.

– А зачем?

– Чтобы догнать себя.

Самолёт оторвался от земли в десять утра 2 февраля, и в этот момент всё, что было «до», осталось на взлётной полосе. Санкт-Петербург – Москва – Абу-Даби – Коломбо. Маршрут звучал как заклинание. Уже на первой части пути случился сюрприз: багаж оформили до конца, а их посадочные только до пересадки. Ваня сначала даже не разозлился, он просто почувствовал, как внутри появляется пустота. Два часа в огромном аэропорту и необходимость успеть получить новые посадочные – идеальный рецепт для паники.

– Спокойно, – сказала Аня, и в её «спокойно» было больше силы, чем в любых инструкциях.

В Москве, у стойки авиакомпании, которая везла их дальше, недоразумение быстро превратили в порядок: посадочные выдали до самого конца маршрута. Ваня запомнил это как первое правило их путешествия: иногда всё решается там, где ты вообще не планировал решать. Длинный ночной перелёт оказался неожиданно щедрым: горячий ужин, безлимитные напитки, сладкий попкорн, который делал полёт почти домашним. Аня смотрела фильмы, Ваня – карту полёта на мониторе перед креслом. Его завораживало, что самолёт можно видеть, как точку: крошечную, почти смешную, но уверенно пересекающую огромную темноту. Последний сегмент выполняли местные авиалинии – сервис попроще, чуть грубее, но после ночи и нескольких часов в воздухе они уже были благодарны просто за то, что наконец то летят в Шри-Ланку. Когда они приземлились в Коломбо, было почти пять утра. На одном из рюкзаков не оказалось чехла – мелочь, но почему-то она ощущалась как знак: мир не обещает бережности. Рядом двое ребят из их рейса ругались с сотрудниками аэропорта: их багаж вообще не прилетел.

– Ну вот и началось, – сказал Ваня.

Аня посмотрела на серое небо и ответила:

– Да. И это хорошо.

Аэропорт Шри-Ланки встретил их липким теплом, от которого сон моментально испарился. На паспортном контроле они получили въездные визы – те самые, которые заранее оформили через интернет. Заодно им выдали предоплаченные сим-карты – подарок, который в тот момент казался почти волшебством: связь с миром в маленьком кусочке пластика. В обменнике в здании аэропорта они взяли немного рупий – ровно столько, сколько было необходимо, чтобы доехать до первого жилья. Курс был не лучший, но это была цена за то, чтобы не начинать путешествие с паники: «а где менять деньги?». На выходе из аэропорта к ним прилип таксист. Он говорил быстро и уверенно, как человек, который продаёт не поездку, а решение всех проблем:

– Велигама, fifty dollars. Good price.

Ваня, который умел спорить даже с собственным отражением, отвечал спокойно:

– No.

Таксист сделал вид, что не слышит, и снизил цену до тридцати. Потом до двадцати. Потом снова до тридцати. Он не отставал, пока Ваня не сказал:

– One dollar. Или не трать наше время.

Таксист посмотрел на него, как на странного человека из другой планеты, и наконец исчез в утренней суете. Аня тихо рассмеялась:

– Ты опасный.

– Я экономный, – ответил Ваня.

– Это почти одно и то же.

Они сели в автобус, который довёз их до центра Коломбо. Потом пешком до главного вокзала и очередь в кассу, длинная как первая глава нового романа. Аня стояла молча, читая вывески и лица. Ваня считал рупии и думал: «Вот она, первая маленькая победа. Ваня и Аня сами. Без турфирм. Без чужих рук».

Глава 2. Поезд вдоль океана

Они ждали пустой поезд. Конечно же, он пришёл набитый людьми. Снаружи он выглядел как старый металлический ящик, а внутри оказался живым организмом: горячим, шумным, плотным. Ваня понял, что слово «толпа» тут не подходит – это было море. И они, с двумя огромными рюкзаками, должны были в это море войти.

– Готов? – спросила Аня.

– Я вообще не умею быть «не готов», – буркнул Ваня и пошёл первым.

Локти, рюкзаки, чей-то смех, чей-то недовольный взгляд, продавцы с корзинами на головах, запах специй и сладкого – всё смешалось. Ваня не помнил, как они оказались внутри. Помнил только, что стояли три часа, и что в какой-то момент он перестал злиться и начал смотреть в окно. Океан появлялся внезапно – синий, плоский, как обещание. Поезд шёл вдоль побережья, и на секунду становилось легче: да, тесно, да, жарко, да, странно, но это – настоящее. Автобус был бы комфортнее, с кондиционером, но автобус шёл бы среди джунглей, а тут – океан. Их первый океан.

В Велигаме их встретили тук-тукеры – целая команда людей, готовых отвезти куда угодно за любую цену. Начались торги, которые Ваня воспринимал как спорт. Двести рупий. Сто пятьдесят. «Ок, fifty». Но в конце поездки водитель вдруг сказал «one hundred» – так уверенно, будто так и было. Ваня молча подумал о будущем листочке, где они будут писать сумму заранее. В тот первый раз он просто сказал:

– Нет.

И это «нет» прозвучало не как жадность, а как новое правило их жизни: теперь они договариваются до конца. Гестхаус оказался не картинкой из интернета. Комната на первом этаже, вид на кусок скалы, москитная сетка, тумба, вешалка. Интернет – такой, будто его принесло ветром, и он вот-вот улетит обратно. Общая кухня, общая душевая, чужие голоса за тонкими стенами.

– Ничего, – сказала Аня, разглядывая скалу за окном.

– Мы тут не навсегда.

– Мы вообще нигде не навсегда, – ответил Ваня и впервые за весь день улыбнулся.

Вечером они познакомились с соседями – ребятами из Новосибирска, которые приехали сёрфить, и парой из Подмосковья, которые двигались по острову от центра к побережью. Все говорили на русском, и это было странно утешающе: как будто где-то далеко всё равно существует «дом». Ночью Аня долго не могла уснуть. Сквозь москитную сетку было видно, как по потолку бегают тени – то ли от ветра, то ли от её мыслей. Ваня лежал рядом и слушал, как за стеной кто-то смеётся, кто-то хлопает дверью, кто-то говорит по телефону.

– А если у нас не получится? – спросила Аня совсем тихо.

Ваня повернулся к ней:

– Тогда получится по-другому.

Утром они решили: жильё нужно менять. Цена «по бронированию» была выше, условия – хуже, чем обещали отзывы. Ваня взял у хозяина байк на сутки, и они поехали вдоль побережья искать новое место – не «идеальное», а «своё».

Глава 3. Байк и привычка к свободе

Дорога вдоль побережья была простой и прекрасной: пальмы, жаркий воздух, солёный запах, улыбки на обочине. Ваня вёл байк и чувствовал, как в него входит новое состояние – легкость. Аня сидела сзади и держалась крепко, но не от страха, а от того, что так правильно: держаться, пока дорога учит доверять. В Мидигаме они свернули в переулок, поехали «просто прямо» увидев указатель, сделанный из доски от сёрфинга. Он и привёл их к Danushka Guesthouse. Сад с пальмами, серферы-соседи, комната без лишнего пафоса – и цена, о которой можно договориться не «как туристы», а «как люди». Полторы тысячи рупий за комнату в сутки на две недели. Ваня торжествующе поднял брови:

– Видишь? Интернет говорит правду. Иногда.

Потом они доехали до Унаватуны – пляжа «в топ-10 мира». Красиво, да. Но слишком много ожиданий, слишком мало жизни. В конце пляжа они увидели маленький ресторанчик Blow Hole и впервые за долгое время поели спокойно – без остроты, без спешки.

А дальше был Галле – культурный центр, форт, маяк, музеи, каменные стены, которые помнят больше, чем любая туристическая статья. Но время в тропиках идёт иначе: в пять вечера солнце уже собирается уходить, а в половине седьмого темно так, будто кто-то выключил мир. Фонарей нет. И если ты не успел – ты просто едешь в темноту. На острове, как назло, в эти дни были праздники: пробки, закрытые банки, толпы местных на пляжах. Это было напоминание, что жизнь не подстраивается под планы. На следующее утро, они впервые попробовали «кёрд» – местный йогурт в глиняном горшочке. Аня сказала, что он похож на сметану, но вкусом ряженки. Ваня запомнил не вкус, а момент: они сидят на пороге нового дома, и у них есть время. Не отпускное время, а время для жизни.

Глава 4. Рынок, маяк и первые правила острова

Хиккадува появилась в их жизни не как открытка, а как необходимость – купить фрукты подешевле и проверить, правда ли в туристических местах бывает честная цена. Аня собирала информацию заранее и всё равно сомневалась. Ваня, наоборот, верил в одну простую вещь – если идёшь до конца и не стесняешься торговаться, мир уступает. Рынок был не фруктовым, как они ожидали, а овощным – бесконечные горы картошки, моркови, лука-порея и капусты. Фрукты тоже были, но цена на них почти не отличалась от прилавков у дороги. Реально дешевле оказались только бананы и ананасы – вот их то они и взяли, как трофей, который можно нести в руках и улыбаться собственной удаче.

– Значит, секрет рынка в том, что секретов нет, – сказал Ваня, когда они выходили из толпы, прижимая пакет с ананасами к боку. Аня кивнула и подумала, что у любого места есть свой миф, и почти всегда миф живёт дольше, чем правда. По дороге обратно они впервые по-настоящему заметили островные автобусы. Они проносились мимо, как будто водители соревновались между собой не за пассажиров, а за право первым добраться до следующего поворота. Гудки, двойные обгоны, встречка – всё это выглядело ужасно и завораживающе одновременно. Ваня сказал, что это похоже на аттракцион, где ремень безопасности выдают только тем, кто уже вышел. Аня записала про себя: если хочешь почувствовать страну, иногда достаточно одного автобуса. Главное – не думать о физике.

Через день они снова поехали вдоль побережья на байке – медленно, сорок километров в час, как будто остров сам задавал им темп. Дорога вывела к мысу Дондра – самой южной точке острова. Дальше были километры воды и воображаемая Антарктида, которой они никогда не видели, но почему-то почувствовали её присутствие, как холодный факт за спиной. Самый высокий маяк страны стоял там давно, почти как граница. Аня читала, что ему больше века, и что по нему до сих пор ориентируются корабли, даже если у них есть свои экраны и спутники. Ваня поднялся наверх первым, как всегда, и замер. Внизу было всё сразу – океан, зелень, дороги, крыши. Круговой вид на 360 градусов, в котором мир становился не списком стран, а одной большой поверхностью.

– Смотри, – сказал он тихо, не поворачиваясь.

– Вот ради этого мы и уехали.

Аня подошла ближе и подумала, что да – пока ты молод, ты можешь позволить себе стоять на маяке и верить, что впереди ещё несколько океанов.

Постепенно они привыкли к своему простому распорядку – ранний подъём, сёрфинг, пляж, ланч, планы, и снова вода. На берегу Ваня учился ловить волну в бухте, где она была мягче всего. Он торговался за доску так же упрямо, как за тук-тук в первый день, а потом падал в воду так же упрямо, как будто падение тоже часть успеха. Аня наблюдала и собирала мелочи – глиняные горшочки с кёрдом в лавках, влажный воздух, который не отпускал даже ночью, и огромную толпу людей у воды. Там в лагуне, среди камней, жили морские черепахи. Их гладили, кормили водорослями, кто-то пытался держаться рядом, как будто это не дикая природа, а соседи по пляжу. Панцирь был слизкий и живой. Ваня смеялся, как ребёнок, а Аня вдруг почувствовала, что экзотика – это не когда красиво, а когда по-настоящему. В тот же день они сформулировали ещё одно правило острова – нельзя верить интернету целиком. Черепахи приплывают не по расписанию. Автобусы ездят не по правилам. Темнота приходит рано. И если хочешь выжить в этой свободе, нужно уметь смотреть вокруг, а не только в экран.

Глава 5. Киты, домино и круг, который возвращает домой

Иногда путешествие делает странную петлю – вроде бы уехал далеко, а внезапно снова оказываешься у океана, только в другой деревушке, с другими деревьями и тем же солёным воздухом. Они переехали ближе к Хиккадуве, в место, где гестхаус был дешевле и проще. Интернета почти не было, горячей воды тоже, зато была кухня. А кухня – это уже территория дома, даже если дом на неделю. Ваня сказал, что первое, что он сделает, – сварит борщ. Аня рассмеялась, потому что борщ на острове звучал как вызов вселенной. Рис и карри успели надоесть им быстрее, чем они ожидали. Остров кормил щедро, но однообразно, и пряности иногда казались не вкусом, а испытанием характера.

В их жизни появлялись люди – случайные и важные. В одном из гестов жил Шива, ланкиец, который давно обитал в Лондоне, но говорил так, будто всё равно принадлежит океану. Ваня, сам того не понимая, притащил из комнаты домино – вещь, которая три года пылилась на полке и вдруг оказалась нужной. Шива попросил научить его играть. Ваня показал правила, и через час они уже складывали кусочки домино в одну длинную змейку на столе, как старые друзья.

– В этой игре надо думать, – сказал Шива, и в его голосе была такая радость, будто он открыл новый континент.

Аня смотрела на них и ловила ощущение: в дороге иногда важнее не места, а моменты, когда ты вдруг становишься понятен кому-то совсем чужому. А потом случилась Мирисса – утро, пристань, лодка, которая уходит в океан, и качка, из-за которой мир превращается в одну длинную волну. Ваня сторговался за билеты так, как умеет только он – будто торговля тоже часть маршрута. На борту был простой завтрак, и от этого всё казалось ещё более настоящим. Когда вдалеке появилась спина кита, сначала никто не сказал ни слова. Море как будто показало им что-то огромное и спокойное – и потребовало молчания в обмен на это. Ваня стоял на палубе и держался за перила, чтобы не потерять равновесие. Аня смотрела на горизонт и думала, что океан не пытается понравиться. Он просто есть. И именно поэтому его так хочется пересечь. Вечером они снова говорили о своём большом плане.

Индийский океан был уже не словом в маршруте, а запахом на коже. И чем больше они привыкали к этой жизни, тем яснее становилось – дальше будет сложнее, но назад уже нельзя. Потому что назад – это снова жить так, будто мир заканчивается на знакомом районе. Ваня достал бумажку и написал на ней сумму – привычка, которая родилась из первых обманов и стала их маленькой бронёй. Аня добавила ещё одну строчку в блокнот: «Не забывать возвращаться, сделав круг». Это было про остров, про дорогу и про то, как человек меняется, когда уезжает, а потом однажды возвращается к себе, уже другому.

Глава 6. Горы, чай и воздух, от которого останавливается дыхание

Океан умеет усыплять. Ты просыпаешься рано, идёшь к воде, думаешь, что так будет всегда – и вдруг ловишь себя на том, что время стало липким.

В какой-то момент Аня сказала, что им нужны горы. Не потому, что океан надоел, а потому что мир не может состоять из одного горизонта. Утром они выехали в центр острова. Пересадки были быстрыми и слегка сумасшедшими – только успеваешь выйти из автобуса, как кондуктор уже машет рукой и говорит, куда бежать, чтобы успеть прыгнуть в следующий. Ваня в такие моменты оживал. Ему нравилось, когда всё решается на ходу. Аня держалась рядом и проверяла дорогу по карте – её спокойствие было их вторым двигателем.

Элла встретила их прохладой и видом на горы, будто кто-то нарисовал декорации специально для того, чтобы они наконец вдохнули полной грудью. Они не бронировали жильё заранее – искали на месте и не спорили о том, что важнее: цена или вид. В таких местах, всегда побеждает вид. Тут цену ты платишь один раз в жизни, а вид остается с тобой навсегда. Балкон выходил сразу на две горы, и утром казалось, что мир стоит рядом, на расстоянии вытянутой руки. В тот же день они доехали до водопада Равана. Он оказался меньше, чем ожидалось, и это тоже было полезным уроком – не всякая достопримечательность обязана соответствовать легенде.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.