# РЕЙС 911

Вячеслав Морозов

Рейс 911 терпит бедствие над Денвером.

Отказ двигателей. Связь потеряна. Самолёт остаётся один на один со штормом.

В кабине – молодой второй пилот.

На борту – сто девяносто человек, чьи жизни зависят от её решений.

Когда командир выведен из строя, а помощь недоступна, ей приходится взять ответственность, к которой она не была готова.

Против неё – стихия, страх и собственные сомнения.

Каждая ошибка может стать последней.

«Рейс 911» – напряжённая авиационная драма о выборе и мужестве, о цене ответственности и секундах, в которых решается всё, когда небо не оставляет права на второй шанс.

## Начало

Вячеслав Норд

РЕЙС 911

Издательство ПолиАрт

Оренбург 2026

Посвящается Виктории.

Пусть в небе всегда сопутствует удача!

Однажды испытав полёт, ты будешь обречён ходить по земле с глазами, обращёнными в небо – туда, где ты был, и куда ты будешь мечтать вернуться

Леонардо да Винчи

## Пролог

Вечернее небо медленно затягивалось тучами, и в воздухе всё отчётливее ощущался запах приближающегося дождя. Время от времени вспышки молний прорезали мрак, озаряя крыло Боинга семьсот тридцать семь авиакомпании Вест Игл, уже несколько часов следующего из Лос-Анджелеса в Торонто. Погода становилась всё более капризной: турбулентность, внезапные сдвиги ветра. В кабине пилотов шла напряжённая работа. Командир воздушного судна, сорокапятилетний Шон Крейг включил табло «пристегнуть ремни», затем, взяв рацию он произнёс:

– Дамы и господа, говорит командир корабля… – он выдержал недолгую паузу – мы проходим зону турбулентности, убедитесь, что ваши привязные ремни пристёгнуты, как только турбулентность закончится, мы дадим вам об этом знать.

Закончив говорить, он отложил рацию и посмотрел в окно.

– Скоро будем в Торонто. – проговорил Крейг, обращаясь ко второму пилоту, девушке по имени Виктория. Она бросила на него короткий взгляд и снова продолжила сканировать параметры полёта.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль – раздался в наушниках голос диспетчера – возьмите вправо, курс сто тридцать.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать принято, вправо сто тридцать. – ответила Виктория и установила курс на селекторе.

Самолёт выполнил правый крен и неспешно вышел на заданный курс.

Ещё раз пробежав глазами приборы и убедившись, что все параметры в норме, девушка вызвала диспетчера:

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, курс сто тридцать, эшелон триста двадцать.

– Принято – последовал незамедлительный ответ диспетчера.

Пройдя через кучево-дождевые облака, самолёт вышел из зоны турбулентности

– Самое время поужинать – предложил Крейг. – Виктория кивнула в знак согласия и он нажал кнопку вызова бортпроводника

Тем временем, обстановка в пассажирском салоне была по-домашнему уютной. После ужина, большая часть пассажиров погрузилась в сон, некоторые вполголоса обсуждали предстоящую командировку, ужин с семьёй или отпуск. Джейн Кинг – старший бортпроводник рейса девятьсот одиннадцать, завершила работу, и теперь, устроившись в кресле, в хвостовой части самолёта, позволила себе небольшой отдых. Её коллеги, Дерек Миллер и Трейси Уайт приводили в порядок переднюю бортовую кухню. Увидев горящий сигнал вызова, Трейси сняла трубку интеркома, выслушав краткую инструкцию она повесила трубку, взяла поднос с питанием и пошла в кабину.

***

– Прямо по курсу грозовой фронт – сказал Крейг, глядя на навигационный дисплей, на котором погодный радар выдавал картинку метеорологических явлений.

– Можем уйти вправо. – сказала Виктория, посмотрев на навигационный дисплей.

– Запроси курс двести пятнадцать. – отдал команду Крейг.

Виктория молча кивнула.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, наблюдаю впереди грозовую активность, разрешите курс двести пятнадцать.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль, курс двести пятнадцать разрешаю.

Крейг выставил курс на панели автопилота и подтвердил смену направления нажатием кнопки. Самолёт накренился вправо и вышел на новый курс. Виктория, всё это время наблюдавшая за приборами, подняла взгляд, посмотрела в окно. Ей показалось странным, что она не видит просвет между тучами. От осознания по спине пробежал холод.

– Вот чёрт, это ловушка! – воскликнула девушка, указывая вперёд.

Боинг влетал в новый грозовой фронт, более массивный, чем тот, что был на радаре. Самолёт подбросило. Пассажиры замерли, озираясь по сторонам.

– Что происходит? – прокатился шёпот по салону.

Атмосфера в кабине стала напряжённой. Капитан Крейг сканировал приборы, проверяя системы самолёта.

– Мы можем убраться отсюда? – обратилась Виктория к капитану.

– Это вряд ли. – ответил тот, бросив взгляд на навигационный дисплей. – Фронт быстро смещается.

Понимая, что они влипли, он просчитывал в голове возможные варианты действий.

– Попробуем обойти сверху. – сказал Крейг – запроси эшелон триста сорок.

Виктория взяла рацию и вызвала диспетчера:

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, попали в грозу, разрешите эшелон триста сорок

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль, набирайте эшелон триста сорок, без ограничений.

Борясь со стихией, Боинг медленно набирал высоту. Облака окрасились светом заходящего солнца. Однако, интуиция подсказывала пилотам: это только начало.

## Глава 1

Международный аэропорт Лос-Анджелеса. 15:00

Виктория прибыла в аэропорт за три часа до вылета. Оставив свой автомобиль на парковке, она направилась к центральному входу в терминал. Едва она вошла в здание терминала, в ноздри ей ударила смесь запахов резины и металла, исходившая от транспортировочных багажных лент. Пройдя ряды стоек регистрации, Виктория направилась в сторону медпункта. Когда с медосмотром было покончено, она поднялась на второй этаж, в комнату предполётной подготовки экипажей. Здесь её уже ждал капитан Шон Крейг. Он приветливо улыбнулся ей и пожал руку.

– Наконец мы летим вместе, я очень этому рад! – сказал Крейг.

– Я тоже. – ответила Виктория.

Шон Крейг был её первым инструктором в Вест Игл Эйр. С первых дней обучения и последующей работы, Виктория показала себя ответственным пилотом: быстро схватывала информацию, принимала взвешенные решения, сохраняла хладнокровие в непростых ситуациях. Всё это не осталось без внимания со стороны капитана Крейга, он ясно видел потенциал Виктории и старался всячески ей помочь. И сегодня им посчастливилось выполнить рейс вместе.

Получив полётные документы, они стали готовиться к вылету.

– Расчётное время полёта четыре часа пятьдесят минут, выполняем полёт на эшелоне триста двадцать. – рассказывал Крейг детали предстоящего полёта.

– Что у нас по загрузке? – спросил он, обращаясь к Виктории.

– Сто восемьдесят четыре пассажира и шесть членов экипажа. – она сделала паузу. – четыре тысячи двести тридцать килограмм багажа, предварительное количество топлива… – она посмотрела расчёт – четыре тысячи пятьсот пятьдесят два галлона, включая запас. – подвела итог Виктория.

– Маршрут будет непростым. – сказал Крейг. – У нас ожидается гроза. – он указал на карту метеорологических явлений по маршруту.

– Значит, нужно больше топлива. – заключила Виктория.

Крейг кивнул.

– Возьмём четыре тысячи девятьсот. – сказал он.

Виктория кивнула в знак согласия.

Крейг подошёл к телефону, снял трубку и набрал номер.

– Рейс Вест Игл Эйр девятьсот одиннадцать. Заправка четыре тысячи девятьсот галлонов. Стоянка сто тридцать один.

– Благодарю. – ответил он и положил трубку.

Покончив с подготовкой и проведя брифинг с кабинным экипажем, капитан Шон Крейг и второй пилот Виктория Майерс в сопровождении бортпроводников Дерека Миллера, Трейси Уайт и Джейн Кинг отправились на самолёт. Проходя по посадочной галерее, Виктория вспомнила, как она, много лет назад, маленькой девочкой, шла по точно такой же посадочной галерее аэропорта со своим отцом, Командиром Воздушного Судна – приятные воспоминания из детства. И вот теперь она отправляется в рейс в качестве пилота.

Придя на самолёт, Крейг остался осматривать самолёт, а Виктория, поднявшись на борт, стала готовиться к вылету. Запустить батарею, включить бортовые огни, запустить ВСУ, внести план полёта в бортовой компьютер – повседневная рутина пилота, но от этой рутины Виктория испытывала несказанное удовольствие.

В салоне тоже кипела работа, бортпроводники принимали питание, проверяли аварийно-спасательное оборудование, готовили салон к предстоящему вылету.

Когда капитан Крейг вернулся в кабину, Виктория доложила ему о проделанной работе.

– Отлично! – ответил он, садясь в кресло. Взял рацию и отдал команду о посадке пассажиров, автобусы с которыми аккурат прибыли к месту стоянки.

Проверив системы самолёта, Крейг потянулся к тумблеру «Пристегнуть ремни», собираясь включить его. Он мельком посмотрел на Викторию, медленно убрал руку с тумблера. Она работала собранно, но в её жестах Крейг уловил лёгкое напряжение – знакомое любому, кто впервые ведёт большой лайнер в условиях надвигающейся грозы.

– Всё в порядке? – спросил он спокойно.

– Да, сэр, – кивнула Виктория. – Просто… погода сегодня не самая приятная.

Уголки губ Крейга подёрнулись едва заметной ухмылкой.

– Поверь, бывало хуже. Гораздо хуже.

Виктория взглянула на него с лёгким интересом.

– Вы попадали в подобные?

– В подобные? – он покачал головой. – Нет. В куда более жёсткие.

Виктория чуть наклонилась вперёд.

– И как это было?

Крейг помолчал.

На мгновение, он словно снова увидел другую кабину – ту в Сиэтле, пятнадцать лет назад. Запах озона, грохот, мигающие панели. Он редко возвращался к этому воспоминанию, но сейчас…сейчас было самое время.

– Был один случай. Давно. Я тогда был вторым пилотом.– начал он тихо. – Мы заходили на посадку ночью, в грозе. Топлива оставалось мало и уйти на запасной мы уже не могли. Потеряли левый двигатель прямо перед входом в глиссаду. Командиру стало плохо…очень плохо.

Виктория нахмурилась.

– Вы остались один?

Крейг кивнул.

– Да. Самолёт бросало так, что приборы прыгали как в лотерее. Но выбора не было. Пассажиры… – они рассчитывали, что мы посадим машину.

– И вы…

– Посадил. – коротко сказал Крейг. Он не хвастался. – это была холодная констатация. Жёстко, с повреждениями. Но все выжили. Командир… – он ненадолго задержал взгляд на приборной панели. – Командир умер позже в больнице.

Виктория замолчала. Она слышала о подобных историях, но никогда от человека, который был в центре событий.

– Простите. – тихо сказала она. – Не хотела…

– Всё нормально, – перебил он. – Просто, к чему я это говорю: гроза – штука опасная, да. Но не смертельная. Если сохранять голову холодной и делать свою работу.

Он взглянул на неё уже мягче.

– Ты хорошо работаешь, Виктория. Уж поверь, я бы заметил, если бы было иначе.

Она улыбнулась. Рассказ Крейга и его слова поддержки вселили в неё уверенность.

– Спасибо, капитан. – ответила она и продолжила подготовку к полёту.

Через тридцать минут Боинг семьсот тридцать семь с рёвом оторвался от земли и устремился в сторону Канады. Уже до боли знакомые окрестности Лос-Анджелеса вновь пробудили в Виктории чувство эйфории, как тогда, во время первого самостоятельного полёта. Тот день она запомнила на всю жизнь. Она помнила как приехала на аэродром, отлетала полёт по кругу. Помнила полёт с инструктором по маршруту, проблемы с самолётом, возникшие на аэродроме и попытки его починить. Но особенно тёплым для Виктории был момент самостоятельного полёта на закате, Когда она, оставшись одна в кабине, переживая и радуясь одновременно, повела железную птицу навстречу небу.

Из воспоминаний её вывел голос диспетчера.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Лос-Анджелес-Подход, набирайте по схеме высоту двенадцать тысяч футов.

– Принято, по схеме двенадцать тысяч футов, Вест Игл девятьсот одиннадцать.

Виктория потянулась к задатчику высоты на панели автопилота и установила двенадцать тысяч.

– Могу я взять управление на себя? – спросила Виктория, обращаясь к Крейгу.

Тот кивнул в знак согласия и отрапортовал:

– Управление передал.

Управление приняла. – ответила Виктория и взялась за штурвал.

Она вела самолёт, бережно совершая движения штурвалом, чувствуя каждое движение самолёта, словно став с ним одним целым, параллельно отдавая команды капитану Крейгу по установке параметров полёта. Будучи одним из опытных пилотов авиакомпании, Крейг не без удовольствия наблюдал за действиями Виктории. Выверенные движения штурвалом, чёткие и ясные колл-ауты. «Из неё выйдет отличный командир» – подумал он про себя. Он вдруг вспомнил, как сам когда-то был курсантом, таким же амбициозным, целеустремлённым, с нечеловеческим желанием летать. И теперь, спустя много лет, появился человек так похожий на него самого, в одной с ним кабине, мастерски управляет авиалайнером. Глядя, как ловко Виктория управляет самолётом, Крейг ощутил огромную гордость за свою ученицу и его лицо расплылось в улыбке.

Выйдя на эшелон, Виктория включила автопилот и посмотрела в окно. Мимо проплывали кучевые облака, далеко внизу виднелись реки, холмы и горы. Созерцая всю эту красоту, по её щеке непроизвольно прокатилась слезинка радости и лёгкая улыбка коснулась её губ.

***

Два с половиной часа полёта прошли как один миг. Рейс девятьсот одиннадцать авиакомпании Вест Игл пролетал над Денвером. Вечер клонился к ночи. Линия горизонта окрасилась огненно-красным закатом, который то и дело проглядывал сквозь облака, ударяя в лобовое стекло. Далеко внизу понемногу оживали городские огни. Самолёт всё сильнее подрагивал в потоках воздуха, по временам его то подбрасывало вверх, то покачивало из стороны в сторону.

– Впереди гроза. – заметил Крейг, указывая на картинку метеолокатора. – Запроси погоду – обратился он к Виктории.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать – Виктория говорила мягко и уверенно – прошу информацию о погоде.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль, информация «Чарли», наблюдается высокая грозовая активность, ливневые осадки, ветер триста десять градусов, двадцать четыре узла, порывы до тридцати узлов, сообщите получение.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, информация «Чарли» на борту. – ответила Виктория и посмотрела на командира.

Лицо его помрачнело.

– Придется повоевать… – он указал в окно на скопление грозовых очагов.

Виктория пристально изучала картинку на метеолокаторе, стараясь отыскать спокойный коридор между тучами, который позволил бы им избежать дикой болтанки.

– Мы можем уйти вправо. – сказала она, указав на разрыв между тучами.

– Запроси курс двести пятнадцать. – отдал команду Крейг, – должны проскочить.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, наблюдаю впереди грозовую активность, разрешите курс двести пятнадцать.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль, курс двести пятнадцать разрешаю.

Крейг установил новое значение курса, и самолёт, выполнив правый крен, встал на курс двести пятнадцать градусов.

Когда Боинг пролетал между двумя громадными тучами, Виктории на мгновение показалось странным, что она не видит просвет. Вдруг она с ужасом осознала.

– Мы в ловушке! – воскликнула она.

Их самолёт влетел в грозовой фронт, ещё более обширный и мощный. Быстро смещаясь, тучи закрыли карман спокойного воздуха позади самолёта. Рейс девятьсот одиннадцать словно оказался в клетке. Счёт пошёл на минуты.

## Глава 2

Аэропорт Денвера. 20:30.

Воздушная гавань Денвера гудела, как пчелиный улей. Все службы аэропорта работали точно отлаженный механизм. На табло один рейс сменялся другим. Агенты пассажирской службы регистрировали пассажиров, оформляли на вылет багаж, готовили загрузочные ведомости и другие полётные документы. Пассажиры сновали по зданию аэровокзала в ожидании своих рейсов. Некоторые коротали время в кафе, с видом на аэродром, наблюдая за взлетающими и приземляющимися самолётами.

Солнце скрылось за горизонтом, и теперь аэродром освещался мириадами огней. Погода портилась. И без того тёмное небо заволокло тучами. Подгоняемые ветром, тучи двигались в сторону аэропорта, угрожая приостановить или вовсе отменить вылеты.

Джерри Грей – руководитель полётов, смотрел на экран метеолокатора. Это был высокий седовласый мужчина, одетый в служебную рубашку и строгие брюки. Он поморщился и глубоко вздохнул.

– «Опять придётся задерживать вылеты». – он подумал о представителях авиакомпаний и агентах пассажирской службы, на которых обрушится гнев пассажиров, как только те услышат объявление о задержке рейсов.

– Эй, Джерри! – окликнул его один из диспетчеров. Это был Чарльз Картер, темноволосый мужчина, такой же высокий, как и сам Грей. – Похоже с погодой дела совсем плохи.

– В нашу сторону движется большой фронт – подтвердил Джерри – нужно задержать вылеты. По прогнозу гроза простоит над аэропортом не меньше двух, а то и трёх часов. Он подошёл к компьютеру и нажал кнопку активации программы, зачитывающей объявления. В следующую минуту на весь терминал прозвучало объявление: «Уважаемые пассажиры, в связи с ухудшением погодных условий все вылеты задерживаются на два часа».

***

Рейс 911. За несколько минут до катастрофы

В салоне рейса девятьсот одиннадцать царил полумрак. Бортпроводники приглушили свет. Трейси и Дерек прошлись по салону, проверяя пассажиров.

Трейси медленно шла по центральному проходу, привычно скользя взглядом по рядам. Она любила этот момент – когда обслуживание уже закончено, свет приглушён и можно ненадолго почувствовать атмосферу рейса.

На втором ряду пожилой мужчина в очках читал газету, аккуратно развернув её, чтобы не потревожить соседку. Через проход сидела молодая мама с ребёнком лет трёх: мальчик сжимал в руках плюшевого динозавра, периодически поглядывая на мерцающие огни за иллюминатором.

Дальше, в середине салона шумели подростки в спортивных куртках – судя по форме, школьная хоккейная команда. Один из них пытался записывать видео на телефон, но тряска мешала и ребята дружно смеялись.

На двадцать втором ряду мужчина средних лет печатал что-то на ноутбуке так быстро, словно боялся не успеть. А прямо за ним расположилась пожилая пара, держащаяся за руки – они то и дело переглядывались с нежностью, будто летели в свой первый в жизни отпуск.

– Всё нормально? – тихо спросил подошедший Дерек.

– Да. В салоне всё спокойно. – ответила Трейси. Она слегка напряглась, заметив, как по стенке проходит едва заметная вибрация.

– Вот бы все рейсы проходили также спокойно, как этот. – сказала Трейси, когда они с Дереком заняли свои места.

– Согласен, очень спокойный рейс, давно такого не было. – отозвался Дерек, вспомнив, как несколько недель подряд на рейсах творилась вакханалия.

Внезапно в салоне слегка мигнул свет, всего на долю секунды, – несколько пассажиров подняли головы. Кто-то поправил ремень. Кто-то нервно взглянул в иллюминатор.

Трейси почувствовала, как под подошвами будто бы «проваливается пол» – обычная небольшая турбулентность, но в этом была странная нота предвестия.

Она встретилась взглядом с Дереком. Тот тоже всё понял, хотя и старался выглядеть спокойно.

– Старшему бортпроводнику пройти в кабину. – раздался голос капитана из динамиков.

Джейн Кинг набрала код и зашла в кабину.

– Вызывали, сэр? – мягко спросила она.

– Как дела в салоне? – спросил Крейг.

– Всё в порядке, мы закончили обслуживание сорок минут назад. – сказала Джейн.

Крейг кивнул. Затем сказал:

– Мы входим в зону сильной турбулентности. Над Денвером стоит большой грозовой фронт. Будет сильно трясти. Проследите, чтобы пассажиры были пристёгнуты.

– Поняла, сэр. – сказала Джейн и удалилась.

Выйдя из кабины, Джейн включила профессиональный режим. Её голос был мягким, но уверенным – голос человека, который должен держать ситуацию под контролем.

Она и Дерек прошли по салону.

– Пожалуйста пристегнитесь, затяните ремень потуже…

– Вас тоже касается сэр. Да, телефон лучше убрать.

– Мэм, поднимите спинку кресла.

Мальчик с динозавром испуганно прижался к матери. Хоккеисты тоже притихли.

В хвосте, мужчина с ноутбуком закрыл его и убрал сумку.

За бортом сверкнула молния, на мгновение осветив салон призрачным белым светом. Среди пассажиров раздались испуганные возгласы.

Гроза приближалась, по временам в иллюминаторах была видна только белая мгла, когда самолёт пролетал рядом с тучами. С каждой секундой самолёт раскачивался всё сильнее.

Внезапно, ветер ударил с такой силой, что Боинг дёрнулся влево. Несколько пассажиров вскрикнули, послышался детский плач.

– Пожалуйста, сохраняйте спокойствие, оставайтесь на местах… – проговорила Джейн, но голос её предательски дрогнул.

Дерек ухватился за спинку кресла, едва удержав равновесие. Кто-то судорожно перебирал руками ремень безопасности.

В середине салона женщина испуганно прижалась к сиденью.

Салон начал жить нервными, резкими движениями – теперь уже каждый человек почувствовал, что «спокойный рейс» закончился.

Шон Крейг вернул самолёт на прежний курс.

– Входим в плотный слой облаков.

Самолёт заволокло тучами. Виктория и Крейг не видели ничего, кроме белой мглы, находясь, будто бы в молоке. Крейг посмотрел на картинку метеолокатора: слева и справа от них радар переливался жёлтым и красным цветом.

– Почти прошли. – облегчённо сказал он.

Виктория посмотрела в окно:

– Я ничего не вижу… капитан! – воскликнула она.

В этот момент самолёт подбросило восходящим потоком воздуха.

Крейг несколько раз дёрнул штурвал, стараясь перебороть ветер.

– Связь! – сказала Виктория, – у нас помехи!

***

Аэропорт Денвера. 20:40

Прослушав объявление, пассажиры, вопреки предположениям Джерри Грея, отнеслись к этому совершенно спокойно. Лишь несколько человек направились в кассу, чтобы купить билет на ближайший рейс. Грей узнал об этом от своей знакомой, Джессики Ли – представителя авиакомпании «Канадиан Эйруэйз», которая в тот вечер дежурила в аэропорту.

Грей подошёл к окну и посмотрел на улицу. Из АДП аэродром был виден как на ладони. Гроза разразилась в полную силу, на улице шёл проливной дождь, казалось, свет аэродромных огней расплывался, из-за чего создавалось впечатление, будто кто-то пролил краску на перроне.

– Мистер Грей!

Он обернулся на голос. Это был один из недавно устроившихся диспетчеров.

– Что у тебя, Клэй? – спросил Грей подходя к молодому парнишке, отвечавшему за зону контроля.

– Неустойчивый сигнал от одного из бортов.

– Что за рейс?

– Вест Игл девятьсот одиннадцать.

– На связь выходили?

– Я почти ничего не разобрал, сильные помехи в эфире.

– Попытайся установить с ними связь, Клэй, докладывай мне, как только что-то удастся сделать.

– Принято, сэр. – ответил Бёртон и уставился на экран.

## Глава 3

Боинг пробивался сквозь череду осадков. Молния всё чаще била по обшивке самолёта. В кабине раздавался сигнал тревоги, твердивший, что самолёт попал в зону сдвига ветра.

Капитан Крейг управлял самолётом, стараясь вывести его из грозовых облаков. Он крепко держал штурвал, парируя отклонения, его пальцы побелели от напряжения.

– Включить противообледенительную систему! – скомандовал он.

Виктория включила три тумблера с надписью ANTI-ICE SYSTEM на панели управления над головой.

– Противообледенительная система включена – последовал короткий доклад.

Они почти подошли к эшелону триста сорок. Впереди забрезжил солнечный свет, пробивающийся через тучи. Внезапно самолёт накренился влево. Перед глазами пилотов загорелась жёлтая лампа с надписью «MASTER CAUTION», оповещая об отказе электрической и гидравлической системы.

– Отказ левого двигателя! – отрапортовала Виктория.

– Вижу. – ответил Крейг.

– Выполнить аварийный чек-лист! – скомандовал он.

Выполнив действия по памяти, Виктория взяла чек-лист и принялась выполнять его пункт за пунктом.

– Двигатель не запускается! – отрапортовала она.

– Свяжись с Денвером, передай сигнал бедствия. – сказал Крейг.

Виктория схватила рацию и перешла на частоту сто двадцать один и пять. Она успела проговорить: «MayDay, MayDay, Вест Игл девятьсот одиннадцать», в этот момент в самолёт попал разряд молнии и радиостанция замолчала. Потом снова включилась на короткий момент.

– Связь неустойчивая!

– Используй резервную! – велел Крейг.

Виктория включила резервную станцию, настроила частоту и повторила:

– MayDay, MayDay, Вест Игл девятьсот одиннадцать, попали в грозу, отказ левого двигателя, сбой радиосвязи.

В этот момент самолёт резко развернуло влево. Резким движением штурвала и педали, Крейг вернул самолёт на прежний курс.

– Ответчик семь семь ноль ноль! – скомандовал он.

Понимая, что действовать надо быстро, Виктория установила на ответчике код семь семь ноль ноль и повторила сообщение:

– MayDay, MayDay, Вест Игл девятьсот одиннадцать, аварийная ситуация, неустойчивая связь, отказ левого двигателя.

***

– Мистер Грей – позвал Клэй Бёртон.

– Что у тебя? – спросил Джерри, подходя к нему.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать передаёт сигнал бедствия, они угодили в грозовой фронт. С ними неустойчивая связь и у них отказал левый двигатель.

Джерри кивнул.

– Продолжай следить за ними. – он подошёл к компьютеру и набрал новое сообщение: «Внимание всем службам! Тревога! Аварийная ситуация! Вест Игл девятьсот одиннадцать, отказ двигателя, неустойчивая связь.»

***

– Не выходит! – Виктория вновь попыталась перезапустить левый двигатель, надеясь, что попытка окажется удачной.

– Попробуй снова! – отозвался Крейг.

Виктория перевела селектор зажигания левого двигателя в полётное положение и отключила подачу топлива, затем снова её активировала. Ни один параметр двигателя не дрогнул.

– Ничего, двигатель не запускается. – отрапортовала девушка.

– Запустить ВСУ – скомандовал капитан.

Виктория щёлкнула стартером ВСУ, и через несколько секунд вспомогательный двигатель самолёта включился в работу.

– ВСУ запущена.

– Свяжись с аэропортом, запроси вынужденную посадку.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, прошу вынужденную посадку.

Ответа не последовало.

– Денвер-Контроль, Вест Игл девятьсот одиннадцать, прошу вынужденную посадку. – повторила Виктория.

Тишина…

– Не отвечают… – проговорила Виктория и посмотрела в окно на сгущающиеся тучи. На мгновение ей вспомнился полёт в Онтарио, совершенный во время учёбы.

***

– Мистер Грей.

Джерри подошёл к рабочему месту Клэя Бёртона.

– Рейс девятьсот одиннадцать запрашивает вынужденную.

– Что у нас есть?

– Можно отправить их на двадцать пятую полосу или на тридцать четыре левую. Эти полосы самые близкие.

Джерри Грей взглянул на схему аэродрома.

– О’кей, давай попробуем на двадцать пятую – сказал Грей – она к ним ближе всего. Передайте указания в эфир

– Хорошо – отозвался Бёртон. – Вест Игл девятьсот одиннадцать, Денвер-Контроль, если вы меня слышите, разрешаю вынужденную посадку на полосу двадцать пять. Повторяю, разрешаю вынужденную посадку на полосу двадцать пять.

«Теперь остаётся только ждать» – подумал Бёртон, напряжённо вглядываясь в экран.

***

Экипаж рейса девятьсот одиннадцать продолжал полёт.

– Я что-то слышу… – проговорила Виктория. Она вытащила блокнот и ручку и принялась быстро записывать.

– «Вест Игл девять… цать… пос… разрешаю… пол… двад… пять…»

В эфире вновь воцарились помехи.

– Очень сильные помехи. – вмешался Крейг, – я ничего не понял.

– Похоже связь накрылась окончательно. – сказала Виктория, – в эфире только белый шум.

– Я успела записать, то что сказал диспетчер…минутку… – она склонилась над своими записями.

– Вест Игл девятьсот одиннадцать, посадку разрешаю, полоса двадцать пять. – прочитала Виктория и посмотрела на Крейга.

## Глава 4

Летная школа в Лос-Анджелесе. 7:30

Утро встретило Викторию немного прохладной погодой. На аэродроме дул лёгкий ветерок, колыша чехлы на самолётах, стоящих на лётном поле. Вдохнув аэродромного воздуха, пропитанного запахом керосина, Виктория направилась к зданию учебного корпуса.

Внутри корпуса уже чувствовалась привычная утренняя суета. Инструкторы проходили мимо, обсуждая предстоящие занятия, кто-то просматривал метеосводку, некоторые заканчивали оформление полётных заданий. Через большое окно было видно лётное поле, освещаемое утренним солнцем. Виктория поймала себя на мысли, что она снова улыбается. Каждый раз, когда она приезжала сюда, ощущение было одно и то же – будто открывается дверь в маленький мир, где есть только небо, приборы и решения, которые надо принимать быстро и точно.

С тех пор, как она начала учёбу на пилота прошло несколько месяцев. Виктория усердно училась, с каждым днём становясь ближе к своей мечте. И вот наконец, сдав теоретические экзамены, она приступила к лётной практике.

Получив сводку погоды и заполнив полётное задание, она вышла на аэродром. Прямо перед учебным корпусом стояла небольшая Cessna 172 – четырёхместный самолёт белого цвета с красными полосами по всему корпусу.

– Ну, что, готова? – спросил подошедший инструктор.

– Да! – радостно ответила Виктория и в её глазах блеснул азарт.

Подойдя к самолёту, Виктория провела ладонью по холодной металлической обшивке, слегка похлопала самолёт, как бы здороваясь с ним. Cessna выглядела скромно, но для неё этот самолёт был чем-то бо́льшим – первым шагом в профессию, к которой она шла с детства.

Она проверила стойки шасси, элероны и закрылки, осмотрела винт, проверила масло. Инструктор молча наблюдал как она проводит внешний осмотр.

Когда самолёт был осмотрен, они заняли места в кабине: Виктория села в левое кресло.

– Ну, вперёд. – подбодрил её инструктор, занимая кресло второго пилота.

Лёгкое волнение охватило Викторию. Это был не первый её полёт, но небольшое волнение ощущалось каждый раз, когда она садилась в кабину. Включив бортовые системы и проверив всё по чек-листу, Виктория вышла на связь с диспетчером.

– Корона-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, разрешите запуск.

– Новембер тридцать один ноль два, Корона-Вышка, запуск разрешаю.

Вдавив рычаг подачи топлива, Виктория повернула ключ зажигания. Двигатель отозвался мерным гудением. Она снова вызвала диспетчера.

– Корона-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, разрешите предварительный.

– Новембер тридцать один ноль два, Корона-Вышка, занимайте предварительный, полоса ноль семь.

– Предварительный, полоса ноль семь, Новембер тридцать один ноль два. – подтвердила Виктория.

Она слегка вдавила РУД, самолёт тронулся с места. На рулёжке Виктория ощутила лёгкое напряжение в плечах, не тревогу, а скорее собранность – ту, которая появляется при каждом важном шаге. Самолёт слушался движения педалей. В наушниках мерно звучали переговоры: кто-то заходил на посадку, кто-то выруливал на исполнительный. Виктория прислушивалась к этим голосам, мысленно встраивая себя в единый поток, прокручивая в голове дальнейшие действия. Всё становилось частью одного ритма – самолёт, полоса, радиоэфир.

Подъезжая к полосе, она доложила:

– Корона-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, разрешите исполнительный.

– Новембер тридцать один ноль два, Корона-Вышка, занимайте исполнительный, полоса ноль семь и взлетайте.

– Занимаю исполнительный и взлетаю, Новембер тридцать один ноль два.

В последний раз, проверив зажигание перед взлётом, Виктория устремила взгляд на полосу и вдавила рычаг газа до упора. Cessna взревела двигателем и рванула вперёд. Волнение вмиг улетучилось, Виктория выдерживала самолёт по центру полосы, параллельно следя за скоростью. «Тридцать узлов, сорок, пятьдесят» – мысленно проговаривала она. «Пятьдесят пять – отрыв». Виктория потянула штурвал на себя и самолёт оторвался от земли.

– Корона-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, взлёт произвёл, набираю четыре тысячи семьсот футов. – отрапортовала в эфир Виктория.

– Новембер тридцать один ноль два, принято, следуйте согласно плану, высоту четыре тысячи семьсот доложить.

– Четыре тысячи семьсот доложу, Новембер тридцать один ноль два.

Набрав высоту, она доложила об этом диспетчеру и получила указание набирать восемь тысяч футов.

Виктория вела самолёт, проходя маршрут точка за точкой, наслаждаясь пейзажами, проплывающими внизу. Инструктор наблюдал за её работой. Он то и дело отмечал небольшие нюансы: плавность работы с РУДом, своевременное использование триммера, уверенные доклады. Виктория не только следовала процедурам – она чувствовала самолёт. Это было видно по её уверенности, по тому, как она заранее готовилась к изменению курса.

Инструктор видел это не первый раз – и каждый раз убеждался, что у неё хватит не только знаний, но и того самого внутреннего спокойствия, без которого хороший пилот не становится настоящим.

На подлёте к международному аэропорту Онтарио, Виктория прослушала информацию о погоде и связалась с диспетчером подхода:

– Онтарио-Подход, Новембер тридцать один ноль два, информация «Дельта» на борту, рассчитываю визуальный заход на полосу ноль восемь.

Минуту спустя в наушниках послышался голос диспетчера:

– Новембер тридцать один ноль два, Онтарио-подход, принято, продолжайте заход, работайте с Вышкой, частота сто двадцать и шесть.

– С вышкой, сто двадцать и шесть, Новембер тридцать один ноль два.

Она перенастроила рацию и передала запрос:

– Онтарио-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, заход полоса ноль восемь, визуальный.

– Новембер тридцать один ноль два, Онтарио-Вышка, заход разрешаю, полоса ноль восемь.

– Заход разрешили, полоса ноль восемь, Новембер тридцать один ноль два.

Виктория снова почувствовала волнение. Это была её первая посадка в международном аэропорту. Облажаться совсем не хотелось. Она постаралась взять себя в руки, сосредоточилась на заходе. Внизу, под правым крылом медленно проплывали окраины Онтарио – извилистые шоссе, жилые кварталы, промышленные здания. Виктория наблюдала за всем этим через короткие взгляды. Там, где-то далеко на земле шла обычная жизнь, а здесь в кабине маленькой Cessna всё подчинялось точности, инструкциям и её собственным решениям.

Самолёт слегка дрогнул. Виктория машинально компенсировала отклонение, даже не задумываясь – руки давно работали сами.

– Новембер тридцать один ноль два, Онтарио-Вышка, снижайтесь четыре тысячи семьсот футов. – команда диспетчера.

– Снижаюсь четыре тысячи семьсот, Новембер тридцать один ноль два.

Для Виктории настал момент истины. Она снизила скорость, выпустила закрылки на пятнадцать градусов. Огляделась по сторонам.

– Полосу наблюдаю. – проговорила она и выпустила закрылки в посадочное положение тридцать пять градусов.

– Онтарио-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, к посадке готов.

– Новембер тридцать один ноль два, посадку разрешаю, полоса ноль восемь.

– Посадку разрешили, Новембер тридцать один ноль два.

Проверив системы самолёта перед посадкой – чек-лист она знала наизусть – Виктория устремила взгляд на полосу, подводя самолёт к точке выравнивания. «Скорость, направление, высота» – повторяла она в голове параметры, как скороговорку. Полоса приближалась. Виктория потянула штурвал на себя и Cessna полетела горизонтально. «Малый газ» – напомнила себе Виктория и вытянула РУД на себя. «Посадочное положение» – дотянула штурвал и задрала нос. Секунды до касания показались вечностью и наконец заветный толчок.

– Онтарио-Вышка, Новембер тридцать один ноль два, посадка.

– Новембер тридцать один ноль два, Онтарио-Вышка, освобождение по РД «Сьерра», стоянка сто семь.

– Принято, по РД «Сьерра», стоянка сто семь, Новембер тридцать один ноль два.

Она ехала по аэродрому, наблюдая как рулят большие самолёты и слушала переговоры пилотов с диспетчером. Зарулив на стоянку, она выключила двигатель и глубоко выдохнула.

Когда винт остановился и кабина медленно наполнилась тишиной, Виктория впервые осознала, как сильно дрожат у неё пальцы. Не от страха – от выброса адреналина и облегчения.

За прозрачным стеклом тянулся длинный перрон с большими самолётами, и Виктория почувствовала, как внутри что-то щёлкнуло – да, это её место. Её путь. Её небо.

– Отличная работа, ты молодец. – сказал инструктор и пожал ей руку.

## Глава 5

Редакция «Denver Today»

В кабинете раздался звук стационарного телефона. Главный редактор газеты «Denver Today» снял трубку.

– Алло?

Несколько минут он слушал говорившего, лицо его становилось всё хмурее.

– Да, понял, спасибо. – ответил он и положил трубку.

Бригс на секунду застыл переваривая услышанное. Он медленно провёл рукой по подбородку и нажал кнопку селектора:

– Мэри, вызовите ко мне Джанетт О’Нил.

– Хорошо, сэр. – ответила девушка на другом конце провода.

В огромном офисе «Denver Today» царила привычная суета. Сотрудники переходили от столов к принтерам, щёлкали клавиатурами, кто-то спорил о заголовках. Воздух был пропитан запахом кофе и свежеотпечатанных газет.

Джанетт О’Нил шла по коридору, держа в руках планшет. Её шаги отдавались звонким эхом. Она обогнула стеклянный переговорный зал, в котором двое журналистов оживлённо обсуждали какой-то материал, и поднялась на второй этаж, юркнув мимо своих коллег в дверь с надписью «Приёмная».

– Джанетт, рада тебя видеть. – приветствовала её секретарь, отрываясь от монитора.

– Привет, Мэри. – ответила Джанетт, слегка улыбнувшись.

Она выглядела уверенно, но внутри чувствовалось лёгкое напряжение. Мэри знала её давно, и поняла это с первых секунд, как Джанетт вошла в приёмную.

– Минуточку, я скажу шефу, что ты уже здесь. – сказала секретарь и нажала кнопку селектора.

– Мистер Бригс, пришла мисс О’Нил.

– Пусть она зайдёт.

Джанетт вошла в кабинет. Бригс стоял у окна, глядя на город. Он обернулся.

– Проходите, мисс О’Нил. – он указал ей на стул с другой стороны стола.

Она села, положив ногу на ногу, ожидая объяснений.

– Полчаса назад я получил звонок, – начал Бригс. – Звонивший сообщил, что над Денвером пассажирский самолёт терпит бедствие.

Он сделал паузу, давая весу слов упасть между ними.

– Это может стать сенсацией. Отправляйтесь в аэропорт и разузнайте всё, что сможете. Материал должен быть готов к завтрашнему вечеру. Если справитесь – получите должность редактора.

В глазах Джанетт мелькнула искра – смесь страха и азарта. Она коротко кивнула.

Выйдя из кабинета, она тут же набрала номер своего коллеги.

– Эй, Тим! Это Джанетт. Хватай свою камеру, заводи машину и жди меня. Похоже, у нас появилась сенсация. Едем в аэропорт.

Она бросила взгляд в сторону большого окна редакции. Там на горизонте, над городом, медленно сгущались облака.

***

Аэропорт Денвера. 21:15

Клэй Бёртон всматривался в экран радара, наблюдая за движущейся точкой, обозначавшей рейс девятьсот одиннадцать авиакомпании Вест Игл. Полчаса прошло с момента, когда они получили последний доклад от экипажа. Сигнал был нестабильным, а зона грозовой активности – слишком широкой. Бёртон понимал: обстановка на борту крайне напряжённая. Экипаж борется за машину, за пассажиров, находящихся на борту, за себя.

– Вы это видели? – голос раздался у входа.

В помещение вошёл грузный мужчина в деловом костюме.

– Видели что, Гарри? – переспросил Грей.

Гарри Смит, руководитель пресс-службы аэропорта подошёл ближе, держа в руках телефон с открытой новостной лентой.

– Они уже вышли в эфир. Экстренный выпуск. Сообщили, что самолёт попал в грозу.

– Ого… – пробормотал Грей. – Да они не теряли времени.

– Вот именно. – раздражённо ответил Гарри. – Кто-то позвонил в газету и слил информацию. – Он вынул из кармана платок и промокнул лоб. – В терминале собралась толпа журналистов. – Мэтт из кожи вон лезет. Сдерживает их как может.

– Мы не можем ничего разглашать. – ответил Джерри.

– Но я должен… – начал Гарри, но Джерри прервал его жестом.

– Скажи журналистам, что ситуация под контролем. Паника нам ни к чему.

Гарри нехотя кивнул, набрал номер и передал указания Мэтту Дэвису.

– Гарри! – окликнул его Грей, – мы будем по мере возможного информировать вас о происходящем.

Смит кивнул, вышел из диспетчерской и плотно закрыл за собой дверь.

***

На борту рейса 911

Управлять самолётом становилось всё сложнее. Сильные порывы ветра швыряли Боинг, угрожая сбить его с курса. Кабина мелко вибрировала. Капитан Крейг, вцепившись в штурвал парировал каждый новый рывок. В салоне бортпроводники инструктировали пассажиров. Кто-то плакал, кто-то молился, кто-то печатал сообщение родным.