Олеся Рид
Смертельный сюжет

Примечание автора

Дорогой читатель,

Прежде чем вы отправитесь в путешествие по солнечным и одновременно мрачным улочкам Италии, я должна вас предупредить.

Эта история не стесняется быть жестокой. В ней есть всё, что составляет жизнь того мира, о котором она рассказывает: жестокая реальность торговли людьми, физическое и психологическое насилие, откровенные сцены, ненормативная лексика и сложные моральные выборы, у которых нет правильного ответа.

Я не приукрашивала действительность, чтобы вам было комфортнее. Я писала её так, чтобы вы почувствовали холодный пот страха и жаркую дрожь страсти вместе с героями.

Если что-то из перечисленного может задеть или травмировать вас, возможно, эта книга – не для вас. Если же вы готовы принять правила этой игры, тогда добро пожаловать. Пристегните ремни. Будет жарко.

С уважением, Автор

Глава 1

Амелия

Мои пальцы скользили по краю листка. Всего одно слово – «утверждено» – и вот уже моя мечта становится реальностью. Издательство будет печатать мою книгу. Её увидят в магазинах, будут читать незнакомые люди. От меня нужна только подпись внизу страницы.

Я всегда хотела написать книгу. Но чтобы про мафию? Это же чистой воды вымысел! А вдруг читатели подумают, что это смешно или неправдоподобно?

Ладно, хватит нервничать. Кому-то ведь обязательно понравится.

Я взяла ручку и быстро расписалась, пока не передумала. Тысяча экземпляров. Невероятно! Моя мечта наконец сбылась.

Вечером я планировала заехать к родителям, а потом к Чарли. Если бы не она, я бы никогда не отправила рукопись в издательство. Это она вдохнула в меня уверенность, как всегда.

В ванной я поймала своё отражение в зеркале. Под глазами синяки от бессонной ночи, волосы ещё влажные после душа. Пришлось немного замазать усталость консилером, прокрасить ресницы и губы. Теперь выгляжу живее. Один последний взгляд – и можно вызывать такси.

Из шкафа я достала свои любимые шорты и простую майку. Надела кроссовки – удобно и стильно. Тренировки по пилатесу явно не прошли даром.

На улице пахло летом и свободой. Тёплый ветерок щекотал кожу. Такси должно скоро подъехать. В руке завибрировал телефон.

Чарли:

Привет, красотка! Заедешь?

Чарли – самый позитивный человек на свете. Светлые длинные волосы, улыбка до ушей. Стоило ей появиться на улице, как все мужчины оборачивались. А потом она открывала рот – и отборный мат лился рекой. Но это моя Чарли, и я бы не променяла её ни на кого.

Я:

Да, сначала к родителям, потом к тебе. Вино брать?

Чарли:

Уже купила! Лети скорее! Целую!

Я:

Целую!

Я оторвала взгляд от телефона и ахнула – мы уже у родительского дома. Я даже не заметила, как доехала.

– Спасибо, хорошего дня! – крикнула я водителю и вышла из машины.

Передо мной стоял наш трёхэтажный дом. Здесь прошло всё моё детство.

Мои родители, Аманда и Ричард Монтгомери, – пример идеальной пары. Я с детства смотрела на них и мечтала о такой же дружной семье.

Только я поднялась на крыльцо, дверь распахнулась. На пороге стояла мама, сияя и улыбаясь до ушей.

– Дочка, наконец-то ты здесь!

Она обняла меня так крепко, что я еле дышала.

– Конечно, мам. Обещала же. А где папа?

Я зашла в дом, закрыла дверь. Мама смотрела на меня как-то странно, слишком загадочно улыбаясь.

– Мам, мне страшно…

Сзади раздались знакомые шаги.

– А вот и наша знаменитая писательница! – послышался голос папы.

Я обернулась и бросилась к нему в объятия. Мы всегда были с ним особенно близки.

– Пап, привет!

Он похлопал меня по спине, отошёл и встал рядом с мамой. Они оба смотрели на меня с хитрющими улыбками.

Я скрестила руки.

– Что это с вами? Что-то случилось?

Папа медленно достал из-за спины конверт и протянул его мне.

– Дорогая, мы хотим как следует поздравить тебя с книгой.

Я взяла конверт и быстро вскрыла. Внутри лежали билеты. Моё сердце замерло.

– О боже… Вы купили мне…

– Путёвку в Италию, – закончила мама, сияя. Она снова обняла меня. – Мы так тобой гордимся!

Я всегда мечтала побывать в Италии. Пока писала книгу, я постоянно изучала фотографии и описания мест, где происходило действие. И дала себе слово – когда-нибудь обязательно туда попаду.

– Это же так дорого… – прошептала я.

Наша семья никогда не была богатой. Родители всегда дарили мне всё самое лучшее, но поездка в Италию – это было за гранью возможного.

– Не думай о деньгах, – строго сказал папа.

Я обняла его, потом маму.

– Спасибо! Вы не представляете, как я об этом мечтала!

– Мы знаем, – улыбнулся папа. – Поэтому, как только ты сказала про издательство, мы решили – это твой шанс.

Мама ушла на кухню, чтобы поставить чайник.

– Можешь взять с собой Чарли, – сказал папа. – Если она, конечно, сможет купить себе билет. Мы смогли оплатить только тебя.

– Пап, не переживай! Спасибо вам огромное! Сегодня же спрошу у Чарли, поедет ли она.

Весь вечер мы провели вместе, как в старые добрые времена: пили чай, разговаривали при свечах, смотрели фильмы. Иногда мне так не хватает этих простых вещей.

Два года назад, когда мне исполнилось 22, я переехала в свою небольшую квартиру в центре города. Устроилась в кафе, научилась сама себя обеспечивать. После университета у меня была одна цель – стать известной писательницей и помогать родителям. Осталось только верить, что моя книга станет бестселлером.

Глава 2

Амелия

– С тобой в Италию?! Ты что, шутишь? Конечно, полечу! – Чарли чуть не расплескала вино, захлопав в ладоши.

После родителей я сразу поехала к Чарли. Дорога заняла всего двадцать минут. Её квартира пахла свежей выпечкой и дорогими духами – идеальное сочетание уюта и шика. Я только успела переступить порог, как выпалила новость о подарке родителей и одном-единственном билете. Чарли не задумываясь ни на секунду заявила, что купит себе билет сама. Для неё это было решено в тот же миг.

– Там же будут эти итальянцы… Мама мия! – она закатила глаза, мечтательно улыбаясь.

– О, Чарли, только без этого, – я засмеялась, сделав глоток прохладного совиньон-блана.

– А ты когда в последний раз трахалась, Эми?

Я поперхнулась. Вспомнить бы.

– Это неважно. Мы летим в Италию отдыхать и смотреть места, которые я описывала в книге. Всё.

Да, возможно, с моей личной жизнью было пустовато. Но это не значило, что я собиралась бросаться на первого встречного итальянца с томным взглядом. Нет, это было не про меня.

– У тебя же никого не было после Эша?

При этом имени у меня в животе похолодело, будто я проглотила кусок льда.

– Не было, – я сделала большой глоток вина, надеясь, что оно согреет неприятный холодок внутри. – Но это ничего не значит. Сейчас я не в поисках отношений.

– Я тоже не ищу, – пожала плечами Чарли. – Но физическую потребность никто не отменял. Ничего плохого в случайном сексе нет.

Чарли всегда была такой. Ангельская внешность – и дьявольские мысли. Она не гналась за мужчинами и не ждала от них вечной любви. Полная моя противоположность. За свои 24 года я была близка только с одним мужчиной. Случайные связи – это не моя история.

– Ладно, давай лучше о планах. Какая у нас первая остановка? – я попыталась сменить тему.

Я достала телефон, открыла заметки и протянула ей. Пока ехала, я составила примерный маршрут.

– Итак, сначала Апулия, потом Калабрия и Сицилия. И это всё? – она подняла на меня удивлённый взгляд. – А как же Милан? Рим? Венеция?

Она отправилась на кухню за новой бутылкой, ворча что-то себе под нос про «культурное обнищание».

– Мы обязательно заедем в Милан, но сначала мне нужны Апулия и Калабрия.

– А-а-а, – протянула она, наливая себе вина. – Поняла. Тебе нужно найти те места, что ты описала в книге?

– Именно. Возможно, я больше никогда там не окажусь, и я хочу увидеть их своими глазами.

– Что ж, тогда выпьем за нашу авантюру! – Чарли протянула мне полный бокал, и они с звоном столкнулись.

До вылета оставалось всего четыре дня. За это время мне нужно было отпроситься на работе и предупредить издательство.

***

Утро началось с того, что голова раскалывалась на части. Если бы не ледяной душ, я бы не смогла даже встать с кровати, не то что выйти на работу.

– Доброе утро, что для вас? – я попыталась выдавить из себя максимально солнечную улыбку.

Кафе, где я проработала больше года, находилось в самом центре Нью-Йорка. Сюда с утра пораньше спешили за кофе все окрестные офисные работники.

– Двойной американо, – бросил мужчина лет сорока пяти.

Он оплатил заказ и отошёл к стойке ожидания. Не знаю, что именно меня насторожило, но в горле встал ком. Здесь каждый день проходили сотни людей, но этот… от него веяло чем-то холодным и отстранённым. «Паранойя, Эми, просто паранойя», – убеждала я себя.

После смены я направилась в комнату для персонала, чтобы переодеться и зайти к Стиву. Нашему директору было под пятьдесят, и он был законченным извращенцем. Девушки у нас не задерживались дольше недели. Чем я держалась так долго? Стив считал меня «визитной карточкой» заведения. Мне щедро оставляли чаевые, писали хвалебные отзывы, и он не рисковал делать то, из-за чего я могла бы уволиться.

Выйдя из раздевалки, я пошла по коридору к его кабинету. Рука дрогнула, прежде чем постучать в дверь.

– Войдите.

Скорее бы это закончилось. Я не выдержу его наглую рожу дольше десяти минут.

Я вошла, прикрыла дверь и опустилась в кожаное кресло напротив него.

– Ты что-то хотела, Эми? – он не оторвался от бумаг.

– Эм… да. Я хотела предупредить, что улетаю в Италию на не Стив медленно поднял на меня глаза. На его лбу надулась и за пульсировала толстая вена.

– И когда ты собиралась мне об этом сообщить? Кто будет работать? – его тон был таким резким, что мельчайшие брызги слюны долетели до моей руки.

– Я сама только вчера узнала. Меня может подменить Трейси.

– Эта тупая сука? – он фыркнул. – Ей клиенты ни цента не оставляют, и отзывов на неё никаких.

Какой же он ублюдок. Я мысленно молилась, чтобы моя книга взлетела и мне больше не пришлось сюда возвращаться.

– При всём моём уважении, вы не имеете права так говорить о людях.

Мой голос дрогнул ровно в тот момент, когда Стив поднялся из за стола и направился ко мне.

– Я не разрешаю тебе улетать.

Чем ближе он подходил, тем отчётливее я видела неприличный выступ на его брюках. Тошнотворная волна отвращения подкатила к горлу. Я не могла больше это терпеть. Резко вскочив с кресла, я шагнула к двери.

– В таком случае, я увольняюсь. Жду на счёт свои деньги, и на этом всё.

Не став слушать его возражения, я выскочила в коридор и почти побежала к комнате персонала. Руки дрожали, а на лбу выступил ледяной пот.

– Эми, ты в порядке?

Передо мной возникла Трейси. Мы почти не общались, но она всегда казалась милой и старательной.

– Да. Всё нормально. Я уволилась.

Я подошла к своему шкафчику, стала быстро сгребать вещи в сумку.

– Как уволилась? – в её голосе прозвучала паника. – Кроме нас с тобой, тут никого нет!

Она стояла, растерянно теребя край своей форменной юбки. Собрав последние вещи, я подошла к ней ближе. Я не хотела, чтобы она оставалась здесь с этим мудаком.

– Трейси, увольняйся отсюда. Ты не заслуживаешь такого отношения. Этот урод назвал тебя тупой сукой, которая плохо работает.

Её глаза наполнились слезами, и она опустила голову.

– Я так не считаю, – тихо сказала я. – Ты заслуживаешь лучшего.

Обняв её на прощание, я вышла на улицу. Было уже темно и прохладно. Я подошла к остановке и посмотрела на расписание. Последний автобус ушёл пять минут назад.

Черт.

Глава 3

Харпер

– Сукин сын! Я убью его!

Мой кулак со всей силы обрушился на массивный дубовый стол, заставив вздрогнуть даже тяжелую лампу. Джулио, будто почувствовав опасность, отступил к самой двери, готовый в любой момент выскочить из кабинета.

– Босс, тебе нужно там быть, – осторожно произнес он.

– Конечно, блять, мне нужно там быть, Джулио! – прошипел я, сжимая ладони так, что кости хрустнули.

Черт возьми, этот кусок дерьма Лоренцо! Какой, нахуй, аукцион? Он прекрасно знает, что я не приветствую эту мерзость и не занимаюсь торговлей людьми на своей территории.

– Там будет дресс-код, – тихо напомнил Джулио. – Благодаря маске, он не должен тебя узнать.

– Когда это дерьмо состоится?

– Через две недели.

– Предупреди остальных боссов. Назначь встречу на завтра. Со всеми.

Не дожидаясь ответа, я вышел из кабинета и направился к лифту, с каждым шагом пытаясь загнать ярость куда-то глубоко внутрь.

Лоренцо Мартини. Просто мудак. Он контролирует Апулию на юго-востоке. Занимается наркотой, контрабандой и этим грязным бизнесом – торговлей людьми. И он решил, что я буду не против, если его аукцион пройдет на моей земле. Калабрия отошла ко мне после смерти отца. Мой отец, Доминик, когда-то работал с Лоренцо. Но после его смерти я положил этому конец. Мы больше не торгуем людьми. Только наркоторговля и отмывание денег по всему миру. Чисто, без этого свинства.

У подъезда меня уже ждал автомобиль с Тео за рулем. Сев на прохладный кожанный салон, я достал телефон и набрал номер матери.

– Привет, дорогой! Как твои дела? – ее голос всегда был таким теплым, таким далеким от всего, что меня окружало.

Моя мать – самый добрый и чистый человек, которого я знаю. Пока отец был жив, он тщательно оберегал ее от своих дел. Уверен на все сто, что она до сих пор не догадывается, чем мы на самом деле занимаемся.

– Привет, мам. Мне нужно к тебе заехать. Поговорить.

– Конечно, я поставлю чайник.

Сбросив вызов, я уставился в окно, наблюдая, как мимо проплывает мой город. Никогда не думал, что в свои тридцать семь буду жить в одиночестве посреди этого ада, занимаясь хуй пойми чем. Да, я всегда был хладнокровным ублюдком, но чтобы повторить путь отца… нет.

Машина подкатила к высоким кованым воротам. Тео опустил стекло и кивнул охране. Ворота бесшумно распахнулись, и мы поехали по узкой дороге, утопающей в густой зелени леса, ведущей к особняку Гроссо. На крыльце, как всегда, стояла мать, приветственно помахивая рукой. Выйдя из машины, я скользнул взглядом по охране, патрулирующей периметр, и коротко кивнул им, прежде чем подняться к дому.

– Как давно ты здесь не появлялся, – в ее голосе прозвучала легкая упрек.

Она никогда не знала и, кажется, даже не задавалась вопросом, почему я не люблю сюда приезжать. И слава богу. Пусть лучше считает, что ее муж был праведным бизнесменом, а не одним из самых влиятельных донов Калабрии.

– Много работы, – буркнул я, следуя за ней в просторную гостиную.

Большая комната была выдержана в ее любимых пастельных тонах: массивный серый диван, камин, начищенный до блеска. На кухонном острове уже стоял дымящийся чайник и две изящные фарфоровые чашки.

– Я ненадолго. Мне нужно кое-что обсудить.

Глаза матери мгновенно наполнились тревогой. Ее руки слегка дрогнули, когда она наливала чай.

– Мне нужно, чтобы ты уехала в Рим. На неопределенное время.

Она подняла на меня взгляд. По ее рукам пробежала мелкая дрожь, и она сделала поспешный глоток чая, пытаясь скрыть волнение.

– Что случилось, Харпер?

– У меня есть месяц, чтобы решить кое-какие проблемы. И ты должна быть в безопасности.

– А как же Джулио? – прошептала она.

– Он нужен мне здесь. С тобой поедет охрана. Можешь взять с собой кого-нибудь из подруг.

Джулио, мой младший брат и по совместительству моей правой рукой— мой консильери. Мать всегда молилась, чтобы он не пошел по стопам отца. Но, увы, ее молитвы остались без ответа.

– Но когда я смогу вернуться? С вами… с вами все будет хорошо?

– Не знаю. Но да, у меня все под контролем.

Следующий час ушел на то, чтобы уговорить ее уехать.

В конце концов, она согласилась взять с собой одну из своих приятельниц по пилатесу. Я даже не помню, как ее зовут – обычная женщина, чьи дети разъехались, оставив ее одну. После смерти отца мать стала ходить на всякие занятия, чтобы не сойти с ума от одиночества в этих стенах. Хоть мы с Джулио и навещали ее, этого было явно недостаточно.

– Джулио пришлет за тобой машину. Будь готова к семи утра.

Я наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб, почувствовав тонкий запах ее духов – запах спокойствия и другой, нормальной жизни. Затем развернулся и направился к машине, уже доставая телефон.

Харпер:

Завтра в 7 утра – машина за мамой. Заехать за ее подругой. Скажи пилоту, чтобы был готов к вылету.

Джулио:

Понял. Ты был у нее? Как она?

Харпер:

Не в восторге. Но это необходимо.

Джулио:

Я свободен сегодня?

Харпер:

Да. Но сначала напиши одной из девочек. Пришли ко мне одну. Через час. Мне нужно расслабиться.

Глава 4

Амелия

Солнце било прямо в глаза, пробиваясь сквозь тонкую ткань занавесок. Я застонала, потянулась к телефону на тумбочке – пора вставать. Сегодня вылет в Италию.

На экране телефона мигали уведомления. Я сразу открыла чат с Чарли.

Чарли:

Дорогая, меня не отпустили с работы. Мой начальник оказался таким же мудаком, как и твой. Одобрили отпуск только через несколько дней.

В животе неприятно засосало. Лететь одной?

Амелия:

Ты не будешь против, если я улечу сегодня, а ты присоединишься ко мне, как только сможешь?

Чарли:

Конечно! Я сама хотела предложить. Ты не сильно расстроилась?

Конечно, расстроилась. Теперь все маршруты, незнакомые места и этот внезапный успех книги – со всем этим придется разбираться одной. Но Чарли приедет, и мы всё наверстаем.

Амелия:

Всё хорошо. Разбирайся с делами, а через пару дней жду тебя в Италии. Целую! Бегу собираться, вылет через пару часов.

Чарли:

Целую! Пиши, как прилетишь! И шли фото!

Ровно через час я уже сидела в такси, направляясь в аэропорт. За окном было по-настоящему летнее утро, и я надела свой любимый голубой сарафан и удобные босоножки. Италия, жди меня.

***

Первый глоток итальянского воздуха ударил в голову – густой, соленый, пахнущий морем и свободой. Я получила багаж и огляделась в поисках такси. На душе было легко и радостно: еще в полете пришло сообщение от литературного агента – первая тысяча экземпляров книги раскуплена! Агент восторженно писал, что мои книги лежат на полках магазинов по всей Америке и Европе. В это было трудно поверить.

С этим счастливым чувством я направилась к стоянке такси. Мое внимание привлек водитель, который вышел из старенькой машины, чтобы закурить. Решив не тянуть, я подошла к нему.

– Доброе утро, – я сняла солнцезащитные очки. – Вы не могли бы довезти меня до отеля «Villa La Fenice»?

Таксист швырнул окурок на асфальт, раздавил его каблуком и широко улыбнулся, открыв ряд кривых пожелтевших зубов.

– Конечно, синьорина, садитесь.

Что-то в его ухмылке заставило меня внутренне сжаться. Рука сама потянулась к телефону.

Амелия:

Скидываю номер машины. Кажется, у меня паранойя, но этот тип кажется подозрительным.

Чарли:

Тебе просто надо меньше читать триллеров, сучка! Ладно, на всякий случай. Дай знать, как доедешь.

Я сунула телефон в сумку, пытаясь успокоить себя. Но холодок под кожей не проходил. В своих книгах я выдумывала хладнокровных злодеев, но этот был другим – приземленным, настоящим, и от этого еще более жутким.

Мы ехали уже минут тридцать. Сначала за окном мелькали уютные домики и витрины кафе, но потом пейзаж стал меняться. Появились лишь одинокие поля и заброшенные участки. В горле пересохло.

– Извините, а мы не проехали мой отель? – голос прозвучал слабее, чем я хотела.

Водитель ничего не ответил. Вместо этого он одной рукой натянул на лицо противогаз, а другой достал из кармана небольшой металлический шарик.

Мое сердце заколотилось где-то в горле. Он бросил шарик на заднее сиденье. Раздалось легкое шипение, и салон мгновенно заполнился едким сладковатым дымом.

Я закашлялась, пытаясь открыть дверь, но рука не слушалась. Последнее, что я услышала сквозь нарастающий гул в ушах, был его спокойный, искаженный противогазом голос:

– Спокойной ночи, писательница.

И в глазах потемнело.

Глава 5

Амелия

Я не знаю, сколько времени прошло. Часы и дни смешались в однородную массу боли и страха. Но я знаю точно – я сломалась. Во мне не осталось и следа от той Амелии, что с восторгом писала книги и с трепетом приземлялась в Италии. Теперь есть только Ру – товар, который сегодня продадут какому-то старому ублюдку, имеющему право делать со мной всё, что взбредёт в голову.

Когда я очнулась, то оказалась в каменном мешке. Голый матрас, пропитанный потом, страхом и чужими выделениями, да ржавый умывальник, с которого постоянно капала вода – вот и вся моя вселенная. Последующие дни были похожи друг на друга как клоны. Мужчины входили ко мне, их грубый смех разносился эхом по камере. Они растолковывали мне новые правила жизни: "Будешь послушной – проживешь дольше. Не будешь – умрешь. Мы учим тебя быть хорошим товаром, чтобы покупатель остался доволен."

Каждое утро приносили одно яблоко и стакан воды – ровно столько, чтобы я не умерла от голода. Потом являлся врач, молча брал кровь – видимо, проверял, не испорчен ли товар. Остальное время я лежала на вонючем матрасе и шептала единственную молитву, в которой уже не было Бога: Убейте меня. Пожалуйста, просто убейте.

Мужчины, приходившие проверять мою покорность, тыкали в меня пальцами, сжимали мои бёдра, прикладывали ладони к груди. Они стояли надо мной и спускали своё напряжение, глядя, как я рыдаю от бессилия. Однажды я нашла в себе силы ударить одного из них и попытаться проскользнуть к выходу. Тогда в бок ударил электрический разряд, и я снова провалилась в чёрную бездну. Больше попыток не было. Я стала той самой «послушной шлюхой», как они и хотели.

Сегодня утром принесли не яблоко, а кашу. Я съела всё до последней крошки, запила водой. Тело стало чужим – настолько худым, что я могла обхватить свою талию руками. Раньше я была стройной, но с пышной, шикарной грудью. Теперь и её не осталось – только кожа да кости.

Каждый день я думаю о родителях и Чарли. Я надеюсь, что она не поехала в Италию и не ищет меня. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуться домой и увидеть их снова.

Сегодня ко мне впервые пришли женщины – они сделали мне болезненную эпиляцию и накрасили моё измождённое лицо. Видимо, сегодня мой последний день здесь. Я не знаю, что будет дальше, но я не боюсь. Я обязательно выберусь отсюда.

***

Резкий звук открывающегося металлического засова вырвал меня из мыслей. Открыв глаза, я увидела за решёткой того самого таксиста. За всё время, что я здесь, он ни разу не приходил ко мне.

– Я тоже хочу с тобой поразвлекаться, пока тебя не продали, – прошипел он.

– Пошёл ты, – из меня будто полезла та ядовитая гадюка, которой во мне никогда не водилось.

Он открыл решётку и вошёл внутрь. В камере царила кромешная тьма, и я различала лишь его очертания. Из коридора пробивался тусклый свет, но он не освещал мой личный ад.

Услышав, как он расстегивает ширинку, я почувствовала, как по спине пробежали ледяные мурашки. Все эти дни мужчины издевались надо мной. Но ещё одного раза не будет.

– Ты будешь мне сосать, как хорошая шлюха, – его голос прозвучал приглушённо.

– Сам себе отсоси, мудак.

Его рука впилась в мои волосы и с размаху ударила головой о бетонную стену. По моему виску тут же покатилось что-то тёплое и липкое.

– Пока ты тут, я могу делать с тобой что захочу. Через час тебя будет трахать твой хозяин.

Хозяин. От этого слова внутри всё оборвалось.

Я попыталась вывернуться из-под него, но получила ещё один удар. Он водил по воздуху своим вялым членом, но ничего не выходило. Тогда он достал из кармана нож и приставил лезвие к моему боку.

– Вставай на колени, и я не сделаю тебе больно.

Мои зубы начали стучать друг об друга, но я не собиралась подчиняться. Его рука надавила, и острая боль пронзила тело.

– Я сказал, на колени!

По моим щекам покатились беззвучные слезы, и я медленно опустилась на холодный бетон.

Я чувствовала, как он прикасается своим вялым членом к моей коже, пытаясь войти.

Моё тело пыталось брыкаться и протестовать, и его нож впивался в бок ещё сильнее. Когда он вошёл в меня, жгучая боль пронзила все мое тело. Мой голос сорвался на такой крик, что я сама его не узнала.

– Ты что, блять, делаешь с товаром?

Повернув голову, я заметила в проёме другого мужчину. В следующую секунду он стащил с меня этого трясущегося ублюдка.

– Я тебе говорил, мы товар не трогаем!

Новому мужчине было лет сорок. Его взгляд скользнул по моему телу, задержался на кровоточащей ране на виске.

– Ты, сука, её ещё и ранил? Через полчаса аукцион!

Я не поняла, что произошло дальше. У меня не осталось сил оставаться в сознании.

***

По ощущениям, прошло часа три, но на самом деле не больше десяти минут. Ко мне снова вошла женщина, таща за собой огромный чемодан. Лет тридцати, с жёлтыми нарощенными волосами, уложенными на один бок.

– Ну что, писательница, вставай.

Почему, все называют меня писательницей?

Я кое-как поднялась с матраса. Женщина зажгла тусклый фонарь и принялась раскладывать на полу косметику. Лосьоны, тональные средства, тени, помады.

– Зачем ты это делаешь? – прошептала я.

– Чтобы тебя купили. Если выйдешь в таком виде, тебя никто не купит, и Лоренцо прикажет тебя убить.

– Понятно.

Тяжело вздохнув, я решила узнать то, что не давало мне покоя всё это время.

– Почему все называют меня писательницей?

Её смех, резкий и безрадостный, заполнил всю камеру.

– Ты же написала книгу про мафию и выпустила её две недели назад?

Две недели назад… Значит, я здесь уже две недели…

– Да.

– Вот тебе и ответ на твой вопрос.

Ничего не понимая, я замолчала. Она всё равно не станет мне помогать.

Спустя какое-то время она сунула мне в руки маленькое зеркальце. Глядя в него, я увидела Ру. Не Эми, а Ру – с идеально уложенными волосами и ярким макияжем, скрывающим синяки.

– Вот ты и готова. Платье тебе не понадобится.

Она уже собиралась уходить, но обернулась на прощание:

– И запомни, Амелии Монтгомери больше не существует. Ты теперь Ру.

***

Меня вывели из камеры, и я увидела других девушек. Они стояли такие же голые, с идеально нанесённым макияжем, с пустыми глазами. Нас построили в ровную линию, и та самая женщина начала инструктировать:

– Сегодня вас заберут ваши хозяева. Вас всех выбрали заранее.

Все девушки стояли тихо и покорно, лишь изредка поднимая глаза на надзирательницу. Если все молчат, значит, скажу я.

– Я не собираюсь продаваться, как ебанное животное, ты, сука!

Женщина медленно повернулась ко мне и сделала несколько шагов в мою сторону. Её ладонь со всей силы врезалась в мою щёку, отбрасывая голову вбок.

– Ещё раз откроешь рот, я убью тебя на месте.

Её пальцы впились в мои волосы, точно в то место, где таксист ударил меня о стену. Боль была невыносимой. Но вместе с болью во мне впервые за две недели проснулась ярость. И пока она жива – жива и я.

– Я убью тебя и даже не подумаю о том, что ты принадлежишь Лоренцо.

Глава 6

Харпер

Сегодня Лоренцо умрёт. Я иду на его аукцион под видом Антонио Риччи, одного из его поставщиков оружия. Самого Антонио вчера не стало – я лично позаботился, чтобы он не смог присутствовать, а его приглашение перешло ко мне. Дресс-код – строгий костюм и маска. Идеальное прикрытие.

С утра я выместил всю свою ярость в спортзале, избивая грушу до тех пор, пока руки не онемели от боли. Затем мне доставили костюм – чёрная тройка от Brioni, идеально сидящая на плечах, и чёрная же бархатная маска, скрывающая верхнюю часть лица. Единственная надежда – что Лоренцо не узнает меня в этой маскарадной толпе.

Мои люди уже взяли под контроль систему видеонаблюдения. Джулио останется в машине, будет координировать операцию через наушник. Если всё пойдёт к чёрту, он обеспечит мне выход.

Одевшись и вставив в ухо микро наушник, я вышел. Тео уже ждал у лимузина, держа дверь открытой.

– Готово, Тео. Джулио на связи?– Всё готово, босс?

Только тронулись, как в ухе раздался знакомый голос:

– Брат, я на месте. Подключаюсь.

– Я здесь не твой брат, а босс, – жёстко поправил я.

– Но от этого ты не перестаёшь быть моим братом, – в его голосе слышалась улыбка.

– Сейчас не время для шуток, Джулио. Докладывай обстановку.

– Пока всё спокойно. Гостей ещё мало. Девушек помещают в металлические клетки вдоль стены. Выглядят… запуганными.

– Блять, – вырвалось у меня сквозь стиснутые зубы.

Машина уже подъезжала к особняку, когда Джулио снова заговорил:

– Давай ещё раз проговорим план. Ты входишь под видом Риччи, делаешь пару ставок, чтобы не вызывать подозрений, и тянешь время, пока не соберутся все цели. Находишь Лоренцо – и пуля между глаз. Я ничего не упустил?

– После этого отдаёшь приказ нашим забрать всех девушек. Фургон отвезёт их в нашу клинику для осмотра. Каждая получит денежную компенсацию за молчание и билет домой.

– Понял, босс.

Тео снова открыл дверь. Передо мной возвышался особняк в неоклассическом стиле. По пути к входу я прошёл мимо фонтана, где из пастей каменных львов струилась вода, подкрашенная в кроваво-красный цвет – вычурный и пошлый намёк Лоренцо.

Предъявив приглашение на входе, я оказался внутри. Зал был полон – политики, бизнесмены, криминальные авторитеты. Ни одного из моих людей. Они знали, что сегодняшний визит – личная миссия, а не деловое мероприятие.

Взяв бокал шампанского и обменявшись парой формальных любезностей, я направился к клеткам. Ряды металлических ячеек, за решётками – обнажённые женщины. Изумлённые, истощённые, с телами, говорящими о перенесённых страданиях. Грубый макияж не мог скрыть синяки на их лицах.

И тогда я увидел её.

Она сидела, прижав колени к груди, пытаясь скрыть наготу за занавесью длинных каштановых волос. Но не это привлекло внимание. Её глаза. Глаза цвета весеннего леса, полные такого бездонного страдания, что у меня перехватило дыхание. На виске у неё застыла запёкшаяся кровь. Её тяжёлое, прерывистое дыхание было единственным признаком жизни.

Наши взгляды встретились. В её глазах не было ни надежды, ни мольбы – только пустота и боль.

– Дамы и господа, прошу занять ваши места! Аукцион начинается! – раздался из динамиков громкий голос.

Гости рассредоточились по залу. Я остался в тени у колонны. Ведущий с похабной ухмылкой представлял каждую «лошадку», как он их называл. Наконец, он подошёл к её клетке.

– А это наша Ру! – он с силой стукнул тростью по прутьям, заставив её вздрогнуть. – Предупреждаю сразу – не для продажи! Личная собственность дона Лоренцо! Можете только полюбоваться!

Черта с два.

Терпение лопнуло. Я отдал тихий приказ:

– Джулио, сейчас.

Свет погас. Сирена противовоздушной обороны оглушила зал. Началась паника. Вспышки выстрелов осветили помещение – мои люди начали зачистку.

Я бросился к клеткам, выламывая замки.

– Вы свободны! Держитесь вместе и следуйте за моими людьми! Вас отвезут в безопасное место!

Девушки, обезумев от страха, толпой ринулись к выходу.

– Выходи. Ты свободна.

Я с силой выломал замок. Она не двигалась. Я протянул руку, чтобы помочь ей подняться.

И в этот момент случилось неожиданное. Её пальцы схватили мою руку, и прежде, чем я успел среагировать, её зубы впились мне в ладонь до крови. Резкая боль пронзила руку.

– Чёрт!

Она ловко выскользнула из клетки и растворилась в хаосе, словно призрак.

– Джулио! Ты меня слышишь?

– Босс! Я шесть раз пытался выйти на связь! Что происходит?

– Девушка из последней клетки! Длинные волосы, зелёные глаза! Найди её на камерах! И где Лоренцо?

Пауза показалась вечностью.

– Их нет, – наконец ответил Джулио, и в его голосе впервые прозвучала тревога.

– Что значит, их блять нет?!

– Ни девушки, ни Лоренцо. Их нет в поле зрения камер. Они исчезли.

Я с силой ударил кулаком по металлической клетке, содрав кожу с костяшек. Боль была приятным отвлечением от нарастающей ярости.

– Проверь фургон! Она могла быть среди тех, кого уже вывезли!

Прокладывая путь через хаос, я достиг выхода. У подъезда стоял обещанный фургон, а рядом – Джулио, с лицом, выражавшим плохие новости.

– Ее нет

– Блять.

Глава 7

Харпер

С

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.