# Извращенные сердца

Кора Рейли

Сногсшибательная внешность, репутация плохого парня и власть над Лас-Вегасом… Немногие смогут устоять перед таким мужчиной! И Савио Фальконе – младший брат Дона Каморры – никогда не испытывал недостатка в девушках. А его правила были очень просты…

Девушки должны быть чертовски горячи.

Должны раздвигать ноги без долгих уговоров.

И уходить, как только веселье закончится, без упреков и слез.

Джемма Баззоли влюбилась в Савио еще в детстве, в тот миг, когда впервые встретилась с ним взглядом и увидела его самодовольную улыбку. Очень долго Джемма оставалась для Фальконе лишь надоедливой сестрой лучшего друга, пока ее красота и характер не привлекли его внимание.

Однако в мире мафии многое решают договоренности и традиции. Рука Джеммы обещана другому мужчине. Савио Фальконе предстоит решить, на что он готов ради того, чтобы получить девушку, которая не вписывается в его правила?

Это пятая книга из серии «Хроники Каморры». Ее можно читать и отдельно, но лучше знакомиться с серией по порядку.

© 202 °Cora Reilly

© Попова К., перевод, 2025

© ООО «Издательство АСТ», 2026

## Глава 1

Джемма

Джемме 10, Савио 14

Некоторые не верят в любовь с первого взгляда. Утверждают, что дело в банальной похоти.

Стоило мне впервые увидеть Савио Фальконе, я тут же влюбилась в него, и похоть здесь совершенно ни при чем, ведь тогда я понятия не имела, что это такое. Я увлеклась мальчиком, которого не могла заполучить и отношения с которым не одобрила бы моя семья.

В тот день я лежала на животе на диване, в наушниках у меня звучали Jonas Brothers, дело шло к припеву. Двигая ногами в такт музыке, я громко пропела первую строчку. На журнал упала тень, и меня охватило раздражение. Как же бесит, когда Диего подглядывает! Я резко подняла голову – и тихо вскрикнула. Надо мной нависал какой-то парень. Он упирался локтями в спинку дивана, на его губах играла ухмылка.

Я попыталась быстро выпрямиться, но вместо этого неуклюже свалилась с дивана и оказалась на полу в унизительной позе.

Парень подошел ближе и посмотрел на меня сверху вниз, его ухмылка стала шире.

Губы незнакомца шевелились, но Ник Джонас кричал мне прямо в мозг. Парень наклонился и вытащил наушники из моих ушей, погружая комнату в тишину.

– Значит, ты и есть Джемма. Красиво поешь, – выдал он.

Я покраснела, продолжая молча сидеть на полу. Да, у меня был приятный голос, но я не старалась как следует. Просто кричала слова, пытаясь дать волю эмоциям. И сказанное явно не было комплиментом, об этом свидетельствовала насмешка в его глазах.

Несмотря на грубость, мне никак не удавалось найти достойный ответ, потому что от красоты незнакомца просто захватывало дух. Он был высоким и мускулистым, с глазами цвета темного шоколада и идеально уложенными угольно-черными волосами. Я любовалась его острыми скулами, сильной челюстью и надменной улыбкой. Даже его одежда выглядела необычно. Черная кожаная куртка, висящие на бедрах темно-синие джинсы, обтягивающая белая футболка, демонстрирующая очертания кубиков на плоском животе, и вдобавок ко всему – белые кроссовки. Похожих парней я видела только в журналах для девочек, которые читала тайком.

Именно такой журнал он сейчас подхватил с дивана и начал листать, из-за чего меня охватил ужас.

Одна его бровь – даже она была идеальной – приподнялась.

– Если через пару лет захочешь проверить все это на практике, дай знать!

Еще одна ухмылка.

Я открыла рот, в животе взметнулась стайка бабочек. Затем я невольно зажмурилась от непривычных ощущений. К нам неторопливо подошел Диего, он посмотрел на меня, сидящую на полу, потом перевел взгляд на парня и журнал в его руках.

Зеленые глаза брата – такого же цвета, как и мои собственные, – вспыхнули раздражением, и он выхватил у незнакомца журнал.

– Джемма, тебе нельзя читать это дерьмо! Если Нонна узнает, тут же вымоет тебе рот с мылом.

– Она грозится вымыть мне рот с мылом, только если я произношу плохие слова, а не когда их читаю.

– Так еще хуже. Тебя на несколько недель посадят под домашний арест, – фыркнул Диего. Потом пролистал статью и густо покраснел. А после взял и разорвал журнал. Пару дней назад мама конфисковала мой телефон, иначе я бы сфотографировала страницы, как уже делала раньше. – Это Антония снова дала тебе эту хрень?

Естественно, журнал мне дала Тони. Ей разрешали читать девчачьи журналы, потому что у нее был классный отец. Я упрямо подняла подбородок, не собираясь ябедничать. Ощутив на себе взгляд незнакомого парня, посмотрела на него и почувствовала, как щеки пылают от смущения.

– В чем проблема? – поинтересовался он.

Казалось, Диего смутился, но почему? Он никогда не робел в присутствии Мика. Кем был этот незнакомец?

– Моей сестре запрещено читать паршивые журнальчики.

– А еще Нонна против того, чтобы и ты читал их, – напомнила я.

Парень нахмурился.

– Почему?

Диего снова смутился. Теперь мне не терпелось узнать, кто этот симпатичный незнакомец.

– Потому что Джемме не полагается знать о таком.

– О чем таком?

Диего понизил голос:

– О поцелуях и остальном.

Его друг расхохотался.

– Только не говори, что не знаешь о пестиках и тычинках.

Несмотря на эти насмешки, мне захотелось улыбнуться. Неужели в мире и правда существовуют такие красивые парни? Он посмотрел мне в глаза, а затем усмехнулся еще раз, кивнув Диего.

– Ну что, просветить тебя на этот счет?

Судя по выражению лица брата, он мечтал провалиться сквозь землю. Мне редко удавалось смутить его. Надо будет попросить этого парня научить меня подобному трюку.

– Я в курсе, как обстоят дела, а вот моей сестре об этом знать не положено.

– Тебе тоже не положено.

Диего недовольно зыркнул на меня.

– Я парень. Папа обсуждал со мной эту тему.

– Черт, – смеясь, выдал незнакомец.

Внезапно лицо Диего потемнело.

– Мы чтим наши традиции. Советую и тебе относиться к ним с почтением, пусть ты их и не придерживаешься.

– Так вот чем ты занимался, когда засовывал язык в горло Дакоты? Чтил традиции?

– Ты поцеловал девушку? – ахнула я.

Диего взглядом приказал мне заткнуться.

– Нонна хочет, чтобы мы подождали до свадьбы!

Похоже, это стало последней каплей.

Незнакомец буквально согнулся пополам от смеха и уперся ладонями в бедра.

– Диего, только не говори, что никогда не заходил дальше поцелуев!

Брат бросил на меня уничтожающий взгляд, а затем схватил парня за руку.

– Давай поднимемся в мою комнату. Если останемся здесь, Джемма от нас не отвяжется.

Парень с сомненеим покачал головой:

– Как угодно. – И последовал за Диего к лестнице.

– Правда, наш дом не сравнится с твоим особняком, – продолжал Диего.

Неужели он стыдился нашего дома?

– И что с того? – бросил незнакомец. – До приезда в Вегас мы с братьями жили в одной комнате.

Идеальный мужчина. Бабочки в животе продолжали кружить в танце, и мне очень нравилось это ощущение.

– Как тебя зовут? – решилась спросить я, пока они не ушли.

– Савио Фальконе, – снова ухмыльнувшись, ответил парень.

Бабочки порхали, как безумные.

– И я не шутил. Если захочешь выяснить, как дело обстоит на практике, найди меня.

До меня не сразу дошло, что он имеет в виду статью. Диего перевел взгляд с меня на друга, потом нахмурился.

– Пошли отсюда!

И оба исчезли наверху.

Савио Фальконе.

Диего говорил, что дружит с Фальконе, но я решила, брат меня обманывает. Ни за что на свете я бы не подумала, что этот красавчик и есть Фальконе. Учитывая, что люди боялись братьев Фальконе и говорили о них только шепотом, я ожидала увидеть какого-нибудь уродливого монстра.

Получается, я только что разговаривала с настоящим Фальконе… и опозорилась.

Мои щеки все еще горели, когда я вспоминала свое неуклюжее падение и статью, за чтением которой меня застал Савио.

«Как определить, хорошо ли целуется ваш парень?»

Я никогда не целовалась с парнями и не собиралась пробовать. Только в день свадьбы и ни с кем, кроме мужа.

Тогда-то я и пообещала себе, что именно Савио Фальконе станет моим единственным.

## Глава 2

Джемма

Джемме 13, Савио 17

Потирая глаза, я медленно вошла на кухню и направилась к холодильнику. Мне никак не удавалось вспомнить, когда в последний раз я так долго валялась в постели в воскресенье. Бабушка Нонна всегда поднимала нас на рассвете, чтобы мы успели привести себя в порядок перед посещением церкви. Накануне я полночи переписывалась с Тони и проснулась слишком уставшей, чтобы идти в церковь, а тем более на обед после службы, поэтому притворилась, что у меня месячные. В прошлый раз я больше часа спорила с Нонной, умоляя разрешить мне уйти пораньше, чтобы встретиться с подругой. Мама и бабушка были уверены, я должна проводить как можно больше времени на церковных мероприятиях, чтобы компенсировать свою любовь к боевым искусствам.

– Мяу, – раздался глубокий голос у меня за спиной.

Взвизгнув, я подпрыгнула, затем резко повернулась и швырнула пакет с молоком в незваного гостя.

Савио увернулся, так что пакет врезался в стену и лопнул. Молоко расплескалось в разные стороны, а промокший картон упал на пол.

–Тебе надо поработать над меткостью, Китти. – В глазах цвета темного шоколада искрилось веселье, а на губах играла привычная надменная улыбка.

Мои щеки вспыхнули, когда я проследила за его взглядом и увидела, что он смотрит на мою пижаму. На мне были шорты и майка Hello Kitty, и это еще не самое худшее. Под майку я не надела лифчик, а, в отличие от многих моих подруг, у меня уже выросла грудь, и лифчик был необходим. Я резко подняла руки и скрестила их на груди. Неужели это наказание за то, что я обманом избежала похода в церковь? Нонна бы именно так и сказала. И все равно кара казалась слишком суровой. В следующий раз надо зажечь две лишние свечи.

Савио ухмыльнулся, но отвел взгляд от моей груди. Он вообще не смотрел в мою сторону. Вместо этого подошел к лопнувшему пакету молока.

– Всегда думал, любовь котят к молоку – лишь миф. Ты доказала, что я ошибался.

Мне захотелось провалиться сквозь землю. Естественно – я стояла в дурацкой пижаме, а Савио щеголял в своем обычном наряде, достойном модели из модного журнала. Рваные черные джинсы и обтягивающая белая футболка, подчеркивающая идеальное тело.

– Что ты здесь делаешь? – Я попыталась говорить дерзко, но вместо этого получилось нервное бормотание. Как бы я ни старалась, сохранить самообладание рядом с ним у меня не получалось. Впрочем, не у меня одной. Почти все знакомые девушки с ума сходили по Савио. Он был высоким, мускулистым и в клетке для поединков вел себя как настоящий зверь, а если верить слухам, то не только там. Меня охватило смущение. Предполагалось, что я ничего не должна знать об этом. Если бы все зависело лишь от моей семьи, я бы до сих пор верила, что младенцев на крыльцо подбрасывают аисты. Тони просто спасла мне жизнь.

– Мы с Диего собираемся посмотреть мой последний бой.

– Правда? Я слышала, ты как следует отделал противника, – сказала я, чувствуя себя более непринужденно при обсуждении этой темы и радуясь, что мне наконец выпал шанс обсудить ее. Вот только жаль, что мне не разрешали посмотреть хотя бы один бой с его участием.

Дверь распахнулась, и на кухню вошел брат. Желая казаться крутым, Диего снова уложил свои темные волосы так, будто только встал с постели, и меня раздражал его вид. Он перевел взгляд с Савио на пролитое молоко, потом на меня и неодобрительно поджал губы. Когда я была младше, брат казался мне классным, а теперь же чаще всего бесил.

– Что здесь произошло?

Я подошла ближе:

– Что ты делаешь дома?

Диего нахмурился.

– Папа попросил остаться с тобой. Почему ты обхватила грудь руками, будто тебе холодно? Хватит притворяться, я в курсе, что ты не болеешь.

Я сердито зыркнула на него и опустила руки.

– Прости, если мешаю твоим планам. – Несмотря на смущение, я позволила Диего сделать собственные выводы.

Внезапно он все понял и быстро шагнул ко мне, стараясь закрыть меня от друга. Савио закатил глаза, повернулся и направился к двери.

– Подожду в гостиной, пока ты разберешься со своей ерундой.

Как только он ушел, Диего недовольно посмотрел на меня.

– Почему ты расхаживаешь перед Савио практически голышом?

Я шлепнула его по руке.

– Потому что это мой дом, а еще я не знала, что здесь кто-то есть. – Я ущипнула брата, но теперь он реагировал на боль не так остро, как раньше, то есть до того, как начал тренироваться с Савио. – Из-за тебя я выставила себя идиоткой. Что теперь обо мне подумает Савио?

Диего фыркнул.

– Он не думает о тебе, Джемма. Ты всего лишь надоедливая малявка, и ему наплевать, что ты ходишь вокруг него в пижаме. – Он направился к двери, но перед тем, как уйти, указал на лужу на полу: – Приберись.

Рассвирепев, я попыталась пнуть его по заднице, но он быстро схватил меня за пятку и толкнул назад. Приземлившись на копчик, я издала болезненный стон, на глаза навернулись слезы. На лице Диего отразилось беспокойство. Желая поквитаться с ним, я закрыла лицо руками и начала всхлипывать.

Он опустился на колени и коснулся моего плеча.

– Джемма, тебе больно?

Я быстро опустила руки и ударила его в живот.

– Вот черт, ну ты маленькая соплячка!

Я усмехнулась.

– Теперь видишь, почему я должна тренироваться с Савио? Ты всегда дерешься со мной не в полную силу, потому что не хочешь причинить боль, а как тогда мне научиться драться как следует?

Диего посмотрел на меня исподлобья.

– А еще тебе нельзя ругаться в моем присутствии. Если бы Нонна или мама были дома, тебе бы не поздоровилось.

Он встал и покачал головой.

– Радуйся, что тебе вообще разрешили драться, так что хватит доставать Савио. Пустая трата времени, он не станет с тобой возиться. Зачем ему общаться с девчонкой?

– Но он постоянно общается с девочками.

Диего мрачно улыбнулся.

– Ага, так и есть, вот только ты, Джемма, ребенок. Так что забудь.

А потом брат исчез за дверью. Я встала и потерла копчик. Завтра у меня будет синяк, но такое случалось и раньше.

Прибежав в свою комнату, я переоделась в джинсы и симпатичную футболку, которую подарила мне Тони. Обычно я надевала такую одежду в школе, потому что бабушка не одобряла джинсы. Единственное, что мне разрешали носить Нонна и мама, – скромные платья. Потом я расчесала волосы, нанесла макияж и поспешила обратно вниз.

Когда я вошла в гостиную, из динамиков телевизора доносились радостные крики. Диего с Савио сидели на диване, положив ноги на журнальный столик. Я встала так, чтобы оказаться в их поле зрения. Сейчас я впервые оказалась перед Савио в нормальной одежде и с макияжем, поэтому нервничала, представляя его реакцию. Однако ни один из парней не удостоил меня даже мимолетным взглядом.

– Джемма, принеси нам попить! Мне – колу.

– Мне тоже, – сказал Савио, не отрывая взгляда от экрана телевизора. Краска залила мои щеки, я развернулась и направилась на кухню.

Для Савио я по-прежнему оставалась невидимкой.

Савио

Дверь в спортзал открылась как раз в тот момент, когда я закончил очередной раунд двойных прыжков через скакалку и бросил ее на пол.

– Все нормально! – крикнул я старшим братьям, которые дрались в клетке.

Но Нино и Римо были слишком увлечены боем, чтобы взглянуть в мою сторону.

Из-за угла появился Диего, за ним шла Джемма. Стоило ей увидеть старое казино, в котором мы организовали спортзал, ее глаза стали огромными. Особенно при виде люстр, которые всегда привлекали взгляды посетителей.

Я вопросительно посмотрел на Диего. Разве не он совсем недавно утверждал, будто никогда не поддастся на уговоры сестры? В ответ друг закатил глаза и пожал плечами. Диего велел Джемме остановиться, и она подчинилась, при этом поморщившись. Однако, заметив, что я смотрю на них, быстро улыбнулась. Она была одета в спортивную одежду, которая наверняка когда-то давно принадлежала Диего: слишком большие штаны и мешковатую футболку.

Диего направился ко мне. Мы стукнулись кулаками.

– Работаешь няней?

Он застонал.

– Хуже. Джемма постоянно ныла папе, как сильно хочет потренироваться с тобой, и он попросил меня взять ее сюда.

Джемма уже несколько месяцев умоляла меня провести с ней бой.

– Твой отец не против, чтобы я дрался с твоей сестрой?

Диего хмыкнул.

– Конечно, он не в восторге от этой затеи, ведь она его драгоценная маленькая принцесса. Одна мысль о том, что ты можешь сорвать хоть один волосок с ее ангельской головки, сводит его с ума. Просто он больше не в силах выслушивать ее нытье, поэтому попросил привести ее сюда посмотреть тренировочные бои. Как будто она обрадуется, если ей разрешат просто смотреть.

Я перевел взгляд с Диего на его сестру.

Сцепив руки, Джемма переступала с ноги на ногу. Сегодня у нее на голове была какая-то странная прическа с косичками. Ей повезло, что она умела драться, потому что в школе из-за такой прически ее наверняка могли бы побить.

Джемма была худым ребенком, но уже давно тренировалась с Диего и умела наносить удары.

– Тогда, может, нам удастся раз и навсегда избавиться от нее.

Диего нахмурился.

– Джемма упряма. Если она что-то задумала, переубедить ее практически невозможно.

В ответ я усмехнулся.

– Может, ты и прав, но у меня на примете есть один способ. – Я посмотрел на Римо: он как раз поднял ногу, чтобы ударить Нино по голове. Брат весь вспотел, его тело покрывали шрамы, а взгляд был настолько безумным, что мог заставить попятиться многих взрослых мужчин. Я знал, незнакомцы находят моих братьев пугающими, и у большинства людей имелись все основания бояться их до чертиков.

Я жестом велел Джемме подойти. Она покраснела, довольно улыбнулась и практически бегом бросилась к нам.

– Привет, Савио!

– Привет, Китти.

Румянец на ее щеках запылал ярче, она явно смутилась.

– Меня зовут иначе.

– Но это имя тебе очень подходит.

Диего насмешливо хмыкнул.

– Видел бы ты другие ее пижамы…

Джемма ударила брата по руке.

– Заткнись! – Она улыбнулась мне, наклонила голову, а затем принялась быстро моргать, пытаясь смотреть на меня сквозь ресницы.

Я едва не расхохотался. Китти решила пофлиртовать со мной.

– Джемма, если тебе что-то попало в глаз, иди умойся, – рыкнул Диего.

Она не сводила с меня взгляда.

– Так что, будешь драться со мной сегодня?

– Ты за этим пришла?

Она кивнула, едва не прыгая от радости.

– Диего никогда не дерется в полную силу, и как тогда мне улучшить свои навыки?

Диего одарил меня раздраженным взглядом, и я ухмыльнулся.

– Если хочешь драться с тем, кто не станет сдерживаться, придется встретиться в клетке с моим братом Римо. Поверь, от него не стоит ждать поблажек. После этого я сам с тобой сражусь.

Нино и Римо прекратили драку и посмотрели на меня.

Джемма перевела взгляд с меня на моих братьев, и ее глаза расширились. Римо выглядел пугающе. Большинство мужчин не осмелились бы выйти с ним на поединок в клетке или в любом другом месте. В борьбе за власть он оставил за собой кровавый след, но стал лучшим Доном в истории Каморры.

Диего указал на стулья рядом с боксерским рингом.

– Джемма, пошли! Ты посидишь здесь, а я потренируюсь с Савио.

Китти перестала пялиться на Римо и посмотрела на меня.

– Если я соглашусь на бой с ним, весь следующий год два раза в неделю ты будешь тренироваться со мной.

Ага, теперь мы начали торговаться?

– Три месяца, – покачав головой, ответил я. И даже в таком случае мне пришлось бы пожертвовать свободным временем… а значит, реже общаться с девушками, которым действительно было что предложить.

– Полгода, – подняв подбородок и глядя мне прямо в глаза, твердо возразила она.

Я ухмыльнулся.

– Ладно. – Все равно стоит Джемме оказаться в клетке с моим братом, она с криком сбежит из зала.

– Кажется, это не самая лучшая идея, – быстро встрял Диего, который явно переживал за сестру. В последнее время Римо был на взводе из-за предстоящей поездки на территорию Синдиката, где он планировал похитить невесту, но брат никогда не позволил бы себе ударить девушку.

– Эй, Римо, подойдешь на секунду?

Римо вытер лицо и грудь, затем отбросил полотенце и вылез из клетки. Нино последовал за ним, оба остановились рядом со мной.

– Джемма желает поучаствовать в играх взрослых мальчиков, – сказал я Римо. – И хочет сразиться с тобой.

– Ты второй ребенок Даниэле, – произнес Римо, и прозвучало это скорее как утверждение, чем как вопрос. Люди всегда удивлялись, когда Римо узнавал их, но мы с братьями знали солдат в Лас-Вегасе и всех высокопоставленных каморристов на нашей территории. Невозможно по-настоящему обладать властью, не владея информацией о тех, кто тебе подчиняется.

Джемма покраснела.

– Да… – Она замолчала, явно не понимая, как обращаться к Дону. Я едва сдерживал смех, потому что с удовольствием посмотрел бы, как она говорит ему «сэр» или «мистер Фальконе».

– Джемме только тринадцать, – встрял Диего, в его голосе прозвучало явное желание защитить.

Римо кивнул, но смотреть продолжал на Джемму, потом перевел взгляд на меня. Я вопросительно поднял бровь.

– А может, – протянул Нино, – Джемме лучше сначала провести поединок со мной?

Китти взглянула на Нино и явно не обрадовалась этому предложению. Репутация другого моего брата была ненамного лучше, чем у Римо. Большинство находили жутковатой неспособность Нино испытывать эмоции.

Верхняя губа Римо дернулась. Да, его тоже позабавила попытка консильери предотвратить беду.

– Условия были иными, – заметил я.

Римо наклонил голову, и от появившейся на его губах злорадной ухмылки любой взрослый мужик наделал бы в штаны.

– Хочешь драться со мной?

Джемма сглотнула, но расправила плечи. Ее взгляд метнулся к шраму, пересекающему бровь и висок Римо.

– Да. Как и сказал Савио, таковы условия сделки.

Диего одарил меня выразительным взглядом, побуждая вмешаться, потому что сам он этого сделать не мог. Но происходящее казалось настолько увлекательным, что я не собирался никому мешать.

– Тогда вперед, – кивнул Римо.

– В клетку, – напомнил я Джемме.

В ее взгляде появилась тревога, а Диего схватил меня за руку и резко прошептал:

– Что с тобой такое? Ты спятил? Это моя младшая сестра, а не какая-то гребаная игрушка, с которой можно позабавиться!

– Успокойся, – ответил я.

Диего втянул воздух и повернулся к Римо.

– Можно попросить тебя надеть футболку на время боя с моей сестрой?

Римо нахмурился.

Я фыркнул.

– Только не говори, что причина в ваших дурацких традициях? – Диего перевел на меня злой взгляд, а щеки Джеммы стали пунцовыми, и она уставилась себе под ноги.

Римо кивнул, чем немало меня удивил. Нино подошел к спортивной сумке и достал черную футболку, затем протянул Римо, и тот ее натянул. Римо не играл по правилам, он сам создавал их. Но проявлял уважение к просьбам своих людей, какими бы нелепыми ни были их традиции.

В последний раз взглянув на меня, Джемма забралась в клетку, за ней последовал Римо. Он с лязгом закрыл дверцу, и девочка подпрыгнула от этого громкого звука.

Мы с Нино подошли ближе, как и кипящий от злости Диего.

– Что задумал Римо? – спросил он.

Нино опередил меня с ответом:

– Он не причинит боли твоей сестре. Во всяком случае, не сделает ничего такого, что она не в состоянии вынести.

Лицо Диего покраснело, и он насупился.

– Клянусь, – прошептал он, – если Джемма пострадает, можешь сам разбираться со своим дерьмом. На меня больше не рассчитывай.

Он охренеть как сильно боялся за сестру. Я постоянно забывал, что лишь мы с братьями по-настоящему знали Римо. Пусть многие считали его жестоким ублюдком и безжалостным психом, ему не нравилось издеваться над невинными и унижать их, особенно если дело касалось несовершеннолетней девушки.

– Твою мать, да успокойся ты. Он немного напугает ее, и все.

Я снова посмотрел на клетку, где лицом к лицу стояли Римо и Джемма. Нелепое зрелище. Джемма была очень худой и едва доставала Римо до груди, но при этом ей удалось сохранить на удивление бесстрашное выражение лица. Только в глазах у нее отражались уважение и страх, которые вызвал Римо. Брат внимательно изучал ее, как всегда делал со своими противниками, чтобы найти их слабые места и определить, как разгромить их жестко и быстро или уничтожить болезненно и медленно, как ему нравилось. Но мне казалось, в случае с Джеммой он пытался выяснить, есть ли способ сразиться с ней, не причинив особого вреда.

Уже одно согласие Джеммы войти в клетку с ним стало полной неожиданностью. И теперь я ждал, вдруг у Китти получится удивить меня снова.

## Глава 3

Джемма

Естественно, Савио рассчитывал, что я откажусь от нашей сделки, но я не собиралась позволять ему так просто сорваться с крючка. Я хотела тренироваться с ним, стремилась показать, что выросла и совсем не похожа на того ребенка, которого он может снисходительно погладить по голове, взъерошив волосы.

И все же при взгляде на Римо Фальконе у меня возникало желание сбежать. Конечно же, я слышала о нем, а стоило мне увидеть его шрамы и мощное тело, сердце ушло в пятки. Футболка не скрывала его внушительных мускулов. У Тони был ноутбук, так что мне удалось посмотреть несколько боев с участием Фальконе, в клетке все они вели себя как звери, но Дон отличался особой жестокостью. Диего всегда говорил о нем так, будто он вообще не человек.

– Давно ты уже дерешься? – спросил Римо, и я подпрыгнула от неожиданности. Он заметил мою реакцию, и его губы дернулись. Судя по лицу Савио, он тоже едва сдерживал смех.

Мои щеки снова порозовели.

– Три года. – Я избегала смотреть ему прямо в глаза, потому что его взгляд слишком сильно пугал.

– Отказ смотреть на противника в упор свидетельствует о готовности сдаться. Ты сдаешься еще до начала боя, Джемма? – низким голосом спросил он.

Тогда я взглянула ему в глаза.

Его взгляд было выдержать трудно. Я поняла, почему отец, Диего и другие мужчины всегда с таким уважением отзывались о Доне.

– Хорошо, – похвалил он, а потом поманил меня пальцем: – Атакуй.

Подняв кулаки и прикрыв лицо, я сделала несколько шагов вперед. Мне явно не хватало роста. Было непросто дотянуться до Диего, а старший из братьев Фальконе оказался еще выше. Он последовал моему примеру и тоже поднял кулаки к лицу. Желудок сжался, пока я пыталась набраться храбрости, чтобы нанести удар.

– Давай, котенок, покажи коготки! – подбадривал Савио.

Римо ухмыльнулся, и я сделала выпад, попробовав ударить его в низ живота. Он просто блокировал мой удар, и столкновение наших рук причинило безумную боль. Ему удалось обойти мою защиту, и другой рукой он нанес мне удар в живот. Хотя скорее не удар, а толчок, от которого я попятилась назад и едва не потеряла равновесие.

Толчок? В клетке нет места такой ерунде. Разозлившись, я снова рванулась вперед. Лишь используя скорость и юркость, я могла попытаться хоть что-то сделать в этой схватке. Улыбка Римо стала шире. Он попытался схватить меня, но я упала на колени и сделала кувырок вперед. Тогда он расставил ноги шире, и только я вознамерилась прошмыгнуть между ними, как он схватил меня за лодыжку и дернул на себя. Ахнув, я приземлилась на спину, и Римо тут же быстро оседлал меня и сцепил мои запястья над головой.

– Сдавайся, – велел он.

Я боролась, пытаясь вырваться из его хватки.

– Сдавайся, – повторил он.

Но мне совсем не хотелось подчиняться. Я злилась на Савио, ведь он заставил меня драться с братом, зная, что я опозорюсь, и еще сильнее негодовала на себя за то, что настолько сильно жаждала получить внимание этого парня, что согласилась на сделку. Римо даже не дрался по-настоящему. Он просто играл со мной, как и сам Савио. Все закончилось настолько быстро, что нашу схватку даже нельзя было назвать поединком. Я попыталась повернуться и освободить руки, но Дон не давал мне вырваться. Он лишь сильнее сжал пальцы, причиняя боль.

– Научись понимать, когда пора признать поражение.

– Джемма, сдавайся! – крикнул Диего.

Я почувствовала, как на глаза наворачиваются злые слезы.

– Нет! Никто из вас не стал бы сдаваться!

Римо до боли сжал мои запястья.

– Верно, вот только мы готовы иметь дело с последствиями такого решения. Ты же можешь отказаться, потому что знаешь: тебя не обидят. Так сказать, воспользуешься преимуществами своего пола.

– Нет! Это вы решили нежничать со мной, потому что я девушка. Я не против боли! И хочу, чтобы меня воспринимали всерьез! – Устав оттого, что все видят во мне лишь маленького милого котенка, я снова предприняла попытку вырваться.

– Римо, – предостерегающе произнес Нино Фальконе.

Хватка Римо причиняла боль, и я поморщилась.

– Если надавлю чуть сильнее, сломаю твои тонкие запястья. Гордость – дело благородное, но не позволяй ей помешать сделать мудрый выбор. Твои бои никогда не будут похожи на наши, потому что ты дерешься иначе.

Я отвела взгляд.

– Сдаюсь.

Дон отпустил меня и встал. Савио и Диего залезли к нам в клетку. Диего смерил меня недовольным взглядом, а Савио кивнул так, будто мне удалось впечатлить его.

– Я проиграла. Не надо притворяться, что я молодец.

Мне было стыдно, я злилась, и слезы из-за этого грозили вырваться наружу, но до сих пор мне удавалось сдерживаться в присутствии Савио, и я не собиралась изменять себе. Некоторые девушки ревели только из-за несчастной любви или грусти, а вот мне повезло меньше. Я рыдала как от злости, так и от счастья, поэтому нередко попадала в неловкие ситуации. В нашей семье эмоциональность была проклятием – по крайней мере, для женщин. У брата эмоциональный диапазон был как у кирпича.

Усмехнувшись, Савио обменялся взглядом со своим старшим братом. Диего закатил глаза. Ну все, это уже слишком. Вскочив на ноги, я протиснулась мимо них, затем вылезла из клетки и бросилась к одной из дверей, надеясь, что она ведет в туалет. Нужно было срочно плеснуть немного воды в лицо, пока я не потеряла его… и остатки достоинства.

Я хотела впечатлить Савио своими навыками, чтобы он наконец обратил на меня внимание, но теперь все смеялись надо мной, как многие ребята в школе, потешаясь над моей одеждой и убеждениями.

– Джемма, возьми себя в руки! – крикнул Диего.

Я проигнорировала его. В половине случаев именно брат являлся причиной моих слез. Толкнув дверь, я вошла в раздевалку и направилась прямиком к раковине. Плеснула в лицо водой и ахнула от того, какой холодной она оказалась. Впрочем, это помогло остановить слезы.

Опустившись на одну из скамеек, я уставилась на свои потертые белые кроссовки. Диего носил их, когда ему было одиннадцать. Теперь пришла моя очередь. Скрипнула дверь, послышались шаги.

– Оставь меня в покое. Больше никогда не буду с тобой разговаривать. Ты продолжаешь позорить меня перед Савио.

В поле зрения появились новые стильные черно-золотые кроссовки «Найк» – лимитированная серия, и стоили они больше, чем вся наша с Диего обувь, вместе взятая. Теперь мне захотелось срочно провалиться сквозь землю.

– Китти, именно для этого и нужны братья.

Мне хотелось, чтобы Савио ушел и избавил меня от унижения. Подняв голову, я увидела, что он улыбается.

– Зачем ты пришел? – Резкость, которую я желала продемонстрировать, превратилась в полный надежды шепот.

Савио снова ухмыльнулся, смущая меня еще сильнее.

– Ты дралась с Римо. Боже, Китти, ты не испугалась, хотя, уверен, окажись на твоем месте большинство парней – точно струсили бы.

Я моргнула, пытаясь понять, неужели он серьезно. Тогда Савио протянул руку, я сжала ее, и он поднял меня на ноги.

– Диего распсиховался, так что давай вернемся в зал, чтобы я мог надрать ему задницу.

– А когда ты будешь драться со мной?

– Как насчет завтра?

Завтра было воскресенье, а значит – церковь и семейный ужин, но не исключено, что у меня получится найти время для тренировки. Вот только у Диего были другие планы: ему предстояло чинить плиту в ресторане.

– Диего занят. Он должен помочь папе в «Капри».

Савио пожал плечами.

– Могу забрать тебя из церкви и отвезти потом обратно домой. Все равно планирую завтра позаниматься.

Я улыбнулась.

– Отлично!

Губы Савио снова изогнулись в улыбке.

– Наверное, тебе стоит сначала рискнуть и взглянуть в зеркало, а уже потом возвращаться в зал, – сказав это, он развернулся и исчез за дверью.

Сердце защемило от нехорошего предчувствия, и я быстро посмотрела в зеркало. Перед поездкой в зал я нанесла тушь, которая теперь потекла. Я походила на енота.

* * *

Диего злился, но меня это ни капельки не волновало.

– К твоему сведению, папа не согласится на эту затею.

– И почему? Что в ней такого?

Брат бросил на меня недовольный взгляд и повернул свой ржавый «Форд-Рейнджер» к нашему дому. В салоне по-прежнему пахло сигариллами, которые курил дедушка, запах пропитал кожу и обшивку потолка, поэтому Нонна и отказывалась пользоваться машиной – слишком много болезненных воспоминаний.

– Что такого? – фыркнул Диего. – Достаточно и того, что ты согласилась на предложение Савио забрать тебя и вообще на эту тренировку.

– Не понимаю, в чем проблема? Он ведь твой друг.

–Да, друг. Я его знаю.

– И что это значит?

– Тебе не понять.

Я нахмурилась. Не успел Диего заглушить двигатель, как я выскочила из машины, вытащила ключи от дома и бросилась к входной двери. Влетев внутрь, быстро заперла ее. Если и существовал хоть малейший шанс получить одобрение папы, необходимо было поговорить с ним первой, потому что Диего всегда все портил. Мама пылесосила гостиную, так что я пробежала мимо нее и устремилась на кухню, откуда доносился аромат знаменитого рагу из кролика по особому бабушкиному рецепту.

Отец сидел за столом и, судя по хмурому виду, изучал счета. Нонна помешивала тушеное мясо деревянной ложкой и напевала одну из старых итальянских песен о любви, от которых у мамы на глазах наворачивались слезы.

Я поспешила к папе, и Нонна неодобрительно заворчала, ведь я всегда сначала здоровалась с ней, но сейчас у меня было неотложное дело.

Папа посмотрел на меня, и я улыбнулась ему так мило, как только могла, а затем обняла за шею. В дверь позвонили.

Папа рассмеялся и откинулся на спинку стула.

– Я знаю эту улыбку, angelo mio.

– Папа, – тихо сказала я. – Ты ведь понимаешь, как важны для меня тренировки по рукопашному бою, и сегодня Савио наконец-то согласился помочь мне. Он пообещал потренироваться со мной завтра после церкви. Пожалуйста, позволь мне пойти в зал!

Снова раздался звонок в дверь, и мама выключила пылесос.

– Завтра в «Капри» мне необходима помощь Диего с…

– Знаю, но Савио любезно предложил забрать меня из церкви и привезти домой после тренировки.

Папа покачал головой. Я обняла его крепче и поцеловала в щеку.

– Пожалуйста, папа, ты же знаешь Савио! А я за это сделаю все что угодно. Прошу тебя!

Из холла послышался недовольный голос Диего.

Я повернулась к бабушке, что свидетельствовало о силе моего отчаяния.

– Нонна, умоляю!

Та поджала губы.

–Ты останешься наедине с мальчиком,– цокнула она языком.

– Я даже согласна выполнить твою просьбу и вернуться в церковный хор.

Нонна склонила голову набок, а потом довольно кивнула и вернулась к рагу.

Дверь распахнулась, и вошел злющий Диего.

– Папа, не соглашайся!

Папа поднял палец.

– Мне не по нраву этот тон.

Я показала брату язык.

Диего стиснул зубы.

–Нельзя позволять ей оставаться наедине с Савио!

– Но ведь Диего постоянно общается с ним. И ты знаешь, что Диего отличается благоразумием. Вряд ли он стал бы дружить с Савио, если бы тот был непорядочным.

Судя по взгляду, который бросил в мою сторону брат, позже меня ждала расплата за эти слова. Но сейчас время для спора было неподходящим, ведь в противном случае Диего пришлось бы объяснить отцу, в чем заключается дурное влияние Савио, и тогда их дружба могла оказаться под угрозой.

– Он действительно твой друг, – ответил папа Диего, а потом коснулся моего подбородка. – А ты, angelo mio, будешь следить за своим поведением, чтобы не разочаровать нас с мамой, верно?

– Я просто хочу научиться драться. А еще чтобы Савио наконец заметил меня.

Диего покачал головой, затем подошел к бабушке и поцеловал ее в щеку.

– Что скажешь, Нонна?

– Джемма решила вернуться в церковный хор.

Я улыбнулась, и брат прищурился. Мы оба знали: бабушка мечтает, чтобы я снова там пела. Ее пожилые подруги постоянно спрашивали, когда ангельский голосок вернется в хор.

–Почему ты так противишься тому, что Джемма будет проводить время с мальчиком из клана Фальконе? – спросила Нонна.

Кончики ушей Диего порозовели. Мне срочно захотелось узнать, как ему удалось не покраснеть. Жизненно необходимо научиться этому трюку.

– Просто он не хочет, чтобы я общалась с его другом, – заявила я.

Папа осторожно высвободился из моих объятий и встал.

– Я переговорю с Савио перед тем, как он заберет тебя.

– Папа…

– Нет, – твердо перебил папа, и я закрыла рот, понимая, что пора отступить. И решила быстро сменить тему, чтобы отец не передумал.

– А можно Тони придет сегодня к нам? Я очень соскучилась по ней.

– Она вернулась домой? – заходя на кухню, спросила мама.

Я кивнула.

– Да, вчера.

Нонна снова цокнула языком.

– С таким воспитанием ничего хорошего из нее не выйдет.

Папа рассмеялся.

– Антония – хорошая девочка, но она не в силах ничего сделать со своим воспитанием.

Я разозлилась.

– Отец Тони делает все, что может!

– Он позволяет ей проводить слишком много времени в «Роджерс Арене», а там бывает такое, чего девушка видеть не должна.

– Так можно ей прийти в гости?

– Конечно, – кивнул папа.

Бабушка нахмурилась, но ни за что не стала бы спорить с папой, по крайней мере при детях. Он был главой дома. Мама подошла к Диего и поправила ему рубашку. Брат поморщился и отстранился.

– Мама, я уже достаточно взрослый и сам разберусь с одеждой.

– Перестань нянчиться с ним, Клаудия. Он солдат Каморры.

Мама вздохнула.

– Они растут слишком быстро.

Папа подошел к ней и поцеловал в висок, а затем прошептал ей что-то на ухо, а она шлепнула его по груди.

Диего издал стон и вышел из кухни. Я тоже быстро ретировалась, побежала в свою комнату, достала из стола секретный телефон и отправила Тони сообщение.

– Тебе запрещено иметь мобильный телефон, – раздался голос Диего.

Я перевернулась на кровати. Он прислонился к дверному косяку, скрестив руки на груди.

– Не доноси на меня.

У Диего имелось немало своих секретов, и, хотя я знала не все, кое-что мне было известно. Как бы сильно он ни раздражал меня, я бы никогда не сказала ему об этом, а вот он просто обожал доставать меня. Войдя в мою комнату, он закрыл дверь, после чего подошел и сел на кровать.

– Я буду молчать. Дай его мне.

– Зачем?

Он протянул руку:

– Дай. Его. Мне.

Я прижала телефон к груди. Иногда брат забывал, что я не солдат, который должен подчиняться его командам.

– Нет.

Диего схватил меня и вырвал сотовый, затем разблокировал экран. Да уж, не стоило использовать дату рождения Савио в качестве пароля.

Я снова попыталась схватить телефон, потому что, увидь он последнее сообщение Тони, она умерла бы от смущения. К сожалению, Диего был слишком сильным. Он посмотрел на экран и прочитал это сообщение. Его глаза расширились, губы растянулись в ухмылке.

Я ущипнула его за руку.

– Это мой телефон, и у меня могут быть свои секреты.

Он проверил мои контакты – только девушки из хора и школы, а затем вернул мне сотовый.

– Ну ты и придурок!

–А вот Тони считает иначе,– самодовольно ухмыляясь, ответил брат.

– Ничего ей не говори!

– О том, что она хочет увидеть меня без рубашки, или о красных днях календаря?

– Диего, заткнись! – прошипела я. – Не смей ее смущать!

Брат закатил глаза и встал с моей кровати.

– Не переживай, с меня хватает твоих заигрываний с Савио.

Сказав это, брат раздражающе неторопливо покинул комнату. Я схватила подушку и швырнула в него, но промахнулась, и она упала на пол в коридоре.

– Ты что-то уронила, – расхототался Диего.

* * *

Раздался звонок в дверь. Бросив все, я выскочила из кухни. Диего уже спускался по лестнице, но я опередила его. Увидев, что за дверью стоит Тони, я широко улыбнулась. На ней были джинсы, футболка и кеды «Конверс». Длинные каштановые волосы растрепались, потому что она приехала к нам на велосипеде, который теперь прислонила к дереву перед домом.

Подруга загорела, ведь последние пару недель она провела с тетей на Корсике. Бросившись к Тони, я крепко обняла ее.

– Я соскучилась!

– И я!

– Только не говори, что приехала одна на велосипеде, – подал голос Диего.

Тони пожала плечами.

– Папа занят, он работает. Ему нужно подготовить все необходимое к следующему бою.

– В этом городе девушке нельзя ездить одной, – вставила подошедшая к нам мама, а потом тоже обняла Тони.

Мы все вместе пошли на кухню, где уже был накрыт стол. Папа принес огромную кастрюлю с тушеным мясом и улыбнулся гостье, и только Нонна вела себя сдержанно. Мало того что она не приветствовала решение отца Тони растить ее в одиночку, так еще и отрицательно относилась к тому, что моя подруга не была чистокровной итальянкой. Бабушка Тони была родом с Корсики, а Нонна считала это чуть ли не преступлением.

– Добрый вечер, миссис Баццоли, – как всегда улыбаясь, поздоровалась с ней Тони, садясь рядом со мной. Подруга умела игнорировать чужое негативное отношение – наверное, именно поэтому мы так хорошо ладили. Мы обе не входили в компанию популярных учеников школы.

После ужина мы с Тони поднялись в мою комнату, плюхнулись на кровать и достали журналы для девочек, которые она положила в сумку со своими вещами для ночевки и тайком протащила в дом.

– Ты принесла одежду?

Она заговорщически улыбнулась.

– Но ты же знаешь, что я занимаюсь спортом только в школе, так что выбор небольшой.

– Но у тебя явно есть что-то получше, чем мешковатая одежда моего брата!

– Кстати, что с ним? Он как-то странно вел себя со мной.

Я взяла один из журналов и пожала плечами. Мне не хватило смелости рассказать Тони, что Диего повел себя как любопытный придурок и узнал о ее влюбленности и месячных.

– Да ничего, просто он злится, что завтра мне предстоит тренироваться с Савио. Ты же знаешь, какой он. Если бы мог, давно посадил бы меня на цепь.

Тони кивнула.

– Да, иногда он уж слишком контролирует тебя, только это потому, что ему не все равно. – В ее голосе прозвучала нотка грусти.

– Тони, твой отец тебя любит! Просто он очень старается сделать «Арену» успешной. Нелегко заслужить уважение членов Каморры, учитывая…

– Учитывая то, что мы не чистокровные итальянцы.

–Да,– согласилась я, а потом пихнула ее локтем, указывая на статью в журнале: «Как определить, что ты нравишься парню».

Тони засмеялась.

– Собираешься завтра проверить на Савио?

Я хихикнула.

– Может быть.

– А потом все в подробностях мне расскажешь.

– Сама знаешь, ничего интересного не случится.

Она закатила глаза.

– Точно уверена, что не хочешь попробовать хотя бы поцеловаться до свадьбы?

Я толкнула ее.

– Нет!

Она засмеялась.

– А вот если бы Диего проявил инициативу, я бы поцеловала его.

– Фу-у-у, Тони, я ведь только что поела! Не хочу представлять, как ты целуешься с моим братом.

Она приняла мечтательный вид:

– Уверена, он чудесно целуется.

Я попыталась спихнуть ее с кровати, но она схватилась за покрывало, и мы обе с визгом упали на пол.

Раздался стук, и дверь распахнулась.

– Что у вас тут творится? Вообще-то, люди пытаются спать, – заявил Диего. Он был одет в спортивные штаны и футболку, но явно недавно уложил волосы, а из-под широкой штанины выглядывали черные джинсы.

– Сомневаюсь, что ты собираешься сегодня спать, – заметила я, кивнув на его лодыжку. Брат проследил за моим взглядом, поморщился и быстро прикрыл черную ткань.

– Перестань совать нос в мои дела.

– Это еще почему? Ты постоянно вмешиваешься в мои.

– Именно поэтому мне надо донести на тебя, – сказал он, кивнув в сторону журналов.

– Спокойной ночи, Диего, и передавай привет Савио!

Мы с Тони обменялись взглядами и снова расхохотались. Брат медленно покачал головой и ушел, но дверь не закрыл.

Я едва сдержалась, чтобы не закатить глаза. Как всегда, Диего вел себя как чрезмерно властный старший брат. Вероятно, сам он снова планировал веселиться всю ночь напролет. Неужели думал, что я не замечу? Наши комнаты располагались по соседству, а стены в доме были тонкими.

Савио

В полдень я остановился перед церковью. Много лет не бывал в подобных заведениях и не собирался что-то менять. Скорее всего, попытайся я переступить порог, сгорел бы за секунду. Мы с братьями носили фамилию Фальконе, а значит, у нас были билеты в первый ряд на огненное шоу одного рогатого ублюдка.

Перед церковью собралась толпа, повсюду стояли столы с чашами.

Рев двигателя моей машины привлек множество взглядов, и, когда я вышел, большинство мужчин кивнули в знак приветствия. В основном община состояла из семей Каморры, поэтому я знал всех мужчин, но ни одной женщины, что было довольно необычно. Практически везде, где я появлялся, существовал риск нарваться на какую-нибудь бывшую, но только не здесь. Римо предельно ясно дал понять, что стоит воздержаться от тесного общения с девушками из традиционных семей, поэтому я держал дистанцию. Хотелось сохранить свои яйца в целости и сохранности.

Диего сразу же направился ко мне. В поло и классических брюках он выглядел как мечта любой тещи. Остальные члены его семьи по-прежнему увлеченно беседовали со священником.

Под глазами Диего залегли тени.

– Дерьмово выглядишь, слишком длинная ночь? – ухмыльнулся я. Мы веселились до шести утра, так что он поспал часа три, а потом ему пришлось вставать и отправляться на службу в церковь.

– Мне нужно с тобой поговорить.

Я прислонился к своему «Бугатти» и приподнял бровь.

– Ого, у меня что, проблемы? – насмешливо спросил я.

– Мне не до шуток, надо кое-что обсудить до того, как я разрешу тебе проводить время с моей сестрой.

Я выпрямился и прищурился.

– Разрешишь? В этом городе никто не имеет права указывать мне, что делать… за исключением Римо.

– Я ожидаю, что ты будешь уважать наши ценности и ни в коем случае не станешь вести себя неподобающим образом по отношению к Джемме.

Он что, серьезно?

– Диего, а не пойти ли тебе на хрен? Ты всерьез думаешь, что я стал бы подкатывать к твоей тринадцатилетней сестре?

Я собрался врезать ему в гребаную челюсть. Он вздохнул.

– Нет. Но мое дело – защищать ее и следить за ее безопасностью. Ты постоянно высмеиваешь наши убеждения.

– В основном потому, что ты крайне избирательно относишься к их соблюдению. Или напомнить о твоем вчерашнем общении с Дакотой? Она что, читала гребаную «Аве Мария» и поэтому стояла на коленях, держа во рту твой член?

Диего беспокойно огляделся по сторонам.

– Тихо! Не хочу, чтобы Нонна или мама о таком узнали.

– Что иногда ты не против насладиться минетом? – Диего снова повертел головой. Я усмехнулся. – Ладно, как пожелаешь. Можешь быть уверен, я не стану приставать к Джемме. Черт, да она мне как младшая сестра.

Диего засунул руки в карманы и кивнул. Иногда меня бесило его лицемерие. К нам направился старший Баццоли, за ним следовала Джемма, в основном скрытая его массивной и высокой фигурой, которую унаследовал и Диего.

Даниэле протянул руку, и я пожал ее, заметив, что рукопожатие было более чем крепким.

– Я слышал, сегодня ты планируешь взять Джемму на тренировку.

– Обещал показать ей несколько приемов, – ответил я, стараясь свести сарказм к минимуму.

Диего бросил на меня предупреждающий взгляд.

Даниэле натянуто улыбнулся. Сегодня он впервые вел себя недружелюбно. Джемма в платье в горошек длиной до колен с чертовым бантом на талии и белым воротничком все еще стояла позади него. На ее хвосте тоже красовался бант.

Черт, от одной мысли о флирте с ней мои яйца сжались до размеров изюма.

– Я верю, что с тобой она в такой же безопасности, как и с Диего. Мы ценим, что вы с братьями проявляете уважение к нашим традициям, – сказал Даниэле. В его голосе прозвучали предостерегающие нотки, и во мне вспыхнуло раздражение. Пришлось призвать на помощь свою скудную выдержку, чтобы не высказать ему все, что я думаю. Никто не смел угрожать мне или моим братьям.

– Не волнуйтесь, Даниэле. Со мной Джемма будет в полной безопасности. Я стану защищать ее как младшую сестру.

Джемма поджала губы.

А Даниэле удовлетворенно кивнул. Затем положил руку на спину дочери и повел ее к моей машине. Стоило ей заметить мой медный «Бугатти», как ее глаза расширились. Да, дамы обожали этот автомобиль. Я забрал у Даниэле спортивную сумку Джеммы, положил ее в маленький багажник и подошел к водительскому сиденью.

Даниэле снова бросил на меня многозначительный взгляд, а затем закрыл дверь. Я поборол желание вдавить газ в пол и сорваться с места, взвизгнув шинами. Вместо этого я медленно отъехал от обочины. Джемма помахала родным, сияя, как ребенок, которым, по сути, и являлась.

Диего точно полный придурок.

Джемма сложила руки на коленях, затем перевела взгляд на меня и покраснела. Она ерзала на месте с таким видом, будто ей предстоял сложный тест по математике.

– Все хорошо?

Она подпрыгнула.

– Ой, да, прости, я просто…

– Просто? – Я повернулся к ней, когда мы остановились на красный.

– Впервые остаюсь наедине с парнем, который не является членом моей семьи.

Загорелся зеленый, и я нажал на газ, отчего глаза Джеммы расширились.

– Мы знаем друг друга много лет. Я практически член семьи.

Ее не обрадовало мое замечание.

– Ты ведь знаешь, что я не твоя сестра, да?

Я усмехнулся.

– Да, мне об этом известно.

В салоне воцарилась тишина. Я включил музыку, свой любимый плейлист. Гулкие басы Candy Shop в исполнении 5 °Cent заполнили машину. И я принялся барабанить пальцами в такт музыке.

Джемма нахмурилась.

– Странная песня. Почему певец поет о леденцах и родео?

– Это эвфемизм для отсоса. – Я резко замолчал. Черт, надо было выразиться иначе.

Джемма с любопытством посмотрела на меня.

– А что такое отсос?

Сосредоточившись на дороге, я попытался придумать какой-нибудь уместный ответ, но тщетно, я был не силен в невинных выражениях.

– Забудь.

Если она решит расспросить об этом Диего, он обязательно надерет мне задницу. Может, стоило послать ее к Дакоте? В конце концов, именно она наглядно показала брату Джеммы, что такое «отсос».

* * *

Остаток пути прошел в тишине, потому что мой плейлист не предназначался для ушей юной прихожанки, но я видел, что Джемма размышляет над словами песни.

Проведя ее в наш спортзал, я указал на дверь в раздевалку.

– Можешь пойти переодеться.

Джемма быстро кивнула и умчалась прочь.

В ответ на ее энтузиазм я покачал головой. Сам я уже был в спортивной одежде, так что пошел готовить боксерские перчатки. Обычно я предпочитал драться с обмотанными руками, так удары получались сильнее. Но во время тренировки с девушкой хотел удостовериться, что не причиню ей боль. Когда я все равно начал бинтовать кулаки для тренировки с боксерским мешком, Джемма вышла из раздевалки. Я замер. Она надела не ту спортивную одежду, в которой занималась обычно, – застиранные и слишком большие спортивные штаны и мешковатую футболку. На этот раз на Джемме был один из тех спортивных нарядов «Джимшарк», по которым сходили с ума любители фитнеса. Обтягивающая фиолетовая майка и подходящего цвета леггинсы. Такую одежду носили только фитнес-спортсменки. Джемме же лишь удалось подчеркнуть отсутствие изгибов.

Черт. Я знал, почему она выбрала этот наряд, и знал, что ни Диего, ни их отец его не одобрят.

Джемма остановилась прямо передо мной, ее щеки уже пылали красным, и я понимал, в чем причина. Конечно, я и раньше замечал, что она наблюдает за мной, но всегда считал это просто забавным фактом. Теперь же, оказавшись с ней наедине и зная, как щепетильно Диего относится к сестре, я почувствовал, что надвигается катастрофа.

Да, я обладал особым талантом по покорению девичьих сердец, однако, осознавая, что мне придется разбить невинное маленькое сердечко Китти, испытывал угрызения совести.

Видя ее влюбленный взгляд, я задумался: а как она вообще представляла себе нашу тренировку? Судя по рассказам Диего, Джемма едва ли общалась с парнями, и наш разговор в машине это только подтврдил. Вероятно, она считала, что, оставаясь наедине, парни с девушками прогуливаются по усеянным нарциссами полям.

Хорошо, что сегодня я хотя бы решил надеть футболку.

– Давай начнем с разминки, – сказал я. Она опустила свои розовые боксерские перчатки, с нетерпением глядя на меня. – Когда-нибудь делала двойные прыжки на скакалке?

– Я могу прыгнуть лишь раз или два, – призналась Джемма.

– Мы это исправим. – Я протянул ей скакалку, затем взял другую себе. – Следи за моими движениями.

Отойдя на несколько шагов назад, я начал прыгать. Сначала решил сделать простые прыжки, а потом ускорился и перешел на двойные. Ради забавы сделал парочку тройных, но выполнять их было сложно, поэтому снова вернулся к двойным. Джемма с открытым ртом наблюдала за мной.

Я остановился.

– Твоя очередь.

Судя по выражению ее лица, от волнения она готова была упасть в обморок, так что неудивительно, что после пары прыжков запуталась в скакалке. Смутившись и раскрасневшись, она попробовала еще раз, но снова запуталась.

– Прости!

– Тут не за что извиняться.

Она собралась попробовать еще раз, но, судя по дрожащим рукам, затея была обречена на провал.

Дотронувшись до ее руки, я остановил девушку. Она удивленно поглядела на меня, и я заметил, что ее кожа покрылась мурашками.

Я резко отдернул руку.

– Не смотри на землю, пока прыгаешь. Смотри прямо перед собой и отталкивайся ногами, не напрягая икры, иначе ты тратишь слишком много энергии.

– Х-х-хорошо, – заикаясь, пролепетала она.

Раньше в моей компании Джемма не нервничала, теперь же, оказавшись со мной наедине, по-настоящему растерялась. Мне было почти жаль ее, но, если честно, я едва сдерживал смех.

– Сосредоточься и попробуй еще раз.

Она кивнула, взгляд был полон решимости. На этот раз ей удалось взять хороший темп.

– А теперь попробуй двойные прыжки.

Но у Джеммы никак не получалось прыгать достаточно высоко и быстрее вращать скакалкой. Я объяснил ей, как действовать, и в конце концов ей удалось сделать три двойных прыжка подряд.

– Тебе нужно постоянно практиковаться, прыжки дело нелегкое.

Она послушно кивнула.

– Теперь перейдем к драке?

Я усмехнулся.

– Без проблем.

Указал на боксерский ринг и повел Джемму к нему.

Она взяла свои боксерские перчатки, а потом пролезла через канаты, которые я перед ней раздвинул. Сам же перемахнул через них и с глухим стуком приземлился на пол.

И в ответ опять получил полный восхищения взгляд. Да уж, рядом с этим котенком мне стоило сбавить обороты.

Не обращая внимания на ее раскрасневшиеся щеки, я помог ей надеть перчатки. Затем натянул свои собственные и встал лицом к ней. Перед тем как начать спарринг, я велел ей наносить удары ногами по моим ладоням, но довольно быстро стало очевидно, что Джемма слишком отвлекается на меня. Отступив назад, я покачал головой.

– Ничего не получится.

Она застыла.

Да уж, если ближайшие пару месяцев нам предстоят совместные тренировки, нужно установить основные правила. Я пообещал Диего и Даниэле защищать Джемму, даже если ценой станет ее разбитое сердце.

– Послушай, я согласился тренироваться с тобой, вот только сейчас ты не дерешься, а витаешь в облаках.

– Я… я нигде не витаю, – смущенно пробормотала она.

– Нет, витаешь, – настаивал я. – Я в курсе твоей влюбленности, но, если хочешь продолжать тренироваться со мной, придется о ней забыть. Либо ты сосредотачиваешься на боях, либо мы прекращаем тренировки.

Черт, ее лицо стало ярко-красным, а глаза заблестели от непролитых слез. Будет охрененно неловко вернуть ее в дом Баццоли с красными глазами, и все-таки мне нужно было донести до Китти свою мысль.

– Но ты обещал…

– Да, я обещал тренироваться с тобой, однако вряд ли это можно назвать тренировкой. Тебе нужно взять себя в руки. Ты еще ребенок, к тому же сестра Диего. Мне нравятся женщины, а не маленькие девочки. – Да, возможно, последние слова были излишне жестокими, но существовал шанс, что так она перестанет краснеть и вздрагивать от каждого моего слова.

Джемма резко развернулась, слезла с ринга, а потом попыталась убежать в сторону раздевалки. К сожалению, поторопившись, она шлепнулась на пол и приземлилась на колени. Так она и застыла.

Вашу мать. Спрыгнув с ринга, я подбежал к ней и присел на корточки.

– Ударилась?

Она покачала головой, худенькие плечи содрогались от рыданий.

Обычно, видя девушку в слезах, я тут же бежал без оглядки, но сейчас передо мной была младшая сестра Диего.

– Не плачь.

– Чувствую себя идиоткой, – хрипло произнесла она. – Я знаю, у тебя много красивых девушек…

– Джемма, ты тоже красивая, но слишком молодая. Твои отец с братом убьют меня, и правильно сделают. Предлагаю забыть о сегодняшнем, и, если поклянешься завязать со своей влюбленностью, пока не станешь старше, обещаю продолжить наши тренировки.

Она вытерла глаза тыльной стороной ладони и с надеждой посмотрела на меня.

– Договорились?

Она кивнула.

– Договорились. – И задумчиво склонила голову к плечу. – А насколько старше?

Я рассмеялся и покачал головой.

– Намного старше.

– Пока мне не исполнится четырнадцать?

Снова покачал головой.

– Еще старше.

– Пятнадцать?

– Определенно старше.

Джемма поджала губы.

– Шестнадцать?

Я выпрямился и протянул руку, она приняла ее и встала на ноги.

– Старше.

– Но к тому времени ты уже женишься на другой!

Я расхохотался, Китти определенно была забавной девчонкой.

– Не переживай, я никогда не женюсь.

– Никогда? – прошептала она.

– Совершенно верно.

– Оу.

* * *

Нино снова качнул головой.

– Уверен? – Брат держал тату-машинку у моего паха.

Я закатил глаза.

–Спросишь еще раз, пойду в один из тату-салонов на Стрипе и сделаю ее там.

На лице Нино промелькнуло неодобрение. Брат считал, в этих салонах недостаточно качественно выполняют работу, поэтому набивал большинство своих татуировок самостоятельно, а еще не одобрял мой выбор рисунка.

Голова быка или, скорее, Минотавра прямо над членом. Шутка, и в то же время провокация. Я давно заработал репутацию бабника, так что не видел ничего плохого в подобной выходке.

Игла пронзила мою кожу, Нино наконец приступил к работе.

– Надеюсь, ты не пожалеешь об этой картинке.

– Учитывая обширный список наших ежедневных занятий – пытки, убийства, организация проституции, смертельные бои, – ты правда считаешь, я буду жалеть о том, что наколол себе быка? – Я ухмыльнулся и в ответ получил полный недоумения взгляд.

Из троих братьев меня можно было назвать самым здравомыслящим, хотя это ни о чем не говорило.

– Не понимаю, как одно связано с другим, – буркнул Нино, продолжая выводить Минотавра. – И если пожелаешь, можешь прекратить заниматься чем-то из перечисленного, а вот татуировка останется навсегда. Конечно, ты можешь удалить ее, но, учитывая размер рисунка и глубину проникновения чернил ради получения насыщенного черного, задача будет не из простых.

– Если я перестану заниматься такими делами, какой от меня толк Каморре? Адамо и так уже практически бесполезен. Вы с Римо не допустите, чтобы еще один из нас страдал щепетильностью.

Нино быстро взглянул на меня и вернулся к работе.

– Ты предпочел бы не участвовать в темной стороне нашего бизнеса? Кажется, до сих пор тебя не волновали ни пытки, ни убийства.

Вообще-то этот вопрос волновал меня с самого начала. В отличие от Римо и Нино, я способен на сочувствие и жалость, и мне пришлось учиться сдерживать эмоции. Но я справился достаточно быстро. Борьба за власть в Лас-Вегасе помогла мне стать более жестоким. Мне нравилось большинство наших занятий, но мне никогда не стать таким мастером пыток, какими являлись мои старшие братья.

– Так и есть, – просто ответил я.

Нино еще с минуту смотрел на меня, но я давно научился скрывать свои чувства и мысли, хотя редко утруждал себя подобным.

Нино уже почти закончил с татуировкой, когда дверь открылась и вошел Римо.

– Если не хочешь увидеть член Савио, лучше подожди в коридоре, – сказал он кому-то.

– Вы еще долго? Ужин почти готов, – донесся до нас голос Киары.

Я ухмыльнулся:

– Твой муж никуда не торопится и спокойно наслаждается видом моих причиндалов.

Нино вздохнул, а на лице Римо появился намек на улыбку, пока он рассматривал мою татуировку. Нас не волновала нагота друг друга. Мы годами трахались на вечеринках, то и дело заставая друг друга «за делом», но когда появилась Киара, секс в общих зонах оказался под запретом.

– Хорошо. Я возвращаюсь на кухню, – сказала Киара.

– Не показывай свой член моей жене, – предупредил Нино.

– Только если она сама попросит, – засмеялся я.

– Неужели и правда считаешь, что рисунок произведет впечатление на женщин? – поинтересовался Римо, резко кивнув в сторону моей татуировки.

– Татуировка не для того, чтобы впечатлить кого-то. Это предупреждение, – ответил я. Судя по реакции моих братьев, голова Минотавра была правильным выбором. – И вообще, давно ты у нас стал знатоком по части очарования женщин? Лично я не считаю нужным тратить время впустую. – Я пожал плечами. – Предпочитаю сразу брать быка за рога. Либо девушка согласна на секс, либо я даже не посмотрю в ее сторону.

## Глава 4

Савио

Джемме 15, Савио 19

В голове пульсировала боль, перед глазами все расплывалось, но я старался не впасть в забытье, потому что в любой момент могла начаться драка. Фабиано вопросительно посмотрел на меня, и я ответил кивком, хотя от этого боль лишь усилилась. Я видел, что друг пытается ослабить веревку, которой его руки были связаны за спиной.

Я бросил взгляд на дверь, в которую вошли Римо и Нино. Естественно, они были не одни, а под конвоем предателей, которых мать наняла для выполнения грязной работы.

Держа в руках зажигалку, мать подошла к Киаре, жене Нино, и Алессио, его приемному сыну. Ранее родительница облила их бензином, и, поскольку на меня напали сразу несколько мудаков, я не успел ей помешать.

– Или вы все сложите оружие, или эти двое сгорят.

– У них нет оружия, мы все забрали, – сказал Кармине. Будь у меня такая возможность, с радостью воткнул бы нож в горло этой крысе.

– Нет, ошибаешься. Я знаю сыновей Бенедетто, – сказала мама и улыбнулась маниакальной улыбкой, от которой короткие волосы на моем затылке встали дыбом. Если бы не серые глаза, так похожие на глаза моего брата Нино, я бы не поверил, что эта сумасшедшая женщина – наша родная плоть и кровь.

– Мы и твои сыновья тоже, – напомнил я, ведь, похоже, она забыла об этой маленькой детали. Да, нас нельзя было назвать ангелами, но в этом стоило винить ее.

Подняв руку, я потрогал голову. На пальцах осталась кровь. Черт, эти придурки неплохо меня отделали.

Мать даже не взглянула в мою сторону. Она не сводила взгляда с Римо и Нино.

– Выстрел может поджечь и Киару, и ее мальчика. Небольшая искорка – и все вспыхнет. Неужели вам хочется рискнуть и услышать их мучительные крики?

Раз Кармине забрал оружие у братьев, пора было начинать беспокоиться. Обычно Римо с Нино всегда удавалось найти решение проблемы. Они отняли Лас-Вегас у недостойных людей. Тогда никто не верил в имя Фальконе, но они боролись за то, что принадлежало нам по праву рождения, за территорию и наше наследие. Какое-то время я считал их непобедимыми. Многие из Каморры до сих пор придерживались подобного мнения. Но существовала одна персона, которая была способна уничтожить их, и теперь она стояла посреди комнаты, изображая из себя мученицу.

– Что ты пообещала им за помощь? – спросил Нино.

Мать улыбнулась.

– Деньги. Власть. Месть.

– Власть, – презрительно фыркнул Римо. – Неужели вы действительно верите в то, что мои люди пойдут за вами? Они лишь посмеются прямо в ваши жалкие рожи, а после разобьют их. И даже если вам каким-то невероятным образом удастся подмять территорию под себя, это продлится недолго. Лука без труда сотрет с лица земли таких придурков, как вы, и заберет Каморру себе.