# Охотница

Анна Кокс-Рид

Кристал – агент Интерпола. Она верит только в закон и всегда следует правилам. Эштон – хакер, который отравляет жизни людям, взламывает государственные системы и ворует деньги. Она должна поймать его или ликвидировать, но у жизни на нас другие планы.

> "Павило №1 для хакера: не влюбляйся в агента Интерпола. Эштон нарушил его в первую же секунду."

Глава 1


Кристал Морган допивала третий эспрессо за утро, задумчиво глядя на капли дождя, стекающие по оконному стеклу её небольшой парижской квартиры. Чашка в руке чуть подрагивала – не от волнения, а из‑за привычки: каждое утро она делала ровно три глотка, прежде чем поставить её на блюдце. Кофе был крепким, почти горьким, как она любила.

На смарт‑часах вспыхнуло уведомление. Красный маркер «СРОЧНО» мигал с такой настойчивостью, что игнорировать его было невозможно. Кристал вздохнула, бросила взгляд на своё отражение в оконном стекле – чёрные джинсы, чёрная водолазка, волосы стянуты в высокий хвост, несколько непослушных прядей выбились у виска. Она провела пальцем по экрану.

Тема: Немедленный вызовПодпись: Шеф Д. Ричардс

От: Штаб‑квартира Интерпола (Париж)

Кому: К. Морган, старший агент

Прибыть в офис в течение 2 часов. Дело особой важности. Конфиденциальность обязательна.

– Опять эти театральные жесты, – пробормотала Кристал, отодвигая чашку. – Будто без «СРОЧНО» я не приеду.

Она терпеть не могла, когда начальство играло на нервах. Особенно Ричардс с его любовью к драматизму. Но приказ есть приказ. Кристал бросила последний взгляд на город за окном – Париж просыпался: дворники сметали опавшие листья, в кофейнях зажигали вывески, первые машины выезжали на улицы.

Через полтора часа Кристал вошла в здание штаб‑квартиры Интерпола. Мраморные полы вестибюля блестели под лучами утреннего солнца, пробивающимися сквозь высокие витражные окна. У турникета стоял охранник – крепкий мужчина лет пятидесяти с коротко стриженными седыми волосами и внимательными глазами. Он кивнул:

– Вас уже ждут, агент Морган. Шестой этаж, кабинет 607.

Лифт плавно поднялся наверх. В коридоре пахло кофе и полиролью для мебели – знакомый аромат штаб‑квартиры, который Кристал помнила с первого дня работы здесь. Двери кабинетов чередовались с портретами бывших директоров Интерпола, на стенах висели карты мира с отметками операций.

Кристал не стала стучать – распахнула дверь и вошла. Кабинет 607 был оформлен в строгом стиле: тёмное дерево, кожаные кресла, на стене – большая карта Европы с множеством пометок. Ричардс поднял глаза от бумаг. Он сидел за массивным письменным столом из красного дерева, в строгом тёмно‑синем костюме, с галстуком, завязанным идеально ровным узлом. Его седые волосы были аккуратно зачёсаны назад, а брови слегка нахмурены – как всегда, когда он был погружён в работу.

Рядом стоял незнакомый мужчина лет тридцати с небрежно растрёпанными светлыми волосами и улыбкой, которая, казалось, никогда не сходила с его лица. Он был одет в тёмно‑синий свитер и джинсы – слишком неформально для штаб‑квартиры.

– А, Морган, – Ричардс стиснул зубы, но сдержался. Он давно привык к манере Кристал вести себя как хозяйка положения. – Отлично, что так быстро. Позвольте представить: Фил Грант, ваш новый напарник.

Кристал окинула Фила равнодушным взглядом. Его глаза были светло‑голубыми, почти прозрачными, а улыбка – открытой и чуть наивной. Она пожала протянутую руку – коротко, без энтузиазма – и без церемоний плюхнулась в кресло напротив стола Ричардса. Не дожидаясь приглашения, закинула ноги на край стола. Шеф едва заметно поморщился, но промолчал: Кристал была его лучшим агентом, и генерал не позволил бы её уволить, даже если бы Ричардс подал десяток жалоб.

– Рад познакомиться, – Фил протянул руку ещё раз, будто не заметил предыдущего рукопожатия. Его рукопожатие было слишком энергичным, почти восторженным. – Говорят, вы лучший агент в розыске.

– Говорят много чего, – сухо ответила Кристал, отпуская его ладонь. – Что за дело?

Ричардс откинулся на спинку кресла, сложил руки в замок:

– Эштон Кейн. Вы слышали о нём?

Кристал почувствовала, как внутри всё напряглось. Эштон Кейн – хакер и авантюрист, который за последние два года обчистил три международных банка и ускользнул от шести спецслужб. Она помнила его досье: фотографии с камер наблюдения, перехваченные сообщения, отчёты о провалах операций. Слишком умный. Слишком осторожный. Слишком опасный.

– Слышала, – она скрестила руки на груди. Под рукавом водолазки на мгновение проступил контур кобуры – Кристал всегда носила оружие при себе, будто всегда была готова к действию. – И что с ним?

– У нас есть данные, что он находится в Париже. Более того, готовится крупная сделка – продажа украденных данных. Если он уйдёт сейчас, последствия будут катастрофическими.

Фил хлопнул в ладоши:

– Вот это да! Наконец‑то настоящее дело!

Кристал бросила на него короткий взгляд. Легкомысленный. Импульсивный. С таким будут проблемы. Его энтузиазм казался наигранным, будто он играл роль героя боевика.

– Вы двое отправляетесь немедленно, – продолжил Ричардс. – Частный самолёт ждёт в Ле‑Бурже. Вот досье, координаты, снаряжение получите внизу.

Он протянул папку. Кристал открыла её – фотографии Эштона, схемы его последних маршрутов, обрывки перехваченных сообщений. На одной из фотографий Эштон улыбался, глядя прямо в камеру. Слишком уверенный в себе. Его тёмные волосы были слегка растрёпаны, глаза блестели – будто он знал, что его не поймают.

– Вопросы? – спросил шеф.

– Только один, – Кристал закрыла папку, её пальцы слегка сжались на обложке. – Почему я?

Ричардс усмехнулся, его взгляд стал чуть мягче:

– Потому что вы единственная, кто может его поймать. И не дайте Гранту себя подставить.

Фил сделал вид, что не услышал. Его улыбка дрогнула, но он быстро взял себя в руки.

– Пойдёмте, напарник, – бросила Кристал, спрыгивая с кресла и опуская ноги на пол. – У нас мало времени.

В лифте Фил попытался завязать разговор:

– Слушай, а ты всегда такая… серьёзная?

Кристал повернулась к нему. Двери лифта медленно закрывались, отражая их фигуры в зеркальной поверхности.

– Я всегда следую правилам, – отрезала она. – И жду того же от других. Если ты не готов к этому – скажи сейчас.

Фил на мгновение замолчал, его улыбка померкла. Он посмотрел на неё по‑новому – уже не как на легенду Интерпола, а как на реального человека.

– Ладно, босс, – он пожал плечами. – Буду паинькой. Пока что.

Кристал промолчала. Да, с ним точно будут проблемы. Но времени разбираться не было.

На складе им выдали снаряжение: компактные коммуникаторы с шифрованием, мини‑камеры, оружие скрытого ношения. Помещение было заставлено стеллажами с оборудованием, вдоль стен висели схемы и инструкции. Фил с энтузиазмом перебирал всё подряд, вертел в руках приборы, нажимал кнопки.

– Ты что, всегда всё проверяешь? – удивился он, наблюдая, как Кристал методично осматривает каждый предмет, проверяет заряд батарей, убеждается, что кобура плотно прилегает к руке.

– Всегда, – ответила Кристал. – В нашей работе ошибка может стоить жизни.

Когда они вышли на улицу, Фил хлопнул её по плечу:

– Расслабься, Морган! Мы же команда.

Кристал лишь покачала головой. Команда. Посмотрим.

Они подошли к стоянке, где их ждал служебный автомобиль. Небо над Парижем было ясным, первые лучи солнца золотили крыши домов. Где‑то вдалеке гудел трамвай, пахло свежевыпеченным хлебом из соседней пекарни.

Через час их самолёт поднялся в воздух. Париж остался внизу – мозаика крыш, улиц, парков. Кристал смотрела в иллюминатор, чувствуя, как нарастает напряжение. Впереди ждала неизвестность – и Эштон Кейн, который, сам того не зная, стал их главной целью. В деле была одна очень важная деталь, большими жирными буквами там было выведено в случае чего УСТРАНИТЬ ВСЕХ КТО ПОПЫТАЕТСЯ ПОМЕШАТЬ.


Глава 2


Фил Грант нервно теребил ремешок коммуникатора, пока самолёт набирал высоту. Салон бизнес‑джета был отделан тёмно‑синей кожей и полированным орехом, мягкие светильники создавали приглушённый свет. Фил искоса поглядывал на Кристал – та сидела с закрытыми глазами, откинувшись на спинку кресла, но её пальцы непроизвольно сжимались и разжимались, будто она мысленно прокручивала план действий, перебирала варианты, просчитывала риски.

За иллюминатором проплывали облака, подсвеченные закатным солнцем в розовые и золотые тона. Фил глубоко вдохнул, пытаясь унять волнение. Он никогда раньше не летал на частных самолётах – в полиции довольствовались обычными рейсами. Всё здесь казалось чужим: и безупречная форма стюардессы, и запах дорогого кофе, и тишина, нарушаемая лишь ровным гулом двигателей.

Наконец Фил не выдержал:

– Слушай, Морган… Я тут подумал. А что, если мы просто арестуем Эштона? Ну, возьмём с поличным на сделке, вызовем подкрепление? Может нам не придётся куда-то пробираться и убивать кучу людей?

Кристал открыла глаза – холодные, серые, как зимний рассвет над Парижем. Медленно повернулась к Филу, и в её взгляде появилось что‑то жёсткое, почти ледяное. В салоне на мгновение повисла тяжёлая пауза, будто даже воздух стал плотнее.

– Ты, похоже, не до конца понимаешь, куда попал, – её голос звучал ровно, без эмоций, но в нём чувствовалась сталь. – В Интерполе не всегда действуют правила полиции.

– Но… – Фил запнулся, провёл ладонью по волосам. Его ладони слегка вспотели, он вытер их о джинсы. – Мы же не киллеры. Мы должны арестовывать, а не…

– Цель должна быть доставлена любой ценой, – перебила Кристал. Она выпрямилась, её поза стала ещё более собранной, почти хищной. – Эштон владеет информацией, которая может спровоцировать международный кризис. Если он передаст данные – погибнут люди. Много людей. Понимаешь? Мы не можем его упустить. А если он попытается уйти – мы убьём и его.

Фил откинулся на спинку кресла, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Он сглотнул, посмотрел в иллюминатор – облака уже окрасились в багрянец.

– Я никогда не работал на ликвидацию, – признался он. – В полиции у нас были чёткие правила: минимум насилия, соблюдение процедур, ордера, отчёты… Всё было понятно.

Кристал усмехнулась – коротко, без веселья. Её губы дрогнули лишь на мгновение, а глаза остались холодными.

– Добро пожаловать в реальный мир, Грант. Здесь есть задача и способы её выполнения. Иногда самый эффективный способ – пуля в голову.

Она встала, подошла к мини‑бару, достала бутылку воды. Движения были отточенными, экономными – ни одного лишнего жеста. Фил заметил, как играют мышцы под чёрной водолазкой, как уверенно она держится – будто каждый шаг, каждое движение просчитано заранее.

– Послушай меня внимательно, – произнесла Кристал, снова садясь напротив Фила. Она поставила бутылку на столик, её пальцы слегка постучали по стеклу – три чётких удара. – Ты будешь следовать правилам. Будешь выполнять мои приказы без вопросов и промедлений. Это не просьба – это условие твоего участия в операции.

– Почему так строго? – нахмурился Фил. Его голос чуть дрогнул, но он постарался говорить твёрдо.

Кристал на мгновение замолчала. Её взгляд стал отстранённым, будто она смотрела куда‑то далеко, в прошлое. За окном самолёт начал снижаться, и огни города уже проступали сквозь облака.

– На прошлом задании мой напарник решил, что знает лучше, – её голос стал ниже, жёстче. – Он ослушался моего приказа отступить и пошёл вперёд. Один. Хотел проявить инициативу, показать себя героем… – она сделала паузу, и Фил заметил, как на мгновение дрогнули её губы. – Он погиб в первые пять минут операции. Погиб из‑за глупости и самоуверенности.

Фил почувствовал, как внутри всё сжалось. Он открыл рот, чтобы что‑то сказать, но Кристал продолжила:

– Я не стану рисковать твоей жизнью из‑за твоего упрямства. И не позволю тебе поставить под удар всю миссию. Во второй раз я этого не потерплю. Если ты не готов беспрекословно подчиняться – скажи сейчас. Я одна справлюсь.

В салоне самолёта повисла тяжёлая тишина. Фил слышал только гул двигателей, своё участившееся дыхание и едва уловимый стук часов на запястье Кристал. Перед ним стоял выбор: остаться в зоне комфорта, где есть чёткие правила и понятные задачи, или шагнуть в мир, где решения принимаются мгновенно, а цена ошибки – человеческие жизни.

– Я… я понял, – наконец произнёс он. Его голос звучал тише обычного, но твёрже, чем минуту назад. – Я буду следовать твоим приказам. Просто дай мне время привыкнуть к таким правилам.

Кристал кивнула – впервые за весь разговор в её взгляде мелькнуло что‑то похожее на одобрение. Она чуть расслабила плечи, но спина осталась прямой, а взгляд – острым.

– Время – роскошь, которой у нас нет. Эштон был в Париже три дня назад. Сейчас он находится в Марселе, по нашим данным. Мы должны найти его раньше, чем он завершит сделку.

Она достала из сумки карту города, разложила на столике. Бумага чуть шелохнулась от потока воздуха из кондиционера. Кристал провела пальцем по маршруту:

– Вот места, где он мог бы остановиться. Вот маршруты его возможных перемещений. Вот точки, где может пройти сделка. У нас есть шесть часов, чтобы определить наиболее вероятный вариант.

Фил склонился над картой. Его пальцы дрогнули, но он заставил себя сосредоточиться. Он вгляделся в улицы, переулки, набережные Марселя. В голове начали складываться первые логические цепочки.

– Ладно, – он глубоко вдохнул. – Покажи, с чего начать.

Кристал указала на три точки на карте:

– С этих мест. Разделим город пополам. Ты берёшь восточную часть, я – западную. Встречаемся через четыре часа в кафе «Ле Марсель» на бульваре Лакан. И, Грант…

Она на мгновение замолчала, и Фил заметил, что в её глазах появилось что‑то новое – не просто холод, а напряжённая сосредоточенность человека, который знает цену времени и цену ошибок. Её голос стал тише, но от этого звучал ещё весомее:

– Будь осторожен. Эштон опасен. И он наверняка уже знает, что мы в городе.

Самолёт начал снижение. В иллюминаторах замелькали огни Марселя – жёлтые, синие, красные. Город ждал их, готовый раскрыть свои тайны или поглотить в своих лабиринтах улиц. Фил сглотнул, расправил плечи и кивнул:

– Понял. Сделаю всё, как скажешь.

Кристал чуть заметно улыбнулась – впервые за день – и начала собирать вещи. Операция началась.


Глава 3


Эштон Кейн откинулся на спинку кожаного кресла, потягивая виски со льдом, и бросил взгляд на три монитора перед собой. Кабинет был оформлен в стиле хай‑тек: тёмное стекло, хромированные детали, приглушённое синее освещение. На центральном экране мелькали строки кода – его собственная разработка, хакерская программа «Глаз», отслеживающая активность Интерпола в реальном времени.

В воздухе витал аромат дорогого алкоголя и едва уловимый запах озона от работающих серверов. Эштон провёл рукой по волосам – тёмные пряди упали на лоб – и прищурился, вчитываясь в данные. Внезапно один из файлов подсветился красным – метка «Приоритет 1». Эштон нахмурился, открыл детали: «Операция „Феникс“. Цель: Э. Кейн. Ответственный: К. Морган».

– Чёрт, – Эштон резко поставил бокал на стол, виски расплескался, оставив тёмное пятно на полированной поверхности. – Кристал Морган… Интересно.

Его пальцы забегали по клавиатуре – быстро, точно, без единой ошибки. Он запускал протокол эвакуации, одновременно отслеживая данные на мониторах. Программа показала: группа захвата уже в радиусе трёх километров и движется к его местоположению.

– Слишком близко, – Эштон схватил дорожную сумку с заранее подготовленными вещами, проверил пистолет в кобуре – холодный металл привычно лёг в ладонь – и нажал кнопку на столе. Через минуту в кабинет ворвались двое телохранителей – крепкие мужчины в чёрных костюмах, с короткими стрижками и настороженными взглядами.

– Нас вычислили, – коротко бросил Эштон. – Через чёрный ход, машина у гаража. Оружие взять, но стрелять только в крайнем случае. И отключите все маячки – они могут отслеживать сигналы.

Ночь накрыла город плотной пеленой. Улицы опустели, лишь редкие фонари отбрасывали тусклые круги света на мокрый асфальт – недавно прошёл дождь, и в лужах отражались неоновые вывески. Кристал Морган в тактическом костюме цвета ночи прижалась к стене здания, осматривая территорию через прибор ночного видения. Зелёное свечение окутывало окрестности, превращая обычные предметы в причудливые силуэты.

Она глубоко вдохнула, чувствуя, как холодный воздух наполняет лёгкие. В наушниках раздавался ровный гул – канал связи был активен.

– Фил, – прошептала она в микрофон гарнитуры, – продвигайся вдоль левой стены. Держись в тени. Мы должны подойти бесшумно.

– Понял, – раздался в наушнике голос Фила. – Иду.

Группа захвата из четырёх человек рассредоточилась вокруг здания, где, по данным разведки, находился Эштон. Двое заняли позиции у главного входа, Кристал и Фил продвигались к чёрному ходу.

Кристал подавала знаки рукой – чёткий, отработанный язык жестов. Фил кивнул, понимая команду: «Прикрывай, я иду первой». Она бесшумно перебралась через низкий забор, прижалась к стене. Фил последовал за ней, но зацепил ногой старый цветочный горшок – тот с грохотом покатился по бетонным ступеням.

– Чёрт! – прошипел Фил, вжимаясь в стену. Его лицо исказилось от досады, ладони вспотели. Он бросил взгляд на Кристал, ожидая упрёка.

В здании мгновенно вспыхнули огни. Заработали прожекторы, осветив двор ярким белым светом. Тени от деревьев запрыгали по стенам, создавая иллюзию движения.

– Нас заметили! – крикнула Кристал. – В укрытие!

Из окон второго этажа раздались первые выстрелы. Пули застучали по стенам, высекая искры. Одна из них пролетела в сантиметре от головы Фила – он инстинктивно пригнулся.

– Отходим к переулку! – приказала Кристал, делая перекат и укрываясь за мусорными контейнерами. Металл заскрипел под её весом. – Фил, за мной!

Но Фил замешкался – он пытался перезарядить оружие, когда один из телохранителей Эштона выскочил из боковой двери. Короткая очередь – и Фил упал, задев плечом стену. Ткань куртки порвалась, на рукаве проступила кровь.

– Грант! – Кристал бросилась к нему, схватила за рукав и рывком втянула в укрытие. – Ранен?

– Цел, – выдохнул Фил. Его голос дрожал, но он старался говорить уверенно. – Просто зацепило.

Тем временем Эштон уже спускался по пожарной лестнице. Он заметил движение у контейнеров, прицелился и сделал два выстрела наугад. Одна из пуль разбила фонарь над головой Кристал – осколки стекла посыпались на асфальт.

– Он уходит! – крикнула она, выглядывая из‑за укрытия. – Фил, прикрой!

Она бросилась вперёд, стреляя в воздух, чтобы заставить противника залечь. Эштон уже добежал до чёрного внедорожника, припаркованного у ворот. Один из его телохранителей открыл огонь, прикрывая отход.

– В машину! – крикнул Эштон, запрыгивая на пассажирское сиденье.

Автомобиль рванул с места, протаранив заграждение и вылетая на шоссе. Три выстрела Кристал попали в заднее стекло, но внедорожник уже набирал скорость, исчезая в темноте.

– Проклятье! – она ударила кулаком по стене. Кирпич царапнул кожу, но она не почувствовала боли. Её лицо было бледным от злости, пальцы сжимали пистолет так, что побелели костяшки. – Он ускользнул!

Фил подбежал, тяжело дыша. Его куртка была порвана, на щеке – ссадина.

– Или он нас переиграл, – задумчиво произнёс Фил. – Может, у него есть доступ к нашим данным? Мы почти взяли его…

– Почти – это провал, – отрезала Кристал. Её голос звучал жёстко, почти безжалостно. – Он знал. Кто‑то предупредил его.

Кристал замерла. Мысль была неприятной, но логичной. Она закрыла глаза на мгновение, пытаясь собраться с мыслями.

– Проверь все каналы связи, – приказала она. – Если Эштон взломал систему – нам нужно знать, как глубоко он проник.

Спустя час группа начала сворачивать операцию. Кристал мрачно смотрела, как агенты собирают оборудование: приборы ночного видения, радиостанции, аптечки. В воздухе витал запах пороха и металла.

– Возвращаемся на базу, – бросила она Филу. – Здесь больше делать нечего.

Они уже направлялись к микроавтобусу, когда один из агентов окликнул:

– Агент Морган! Здесь раненый!

Кристал обернулась. В тени стены, наполовину скрытый мусорным баком, лежал мужчина в тёмном костюме – один из охранников Эштона. Он слабо шевелил рукой, пытаясь приподняться. Его лицо было бледным, на лбу выступили капли пота, рубашка пропиталась кровью.

Кристал медленно подошла, окинула его взглядом и ухмыльнулась – холодно, расчётливо.

– Живой, – констатировала она. – Отлично.

– Пристрелить? – предложил один из агентов, поднимая оружие. Его голос звучал равнодушно, будто он предлагал выбросить мусор.

– Нет, – резко остановила его Кристал. – Грузите в машину. Окажите первую помощь.

Фил удивлённо поднял брови:

– Что? Зачем? Он же один из них!

– Именно поэтому, – бросила Кристал. Её глаза сверкнули в темноте. – Живой он нам полезнее мёртвого.

Агенты переглянулись, но возражать не стали. Они аккуратно подняли раненого, перевязали кровоточащую рану на плече и уложили на заднее сиденье микроавтобуса.

– Доставить в полевой госпиталь, – распорядилась Кристал. – Как только стабилизируют состояние – перевезти в допросную.

Фил шёл рядом, не сводя с неё взгляда:

– У меня есть план, – коротко ответила Кристал. – Но пока он работает, никто не должен знать деталей. Даже ты, Фил.

– Ты что‑то задумала?

Она села в машину, последний раз оглянулась на здание, откуда ускользнул Эштон. В её глазах больше не было злости – только холодный расчёт и уверенность.

– Этот охранник – наш ключ, – тихо добавила она. – И он расскажет всё, что нам нужно.

Фил промолчал, но в голове уже складывались фрагменты головоломки. Кристал никогда не действовала наугад. Если она решила сохранить жизнь врагу – значит, видела в этом стратегическое преимущество.

Микроавтобус тронулся с места. Город оставался позади, а впереди ждала новая фаза охоты. Кристал смотрела в окно, мысленно прокладывая маршрут к острову Эштона – теперь у неё был шанс его найти.

Два дня спустя. Заброшенный ангар за чертой города.

Мы долго общались с ним, сидя в допросной. Точнее молчали. Поэтому я приняла решение. Его перевезли в местечко поинтереснее. Ржавые балки, осыпающаяся штукатурка, запах сырости и машинного масла. Свет проникал через разбитые окна, рисуя на полу геометрические узоры. В центре помещения стоял стул, к которому был привязан мужчина средних лет с окровавленной повязкой на плече. Пулевое ранение в руку – то самое, которое он получил во время перестрелки. Его рубашка была грязной, пропитанной потом и кровью, волосы спутались, лицо осунулось от боли и усталости.

Кристал стояла напротив, её силуэт чётко вырисовывался в полосе солнечного света. Она была спокойна, собранна, движения – отточены до автоматизма. Чёрная водолазка подчёркивала стройность фигуры, тактический пояс с подсумками плотно облегал талию. В глазах – ни тени эмоций, только холодный расчёт.

– Последний раз спрашиваю, – её голос звучал ровно, без эмоций. – Где Эштон?

Пленник поднял взгляд. Его глаза были красными от недосыпа, губы дрожали. Он усмехнулся, но в глазах читался страх:

– Ничего не скажу. Ты ничего не докажешь.

Кристал молча подошла к столу у стены. На нём лежали инструменты: нож, плоскогубцы, провода, шприц с прозрачной жидкостью. Она взяла нож – лезвие блеснуло в солнечном луче, даже рукоятка была в засохшей крови. Медленно, демонстративно, она провела пальцем по острию, затем приблизилась к пленнику и ввела лезвие в ещё незажившую рану на его плече.

Мужчина вскрикнул от боли, его тело содрогнулось. Пот выступил на лбу, вены на шее вздулись.

– Хорошо! – выдохнул он, задыхаясь. – Хорошо, я скажу. У него резиденция. Остров в южной части Тихого океана. Координаты…

Он продиктовал долготу и широту. Кристал записала данные в коммуникатор, проверила по карте. Точка находилась в районе малонаселённых островов – клочок суши среди бескрайних вод.

– Туда можно попасть только морем или вертолётом, – продолжил пленник, его голос дрожал. – Лодки у причала в ближайшей деревне. Но охрана…

– Что за остров? – перебила Кристал, наклоняясь ближе. Её голос оставался ровным, но в глазах мелькнуло что‑то – не интерес, а скорее предвкушение охотника, который вышел на след.

– Частный. Полностью автономный. Дом, охрана, причал. Он там бывает, когда нужно залечь на дно. Там серверы, оборудование… Он считает это место неприступным.

Кристал выпрямилась, закрыла коммуникатор. Эмоции ушли – осталась только цель. Она достала пистолет, направила на пленника. Выстрел прозвучал глухо, эхом отразившись от стен ангара. Фил, стоявший в стороне, вздрогнул, его лицо побледнело.

– Ты… ты могла его оставить, – пробормотал он, отводя взгляд от тела на стуле.

– Могла, – Кристал вытерла пистолет мягкой тканью и убрала в кобуру. Её движения были механическими, будто она проделывала это сотни раз. – И через час весь Интерпол знал бы, что мы ищем остров. А Эштон уже был бы в другом полушарии.

– Собирайся. Мы летим к океану, – она повернулась к выходу, её шаги эхом отдавались в пустом ангаре.

Фил посмотрел на тело на стуле, потом на Кристал. В её глазах больше не было злости – только холодная решимость, будто она уже видела следующий шаг в этой игре.

– Ты всегда такая? – тихо спросил он. – Без эмоций, без жалости?

– Когда дело касается Эштона – да, – ответила Кристал, не оборачиваясь. Она остановилась у двери, на мгновение замерла, глядя на ржавые балки и разбитые окна. – Жалость – роскошь, которую я не могу себе позволить. Он должен быть остановлен. Любой ценой.

Она вышла из ангара. Солнце слепило глаза, но она не щурилась – смотрела вперёд, туда, где на горизонте начиналась вода. Ветер трепал её волосы, пахло солью и металлом. Остров ждал. И Эштон ждал. Игра только начиналась.

На улице Фил догнал её, схватил за рукав:

– Послушай, – его голос звучал напряжённо. – Я понимаю, что ставки высоки. Но ты… ты меня пугаешь. Ты готова на всё.

Кристал остановилась, повернулась к нему. Впервые за долгое время в её взгляде мелькнуло что‑то человеческое – усталость, может быть, даже сомнение.

– Я не выбирала этот путь, Фил. Он выбрал меня. Когда мой напарник погиб, я поклялась, что больше никто не умрёт из‑за моей слабости. Эштон – не просто хакер. Он – угроза. И пока он жив, никто не в безопасности.

Фил помолчал, потом кивнул:

– Ладно. Я с тобой. Но давай попробуем обойтись без лишних жертв? Хотя бы попытаться.

Кристал чуть заметно улыбнулась – впервые за последние дни:

– Постараюсь. Но обещаний не даю.

Они направились к машине. Вдали гудел аэропорт, где их ждал частный самолёт. Впереди – океан, остров и Эштон Кейн. Кристал глубоко вдохнула, чувствуя, как в груди разгорается огонь решимости. Она знала: на этот раз всё будет иначе.


Глава 4


Номер в дешёвом отеле «Норд» выглядел так, будто его не ремонтировали с прошлого века: выцветшие обои в полоску, местами отошедшие от стен и загнувшиеся, как старые фотографии; скрипучая кровать с продавленным матрасом, пружинами, норовящими проткнуть ткань; окно с плохо прилегающей рамой, пропускающей уличный шум и сквозняк, от которого дрожали стёкла. В воздухе витал запах сырости, старой краски и чего‑то едкого – будто здесь когда‑то курили в неположенных местах.

Кристал сидела за шатким столиком у окна, разложив на нём распечатки спутниковых снимков острова, карту прибрежных течений, блокноты с пометками, карандаш и маленький фонарик. Её пальцы скользили по линиям на карте, но она хмурилась – данных было катастрофически мало. Свет неоновой вывески кафе напротив проникал в комнату, окрашивая бумаги в пульсирующий красный оттенок.

Фил стоял у окна, глядя на эту вывеску – она мигала, то загораясь, то гаснув, создавая иллюзию тревоги. Он обернулся, провёл рукой по волосам, взъерошив их:

– Кристал, ты уверена? Мы не спецназ. Без поддержки, без прикрытия… На этом острове нас просто сметут.

Кристал подняла глаза. В её взгляде не было раздражения – только холодная уверенность, почти упрямство. Она поправила рукав водолазки, обнажив тонкий шрам на запястье – след давней операции.

– Именно поэтому мы не будем посвящать в план начальство, – она отложила карандаш и откинулась на спинку стула. Спинка скрипнула, но выдержала. – Они пришлют группу захвата, поднимут шум, и Эштон уйдёт через запасной тоннель. Опять.

– Но мы вдвоём? – Фил покачал головой, подошёл ближе и оперся о стол. Его тень упала на карту, частично закрыв линию берега. – Это самоубийство. Охрана, датчики, дроны… Ты же сама говорила, что у него там целая крепость!

– Да, данных мало, – признала Кристал. Она провела пальцем по краю спутникового снимка, где остров выглядел как тёмное пятно на фоне голубой воды. – Спутники не дают чёткой картинки – остров экранирован. Разведка не была – слишком далеко и слишком хорошо охраняется. У нас есть только обрывки: старые карты течений, пара размытых фото из соцсетей какого‑то туриста, который случайно снял берег. Но этого достаточно.

Она развернула карту, указала на северную сторону:

– Вот тоннель. Вход с северной стороны. Глубина неизвестна – предположительно до трёх метров, но в прилив может быть меньше. Мы возьмём акваланги, проберёмся до коллектора. Может, он ведёт прямо в подвал резиденции. Там нет камер – только датчик движения. Я отключу его с помощью глушилки.

– А если… – Фил сел напротив, его стул скрипнул. Он наклонился вперёд, локти упёрлись в стол. – Если это ловушка?

– Возможно, – Кристал пожала плечами, её взгляд стал отстранённым, будто она уже видела этот тоннель, ощущала холодную воду вокруг. – Но других вариантов нет. Мы не можем ждать, пока Эштон нанесёт удар. Если он запустит хакерскую атаку, пострадают тысячи. Мы должны действовать сейчас.

Фил вздохнул, провёл ладонью по лицу:

– Ты всегда так спокойна? Как будто не о жизни речь, а о шахматной партии.

Кристал помолчала, потом заговорила тише. Её голос стал мягче, но в нём звучала сталь:

– Когда мой прошлый напарник погиб, я пообещала себе: больше никаких ошибок. Больше никаких «почти». Если я берусь за дело, я должна контролировать каждый шаг. Да, я не знаю всего. Не знаю точного расположения постов охраны, не знаю, сколько там людей, не знаю, какие у Эштона новые системы безопасности. Но я знаю одно: если мы не попробуем – он победит. И тогда погибнут другие.

Она снова склонилась над картой, провела пальцем по линии берега, будто ощупывая её на ощупь.

– Мы проберёмся ночью, в прилив. Добираться надо на корабле. Долетим до ближайшего города, найдём там человека, который нас переправит. Там наверняка есть патрули, нам нужно будет время, чтобы изучить их маршрут. Возможно, кого‑то придётся ликвидировать, чтобы добраться до тоннеля. Только тихо. Использовать только ближний бой. Я отключу систему безопасности, заблокирую выходы. Эштон не ждёт, что кто‑то рискнёт лезть через тоннель. Это наш шанс.

– Шанс – это когда есть план, – Фил нахмурился, его пальцы непроизвольно сжали край стола. – А у нас обрывки информации.

– План строится из того, что есть, – Кристал подняла глаза. Её взгляд был твёрдым, почти гипнотическим. – Я не могу ждать идеальных условий. Эштон их не ждёт. Он действует, когда видит возможность. И я буду действовать так же.

Фил помолчал, потом спросил уже тише, почти шёпотом:

– Почему ты так уверена, что справишься? Что, если что‑то пойдёт не так?

Кристал впервые за вечер посмотрела ему прямо в глаза. В её взгляде мелькнуло что‑то, чего Фил раньше не видел – не злость, не холод, а глубокая, выстраданная решимость. Она чуть наклонилась вперёд, и свет неоновой вывески отразился в её глазах, придав им странный, почти потусторонний блеск.

– Потому что я не могу позволить себе проиграть снова, – её голос звучал почти шёпотом, но каждое слово звучало отчётливо, как удар метронома. – В прошлый раз я доверилась системе. Доверилась напарнику. И он погиб. Теперь я доверяю только себе. И своим инстинктам. Да, данных мало. Но я чувствую: этот путь – правильный.

Она свернула карту, аккуратно сложила распечатки, убрала всё в сумку. Движения были чёткими, выверенными – ни одного лишнего жеста.

– Отдыхай. Выдвигаемся завтра на рассвете.

Фил лёг на вторую кровать, но не спал. Он видел, как Кристал стоит у окна – силуэт на фоне неоновой вывески, прямая спина, сжатые кулаки. Она выглядела не как человек, а как механизм, настроенный на одну цель.

«Она не просто хочет поймать Эштона, – подумал Фил. – Она хочет доказать что‑то. Себе. Прошлым ошибкам. Тени погибшего напарника».

Кристал обернулась, поймала его взгляд и слегка улыбнулась – впервые за весь вечер по‑настоящему. Улыбка была короткой, но тёплой, почти человеческой.

– Спи, Фил. Завтра будет долгий день.

За окном мигала неоновая вывеска, ветер стучал оконной рамой. Где‑то вдалеке гудел поезд. Кристал погасила фонарик, подошла к своей кровати и села, глядя в темноту. В голове крутились схемы, маршруты, расчёты – она мысленно прокладывала путь к острову, проверяла каждый шаг, искала слабые места в обороне Эштона.