Neo7
Последний урок

Глава

Последний Урок

Часть первая. Наставления

Зимний ветер гулял по каменным коридорам дворца, но в малом тронном зале было натоплено жарко. Старый канцлер Орсо, сгорбленный годами, но с глазами, всё ещё острыми как лезвие кинжала, стоял у окна. Он смотрел, как внизу, во внутреннем дворе, солдаты муштруют новобранцев.Позади него, на ступенях трона, сидел принц Теодоро. Ему только что исполнилось шестнадцать, и сегодня утром его отец, король, слёг с лихорадкой, из которой мог и не выйти.– Орсо, – голос принца дрогнул, – я боюсь. Я чувствую… Я чувствую себя просто мальчишкой. Разве король не может быть просто хорошим человеком?Орсо медленно повернулся. Его лицо было непроницаемо.– Нет, – ответил он коротко. – Король не может быть обычным человеком. Это первое, что ты должен усвоить, если хочешь дожить до утра. Он не должен вести себя и проявлять чувства как обычный человек. Король должен быть готов совершать самые ужасные поступки поперёк своей совести, если он хочет выжить.Он подошёл ближе, опираясь на тяжёлую трость.– Выжить должен не ты, Теодоро. Выжить должна страна. А это значит, что твои чувства – это роскошь, которую может позволить себе нищий. Ты же – раб своей короны.Принц поднял глаза, полные боли. – Но как мне заглушить эту боль? Как приказать сердцу не плакать, когда я вижу несправедливость?– Ты не имеешь права на слабость, – голос старика стал жёстче, почти безжалостным. – Потому что твоя слабость – это сотни гниющих на поле боя тел. Твоя жалость сегодня – это гражданская война завтра. Научись смотреть на предателя не с гневом, а с холодным любопытством. Научись смотреть на смерть друга и не моргнуть – потому что за этим морганием последует буря. Твои слёзы предназначены только для подушки в полном одиночестве, да и там они должны быть беззвучны.Теодоро сжал кулаки, пытаясь удержать рвущуюся наружу дрожь. – Но народ… Они же увидят во мне чудовище, если я буду таким.– Запомни, мальчик, – Орсо шагнул ещё ближе, его трость глухо стукнула о каменный пол. – Народ никогда не любит короля. Народ любит только сытость и порядок. Если ты добр, тебя сочтут слабым и сожрут. Если ты жесток, но справедлив – тебя будут бояться, а страх – это единственная валюта, которая никогда не обесценивается в политике.Он склонился к уху принца, его голос стал почти шёпотом, но от этого ещё более весомым.– Совесть – это компас для идущего по равнине. Но путь короля лежит через горы, где компас давно разбит. Поступай не поперёк совести, а поперёк жалости к себе. Ужасные поступки потому и называются ужасными, что их последствия ложатся на тебя одного. Это твоя ноша. Неси её молча.В зале повисла тишина. Было слышно только потрескивание свечей и завывание ветра за толстыми стенами. Принц смотрел на свои руки, лежащие на коленях. Они казались ему чужими, слишком белыми и чистыми для того, что им предстояло сделать.Орсо выпрямился. Он вдруг показался не просто стариком, а великаном, тень от которого, колеблемая пламенем свечей, закрывала собой половину зала.– И запомни это на всю твою, возможно, недолгую жизнь, – начал он свой третий, последний урок, и голос его зазвучал как погребальный колокол. – Выживание короля – это выживание страны. И если для спасения страны нужно сжечь дотла собственную душу – разжигай костёр. Ибо нет большего предательства, чем позволить себе умереть, будучи правителем, в угоду своим моральным принципам.Он положил сухую, горячую ладонь на плечо Теодоро.– Помни: трон – это одиночество, возведённое в абсолют. Либо ты перестаёшь быть человеком, либо перестаёшь быть королём. Третьего не дано.Теодоро поднял голову. В его глазах больше не было слёз. Они были сухими и блестели, как два куска полированного обсидиана.– Я понял, Орсо, – сказал он. Голос его не дрожал.Старый канцлер кивнул. Он знал, что сегодня родился король. И только ему одному было видно, как дрогнула на мгновение рука, лежавшая на плече принца, – словно оплакивая того мальчика, который только что умер, так и не взойдя на трон.–