Дмитрий Корсол
«Белая звезда надежды»

«Школа будущего: Квантовые тайны и сила мысли»

Москва 2077 год Ученица престижной Школы Космонавтов №1, одного из самых современных образовательных центров столицы, вошла в просторный холл, сверкающий прозрачными стенами и растениями, свободно растущими прямо вдоль стеклянных перегородок классов. Девушка села за индивидуальный интерактивный стол с голографическим проектором и сенсорным экраном, реагирующим на жесты и мысли ученика. Голограмма учителя уже ждала её и улыбнувшись приветливой улыбкой, произнесла: – Доброе утро, Катя! Сегодня мы отправляемся в увлекательное путешествие по квантовой физике и искусственному интеллекту. Ты готова открыть новые горизонты? Катя радостно кивнула, чувствуя искреннюю любовь к школе , где учёба была захватывающим приключением, полным новых открытий и вдохновения. Учительница подняла руку, и перед ней возникла объёмная голограмма солнечной системы, она переливалась яркими красками и медленно вращалась в воздухе. – Сегодня мы поговорим о самом интересном открытии последних лет – квантах сознания. Представьте, что каждая мысль человека похожа на крошечную частицу, путешествующую по Вселенной быстрее скорости света. Эти частицы способны проникать сквозь пространство и время, соединяя разум человека с окружающим миром. Катя внимательно наблюдала, как учительница коснулась пальцем голограммы Земли, и планета тут же превратилась в огромную клетку мозга, состоящую из миллиардов мерцающих точек-сознания. – Вот смотри, Катя, твой мозг каждую секунду создаёт миллионы связей, превращая обычные знания в настоящие открытия. Сейчас ты сама почувствуешь их. Девушка надела лёгкую нейро-шапочку, похожую на изящную диадему, и закрыла глаза. Через мгновение её сознание мягко погрузилось в океан образов и ощущений: яркие вспышки звёзд, мелодичные звуки музыки сфер, мягкие волны энергии, перетекающие между людьми и предметами. – Ого! – выдохнула Катя, открывая глаза. – Я чувствую, как моё сознание связано со всей школой и с каждым человеком вокруг меня! Учительница подошла ближе и по-дружески улыбнулась: – Именно так, Катя! Ты открыла дверь в квантовую реальность. Теперь твоя задача – научиться управлять этими связями осознанно. Хочешь попробовать создать что-нибудь своими мыслями? Катя сосредоточилась, представила яркий цветок лотоса, распускающийся прямо посреди класса. Постепенно лепестки цветка проявились в воздухе, становясь всё чётче и реалистичнее, пока не расцвели полностью, излучая мягкое сияние и нежный аромат. – Потрясающе! – восхитилась девушка. – Получается, я действительно могу творить чудеса силой мысли?! Учитель тепло улыбнулся: – Абсолютно верно, Катя! И это только начало твоих возможностей. В нашей школе мы учимся раскрывать потенциал человеческого разума, чтобы завтра вы смогли изменить Вселенную к лучшему. Внимательно смотря ей в глаза, она продолжила: – Катя, ты сегодня показала потрясающие результаты, но помни – впереди главное испытание. Через неделю экзамен: физический полёт до Юпитера и это не просто проверка знаний, это настоящий тест на зрелость будущих космонавтов! Катя почувствовала, как ее сердце забилось чаще, а по спине пробежал лёгкий холодок волнения. Учительница заметила её реакцию и мягко улыбнулась: – Не переживай. Она подошла ближе и положил руку ей на плечо: – Я верю в тебя, ты справишься. Но помни: настоящий космонавт – это не только талант, но и дисциплина, терпение и умение работать в команде. Катя поспешила на тренировку в аэрокосмический спортзал, где вместе с одноклассниками осваивала невесомость в условиях открытого космоса. Затем посетила лабораторию космических биотехнологий, где выращивала особые растения, способные выживать в экстремально низких температурах спутников Юпитера. Учитель-космонавт объяснял особенности атмосферы газового гиганта и рассказывал про предстоящую экспедицию учеников старших классов, которым предстоит совершить исторический полёт к спутникам Юпитера – Европе и Ганимеду. Уроки закончились, и ребята отправились в школьный парк приключений – огромный зелёный лабиринт с интерактивными зонами и образовательными аттракционами. Вскоре вся компания оказалась у огромного дерева-экранопланта, покрытого мягкой изумрудной листвой, светящейся в темноте разноцветными узорами. – Ну что, друзья, проверим нашу совместную телекинез-тренировку? – предложил Валентин, лучший друг Кати и чемпион школьного турнира по управлению силой мысли. Ребята собрались в круг и взялись за руки. Экранпланта вспыхнул ярким светом, показывая голографический шар, медленно вращавшийся в центре группы. – Закроем глаза, сосредоточимся на дыхании, – негромко сказала Катя, вспоминая утренний урок. – Представьте, как энергия течёт между нами, создавая единое поле силы… Шар начал медленно подниматься вверх, увеличиваясь в размерах и меняя цвета в такт их мыслям и эмоциям. Друзья улыбнулись друг другу, ощущая невидимую нить понимания и единства. – А теперь давайте попробуем что-нибудь поинтереснее! – предложила Тамара, самая смелая девчонка в классе. – Помните тот квест с затонувшим городом Атлантиды, который мы проходили на прошлой неделе? Ребята переглянулись и дружно закивали. Тамара взмахнула рукой, и пространство вокруг них внезапно изменилось: деревья стали прозрачными коралловыми рифами, земля превратилась в песчаное морское дно, а сами школьники почувствовали приятное покалывание прохладной воды вокруг ног. Они оказались в подводном городе древних атлантов, окружённые хрустальными башнями, мерцающими жемчужинами мостов и загадочными статуями давно забытых богов океана. Вода вокруг переливалась тысячами оттенков синего и бирюзового, а стайки светящихся рыб спокойно плавали совсем близко, словно приветствуя юных исследователей. – Впереди храм Посейдона! – воскликнула Катя, указывая вперёд. – Помните, именно там спрятан артефакт древней мудрости, который мы должны найти? Макс уверенно двинулся вперёд, ведя друзей по древним улицам города-призрака. Вдруг откуда-то снизу донёсся тихий гул, и из глубины океана появилась огромная фигура морского чудовища – древнего стража храма, охранявшего священные сокровища Атлантиды. Монстр угрожающе возвышался над ребятами, вода вокруг бурлила и пенилась, а глаза чудища светились зловещим красным огнём. – Не бойтесь! – спокойно произнесла Катя, крепко сжимая руку Тамары. – Мы пришли с миром и добрыми намерениями. Покажем ему наше единство, друзья! Подняв ладони вверх, они объединили свои мысли и энергию, формируя вокруг себя сияющее золотистое поле любви и дружбы. Чудовище замерло, его красные глаза медленно потухли, сменяясь тёплым голубым свечением. Оно опустило голову, пропуская школьников внутрь древнего храма. Войдя внутрь, ребята увидели огромный прозрачный кристалл, пульсирующий мягким светом и теплом. Подойдя ближе, Катя осторожно коснулась кристалла ладонью, и в голове мгновенно вспыхнули образы и знания древних цивилизаций, мудрость тысячелетий и понимание истинного предназначения человечества. – Теперь мы знаем, – тихо прошептала девочка, поворачиваясь к друзьям, – настоящая сила не в технологиях или власти, а в нашем единстве, доброте и способности любить весь мир вокруг нас.

«От старта до звёзд: первое прикосновение к космосу »

Космодром, заливался мягким серебристым светом гигантских голографических экранов. Ракета «Звёздный Ветер» размещалась на стартовом столе, – гладкий корпус переливался отражённым светом, а огромные плазменные двигатели светились приглушенным голубоватым свечением. Экипаж из пятерых космонавтов, пристегнувшись ремнями безопасности удобно устроился в креслах командной рубки в ожидании старта. Капитан Алексей Волков внимательно следил за экранами приборов и давал короткие команды членам экипажа. Остальные: Тамара, Макс, Валентин и Катя – внимательно смотрели на экраны компьютеров, чувствуя волнение и радость от предстоящего путешествия. Прозвучал голос бортового компьютера: – Начинаю отсчёт! Сердца астронавтов забились чаще, дыхание стало глубоким и спокойным. Вокруг ракеты загорелись разноцветные лазерные лучи, сканирующие поверхность и проверяя готовность систем. Атмосфера напряжённой тишины сменилась нарастающим гулом двигателей. – Три… два… один… пуск! В тот же миг корабль слегка затрясся, и космонавтам показалось, будто кто-то очень сильно толкает их снизу. Дыхание стало затрудненным, живот провалился куда-то вниз. Ракета плавно отрывалась от земли, мощные двигатели гудели, наполняя кабину протяжным гулом. Огненные струи плазмы вырывались из сопел двигателей, создавая ослепительное свечение и мощный поток отбрасываемой воздушной массы Набирая высоту, она превратилась в маленькую звезду, постепенно исчезая среди созвездий, пока совсем не растворилась в бесконечной синеве неба. Через прозрачные иллюминаторы видно было, как уходит вниз: знакомое очертания космодрома, зелёные леса и поля, реки и города, пушистые облака, биосфера— тонкая плёнка жизни вокруг каменного шара. Голос компьютера сообщил: – Двигатели работают штатно, система стабилизации в норме. Высота пятьдесят километров, скорость пять тысяч километров в час. Ракета выходила в космос. Сначала космонавты увидели почти плоскую Землю, с едва уловимыми признаками изгиба у горизонта ; поднимаясь выше, стала проглядываться кривизна планеты, постепенно превращаясь в не идеальный шар: слегка сплюснутый у полюсов и расширенный у экватора, окутанный тончайшей воздушной дымкой – тонкой оболочкой атмосферы нежно голубой у горизонта, темнеющая до фиолетового и постепенно переходящей в черноту космоса —Работа боковых ускорителей завершена. Индикаторы на панели управления последовательно переключались зелёным светом, подтверждая успешное отделение отработавших ускорителей и переход корабля на основную тягу центральных двигателей. – Высота – четыреста пятьдесят километров, скорость возрастает стабильно, – доложил навигатор. Алексей Волков, внимательно следил за показаниями приборов, слегка расслабляя пальцы на рукоятке управления: – Отлично. Продолжаем подъём. Макс, как самочувствие команды? Бортинженер быстро взглянул на монитор состояния экипажа: – Всё в норме, командир. Небольшая перегрузка, но система амортизации справляется штатно. Катя, сидевшая, неподалеку от Валентина, смотрела в панорамный иллюминатор, чувствуя лёгкое головокружение от ускорения. Несмотря на тренировки и симуляции, реальный космический полёт воспринимался совершенно иначе – захватывающе и одновременно спокойно, словно она вернулась домой. – Чувствуешь? – улыбнулась она Валентину. – Это особенное чувство полёта, правда? Валентин кивнул, не отрывая взгляда от стремительно удаляющейся планеты: – Да, Катя… Земля становится всё дальше и круглее. Прямо как в учебниках, но намного красивее и волшебнее. – Модуль ориентации подтверждает выход на расчётную траекторию, – сообщил борт-компьютер. – Внимание экипажа! – произнес командир, регулируя настройки навигационной системы.. – Корабль входит в сферу Хилла Юпитера. – Радиус зоны гравитационного доминирования составляет приблизительно 5 миллионов километров.– Сообщить о состоянии двигателей. – Контроль тяги включён, двигатели работают в штатном режиме, – доложил Макс, внимательно следя за показателями энергетической установки. – Перегрузки в пределах нормы. – Навигационный модуль фиксирует мощные магнитные возмущения, – сообщила штурман Тамара, корректируя курс корабля. Валентин, сидевший, на месте второго пилота, произнес: – Рекомендую перейти на ручное управление, командир. Алексей кивнул, перехватывая джойстик управления: – Принято. Переключаюсь на ручной режим. Всем быть внимательнее – гравитация Юпитера уже влияет на наши системы. Катя, сидела и смотрела в панорамный иллюминатор, чувствуя, как корабль слегка покачивается от воздействия колоссальных гравитационных полей. – Потрясающе, – тихо произнесла она, наблюдая, как постепенно увеличивается газовый гигант, окружённый кольцами радиационных поясов и миниатюрными спутниками. – Скоро мы увидим Европу и Ганимед своими глазами… – Точно, – улыбнулся Валентин. – И помни, Катя, сейчас ты не просто выпускница школы – ты член экипажа исследовательской миссии. Твои знания квантовой физики и телепатической связи с кораблем могут сыграть ключевую роль в изучении спутников Юпитера. Катя улыбнулась, чувствуя, как внутри поднимается волнение и гордость. Впереди их ждали уникальные открытия и исследования, о которых она мечтала с детства. – Модуль связи зафиксировал сигналы автоматической станции «Юнона», – доложил бортовой компьютер. – До орбиты Европы осталось несколько недель полета. Курс коррекции включён автоматически. Экипаж «Звёздного Ветра» настроился на долгую, но захватывающую экспедицию к загадочным спутникам газового гиганта, чувствуя, как сердце каждого из них наполняется предвкушением великих открытий и новых впечатлений. Алексей Волков улыбнулся, внимательно глядя на показания навигационных систем: – Ну что, ребята, похоже, мы официально покинули Землю. Каждый знал – это начало самого захватывающего приключения в их жизни. Годами они мечтали о таком полёте, представляли этот момент, и вот наконец он настал – их корабль приближался к загадочному Юпитеру, планете-гиганту, окутанной тайнами и легендами. Катя, прижалась лбом к холодному стеклу иллюминатора, видя, как уменьшается Земля, превращаясь в бледно‑голубую точку – Земля отсюда, совсем неотличима от звезды! – прошептала она, не отрывая восторженного взгляда от стремительно уменьшающейся планеты. Рядом с ней Валентин, дружески улыбаясь, произнес: – Знаешь, Катя, я всегда думал, что космос – это холодно и пусто. А теперь понимаю – он живой, тёплый и бесконечно притягательный! Экипаж, обменивался тихими шутками, чувствуя, как нарастает общее возбуждение и азарт первооткрывателей. – Модуль навигации подтверждает полный выход из гравитационного доминирования Земли , – спокойно сообщил бортовой компьютер, регистрируя изменение показаний приборов. – Ориентация стабильна, курс на Юпитер контролируется автоматически. Алексей, перехватив взгляд Кати, улыбнулся ей, чувствуя гордость и нежность. Он знал – эта экспедиция станет переломным моментом не только для экипажа корабля, но и для самой Кати, открывшей для себя космос и своё истинное призвание. – Еще несколько недель полёта впереди, – произнёс он негромко, глядя на показания часов. – Но теперь я абсолютно уверен – мы готовы ко всему. Экипаж дружно улыбнулся, чувствуя, как начинается величайшее космическое путешествие их жизни – к загадочному Юпитеру, его таинственным лунам и открытиям, которые навсегда изменят их судьбы и представление о Вселенной.

« Гравитационный маневр. Юпитер»

Проходили дни и недели полёта. Экипаж привык к постоянному равномерному темпу жизни в условиях невесомости. Каждый член команды знал своё дело и выполнял обязанности чётко и профессионально. Катя занималась квантовыми экспериментами и изучением телепатической связи. Командир Алексей Волков регулярно проводил тренировки экипажа и проверял навигационное оборудование, Валентин—второй пилот и Макс —бортмеханик, обслуживали двигатели и системы жизнеобеспечения, а Тамара-штурман составляла точные расчёты курса и следила за показаниями навигационных систем Внезапно голос бортового компьютера прорезал напряжённую тишину кабины: – Рекомендую соблюдать повышенную осторожность и скорректировать траекторию движения. Экипаж насторожился, переглянувшись с тревогой и напряжением. – Что там у тебя, бортовой? – спокойно спросил Алексей, внимательно глядя на панель управления. – Какие проблемы возникли? Компьютер незамедлительно предоставил подробную информацию: – Впереди по курсу, зафиксировано резкое повышение плотности микрометеорного потока. Возможен риск повреждений обшивки и систем корабля. Рекомендую отклониться от текущего курса на 18 градусов вправо. Тамара быстро ввела новые координаты в навигационную систему, внимательно сверяясь с показаниями сенсоров: – Командир, отклонения подтверждены. Микрометеорный поток плотный и обширный, обойти его целиком не получится. Предлагаю маневр зигзагообразного обхода. Алексей задумался, внимательно изучая показания приборов: – Принято. —Макс, готовься к возможным перегрузкам и проверь аварийные системы. —Валентин, следи за состоянием обшивки и внешним видео-наблюдением. Экипаж моментально приступил к подготовке, проверяя системы защиты и пристёгивая страховочные ремни. Катя, сосредоточившись, закрыла глаза и протянула руку к панели управления: – Алексей, разрешите повести корабль применяя телепатический контроль? Я чувствую корабль как продолжение себя, возможно, смогу точнее провести манёвр. Алексей на мгновение задумался, затем решительно кивнул: – Действуй, Катя. Только осторожно, не перенапрягайся. Девушка сосредоточилась, мягко коснувшись панели управления мысленным импульсом. Корабль откликнулся мгновенно, плавно и мягко начав плавный манёвр уклонения от метеоритного потока. – Отлично, Катя! – похвалил Алексей, наблюдая за показаниями приборов. – Твой метод эффективнее стандартного автопилота! В иллюминаторах корабля экипаж увидел захватывающее зрелище – яркие вспышки сгорающих метеоритов, проносящихся параллельно курсу корабля, словно серебристый звёздный дождь. – Модуль защиты сообщает, – спокойно произнёс бортовой компьютер, – обнаружены незначительные повреждения обшивки правого борта. Включаю автоматическую систему ремонта. Экипаж облегчённо выдохнул, наблюдая, как роботизированные механизмы уже устраняют повреждения. – Ну что ж, – улыбнулся Алексей, поворачиваясь к команде, – похоже, первое серьёзное испытание мы прошли успешно. Но впереди нас ждёт Юпитер и его загадочные спутники. Держитесь, ребята, самое интересное только начинается! Экипаж улыбнулся, чувствуя, как крепнет их сплочённость и уверенность в собственных сил

« Загадки Юпитерианских лун «Встреча с тайнами Юпитера »

Прошло несколько недель спокойного полёта после опасного метеоритного потока. Экипаж «Звёздного Ветра» уверенно приближался к огромному газовому гиганту, постепенно попадая под влияние его мощного гравитационного поля. – Модуль ориентации предупреждает о повышенной радиации, – сообщил бортовой компьютер, выводя на экраны красноватые пятна радиационных поясов Юпитера. – Рекомендую активировать дополнительные защитные экраны. Алексей Волков, внимательно изучая показания приборов, решительно нажал несколько кнопок на панели управления: – Активирую защитные экраны. Тамара, проверь уровень радиации в жилых отсеках. Девушка быстро проверила показатели: – Уровень радиации повышается, но защитные системы держат отлично. Пока всё в норме. Катя, внимательно посмотрела на датчики электромагнитного излучения: – Алексей, – тихо произнесла она, – приборы показывают странные энергетические всплески впереди. Что-то необычное происходит с магнитным полем Юпитера. Алексей нахмурился: —Тамара, проверь данные магнитометра. Штурман быстро просмотрела показания: – Действительно, командир! Магнитометр фиксирует аномалию – сильные энергетические всплески и колебания магнитного поля. Похоже, мы столкнулись с неизвестным феноменом. Алексей задумчиво почесал подбородок: – Запиши данные. Возможно, мы открыли что-то принципиально новое. Но сейчас наша первоочередная задача – исследовать спутники Юпитера: Европу и Ганимед.

« Первая встреча с Европой »

Через несколько часов корабль приблизился к первому объекту исследования – ледяной Европе, загадочной луне с подповерхностным океаном, таящим потенциальную внеземную жизнь. – Модуль сближения подтверждает выход на орбиту Европы, – сообщил бортовой компьютер. – Поверхность спутника покрыта сетью трещин и разломов, температура минус 160 градусов Цельсия. Экипаж внимательно рассматривал в иллюминаторы – белоснежную ледяную поверхность, испещрённую тёмными линиями трещин и загадочными красновато-коричневыми полосами минералов, вынесенных из глубин океана. – Включить дистанционный зонд! – скомандовал Алексей. – Катя, помоги ему проникнуть под ледяную кору. Катя подключилась к управлению исследовательским аппаратом: – Вижу воду! – воскликнула она, глаза её расширились от удивления. – Подо льдом огромный океан! И… там что-то движется! Мелкие подвижные объекты размером с рыбу! Экипаж замер, потрясённый открытием: – Мы обнаружили первую внеземную жизнь! – прошептал Валентин, не веря собственным словам. – Сохраняйте спокойствие, – произнёс Алексей, стараясь удержать эмоции экипажа под контролем. – Нам необходимо зафиксировать и изучить открытие максимально тщательно. Включить научные модули и подготовить подробный доклад для центра исследований.

« Тайны Ганимеда »

– Модуль сближения подтверждает выход на орбиту Ганимеда, – сообщил бортовой компьютер. – Поверхность спутника покрыта множеством кратеров и хребтами горных цепей. Экипаж замер у обзорных экранов. Перед ними раскинулся гигантский мир – крупнейший спутник Солнечной системы, во многом напоминавший древнюю Землю. Серовато‑бурая поверхность, испещрённая шрамами метеоритных ударов, чередовалась с белоснежными ледяными полями. В полярных областях мерцали полярные сияния – редкое явление для спутника: собственное магнитное поле Ганимеда взаимодействовало с мощными радиационными поясами Юпитера. – Впечатляет, – выдохнул Алексей. – Масштаб не уступает некоторым планетам. Тамара, сверилась с данными: – Магнитное поле действительно уникальное – единственный спутник с таким явлением. Это может защищать подповерхностный океан от радиации. – Океан? – переспросил Макс – Вы думаете, под этим льдом… – Да, – кивнула Тамара. – Модели показывают, что на глубине около 200 км может находиться солёный океан. И не маленький – по объёму он превосходит все земные океаны вместе взятые. Катя указала на экран: – Смотрите, вот эти длинные борозды… Это же не просто трещины. Они тянутся на тысячи километров! Изображение на экране приблизилось. Вдоль экватора Ганимеда протянулась система параллельных линий – словно кто‑то провёл гигантским гребнем по ледяной коре. – Тектонические разломы, – пояснил Валентин. – Ледяная кора движется, трескается, обнажая более молодые слои. Это говорит об активной геологии – возможно, даже о подлёдном вулканизме. Обратите внимание на их геометрию: параллельность и равномерность говорят о масштабном процессе, затрагивающем весь спутник.

« Покинув Ганимед: курс на Юпитер »

Корабль плавно отошёл от поверхности Ганимеда, оставив позади ледяные просторы с загадочными бороздами и мерцающими полярными сияниями. Экипаж ещё несколько минут любовался величественным видом спутника – его испещрённой кратерами поверхностью, подсвеченной сиянием далёкого Солнца, – прежде чем капитан Алексей отдал команду: – Курс на Юпитер. Активировать двигатели, начать разгон. Космический корабль развернулся, и перед экипажем открылась грандиозная панорама газового гиганта – планеты‑гиганта, занимавшей почти половину обзорного экрана. Оранжево‑белые полосы облаков, закрученные в причудливые спирали, гигантское Красное пятно – древний атмосферный вихрь размером с Землю – всё это выглядело одновременно завораживающе и пугающе. – Невероятно… – прошептала Катя. – Он ещё величественнее, чем на снимках. Валентин, сверился с данными телеметрии: – Мы выходим на переходную орбиту. До верхних слоёв атмосферы – около 400 тысяч километров. Радиационный фон пока в норме, но по мере приближения к планете он будет расти. Магнитное поле Юпитера – самое мощное в Солнечной системе, в тысячи раз сильнее земного. Макс, проверил системы защиты: – Экранирование активировано на 90 %. Запускаем дополнительные контуры охлаждения. При таких уровнях радиации электроника может начать сбоить. Тамара, уточнила курс: – Входим в зону влияния радиационных поясов. Предлагаю пройти над северным полюсом – там меньше заряженных частиц, и мы сможем лучше рассмотреть полярные сияния. Алексей кивнул: – Согласовано.– Держимся на безопасной высоте, но достаточно близко, чтобы собрать максимум данных. По мере сближения с планетой картина за бортом становилась всё более впечатляющей. Полосы облаков, которые издалека казались ровными линиями, на самом деле представляли собой гигантские атмосферные течения, бурлящие и перекручивающиеся в хаотичном танце. Красное пятно, казавшееся статичным на снимках, оказалось динамичной структурой – оно пульсировало, выбрасывая вихри в соседние облачные пояса. – Смотрите! – воскликнула Катя, указывая на экран внешнего обзора. – Полярные сияния! Они охватывают всю планету! На полюсах Юпитера полыхали колоссальные полярные сияния – не такие, как на Земле, а в сотни раз мощнее. Фиолетовые, зелёные и синие дуги света охватывали полюса, словно гигантские короны, подпитываемые мощными магнитными полями и потоками заряженных частиц от спутников. Валентин включил спектрограф: – Фиксирую интенсивное ультрафиолетовое и рентгеновское излучение. А вот эти вспышки… похоже, это электрические разряды в атмосфере – молнии, но в тысячи раз мощнее земных. Макс присвистнул: – Если такая шарахнет, нам не поздоровиться… – Не шарахнет, – успокоил его Алексей. – Мы на безопасном расстоянии. Но данные собираем отличные. Лиза, передай на Землю первые снимки. Пусть учёные порадуются. Корабль начал серию манёвров, проходя над разными областными поясами планеты. Датчики фиксировали состав атмосферы: водород – ∼90 %; гелий – ∼10 %; следы метана, аммиака, водяного пара и других соединений. – Температуры в верхних слоях – около −145 ∘ C, – докладывал Валентин. – Но чем глубже, тем жарче. Под облаками давление и температура растут настолько, что водород переходит в металлическое состояние. Внезапно приборы зафиксировали аномалию. – Внимание, – встревоженно произнёс Марк. – Сейсмодатчики фиксируют низкочастотные колебания. Что‑то огромное движется под облаками! Экран показал участок атмосферы, где облака начали закручиваться в гигантскую воронку – ещё одну, поменьше Красного пятна. Вихрь рос на глазах, выбрасывая в стороны струи газа. – Новый шторм, – констатировал Алексей. – И он набирает силу. Тамара, рассчитай траекторию отхода – не хочу, чтобы нас затянуло в этот водоворот. – Уже делаю, – ответила она. – Отходим на 50 тысяч километров к востоку В этот момент тишину рубки нарушил голос Кати: – Смотри, Валентин, – тихо произнесла Катя, указывая на мерцающие экраны внешнего обзора. – Какая‑то неопознанная пульсирующая точка! – Направляется прямо к нам! – резко добавил Алексей, вглядываясь в данные радара. – Дистанция – 20 тысяч километров и сокращается. Скорость – около 15 км/с. Экипаж замер, не отрывая глаз от экрана. В центре дисплея росла яркая точка, ритмично вспыхивающая с периодом в три секунды. Её свет менялся от голубого к фиолетовому, словно маяк в космической бездне.

« Кротовая нора »

Пульсирующая точка , ещё мгновение назад казавшаяся далёкой и загадочной, вдруг выросла до размеров экрана, поглотив всё поле зрения. Разноцветные всполохи вокруг неё завращались водоворотом, затягивая судно в свою воронку.

– Держитесь! – крикнул Алексей, вцепляясь в подлокотники кресла.

Гравитационные силы рванули корабль вниз, словно гигантская рука, схватившая его за хвост. Перегрузки вдавили экипаж в амортизационные кресла – дышать стало почти невозможно. На приборной панели замигали красные предупреждения:

«Критическое напряжение корпуса!»

«Дестабилизация гравикомпенсаторов!»

«Потеря связи с внешними системами!»

Экран перед капитаном исказился: звёзды сначала вытянулись в длинные полосы, а затем вообще стали исчезать. Вместо вытянувшихся в сияющие линии звёзд перед глазами открылся огромный, ослепительно яркий диск, словно гигантское солнце, заполнившее весь обзорный экран.

Капитан медленно поднял руку, будто пытаясь коснуться этого чуда.

– Это… не звезда, – прошептал он. – Это всё небо. Всё сразу.

Макс, нервно сглотнул и заговорил, словно сам себе не веря:

– Эффект Доплера… Мы движемся так быстро, что частота света от далёких звёзд смещается вверх. Видимый свет превращается в рентгеновское излучение – оно невидимо для глаз. Звёзды не исчезли – они просто «перепрыгнули» в другой спектр.

Он указал на экран:

– А вот это… это реликтовое микроволновое излучение. То самое, что осталось после Большого Взрыва. Оно, наоборот, сжимается – его длина волны уменьшается, и оно входит в видимый диапазон. То, что мы видим как единый диск, – это эхо рождения Вселенной, ставшее зримым.

Диск на экране переливался мягким, перламутровым светом – не жёлтым, не голубым, а каким-то первозданным, почти живым. По краям он постепенно затухал, переходя в нежные сиреневые и фиолетовые оттенки, а в центре сиял ослепительно белым, будто сама ткань пространства светилась изнутри.

Бортинженер, до того молчавший, хрипло произнёс:

– Выглядит… как начало чего‑то. Или конец.

Тамара покачала головой:

– Ни то ни другое. Это просто иная реальность скорости. Мы видим Вселенную такой, какой её никто никогда не видел – не россыпь звёзд, а единое полотно, сотканное из эха Большого Взрыва и искажённого света далёких галактик. Космонавты молча смотрели на этот феномен – величественный, пугающий и прекрасный одновременно. Диск не мерцал, не пульсировал, он просто был– огромный, спокойный, вечный. Словно сама Вселенная решила на мгновение показать им свою подлинную суть: не точечные огоньки в пустоте, а непрерывную ткань энергии, растянутую сквозь миллиарды лет. По мере того как корабль продолжал разгон, края диска становились ещё более размытыми, а свечение – более равномерным. Оно не слепило, но завораживало, заставляя забыть о времени, о курсе, о цели полёта. Казалось, если присмотреться внимательнее, можно разглядеть в этом свете отголоски первых мгновений мироздания – вспышки первичных частиц, рождение первых атомов, первые волны гравитационных колебаний…

– Мы видим прошлое, – тихо сказал капитан. – Но оно выглядит как настоящее. И как будто ждёт нас.

Экран мерцал, диск продолжал сиять – молчаливое свидетельство того, что законы физики, казавшиеся незыблемыми, могут порождать чудеса, превосходящие любое воображение.

Реликтовый диск, служивший им ориентиром, пошёл концентрическими волнами, как поверхность озера после броска камня. Бортинженер, с трудом поворачивая голову к Алексею, прохрипел: – Командир, что происходит с пространством? Оно… ломается! Волков, стиснув зубы, следил за показаниями приборов: – Мы пересекли порог. Пространство‑время здесь не линейно – оно скручивается, как пружина. Эффект Доплера зашкаливает: видимый свет сместился в гамма‑диапазон, а микроволновое излучение, наоборот, опустилось до инфракрасного. Мы буквально видим мир сквозь искажённую призму физики. Корабль закрутило вокруг собственной оси. За бортом пространство потеряло привычные ориентиры – вместо звёздного неба перед глазами экипажа развернулась фантасмагория из цветных линий, геометрических фигур и мерцающих точек, складывающихся в узоры, не подчиняющиеся законам евклидовой геометрии. Бортовой компьютер, докладывал: – Курс стабилен, но навигация по звёздам невозможна. Ориентируюсь по гравитационным аномалиям и потокам реликтового излучения. Мы внутри тоннеля – он сужается впереди. Алексей, преодолевая перегрузку, кивнул: – Хорошо. Держимся заданного вектора. Валентин, какие прогнозы? Бортинженер сверился с расчётами: – По моим данным, мы пройдём горловину за доли секунды – для нас. Для внешнего наблюдателя это может занять тысячелетия. Главное – выдержать приливные силы. Корпус трещит… но пока держится. Внезапно корабль резко замедлился, будто упёршись в упругую стену. Все приборы на мгновение погасли, а затем вспыхнули с новой силой. На экране перед экипажем развернулась картина, от которой перехватило дыхание. Они оказались в гигантской сферической полости, стены которой переливались всеми цветами радуги. В центре сиял ослепительный шар – выход из кротовой норы, манящий и пугающий одновременно. По поверхности стен бежали волны энергии, складываясь в причудливые узоры, напоминающие фракталы или схемы неизвестных галактик. – Это… невероятно, – прошептал бортинженер. – Мы внутри червоточины. Она живая. Она дышит. Алексей покачал головой:

– Не живая, а динамичная. Это квантовая пена пространства‑времени, видимая в макромасштабе. Мы видим структуру Вселенной без маскирующих эффектов – её истинную геометрию.За бортом уже не было привычных звёзд – лишь тот самый ослепительный диск, сотканный из эха Большого Взрыва и смещённого излучения далёких галактик. Он словно обрамлял кротовую нору, будто сама Вселенная поставила светоч у входа в тоннель времени.