Даниэлла Ник
Никому тебя не отдам

Глава 1. Ярослава

– Мироша, зайчик! – обращаюсь к своему сынульке. – Сегодня останешься у бабушки Даши и дедушки Марка. А завтра мы тебя заберем с Данилой. Хорошо?

Сын горестно вздыхает, прижимаясь ко мне всем тельцем и совершенно не хочет никуда отпускать. Я втягиваю в себя запах его пшеничных кудряшек, и чувствую предательницей. Мирону уже год и восемь, я все еще кормлю его грудью, и, если честно, совершенно вымотана. Он очень ко мне привязан, но, оставаясь в гостях без меня, о груди он не вспоминает.

– Не волнуйся, Ясенька! – тепло улыбаясь мне, берет внука к себе на руки, Даша. – Все хорошо будет. Он ведь уже оставался на ночь.

– Я тогда пойду? – посматриваю напоследок на сына, который уже приготовился плакать из-за моего ухода. – Данила, наверное, уже забрал от мамы гостинцы и ждет меня за воротами.

– Конечно, Яся.

– Если что, позвоните мне. Хорошо? Я на машине буду, мигом примчу! – понимаю, что в сотый раз это повторяю, но все равно сердечко не на месте.

– Хорошо, хорошо! Иди уже! – смеется бабушка моего сына. – И отлично проведи этот вечер!

Чмокаю на прощание пухлую мальчишескую щечку, машу пока-пока и выхожу на крыльцо. Глубоко вдыхаю свежий морозный воздух и постепенно успокаиваюсь. На самом деле, нет ничего страшного. Ребенок под присмотром, я имею право на личную жизнь. Сегодня вечером мы идем с моим женихом на открытие супермодного ресторана аутентичной кухни «Плим». Как Даня туда раздобыл пригласительные – для меня загадка, но я в диком предвкушении от предстоящего вечера.

Я безумно люблю наряжаться, но, родив ребенка, делаю это крайне редко. Времени катастрофически не хватает, не смотря на активную помощь в воспитании сына моих родителей и родителей отца Мирошки. На сегодняшний вечер я приготовила просто бомбезное красное платье в пол и золотые туфельки из новой коллекции «Диор». Уверена, Данила просто дар речи потеряет от моей красоты.

Мы встречаемся примерно полгода, и не так давно он сделал мне предложение. Сказать, что я была удивлена – не сказать ничего. Все-таки, я не думала, что наше общение зайдет так далеко, но дала согласие. Данила – классный. Очень надежный, размеренный и добрый. С ним чувствуешь себя как за каменной стеной. Он просто окружил меня заботой и вниманием, растопив мое сердце. Вдобавок ко всему, с легкостью нашел общий язык с Мироном, чем покорил меня окончательно. И тот его просто обожает.

Глянув на часы, понимаю, что нужно торопиться, и с легкостью сбегаю по высоким ступеням с крыльца на чисто выметенную дорожку. Порыв ветра заставляет поежиться и приподнять ворот шубки повыше. Уверенно вышагивая на высоких каблуках, двигаюсь в направлении ворот, где в машине меня ожидает мой будущий муж. К Даше с Марком он никогда не заходит, чувствуя небольшой напряг. Что ж, прекрасно его понимаю. Это родители моего бывшего мужа. Хоть они и прекрасные люди, но я не настаиваю на их общении. Ни к чему это.

Немного не успеваю добраться до калитки, как замечаю, что ворота на электрическом приводе медленно начинают откатываться в сторону. Наверное, Марк Анатольевич вернулся с работы поводиться с внуком. Они друг в друге души не чают.

Вместо высокого внедорожника на территорию дома въезжает такси бизнес-класса и останавливается на мощеной площадке. Отчего-то я становлюсь как вкопанная, внутренне напрягаясь. Скрещиваю пальчики, надеясь, что это вернулась Алиса, моя подруга, но нет. Задняя дверь открывается, и на землю ступает мужская нога, обутая в черную туфлю, а следом вторая. Я еще не вижу мужчины за тонированным стеклом, но, судя по тому, как резко увеличивается мой пульс, я уже подсознательно чувствую, кто там.

Спустя несколько секунд на морозном воздухе появляется высокая плечистая фигура моего бывшего мужа – Арсения Подгорного, и я буквально стону про себя от злости. Его взгляд тут же примагничивается ко мне, обжигая лицо. Серые глаза, которые я так любила за их глубину, не выражают ничего, кроме пренебрежения к моей персоне, а губы, которые так страстно меня целовали и шептали слова любви, презрительно кривятся. Он коротко кивает мне и отворачивается, обдавая холодом и равнодушием.

Щеки тут же начинают предательски гореть, а ладони в карманах увлажняются. Но я даже вида не покажу, что очень взволнована нашей встречей. Мы не виделись больше года. А очно – больше двух. Арс – талантливый врач-невролог и ученый, который улетел в Америку разрабатывать лекарство для лечения деток со спинально-мышечной атрофией, оставив меня беременную в России.

Я тщетно пыталась оформить визу и прилететь к нему, но каждый раз получала отказ. В итоге, практически всю беременность провалялась на сохранении. Общались мы по видеосвязи, но из-за разницы в часовых поясах, это случалось куда реже, чем хотелось бы. Как итог, разлуки и расстояния наша совсем еще неокрепшая семья не выдержала, чего я и боялась. Но чуда не произошло. В официальном браке мы пробыли чуть больше года, и разошлись как в море корабли

Арсений обходит автомобиль и помогает выбраться из салона миниатюрной блондинке в дутом пуховике. Она что-то радостно чирикает ему, крепко держась за руку, а он ей улыбается в ответ.

Взяв себя в руки, я, наконец, продолжаю свой путь, и, нажав кнопку открытия калитки, выхожу за пределы дома. Сама не знаю зачем, оборачиваюсь, наблюдая идиллическую картину. Водитель достает из багажника множество чемоданов, а Арс, склонившись к своей спутнице, целует ее в губы. Девушка, приподнявшись на цыпочки, крепко обвивает его шею, и прижимается к мужскому торсу.

Новый порыв ветра заставляет меня поспешить за ворота. Высматриваю «БМВ» Данилы, но он, видимо, задержался у моих родителей. Пытаюсь глубоко дышать, чтобы успокоиться, но выходит из вон рук плохо. У меня словно почву выбили из-под ног. Я в полнейшей прострации.

В кармане вибрирует телефон, который я на автомате вынимаю и не с первого раза понимаю, что написано в сообщении от Даши.

– Прости, не думала, что вы встретитесь.

Глава 2. Ярослава

Пульс бахает где-то в ушах, когда я обращаю внимание на припаркованный «БМВ» Данилы. Тряхнув головой, навешиваю на лицо улыбку и на подгибающихся ногах спешу в салон.

– Все хорошо? – словно чувствует, интересуется Шепелев, не сводя с меня глаз.

– А? Да. Все хорошо, Даня, – растягиваю сухие губы в улыбке. – Мироша капризничал, не хотел отпускать меня. Немного нервничаю.

– Ты – прекрасная мама, Ясенька! – тянется ко мне для поцелуя, Шепелев. – Даже не думай о плохом.

– Я знаю! – подставляю щеку, которую он мажет своими губами, и чувствую себя предательницей. Сама не знаю почему, но решила ему не говорить о возвращении бывшего мужа. Наверное, не хочу портить этот вечер.

– Кира передала пироги и свежее молоко, – словно сквозь толщу воды, доносится до меня бархатистый мужской голос.

– А папу ты видел? – на автомате поддерживаю разговор, варясь в собственных мыслях.

– Нет. Макара не было дома. С тобой точно все в порядке, любимая? Ты выглядишь бледной.

– Голова немного разболелась. Давай в тишине побудем, пожалуйста?

– Конечно, Ясенька. Можем заехать в аптеку за таблетками.

– Не нужно, Дань. Скоро пройдет.

Чтобы немного сгладить ситуацию, беру своего жениха за сильную теплую ладонь, и прикрываю веки.

Зачем он вернулся? Почему Даша не предупредила? Хотя, Арс всегда как снег на голову. Мысленно воспроизвожу его образ, и мне становится еще хуже. Я так хотела, чтобы он страдал без нас, кусал локти. Знаю, что это очень эгоистично с моей стороны, но что я могу с собой поделать?

А тут, в его взгляде сквозил такой холод, что меня до костей пробрало. Хотя, в этом есть и определенный плюс. Я все сделала правильно, и никакой любовью там и не пахло. Сейчас мне достаточно того, что он исправно платит алименты и часто общается с сыном. Происходит это через моих родителей или через его. Напрямую мы не контактируем.

Еще и девушка с ним какая-то. Я честно не выясняла, как он живет и с кем. С Алисой, его сестрой, с которой мы дружили с детства, я не общаюсь. Слишком сильной была моя обида на ее брата, а она не смогла метаться меж двух огней. Я прекрасно ее понимаю и совершенно не держу зла.

Наши родители тоже прекратили общение, хотя раньше дружили семьями – отмечали праздники, ходили друг к другу в гости. Мне слегка неловко, что причиной разрыва дружеских отношений стала я, но все закономерно и так, как должно было быть.

Руки чешутся позвонить маме и поделиться своими эмоциями, но я понимаю, что сделать это смогу минимум завтра утром.

Даю себе установку выбросить встречу с бывшим мужем из головы, считаю до десяти и открываю глаза. Бросаю взгляд на наши переплетенные с Данилой пальцы, на его мужественный профиль и так становится совестно за свои мысли, что даже плакать хочется.

Я не люблю Подгорного. И давно все отболело. Видимо, это фантомные боли, которые пройдут и следа не останется. Я ему безумно благодарна за нашего чудесного сына, а дальше – у каждого свой путь. Я выйду замуж за Данилу, а он хоть пусть сто тысяч блондинок привозит в родительский дом. Мне параллельно.

– Тебе лучше? – спрашивает Даня, посматривая на меня.

– Да. Я немного вздремнула, – потягиваюсь в пассажирском кресле и зеваю. – Все отлично.

– Мне даже не верится, что сегодня вечером и всю ночь – ты только моя, – подносит мою ладонь к губам и расцеловывает каждый пальчик, слегка царапая щетиной. Приятно и очень интимно.

– Мне тоже! – тихо хихикаю в ответ. – У нас насыщенная программа ожидается?

– Разумеется, Ярослава. Ради такого случая я даже купил бутылку шампанского. Сможешь позволить себе бокальчик.

– Мое любимое?

– Твое любимое!

Данила не пьет алкоголь. И не курит. Он вообще идеальный и не имеет вредных привычек. Правда, как говорит он, одна зависимость у него есть – это я. И мне это безумно приятно слышать.

– Кайф! – мурлыкаю я, трогая большим пальцем правой руки крупный бриллиант на помолвочном кольце.

И чего меня размотало? Ну и дура, Яська! Данила – это лучшее, что со мной могло случиться. И он меня безумно любит. А более открытого и честного человека я не встречала.

– Тогда заезжаем к тебе за вещами и едем ко мне? – хрипло спрашивает Шепелев, внимательно следя за дорогой. Мы уже въехали в Москву, и до моей квартиры рукой подать. – Или ты хочешь дома собраться?

– У тебя! Я быстро. Две минуты и все. Соберу все самое необходимое. А то, ты меня знаешь. Дома передумаю насчет платья, начну подбирать другое, и мы везде опоздаем!

– Я ужасно по тебе соскучился, Ярослава, – признается он, паркуясь у моего подъезда. – Не заставляй меня долго ждать.

Мы не виделись практически неделю. Данила, являясь владельцем сети центров когнитивных технологий, часто летает в командировки по всей России, а я тружусь в Москве.

До своего развода с Арсом, я работала в клинике его отца, а затем перебралась к Дане. По иронии судьбы, его центр находился на соседней улице, и всем моим подопечным было максимально удобно. Я работаю логопедом-дефектологом со сложными детками, и просто обожаю свою работу. Выйдя в декрет, я немного отошла от дел, но быстро вернулась в строй, успевая совмещать работу и материнство. И дело не в деньгах, нет. Арсений был очень щедрым, и я не знала проблем с финансами. Мне просто физически нужно было не сойти с ума, в бесконечном ожидании его возвращения, и я сделала свой выбор в пользу трудовой деятельности.

– С тобой подняться? Нужна помощь?

– Нет, Данюш. Я сама! – обворожительно улыбаюсь и выбираюсь из салона.

Квартира встречает меня тишиной и пустотой. Так необычно, что сына нет дома. Сняв сапоги, двигаюсь в сторону своей спальни, на ходу подбирая машинку «Хот вилс» и невесть откуда взявшийся кусок банана.

В гардеробной спешно укладываю наряд на вечер, обувь и все необходимые вещи в объемный пакет. Переодеваю шубку с короткой на длинную и, вспомнив в последний момент, открываю сейф, чтобы достать украшения. К сегодняшнему платью великолепно подойдет гарнитур – бриллиантовые серьги и кольцо. Стараюсь не думать о том, кто мне его подарил, как напарываюсь взглядом на обручальное кольцо, одиноко лежащее в отдельном ящичке.

– Я люблю тебя, Яся. Люблю больше жизни. И всегда буду рядом! – эхом проносятся слова моего бывшего мужа в тот день, когда мы официально поженились.

Горько усмехаюсь, прячу коробочку поглубже в хранилище, и хладнокровно набираю код для закрытия дверцы.

«Всегда рядом» Арса слишком быстро закончилось. И любовь больше жизни тоже рассеялась как дым.

Глава 3. Ярослава

Данила не сдерживается, и набрасывается на меня еще в лифте, впечатывая в холодное зеркало. Целует страстно, жадно, словно изголодавшийся зверь.

– Даня, ты чего? – слабо сопротивляюсь, отвечая на пылкий поцелуй. – Тут же камеры.

– Похер! – рычит он, подхватывает меня на руки и выносит на лестничную площадку. – Я же сказал, что соскучился.

До спальни мы также не успеваем добраться, потому что он берет меня в прихожей у стены. От переполняемых чувств слегка увлекается, лаская мою шею, и, похоже, оставляет засос.

– Ты на таблетках? – шепчет Данила, увеличивая скорость проникновения.

– Да, – влажно шепчу я, закатывая глаза. Приподнимаюсь на цыпочки, в ожидании скорейшей разрядки, и помогаю себе пальчиками.

Кончаем мы одновременно. Тяжело дыша, Данила пригвождает меня своим телом к стене, крепко сжимая ладонями мою грудь.

– Это было охеренно, Яся, – наконец, проговаривает он, выходя из меня. – Я сейчас принесу салфетки, любимая.

Я чувствую, как вязкое семя вытекает из влагалища и скатывается по внутренней стороне бедра.

– Не надо. Я в душ!

Перешагиваю через хаотично валяющуюся на полу одежду и двигаюсь в направлении душевой.

– Полотенца на полочке чистые! – кричит мне вслед Шепелев. – А твои средства в шкафчике. Галина прибралась.

– Хорошо!

Едва успеваю войти в душевую кабинку и настроить нужную температуру воды, как чувствую по стопам движение прохладного воздуха.

– Дань? Это ты? – пытаюсь рассмотреть его через матовое стекло.

– Да, любимая. Я подумал, может, вместе примем душ? Или в ванной вечером полежим?

– Данюш, ты знаешь, что я не люблю этого, – мягко отвечаю я, поднимая лицо к упругим струям воды. Точнее, перестала любить. С Подгорным мы валялись в ванной часами и болтали обо всем на свете, сейчас я предпочитаю принимать ванную в одиночестве, релаксируя с расслабляющей маской на лице и свечами с ароматом мяты.

– Окей. Я просто предложил!

Мне снова становится стыдно и одновременно обидно за Даню. Он не сделал ничего плохого, а хвост, ввиде осадка от неудачных отношений, каждый раз его догоняет. Благодаря бывшему мужу я разлюбила совместную готовку, утренний секс и объятия. Моя тактильность резко снизилась, благо, с либидо все в порядке.

– В другой раз, Данечка. Мы, похоже, опаздываем.

– Без проблем. Яся, я подумал, может, ты закончишь принимать таблетки? Заведем еще одного малыша. Классно будет. И с Мирончиком маленькая разница получится.

В этот момент я намыливаю свои длинные волосы и от неожиданности широко распахиваю глаза. Мыльная пена тут же попадает мне на слизистую и начинает нещадно щипать.

– Дань, ты смерти моей хочешь? – взвизгиваю я, пытаясь промыть глаза. – Я все еще не отошла от тяжелой беременности и родов. Ты о чем вообще?

– Все-все. Не настаиваю! – хохочет Шепелев и покидает ванную комнату. – Я пока нам кофе сварю и подготовлю костюм на вечер.

Нет уж, увольте. Я не готова беременеть. Пока точно. Минимум лет пять, а то и десять. До сих пор благодарю Бога, что осталась жива. Схватки продолжались практически шестнадцать часов, доводя меня до сумасшествия, а от спинальной анестезии я мужественно отказывалась, умирая от боли. По итогу, родовая деятельность неожиданно прекратилась, показатели КТГ не радовали, и меня экстренно прокесарили. Все это происходило в клинике моего свекра Марка Анатольевича. Роды принимал один из лучших акушеров центра, но, как показала практика, это не панацея. И роды – это всегда лотерея.

Мирон родился совершенно здоровым мальчиком весом три с половиной килограмма, а вот я натерпелась, конечно. Разумеется, во всем я обвинила Арса. Это его не было рядом, когда он был мне так нужен. Я так мечтала о партнерских родах, чтобы он массировал мне поясницу, гладил меня и целовал. Но он, как всегда, не смог прилететь. В его вонючей Америке бушевала непогода, и все рейсы были отменены на неопределенный срок. В итоге, когда он добрался до нас с Мироном, сыну уже исполнилась неделя. На выписке его, разумеется, тоже не было. А шумная компания из родителей и подруг меня не радовала. Мне нужен был только мой муж и больше никто.

Черт! Зачем я опять это вспоминаю? Было и прошло. Выйдя из душа, рассматриваю свое отражение в большое зеркало. Я довольно быстро пришла в форму, правда, бедра стали чуть более округлыми, но мне так даже больше нравится. Шов над лобком практически не виден, талия узкая, животик плоский. А грудь – вообще песня. Налитая, упругая и очень красивая.

Все впечатление портит засос, алеющий на моей шее. Я закатываю глаза и шиплю от злости как кошка.

– Даня, блин! – завернувшись в полотенце, вылетаю в гостиную.

Она совмещена с кухней, где я и нахожу любителя переусердствовать с ласками.

– Что случилось? – невозмутимо спрашивает он, разливая по чашкам дымящийся американо.

– Полюбуйся! – горя праведным гневом, тычу в область шеи. – Ты представляешь, что это? Как я к своим ученикам выйду? А в ресторан идти? У меня платье открытое, Дань!

Он начинает хохотать и подходит ко мне, видимо, чтобы обнять.

– Ничего смешного! – мне жутко обидно и бесит, что он веселится. Складываю руки на груди и обиженно отворачиваюсь.

– Зато все видят, что ты моя женщина! – весело отвечает Даня, чмокая меня куда придется, разворачивая к себе. Приподнимает на руки и усаживает на краешек стола. – Самая красивая и шикарная на свете.

– Я и без засосов твоя женщина, Шепелев! – капризно тяну, откидываясь на столешницу и разводя бедра пошире. – Ты как подросток, ей богу. Еще в соцсетях напиши – в отношениях с Ярославой Подгорной.

– Которая скоро, наконец, сменит свою фамилию и станет Шепелевой, – развязывая узел полотенца на груди, шепчет Данила, после чего прокладывает влажную дорожку из поцелуев от моей шеи все ниже и ниже.

Я блаженно прикрываю веки и выгибаюсь навстречу горячему языку, который прикасается к моему естеству. По телу пробегает электрический разряд, и я полностью отдаюсь своим ощущениям и умелым ласкам. Что я не разлюбила – так это оральный секс.

Глава 4. Ярослава

– Как тебе здесь? – интересуется Данила, с любопытством осматриваясь по сторонам.

– Очень красиво! – с восторгом отвечаю. – Я в принципе люблю необычные места. А здесь, я слышала, к дизайну интерьера приложила руку сама Вера Понг из Таиланда. Ты слышал о ней?

– Да. Она – необыкновенная.

В «Плим» невероятно. Очень стильно, модно и невычурно. Пространство выстроено путем свободной планировки и открытого зонирования. Интерьер сочетает в себе минималистичную эстетику и элементы современного искусства, создавая атмосферу изысканности и комфорта. Немного в отдалении расположена небольшая сцена, где звучит живая музыка. Все столики заняты, и я с удивлением замечаю множество селебрити на закрытой дегустации.

– Как нам удалось сюда попасть? – касаюсь мужской ладони. – Здесь столько звезд.

– Ты – самая главная звезда, Яся, – тут же расплывается в улыбке мой жених, тепло сканируя меня своим взглядом, полным обожания. – Я чуть дар речи не потерял, когда тебя увидел в этом платье.

– На то и расчет, Данила, – довольно улыбаюсь я и кокетливо заправляю прядь волос за ухо. – А, все-таки?

– У нас в центре занимается внук основателя этого ресторана, Аркадия Шоликова. Поверь, мне совсем не составило труда достать сюда пригласительные.

– Блин, – тихо смеюсь. – Я и забыла, что у тебя тоже кругом связи через детей.

Это чистая правда. Репутация у Данилы идеальная, и его центры когнитивных технологий процветают. Цены на занятия заоблачные, но и результат очень высокий. Стоит ли говорить, что посетители его занятий – наследники очень состоятельных и влиятельных людей.

До начала дегустации остаются считанные минуты, и официант предлагает нам аперитив, но мы вежливо отказываемся, выбирая для себя воду с лимоном.

– Переживаешь, что придется мчать за сыном? – понимающе кивает Даня. – Я за рулем, Яся. Увезу, если будет нужно. Ты вполне можешь выпить вина и расслабиться.

– Не хочу. Спасибо! – отрицательно качаю головой.

Я вообще не представляю, как завтра поеду забирать сына. Хотя, вряд ли Подгорный будет жить у родителей. У него в центре Москвы стоит просторная евротрешка, в которой мы недолго были счастливы. Наверное, со своей пигалицей он поедет туда. Он же явно ненадолго прилетел.

– Думаю, завтра можно будет составить список гостей и разослать пригласительные. Мне кажется, уже пора? – предлагает Данила, делая глоток воды с лимоном.

Мы сидим у большого панорамного окна, и я, отчего-то, ловлю дежавю. Когда-то Подгорный украл меня из ресторана и предложил отношения. По телу пробегает дрожь, и я зачем-то достаю телефон из сумочки. Проверяю уведомления, с облегчением выдыхая. От бывшего мужа, конечно же, ничего нет. Да и откуда же возьмется, если он везде у меня в черном списке.

– Яся? – доносится до меня настойчивый голос.

– А? Что? – вскидываю на него взор и поправляю объемную укладку, над которой пыхтела почти полчаса.

– Ты слышишь меня?

– Разумеется слышу! Пригласительные? Давай, конечно!

В этот момент нам начинают выносить блюда, о которых очень аппетитно рассказывает распорядитель. Я внимательно слушаю, фотографирую изыски для соцсети и в целом наслаждаюсь сегодняшним вечером.

– Молекулярная кухня – это экспериментальный подход к приготовлению блюд, основанный на использовании химических и физических свойств продуктов. В ней создаются необычные текстуры, вкусы и внешний вид блюд, используются специальные технологии, например сферификация, превращение жидкостей в «икринки», и пенообразование.

Посуда, в которой подается еда – особый эстетический оргазм. Я в принципе обожаю все необычное, но такого еще не видела. Особенно, в сочетании с оригинальной подачей блюд.

– Невероятной красоты тарелки изготовили специально по эскизам Веры Понг, – словно подслушав мои мысли, вещает мужчина в микрофон. – Вся посуда – эксклюзивная и привезена из Франции.

– Сколько же это стоит? – доносится изумленный голос певицы Люси Баботиной из-за соседнего столика. Она подносит тарелку к глазам и внимательно рассматривает самобытный дизайн посуды.

– Боитесь разбить, Люсенька? – смеется распорядитель.

– Я ничего не боюсь! – тут же ощетинивается девушка, со стуком ставит тарелку на стол и вынимает телефон, явно чтобы записать видео в запрещенную соцсеть. – Вы что, думаете, у меня денег нет и мне не расплатиться? Да я – звезда российского масштаба. Я сама себе продюсер, песни пишу, миксую, свожу фонограммы и полутона. Я разбираюсь в сольфеджио! Знаю гармонию, знаю разрешения!

Господи! Я испытываю испанский стыд за поведение этой звезды. А со стороны казалась очень милой девушкой. Распорядитель делает ей комплимент и мастерски гасит зарождающийся конфликт, предлагая отведать следующие блюда. Некоторое время мы ужинаем в полнейшем молчании.

– Блин, наверное, я еще не доросла до таких деликатесов, – пытаюсь разобрать различные вкусы, которые соединил шеф-повар Филиппо, привезенный из Италии.

– У тебя все впереди, любовь моя. Было бы желание!

Спустя некоторое время, распорядитель объявляет перерыв, и мы отправляемся танцевать вместе с другими парами. Оркестр играет лирическую композицию, и я полностью растворяюсь в музыке и теплых объятиях Данилы. От него исходит приятное магнетическое тепло, а пронзительные карие глаза смотрят на меня с таким восхищением, что даже не может быть сомнений. Он любит меня. Безумно.

– Спасибо за прекрасный вечер, Данечка! – шепчу ему на ухо, а он в ответ сильнее прижимает меня к себе.

– Тебе спасибо. Ты – фантастическая, Ярослава. Я влюбился в тебя еще в Питере. С первого взгляда.

– В Питере? – изумляюсь я, ловко двигаясь в танце. Мы познакомились на научной конференции. – Никогда бы не подумала. Ты был довольно холоден со мной.

– Тебе было не до отношений, любовь моя. Но в жизни ничего не происходит просто так. И мы снова встретились.

Я улыбаюсь и прижимаюсь щекой к широкой мужской груди, втягиваю запах Даниной туалетной воды и блаженно прикрываю веки.

Данила позвонил мне случайно. Именно в тот момент, когда я приняла решение уйти из центра Марка Подгорного. Даже подумывала сделать небольшой перерыв, пока буду искать себе помещение, но все сложилось как нельзя лучше. Данила находился в поисках логопеда-дефектолога, и мы договорились о встрече. Я приняла его условия, первое время мы общались по-дружески. После болезненного развода я не хотела даже смотреть на других мужчин. Но Шепелев был настойчив, найдя путь к моему сердцу через Мирона. Помогал ездить с ним к врачу и постоянно приглашал на различные малышковые мероприятия.

По окончании танца, мы, держась за руки, движемся в направлении нашего столика. Едва я усаживаюсь на свое место, меня окликает мужской голос.

– Ярослава Макаровна? Какая встреча!

Я оборачиваюсь на зов и расплываюсь в улыбке, узнав своего подопечного. Это депутат Киселев, с которым мы бились над произношением звука «р» практически год. Он явно хотел большего, приглашая меня в различные места, но я всегда держала дистанцию.

– Виктор! Рада Вас видеть! – пожимаю его ладонь, параллельно киваю его спутнице. Девушка явно из эскортниц. Платье до пупа и сиськи напоказ. База. – Ваша «Р» – чудесна!

– Добрый вечер! – поднимается для приветствия Данила, после чего мужчины обмениваются рукопожатиями. – Данила, жених Ярославы.

– О, – весело отвечает Виктор. – Вам сказочно повезло с выбором спутницы жизни.

– Спасибо, – сухо отвечает ему Шепелев и хмуро поглядывает на меня. – Вам тоже.

– Рад был повидаться. Хорошего вечера! – быстренько ретируется депутат, ухватив за руку свою девицу, оставляя нас наедине.

– Кто это был? – жестко спрашивает Данила, окидывая меня тяжелым взглядом.

– Виктор Киселев. Мой подопечный, – равнодушно пожимаю плечами и тянусь за стаканом воды.

– Ты спала с ним?

– С кем? – от неожиданности, давлюсь глотком воды и закашливаюсь.

– С Киселевым этим.

– Ты не в себе, Дань? – растерянно улыбаюсь в ответ. – Он – мой пациент. И не более того. В его возрасте довольно сложно было добиться результата, но мы справились.

– Прости, Яся, – рвано выдыхает мой жених, ласково касаясь мой ладони своей. – С ума схожу от ревности. Поехали домой, пожалуйста.

Глава 5. Ярослава

Добравшись до дома, я отказываюсь от шампанского, наскоро принимаю душ и снимаю с лица косметику.

– Я тебя чем-то расстроил? – вопрошает Данила, сидя в удобном кресле. Он уже снял с себя деловой костюм, на нем надеты домашние штаны и хлопковая футболка.

– Если честно, мне не понравилось, как ты отреагировал на Киселева, – отвечаю прямо, глядя в глаза. – Что за вопрос – ты с ним спала? Ты прекрасно знаешь, что ты у меня третий, Даня. У меня нет большого опыта в отношениях и, тем более, в интимной жизни.

– Прости, – поднимается Шепелев во весь свой немалый рост и подходит ко мне. Обнимает крепко и гладит по волосам. – Я тебя безумно ревную. Пытаюсь с этим бороться, но не всегда получается. Я буду более сдержанным. Обещаю.

– Почему ты меня ревнуешь? – мягко высвобождаюсь я из объятий. – Я разве даю тебе повод?

– Это бред в моей голове, Яся.

– Скажи, какой именно?

Данила молчит какое-то время, снова опускаясь в свое кресло. В свете ночника тень от его фигуры выглядит исполинской.

– Я не чувствую, что ты принадлежишь мне, – наконец, отвечает он.

– Ты во мне не уверен? – усаживаюсь на подлокотник и кладу ладонь на его плечо.

– Не знаю. У меня складывается ощущение, что в наших отношениях я люблю, а ты позволяешь любить.

– Дань. Это не так. Правда! – проникновенно глядя в глаза, поглаживаю его бугристые мышцы, а затем касаюсь щекой. – Просто я более холодная, чем ты.

Он тяжело вздыхает и перетаскивает меня к себе на колени. Зарывается в мои волосы носом и глубоко вдыхает мой запах.

– Я так сильно люблю тебя, Ясенька, – шепчет он. – Никому тебя не отдам.

– И я тебя люблю, Данила! – шепчу в ответ, прикрывая веки.

Что со мной не так, что мой жених периодически заводит такие разговоры? Я не могу его любить сильнее, чем есть. И да. Я стала холоднее. Столько любви, ласки и огня, сколько я дарила Подгорному, у меня, к сожалению, больше нет. Точнее, я это все дарю своему маленькому мальчику, Мирону. В мужчинах же я больше растворяться не намерена.

К Шепелеву я испытываю искренние эмоции и чувства. Я люблю его, мне приятно о нем заботиться, целоваться, заниматься сексом. Что еще нужно?

Правда, вечером я хотела с ним поделиться о том, что мой бывший муж вернулся, но, пожалуй, повременю. Сейчас не время озвучивать подобные новости. Я не хочу ругаться и выяснять отношения. Даня его просто ненавидит. И его, на самом деле, можно понять.

– Я позвоню Даше, узнаю, как у них дела? – сообщаю молодому человеку, чмокая его в колючую щеку. – И, пожалуй, можем ложиться спать.

– Конечно. Чай приготовить?

– Нет. Не хочу ничего. У меня после молекулярной кухни живот слегка в шоке, – тихо смеюсь я, выскальзывая в гостиную.

Квартира у Данилы просторная и красивая, но совершенно не уютная. Минимум мебели, много света и воздуха. Именно здесь он настаивает на нашем совместном проживании после свадьбы, а для Мирона готов организовать детскую в дальней комнате, в которую я и ухожу, плотно прикрывая за собой дверь.

Там царит интимный полумрак, я подхожу к панорамному окну, из которого открывается шикарный вид на вечернюю Москву и набираю номер свекрови, слегка нервничая.

– Да? – тут же раздается мелодичный голос Даши.

– Даша, как у вас дела? – отчего-то хрипло спрашиваю я.

– Отлично. Мирошу Арс укладывает спать. Они весь вечер играли и хохотали как ненормальные.

Я испытываю странные чувства. С одной стороны, я должна радоваться, что к сыну прилетел отец, с другой – мне слегка не по себе. По телу пробегает легкий озноб, я не знаю, как правильно себя вести.

– Ммм, – выдавливаю из себя. – Завтра я заберу сына с утра.

– Зачем с утра? Отдыхай, Яся. Нам совсем несложно поводиться с Мирошкой. Скорее, наоборот.

– Даша, он надолго приехал? – выпаливаю я. Весь вечер хотела об этом спросить. Мне нужно понимать, как жить дальше.

– Надолго, Яся, – понижая голос, отвечает женщина. – Навсегда.

– Почему ты заранее не предупредила? Я выглядела глупо.

– Я хотела сказать. Завтра. Чтобы не портить тебе вечер.

– А как же Израиль? Америка? Разработки лекарства?

– Все закончилось. Арсений вернулся домой.

Не прошло и три года, а он тут как тут. Я закатываю глаза в потолок и пытаюсь взять себя в руки, прекрасно понимая, что Арс вряд ли останется в стороне от воспитания сына и будет сидеть сложа руки.

– Не хотела тебя сегодня беспокоить, но, раз ты сама позвонила. Сеня просил передать, чтобы ты разблокировала его везде, ребенка он привезет сам. Он хочет обсудить с тобой будущее Мирона и определить дни для общения с сыном.

– Ты серьезно? – ахаю я, с трудом вдыхая кислород.

– Да. Ты ведь знаешь моего сына. Он никогда не отказывался от Мирона и вернулся в Россию только ради него.

– Я поняла. Завтра позвоню! – сипло отвечаю и кладу трубку, сжимая аппарат в руке до белых костяшек.

Чертов Подгорный. Я так и знала! Так и знала, что он все испортит! Меня просто бомбит от эмоций. Я не хочу давать ему сына ни на секунду. Он только мой! Мой! Где он был, когда я истекала кровью и страдала от ужаснейшего токсикоза? А рожала в мучениях и испытывала жуткие боли? А тут, явился – не запылился. Еще и не один, а с какой-то пигалицей. Наверное, младший научный сотрудник. Или как там у них это называется? Еще и в дом к родителям притащил, и с Мироном познакомил. Об этом мы вообще не договаривались. Какого хрена происходит?

Краешком сознания понимаю, что меня эмоционально просто выносит за грани разумного, но не могу остановиться и не распалять себя.

Что ж, он хочет диалога? Он его получит. Но пусть даже не надеется, что я все та же влюбленная идиотка, готовая безропотно его ждать и верить каждому слову. В конце концов, я подключу тяжелую артиллерию в виде папы. Папуся его терпеть не может с недавних пор.

Глава 6. Таисия

– Ясь, почему ты не хочешь вместе съездить за Мироном? – спрашивает меня Данила, сидя за завтраком. – Мы же весь день хотели провести вместе. У нас совместный выходной. Когда еще такое будет?

Я гоняю по тарелке кусочек сырника и понимаю, что меня слегка подташнивает от нервов, а аппетит отсутствует напрочь. И разговаривать я не хочу совершенно.

– Дань, – наконец, откладываю вилку и вскидываю на него взор. – Арсений вернулся.

– Арсений? – по слогам повторяет Даня, мгновенно меняясь в лице. – Когда?

– Вчера вечером.

– Вы виделись?

– Две секунды. Я как раз выходила за ворота.

– Успели поговорить? – жестко спрашивает Шепелев, сжимая в ладони салфетку.

– Нет. Но придется. Сегодня вечером.

– И надолго он вернулся? Сумасшедший ученый?

– Дань, не нужно его так называть. Он – отец моего сына, – мягко прошу я.

– Сумасшедший и есть, – не унимается Данила. – Бросить беременную жену и полететь навстречу американской мечте, а потом жидко обделаться. Разве здравомыслящий и любящий человек так поступит?

– Но ты же рад, что все так получилось. Не так ли? – эмоционально вопрошаю я, хватая чашку с кофе.

– Рад. И не скрываю этого. В одном месте убыло, в другом – прибыло. Он сам виноват в том, что потерял тебя.

– Я не просила напоминать мне о том, что было в прошлом, Даня. Для меня гораздо важнее и ценнее мое настоящее. И ты об этом прекрасно знаешь!

Я еле держусь, чтобы не сорваться. Иногда Данилы бывает слишком много. Так много, что дышать нечем. Единственное, чего я сейчас хочу – выбраться на улицу и побыть в одиночестве, чтобы привести мысли в порядок. Едва проснувшись, я обнаружила в своем телефоне сообщение с номера Арсения. «Вечером поговорим. Сына привезу к 18 часам. Жди нас у себя дома. Одна». От такой наглости я даже рот раскрыла, намереваясь ответить ему что-нибудь гневное и противное, но сдержалась, отправив короткое «ОК». В конце концов, после работы с психологом, я стала старше и мудрее. А еще – сдержаннее и спокойнее. По крайней мере, хотела бы в это верить.

– Знаю, Ярослава. Главное, чтобы ты об этом не забыла, – тихо отвечает мне Данила, легонько касаясь моей ладони.

– На что ты намекаешь? – не ведусь на его ласку и нежность. Прекрасно понимаю, что таким образом он маскирует свою ревность.

– Ни на что.

– Данила. Я ведь не дура. Зачем ты так говоришь, чтобы я чувствовала себя виноватой? Да, у меня есть определенный багаж за плечами. И бывший муж. И ребенок. Этого уже не изменить. И нам придется контактировать, хочу я этого или нет. Поверь, я сама не в восторге от его приезда.

– Прости, Ярослава. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя виноватой. Даже в мыслях не было. Твоей вины точно ни в чем нет.

– И на том спасибо, – резко поднимаюсь со стула и выхожу из-за стола. – Благодарю за завтрак.

– Ты домой сейчас поедешь? – Данила неотступно двигается за мной по пятам, пока я направляюсь в спальню за своими вещами.

– Домой. У меня есть еще дела, Даня. Как раз все успею сделать, пока Мирончик у бабушки.

– Ты уверена, что не хочешь, чтобы я присутствовал при вашем разговоре?

– Уверена, – жестко отвечаю, понимая, что сама-то не хочу там присутствовать.

По итогу, быстренько собираюсь, наспех прощаюсь с Данилой у порога и вылетаю на лестничную площадку. Там, не дожидаясь лифта, сбегаю по лестнице на первый этаж и, наконец, выбегаю на улицу. Судорожно вдыхаю морозный воздух, надеясь на то, что он хотя бы немного меня охладит, а затем зачерпываю ладонями снег и прикладываю его к пылающим щекам. Становится гораздо легче, и я постепенно прихожу в себя.

Мне не нравится моя реакция на происходящее. Мне не нравится реакция Данилы на происходящее. Мне вообще – все не нравится. За последние два года я привыкла надеяться только на себя, самой планировать свою жизнь и будущее, и от этого так болезненно реагирую на то, что мой мирный уклад скоро явно пошатнется. Еще и Шепелев мозг выносит своей ревностью.

Не успеваю сесть в машину, как телефон в сумке вибрирует.

– Я не хотел, чтобы мы поругались. Извини, если обидел. Люблю тебя, Ярослава.

– И я тебя люблю, Даня. Позвоню вечером.

Немного подумав, добавляю в конце сообщения смайлик с сердечком и выезжаю с парковки.

Дома мне становится гораздо спокойнее, я, словно, напитываюсь родными стенами и чувствую себя увереннее. Включаю расслабляющую музыку и занимаюсь уборкой и глажкой белья, решая, что откажусь от клининга на следующей неделе.

Стрелки часов неумолимо приближаются к шести вечера, в духовке как раз уже готовы любимые куриные котлетки Мирона, а на плите остужается картофельное пюре с маслом и молоком. Я замираю в гардеробной, раздумывая, что бы на себя надеть. Наверное, в топе и коротких шортах встречать бывшего мужа не самый лучший вариант.

В итоге, натягиваю на босые ступни носки, надеваю леггинсы и удлиненную белую футболку оверсайз. Макияжа на лице нет, и наносить его я не собираюсь. Расчесываю волосы и заплетаю их в рыхлую косу.

Нервничаю ужасно, и за пять минут до назначенного времени подхожу к окну, чтобы выглянуть во двор. Именно в этот момент на территорию въезжает черный внедорожник Подгорного, паркуется на свободном месте, после чего из салона выходит Арсений, достает с заднего сидения нашего сына, и ставит его на землю. В объемном зимнем комбинезоне он выглядит как медвежонок, крепко сжимающий в руках яркую пластиковую лопатку.

Я во все глаза наблюдаю за происходящим, испытывая смешанные чувства, как замечаю, что с переднего пассажирского места выбирается Пигалица, которая берет Мирошу за руку и ведет в направлении детской площадки.

Бывший муж, словно чувствуя, задирает голову и встречается со мной глазами, отчего я трусливо отпрыгиваю от окна. Сердце ухает в пятки, а через пару мгновений в квартире раздается звонок домофона.

Глава 7. Ярослава

Задеревеневшими пальцами открываю дверь и отсчитываю секунды до того момента, как Подгорный появится на пороге моего дома. Отчего-то вспоминаю, как ждала его в самом начале наших отношений. Томительно, нетерпеливо и невыносимо. Я была очень к нему привязана, и тяжело переживала расставание даже на день, считая минуты до встречи.

Арс никогда не приходил с пустыми руками, принося с собой цветы или гостинцы. Я запрыгивала к нему на руки, и мы жарко целовались прямо в прихожей, истосковавшиеся и безумно влюбленные.

От воспоминаний меня отвлекает звук открывающихся створок лифта, и я машинально складываю руки на груди, словно выставляя барьер. Негативную энергетику я чувствую еще из подъезда. Меня это не пугает, моей тоже достаточно, она просто фонит. Не удивлюсь, если ее видно невооруженным глазом.

– Привет! – сухо здоровается Арсений, заполоняя собой всю прихожую. Мажет по мне совершенно равнодушным взглядом, обдавая холодным пренебрежением.

В нос проникает запах мороза и его туалетной воды. Не той, к которой я привыкла, и первое время оборачивалась, если чувствовала от кого-то похожий аромат. Другой. И Арс другой. Удивительно, насколько он поменялся. Черты лица стали грубее, в глазах ни намека на улыбку, движения четкие и собранные. Словно передо мной не живой человек, а робот.

– Почему Мирон не с тобой, а с посторонней девицей? – не обращая внимание на его приветствие, сразу же набрасываюсь. Какой вежливый и воспитанный, надо же! В прошлый раз я удостоилась лишь невыразительного кивка головы.

– Лина – не посторонняя, Ярослава, – как умалишенной поясняет мне Арсений. – Это – моя жена. И она имеет полное право находиться рядом с нашим сыном.

Я тяжело сглатываю, не ожидая такого поворота событий. Жена, значит. Какая прелесть.

– В таком случае, родите своего. Слова не скажу! – не удерживаюсь от острой шпильки. – А пока, я буду решать – кто имеет право находиться с ним рядом, а кто нет.

Арс немного бледнеет, я замечаю, как плотно он сжимает челюсти, но держит себя в руках. В отличии от меня. Я не справляюсь катастрофически, хотя заранее представляла, как буду с прямой спиной и ледяным выражением лица с ним говорить. Все установки слетели. Система дала сбой. Как всегда рядом с ним. А еще, я замечаю новое обручальное кольцо на безымянном пальце правой руки. Совершенно безвкусное.

– Я, кажется, тебе не предъявлял, когда ты притащила в дом постороннего мужика и представила его Мирону? Со мной тоже никто не советовался, – цедит Подгорный, приподнимая бровь.

– Ты о Даниле?

– Я не знаю, сколько их было, – ухмыляется мой экс-супруг.

– Сколько было – все мои! – растягиваю губы в саркастичной улыбке. – Ты что, ревнуешь?

– Более я не испытываю такого чувства, Ярослава. Это – удел слабаков.

Слабаков, значит. Что ж, окей. Я тоже больше не слабачка.

– О чем ты хотел поговорить? Я соскучилась по сыну и жду его дома, а не гуляющим на площадке.

– Нужно определить график. И правила поведения.

– График чего? – нахмуриваю брови.

– Дней, когда я буду брать Мирошу.

– Куда ты его собираешься брать, Подгорный? В лабораторию? Так с детьми туда нельзя.

– Ты можешь сколько угодно плеваться ядом, Ярослава, – хладнокровно отвечает Арсений, приваливаясь к стене и укладывая руки на груди. – Я имею на Мирона ровно такие же права, как и ты. И я не собираюсь сидеть в стороне. Мой сын – единственная причина возвращения в Россию.

– Хм, надо же. А что же ты не вернулся в тот момент, когда он родился, Арсений Маркович? – истерично выкрикиваю я, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. – Для чего было ждать практически два года?

– Я не собираюсь отчитываться перед тобой. И, попрошу, держи себя в руках. Я и забыл, насколько ты истеричная и несдержанная особа.

Забыл он. Да как же? Раньше ему это очень нравилось, когда я закатывала истерики, а потом мы жарко мирились по нескольку раз, горели и плавились в объятиях друг друга. Черт! Зачем я об этом думаю вообще?

– Сына мне верни сейчас же. Он на темной улице, с малознакомой женщиной! – шиплю я, как змея. Прекрасно понимаю, что миссия провалена и все мое хладнокровие летит к чертям собачьим.

– Мирон с Линой отлично поладили, – с улыбкой отвечает Подгорный, совершенно не реагируя на мою агрессию. – У Лины педагогическое образование, она умеет найти подход к ребенку.

– И флаг вам в задницу! – бросаюсь к шкафу за пуховиком, параллельно выуживая с этажерки угги.

– Ты куда?

– За сыном. Что непонятного?

– Ярослава, успокойся! – с легкостью выдергивает из моих рук куртку и впервые за все время, слегка касается меня кончиками пальцев, отчего меня просто передергивает. – Пять минут погоды не сделают, а мы спокойно все обсудим. Вообще, я надеялся на твое благоразумие. Что ты меня хотя бы в дом пригласишь, а не будешь держать на пороге!

– А я не благоразумная! – заявляю я, вне себя от бешенства. – Говори, что хотел и вали из моего дома. Я тебя не звала!

– Ты не в себе! – констатирует Подгорный. – Наверное, проще будет договориться с твоим отцом. С тобой диалога опять не получается. Ты слышишь только себя!

– Хахаха! – хохочу ему прямо в лицо. – Рискни, он тебе физиономию разобьет. У него давно кулаки чешутся.

– Пещерные люди! – закатывает глаза в потолок Подгорный, резко разворачиваясь к двери. – Не хочешь по-хорошему, Ярослава, будем решать через суд.

Я подхватываю пуховик, наскоро натягиваю его на себя, запрыгиваю в угги и вылетаю следом в подъезд.

– Дома сиди, сумасшедшая! Сейчас я приведу Мирона, – рычит на меня Арс, бросая злой короткий взгляд в ожидании лифта. Все-таки, я его довела. И нечего из себя строить сдержанного и холодного хозяина положения. Даже не надейся, что я буду играть по твоим правилам!

– Иди в жопу, Подгорный! – кричу ему через плечо, кубарем скатываясь по лестнице. – Сама приведу!

Глава 8. Ярослава

Своего сына с Пигалицей нахожу гуляющими на детской площадке. Мирон со знанием дела ковыряется в снегу, а она какого-то хера снимает его на телефон.

– Добрый вечер! – радостно приветствует она меня, убирая аппарат в карман куртки.

– Добрый! – рявкаю я, подхватывая сына на руки. – Идем домой, сынуля.

– Мамочка! – радостно кричит он, размахивая лопаткой.

– Я тоже тебя рада видеть, сладкий! – чмокаю его в пухлую щечку и затягиваюсь родным запахом. От Мирошки пахнет молоком и чем-то сладким.

– А Вы Ярослава? – какого-то хрена двигается за нами следом, девушка.

– Ярослава.

– Очень приятно! Меня зовут Лина!

Я удивленно посматриваю на нее через плечо, обернувшись. Похоже, она юродивая или типа того. Девушка открыто улыбается и, похоже, не стебется надо мной. Ей реально приятно познакомиться. Закатываю глаза и быстро перебираю ногами в сторону подъезда, дверь которого открывается и оттуда вылетает злющий Подгорный.

– Папа! – весело кричит при виде его, Мироша.

– Папе нужно домой, зайчик! – шепчу ему на ушко, намереваясь прошмыгнуть мимо. – Он ужасно опаздывает.

– Ярослава! Дай нам хотя бы попрощаться! – доносится до меня мужской рык.

Я останавливаюсь посреди двора как вкопанная и медленно разворачиваюсь к бывшему мужу. Клянусь, если бы я умела высекать молнии, от него бы и мокрого места не осталось.

– До свидания! – ухмыляюсь как дурочка и делаю книксен. – Мироша, помаши пока-пока.

Сынуля весело хохочет и послушно машет на прощание.

– Я завтра приеду, Мироша!

– У нас на завтра планы! – заявляю из вредности. Планов у нас нет никаких совершенно.

– Меня они мало волнуют. Придется как-то вписать в них нашу встречу с сыном. И, сразу предупреждаю, тебя я видеть не хочу.

– Я тоже не испытываю никакого удовольствия от твоего общества, Подгорный! Всего хорошего!

– До свидания! – пищит Пигалица, но я оставляю ее приступ вежливости без внимания. Много чести будет!

Мирошка мне что-то лепечет, я на автомате поддакиваю, пока мы поднимаемся в лифте, но понимаю, что совершенно раздавлена. Еще и в замкнутом пространстве я чувствую аромат туалетной воды бывшего мужа, и становится еще хуже.

Зайдя в квартиру, закрываю двери на все замки, будто Арсений сможет как-нибудь просочиться, и облегченно выдыхаю. Встреча с бывшим мужем далась мне тяжело. Гораздо тяжелее, чем я думала.

Забалтываю малыша, усаживая его ужинать, мыслями же нахожусь далеко-далеко. Еле-еле дожидаюсь момента, чтобы искупать и уложить спать сына, и хватаю телефон, чтобы позвонить маме.

– Да, Ясенька? – слышится в трубке запыхавшийся голос.

– Мамуся, у нас трагедия приключилась! – выпаливаю я.

– Господи, что случилось?

– Арсений вернулся.

– Тьфу, ты! Ты чего же так пугаешь, дочь. У меня чуть сердце не встало! Куда вернулся?

– А ты куда-то идешь? Я тут подумала, может, вам с папой приехать ко мне? – заламываю руки. – И мы все обсудим и решим.

– Я домой возвращаюсь, ходила до магазина.

– А папа где?

– Скоро должен вернуться.

– В общем, жду вас очень-очень, – всхлипываю в трубку.

– Ты чего там, плакать вздумала? – возмущается мама. – Будем совсем скоро. Соберись, дочь! Мирошка где?

– Спит Мирошка! Молоко все высосал и дрыхнет.

– Поняла. Жди!

Я кладу трубку и немного выдыхаю. Все-таки, это большая роскошь – иметь адекватных и чутких родителей. А папа, я уверена, за меня он глотку перегрызет. Помню день, когда сообщила, что мы разводимся с Подгорным. Я такого злого отца никогда в жизни не видела. И именно тогда они ужасно разругались с родителями Арса – Марком и Дашей. С Алисой мы перестали общаться немного раньше.

Разумеется, я безумно по ней скучаю. Все-таки, мы дружили почти пятнадцать лет. Но она не смогла метаться меж двух огней, и приняла сторону своего брата. Я не держу на нее зла, и, наверное, давно можно было уже помириться, но я не решаюсь. Хотя на свадьбу думаю ее пригласить. И Тайка говорит, что нужно сделать шаг навстречу, а там пусть сама решает – идти на торжество или нет.

В ожидании родителей, набираю Даниле. Он мне уже дважды звонил и писал, но я не отвечала.

– Да, малыш? – тут же снимает трубку.

– Данюш, привет!

– Как ты, Яся? Как все прошло? – в голосе явно сквозит беспокойство.

– Нормально, – кривлю душой. – Он настаивает на встречах с сыном. Просит определить дни.

Захожу на кухню и наливаю себе стакан воды, в горле пересохло от переживаний.

– А ты что?

– Диалога не вышло, если честно.

– Почему?

– Потому что я не готова делить своего сына с кем бы то ни было!

– Но он – его отец, Яся.

– Спасибо за напоминание, Данечка! А я забыла совсем.

– Мне приехать?

– Не нужно. Я жду родителей.

– Зачем? Он тебе угрожал?

– Нет. Разумеется, нет!

– Он был груб?

Я усмехаюсь про себя. Арс не был груб, чего не скажешь обо мне.

– Нет. Все нормально, правда.

– Завтра увидимся? – спрашивает Шепелев.

– Завтра я не работаю, но ты можешь приехать к нам вечером. Вместе поужинаем, – предлагаю удобный для всех вариант.

– Я могу приехать сейчас?

– Данечка, не нужно, правда. Я поговорю с родителями и лягу спать. Очень устала.

– Хорошо, Яся. До завтра?

– До завтра, Данила, – тепло отвечаю. – Люблю тебя.

– И я тебя люблю!

Я не сержусь на него. Прекрасно понимаю, что он нервничает. Будь я на его месте, давно бы мозг вынесла. Слава богу, у Шепелева нет багажа в виде бывшей жены и ребенка. Делить с кем-то мужчину – не мой вариант, я собственница до мозга костей.

Наконец, слышится тихий звук домофона, и я спешу открыть дверь.

– Мама, папа! – бросаюсь обнимать сразу обоих, не сдерживая слез. – Наконец-то!

– Ясенька, дочка, – слышится уверенный голос папы, который поглаживает меня по волосам, а я окончательно расклеиваюсь.

– Вот, Макар! Я же говорила, что мне не показалось! – доносится до меня обеспокоенный мамин голос. – Трагедия не в том, что Подгорный вернулся. А в том, что наша дочь, похоже, все еще его любит!

Глава 9. Ярослава

– Ты уверена? – в очередной раз спрашивает меня мама.

Мы сидим за столом на кухне. Папа доедает вторую порцию котлеток с пюре, а мама пьет зеленый чай. Я же, места себе не нахожу, двигаясь по кухне как робот-пылесос.

– Кируся, – включается в разговор папа. – Яся ведь русским языком сказала, что ее размотало не из-за любви к бывшему мужу.

– Да, мам, – поддакиваю я. – У меня к Арсу давным-давно ничего нет. И вообще, я выхожу замуж за Данилу.

– Хорошо-хорошо! – примирительно поднимает вверх две ладони, мама. – Значит, мне показалось. И то, что он женился, выбило тебя из колеи.

– Мне совершенно все равно, что он женился. Тем более, там и посмотреть не на что, – помимо воли, вырывается у меня. Я прикусываю язык, но уже поздно.

– Да? – усмехается мамочка. – И кто же там? Расскажи.

– Да какая-то мелкая блондинка. Тощая. Правда, довольно приятная внешне. Не назовешь красавицей.

– Как тебя, – вставляет папа.

– Как меня, – послушно подхватываю, а потом подозрительно смотрю на родителей, сложив руки на груди. – Эй, вы чего, троллите меня?

– Яся, дочка, я искренне не могу понять, чего ты разозлилась? – поднимается с места и приобнимает меня за плечи родитель. – Вернулся отец твоего сына, хочет с ним видеться, в воспитании участвует, алименты платит, с тобой пытается договориться. Просто мечта, а не отец.

– Мне было бы проще, если бы он от него отказался! – буркаю обиженно и скидываю его руку.

И папа хорош! Я была уверена, что он мою сторону примет, но нет. Они с мамой, видите ли, руководствуются здравым смыслом, а не эмоциями. Как я!

– Ясюша, такого не будет. Подгорные хорошо воспитали своего сына, и Арс не конченный какой-то. Выдыхай и прими это как факт. Даже наоборот, обрати в свою пользу. У тебя будет больше свободного времени. Ты не будешь так сильно уставать с Мирончиком.

– Я и так не устаю! – противлюсь из вредности.

– Ну да, конечно!

– В общем, вы считаете, что нужно с ним договориться? А то, что он со своей женой будет оставлять Мирошу?

– Малышка, – миролюбиво говорит папа. – Мирон вообще жить будет с Данилой. Арсений ведь не против этого?

– Еще бы он был против! – фыркаю. – Его никто и не спрашивает.

– Вот и замечательно! – прикрываясь ладошкой, зевает мама.

– Ты успокоилась?

– Да, спасибо вам. Завтра позвоню Подгорному и поговорю спокойно.

Мы еще какое-то время болтаем с родителями, после чего они уезжают домой, а я укладываюсь спать.

Сон не идет, и я прокручиваю в голове события сегодняшнего дня. Наверное, сейчас, я могу честно ответить себе на все вопросы и принять тот факт, что оказалась не готова к нашей встрече.

Все-таки, ненавидеть Арса на расстоянии гораздо проще и легче. Но его появление выбило меня из колеи. А равнодушный взгляд, холодный тон и пренебрежение – задели за живое.

Жена появилась. Надо же. Не девушка, а именно – жена. В чем была такая необходимость спешно жениться?

Любовь всей жизни? Вряд ли.

Насолить мне? Тоже – так себе вариант.

Беременность! – бахает у меня в голове. Действительно. Пигалицу ведь я не видела без верхней одежды. А ее пуховик довольно объемный, возможно, он скрывает живот. Что ж, все к лучшему. Родят общего ребенка и отстанут от моего.

Наша история давно окончена, и ничего не осталось, кроме горечи и разочарования. У меня новая жизнь, любящий жених и вполне себе светлое будущее, места в котором Подгорному нет. Что ж, придется учиться жить по новым правилам. Мама права, у меня будет больше свободного времени. Мы сможем чаще выбираться на свидания, в кафе или театр с Данилой, а не каждый раз пытаться вписать редкие вылазки в график моего сына, который для меня всегда в приоритете.

На утро завтракаем с сыном, после чего я немного играю с ним на коврике. Мы строим из конструктора клинику для лечения животных. Не знаю, насколько передается по наследству любовь к врачеванию, но Мирон просто обожает все, что связано с медициной. Как-то раз он был на работе у Марка в клинике, и мы просто со слезами его оттуда забирали.

Во время дневного сна набираюсь смелости и звоню Арсению. Испытываю странные чувства, вызывая переименованный контакт в телефонной книге. Раньше он был записан у меня как «Арсюша». Сейчас же просто «Отец-огурец».

Постукивая пяткой, выжидаю пять гудков, и собираюсь уже положить трубку, как в динамике раздается женский голос.

– Алло?

Первым порывом хочется отключиться, я еще раз смотрю на экран, чтобы убедиться, правильно ли я набрала номер. Все верно. Это номер бывшего мужа.

– Ярослава? – доносится из динамика.

Интересно, как я записана у него в телефонной книге? Истеричка? Ревнивица?

– Добрый день, – отзываюсь глухо. – Могу я услышать Арсения?

– Добрый! – голос сладкий, как мед. Аж приторно становится. – Он пока занят. Душ принимает. Что ему передать? Это Лина, если что.

Я закатываю глаза и сжимаю кулаки от злости. Почему эта Лина так сильно меня раздражает? По сути, она ведь не сделала мне ничего плохого.

– Он хотел сегодня встретиться с сыном. Я готова обсудить условия. Пусть перезвонит.

– Да, конечно. Обязательно передам. Хорошего дня, Ярослава.

– И вам!

Отбиваю звонок и пытаюсь унять бешеное сердцебиение. Да что со мной происходит черт возьми? Нутро словно выворачивает наизнанку, а по венам кислота растекается. Это ведь не ревность? Нет! Сто процентов! Я давно избавилась от этого чувства и проработала с психологом.

Глава 10. Арсений

Выключаю воду и выхожу из душевой кабинки. Тянусь взять пушистое полотенце из шкафчика, чтобы вытереть голову и влажное тело. После тренировки испытываю легкую усталость в мышцах и дикое чувство голода. Надеюсь, Лина что-нибудь приготовила.

Обернув полотенце вокруг бедер, собираюсь уже покинуть ванную комнату, как замечаю в углу шкафчика предмет. Вынимаю его с полки и подношу ближе к глазам. Это Ясина заколка. Видимо, забыла забрать при переезде. Настолько стремилась стереть все из моей жизни, что не оставила ровным счетом ничего. А спустя полтора года, даже аромат ее духов выветрился.

Зачем-то нюхаю зажим, прикрыв веки, а в голове всплывает картинка, связанная с ней. Мы в очередной раз вместе принимали ванную, Яся, чтобы не намочить свои длинные волосы, убрала их наверх, а потом решила поласкать меня с помощью язычка. Помню ее двигающуюся голову в районе моего паха и отблеск верхних светильников в матовом металле.

Ярослава. Сумасшедшая. Дикая. Непредсказуемая. После вчерашней встречи долго не мог прийти в себя, анализируя ее поведение. Честно, не ожидал, что она смиренно примет мой приезд. Но и то, что не захочет моего общения с сыном, тоже.

Изменилась она. Гордая стала и независимая. Словно повзрослела, став матерью. И Мирошку защищает так, словно я его отнять хочу. Глупая. Но красивая, пиздец. Глаза, губы, волосы. Фигура после родов только соблазнительнее стала, и бедра круглее.

– Арсюша, ты скоро? – доносится из-за двери нежный голос Лины.

– Иду, дорогая! – отвечаю ей, закидывая заколку на верхнюю полку. Потом обязательно выкину.

Щелкаю задвижку и открываю дверь.

– Тебе звонила бывшая жена, – протягивает мне телефон и улыбается. – Сказала, что хочет обсудить ваше общение с Мироном.

– Ты отвечала на звонок? – хмурюсь я, двигаясь в направлении кухни. Запаха еды не ощущается, похоже, снова придется довольствоваться яичницей с сосисками.

– Конечно.

– Зачем? – недоумеваю я.

– Ну, я подумала, вдруг что-то важное? – закусив губу, отвечает Лина.

– Не нужно отвечать на мои звонки. Я говорил, что мне это не нравится.

– Я поняла. Прости, пожалуйста.

– Ты не готовила обед? – спрашиваю очевидные вещи, открывая холодильник. На плите – пусто, в духовке тоже.

– Нет. Не успела.

Жена обнимает меня со спины, и крепко прижимается всем телом, поднимаясь на цыпочки. Прикасается щекой и щекочет меня своим теплым дыханием.

– Устала сильно. С утра такой прилив сил чувствовала, а потом резко все растеряла. И меня опять тошнит.

– Лежи, отдыхай, Лина. Тошнота – это нормально для твоего состояния. Не волнуйся. Я закажу доставку.

Изящные ладошки скользят по моему торсу, ласково оглаживая мои мышцы, а спину ласкает проворный язычок, отчего кожа усеивается мурашками.

– Я тебя очень сильно люблю, Арсюша! – нежно шепчет девушка, спускаясь ладонями ниже и накрывая мой вздувшийся пах, прикрытый полотенцем. – И я безумно тебе за все благодарна!

– Лина, – мягко отстраняюсь я. – Я правда жутко голоден. И мне нужно перезвонить. Иди полежи немного, раз устала. Я закончу с делами и приду к тебе в спальню. Хорошо?

– Конечно, доктор! – послушно выдыхает она и отлипает от меня. – Секс ведь не противопоказан?

– Не противопоказан! – смеюсь я и шлепаю ее по упругой заднице. – Чай принести тебе?

– Нет! – взвизгивает Лина. – Я не голодна.

– Окей!

Дожидаюсь, пока она скроется за дверью спальни, и захожу в историю звонков. Нахожу контакт Ярославы и набираю номер.

– Да? – тут же отвечает девушка.

– Здравствуй, – официально приветствую бывшую жену.

– Добрый день, Арсений, – в голосе тоже сквозит официоз.

– Ты звонила?

– Да. В общем, я подумала, ты прав. И можешь встречаться с сыном. Одного раза в неделю будет достаточно?

– Ты серьезно? – усмехаюсь я. – Я пропустил почти два года его взросления оффлайн.

– Хм, твои предложения?

– Мама сказала, после Нового года ты собираешься отдать его в детский сад?

– Да. Ему уже почти два, у нас во дворе отличное учреждение.

– Со следующей недели я приступаю к работе в клинике. Периодически там планируются дежурства. Соответственно, график будет плавающий. В идеале, я бы хотел видеть Мирошку минимум три раза в неделю.

– Три раза? – ахает она. – И как ты себе это представляешь?

– В моей квартире оборудована детская, которую ты в свое время согласовала от и до, – ровным голосом отвечаю, краем глаза замечая, как немного приоткрывается дверь в спальню. Видимо, Лина не выдержала и подслушивает наш разговор, чем очень меня веселит. – Мироша будет оставаться у меня с ночевкой. Можешь составить список блюд, которыми я могу его кормить. Насколько я знаю, аллергии у нашего сына нет и с этим проблем не возникнет.

– Я не знаю, в курсе ты или нет, Арсений. Но Мирон еще находится на грудном вскармливании и очень сильно ко мне привязан. Три раза в неделю для него слишком большое испытание! Он еще совсем крошка, – импульсивно парирует Ярослава.

А вот про грудное вскармливание я не знал. Точнее, думал, что оно уже давно закончилось.

– Думаю, ты можешь брать его на денек, но с обязательными ночевками дома, – продолжает Яся. Слышу, что она уже еле сдерживается, пытаясь быть милой и любезной. Ох, и тяжело ей это дается. Но, видимо, родители мозг промыли, что она стала такой покладистой за ночь. – Тем более, вам нужно привыкнуть друг к другу. Он тебя не знает. Пойми меня правильно, Арсений. Я ни в коем случае не хочу мешать вашему общению, но Мирошка правда еще очень мал. Что ты будешь делать, если у него случится истерика? Ты не укладывал его спать ни разу. Не знаешь, что он любит, во что играет, какие книжки ему нравятся. Да ты ему даже ни разу попку не подтирал!

– Значит, составь список, – резко прерываю ее монолог. – Подробный. И подготовь его к шести вечера. Я приеду за ним.

– И куда вы отправитесь? – фыркает бывшая жена. Представляю, какая она сейчас злая. Глаза, наверное, закатила в потолок и кулачки сжимает.

– Не думаю, что должен перед тобой отчитываться, Ярослава!

Зачем вывожу ее на эмоции? Сам не знаю.

– Ты совсем охренел, Подгорный? – кричит Яся в трубку. – Будешь отчитываться! Еще как! За каждый шаг и съеденную конфету. Иначе, сына не увидишь. Не вынуждай меня идти на крайние меры!

– Условия будешь ставить своему мужчине, Ярослава. Но точно не мне. И ты тоже не вынуждай меня идти на крайние меры. В шесть вечера я заеду за Мироном. Верну его через два часа.

Не дожидаясь ответа, кладу трубку, и, наверное, впервые за последнее время, чувствую удовлетворение. Улыбаюсь, как придурок и включаю плиту. Аппетит после словесной перепалки стал еще сильнее. А потом и потрахаться не помешает.

Глава 11. Ярослава

– Меня просто трясет от злости! – жалуюсь Тайке, набрав ее по видеосвязи.

– Я не удивлена, – хихикает округлившаяся подруга. Таюше через четыре месяца рожать. Она счастливо замужем за Елисеем Борзых и живет в Екатеринбурге, мэром которого он является. – Наивно было полагать, что появление Подгорного пройдет для тебя безэмоционально.

– На что ты намекаешь? – прищуриваюсь я.

– Ты прекрасно понимаешь, на что, – игриво поигрывает бровями блондинка. – И Арс, судя по всему, тоже.

– Думаешь, он специально меня провоцирует?

– Не думаю, что специально. Скорее всего, по старой памяти. Ясь, давай начистоту. Тебе не хватает эмоций с Даней. Точнее, ярких эмоций. С Подгорным вы горели и искрили.

– С Подгорным мы сгорели дотла! – прерываю я ее эмоциональный спич. – И мне на хрен не нужны подобные отношения. С Даней все понятно, размеренно и спокойно. Он спит дома, не мчится кого-либо спасать и явно не собирается переезжать в другую страну.

– Звучит так, словно ты себя в этом убеждаешь, а не меня.

– Тая, я сейчас еще и на тебя буду злиться!

– Ты сама мне позвонила, – пожимает плечами Борзых, вынимая из холодильника апельсины. – Поэтому, прости, но я всегда говорю правду.

– Мама мне практически тоже самое сказала, – тяжело вздыхаю в ответ, посматривая на мирно спящего сына в кроватке. У него сейчас дневной сон, в который я обычно всегда укладываюсь с ним, но сегодня я себе места не нахожу.

– На твоем месте, я бы радовалась, что он хочет общаться с сыном. Мальчику нужен отец.

– Думаю, Данила бы с легкостью справился с этой ролью, – из вредности возражаю.

– Не неси чушь. Родной отец – это родной отец.

– Еще и Лина эта. Бесит меня до зубного скрежета.

– Чем бесит? Тем, что будет находиться рядом с Мирошкой? Или тем, что Арс женился? – деловито спрашивает Тая, наливая в высокий стакан апельсиновый сок, который она успела приготовить.

– Первый вариант, – уверенно киваю, но по легкой полуулыбке на губах подруги понимаю, что она ни капли мне не верит.

– Привыкнешь, я уверена.

– А ты знала, что он женился? – непроизвольно вылетает у меня вопрос. Тая, в отличие от меня, с Алисой, его сестрой, поддерживает общение.

– Знала. Ты же не будешь обижаться, что тебя не предупредила?

– Конечно, нет. Мне вообще до этого дела нет никакого. Хоть десять жен пусть себе заведет. У меня самой скоро свадьба.

– Кстати, мы с Елисеем прилетаем на новогодние праздники! – хлопает в ладоши Тая. – Как думаешь, может соберемся как раньше? Я Алису приглашу? Она очень по тебе скучает.

– Знаешь, – признаюсь, – я сама хотела ей позвонить. И на свадьбу позвать.

– И правильно. Она будет очень рада. Тем более сейчас, когда она полна сил и энергии. Хоть ты и обижена очень на Арса, но он ей помог. Кто знает, до какой степени бы прогрессировала болезнь, если бы она не поучаствовала в экспериментальной группе.

Алиса в детстве переболела СМА, а примерно два года назад болезнь снова вернулась. Благодаря Арсению и его упорству, бюджетное и эффективное лекарство для лечения мышечной атрофии было изобретено, и молодая девушка вновь обрела силы.

– Кстати, – продолжает Тая, – Лина тоже была в этой группе.

– Жена Арса? – раскрываю рот от удивления.

– Да. Они там и познакомились.

– Ммм. Понятно. Совместили приятное с полезным. Интересно, он часто изменял мне с пациентками?

– Яся, ты опять начинаешь? Выдыхай. Попей чайку с ромашкой.

– Ты права. Пойду, пожалуй. Спасибо, что выслушала, Таечка! Елисею передавай привет!

Меня цепляет эта тема. Всегда цепляла. Я безумно его ревновала, хотя он не давал мне повода. Признаться честно, не знаю, как он терпел мои загоны. Я частенько перегибала палку. Особенно меня выводила из себя его коллега – Оливия Расковалова, с которой у них были отношения до меня. И она же улетела с моим мужем в Америку разрабатывать препарат для лечения мышечной атрофии. Стоит ли говорить, что я изводила себя и его постоянными придирками, звонками и претензиями? Беременные гормоны сделали из меня просто невротичку, самой от себя было тошно.

В итоге, чего мы боимся – случается. Мой муж мне изменил. В то время, когда я на другой стороне земного шара родила ему сына, практически всю беременность находясь на сохранении, Арс не выдержал напряжения и трахнул какую-то телку.

Фу! И зачем я опять об этом вспомнила? Только еще больше распаляю себя. Раздраженно щелкаю кнопкой чайника и достаю ромашковый чай, прикрываю веки и медленно считаю до десяти, глубоко вдыхая.

Попив чаю, укладываюсь под бочок к Мирону и втягиваю в себя запах его волосиков. Сын чувствует, что я рядом, и во сне начинает искать мою грудь, которую я с готовностью подставляю под требовательный ротик. Даю себе установку кормить малыша до января и закругляюсь. Читала, что нужно заклеить соски пластырем или помазать зеленкой. Ребенок подумает, что титя заболела и легко забудет о своей привычке. Надеюсь, у нас все пройдет легко и безболезненно. Поглаживаю сына по теплой спинке и спокойно засыпаю.

После сна мы немного играем, затем лепим из пластилина животных, а потом я усаживаю Мирона полдничать. Меня нервирует неизвестность, и, в итоге, я не выдерживаю, и пишу Подгорному в мессенджере, тщательно подбирая слова. Я не буду эмоционировать!

– Арсений, я спрашивала о том, куда вы пойдете с Мироном не из праздного любопытства. Мне нужно знать, во что его одеть и как покормить.

– Одень сына потеплее. Я хочу сходить с ним в парк, покормить белочек, – тут же отвечает бывший муж.

– Хорошо, спасибо.

Хочу добавить о том, чтобы они были осторожнее, потому что белки переносят бешенство, но решаю промолчать. Арсений – взрослый человек, старше меня на пять лет, сам разберется.

В итоге, вместо полдника, сын съедает тарелку супа и с нетерпением ждет прихода своего отца.

– А папа скоро? – в десятый раз спрашивает он меня, в нетерпении подпрыгивая на месте.

– Минут через пять должен приехать, – посматриваю на часы и прикидываю, что успею сделать за два часа их отсутствия.

Вообще, приедет на ужин Данила, и я не очень хочу, чтобы они пересекались. Постараюсь договориться, что заберу Мирона на улице после прогулки.

В окно не смотрю принципиально, но словно чувствую, когда Арс въезжает в наш двор, потому что спустя несколько мгновений, домофон оживает. Мирон радостно визжит, а я никакой радости не испытываю. Открываю входную дверь и усаживаюсь на банкетку с комбинезоном в руках.

– Мирошка, – зову сына. – Иди одеваться.

Мальчик послушно забирается ко мне на коленки и неожиданно тянется задрать мою футболку.

– Ты куда, малыш? – ласково отворачиваю его от себя.

– Дай титю! – хнычет он, выгибаясь.

– Котик, титя только на сон у нас!

Я не успеваю среагировать, Мирон залазит ладошками под одежду, поднимает низ майки и, счастливо зажмурившись, тянется к моему соску, мгновенно присасываясь. В этот момент открывается входная дверь и на пороге появляется высокая фигура бывшего мужа.

Глава 12. Ярослава

– Привет! – медленно произносит он, словно зависая на интимном зрелище. Смотрит внимательно, не отводя глаз, вгоняя меня в краску. Кожу пощипывает и покалывает от зрительного контакта, и я стыдливо прикрываюсь Мирошкиным комбинезоном.

– Не знаю, что на него нашло, – растерянно бормочу я, пытаясь отлепить от себя малыша. – Мы только на сон кормимся. Мироша, папа пришел!

– То есть, ты тут ни при чем? – приподнимет уголок губы и скептически склоняет голову.

– В смысле? – я наверняка бледнею от своей догадки. – Ты что, думаешь, я специально это затеяла?

– Возможно. Только на меня это не действует, Ярослава. Хоть голышом тут ходи, все бестолку.

– Больно ты нужен! – возмущенно фыркаю в ответ. – Слишком много на себя берешь, Подгорный! Мироша!

Разумеется, Арсений видел меня обнаженной тысячу раз. Искренне восхищался моей фигурой, особенно обожая зрелище, как сидит на мне нижнее белье. В интимной близости у нас не было запретов и стеснений. Мы практиковали разные виды секса, но сейчас я чувствую себя максимально уязвимой.

– Папа! – отвлекаясь от груди, тут же спрыгивает с меня сын и со всех ног спешит к своему отцу, а я облегченно выдыхаю.

Слава богу, Арс явился один, без своей Пигалицы. Меня подмывает спросить, вдвоем ли они будут гулять, но я благоразумно молчу. Достаточно на сегодня выяснения отношений. Он колет меня иголками, очень болезненно. Но и я не мягкая и пушистая.

– Возьмите с собой лопатку, – советую я, натягивая на веселого Мирончика комбинезон. – Он очень любит ковыряться в снегу. Только смотри, чтоб не ел его. С него станется.

– Ты чего, сын? – усаживаясь на корточки, вопрошает его отец. – Снег ешь?

– Неть! – честно вылупив глазки, мотает головой малыш, а потом задорно хохочет.

Моих рецепторов достигает аромат парфюма Арсения, а еще в легкие проникает его запах. Мужской. Такой знакомый и невыносимо чужой. Сегодня он выглядит не так официально, как вчера. На нем надет дутый пуховик, спортивный костюм и утепленные кроссовки.

– Ну все, Мирон. Ты готов! – объявляю я, поправляя снуд на его шее. – Краги с папой сами наденете.

Поднимаюсь с банкетки и бросаю на себя взгляд в зеркало. На домашней футболке замечаю след от прилива грудного молока, отчего мне становится слегка не по себе. Что за чертовщина? У меня устоявшаяся лактация, и выбросов молока не было с прошлого года. Мокрое пятно не остается без внимания Арсения, потому что его взгляд цепляется на моей груди, отчего соски превращаются в твердые камушки. Какого хрена так пялится на меня?

– Хорошо погулять! – машу им на прощание, после чего складываю руки, чтобы прикрыть влажный след.

– Спасибо, – буркает Арсений, отводя глаза, после чего берет сына за руку и открывает входную дверь, пропуская его перед собой.

Я с облегчением выдыхаю, едва они скрываются в подъезде и спешу в спальню переодеться. Данила как чувствует мое состояние, на смарт-часах высвечивается входящий звонок.

– Да, – отвечаю я, облачаясь в чистую футболку.

– Яся, привет. Как дела у вас? – слышу приглушенный мужской голос.

– Отлично. Подожди секунду, я найду телефон! – прошу я и отправляюсь на поиски своего айфона, который обнаруживаю на кухонном столе. Переключаю вызов на громкую связь и открываю холодильник, чтобы достать куриные бедрышки, которые я задумала запечь на ужин.

– Чем занимаетесь?

– Мирон ушел гулять со своим отцом, – выглядываю в окно и тут же выцепляю две темных фигуры на белом снегу. Большую и маленькую. Мирон ковыряет снег, а Арс лепит снежок и что-то ему демонстрирует. Пигалицы с ними нет.

– С отцом? – переспрашивает мой жених. – Надолго?

– На пару часов. Как я поняла, они пойдут в парк кормить белочек.

– Очень мило, – сухо замечает Шепелев. – И как ты отпустила Мирона?

– Ты знаешь, нормально, – пожимаю плечами и отвлекаюсь на готовку. – В конце концов у нас с тобой будет больше времени для совместного проведения.

– Он пытался наладить контакт? Приставал к тебе?

Я издаю короткий смешок, смазывая бедрышки смесью из приправ и аджики, две куриных части только солью – эти кусочки будет есть сынок.

– Дань, не выдумывай. Никто ни к кому не приставал. Я его совершенно не интересую. Он вернулся в Россию с женой.

– Даже так? – по голосу слышу, что Данила мгновенно веселеет. – Быстро он.

– Во сколько ты приедешь? – перевожу тему, потому что обсуждать личную жизнь Подгорного я точно не намерена.

– Через часа полтора. И я ужасно соскучился.

– Отлично, – автоматически бросаю взгляд на часы и прикидываю, во сколько включить аэрогриль, чтобы к его приезду все было готово.

– Что купить в магазине?

– Ничего не нужно. Я заказывала доставку продуктов.

– Хорошо. Я могу сегодня остаться ночевать у вас.

– Не думаю, что это хорошая мысль, Даня, – мягко возражаю я. – Завтра с утра придет няня, а у меня занятие с восьми уже, я рано уеду. Не вставать ведь тебе из-за меня на два часа раньше.

– Мне несложно, Яся. И вообще, почему ты не хочешь переехать ко мне? Давно бы Мирошке комнату организовали. Что тянуть?

– Только после свадьбы, Дань, – хихикаю я. – Все, я пошла готовить. Иначе, не успею ничего. Целую тебя.

– И я тебя целую! – чмокает меня на прощание и отключается.

Я действительно тяну с переездом. Наверное, причина дурацкая, но мне не очень нравится энергетика его квартиры. Мама говорит, что это полный бред и я привыкну, но мне там не очень комфортно. Возможно, сказывается отсутствие женской руки и в моих силах вдохнуть в холостяцкие стены тепло и уют. Рано или поздно, я все равно это сделаю, но пока мы с Мироном живем дома.

Поглядывая на часы, я решаю испечь пирог с ягодами, завожу тесто и достаю из шкафа красивую форму для запекания. Ровно в назначенное время приезжает Данила. К этому моменту ужин полностью готов, а в воздухе витает вкуснейший аромат выпечки.

– Привет! – нежно целует меня, когда я встречаю его в прихожей. – Я торт купил, а ты что-то испекла?

– Пирог! – смеюсь я, крепко его обнимая. – С брусникой.

– Ну вот. Завтра тогда тортик возьми на работу, я загляну к тебе на чай.

– Договорились! – мурлыкаю я, принимая коробку с моим любимым «Птичьим молоком». – Проходи скорее.

– Мирона еще не привели? – снимая с себя пальто, вопрошает Шепелев.

– Нет. Но уже скоро должны вернуться.

В этот момент раздается звук домофона, и я не успеваю нажать на кнопку открывания двери, потому что инициативу перенимает Данила.

– Я встречу Мирона в подъезде, – коротко сообщает он мне. – Не хочу, чтобы твой бывший муж полы топтал в прихожей.

Глава 13. Ярослава

– И на последнем такте Данила обнимает тебя за плечи! – демонстрирует движение Елена, наш свадебный хореограф. – Все понятно?

Мы переплетаемся с Даней взглядами в зеркальном отражении и послушно киваем.

– Тогда, еще раз прорепетируем этот кусочек! – хлопает она в ладоши и включает музыку.

Вообще, постановка свадебного танца – это идея Данилы. Я не стала сопротивляться и ответила согласием. Единственное, в чем мы до сих пор не сошлись – это выбор песни. Но время еще есть, думаю, после Нового года мы обязательно определимся.

Спустя два часа мы выходим из танцевального зала и тепло прощаемся с Еленой до января. Девушка улетает в Таиланд практически на месяц, и мы обещаем репетировать дома без нее.

– Заедем поужинать? – приобняв меня, жених ласково касается ладонью моей щеки.

– С удовольствием, но мне нужно забрать Мирона, – посматриваю на часы и прикидываю, сколько времени займет дорога до поселка, где живут мои родители и родители Подгорного.

– Разве он не с няней? – удивленно тянет Даня.

– Нет, – неохотно отвечаю, потому что каждый наш разговор о бывшем муже неприятно заканчивается. – Подгорный забрал его и повез к бабушке с дедушкой. Они наряжают елку и украшают дом.

– Как мило! Вся семья в сборе.

Я оставляю последнюю реплику без внимания и вынимаю из кармана телефон, чтобы предупредить о своем скором приезде.

– Почему он тебе сам не привезет сына? – не унимается Шепелев.

– Дань, – отвлекаюсь от айфона и удивленно на него смотрю. – Тебе же не нравится, когда он, как ты выражаешься «топчет мне полы в прихожей». Встреча на нейтральной территории – лучший вариант для всех. И я как раз хотела заскочить к маме с папой. Совмещу приятное с полезным.

– А с собой ты меня не приглашаешь?

– Данюш, – примирительно тяну и беру его за руку, переплетаясь пальцами. – Ты сам сказал, что у тебя работы куча. Я тебя не отвлекаю. Ты на танец с трудом время выкроил. Но если хочешь, поехали вместе. Я только «за».

По недовольному лицу Данилы вижу, что он сомневается, но, в итоге, соглашается со мной. Боже, как же с ним стало сложно. В прошлый раз я еле его уговорила остаться дома и встретила Мирона сама. Представляю, чтобы началось в подъезде, если бы Подгорный с ним встретился. Да и Мирошка вряд ли бы отлип от любимого папочки и пошел к Шепелеву.

– Мне не нравится ваше общение, Яся. Пойми меня, – тихо говорит он, когда мы прощаемся на парковке.

– У нас нет никакого общения, Дань. Только по поводу ребенка. И все переписки ты видел, я ничего от тебя не скрываю, – хмурюсь в ответ. С недавних пор он маниакально стал мониторить мой телефон.

– Да. Ты права. Люблю тебя. Позвони мне вечером, ок?

– Конечно, Данечка! – расплываюсь в улыбке, усаживаясь за руль своего автомобиля. – И я тебя люблю.

Помахав на прощание, трогаюсь с парковки и выезжаю на оживленную улицу в направлении загородного поселка.

Арсений играет в заботливого папочку уже две недели, исправно появляясь через день. В другие же дни обязательно звонит Мирошке по видеосвязи на планшет, который был приобретен для него специально для этих целей. Между собой мы практически не контактируем, чему я несказанно рада.

Подгорный, видимо, решил наверстать два года, которые провел вдали от сына, потому что рьяно принялся участвовать в его жизни. Я знаю, что они ходили в зоопарк, цирк, дважды были в малышковом театре и очень много гуляли. По сравнению с отцом-праздником я, наверное, в глазах сына выгляжу матерью-наседкой, которая заботится о его интеллектуальном развития. Рисует, лепит, читает и постоянно что-то рассказывает.

Краем глаза замечаю, как на телефон падает сообщение от моей будущей свекрови – Галины Михайловны.

– Ясенька, добрый вечер. Не хочу показаться настойчивой, но как скоро будут готовы пригласительные?

Пригласительные! И списка гостей до сих пор нет окончательного. Вообще, мы с Даней накидали предварительный, и получилась какая-то армянская свадьба на пятьсот человек.

– Добрый вечер, – набираю женщине голосовое. – Извините, что голосом, еду за рулем. Спасибо, что напомнили, никак с Данькой не можем определиться. Думаю, в ближайшие выходные составим список гостей и отправим свадебному организатору.

– Отлично, – тут же отвечает мама Дани. – Давно к нам не заглядывали с Мирошкой, заезжайте в воскресенье. Я планирую постряпать пирог с грибами и картошкой.

– Обязательно обдумаем этот момент!

У нас теплые отношения с матерью моего жениха. Галина Петровна до пенсии работала главным бухгалтером на государственном предприятии, а сейчас занимается разведением экзотических цветов и пишет стихи. Отец же Данилы трудится на руководящей должности в Департаменте транспорта, с ним мы не очень близки. Да и виделись, если честно, от силы раза три.

К Мирону они тоже относятся хорошо, но, не имея опыта общения с маленькими детьми, слегка настороженно. Мама не просто так беспокоится, у них огромное количество нужных и полезных знакомств и, как я поняла, многих людей обязательно нужно пригласить на нашу свадьбу.

Без пробок довольно быстро добираюсь до поселка и, приветственно кивнув охраннику на въезде, заезжаю на территорию. Прокатываюсь по центральной улице и сворачиваю в знакомый переулок, проехав несколько метров останавливаюсь у ворот дома Подгорных и достаю телефон, чтобы позвонить Даше.

Спустя пару мгновений автоматические ворота открываются, и я въезжаю на территорию дома Подгорных. Испытываю странные чувства. Мы все детство с Алисой курсировали то к ней, то ко мне, и очень много воспоминаний связано с этим местом. А сейчас я приезжаю забирать своего сына, которого родила от брата лучшей подруги.

Словно подслушав мои мысли, на крыльце появляется стройная фигурка Алисы и нерешительно машет мне. Я глушу мотор и выхожу на морозный воздух, не веря своим глазам. Надо же, и она вернулась!

– Привет! – глубоко вдохнув, широко улыбаюсь.

Сердце колотится где-то в горле от волнения, а во рту мгновенно пересыхает.

– Привет! – с горящими глазами отвечает Алиска, после чего, повинуясь порыву, кубарем скатывается по ступенькам и летит ко мне, широко раскрыв руки. Я же лечу ей навстречу с распростертыми объятиями и крепко сгребаю ее в объятия. – Я так скучала, Алиска. Прости меня за все!

– И я, Яська! – вторит мне подруга, хлюпая носом. – И ты меня прости за все. И Арса-идиота тоже.

Мы, как дурочки, ревем, обнимаемся, скачем, что-то лепечем, а потом валимся в сугроб и хохочем, глядя в темное небо, с которого пролетают редкие снежинки. Помирились! Наконец-то. Как же мне не ее не хватало!

Глава 14. Арсений

– Вот, сын, смотри! – удерживая за ноги сидящего на моей шее Мирошку, сообщаю. – Раз, два, три, елочка, гори!

Сынуля в предвкушении елозит по моим плечам и радостно хлопает в ладошки, когда мама незаметно включает гирлянду в розетку. Елка загорается теплым желтым светом, искрит и переливается, даря ощущение праздника и волшебства.

– Красиво! – восхищенно шепчет сын. Я не вижу его глаз, но уверен, что они светятся от счастья.

– Очень красивая елочка, – нахваливает мама, подходя ближе. – И Мирон какой молодец, помогал украшать елочку.

Взять пацана к родителям – было правильным решением. В своей квартире у меня нет настроения украшать дом, а родители всегда ответственно подходят к подготовке к празднику. Вот и этот год не стал исключением. Мама, как знала, заранее закупила кучу новых игрушек и тщательно продумала концепцию украшения дома. В этот раз – оно в сине-красных патриотичных тонах. Мне очень нравится.

Сын тянется потрогать звезду на макушке елки, и я встаю на цыпочки, чтобы он дотянулся. Подумать только, сколько у него эмоций и впечатлений.

– Ярослава скоро приедет, – осторожно говорит мама, откладывая телефон, словно невзначай касаясь моего плеча.

– Приедет и приедет, мне-то что? – фыркаю, спуская сына на пол. Он тут же бежит к елке рассматривать игрушки, а я следую за ним, чтобы он ничего не натворил.

Произношу максимально равнодушно, в первую очередь убеждая в этом себя. Главное – не вестись на провокации, а в этом Ясе равных нет. Ее налитая грудь все еще перед глазами стоит, как наваждение. Пришлось дважды напряжение скидывать. Лина, наивная, думала, это на нее так стоит у меня.

– Какие у вас отношения?

– Никаких, мама, – резковато отвечаю. – Какие могут быть отношения с девушкой, которая вычеркнула меня из своей жизни и забыла обо всем, что обещала? И очень быстро утешилась в объятиях другого?

– Сенечка, – примирительно тянет мама, усаживаясь в мягкое кресло. – Вы оба очень упрямые. Как ослы, ей богу. Что ты, что она не хотите видеть истины.

– Истины? – усмехаюсь я, оборачиваясь в ее сторону. Замечаю блестящие от слез глаза, в которых отражаются яркие огонечки. – Какой истины? Ты пытаешься ее оправдать. Непонятно зачем. Яся – истеричка. Она мне всю кровь свернула, Алисе, родителям своим. Благодаря этому, никто ни с кем не общается, а Макар и Кира ненавидят меня. Да что там, Ян, брат Яси, с которым у нас всегда были отличные отношения, такую тираду мне выдал, словно я самый ужасный человек на земле.

– Я за то, что нужно поговорить. Вы не поставили точку в отношениях.

– Мама! – меня уже потряхивает от злости. Сначала Алиса решила мне мозги промыть, сейчас тяжелая артиллерия подключилась. Дальше кто? Отец? – Точку в отношениях поставила Ярослава, которая хладнокровно подала на развод. В очередной раз поверив не мне. Да что там, она и слышать ничего не хотела. Орала в трубку, рыдала как ненормальная и крыла меня последними словами.

– Ее можно понять, – пожимает мама плечами, усаживая на колени Мирона. Дает ему в руки игрушку – механический вертолет с Сантой-Клаусом и чмокает его в макушку. – Она была просто истощена морально. Мы как могли отвлекали и развлекали ее. Но ей нужен был только ты. Не мне тебе рассказывать, что последний отказ в визе просто уничтожил ее. А то, что ты не смог прилететь, как обещал – добил окончательно. Ярослава очень сильно тебя любила, сын. Очень.

– Это была больная любовь. Сейчас Ярослава здорова.

– Да. Данила вылечил ее. Так бывает, и пути расходятся. Зато какой чудесный Мирончик у нас есть. Да, малыш?

Мирошка ничего не понимает, но кивает, а когда мама начинает его щекотать, звонко хохочет, а у меня сердце замирает, глядя на своего сына. Подумать только – у меня есть сын. Моя плоть и кровь. Безумно похожий на меня, только глаза Ясины. Умный, шустрый и очень позитивный парень.

– А ты? Любил ее? – неожиданно спрашивает мама, отчего новогодний шар, который я решаю перевесить чуть повыше, выпадает из моих пальцев и укатывается под диван.

– Хорошо, что ты не купила стеклянные игрушки, мама, – становлюсь на колени и шарю рукой в узком пространстве. Игнорирую вопрос умышленно. Любил ли я Раевскую? Безусловно. До безумия и отвала башки.

– У нас же ребенок в доме, – тихо смеется родительница. – Не уходи от темы, Сеня.

– Ой, перестань, – морщусь я, нащупав заветный шарик. – К чему этот разговор? И вообще, я есть хочу.

– Мы ведь ужинали полчаса назад? – удивляется мать.

– У меня растущий организм! – хохочу, забирая у нее своего сына. – Мирошка, ты есть хочешь?

– Да! Курочку! – визжит пацан, потому что я подкидываю его до потолка, а потом ловко ловлю.

– Ладно. Будет вам курочка. Пойдемте на кухню.

Я послушно перемещаюсь следом с сыном на руках, который увлеченно рассматривает игрушечный вертолетик.

– Алиска что-то запропастилась! – выглядывает мама в окно. – Она голодная, интересно?

– Не знаю. Наверное. Она вечно ест все, что не приколочено.

Сам замалчиваю причину своего аппетита. Не говорить ведь о том, что Лина практически не готовит и совершенно не выносит запахи еды в доме. Приходится питаться в кафе или на работе. Меня это, если честно, ужасно вымораживает, но я понимаю, что такое состояние Лины временное.

– А почему твоя жена с тобой не приехала? – спрашивает мать, открывая духовой шкаф. Вынимает оттуда противень с запеченной курицей и картошкой, после чего ставит его на стол.

– Она не очень хорошо себя чувствует, – усаживаю Мирона за стол и достаю тарелки из кухонного шкафа.

– Ммм. Я подумала, что мы не очень ей понравились. Борис со своими шутками явно вогнал ее в краску.

– Нет, что ты? – смеюсь я, вспоминая шуточки своего младшего братца. Парню уже восемнадцать, а он никак не хочет взрослеть. – Вы ей очень понравились. Просто она немного стеснительная, и не очень быстро находит общий язык с незнакомыми людьми.

Я слегка кривлю душой. Лина была в жутком напряжении в их первую встречу, беспрестанно кусала губы и не отпускала моей руки. Была немногословна и односложно отвечала на вопросы. Единственным, с кем она вела себя легко и непринужденно, оказался Мирон. Я искренне надеюсь, что подобное поведение с моими родными было на фоне стресса, и в дальнейшем она расслабится.

– Не обижайся, конечно, – осторожно произносит мама, – но я все равно не могу понять причины для такой поспешной регистрации брака.

– А тебе и не нужно понимать, мамуль. Это – мое решение!

Входная дверь хлопает, и до нас доносится звонкий девичий смех.

– Мама, Сеня! – громко кричит Алиса. – Скорее ставьте кофе. Мы с Ясей помирились! Мирошка, беги к нам. Мама приехала!

Глава 15. Ярослава

Как бы я не противилась внутренне, мне пришлось с улыбкой согласиться поужинать в доме Подгорных. Мы только установили хрупкий мир с Алисой, я просто не имею права отказаться и уехать к своим родителям сейчас.

– Какая ты нарядная, Ясенька! – замечает моя свекровь. – И очень красивая. Платье новое?

– Спасибо, Дашечка. Да, – немного смущенно отвечаю. Платье и вправду новое. Ярко-красное, обтягивающее и с шикарным вырезом. Наверное, не стоило сегодня его надевать, но наперед я мыслить, видимо, так и не научилась.

– Ясечка всегда у нас была самая модная! – подхватывает Алиса с широкой улыбкой. Как же я по ней скучала. Лучезарнее человека я не встречала в своей жизни.

– Я положу тебе твои любимые крылышки! – тепло улыбается мне Даша, вынимая из шкафчика красивую плоскую тарелку с изображением лебедей.

– Спасибо! – улыбаюсь ей в ответ, держа Мирона, который в буквальном смысле слова прилип ко мне. Я его только покормила в соседней комнате, и он слегка разомлел. – Только руки нужно помыть.

На Арсения не смотрю принципиально, едва кивнув ему при встрече. Пигалицы с ним нет, что к лучшему. С ней мне не хочется встречаться еще больше.

– Мироша, – ласково говорю сыну, – посиди немножко. Мама ручки вымоет и вернется.

– Я с тобой! – тоненьким голоском просит мальчик.

– Мирон, – неожиданно включается в разговор Арсений. – Иди ко мне, мы пока с тобой вилки на столе разложим. Как тебе идея? Классная?

– Да! – послушно кивает малыш и тянется к папе.

Подгорный в тот же момент оказывается рядом, принимает Мирона и наши руки случайно соприкасаются. Ловлю на себе тяжелый мужской взгляд, а в нос настойчиво проникает аромат его парфюма. Тело фантомно реагирует на забытые ощущения, разгоняя кровь в венах и вызывая смешанные чувства, но разум быстренько все берет под свой контроль. Все в прошлом. Все. В. Прошлом.

Спустя некоторое время мы все дружно сидим за столом. Алиса беспрестанно рассказывает различные истории, которые я слушаю краем уха. Как бы я ни старалась, в присутствии бывшего мужа не могу расслабиться ни на секунду. Я чувствую, как от него буквально фонит раздражением в мой адрес, или, возможно, я схожу с ума, потому что Даша и его сестра ведут себя совершенно непринужденно. Арсений вставляет какие-то реплики, отчего все буквально покатываются со смеху, а мне кусок в горло не лезет. Для приличия поковырявшись во вкуснейшей курице, благодарю за ужин и отправляю Мирона одеваться.

– Мы договорились, да? – спрашивает меня Алиса, крепко обнимая на прощание.

– Да, – звонко чмокаю ее в щеку. – Завтра жду тебя в гости.

– Напиши, как доберетесь до дома, – просит меня Даша.

– Обязательно! – обнимаю ее на прощание. – Только мы сейчас к родителям еще заскочим. Если что, не волнуйся!

Арс надевает на Мирона ботинки и поправляет шапку, я же полностью одета. Подхватываю пакет с вещами сына и готовлюсь выйти с ним на улицу.

– Я помогу вам! – хмуро оповещает меня Арсений, после чего снимает с вешалки пуховик и натягивает его на себя.

– Не надо. Мы сами справимся! – противлюсь я.

– Как это не надо? – хором ахают Даша с Алисой и начинают наперебой трещать. – Надо. Конечно надо. Помоги, Сенечка.

Бывший муж забирает из моих рук пакет, подхватывает сына и шагает к выходу из дома. Мне ничего не остается, как идти в след за ним, наспех попрощавшись с женской половиной семьи Подгорных.

– Не стоило беспокоиться! – ворчу ему в спину, едва мы оказываемся с ним на крыльце.

– А никто и не беспокоится за тебя! – не оборачиваясь, грубо отвечает мне Арс, на что я показываю ему язык. – Все, что я делаю – только ради сына.

Мы спускаемся с крыльца, под ногами хрустит свежевыпавший снежок, а вокруг нереальная зимняя сказка. Заснеженная территория дома укрыта мягкими сугробами, праздничная иллюминация придает уют и создает теплую атмосферу. Справа, около туй, замечаю небольшую снежную горку и две лопаты, лежащие рядом. Видимо, для Мирона построили, но еще не залили. Очень мило.

Мы подходим к машине, которую я предусмотрительно завела с автозапуска, и Арс открывает заднюю дверь, чтобы усадить Мирона в автокресло, а я достаю щетку из багажника, чтобы смести нападавший снег. На бывшего мужа стараюсь не смотреть, потому что испытываю трепетные чувства, когда вижу их вместе. Такой маленький и трогательный сын, и сильный и мужественный его отец. И о чем я думала, когда хотела запретить им общаться? Мирошка его просто обожает!

– Веди себя хорошо, Мирончик! – расцеловывает его в обе щеки, Арс, машет на прощание и закрывает дверь, после чего обращается ко мне. – Ну вот, тут же отрубился Мирон. У тебя значок датчика масла горит. Есть у тебя? Я долью.

– Масло? Какое? – не сразу понимаю, о чем он говорит, погруженная в свои думы.

– Масло. Машинное.

– А. Должно быть.

Арсений заглядывает в багажник, со знанием дела открывает какой-то лючок, откуда вынимает пластмассовую бутылку. Затем садится за руль, нажимает кнопку открывания капота и выбирается на улицу под моим пристальным вниманием. Открывает какую-то крышку, вынимает спицу и что-то внимательно смотрит на свету.

– Пиздец! – выдыхает он, устанавливая ее обратно.

– Что такое? – подхожу ближе, задерживая дыхание, потому что порыв ветра настойчиво пихает мне в нос знакомый запах, от которого у меня раньше кружилась голова.

– Ты как ездишь вообще? Масло на нуле. Хочешь, чтобы двигатель склинило?

– Я не разбираюсь в этом! – тоже начинаю заводиться. Он кто такой, чтобы мне таким тоном выговаривать претензии? И машина моя. Что хочу, то и делаю!

– Не разбирается она. Не видишь, что масленка горит? А жених твой куда смотрит? На сиськи твои?

– А куда он смотрит, тебя не касается, ясно? – возмущенно отвечаю, упирая руки в боки. Надо бы помолчать, но меня уже несет. Держите семеро! – Тебе, смотрю, мои сиськи покоя не дают до сих пор?

– Это ты о чем? – рявкает Подгорный, заливая масло в двигатель. Награждает меня полным ненависти взглядом, отчего щеки тут же начинают гореть.

– Я же видела, как ты пялился в моей прихожей, когда я Мирона кормила. Чуть дыру не прожег!

– Ты вообще ненормальная? – хохочет он, хлопая крышкой капота. – Выдаешь желаемое за действительное?

– Желаемое? – прыскаю я. – Еще что придумаешь?

– Я? Ничего. Это ты у нас фантазерка. Решила, видимо, старое вспомнить и меня соблазнить? Твой Шепелев хреново трахает тебя, что на меня глазами голодными смотришь? И сегодня вырядилась случайно?

– Что? – я буквально задыхаюсь от возмущения, не веря своим ушам. Подумать только, он решил, что я его соблазняю? – Да ты мне на хрен не упал, ясно? Ты просто забыл, как могут выглядеть яркие девушки. И Шепелев меня трахает превосходно. По крайней мере, с ним я каждый раз кончаю. И мне не нужно притворяться, как раньше.

Последние фразы вылетают против моей воли, и я запоздало прикусываю язык. Крайне запоздало, потому что понимаю, что наболтала лишнего. В следующее мгновение оказываюсь лежащей на злополучном капоте, а надо мной нависает массивная фигура Подгорного. Но это еще цветочки, потому что в тот же момент, я чувствую, как его губы накрывают мои.

Глава 16. Ярослава

Его губы. Мягкие, шелковистые и знакомые до боли. И щетина мягкая, хоть и царапает мою нежную кожу лица, но как-то деликатно, чувственно. Погружаюсь в состояние анабиоза и меня буквально парализует от собственных ощущений, по телу прокатывается дрожь, и я испытываю легкое головокружение. Попав врасплох, мгновенно реагирую на контакт, а тысячи нервных окончаний буквально сигнализируют о вспышке эндорфинов.

Дыхание перехватывает в ту же секунду, как язык бывшего мужа собственнически метит территорию. Делает это так по-хозяйски и настырно, как домой вернулся. Губы прихватывает, наполняет своим вкусом и слюной. Я прихожу в себя и сопротивляюсь изо всех сил, мычу ему в рот, но Арс не реагирует на мои жалкие трепыхания, пальцами правой руки сжимает мою челюсть, заставляя шире разомкнуть губы и проникает еще глубже. Агрессивно и порочно. Настырно, что возмущает до глубины души, одновременно распаляя мою женское естество. Воздуха в легких не хватает, и я пытаюсь сделать глоток кислорода, голова кружится сильнее, а сердце колотится как ненормальное, норовя пробить грудную клетку.

Я распластана под сильным мужским телом и, какого-то хрена, мое нутро откликается на этот варварский захват. Это злит неимоверно, потому что я не собираюсь растекаться лужицей от напора Подгорного. И вообще, что происходит? Он – женатый человек, в конце концов. И я почти замужем. А он вылизывает мой рот и тычется мне в бедро своим членом. Уж его я ни с чем не спутаю. А как давно он этим языком ласкал свою Пигалицу? Фу!

– Отвали от меня! – шиплю я и пытаюсь цапнуть его за нижнюю губу.

– За языком следи, и подобного не повторится! Слишком ты эмоционально реагируешь для удовлетворенной девушки! Уверен, в трусах Ниагарский водопад, как раньше! – рявкает он мне в лицо и прожигает взглядом серых глаз насквозь. В них я не замечаю и намека на пренебрежение и равнодушие. Нет. Только злость и … похоть?

В этот момент я слышу звук въезжающего во двор автомобиля и по нашим фигурам пробегают всполохи фар, выхватывая в темноте.

– Придурок! – наконец, отпихиваю от себя бывшего мужа, который, как ни в чем не бывало, поднимается на ноги и протягивает руку, помогая подняться. Последний жест я игнорирую. – Иди в жопу, Подгорный!

Перекатываюсь на бок и сползаю с капота своей машины. Щеки горят как маленькие фонарики, руки мелко трясутся. Я просто в бешенстве! Намереваюсь отвесить ему пощечину, но сдерживаюсь, заметив на территории машину Марка Анатольевича. Он как раз в этот момент выбирается из салона и уверенным шагом направляется к нам.

– Добрый вечер! – немного обескураженно смотрит на нас, заложив руки в карманы пальто. В темноте поблескивают стекла его очков, в которых отражаются новогодние огонечки украшенного дома.

– Привет, пап!

– Здравствуйте! – хрипло приветствую бывшего родственника, чувствуя себя полнейшей дурой.

– Масло заливаете? – кивает на валяющуюся на земле бутылку.

– Типа того.

– Миритесь? – задает неожиданный вопрос старший Подгорный. Я впервые вижу его за прошедшие годы и замечаю, что он нисколько не изменился. Такой же подтянутый и серьезный.

– Еще чего! – шиплю я. – Ваш сын – просто неотесанное животное. Проведите с ним беседу, пожалуйста. А мне, похоже, нужно поговорить с его женой о неподобающем поведении верного мужа.

– Неожиданно, – широко улыбается Марк Анатольевич, поправляя очки. – Сын?

– Пап, оставь нас, пожалуйста! – просит Арс, не сводя с меня глаз. – Мы не договорили.

– Нет-нет. Аудиенция окончена. Всего хорошего! – рявкаю я, срываясь с места.

Сажусь за руль, и резко трогаюсь, в шоке покидая общество бывшего мужа и его отца.

Адреналин бьет в виски, и я пытаюсь прийти в себя, глубоко вдыхая. Мирон сладко спит, и я решаю ехать домой, чтобы его не будить. К родителям заскочу в следующий раз. Я дезориентирована совершенно, и потеряна. А еще, чувствую себя предательницей, потому что я дико возбуждена. Губы огнем горят, а во рту все еще вкус слюны бывшего мужа. Сладкий и до боли знакомый. Как бы я не противилась, но такие эмоции и чувства во мне вызывал только он, заводя с пол-оборота. И даже спустя два года ничего не изменилось.

Немного придя в себя, понимаю, что сама его спровоцировала. Разумеется, он не имел никакого права набрасываться на меня с поцелуем, но я задела его мужское самолюбие. Ведь, по правде сказать, я кончала с ним как ненормальная до звезд перед глазами. Даже в голову не приходило симулировать оргазмы. Именно он раскрыл мою сексуальность. Он и никто другой.

– Скинуть тебе номер моей жены, чтобы ты на меня пожаловалась? – загорается лежащий на консоли дисплей от входящего сообщения. «Отец-огурец» на связи.

Я закатываю глаза в потолок и еле сдерживаюсь, чтобы не записать гневное голосовое в ответ. На языке крутятся различные эпитеты, но я сдерживаюсь изо всех сил. Все-таки, сессии с психологом не прошли зря. Не буду отвечать. И встречаться отныне один на один не буду тоже. Только в присутствии третьих лиц. И что подумал Марк Анатольевич, увидев нас валяющимися на капоте? Господи, как же стыдно!

Арс специально выводит меня на эмоции, видит, как я ведусь на провокации. Зачем ему это? Ума не приложу. Он должен быть счастлив со своей новой женой, а я осталась в прошлом. Мы оба этого хотели, ведь так?

Погруженная в свои мысли не замечаю, как добираюсь до дома и вкатываюсь в подземный паркинг. Мирошка сладко спит, а, значит, мне нужно будет заносить его домой на руках. Это тот еще квест, учитывая, что у него с собой еще куча вещей после бабушки.

Выбравшись из машины, осторожно вынимаю сыночка из автокресла и беру на руки, ногой закрывая дверь. Пакет с игрушками заберу позже.

Едва поднимаюсь в квартиру, как сынуля просыпается и радостно мне улыбается, моргая сонными глазками.

– А где папа? – спрашивает он, потягиваясь. Тепленький такой и очень трогательный.

– Папа остался с бабушкой, Мироша, – мягко отвечаю я, помогая ему раздеться.

– Я хочу к папе, – капризно тянет малыш, сжимая в маленькой ладошке машинку. Такой у нас еще не было, она явно новая.

– Ух ты, – присаживаюсь на корточки и переключаю его внимание, чтобы сын не разразился плачем. – А это что у тебя такое? Новая машина?

– Да, – шмыгая, отвечает мальчик. – Папа купил.

– И что это за машина? – заинтересованно рассматриваю новинку. – Легковая?

– Джип! Как у папы!

– Невероятно! – качаю головой. – Очень красивая!

– Ой! – тянется к своему карману Мирон. – Еще вот!

Вынимает оттуда маленького игрушечного зайчика с морковкой и демонстрирует мне.

– А это кто у нас?

– Заяц Сева!

– А он откуда?

– Лина дала!

– Очень мило! – расплываюсь в улыбке, отмечая про себя, как только сын уснет, зайчик Сева отправится в увлекательное путешествие в мусорное ведро, а дальше на полигон бытовых отходов.

Глава 17. Ярослава

– Как съездила к родителям? – во время вечернего созвона интересуется Данила, с аппетитом поглощая ужин.

Я уложила Мирона и релаксирую в ванной. Вообще, эта простая процедура всегда помогает мне очиститься от плохих мыслей и, надеюсь, от воспоминаний о физическом контакте с Подгорным.

– Не была у них, – честно признаюсь, глядя в камеру. – Мирошка отрубился и я не стала его будить, поехала домой сразу.

– Ммм. Как он погостил у бабушки?

– Отлично. Они наряжали елку и дом.

– А бывший твой?

– Что? – стараюсь казаться равнодушной, но чувствую, как кровь предательски приливает к щекам, а губы начинает жечь. Посматриваю в уголок экрана, чтобы оценить свой внешний вид и внутренне расслабляюсь. Выгляжу как обычно. Мерзкий Подгорный! Я вообще не люблю врать, а тут приходится.

– С женой там был? – внимательно следит за мной Данила. Или мне кажется? Блин, так и до шизофрении недалеко.

– Нет. Без жены. Даша была и Алиса. Кстати, – воодушевленно загораюсь и перевожу тему. – Мы помирились с ней и договорились завтра встретиться. Она приедет ко мне вечером. Ой, я так рада, Данюша. Ты себе не представляешь. Мы столько лет дружили, она мне очень близка.

– Яся, – не разделяет Шепелев моей радости. – Я далеко не в восторге, что ты зачастила в тот дом и тем более, что будешь встречаться с его сестрой.

– Я не понимаю, о чем ты? – хмурюсь я, поглубже заныривая в пену. – Она – моя подруга. И была ей задолго до моего замужества. И я собиралась пригласить ее на свадьбу, между прочим. Несмотря на то, что мы не общались почти два года.

Вода в ванне начинает остывать, и кожа покрывается мурашками. Свечи с ароматом ванили начинают раздражать своей приторностью, и я с психом их задуваю. Пожалуй, надо выбираться из ванны, провести обязательные процедуры виде нанесения кремов и лосьонов, и ложиться спать. Завтра с самого утра мне на работу, а у меня методический материал не подготовлен.

– Ты считаешь, что я должен в ладоши хлопать от радости? – Даня поднимается и на некотрое время скрывается из объектива, убирая тарелки в раковину. – Не хочу, чтобы из меня делали оленя, Ярослава. С большими ветвистыми рогами.

– Никто из тебя оленя не делает! – тут же начинаю заводиться. – Это что за абьюз? Ты считаешь, что можешь диктовать мне с кем общаться, а с кем нет? Мне даже родители никогда не запрещали этого!

– Считай это чем хочешь, Яся! – жестко отвечает мой жених, метая в меня молнии через экран. – Знаешь, как это бывает? Редкие встречи, переглядывания, касания случайные. Потом ностальгические воспоминания, эмоции, чувства, начинаешь думать, что все можно вернуть. А сестра явно поспособствует сближению, Ярослава. А там и до измены недалеко!

– Видимо, тебе виднее, Данила. У меня такого опыта никогда не было. А ты так уверенно мне рассказываешь наперед, чего ждать? – резко сажусь в ванной, отчего часть воды выплескивается на пол. – Я о тебе чего-то не знаю?

– Не неси хуйни, Яся! Ты обо мне знаешь все! И даже больше! – рявкает Даня, отчего я в осадок выпадаю. Никогда его таким не видела. Он злой как черт, еще и матом ругается на меня!

– В таком тоне я с тобой разговаривать не намерена, – ледяным голосом отвечаю я, после чего безжалостно нажимаю на экране кнопку прекращения звонка и откладываю телефон на бортик ванной.

Подгорный всех доводит до белого каления, а Данила просто сходит с ума от ревности. На секунду, в его поведении я узнаю себя и мне в буквальном смысле становится дурно. Как же я выносила мозг бывшему мужу. Рыдала, кричала в трубку, сыпала оскорблениями и жутко страдала. Ужасно. Мне словно воздуха не хватало. Это была болезненная привязанность и очень больная любовь. Сумасшедшая. А еще, как мы выяснили с психологом, в какой-то степени я повторяю судьбу своей матери. Также, как она, я родила ребенка без мужа и одна его воспитываю. У меня за плечами развод и жуткие душевные переживания. Единственное, что мне греет душу – это то, что в итоге мамуля счастлива с моим отцом и они все пережили и закалились. А брак у них такой крепкий, даже крепче гранита! И у меня будет также.

Правда, психолог намекала мне на то, что я, в свою очередь, могу идти до конца и выйти за Арса второй раз. Даже родить еще детей, но я так громко смеялась в ответ, что чуть шов после кесарева не разошелся. Страница отношений с бывшим мужем не то, что закрыта, она сгорела в печке и больше не существует.

В итоге, выбираюсь из остывшей воды и докрасна растираю себя полотенцем. Наспех чищу зубы, сушу волосы и мажу лицо кремом. На все остальное у меня нет ни сил, ни настроения. Последнее вообще ниже плинтуса. Спасибо Шепелеву, испортил мне его окончательно.

На моей памяти, это едва ли не первая наша ссора и я ужасно нервничаю. Беспрестанно проверяю телефон, ожидая увидеть от него сообщение с извинениями, но ничего не приходит. Заглядываю в спальню, подхожу к детской кроватке и некоторое время любуюсь сыном. Спит сладко, лежа на животе, чуть приоткрыв ротик, а в руке сжимает машинку, которую подарил папа. Тихонечко наклоняюсь и невесомо целую его в пухлую щечку, отчего сердце щемит, переполненное любовью. Поправляю одеялко и на цыпочках иду на кухню выпить чаю.

Пока закипает чайник, достаю из холодильника творожок с курагой и выкладываю его на тарелку. На ночь есть вредно, да и аппетита нет, но Подгорный приучил меня питаться правильно и не голодать, читая лекции о язве желудка и гастрите.

Загружаю ноутбук и готовлю на завтрашний день обучающую программу, после чего мою посуду и выключаю во всей квартире свет, оставляя лишь горящий светильник в прихожей. Не успеваю улечься в кровать, как в дверь раздается тихий стук. С удивлением посматриваю на часы – уже половина двенадцатого. В такое время я точно никого не жду. Лежу как мышка, прислушиваясь. Тихий стук повторяется, мой гость явно не собирается уходить. Поднимаюсь с постели и накидываю халат, подхожу к двери и смотрю в глазок.

– Яся, – доносится до меня мужской голос. – Открой, пожалуйста.

Глава 18. Ярослава

– Даня? – удивленно тяну я, открывая дверь. На лестничной площадке я вижу высокую фигуру своего жениха с огромным букетом алых роз.

– Прости меня, Ясенька! – шепчет он, делая шаг вперед. – Я обидел тебя. Ты имеешь полное право общаться с кем угодно. Я реально перегнул палку на эмоциях.

Я молча запускаю его в квартиру, ощущая легкий аромат алкоголя.

– Ты что, пил? – ошеломленно спрашиваю.

– Да, – понурив голову, отвечает он. – Кстати, это тебе!

Протягивает цветы и тянется меня поцеловать. Я подставляю щеку и пораженно качаю головой, принимая шикарные розы.

– Ты же не пьешь, Шепелев. Что на тебя нашло?

– Эмоциональные качели, Яся! – шепчет он. – За это тоже прости. Я всего пятьдесят грамм коньяка бахнул. Сам не понял, зачем.

– Ты не в себе, Дань. Ей богу! – зарываясь носом в плотные бутоны, произношу. – Что с тобой вообще происходит в последнее время? Ты настолько в себе не уверен?

– Я готов пойти к психологу! – обнимает меня и целует мои волосы. – Клянусь, буду держать себя в руках. Честно, сам в шоке, что веду себя как истеричка.

– Сходи обязательно! – сменяю гнев на милость в нежных объятиях. – А чего мы в прихожей стоим? Проходи!

– Мироша спит? – разуваясь, интересуется Данила.

– Да, – зеваю, прикрывая рот ладонью. – Я тоже уже легла.

– Я останусь на ночь? Завтра утром на такси уеду.

– Конечно. Не выгонять ведь тебя!

Чуть позже мы лежим на моей кровати и нежимся, обнимаясь после примирительного секса. Я втягиваю запах будущего мужа и погружаюсь в сон.

Следующий день я провожу в приподнятом настроении. Скоро новогодние праздники, в которые я планирую как следует отдохнуть, а вечером мы встречаемся с Алисой. И этот факт меня безумно радует.

Мирошка ждет меня дома с няней, а я забираю подругу, после чего мы заезжаем с ней в магазин, где берем необходимые продукты и бутылку безалкогольного вина. Общаемся легко и непринужденно, словно и не ругались никогда.

Алиска цветет и пахнет. Она просто пышет здоровьем и энергией, а я безумно рада за нее, что она вновь победила болезнь.

Пока подруга обнимается и милуется с Мироном, я быстро накрываю стол, откупориваю вино и разливаю его по бокалам. Для сына выкладываю на тарелку макарошки с тефтельками и наливаю в маленькую кружечку вишневый компот, который сварила Даша.

– Алиса, Мироша! – зову Подгорных на кухню. – У меня все готово.

Спустя несколько секунд они появляются в поле моего зрения, хихикая. Мирон восседает на руках у своей тетки и теребит ее за волосы.

– Ох, Яська! – выдыхает румяная девушка. – Какой же он классный. И так быстро растет. В последний раз я его видела три месяца назад, так он еще почти не говорил. А тут – фразами изъясняется, стихи знает. Я в шоке вообще!

– Да, он очень быстро растет! – помогаю сыну усесться на высоком стульчике и вручаю ложку. Кушает он самостоятельно не очень хорошо, но мы начинаем трапезу всегда с самостоятельного поедания пищи. Потом я его докармливаю. – Я с ним занимаюсь, няня, обе бабушки, еще и в развивашку ходим два раза в неделю.

– Здорово! – устраиваясь напротив, улыбается Алиса.

– А в конце декабря даже утренник устраивают для мамочек. Я очень хочу пойти. Даже костюм Мирону купила – брюки, рубашку и бабочку.

– А на Новый год вы куда? – отправляя в рот оливку, вопрошает подружка.

– Не знаю, – пожимаю плечами, протягивая ей бокал с вином. – У родителей, наверное, будем. Ну, за примирение и крепкую дружбу?

– Да, дорогая моя! И давай больше никогда не ругаться? Мне так тебя не хватало!

– Давай! Я столько гадостей наговорила тебе, Алиса. Сейчас вспоминаю, мне очень стыдно! И мои гормоны меня совершенно не оправдывают!

– Я на тебя не злюсь, Яська. Ни капли. Наверное, в тот момент, прекратить общение – было единственно верным решением.

Мы чокаемся и делаем глоток напитка. Мне правда стыдно, но в тот момент мною двигали другие эмоции. Меня просто разрывало от бессилия. Я прекрасно понимала, что помимо стремления Арса спасти маленьких пациентов, на ту же чашу весов отправляется болезнь Алисы, его сестры. И мы с Мироном в очередной раз проигрывали. Да, я была очень эгоистична в тот отрезок времени.

– Я знаю, что тебе неприятно это слышать, – осторожно произносит Алиса, отставляя бокал, – но, если бы не Арсений, я бы не справилась. Правда. Он рискнул попробовать на мне препарат, который они разрабатывали со своей командой, и я согласилась. Мне было очень страшно, Яся. Ты не представляешь, каково это, когда тебе двадцать три года, а ты понимаешь, что постепенно слабеешь. Спотыкаешься на ровном месте, очень быстро устаешь и теряешь силы. Даже подняться по лестнице не можешь, не держась за перила. И не знаешь, когда тебе станет хуже, а выхода из этой ситуации нет. А ты мечтаешь жить на полную, строишь планы, хочешь детей, но все резко обрывается из-за болезни, которая неизлечима. Была неизлечима. Тысячи людей ожидали этот препарат, Яся. Тысячи. Я не говорю о маленьких детках со СМА. И вот, наконец, есть надежда. По крайней мере, очень высокие шансы на выздоровление.

Я слушаю пылкую речь подруги со слезами на глазах, восхищаясь ее силой и несгибаемым характером. Алиса всегда была активной, ходила в походы и даже взбиралась на горы. Мечтала водить мотоцикл и сгонять на сплав. И нас с Таськой за собой таскала, как хвостики.

– Я очень за тебя рада, – шепчу я, после чего крепко-крепко ее обнимаю. – А с Демьяном как у вас?

Демьян – ее парень, с которым у них были очень непростые отношения, особенно, когда она узнала о том, что болезнь вернулась.

– Все хорошо. Ты не знаешь, но он меня очень поддержал в итоге. Мы тогда уже не общались с тобой. А еще, у меня есть новость, – шепотом сообщает Алиса, поблескивая глазами. – Я вообще никому не говорила.

– Какая? – тоже шепотом спрашиваю.

– Я – беременна! Только Арсению боюсь говорить. Беременеть сейчас крайне нежелательно. Не факт, что я смогу выносить ребенка. Мышцы еще не до конца пришли в норму, и никто не знает, как организм себя поведет.

– Демьян тоже не знает?

– Неа. Он сейчас в горах, и связи с ним нет до завтрашнего дня. Но я скажу ему, обязательно!

– А срок какой?

– Только сегодня узнала. Четыре недельки.

– Господи, как я счастлива за тебя! – снова бросаюсь обниматься. – Уверена, все хорошо будет! У вашего отца самая крутая клиника в Москве. Троих родишь! Ой, вы с Таськой совсем рядышком. Круто!

– Да. Все отлично складывается! – счастливо улыбается Подгорная, но я замечаю, что она немного нервничает. – А вы с Данилой планируете малыша?

– Нет! – категорично отвечаю, отвлекаясь на Мирона, чтобы его докормить. – Не сейчас точно. Хотя он очень просит ребенка.

– Боишься, что снова будет тяжелая беременность?

– Да. Очень. Хотя, иногда думаю, что я сама виновата. Накручивала себя и доводила каждый раз своими истериками. Все сказывалось на здоровье, но иначе я не могла. Очень эмоциональная, ты сама знаешь.

– Знаю, – смеется Алиса. – За это я тебя и люблю. И Арса ты этим покорила.

– Алиса, – предостерегающе машу ложкой.

– Ну что я поделаю, если вы были идеальной парой?

– У него сейчас другая жена. Ни к чему эти разговоры.

– Сорожка, глушеная веслом она, а не жена. Терпеть таких тихушниц не могу. Выспрашивала у меня все про него, когда мы в группе были, а я наивная – рассказывала ей. А потом в кровать к нему и прыгнула. Воспользовалась моментом. И еще, мне кажется, что он на ней назло женился. Никакой любовью там и не пахнет. С его стороны, я имею ввиду. Она на него, как на божество смотрит. Ой, все, молчу. Ничего не говорила. Вино точно безалкогольное?

Глава 19. Ярослава

– Ва-ва-ва, в лесу выросла тра-ва! – четко проговариваю я, удерживая свою ученицу Нюшеньку на коленках. – Сюда ставишь слог «ва».

У Анечки очень тяжелое генетическое заболевание – муколипидоз. Она не может ходить и внешне очень отличается от сверстников, но более жизнерадостного и доброго ребенка я не встречала. Мы работаем с ней уже третий год, и она просто умница. Знает сказки, потешки, мгновенно запоминает стихи и песенки. Мелкая моторика у нее совершенно не развита, пальчики очень жесткие и практически не сгибаются, но она усердно, высунув язычок, пытается складывать кубики в башенку.

Вообще, у педагогов не должно быть любимчиков, но Нюшу я люблю всем сердцем и всегда с нетерпением жду на занятия. Она мне платит той же монетой и трепетно обнимает на прощание. Во время моего декрета я настоятельно отправляла их с мамой пойти к другому логопеду-дефектологу, давала рекомендации, но они верно дожидались меня.

– До свидания, Ярослава Макаровна! – тепло улыбается на прощание мама Анютки. – До четверга!

– До четверга! – машу им в след и принимаюсь прибираться на столе.

Я безумно люблю свою работу и кабинет, в котором сейчас тружусь. Очень светлый и просторный, правда, зимой сейчас темнеет рано и я просто обожаю наблюдать в панорамное окно закаты. Вот и сегодня он просто загляденье – огненно-красный и безумно красивый.

Ненадолго зависаю на созерцании вечернего неба, после чего переодеваюсь и собираюсь домой. Анечка была последней в списке учеников на сегодня. Мирончик с моими родителями, поэтому, набираю маме. Они как раз должны закончить занятия в развивашке и освободиться.

– Да, дочь! – тут же отвечает мама. На заднем фоне слышу гул и детские голоса.

– Мамуль, я закончила работу. Вы чем занимаетесь?

– Пытаюсь снять сандалии с одного сладкого мальчика, – отпыхиваясь, отвечает она.

– А чего он? Вредничает? – удивляюсь.

– Папу просит! Мирончик, зайка, дедушка ждет в машине. Папа на работе сейчас.

– Хочу к папе! – доносится детский голосок.

– И так целый день! Я скоро с ума сойду. Мы Арсению три раза звонили по видео, но ему мало! – стонет родительница.

– Мам, может, поужинаем в «Перро»? – предлагаю я, ощущая сильный голод. – Совершенно не хочу ничего готовить.

– Давай. Через сколько ты там будешь?

– Полчаса максимум, – прикидываю, взглянув на часы.

– Договорились!

Накидываю на себя пуховик, завожу машину с автозапуска и, подхватив сумку, выхожу в коридор. По пути на улицу заглядываю к Даниле в кабинет. Он сидит в своем кресле и с кем-то разговаривает по телефону. Замечаю, что слегка не в духе. Брови сведены к переносице, а пальцы правой руки отбивают нервный ритм по столешнице.

– Ты занят? – шепотом спрашиваю, тихонечко прикрывая дверь.

Он жестом подзывает меня к себе и нежно целует в щеку, продолжая внимательно слушать собеседника. Голос явно мужской, но я ума не приложу, с кем он беседует.

– Хорошо, я понял, – наконец, отвечает Даня. – Обязательно. Всего доброго и спасибо за помощь! Ждите приглашение на свадьбу!

– Ого! – обольстительно улыбаюсь, усаживаясь к нему на коленки. – Кто это еще ждет от нас приглашение? Мы, вроде, всем разослали?

– Папин двоюродный брат. Он живет в Казахстане, и я был уверен, что даже не собирается к нам. Оказывается, сможет прилететь с женой.

– Ты не рад?

– Рад, конечно! – тут же меняется в лице Данила, широко улыбаясь. – Мы давно не виделись очень.

– Напиши мне, как зовут твоих дядю с тетей, я перешлю информацию организатору, – чмокаю его в колючую щеку и собираюсь подняться.

– А ты уже закончила?

– Да. Поеду в «Перро», поужинаем с родителями и Мирошкой. Ты во сколько освободишься?

– Я? – смотрит Данила на часы на левой руке. – Да, в целом, прямо сейчас. Настроения работать совсем нет. Завтра продолжу. Поедем на твоей? Я потом на такси приеду за своей машиной. Или могу у вас остаться ночевать, завтра вместе на работу?

– Без проблем! Только я сегодня обещала Мирону, что он будет со мной спать.

– Втроем тоже отлично поместимся, – ссаживает меня с себя Данила и подходит к своему шкафу, откуда вынимает пуховик и одевается.

– Чем занимаются твои дядя и тетя из Казахстана? – любопытничаю я, пока мы спускаемся на лифте на первый этаж.

– Тетя ни дня не работала, – крепко держа меня за руку, отвечает Шепелев. – Она родила восемь детей и занималась их воспитанием.

– Восемь? – ахаю я, округляя глаза. – Охренеть.

– Да. Причем два раза двойняшек и один раз тройняшек, – смеется Даня. – А младшая девочка родилась одна.

– Система дала сбой?

– Похоже на то. Можно я поведу?

– Конечно! – протягиваю ему ключи от своего автомобиля и усаживаюсь на пассажирское сиденье.

– У тебя лампочка горела, масло заканчивалось, – настраивая кресло под себя, проговаривает молодой человек. – Я могу залить, если оно есть.

– Эээ, уже не надо! – растягиваю губы в улыбке. – Я сама залила. Тебя не дождешься!

– Сама? Ты знаешь куда?

– В бензобак, милый! – быстро-быстро хлопаю ресничками, изображая из себя дурочку. – Конечно, знаю. Не хватало еще, чтобы двигатель клинанул.

– Вы меня удивляете, Ярослава Макаровна! – трогаясь с места, сообщает Данила.

– Надеюсь, приятно?

– Еще бы!

До ресторана мы добираемся довольно быстро, и, припарковавшись, выбираемся из автомобиля. Я стреляю глазами по сторонам и замечаю папину машину.

– О, они уже здесь. Идем скорее! – тяну Данилу за собой к входу в кафе.

– Почему именно сюда? – осматривая интерьер, спрашивает он. Помогает мне снять верхнюю одежду и сдает в гардероб.

– Здесь очень вкусно готовят. Я просто обожаю свиные медальоны в сливочно-ореховом соусе! А еще, здесь классная детская и по вечерам работает няня. Можно спокойно поужинать и не дергаться, – поправляю волосы перед большим зеркалом и остаюсь очень довольна своим внешним видом. Цвет лица ровный, глаза яркие и выразительные, губки пухлые. На мне надет брючный костюм шоколадного цвета и белоснежный топ. Выгляжу очень стильно. – Мы были здесь с Мией. Помнишь ее? В Питер со мной гоняла, когда мы познакомились?

– Которая сейчас живет в Новосибирске? – припоминает Данила.

– Да-да. Именно.

Хостес проводит нас вглубь ресторана и указывает, где нас ожидают мои родители с Мироном. Едва вхожу в зал, как меня едва не сносит с ног бешеной энергетикой Подгорного, который какого-то хрена восседает с ними за столом и вполне себе мило общается с моим отцом. Мирошка уютно устроился на его коленках и уплетает свое любимое пюре с котлетками.

Словно тепловизор, Арс тут же реагирует на мое появление и вперивается взглядом, пробирающим до нутра. Складывается ощущение, что на присутствующего рядом Шепелева не обращает ровно никакого внимания, потому что даже не глядит в его сторону. Сканирует мою фигуру, пристально ощупывая каждый миллиметр, зависает в ложбинке груди, отчего кожа усеивается мурашками, а затем поднимается к лицу.

– А этот хер что тут делает? – шипит Данила, хватая меня за рукав жакета. – У вас что, свидание?

Глава 20. Арсений

По легкому движению воздуха и невидимым вибрациям, чувствую скорое приближение бывшей жены. И действительно, не проходит и минуты, как она появляется в поле моего зрения. Высокая, стройная и какого-то хера довольная. Пока меня не увидела, выражение лица мгновенно кривится, будто лимонов наелась. Да не одна, а в сопровождении своего верного лакея – Данилы. Жених, блядь. Чмо ебаное. Усы как у ебаной лисы и выражение лица тупое.

Он явно не ожидал меня увидеть, потому что шипит что-то невнятное и мать моего ребенка за рукав дергает, как маленький.

– Ой, – выдыхает Кира, моя теща. – Как неловко получилось. Я не знала, что Яся будет не одна.

– Ничего страшного, – тереблю своего сына, сидящего у меня на коленках, за щечку, – сейчас все официально познакомимся. Мироша, мама пришла!

Сладкая парочка приближается к нашему столику, явно находясь в охуении, а мне даже смешно становится от их реакции. Будто Майкла Джексона увидели вживую. Привыкайте, мои дорогие. Придется часто видеться, потому что я никуда больше сваливать не собираюсь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.