Надежда Самойленко
Моя любовь давно мертва

Первая встреча

Воздух в парке был густым и тягучим, будто пропитанным карамелью от лотков со сладостями. Теплый ветер, пахнущий пылью и молодой листвой, касался ее лица, путался в коротких волосах, заставляя их щекотать шею. Вокруг кипела жизнь: разноцветная вереница людей плыла к аттракционам, воздушные шары нетерпеливо дергались на ниточках, норовя улететь к яркому небу, а детвора носилась между скамеек, оглашая все вокруг беззаботным смехом. Девушка шла медленно, позволяя этим звукам, этим запахам и солнечным бликам обволакивать себя. Лучи скользили по загорелой коже, согревая изнутри, и на душе было так же легко и празднично, как у ребенка, который впервые увидел это море огней и улыбок.

Она сжала в пальцах шершавый краешек билета и нырнула в людской поток, текущий по аллее. Где-то слева заливался смехом ребенок, которого подбрасывал отец, справа подростки толкались в очереди за мороженым. Обычный летний день в городском парке. Но в следующую секунду время словно споткнулось.

Молодой человек шел прямо на нее. Высокий, широкоплечий, двигался сквозь толпу так целенаправленно, будто вокруг больше никого не существовало. Их взгляды встретились, и его глаза - серьезные, почти недоверчивые - расширились, в них мелькнуло что-то похожее на шок. Он ускорил шаг, и она инстинктивно качнулась назад, прижав к себе ладонь с зажатым билетом, словно пытаясь заслониться от этого натиска. Мысль путалась:Кто это? Откуда?

А парень уже был рядом. Темные волосы спадали на лоб мягкими, чуть взлохмаченными прядями, словно он только что шел против ветра или провел рукой по макушке, и они застыли в этом небрежном, но живом беспорядке. И прежде чем она успела сделать вдох, его руки сомкнулись вокруг нее, прижимая к груди.

Девушка замерла, все тело превратилось в струну, руки повисли вдоль тела, пальцы судорожно сжимали злополучный билет. В голове звенела пустота. Но странное дело - внутри, где-то в самой глубине, не было страха. Не было даже желания вырваться. Был лишь ступор и это нарастающее, пульсирующее тепло.

А потом объятия заговорили. Без слов, одним только током крови, бешеным стуком его сердца, который она вдруг отчетливо услышала. Они говорили ей то, чего она не понимала рассудком, но что с пронзительной ясностью отозвалось в каждой клеточке:Ждала. Всегда ждала. Сама не зная, что жду именно этого.Тело, мгновение назад одеревеневшее, дрогнуло, по коже пробежал табуном мурашек трепет, а следом пришла волна такой неожиданной, щемящей радости, что на глазах защипало.

Молодой человек дышал часто и глубоко - грудью, всем телом, каждой клеткой. Прижимал так сильно, что она почти повисла на нем, едва касаясь носками босоножек асфальта. В этом объятии было все: отчаяние, неверие, надежда что-то первобытное, родное, от чего подкатывал ком к горлу.

А потом он медленно, словно через силу, начал отстраняться. Его руки скользнули с плеч к предплечьям, сжали их осторожно, будто проверяя - настоящая ли? - и сделал пол шага назад. Толпа вокруг продолжала гудеть, где-то смеялись дети, играла музыка, но для них двоих время замерло.

Загадочный брюнет смотрел на нее. Взгляд скользнул по ее лицу - жадно, лихорадочно, цепляясь за каждую черточку: за изгиб бровей, за родинку на щеке, за растерянно приоткрытые пухлые губы. В его глазах плескалось столько всего, что невозможно было разобрать по отдельности. Там были и удивление, и боль, и нежность, и тот особенный мужской надлом, который видно только в самые откровенные мгновения. Поднял руку - осторожно, словно она могла раствориться - и коснулся пальцами ее щеки. Провел большим пальцем по скуле, задержался у виска, будто запоминая на ощупь.

- Это ты... - выдохнул он хрипло, и голос его дрогнул, сорвавшись на последнем слове. - Боже, это правда ты.

Парень сглотнул, и кадык дернулся на шее. Короткий, нервный смех вырвался из его груди - смех облегчения. Смотрел на нее так, будто она была чудом, которое случается раз в сто жизней.

- Я нашел тебя, - прошептал он почти беззвучно. - Наконец-то.

Мысли девушки ворочались медленно, будто сквозь густой мед.Кто он? Откуда? Лицо казалось смутно знакомым - до противного чувства «ну, вспомни же!», которое свербило где-то в затылке.Где? Когда?Она пыталась ухватиться за ускользающий образ, но он таял, как дым, оставляя только щемящее чувство. Чувство, что все правильно. Что так и должно быть. Что онанашла.Нашла того, кого, оказывается, все время искала, сама того не зная. В груди разливалось тепло, гулкое и радостное, как эхо давно забытой песни. Ей хотелось закрыть глаза и просто стоять так вечно. Провалиться в это ощущение с головой, раствориться в нем без остатка...

-Рената!

Звонок ворвался в ее личное пространство резко, безжалостно.

- Рената, алло! Ты меня слышишь?

Она вздрогнула, моргнула - и реальность обрушилась ледяным душем.

Комната. Серая, холодная, залитая бледным утренним светом. Обои в цветочек, которые давно хотела переклеить. Скомканное одеяло. И телефон в руке, настойчиво вибрирующий голосом коллеги.

- Рената! - телефон трещал так, будто рядом работал отбойный молоток. - Ты спишь, что-ли? Спасай! Я влипла, электричества нет, волосы мокрые, на улице холодина, я же околею! Если шеф спросит, скажи, что я выехала на объект с проверкой, ладно? Ну, прикрой, а? Ты же знаешь, он лишит премии, если еще раз опоздаю!

А Рената смотрела в одну точку на стене, пытаясь поймать ускользающее эхо сна. Сердце колотилось где-то в горле, на губах блуждала тень той самой необъяснимой радости.

Парк. Люди. Смех детей. И он. Высокий брюнет с темными прядями, падающими на лоб. Его глаза. Его объятия. Чувство, что она дома.

- Ренат! Ты чего молчишь? Прикроешь?

Она сглотнула, провела ладонью по лицу, прогоняя остатки видения.

- Да, - голос прозвучал хрипло, - Прикрою, скажу, что на выезде.

- Золотце! С меня кофе и круассан!

В трубке запищали короткие гудки. Рената отняла телефон от уха и еще несколько секунд сидела неподвижно. За окном действительно было серо и сыро. Ранняя весна. А в ее груди все еще жило то тепло - чужое, нездешнее, но такое родное.

Девушка закрыла глаза.Кто же ты? Где я тебя видела?Ответа не было. Только смутное чувство, что потеряла что-то бесконечно важное. Или, может быть, только что нашла?

Почти обычный рабочий день

Восьмой этаж бизнес-центра «Палладиум» встречал ее привычным гулом. Лифты распахивались створками, выпуская в холл поток людей в деловых костюмах, пахло кофе, свежей полиграфией и тем особенным ничем - стерильной чистотой дорогого офиса, где каждая деталь подчинена эффективности.

Рената толкнула стеклянную дверь с логотипом «АктивКапитал» - серебристые буквы, рубленый шрифт, никаких лишних эмоций. Как и в их работе, собственно.

- Рената Сергеевна, доброе утро! - секретарша Леночка, вечно улыбчивая и вечно с идеальной укладкой, протянула ей стопку документов. - Вам на подпись, срочные. И Ян Владимирович просил зайти, как появитесь.

- Спасибо, кивнула Рената, принимая бумаги.

Офис уже жил своей размеренной, отлаженной жизнью. В открытом пространстве - опенспейсе, разделенном на квадраты столами и невысокими перегородками - гудели негромкие голоса. Кто-то говорил по телефону, кто-то склонился над монитором, сверяя цифры, кто-то спорил о коэффициентах ликвидности. Знакомый до мельчайших нюансов механизм, где каждый винтик знал свое место.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.