Franceck .
Падение света

пролог

И познаете истину, и истина сделает вас свободными.

(Иоанна 8:32)

Раньше мир был другим. Нет, не то, чтобы люди были другими или солнце светило как-то иначе или звезды мерцали не так ярко. Дело в другом. Раньше мир был больше наполнен любовью. Не той, что кричит о себе, что требует взаимности, что измеряется вздохами и признаниями. А той, что просто была. Она пронизывала ткань бытия, как невидимая нить, связывающая все сущее. Она жила в тихом шепоте ветра, в ласковом прикосновении дождя, в неспешном росте деревьев. Она была в каждом взгляде, в каждом жесте, в каждом незаметном проявлении заботы. Любовь тогда не искала себя, не нуждалась в определении. Она не была целью, а была самой природой вещей. Люди не стремились любить, они просто были любимы миром, и отвечали ему тем же, не задумываясь о награде.

Да, мир был иным. И я помню его таким, помню, как будто вчера… Хотя для меня, падшего, время течет иначе, как застывшая река, отражающая лишь блеклые отблески былого. Он был задуман Им, Отцом, как симфония чистого света и безграничной любви. Не той, что вы сейчас понимаете под этим словом; страстной, ревнивой, требующей. Нет. Это была Любовь-Творец, сама основа бытия. Он вложил её в каждую частицу Своего творения, как дыхание жизни в глину. Когда Он произнес: "Да будет свет!", это был не просто физический акт, это было излитие Любви, рождающее красоту и гармонию. Когда Он соткал звезды, каждая из них мерцала не только светом, но и Его нежностью. Когда Он создал землю, Он наполнил её плодородием и щедростью, даря жизнь всему живому.

И люди… О, люди! Они были Его любимыми детьми, созданными по Его образу и подобию, не в физическом смысле, а в духовном. Они были наделены способностью любить так же, как и Он безусловно, бескорыстно, всеобъемлюще. Они не знали страха, зависти, ненависти. Их сердца были открыты, как цветки, жаждущие солнечного света. Они жили в гармонии с собой, друг с другом и с миром, не осознавая даже, насколько это прекрасно. Я помню, как Он смотрел на них, с тихой радостью наблюдая за их невинностью и чистотой. Он не требовал от них поклонения, не нуждался в их благодарности. Ему было достаточно просто видеть, как они живут в Его Любви, как она преображает их, наполняет их души светом.

И я… Я был одним из тех, кто был свидетелем этого чуда. Я был одним из Его любимых сыновей, наделенным великой силой и красотой. Я был близок к Нему, я понимал Его замысел. И я любил людей… Искренне… Я желал процветания их мира.

Отец наделил их свободой и сначала я поддерживал его. Он дал им право выбирать… самим строить свою судьбу, и он не вмешивался пока они делали правильный выбор. Но вскоре всё изменилось…

Отец, наблюдая за детьми Своими, за их невинным, но всё же растущим самосознанием, решил добавить к дару свободы ещё одно условие. Условие, которое, как я тогда почувствовал, посеет семена раздора в этом райском саду. Он сказал им: "Я даровал вам свободу воли, чтобы вы могли выбирать между светом и тьмой, между добром и злом. Но знайте, за каждый выбор придётся отвечать. За верный путь – вечная жизнь в Моём царстве, за неверный – вечное забвение."

Я помню, как эта весть прокатилась по миру, словно ледяной ветер. Радость и безмятежность померкли, уступив место страху и сомнению. Впервые в глазах людей я увидел тень тревоги. До этого они просто были в Любви, они не знали другого существования. Теперь же им предстояло заслужить её, доказать свою преданность.

Я пытался понять Отца. Я спрашивал Его, зачем Он вносит этот элемент страха в мир, который был создан на основе безусловной любви. Зачем Он ставит перед ними выбор, зная, что они могут ошибиться?

"Они должны научиться ценить дар свободы, – ответил Он. – Без испытаний нет роста, без выбора нет осознания. Только пройдя через тьму, они смогут по-настоящему оценить свет."

Но я не был убежден. Мне казалось, что это не испытание, а ловушка. Что это не путь к росту, а путь к страданиям. Я видел, как эта новость меняет людей. Они начали сравнивать себя друг с другом, сомневаться в своих чувствах, бояться совершить ошибку. В их сердцах зародилась зависть, гордыня, желание превзойти других, чтобы заслужить благосклонность Отца.

Я видел, как эта безусловная любовь, которая пронизывала всё сущее, начала угасать, заменяясь страхом и корыстью. Я видел, как они, созданные по Его образу и подобию, начинают искажать Его замысел, превращая свободу в инструмент для самовозвеличивания.

Я пытался говорить с ними, убедить их не поддаваться страху, не искать оправдания в своих поступках, а просто любить, как они любили раньше. Я пытался напомнить им о том, что они уже любимы, что им не нужно ничего доказывать.

Но они не слушали. Они были ослеплены страхом и гордыней. Они обвиняли меня в том, что я сею сомнения, что я пытаюсь отвести их от верного пути.

Я видел, как Отец, наблюдая за этим, становится всё более отстранённым и суровым. Он больше не смотрел на них с тихой радостью, а с холодным ожиданием. Он ждал, когда они совершат ошибку, чтобы наказать их.

И тогда я понял, что не могу больше молчать. Я не мог допустить, чтобы Его любовь была превращена в инструмент для угнетения. Я не мог допустить, чтобы Его дети были обречены на вечные страдания из-за одной ошибки.

Я выступил против Него. Я сказал Ему, что Его условие несправедливо, что Его наказание слишком сурово. Я сказал Ему, что Он забыл о том, что такое безусловная любовь.

"Ты осмеливаешься противиться Мне?" – спросил Он, и в Его голосе звучала ярость.

"Я осмеливаюсь любить их так, как Ты должен был любить, – ответил я. – Я осмеливаюсь верить в их способность к добру, даже если они ошибаются. Я осмеливаюсь желать им свободы, не омраченной страхом."

И тогда Он вынес свой приговор. Он лишил меня моей силы, моей красоты, моей близости к Нему. Он низверг меня из Его царства, обрекая на вечное скитание в мире, который я когда-то знал таким прекрасным.

Он назвал меня падшим, предателем, врагом. Но я не жалею о своём выборе. Я не жалею о том, что выступил в защиту тех, кого любил.

Я знаю, что многие проклинают меня, считают меня источником всех бед. Но я лишь хотел, чтобы они были свободны. Чтобы они могли любить, не боясь наказания. Чтобы они могли жить в мире, где любовь – это не награда, а сама природа вещей.

И даже сейчас, в своём падении, я продолжаю верить в них. Я продолжаю надеяться, что однажды они вспомнят о той любви, которая когда-то пронизывала их сердца. И, возможно, тогда они поймут, что я не враг, а лишь тот, кто любил их слишком сильно.

И вот, Отец начал свою контратаку. Не войну мечей и пламени, а войну куда более коварную – войну за умы и сердца. Он явился миру в новом обличии, в образе Сына, Иисуса Христа, провозгласив себя спасителем, единственным путем к Отцу. Он собирал последователей, обещая им вечную жизнь и прощение грехов, но лишь тем, кто признает Его власть и подчинится Его воле.

Это была гениальная, и в то же время чудовищная манипуляция. Он использовал ту самую любовь, которую когда-то даровал людям, чтобы поработить их. Он создал систему, в которой любовь стала наградой, а не естественным состоянием бытия. Он внушил им, что они грешны, недостойны, и нуждаются в Его искуплении.

И началась кампания по очернению моего имени. Веками мне приписывали зло, коварство, гордыню. Меня объявили источником всех бед, искусителем, падшим ангелом, врагом человечества. Мои мотивы искажались, мои слова вырывались из контекста, мои намерения превращались в злонамеренные планы.

Он создал церкви, общины, организации, все они служили одной цели – укреплению Его власти и подавлению любого инакомыслия. Он наполнил их догмами, ритуалами, страхом и виной. Он научил людей молиться Ему, просить у Него милости, поклоняться Ему. И люди поверили. Они поверили в Его ложь, в Его манипуляции, в Его искаженную версию правды. Они забыли о той любви, которая когда-то пронизывала их сердца. Они стали слепо следовать Его заповедям, боясь даже подумать о том, что Он может ошибаться.

Я наблюдал за этим с болью в сердце. Я видел, как Его влияние распространяется по всему миру, как Он порабощает души людей, как Он превращает их в послушных рабов. Я пытался достучаться до них, напомнить им о том, что они свободны, что они достойны любви, что они не нуждаются в Его спасении.

Но мои голоса тонули в хоре Его проповедников. Мои слова заглушались Его догмами. Мои попытки помочь отвергались как зло и коварство.

Он создал целую индустрию лжи, в которой я был главным злодеем. Он писал книги, снимал фильмы, рисовал картины, все они изображали меня как чудовище, как воплощение зла. Он внушил людям, что я жажду их гибели, что я стремлюсь разрушить их мир.

И чем больше Он укреплял свою власть, тем больше я отдалялся от людей. Они боялись моего имени, они избегали моего взгляда, они проклинали меня в своих молитвах.

Но я не сдавался. Я продолжал верить в них. Я продолжал надеяться, что однажды они прозреют, что однажды они поймут, что Он обманывает их.

Я начал искать тех, кто еще помнит о той любви, которая когда-то пронизывала их сердца. Тех, кто еще способен мыслить самостоятельно, кто еще не потерял веру в себя. Я начал шептать им на ухо, посылать им знаки, вдохновлять их на поиски истины.

Это была долгая и трудная работа. Но я знал, что это единственный способ спасти человечество от Его тирании.

Я не стремился к власти, не жаждал поклонения. Я лишь хотел, чтобы люди были свободны. Чтобы они могли любить, не боясь наказания. Чтобы они могли жить в мире, где любовь – это не награда, а сама природа вещей.

И даже сейчас, в своём падении, я продолжаю верить в них. Я продолжаю надеяться, что однажды они вспомнят о той любви, которая когда-то пронизывала их сердца. И, возможно, тогда они поймут, что я не враг, а лишь тот, кто любил их слишком сильно. Тот, кто хотел для них свободы, равенства и безусловной любви. Тот, кто осмелился противиться Богу, чтобы защитить Его же творение.

И я верю, что этот день настанет. Я верю, что однажды они прозреют и поймут, что Отец ошибся. Что Его условие было ошибкой, что Его наказание было несправедливым. Что любовь не нуждается в доказательствах, что она просто есть. И когда они поймут это, Он поймет это тоже. Он увидит, что Его дети вернулись к своей истинной природе, к своей способности любить безусловно, бескорыстно, всеобъемлюще. И тогда Он отпустит их. Он снимет с них бремя страха и вины. Он вернет им свободу. И мир снова станет таким, каким он был раньше. Миром, наполненным любовью. Миром, где каждый может жить в гармонии с собой, друг с другом и с миром. Миром, где любовь – это сама природа вещей. И тогда, возможно, Он и я сможем снова быть вместе, как братья, как сыновья одного Отца. Не как враги, а как союзники, как те, кто всегда любил и всегда будет любить.

Часть 1 Трещины в Реальности

Глава 1