Дорожная книга ангела
Леонид Антипьев

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

⠀

Моим добрым друзьям.

Где бы вы ни были.

Редактор Андрей Юрьевич Санников

Составитель Екатерина Юрьевна Климова

Фото Алексей Кудряков

© Леонид Антипьев, 2026

© Екатерина Юрьевна Климова, составитель, 2026

ISBN 978-5-0069-4908-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Нежность и стоицизм

О новой книге Леонида Антипьева

Так бывает – когда понимаешь, что самым ярким выражением восторга является не бурная экзальтация, а – деликатная дистанция. Слишком хороша книга, слишком чиста, для того чтобы «шуметь» в её присутствии.

Это похоже на то чувство – высокое и почти невыносимо светлое, – когда ты смотришь из окна на играющих во дворе детей. Чувство печали, счастья и благодарности.

…есть довольно много людей, занимающихся поэзией. И совсем немного, буквально – единицы тех, кем занимается поэзия. Леонид Антипьев – именно из них, из очень немногих. Тексты его обладают настоящей глубиной, они безупречны технически, бесстрашны. И – это очень важное свойство! – в них есть странность, делающая стихи небывалыми, не имеющими обычных, привычных причин для появления.

Чудеса.

Андрей Санников, поэт,

член Союза писателей России,

лауреат литературных премий

Орфей

Прекращается строка,
требует к ответу.
Разливается река
через всю планету.

Сигарету ли курить,
пить густую водку —
всё равно тебе водить
через Лету лодку.

Обними себя рукой
за худые плечи.
Я вернулся за тобой
далеко-далече.

У тебя любовь в крови,
крепче и сильнее.
Мир сияет смертью, и
с каждым днём светлее.

Берег

Стало всё по-другому:
пусто и тихо кругом,
чаще скучаешь по дому,
дольше стоишь под окном.

Реже спускается птица
с отяжелевших небес.
Хочется остановиться,
не пропустить чудес.

Но что же ты сделал, что же?
Помнишь ли эти места?
Божьи следы на коже,
речка и береста.

Северное ледовитое стихотворение

Перед битвой проверяя ножны,
засыпая, просыпаясь и скорбя,
что так горько повторяешь? Что же?
Что так тяжко мучает тебя?

То не выразить обычными словами:
это небо подземелий, кровь зимы;
то рассказано могучими китами
берегам несуществующей земли.

Никогда и никому не скажешь,
понапишешь множество стихов,
нарисуешь чёрно-белой сажей
птиц и ангелов, архангелов и сов.

«Вновь попрошу у Бога…»

Вновь попрошу у Бога
песню начать с нуля.
Как на картине Ван Гога
веточка миндаля.

Так расцветало слово
светлое, о полку.
Всё происходит снова,
входит в одну строку.

Снова сияет лето,
горем и тишиной,
здесь на краю рассвета,
утром, перед войной.

«Снег отражает сияние…»

Снег отражает сияние
звёзд. Мы идём до сельпо.
Брат отдаёт мне собрание
Эдгара Алана По.

Старое, тёмное здание,
ворон темнее над ним.
Для тишины и молчания
больше весомых причин.

Кажется вечным молчание,
звёзды сгорают в снегу.
Сон или воспоминание —
определить не могу.

Ода

Заполнил весь дверной проём —
опора всех небесных сводов —
дым в совокупности с дождём
(ботву сжигают в огородах).

Четвёртый день болит спина,
ребёнок в кухне ест картошку.
Четвёртый год идёт война,
и снег кружится за окошком.

Идёт неведомо куда,
шагает чёрными шагами.
Вскипает тёмная вода
под обгоревшими ногами.

Мальчишка шепчет: «Смерти нет», —
и непременно умирает.
Цветёт картофельный букет,
звездами белыми сияет.

Трын-трава

Облако расцвело
красным и золотым.
В сердце моём тепло —
что-то такое с ним,

что знает один лишь Бог
и крепко хранит секрет.
Близко шумит поток,
сил моих больше нет.

Нет ничего, что было
радостью и тоской.
Сильно тебя любила,
долго прощалась с тобой.

Кто-то покинет дом,
кто-то придёт домой.
Всё заросло сорняком,
горечью, трын-травой…

«…И юное, хмельное солнце…»

1

…И юное, хмельное солнце
имеет вес,
весна качает горизонты,
чернеет лес.

2

Не сгинешь, не простудишься,
не промолчишь, споёшь,
и может быть почудится,
что жив… И не уснёшь,

и покачнётся улица,
и небо запоёт.
С рассветом позабудется,
со снегом уплывёт.

«Сколько времени до лета…»

Сколько времени до лета,
сколько темени и зла.
Развалилась сигарета,
ни к чему не привела.

Всё протопало куда-то —
в небеса или на дно.
Ночь огромна и крылата,
крутится веретено.

Небо чёрно, небо звёздно,
и сияет, и темно.
Засыпаю очень поздно,
иногда смотрю кино.

Далеко теперь, далёко…
Спеет чай – гляжу в окно.
Одиноко, одиноко,
одиноко, одино…

Репит

Снова выхожу во двор —
деньги, телефон, ключи.
Смотрит пристально, в упор
небо. Помолчи

и послушай, как поют
Даер Стрэйтс и Сплин.
Я с тобой, я буду тут —
только не один.

Одному никак нельзя —
тотчас всё насмарку:
песни, музыка твоя,
встречи в старом парке.

Ни любви, ни дружбы нет,
ни дождя, ни грома…
Только белый-белый свет,
«скорая» у дома.

Квартет

От красной смородины сводит скулы,
и слёзы бегут из глаз.
Облако в виде большой акулы
кружится вокруг нас.

Мы громко смеёмся, не чуя тревоги,
в играх забыв обо всём.
Сидим на завалинке, свесив ноги,
вдвоём, втроём, вчетвером…

Мы – покорители всех вершин!
We are the champions – мы!
И каждый из нас всегда не один
в любом уголке страны,

планеты, кошмарного сна… Но вот,
разбрызгивая печаль,
акула небесная приплывёт,
безжалостная, как сталь.

И там, в океане седых облаков,
один из нас будет ждать,
когда, насмотревшись кошмарных снов,
мы выйдем к нему играть.

Живой

Здравствуй! Здравствуй, дорогой!
Ты приснился мне живой!
Улыбался и ворчал
и на станции встречал.

Обнимал меня за плечи,
хохотал и пил весь вечер,
и до самого утра,
и уже домой пора,

но ещё так много нужно
громко, весело и дружно
нам с тобою обсудить —
бесконечно говорить!

Мы увидимся с тобой —
ты живой и я живой.
У калитки говорить,
а потом молчать, курить.

Вместе с дымом сигаретным,
поднимаясь над землёй,
станем чем-то очень светлым…
Ты живой и я живой.

Имена

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.