# Князь Целитель 3

Андрей Ткачев, Сергей Измайлов

Аномалия всегда преподносит новые сюрпризы, и то, что я оказался в госпитале рядом с ней, позволяет мне не только познать новое, но и развиваться куда быстрее моих собственных прогнозов. Проблема лишь в том, что, похоже, долго скрывать, что у меня два магических дара, не получилось. Впрочем, и это можно использовать в свою пользу. Ну а пока меня ждут новые вызовы как от Аномалии, так и от моего наставника, который, похоже, решил завалить меня работой.

## Глава 1


Герасимов, как и обещал, отпустил меня домой сразу после обеда. Я пополнил запасы медикаментов в рюкзаке, добавив к ним контейнер с комплектом эликсиров. Последним пунктом было накормить Зевса, который ждал меня с вкусняшками только через несколько часов.

– Что, не ждал меня так рано? – спросил я, погладил сонного пса, медленно вылезающего из-под ели. – На вот, перекуси и иди снова в своё логово. Хреновый из меня друг для тебя получается, только обещаю тебе конуру, а сделать некогда. Ты уж меня прости.

Но Зевс на меня особо и не обижался, продолжал вилять хвостом и неторопливо поедал мои подношения. Похоже, его ещё кто-то подкармливает, не вижу прежнего энтузиазма. Скорее всего, тот же, кто принёс ему миску, Михаил Иванович. Я потрепал псу загривок на прощание и направился домой.

Солнце недавно перевалило через зенит, и лишь редкие пушистые облака не давали ему раскалить асфальт до температуры сковороды. Чёрные доспехи на солнце быстро нагревались, и я старался скрываться в тени, чтобы не схлопотать тепловой удар.

Это ещё хорошо, что я целитель и умею управлять своим организмом гораздо лучше простых людей, перераспределяя тепловую энергию и частично превращая её в магическую. Оказывается, и такие приемы есть в родовых знаниях ‒ стоило только создать правильный запрос для моего виртуального помощника.

Матвея дома не оказалось. Я стащил с себя доспехи и военную форму, попил холодного кваса, который у нас почти всегда имелся в дверце холодильника и завалился на кровать. Первая половина дня прошла довольно интенсивно и можно себе позволить немного отдохнуть.

– Спишь, что ли? – внезапно прервал мой сон голос Матвея. – А чего это ты сегодня так рано? Настолько непривычно тебя видеть в это время дома в будний день, что хочется ущипнуть себя за нос.

– Ну так ущипни, не сдерживайся, – буркнул я, сладко потягиваясь. – А ты где был?

– Выполнял поручения вашего сиятельства, – сказал парень, изобразив клоунский поклон. – Отнёс рога мастеру. Тот очень подробно вспоминал про интимные отношения с твоими предками в грубой форме, когда попытался сделать на нём царапину напильником. Ты тут не икал?

– И что стало с напильником? – усмехнулся я, вставая с кровати.

– Сточился в этом месте, – криво улыбнулся Матвей. – Калёное железо не выдержало. Он сказал, что ему придётся покупать для работы с рогами демона особые инструменты, и запросил нехилый аванс.

– Давай сходим, отнесём ему денег, – предложил я. – Сколько нужно?

– Я уже отнёс ему почти все свои сбережения, – недовольно наморщив нос, сказал Матвей. – И всё, что я выручил за второй рог Танка. Пожалуй, это будет самое дорогое оружие из того, что я видел.

– Это ты ещё не был в оружейной палате в Кремле в Москве, – усмехнулся я. – Вот где дорогое оружие. А за деньги не переживай, я тебе всё отдам. Скоро у нас их будет достаточно.

– А ты мне так и не ответил, почему дома так рано? – резко переключил тему Матвей, но я по глазам заметил, что тема улучшения материального положения ему зашла.

– Танцуй! – сказал я, хитро улыбаясь, и упёр руки в бока.

– Пришло письмо от родителей? – осторожно спросил Матвей, подняв одну бровь.

– Лучше! – заявил я, широко улыбаясь. – Ты идёшь завтра со мной в научную экспедицию на территорию Аномалии, в качестве моего телохранителя.

– В научную? – переспросил напарник. – Точно не в боевой рейд? Я точно сплю, мне всё это снится.

– Нет, не снится, – покачал я головой. – Так что собираемся и ложимся пораньше спать. Завтра общий сбор в пять утра у северных ворот, опаздывать нельзя.

Матвей посмотрел на часы, почесал макушку, подумал.

– Я всё-таки должен успеть сделать стеллаж для хранения наших доспехов, – сказал парень и развернулся на выход.

– Постой, а из чего ты собрался делать? – насторожился я, вспомнив про невыполненные обещания.

– Идём, покажу, – сказал парень, и мы вышли во двор, где лежали доски и куски фанеры. – Я вот и инструменты купил, пригодятся на будущее.

– Отлично! – обрадовался я, понимая, что здесь всё есть для задуманного. – Только давай начнём не со стеллажа, а с собачьей конуры.

– Это ещё зачем? – удивился Матвей. – У нас и собаки нет. Или я чего-то не знаю?

– Я же тебе рассказывал, что у нас возле входа в госпиталь поселился породистый сторожевой пёс погибшего солдата. Вот для него и хотел конуру смастерить. Точнее, тебя попросить. А то я сам, боюсь, долго провожусь.

– Блин, я за инструменты и доски последние деньги отдал, – почесал макушку напарник, глядя с тоской на материалы.

– Я же сказал, что финансовые вопросы я решу, – сказал я, спокойно глядя ему в глаза. – Да и корпусную мебель лучше не из таких досок делать, а заказать в мастерской.

– Ты думаешь? – спросил напарник, сморщив нос, но, видимо моё предложение ‒ сделать мебель на заказ ‒ ему понравилось. – Ладно, давай сделаем конуру. А пёс большой?

Я показал примерно рост собаки в холке. Матвей, как заправский плотник начал делать замеры и отмечать линии отпила на досках. Я помогал, чем мог. На изготовление конуры ушло около двух часов, но результат превзошёл мои ожидания, мой напарник хорошо владеет инструментом. Такое не стыдно перед госпиталем поставить. Отнести это на место и порадовать паса мы решили сразу, пока солнце не село, а потом ужин и спать.

– Ого! – воскликнул вышедший на крыльцо Герасимов. – Комаров, ты на солнце, что ли, перегрелся? Тебе же отдыхать было велено перед походом!

Несмотря на недовольные интонации, я заметил, что сам факт заботы о собаке ему понравился и подобное заведующий всецело одобрял. Я впервые увидел его без белого халата, похоже, он только сейчас собрался идти домой и я смог увидеть его в доспехах и при оружии. Он подошёл поближе, критично осматривая наше с Матвеем изделие.

– Вполне добротно, – удовлетворённо кивнул Анатолий Фёдорович. – И Зевсу нравится. Теперь бедолаге хоть есть, где от дождя спрятаться. А теперь марш отдыхать!


* * *

Мы вышли из дома, когда было ещё темно, на улице ни души. Я любовался видом спящего города и пульсацией кругов маны после поедания стейка из Лешего. Матвею я с утра сказал, что мясо лучше не есть, зато вчера вечером он осилил кусок чуть больше первого и побочные эффекты в этот раз были не так выражены, начинает организм все же привыкать. Ну и я над ним поработал, чтобы быстрее усвоилось.

Возле северных ворот мы были уже без четверти пять, но пришли далеко не первыми. Здесь уже было скопление военных, которых привезли на автобусах маскировочного цвета и обтянутых специальной сеткой, которая размывала очертания и заставляла отворачиваться из-за неприятного ощущения в глазах. Форма у военных была такой же, как у тех, что пришли к нам на помощь в битве с Красным Медведем.

Я даже немного расстроился, не увидев здесь ставший почти родным отряд быстрого реагирования с майором Федуловым во главе. Военные бросали на нас с Матвеем косые взгляды и посмеивались между собой.

– Эй, ребята, вы часом не заблудились? – спросил один из них, на плечах которого я разглядел знаки отличия лейтенанта. – Охотники сегодня не выходят, запрещено.

– Мы не охотники и мы не заблудились, – коротко бросил я. – В мои обязанности не входит всем объяснять.

– Нарываетесь на неприятности? – недовольно произнёс молодой, но крепкий лейтенант, не спеша приближаясь к нам. И чем мы ему так не понравились?

– Хотите об этом поговорить? – невинно спросил я, выдав самую приветливую улыбку.

– Эй, Лис, это мои ребята! – услышал я вдруг позади себя знакомый голос.

Это был майор Федулов. Я обрадовался его появлению, словно он мой близкий родственник. Он и его взвод в этот раз тоже приехали на автобусе, танков и броневиков не было видно. Бойцы, шедшие за ним, приветствовали меня и моего напарника за компанию, как постоянных членов своего коллектива.

Лейтенант криво улыбнулся, развернулся и пошёл к своим подчинённым, не удостоив майора ответом. Я так и не понял, где субординация и уважение к старшему по званию? Или это настолько крутая элита, что он может себе такое позволить?

Впрочем, для меня это уже не важно. Главное, чтобы они хорошо выполняли свою часть работы ‒ защищали учёных, которые начали высаживаться из только что подъехавшего автобуса. На них была такая же форма, что и у лейтенанта. Я узнал, что это учёные, только по отвлечённым разговорам и по тому, что с ними был Фридрих Стефанович и несколько других знакомых лиц, что я видел вчера у нас в ординаторской.

– Уже на месте? – довольно улыбнулся заметивший меня учёный. – Молодец, так держать. Так ты сказал, что у тебя будет один телохранитель, а у тебя ещё и целый взвод спецназа под боком.

– Мы его личная гвардия! – хохотнув, воскликнул могучий пулемётчик Миша, похлопав по лежавшему на его плече грозному оружию.

Федулов только молча улыбнулся и не стал никак реагировать на высказывание подчинённого. Со стороны и, правда, смотрелось, что я в составе отдельного отряда. Без военной формы был только Матвей и я заметил, что он чувствует себя немного неуютно из-за этого. Я подбодрил приятеля, чтобы он не комплексовал по этому поводу.

Только сейчас заметил немного в стороне группу боевых магов. Их было человек двадцать и держались они обособленно от остальных и смотрели на военных, словно свысока. Похоже, во время этого рейда придется тяжко из-за отношений разных групп, надо будет следить за ними.

Глянув в другую сторону, я увидел двух целителей. Тот, что казался постарше, призывно махнул мне рукой. Я толкнул Матвея, и мы подошли к ним.

– Это ты наш третий целитель? – спросил целитель в военной форме, лет за сорок на вид. Второму, скорее всего, не было тридцати.

– Да, – кивнул я, выдержав его испытующий взгляд.

– Похоже, ты не из робких, – одобрительно улыбнулся старший. – Меня зовут Владимир Алексеевич, седьмой круг. А это Дмитрий Юрьевич, недавно шестого добился. А у тебя?

– Четвёртый, – коротко ответил я.

– Негусто, – криво улыбнулся Владимир Алексеевич, потерев подбородок. – Хотя, ты ж молодой ещё совсем. В Аномалию ходил уже?

– И не раз, – сказал я, не собираясь хвастаться. – Сначала с охотниками, потом с отрядом быстрого реагирования.

– Значит, имеешь примерное представление, что нам предстоит, – улыбнулся старший целитель, но в его глазах весёлости я не увидел.

– Мы в прошлый раз видели что-то странное, что сносит разум, – решил я с ним поделиться. – Мне показалось, что это был очень высокий человек в капюшоне.

– Уже повстречал? – спросил Владимир Алексеевич, нахмурившись. – Наши учёные окрестили его Чёрным Призраком. Но мало кто может описать, как он выглядит. Так тебе удалось его разглядеть?

– И подстрелить, – добавил я. – Но я, если честно, своим глазам в тот раз не особо поверил.

– Да правильно ты его описал, – грустно улыбнулся старший целитель. – Только вряд ли это человек. Вблизи его пока никто не видел. А раз ты смог устоять, да ещё и подстрелить, то ты не так прост, как кажешься на первый взгляд. Как зовут-то?

– Иван, – ответил я, не посчитав нужным упоминать отчество, всё-таки среди них я и, правда, самый молодой.

– А напарника твоего? – спросил он.

– Матвей. Но он не целитель, мой телохранитель и слуга. Фридрих Стефанович разрешил взять с собой.

– Тогда ещё и санитаром будет, – кивнул Владимир Алексеевич. – Руки лишними не бывают, да, Матвей?

– Так точно! – ответил парень по-военному, не пытаясь возражать.

– Все готовы? – голос Фридриха Стефановича разнёсся по всей площадке, словно он говорил через рупор. – Тогда выдвигаемся!

Разговорчики затихли, почти две сотни человек выстроились в колонну. Я шёл вместе с коллегами, позади нас в арьергарде уверенно топал вперёд уже привычный мне взвод спецназа, в форму которых был одет, в том числе и я. Когда я обернулся, майор Федулов подбадривающе улыбнулся и подмигнул.

На душе стало теплее, обрастаю потихоньку полезными связями и знакомствами. А теперь ещё и в такую экспедицию взяли, что я и мечтать не мог. Мой нейроинтерфейс сегодня потрудится на славу, записывая кучу новой информации. Все это будет полезно моему роду.

Возможно, мне просто показалось, но Аномалия словно насторожилась и притихла, впуская в свои недра такой большой и хорошо вооружённый отряд. Как знать, вдруг сегодня мне представится возможность увидеть в действии мощную боевую магию. Получится тогда её сравнить с тем, на что способны мои родственники. Все же одно дело ‒ потомственные аристократы, и другое ‒ маги из бывших простолюдинов. Как-никак, никого значимого из магов я среди собравшихся не видел.

Точку на карте мне никто не показывал, но чутьё подсказывало, что мы наверняка не по окраине топтаться будем. Колонна уверенно продвигалась вглубь Аномалии, бесцеремонно расстреливая и добивая клинками чересчур смелых монстров, которые решили, что им на праздничный стол пожаловало новое блюдо.

Всё это происходило на постоянной скорости передвижения, не снижая темпа, словно по рельсам едет бронепоезд, а не просто люди идут по красной земле. Идущий рядом со мной старший целитель вдруг коснулся рукой шлема, словно к чему-то прислушиваясь, потом повернулся ко мне.

– Для тебя работёнка появилась, – сухо констатировал он. – Быстро лечишь и оба возвращаетесь в строй. Посмотрим, на что ты способен.

– Вас понял, – ответил я и начал крутить головой, в поисках оставшегося на месте раненого солдата.

Меньше, чем через минуту я увидел стоявшего справа от движущейся колонны бойца. На правом бедре расплывалось кровавое пятно. Я резко отклонился в его сторону, Матвей последовал за мной в качестве дополнительной меры защиты. Майор дал команду своим и в нашу сторону направились ещё трое бойцов, в том числе пулемётчик Миша.

– Сядь, – коротко бросил я раненому бойцу.

Мою команду он выполнил максимально быстро, так как дорога каждая секунда. Стаскивать или разрезать штанину я не стал. Сканирование показало пару десятков небольших укушенных ран, скорее всего, провороненный Шипастый Червь, который выскочил прямо из-под ног.

Я воздействовал сразу широким потоком. Времени работать прицельно по каждой ранке нет. Энергозатратно, зато быстро, в зоне Аномалии я восстановлюсь так же быстро, поэтому пока можно не экономить.

За время моей работы мы отстали от колонны метров на триста, которые удалось преодолеть бегом меньше, чем за минуту. Предоставленное мне прикрытие в этот раз не пригодилось.

Редкие небольшие корявые деревца постепенно сменялись более крупными и вскоре превратились в довольно мощный дремучий лес, но на скорость передвижения это пока не влияло. До определённого момента.

Редкая стрельба впереди перешла в непрерывный треск автоматных очередей. Колонна остановилась, как вкопанная и резко начала переформировываться.

Шедшая впереди рота солдат в полуневидимом камуфляже приняла оборонительное построение, отряд магов из середины колонны резко рванул вперёд, чтобы обеспечить прикрытие и магический удар, если того потребует ситуация.

Меня поразила слаженность действий. Я понимаю, что каждому подразделению в наушники шлема поступают свои команды, но чтобы это так красиво работало, должно было пройти много тактических тренировок или сложных совместных походов. Никто ни об кого не спотыкался, никто ни на кого не орал. Буквально минута и впереди грянули молнии, полыхнул огонь и всё резко затихло.

– Идём вперёд, – сказал вдруг обернувшийся ко мне старший целитель. – У нас появилась работа.

Нескольких раненых солдат сослуживцы бережно переместили в тыл, другие заняли их места, маги выставили щиты, в которые уткнулись монстры без шанса пробиться к не такой уж и лёгкой добыче.

Раненых было четверо. Двоих взял на себя старший, а мне и другому целителю досталось по одному. В этот раз ранения были намного серьёзнее. У бойца, которым я занимался, были пробиты доспехи на груди и животе, сломаны несколько рёбер и довольно глубокая рана вдоль тела, которая в отсутствие целителя поблизости легко могла бы стать смертельной. Боюсь даже представить, что на него напало.

Я начал с остановки кровотечения, потом занялся регенерацией костных структур, восстановлением целостности мышц и других мягких тканей. Пока меня никто не торопил, я делал всё методично и скрупулёзно, до полного возвращения в рабочее состояние. А вот теперь можно заняться и очисткой раны, и всего организма от негативной энергии.

На этом этапе меня ожидала интересная новость. Негатива в организме солдата почти не было, в ране его было предостаточно, но отрицательная энергия стремительно таяла по направлению от центра к периферии. Я только сейчас увидел у него на груди странный амулет.

– Очень интересно, – пробормотал я себе под нос, осторожно снял что-то типа каплевидного чёрного бриллианта в серебряной оправе с чудом уцелевшей цепочки и поднёс к ране снизу. Теперь волна очищения шла с этой стороны. То есть со стороны амулета.

– Удивлён? – услышал я за спиной голос старшего целителя.

– Это амулет, защищающий от воздействия Аномалии? – спросил я на всякий случай, хотя и так уже было понятно.

– Он самый, – кивнул он и присел рядом, проверяя результаты моей работы.

– А почему всем такой не выдали? – поинтересовался я. – Немного обидно.

– Тебе-то он зачем? – усмехнулся Владимир Алексеевич. – Твой организм сам с этим прекрасно должен справляться. Или это не так?

– Так, – кивнул я и окинул взглядом солдат поблизости.

Теперь я разглядел такие же амулеты у всех бойцов в маскировочной форме, у учёных тоже были амулеты, а вот у подчинённых майора Федулова таких не было.

– А спецназовцам почему не выдали? – спросил я, поднимаясь вместе со старшим целителем и помогая подняться вылеченному мной бойцу, хотя он и сам бы прекрасно справился.

– Я этим не распоряжаюсь, – усмехнулся Владимир Алексеевич. – Можешь задать этот вопрос артефактору в составе нашей группы, если есть желание.

Он указал мне на полноватого мужчину средних лет, который держался вместе с группой учёных. Они собрались кучкой подальше от зоны соприкосновения и с опаской озирались. У всех имелось такое же оружие, как и у солдат, но они по непонятной причине предпочитали им не пользоваться. Учёные, что с них взять.

Я уже собрался и, правда, пойти и познакомиться с артефактором поближе, но в это время прозвучала общая команда двигаться дальше в боевом построении, и я был вынужден отложить эту беседу на потом.


## Глава 2


Колонна уверенно продвигалась вперёд. Только теперь это построение мало напоминало именно колонну. Рота поддержки превратилась в защитный купол, прикрывающий группу учёных с трёх сторон, но больше спереди, там бойцы шли в несколько шеренг. Взвод Федулова по-прежнему прикрывала тылы и немного фланги.

Маги рассредоточились по всему периметру и обеспечивали прикрытие для всего внушительного отряда, окружив его непрерывным щитом. Я заметил, как барьерщики периодически меняются и медитируют, восстанавливая силы. Видимо, это занятие забирает очень много энергии, замена происходит чуть ли не каждые пять минут. Правда, они не выкладываются в ноль, а меняются заранее, не допуская полной утраты запаса маны. Так, чтобы в случае опасности тут же подключиться к сражению.

Я шёл ближе к правому флангу и заметил в нескольких метрах от себя молодого барьерщика, лицо которого мне показалось знакомым. Его напарник был более возрастным и более опытным, он сменял молодого быстрее, чем тот его. А я смотрел на парня и пытался вспомнить, где же я его видел. Один раз мы с ним пересеклись взглядами, он нахмурился и отвернулся, но потом тоже стал бросать на меня косые взгляды, словно проверял и тоже пытался вспомнить.

– Мне кажется или я его где-то видел? – спросил я потихоньку у Матвея, кивнув в сторону барьерщика, когда тот был занят удержанием щита.

– Хм, – произнёс напарник, украдкой рассматривая парня. – Я тоже где-то его уже встречал. То ли на рынке, то ли в лавке сбыта добычи. Точно не помню. Может, проще будет подойти и поговорить?

– Может, – покачал я головой. – Но точно не сейчас.

– Как скажешь, – буркнул Матвей и уставился куда-то вверх в кроны деревьев, при этом умудряясь не спотыкаться о валявшиеся на земле сухие ветки.

Лес потихоньку превратился в многоярусный. Верхушки огромных деревьев терялись в дымке испарений, до них было не меньше ста метров. Второй ярус был вдвое меньше, а внизу был хлипкий молодняк от двух до пяти метров высотой.

Издалека я подумал, что лес поднимается на холм, а тут, оказывается, поднимался сам лес. Откуда-то из верхних ветвей подавали голос невидимые с земли обитатели верхнего яруса густой фиолетовой листвы. Иногда мелькали довольно крупные тени.

Мы неторопливо, но уверенно продвигались вперёд, пока навстречу не выскочил зверь, которому было плевать на все защитные барьеры. Снося на своём пути молодые деревца подлеска, словно газонную траву, выскочил рекордных размеров Кровожадный Танк, больше трёх метров в холке.

Монстр незамедлительно был встречен автоматными очередями, сгустками огня и мощными разрядами молний, но разогнавшаяся до скорости локомотива туша врезалась в отряд, разделив его надвое. Благо, что никто не пострадал, все успели разойтись или отпрыгнуть в сторону. Отряд остановился, окружив дымящуюся тушу метров шести длиной.

– Впервые вижу такого здоровенного! – удивлённо воскликнул Фридрих Стефанович, ловко запрыгивая на пробитую во многих местах броню зверя. – Вот это я понимаю, мамонты отдыхают!

– А вы представляете, во что здесь превратился бы мамонт, если бы они до сих пор существовали? – спросил, довольно улыбаясь, коллега Фридриха, поглаживая уцелевшие участки брони. – Слушайте, да из этого можно реальный танк сделать.

– Наши имперские танки все равно лучше, – возразил начальник исследовательского центра и легко спрыгнул с огромной туши. – И против нашего оружия и магов он всё равно не устоял.

Пока все любовались поверженным монстром, я решил воспользоваться ситуацией. До морды зверя мне понадобилось сделать три шага. Уже привычным движением глаза Танка оказались у меня в руках.

Всего пара ловких движений острым кинжалом и готово. Я уже представлял, какие там спрятаны магические кристаллы, когда мои мечты были грубо оборваны.

– Дай сюда! – требовательно и жёстко прозвучало сзади.

– С какой стати? – ухмыльнулся я, неторопливо поворачиваясь.

Передо мной стоял тот самый полноватый мужчина в форме, на которого указал перед походом Владимир Алексеевич и сказал, что это артефактор.

– С такой стати, молодой человек, – скорчив гримасу, язвительно произнёс артефактор и продолжил: – Что у меня подписан с исследовательским центром договор, что все найденные ценные ингредиенты передаются мне в обмен на обеспечение защитными амулетами и другими артефактами.

– Я с вами ничего не подписывал, – ответил я, любезно улыбаясь. Улыбка вообще часто бесит людей. – Так что требуйте только от тех, с кем есть договор.

– Да что вы себе позволяете! – у мужчины брови полезли на лоб от удивления и злости. – Немедленно отдайте мне кристаллы!

– И не подумаю, – совершенно спокойно ответил я, убирая глаза размером с бронированный кулак в отдельный пакет.

На небольшой инцидент уже обратили внимание, бойцы посмеивались, некоторые восхищались моим спокойствием и уверенностью. Другие предполагали, что мне сейчас влетит от начальства.

За что это, интересно, мне должно влететь? Я никакие договоры не подписывал и инструкций не получал, поэтому и нарушать нечего. Мой оппонент уже был на грани истерики, значит, я не ошибся, ухватил ценный ресурс.

– Фридрих Стефанович! – обратился артефактор к руководителю экспедиции, голос при этом сорвался чуть ли не на визг. – Ну что это за безобразие! У нас же договор!

Лейхтенбургский находился недалеко от нас, метрах в пяти. Он смерил взглядом артефактора, глянул на меня и мою добычу, потом едва заметно улыбнулся.

– Этот человек не из нашей команды, – сухо сказал он пухляку, разрушив в одно мгновение его замок из песка. А судя по следующим словам, мужчина как раз был готов к подобного рода конфликту: – Помощник со стороны, он не в курсе договора и имеет индивидуальное право на добычу.

Сказав это, Фридрих Стефанович сразу отвернулся и продолжил беседу с коллегами, один из которых начал специальным инструментом вспарывать правый бок Танка. Я мысленно поблагодарил его за поддержку, а артефактор чуть ли не плакал, глядя, как я пытаюсь запихнуть глаза монстра в свой рюкзак. Видимо, он был очень дотошным в рамках создания договора и просто не мог предположить такой вариант развития событий.

– Ну, отдай по-хорошему! – выдавил он уже совсем другим тоном, скорее, просящим, чем требовательным, губы мужчины задрожали, на него жалко было смотреть.

И вот это и есть известный артефактор? Ведёт себя хуже девчонки из младших классов гимназии. Капризный народ эти учёные.

– А то что? – спросил я, невинно улыбаясь.

Артефактор открыл рот, потом посмотрел на мой протазан и снова закрыл.

– Так и быть, – сказал я, наблюдая, как мой собеседник начал расцветать в надежде на положительный исход. – Меняю на пять защитных амулетов, которыми вы обеспечили роту поддержки и всех учёных.

– Да ты с ума сошёл, малец! – выпалил мой собеседник, брызгая слюной и изображая на лице лютую ненависть, но вид содержащих в себе ценный ресурс кабаньих глаз, которые демонстративно покачивались в пакете у меня в руке, ввели его в ступор. – Ладно, хорошо.

Вместо ненависти на лице теперь была скорбь из-за великой утраты. Глядя, как он скис, отдавая амулеты, но в то же время живо выхватил мою добычу, я подумал, что сильно продешевил ‒ надо было десять просить. Но теперь уже не о чем сожалеть, зато у меня есть амулеты, один из которых я незамедлительно отдал Матвею, ещё один вручил майору Федулову, а остальные спрятал в карман.

– Я верну тогда его тебе после похода, – сказал Борис Аркадьевич, улыбаясь.

– Не стоит, – сказал я и улыбнулся в ответ. – Это подарок.

– Ты уверен? – удивлённо спросил майор и, увидев мой утвердительный кивок, крепко пожал мне руку. – Спасибо!

– Носите на здоровье. Была бы возможность, я бы вытряс амулетов для всего взвода. Но сомневаюсь, что у этого… смог бы добиться большего.

– Я вообще удивился, что этот напыщенный хмырь так раскошелился, – ухмыльнулся майор. В отличие от меня, он не удержался в характеристике артефактора. – Значит, глазки Танка для него и, правда, многого стоят. Этих амулетов в свободной продаже вообще не существует, даже за кучу золота. Наверное, какая-то новая наработка. Учёные, одним словом.

– Идём дальше! – громко объявил Фридрих Стефанович, спрыгивая с истекающей чёрной кровью туши.

Я успел заметить, как учёный бережно упаковывает только что извлечённый из Кровожадного Танка желчный пузырь. Очень интересно, зачем он ему нужен? Этот вопрос я немедленно задал своему нейроинтерфейсу, но внятного ответа так и не получил. Надо будет при случае спросить у самого Лейхтенбургского или у его племянницы Евгении. Что-то мне подсказывало, что она тоже может быть в теме.

Увы, но в архивах рода Демидовых на этот счет не было нормальной информации.

По мере продвижения отряда вглубь Аномалии, я чувствовал постепенно нарастающее давление негативной энергии, словно мы приближаемся к эпицентру, к главному источнику излучения. А теперь начались странные колебания и небольшие просадки, значит, мы приближаемся к цели нашей экспедиции. Я сказал «нашей»? Ну а почему бы и нет, я же в ней участвую.

На ощетинившийся стволами и окружённый щитами отряд постоянно пыталось напасть всякое мелкое зверьё. Наваливались даже целые стаи Игольчатых Волков и Кошачьих Василисков, но их попытки пробить оборону оказались тщетными.

Зато для других, менее отчаянных обитателей леса появилось много подножного корма, чем те немедленно воспользовались. Хруст и чавканье позади начиналось, стоило нам отдалиться на несколько шагов. Неприятной была даже сама мысль оглянуться на это зрелище.

Лес впереди начал потихоньку светлеть, значит, власть ветвистых гигантов там начинает слабеть. Моя уверенность в том, что цель близка, начала крепнуть.

Однако впереди поджидала новая засада. Когда стометровые гиганты остались позади, земля под ногами начала неприятно чавкать, замедляя передвижение, и вскоре мы подошли к натуральному болоту.

Командир роты поддержки снарядил трёх бойцов шестами и отправил вперёд, приказав тщательно прощупывать грунт перед каждым шагом. Все остальные шли следом за ними, колонна снова сузилась и вытянулась, опасаясь ступить мимо проверенной тропы.

Ботинки погружались в холодную воду всё глубже, и стоило только зайти по колено, как разбавленная хлюпаньем тишина превратилась в адскую какофонию.

Непрекращающийся треск выстрелов и молний, крики боли, плеск воды, истошные вопли тварей Аномалии ‒ всё слилось в оглушающую песню смерти. Я выискивал цели через коллиматор, а Матвей со звериным энтузиазмом рубил всё, что по какой-либо причине оказывалось поблизости.

– Двигаемся вперёд! Не останавливаемся! – раздался в наушниках крик пытавшегося перекричать грохот битвы Лейхтенбургского, и у него, стоит признать, получилось.

Стрельба, лязг, крики, вой и всплески не прекращались, но мы неумолимо продвигались вперёд. Появлялось всё больше раненых, которых перемещали в центр отряда, где ими прямо на ходу занимались три целителя, в том числе и я.

Всё происходящее вокруг выходило за рамки привычного рейда. Я просто делал своё дело, не обращая внимания на хаос, что происходит вокруг. Мне ещё никогда не приходилось исцелять раны у человека, которого буквально несут на руках. Новая тактика, новые техники. Я внимательно следил за действиями старших коллег, а нейроинтерфейс помогал мне лучше понимать и запоминать, что и как они делают. Главное, что формировалась база целительских техник, и мое понимание этого направления магии тоже росло.

Старший целитель работал один, а мы с Дмитрием Юрьевичем трудились в паре, когда притаскивали бойца с множественными повреждениями. Наша цель ‒ как можно быстрее поставить его на ноги, чтобы он смог заменить на передовой того, кого только что ранили или убили.

Да, к сожалению, были и такие случаи, и тут даже целители были не всесильны. Из болотной жижи в большом количестве выныривали Огненные Черви и другие твари, которых мне просто некогда было идентифицировать, а нейроинтерфейсу не хватало того мгновения, когда новая зверюга попадала вдруг в поле моего зрения.

– Вы с ума сошли! – выкрикнул вдруг Владимир Алексеевич, когда к нему поднесли бойца, у которого практически отсутствовало лицо и половина черепной коробки вместе со шлемом. – Что я тут должен лечить? Уберите его с глаз долой!

Жёстко он. Но в таких обстоятельствах целитель по-своему прав, терять драгоценные секунды на тех, кого спасти уже невозможно ‒ непозволительная роскошь. Пару секунд спустя Владимир Алексеевич уже останавливал кровотечение другому тяжело раненному, у которого был шанс на спасение.

Чтобы всё это увидеть, у меня было лишь несколько секунд, пока я вливал целительную энергию рекой в очередную рану. Если бы мой запас энергии не восстанавливался в разы быстрее, чем за пределами Аномалии, то я уже давно выдохся бы, но я продолжал лечить и спасать. Энергоканалы на руках уже горели от того, сколько энергии я пропустил через них, но минуты передышки позволяли снизить болевые ощущения и хоть как-то привести себя в норму.

Наконец-то болото закончилось. Отряд продвинулся ещё метров на двести, от греха подальше, и остановился зализывать раны, которых оказалось более чем достаточно. Просто большинство бойцов на мелкие повреждения во время боя не обращали внимания.

Я сильно удивился, когда на усыпанную опавшей листвой почву передо мной приземлился пулемётчик Миша с обширным ожогом на правом бедре. Даже пластины брони слегка оплавились, но, если бы их не было, то ожог был бы гораздо серьёзнее.

– Ты как? – задал я глупый вопрос здоровяку, помогая ему отсоединить закрывающую бедро часть доспеха.

– Терпимо, – процедил сквозь зубы Миша. Лицо его было бледным, губы плотно сжаты, но взгляд оставался суровым и непобедимым.

Сняв броню с его бедра, я увидел достаточно глубокие ожоги, где пламя просочилось между пластин. Под пластинами было лишь покраснение кожи с единичными пузырями, что соответствовало ожогу второй степени. От ожога веяло огромным количеством негативной энергии Аномалии. На принятие решения ушла ровно секунда.

– Надевай на шею, – сказал я и вручил один из припасённых для друзей амулетов.

– Да ты что, Ваня? – замотал он головой. – Я не могу такого принять!

– Быстро! – сквозь зубы прошипел я, приступая к лечению ожога. – Будешь еще спорить с целителем!

Здоровяк больше не стал спорить, нацепил амулет на шею и откинулся назад, чтобы не мешать мне. Краем глаза я заметил, как он закусил рукоять ножа. Настоящий спецназ, ни разу не пикнул, пока я очищал и залечивал раны. Потом я помог ему вернуть на место доспехи.

– Держи, – сказал, поднявшись с земли, Миша и протянул мне амулет обратно.

– Надень, это подарок, – сказал я, спокойно глядя ему в глаза. – И не заставляй меня повторять.

Пулемётчик ещё пару секунд играл со мной в гляделки, потом кивнул, снова нацепил амулет на шею и ушёл. А дальше пошли нескончаемые порезы, ссадины, менее серьёзные ожоги и укусы. Ранеными оказались практически все.

– Держи! – толкнул меня Владимир Алексеевич и вручил крохотный пузырёк с переливающейся в пробившемся сквозь листву луче солнечного света светло-зелёной жидкостью. – Выпей!

Я как раз находился на грани истощения, и не помогала даже медитация и избыток витавшей в воздухе свободной энергии. Как-никак, пусть и можно в Аномалии восстанавливаться быстро, но и количество циклов восстановления не бесконечно.

Я проглотил содержимое пузырька одним глотком, не задумываясь. Мне сразу полегчало, кольца маны вокруг моего сердца быстро начали наполняться энергией, светиться и мягко пульсировать. Всё это чудо я увидел при сканировании своего организма.

Старший целитель молча забрал пустой пузырёк, сунул себе в карман и пошёл дальше работать. Очень вовремя он мне подсунул этот чудодейственный эликсир.

Я поставил себе целью узнать его рецепт и обязательно воспроизвести, мало ли что может случиться в будущем, Аномалия полна сюрпризов. А передо мной уже сидел следующий пациент и я не заставил его долго ждать, а немедленно начал оказывать помощь.

Самым нескучным оказалось лечение ожога на ноге у артефактора. Он извивался ужом, верещал, как новорождённый китёнок и сжимал в руках прелые опавшие листья. Когда всё закончилось, он даже буркнул что-то типа «спасибо» и, понурившись от стыда за своё поведение, ушёл прочь. Вот уж кому выдержки не хватает, так это ему ‒ аристократы вот себя спокойно вели во время исцеления.

Только когда был вылечен последний боец, я понял, что количество сопровождающих было рассчитано верно и соответствовало количеству ведомых учёных. Однако всё равно не обошлось без жертв, троих бойцов мы лишились. Кто-то предложил их похоронить хотя бы здесь, так как тащить их на себе бессмысленно, небезопасно и просто невозможно.

– Их откопают местные монстры в считаные секунды, – веско возразил Фридрих Стефанович. – Или сожрут прямо под землёй. Поэтому ритуал простой: припорошить листьями и помолиться за них. Когда пойдём обратно, от них не останется и следа. Да, солдат, такова реальность в Аномалии.

Быстро, но от всей души попрощавшись с погибшими, отряд снова принял боевое построение и двинулся дальше. Волнения и провалы в фоновых значениях энергии Аномалии были всё чувствительнее и вскоре мы вышли на большую круглую поляну. В центре круга, который был не меньше, чем полкилометра в диаметре, находилась сильно контрастирующая с окружающим лесом рощица из совершенно обычных на первый взгляд берёзок.

Вид нежной зелени на фоне синей и фиолетовой листвы, типичных для Аномалии деревьев, был настолько сюрреалистичным, что не верилось глазам. Я глянул себе под ноги и увидел, как с каждым шагом земля всё больше начинает напоминать чернозём с примесью песка, появляются обычные травы, типичные для этой области.

Влияния Аномалии здесь словно и не бывало. Я прислушался к ощущениям. Негатива ноль, даже меньше, чем за пределами Аномалии.

Но появилось другое, немного странное чувство. Такое ощущение, что и мою магию из меня вытягивает в никуда. Я присмотрелся к кругам маны, но они вели себя совершенно спокойно, всё так же мерно пульсировали и никуда не исчезали. Наверное, показалось.

Учёные теперь уверенно шли впереди отряда в сторону рощицы, о чём-то переговариваясь, смеясь и тыкая пальцами в сторону берёзок. Такое впечатление, что вышли погулять из офиса в парк, и не было никакой битвы только что.

– Я слышал, что в той рощице будет привал, – сказал, поравнявшись со мной, Матвей. – Глянешь тогда мою ногу?

– А что с твоей ногой? – удивился я.

– Да тяпнул кто-то, – криво улыбнулся напарник. – Или слизень добрался, кто его знает.

– Так чего же ты молчал, когда я лечил всех там в лесу? – возмутился я. – Сколько раз мне еще повторить, что в таких вещах мелочей не бывает?

– Да у тебя и так работы хватало, а тут я ещё со всякой ерундой, – махнул он рукой. – Я видел, что ты уже работаешь на пределе, хорошо, что тебе ваш старший чудо-пузырёк подсунул.

– Это да, – кивнул я и покачал головой, увидев кровь на штанине друга. – Потерпи теперь немного, дойдём до рощицы, и я посмотрю.


## Глава 3


Глядя на пейзаж прямо перед собой, даже не верилось, что мы сейчас находимся внутри Аномалии. Обычная берёзовая рощица с кустистой опушкой, зелёная трава, щебетание птиц.

Ну я всё понимаю, для растений достаточно благоприятных условий, но чтобы в оазисе диаметром метров сто пятьдесят или чуть больше даже обычные птахи завелись ‒ это вообще удивительно. После того, через что мы прошли, на мягкий изумрудно-зелёный ковёр было жалко наступать.

Видимо, все эти тёплые чувства возникли только у меня, больше романтиков не нашлось. Отряд в почти две сотни человек зашёл на зелёную лужайку и был объявлен привал. Кто-то сел, кто-то и вовсе лёг, пользуясь тем, что не их очередь охранять, а учёные начали распаковывать своё оборудование, фрагменты которого были не только в их рюкзаках, но и у половины роты поддержки.

– Садись, я ногу посмотрю, – сказал я Матвею и сам уселся на траву возле него.

На голени обнаружился кривой ряд мелких ран, явно укус, скорее всего, Шипастый Червь или что-то в этом духе. Кровотечение уже остановилось без моего вмешательства. Накопление негативной энергии было минимальным, амулет явно помогал. Надо бы узнать про него подробнее потом.

Пока я залечивал раны, увидел, как Матвей поднял руку, и с пальца взлетела божья коровка. По закрытому бронёй предплечью пробежал муравей. Парень с выражением полного умиротворения наблюдал за насекомыми, словно никогда их раньше не видел.

В самом процессе лечения что-то пошло не так. Я сначала подумал, что это из-за усталости, но потом более пристально присмотрелся к потокам целительной энергии, которыми я залечивал раны. Всё происходило немного необычно, словно я внезапно обессилел и у меня максимум второй круг. Я даже решил проверить и, погрузившись в себя, пересчитал кольца маны. Всё на месте, все четыре, но ведут себя как-то странно, словно потеряли былую силу и никак не могли выйти на пиковые значения.

Странное место. Словно здесь находится что-то, противоположное сути Аномалии, оно не порождает флюиды магической энергии, а наоборот, забирает их и растворяет в мировом эфире, делая их недоступными. Попытка помедитировать и пополнить запас энергии закончилась провалом. Хорошо, что я успел полностью восстановиться раньше.

– Ваня, – обратился ко мне подошедший майор Федулов, – нас с учёными отправляют в рощу, пойдёшь с нами на всякий случай?

– Да, конечно, – кивнул я. – Я уже закончил.

– Только не совсем понятно, от кого мы их там должны охранять, – усмехнулся Борис Аркадьевич. – Может, от зайцев?

– От муравьёв и божьих коровок, – усмехнулся я, посмотрев на примятую мной траву. – Ваши бойцы все здоровы?

– Благодаря стараниям целителей, Ваня, – улыбнулся майор. – В том числе и твоим. Если бы не вы, мы бы сюда не дошли. Ну, обратно точно бы не вернулись. А ещё некоторые недооценивают важность нахождения целителя в отряде. Да без вас никак! Разве что только на учениях.

– А вы себя хорошо чувствуете? – решил я спросить, вдруг только мне кажется. – Всё нормально? Как обычно?

– Если так задуматься, то… не совсем, – почесал он подбородок. – Спать хочу. Сейчас развалился бы тут на лужайке, воткнул бы травинку в зубы и подремал с часок.

– А странного внутреннего дискомфорта нет? – уточнил я.

– Не совсем понимаю, о чём ты? – спросил он, нахмурившись и пристально глядя на меня.

– Значит, мне показалось, – улыбнулся я, не собираясь развивать тему, наводить панику на ровном месте ни к чему.

Вглубь рощицы пошло лишь пятеро учёных, окружённых со всех сторон бойцами спецназа. Большая часть сотрудников института разбежалась по окружавшей рощицу лужайке, втыкали в землю странного вида датчики и устанавливали прямо на траву портативные компьютеры с выплывающими голографическими мониторами.

Самая современная электроника в сочетании с магическими артефактами готовилась считывать, запоминать и анализировать показатели всех возможных физических, химических и магических параметров. И, как я понимаю, благодаря этому оборудованию мы не задержимся в этом месте надолго.

Бойцы Федулова, грубо ломая ветки, раздвинули кустарник, пропуская вперёд своих соратников и учёных. Я шёл рядом с Фридрихом Стефановичем. Внутри рощи было настолько уютно, что хотелось просто лечь на траву и смотреть на синее небо, проглядывающее сквозь изумрудные узоры листвы. Это место завораживало.

Для начала мы прочесали весь этот оазис вдоль и поперёк. Никакого видимого глазу излучателя «нормальности» мы не обнаружили. Какой-либо противоположности тому чёрному обелиску из земли не торчало.

– Очень жаль, – покачал головой Фридрих Стефанович. – Думал, что причины окажутся более очевидными.

– Датчики устанавливаю? – спросил у него один из подчинённых.

– Да, Саша, устанавливай, – кивнул профессор, проводя рукой по нежной бересте. – Вы чувствуете, какой здесь воздух? Наверное, такой же был в этих лесах пару тысяч лет назад, когда страшнее лука оружия не существовало. Никаких смогов, никаких лесных пожаров. Просто чистый воздух, тишина и покой.

Признаться честно, начальник исследовательского центра меня конкретно удивил. Помня его суровое и деловое выражение лица, сейчас его было не узнать. Он реально кайфовал. Так мало человеку надо для счастья на самом деле.

– Что-то вы расфилософствовались, Фридрих Стефанович, – усмехнулся один из его коллег, тот, что постарше, видимо, ему позволено было так разговаривать с начальником.

– А у тебя привычка постоянно всю малину портить, – усмехнулся профессор. – Ладно, хватит лирики, давайте работать.

Учёные принялись растыкивать по лесу артефактные датчики, собрали походный компьютер с каскадом голографических экранов, на которых радужной россыпью пульсировали графики, диаграммы и таблицы с сотнями и даже тысячами различных показателей. Конечно, я все это фиксировал с помощью нейроинтерфейса, но, увы, сам мало что понимал во всех этих данных.

Пока лучшие умы империи анализировали полученные данные, у меня было время расслабиться. Мы с Матвеем расположились на невысокой траве и уставились в небо, болтая о разных житейских пустяках. О том, что нам ещё предстоит пробиваться обратно, старался даже не думать.

– Слушай, Вань, – обратился ко мне после небольшой паузы напарник, – а тут энергия Аномалии совсем не чувствуется. Даже как-то наоборот, что ли, даже не знаю, как это описать.

– Чувствуется хорошая энергия? – ухмыльнулся я.

– Ну да, наверное, – пожал он плечами, прошелестев опавшей листвой. – Я бы здесь остался жить. Построил бы шалашик и чтобы ничего лишнего, всех этих атрибутов цивилизации.

– А ел бы ты что? Берёзовую кору да траву? – рассмеялся я. – На кролика ты не похож.

– Ходил бы на охоту в Аномалию, – всё так же задумчиво ответил парень. – Во второй раз мне мясо уже гораздо лучше зашло.

– Тогда какой смысл от всей этой нетронутой чистоты? Да и не факт, что эта область хоть сколько-то стабильна.

– Ну да, пожалуй, ты прав, – вздохнул Матвей. – Жаль, что сюда нельзя заказать доставку еды.

От невинной беседы меня отвлекла внезапно поднявшаяся суета. Я приподнялся на локте над травой и наблюдал, как один учёный бегает с каким-то датчиком по роще, уставившись в небольшой парящий в воздухе экран, ещё двое бегают за ним, заглядывая через плечо, и постоянно советуют взять левее или правее.

– Здесь! – внезапно крикнул искатель таинственного нечто, улыбаясь до ушей. – Фридрих Стефанович, в этом месте интенсивность поглощения максимальная!

Счастливчик стоял метрах в двадцати от меня и тыкал пальцем вниз, где находились такие же трава и листва, как и подо мной. Все научные сотрудники сгрудились вокруг указанного места, повторно сканируя своим высокотехнологичным аппаратом пятно радиусом метра два.

– Начинайте копать, – бросил Лейхтенбургский и вернулся к каскаду экранов. – Только ничего не повредите!

Учёные собрали несколько походных лопат и вручили их десантникам. Вот же деловые! Бойцы посмотрели на лопаты, как на нежелательный инородный предмет, потом на учёных, как на природных паразитов, затем перевели взгляд на майора. Тот молча кивнул.

Солдаты вздохнули и начали с энтузиазмом раскидывать землю. Можно было бы и не торопиться, но и так понятно, что пока дело не сделаем, назад не пойдём, поэтому нет смысла тянуть резину.

Чтобы оказаться подальше от ямы, я решил подойти поближе к мониторам, делая вид, что сильно интересуюсь происходящим. Со стороны могло показаться, что я реально соображаю в этом навале цифр и символов.

– Видишь, что творится? – кивнул на экраны профессор, заметив мой заинтересованный взгляд.

– Пытаюсь разобраться, но, если честно, не особо получается, – признался я. – Зато я неплохо чувствую. И теперь к тому месту подходить совсем не хочется. Такое ощущение, что по мере углубления, влияние становится сильнее.

– Что за влияние? – резко заинтересовался профессор, даже отвлекшись от своих расчетов. – Что ты чувствуешь?

– Если в Аномалии избыток энергии, то здесь её, словно даже меньше, чем там, где про магию не знают, – попытался я описать свои смутные ощущения. – Будто всё наоборот.

– Всё правильно, Иван Николаевич, – кивнул довольный ученый. – Всё правильно. И если нам удастся понять, что вызывает такие изменения, как знать… вдруг мы сможем управлять Аномалией, подчинить себе, окончательно загнать в клетку, как льва в зоопарке, когда даже невинный младенец может разглядеть хищника вблизи без риска для жизни.

– Думаете, получится? – усомнился я. – Вряд ли всё так просто.

– А если ничего не делать, молодой человек, то ничего не получится, – с поучительной интонацией и некоторым раздражением в голосе сказал профессор.

– Показатель растёт, Фридрих Стефанович! – выкрикнул довольный учёный, стоя в яме, которая уже была ему по колено.

– Видно что-нибудь? – поинтересовался профессор.

– Пока нет, – уже более грустно сказал подчиненный ему учёный, выбираясь из ямы. – Обычная земля, песок и глина.

– Значит, копайте дальше! – бросил Лейхтенбургский, снова уставившись на диаграммы.

Я удостоверился, что все изображения на мониторах неподвластны даже моему нейроинтерфейсу, что объясняется, скорее всего, закрытой информацией проводимых исследований, решил рискнуть и направился в сторону ямы. Может, и копать помогу, неплохой способ размяться. Но, чем ближе я подходил к яме, тем больше был дискомфорт.

К яме я всё-таки подошёл и даже заглянул вниз. Там реально не было видно никаких необычных пород, просто земля и глина, но в этот момент у меня закружилась голова, и стало не хватать воздуха, поэтому я спешно направился в сторону кустов на краю рощи, где снова развалился на траве.

Даже не ожидал, что неведомый источник окажет на меня такое сильное воздействие. Внутренним взором я заметил, как потускнели и немного съёжились круги маны, прогрессивно расставаясь с запасом энергии.

– Всё в порядке, Вань? – обеспокоенно спросил подошедший Матвей. – Уж больно ты бледный какой-то.

– Мне нельзя здесь долго находиться, – сказал я, еле ворочая языком, такое состояние для самого оказалось сюрпризом. Приходилось задействовать силу воли, чтобы побороть это ощущение. – Надо уходить.

– Я сейчас приду, – бросил Матвей и убежал в сторону учёных.

Я повернул голову в сторону исследователей и видел, как Матвей пытается привлечь внимание Фридриха Стефановича, потом что-то ему пытается объяснить, отчаянно жестикулируя и тыкая пальцем в мою сторону. Я закрыл глаза ненадолго, а снова открыл, когда Матвей и три спецназовца подняли меня на руках вместе со всей амуницией и словно прилипшим к руке протазаном.

Я с интересом глядящего в окно пассажира такси смотрел по сторонам, покачиваясь на руках несущих меня людей. На лужайке, окружающей рощицу, солдат в полуневидимом камуфляже было немного, что меня несколько удивило, а магов так я не увидел вообще, как и других целителей.

Ощущение тянущего опустошения начало постепенно отпускать, когда мы покинули зону оазиса и уже совсем близко показались фиолетовые кусты и деревья. Возле них и толпились все, кого я не увидел в зелёной зоне. Видимо, все, кто обладал магией, поняли, что находиться в этом своеобразном оазисе не стоит ‒ слишком рискованно, и отошли вместе с частью бойцов туда, где лучше себя чувствовали.

Меня опустили на красную землю, поросшую редкими пучками синей травы, Матвей помог мне сесть и сам сел рядом, подпирая мою спину. Я ожидал каких-нибудь едких комментариев среди охранения, но их не последовало.

– Совсем хреново? – спросил Владимир Алексеевич, присев возле меня на корточки и положив ладонь мне на лоб.

– Резко стало плохо, когда я решил заглянуть в эту яму, – произнёс я сипловатым голосом, чувствуя, как из руки старшего целителя в меня вливается энергия. – До этого были смутные ощущения.

– Что там ещё за яма? – поинтересовался целитель, не убирая руку с моего лба.

– Вырыли прямо в центре рощи, – пояснил я. – Их приборы показали, что там есть что-то интересное. Вот я и решил подойти и заглянуть. Какая-то антимагия, одним словом.

– Хм, теперь понятно, откуда тут это зелёное пятно, – произнёс целитель, убедившись, что мне стало лучше. – Помедитируй теперь, чтобы окончательно восстановиться.

Я кивнул, а Владимир Алексеевич подошёл к стоявшим отдельной кучкой магам и начал рассказывать им принесённые мной новости. О теме разговора было несложно догадаться по периодически бросаемым в мою сторону взглядам. Похоже, такая информация магам не особо понравилась, многие нахмурились. Все же что бы ни было на поляне, но это влияло на силы магов, а если магия не будет нам подчиняться, то сдерживать монстров станет опаснее.

Слева вдруг послышался хруст веток, лязг металла и глухой удар о землю. Я обернулся и увидел рассечённого на две части Кошачьего Василиска, солдат вытирал короткий меч о синюю траву, которая в итоге даже цвет не изменила. Только сейчас заметил трупы ещё десятка не особо крупных монстров прямо перед первыми кустами, в паре десятков шагов от меня. Дюжина бойцов следила, чтобы существа Аномалии не атаковали отряд и не мешали ученым.

– Слышал, Вань? – тихонько спросил меня Матвей, толкнув в плечо. – Маги жалуются, что тоже почувствовали себя нехорошо, поэтому решили свинтить куда подальше от рощи. Жалко, что этим учёным не становится так же плохо, а то уж больно домой хочется, поднадоели эти приключения.

– В следующий раз тебя с собой не звать? – усмехнулся я.

– Так, ты это брось! – тихо, но с эмоциями возмутился Матвей. – Не обобщай! Это я просто сегодня немного устал, все люди устают, но это ещё ничего не значит!

– Да понял я, понял, – сказал я, похлопав его по руке.

Всё это время я сидел медитировал и чувствовал себя довольно сносно. Чтобы восстановиться полностью, надо уйти от этой «рощи мечты» на более приличное расстояние.

Интересно, что они хотят делать с этим таинственным минералом или что там закопано, когда его откопают? Если этого вещества один камешек и всё, то губу раскатывать смысла не имеет, а вот если его там много, то и, правда, можно потихоньку оттеснять зону Аномалии, пока она не станет размером с эту поляну.

Это всё, конечно, хорошо, но мне не нравится, как это действует на магов. Я же специально приехал в зону Аномалии, чтобы быстрее развивать сразу два дара и догнать по кругам своих братьев и детей папиных друзей, чтобы меня больше не попрекали, что я отстающий. Пока что мой план осуществляется ударными темпами, но наличие этого загадочного минерала в любой момент может поставить жирный крест на всех стараниях и кругах. Если вещество попадёт не в те руки, будут серьёзные проблемы. Уж у магов-то точно.

– Идут, кажется, – сказал Матвей, глядя в сторону берёзовой рощи.

Я обернулся в ту сторону и увидел, как собирается в колонну взвод спецназа, почти столько же бойцов из роты поддержки и учёных. Ну наконец-то, а то солнце уже перевалило через зенит, а нам ещё обратно идти и желательно засветло выйти из зоны Аномалии.

По мере приближения учёных стали слышны их громкие споры о природе этого явления и о том, как бы до него докопаться. Если я правильно понял, сейчас они загадочный минерал добыть не смогли по причине слишком глубокого залегания и что требуется теперь специальное оборудование. Эта их неудача принесла мне несказанное облегчение.

– Выдвигаемся в сторону дома! – крикнул Фридрих Стефанович отработанным командным голосом ‒ ну настоящий полковник. – Принять боевое построение.

– Мне интересно, а он вообще когда-нибудь устаёт? – ухмыльнулся Матвей, пока мы занимали своё место в строю. – Мы хоть немного умудрились отдохнуть, а он там бегал, как раненый заяц.

– Я больше всего не завидую ребятам, которые там эту чёртову яму копали, – сказал я напарнику так, чтобы кроме него никто не услышал.

– Похоже, они все по очереди копали, – заметил Матвей. – У всех доспехи в комьях грязи. Ну ничего, сейчас в болоте смоют.

Обратный путь через болото мы преодолели гораздо спокойнее. Бой всё-таки был, но по сравнению с тем, что было на пути туда, это больше походило на развлечение. Большую часть монстров истребили во время первого прохода. Те, что остались в живых и подоспели со стороны, сытно наелись убитыми и агрессию проявляли лишь единицы, предпочитая отойти в сторону, пока отряд людей не покинет эту местность, чтобы вернуться к трапезе.

Болотистую местность преодолели, не снижая скорости передвижения.

Единственным неприятным открытием было то, что большое количество падали привлекло сонмище слизней, которых то и дело приходилось стряхивать с себя и друг с друга, а самых стойких отколупывали ножом, пока не пробрались между пластинами брони. Нескольким пострадавшим пришлось лечить ожоги.

– Как самочувствие? – поинтересовался у меня Владимир Алексеевич, когда мы ступили на твёрдую землю.

– Теперь отличное, – улыбнулся я. – Когда отошли от поляны, медитация стала в разы эффективнее.

– Я вот иду и думаю, – задумчиво сказал старший целитель, – пора, наверное, начать вспоминать традиционную медицину и забывать про магическое целительство. Если они везде разложат артефакты из этой рощи, то не станет не только Аномалии, но и магов. Зная этих ученых, они теперь точно за эту тему зацепятся и наворотят потом дел.

– Ну, есть же ещё и эликсиры, – возразил я.

– А откуда ты знаешь, как они себя поведут, когда рядом окажется эта гадость? – спросил он, сдвинув брови.

– Не знаю, – покачал я головой.

– Вот то-то и оно, – вздохнул старший целитель и махнул рукой. – Во всём на свете есть и хорошее и плохое, баланс добра и зла. Но эта находка – лютый концентрат, и всё будет зависеть только от того, как этим распорядятся.

– И кто этим будет в итоге распоряжаться, – добавил я.

– Точно, – ухмыльнулся старший целитель. – Правда, это открытие может стать не только благом, но и большой опасностью. Боюсь, как бы последнего не было больше.

Стоило только войти под сень гигантских деревьев, как снова начались массированные атаки стай Волков и Василисков. И те и другие гибли десятками, но даже и не думали останавливаться, наваливаясь всё большим количеством. Снова заработал ходячий госпиталь, и мы втроём едва успевали лечить раненых. Для разговоров просто не оставалось времени.


## Глава 4


Обратный путь был чувствительно легче, но без приключений все равно не обошлось. И, само собой, не обошлось без обильной практики. Я с удовольствием наблюдал, как набирает силу и крепнет четвёртый круг. Поскорее бы уже и пятый, тогда я стану самым молодым целителем в госпитале с пятым кругом.

Мечты, мечты. До прорыва пятого круга мне предстоит ещё много работать и учиться. Но мечта именно тогда превращается в реальность, когда человек усердно гребёт в её направлении всеми подручными средствами. В том, что моя мечта осуществится, у меня не было никаких сомнений. Тем более и магия молнии не сказать, чтобы отставала.

Через лесные дебри мы пробивались в ускоренном темпе, почти бегом. Ума не приложу, откуда в лесу снова появилось столько зверья, возможно, приближается новая волна активности Аномалии или уже началась.

Опять аналитики напортачили? А ведь говорили, что их прогнозы куда точнее погодных ‒ видимо, и тут врут.

Я и двое моих коллег трудились не покладая рук, лишь иногда появлялась свободная минута, когда я продолжал медитировать, но более усиленно, благо энергии в воздухе было с избытком. Впрочем, она все так же была загрязненной, и ее преобразование тоже требовало времени, чтобы не позволить негативной энергии осесть в организме.

– А ты неплохо держишься для четвёртого круга! – воскликнул шедший рядом со мной Владимир Алексеевич. – Далеко пойдёшь!

– Спасибо, – ответил я и устало улыбнулся. – Стараюсь. Но, если честно, если бы у меня не было с собой запаса эликсиров, было бы намного сложнее. Я их редко использовал, но всё же.

– То-то я смотрю, что это у тебя за пробирка в руке появилась, – улыбнулся старший целитель. – Но ты её достал-то всего пару раз.

– В остальных случаях я справился без неё, – добавил я.

– Может, обменяемся? – предложил он и достал из кармана тот самый крохотный пузырёк, только полный.

– Заманчивое предложение, – улыбнулся я, достал футляр и протянул ему пробирку с зелёным эликсиром. – Правда, не знаю, зачем вам это надо с шестым-то кругом.

– Всяко в жизни бывает, – ухмыльнулся он. – Буду хранить, вдруг, когда понадобится. А я там у тебя увидел какой-то фиолетовый эликсир, это что?

– Это ментальный, он для восстановления функции мозга после ментальной атаки, – пояснил я, уже предчувствуя его следующий вопрос.

– Как насчёт этого? – спросил целитель, держа на ладони ещё два крохотных пузырька с нежно-зелёной жидкостью.

Предложение очень соблазнительное, ещё неизвестно, когда мы с Евгенией сможем сделать то, что он мне предлагает, но и ментальный эликсир нам достался очень нелегко. Но есть и положительный момент, я могу улучшить отношение опытного целителя к себе, а это может пригодиться в будущем.

– По рукам, – ответил я, протягивая ему фиолетовую пробирку и забирая пузырьки.

– Вот и отлично! – довольно улыбнулся Владимир Алексеевич, убирая пробирки в безопасное место в рюкзаке. – Возьми мою визитку, обращайся, если что. Позвони мне по возможности, когда мы отсюда выйдем, может, у меня будут к тебе какие-нибудь интересные предложения. Ты же в местном госпитале работаешь, верно?

– Так точно! – кивнул я, улыбаясь и пряча пузырьки в карман.

– Анатолию Фёдоровичу большой привет передавай, – снова улыбнулся целитель. – Я думал, что сегодня он с нами пойдёт, но он подыскал себе вполне достойную замену. Это не может не радовать.

– Спасибо, – сказал я, от похвалы стало немного неловко.

А с другой стороны, отчего неловко? Я тут работал наравне с ними. Ну, по крайней мере, точно наравне с его напарником. Сегодня я получил очень полезный опыт. Не могу, правда, сказать, что приятный. Видеть боль и страдания удовольствия не доставляет, но по-другому никак. Тем более, когда я буду становиться сильнее, то неизбежно буду с этим сталкиваться и смогу справляться с куда более сложными случаями.

Наконец лес начал редеть, деревья впереди становились всё мельче и мы вышли на долгожданную равнину, поросшую островками кустарника. Через десять минут мы подошли к главной развилке дорог и впереди уже виднелась граница Аномалии и наши ворота.

– Благодарю всех за участие! – прозвучал в наушниках бодрый голос Фридриха Стефановича, я даже немного позавидовал его запасу энергии, так как сам порядком устал. – Материальное вознаграждение вам будет доставлено в течение суток. Этот поход мы с вами повторим в ближайшее время после определённой подготовки, так что настраивайтесь!

– И большое будет вознаграждение? – спросил я у Владимира Алексеевича.

– Оно же у всех разное, в зависимости от вклада в этот рейд, – усмехнулся он. – Так что я не знаю, сколько ты получишь. Но в одном точно уверен, ты приятно удивишься. На науку империя денег не жалеет.

– Понял, – улыбнулся я. – Буду ждать.

Мы уже вышли из Аномалии и подходили к северным городским воротам. Караульные освободили проход нашему немаленькому отряду и молча провожали взглядами. Матвей уже мечтал, как мы придём домой, наконец-то нормально поедим и рухнем спать.

– Амулеты отдай, – услышал я вдруг знакомый нервный голос рядом.

– Какие амулеты? – спросил я, обернувшись на голос и удивлённо вскинув брови.

– Не надо тут из меня дурака делать! – процедил сквозь зубы артефактор. – Верни защитные амулеты, что я тебе дал!

– Так нет у меня никаких амулетов, – пожал я плечами, продемонстрировав максимально невинное и непонимающее лицо. – Вы видите на мне защитный амулет?

– Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому! – рыкнул мужчина, из последних сил стараясь сдержать свой гнев.

– А, амулеты! – радостно улыбнулся я, словно только что вспомнил. – Так я их брал под залог двух элитных магических кристаллов. Давайте обменяемся обратно.

Казалось, что у артефактора сейчас глаза от злости полопаются. Он даже покраснел и затрясся. Я бросил взгляд в сторону Фридриха Стефановича, собираясь позвать его в качестве свидетеля, но артефактор рыкнул что-то невнятное и удалился. Вот то-то же, а то ишь чего удумал.

– С ним только так и надо! – рассмеялся Владимир Алексеевич, когда артефактор отошёл на достаточное расстояние. – Тот ещё ханыга и скупердяй. Нисколько не удивлюсь, что за выданные силовой поддержке и учёным амулеты он зарядил двойную цену.

– Такой сможет и тройную не постесняться, – улыбнулся я и похлопал себя по карману, где лежали ещё два амулета, всё на месте.

Один я хотел отдать потом Стасу, а насчёт второго ещё подумаю.

Отойдя от ворот до первого перекрёстка, наш отряд начал разделяться. Рота поддержки и спецназ двинулись в сторону военного городка, а учёные залезли автобус и поехали в гостиницу. Был велик соблазн, чтобы доехать домой на такси, но я уговорил Матвея пройтись пешком. На его бурные возражения я привёл веский аргумент:

– Зайдём в ближайший трактир и как следует подкрепимся, – сказал я, когда он молитвенно сложил руки и открыл рот, чтобы начать меня уговаривать.

– Совсем другое дело! – довольно произнёс мой напарник. – Так бы сразу и сказал!

Время уже шло к вечеру и в трактире «Сытый гусь» было довольно людно. Сидевшие за столиком с интересом провожали нас взглядом, особенно меня. В армейской броне я здесь был единственный.

К своему удивлению, мы обнаружили за столиком в дальнем углу четверых наших знакомых студентов, с которыми ехали в поезде. Пётр обратил на нас внимание издалека и жестом пригласил к ним присоединиться.

– Где это вы так поразвлекались? – спросил Пётр, пожимая мне руку.

Я проследил за его взглядом и только сейчас заметил, что стёр с доспеха не все пятна крови людей и монстров. Наверное, на это и косились в большей степени другие посетители.

– Только что вернулись из экспедиции в Аномалию, – ответил я, усаживаясь на предложенный стул. – Решили перекусить по пути домой, чтобы самим не готовить.

– В Аномалию? – с недоверием спросил Богдан. – Туда же давно никого не пускают.

– А нас и не пускали, – улыбнулся я. – Нас позвали, точнее, меня. Матвея я взял с собой в качестве поддержки и телохранителя.

– Мог бы и нас позвать, – недовольно пробурчал Эрик, наморщив свой аристократический нос.

– Значит, не мог, – возразил ему Пётр. – Я ведь правильно говорю, Ваня?

– Абсолютно верно, – кивнул я. – Я бы и вас, и Стаса позвал. Но там была рота боевой поддержки и взвод спецназа в придачу, у всех автоматы и пулемёты с магическими пулями.

– Типа, как у тебя? – спросил Василий и кивнул на висевший у меня за спиной короткий автомат, а я уже настолько к нему привык, что и забыл о его существовании.

– Точно! – хлопнул я себя по лбу, стащил со спины рюкзак и не без труда запихнул туда автомат и два пистолета. – Хожу по городу, как головорез какой-то.

– Вот копьё – другое дело! – расхохотался Эрик.

– Просто его копьё в рюкзак не влазит, – усмехнулся нахмуренный Богдан.

– Да, мое копье на зависть всем остальным, – не удержался я от комментария. – Девушки так и заглядываются.

Пока убирал огнестрельное оружие, заметил вполне понятный повышенный интерес у всех четверых студентов. Только Пётр смотрел с пониманием, а остальные с плохо скрываемой завистью, особенно Богдан.

– А у вас как дела? – спросил я, надеясь разрядить обстановку сменой темы разговора. – Какие-то вы не особо весёлые.

– Ну как у нас, – пожал плечами Пётр. – На один круг поднялись все потихоньку, денежек немного подзаработали, а теперь решили домой податься.

– Чего это вдруг? – удивился я. – До конца летних каникул ещё далеко.

– Ну а что нам теперь тут делать? – грустно усмехнулся Пётр. – Активность Аномалии то нарастает, то падает, входить на территорию теперь совсем запретили. Что нам остаётся, только по трактирам ходить и проматывать заработанное? Так надолго этого не хватит.

– Но ведь ходили же за город на зачистку, – возразил я. – Можно продолжать. К концу лета глядишь и ещё на один круг маны заработаете.

– После той зачистки, когда Леший порвал пополам одного из парней Стаса, никто из нас уже не горит желанием туда лезть, – пробормотал Николай и совсем поник.

Затихли и погрустнели и другие ребята, видимо, вспоминая тот случай. Я хотел что-нибудь сказать в качестве поддержки, но в это время подошёл официант и мы с Матвеем сделали заказ.

– Ого! – первым оживился Богдан, услышав заказ. – А вы точно это всё съедите?

– А ты хочешь им помочь? – усмехнулся Эрик, на что Богдан махнул на него рукой, но промолчал.

– Мне кажется, что вы рано сдаётесь, – сказал я. – Люди гибнут, так бывает, это означает лишь то, что в следующий раз надо быть внимательнее, аккуратнее, расчётливее, надо продумывать тактику передвижения, атаки и обороны. Это ведь не в лес за грибами ходить и не на рыбалку. Матвей ведь тоже с вами тогда был, но он домой уезжать не собирается, правда ведь?

– Вот ещё! – усмехнулся мой напарник. – Всё самое интересное только начинается.

– Вот видите? – спросил я у студентов, обведя их взглядом. – Вот это я понимаю, настрой, а не то, что у вас, кисляк какой-то.

– Ты хочешь обозвать нас трусливыми баранами? – рыкнул Богдан, начиная подниматься со своего места, но Петя шикнул на него и он сел обратно. Похоже, его уже кто-то успел зацепить, ведь подобное я не говорил.

– Никто не собирался говорить, что вы трусы, – покачал я головой. – Страх ‒ это нормально, он должен иметь место. Если сапёр перестал испытывать страх перед миной, он взорвётся. Но страх должен научить вас противостоять врагу и стать более осторожными и изворотливыми, а не сковывать по рукам и ногам, превращая в безвольную куклу. Понимаю, это сложно, но это способ выживания и продвижения, по-другому никак.

– Да, ты прав, – грустно улыбнулся Пётр, глядя на меня из-под сдвинутых бровей. – Мы ещё подумаем. Всё равно билеты на поезд уже не купишь, пока не пройдёт очередная волна активности Аномалии, так что мы тут застряли как минимум на неделю.

– Вот посидите, подумайте, остыньте, – продолжил я. – А ещё лучше сходите на зачистку окрестностей в составе хорошего отряда. Просто надо быть более бдительными и осторожными. Я практически уверен, что Стас всё равно будет ходить на охоту. Просто пока не в Аномалию, а за городскую стену. Этого вполне достаточно чтобы и помочь местным, и укрепить круг маны.

– Стас тоже пока нос из дома не показывает, – усмехнулся Эрик. – И новых приключений не жаждет.

– У него друг погиб прямо на глазах! – упрекнул его Василий. – Но ведь именно Стас и убил тогда Лешего.

– С испугу, – буркнул Эрик.

– На адреналине! – возразил Богдан.

– А я чисто на рефлексах, – добавил я.

– Ты тоже встретился с Лешим? – удивился Пётр.

– Не поверите, – покачал я головой. – Я был в составе отряда из более чем двадцати спецназовцев, а с этой тварью столкнулся один на один. Хватило одного усиленного магией удара протазана. Так что этот монстр не бессмертен и не всемогущ, его можно и нужно убивать. И мясо у него вроде ничего.

– Ты ел его мясо? – вскинул брови Эрик. Он даже побледнел, и мне показалось, что парня сейчас стошнит.

– Вообще-то, я и вам бы тоже посоветовал, – сказал я вполне серьёзно. – Если вы ещё не в курсе, то я поделюсь ценной информацией. Мясо существ Аномалии укрепляет сопротивляемость к негативной энергии у обычных людей, а магам помогает наполнять круги маны и ускоряет их формирование для прорыва.

– Даже я ел мясо Лешего, – ухмыльнулся Матвей. – Правда, я не знал, что это за мясо, когда жарил стейки.

– Ну и как тебе? – пролепетал Эрик, всё ещё борясь с тошнотой.

– Сначала немного странным показалось, – сказал Матвей, пожимая плечами. – Потом меня чуть не стошнило, как Эрика, потом в животе было нехорошо. А на второй раз вроде ничего, нормально. Ну и Ваня помог своей магией.

– Ф-фу! – фыркнул Эрик и передёрнул плечами.

Остальные парни тоже поморщились, но реагировали не так ярко, как сын герцога. Пётр даже всерьёз задумался над моими словами. Не зря он с самого начала показался мне самым рассудительным из них.

– А вот и наши томлёные говяжьи щёчки с картошечкой подоспели! – воскликнул, потирая руки, Матвей, когда официант принёс наш заказ. – Вкуснота-то какая! Надо попробовать дома такое приготовить. Может быть, даже из мяса Лешего.

– Если ты сейчас же не прекратишь, я верну свою отбивную прямо тебе в тарелку! – нервно изрёк Эрик, который и, правда, держался из последних сил.

– Нежные все какие, – пробормотал с набитым ртом Матвей, с удовольствием уплетая картошку с мясом. – Не хочешь стать крутым магом, ну и не надо.

– Я уже крутой маг! – огрызнулся Эрик.

– Ты? – усмехнулся Матвей, проглотив кусок мяса. – Со вторым кругом? Не смеши.

– У тебя и такого нет, так что лучше не выпендривайся! – продолжил заводиться Эрик.

– У меня нет, – совершенно спокойно кивнул Матвей. – Зато у Вани четвёртый.

– Чего? – хором спросили все четверо и недоверчиво уставились на меня.

– Ну да, – пожал я плечами, неторопливо жуя нежнейшую говядину. – А что не так?

– У тебя же второй был, – вкрадчиво начал Василий, глядя на меня с сомнением.

– Просто Ваня Леших ест на завтрак, как не в себя! – выпалил Матвей, после чего Эрик сорвался с места и стремглав полетел в уборную.

Видимо, отбивная не завершила дела в этом мире и решила вернуться. После короткой паузы, все сидевшие за столом грянули раскатистым хохотом, привлекая внимание соседних столиков. Людям стало интересно, над чем это мы так смеёмся.

Мы ещё долго сидели болтали, рассказывая друг другу о похождениях в Аномалии и за её пределами, о разных монстрах, как они нападают и как их проще убить. О находке во время экспедиции я не стал ничего не говорить. Хоть с нас и не брали подписку о неразглашении, но лучше такой информацией не швыряться налево и направо.

Потихоньку и Эрик отошёл от зелёного настроения, даже с удовольствием уплетал жареные на огне бараньи рёбрышки и запивал их тёмным. Когда мы направились домой, на улице уже стемнело.

После сытного ужина веки налились свинцом, и я уже сам подумывал вызвать такси, но Матвей вдруг сказал, что мы можем зацепить кого-нибудь торчащим из окна протазаном. Поэтому отправились домой пешком, наслаждаясь прохладным ветерком и пением сверчков. По пути придумали несколько способов, как можно везти протазан в такси, чтобы он не торчал из окна.

Придя домой, стащили с себя доспехи, приняли по быстрому душ по очереди, выпили по чашке чаю с чёрной смородиной и завалились на свои кровати. Я провалился в сон почти мгновенно

.

* * *

Утро выдалось не особо солнечным, прохладным, но это даже хорошо. Учитывая надетый доспех, это лучше, чем жара. Я с удовольствием наблюдал, как благотворно действует на круги маны жареное мясо Лешего. Всё-таки хорошо, что я им тогда запасся как следует.

А ещё чувствовалось нарастающее давление снова начинающей просыпаться Аномалии. Пошла следующая волна, которая, видимо, будет сильнее предыдущей. В таких условиях только магам хорошо, а обычным людям чаще нездоровится, это и стало причиной того, что на улице было относительно безлюдно. Из дома вышли только те, кому, действительно, очень надо.

– Ну как сходил? – спросил Герасимов, не отрываясь от чтения газеты.

Мой отец тоже предпочитал всегда бумажный вариант прокрутке ленты в интернете. Впрочем, у него никогда не было недостатка в бумажных отчетах, которые необходимо было подписывать.

– Поход сам по себе интересный, – сказал я, ставя протазан в угол за шкаф. – Правда, добычи ноль.

– Само собой, – усмехнулся Анатолий Фёдорович, откладывая газету в сторону. – Ты же не на охоту ходил. А эти грызуны научного гранита нашли то, что хотели?

– Нашли, – кивнул я, усаживаясь за стол и рассматривая позиции шашек, в которые как обычно резались коллеги. – Только достать не смогли, надо глубоко копать. Кстати, вам просил передать привет наш старший целитель, Владимир Алексеевич.

– Вовка? – сразу заулыбался Герасимов. – Спасибо, давненько я его не видел. В своё время мы неплохо повеселились в Аномалии в составе боевой группы. Тоже Фридриха Стефановича сопровождали. Тогда-то я и начал с ним сотрудничать. Они искали источники излучения негативной энергии.

– Нашли? – спросил я, вспоминая тот огромный чёрный кристалл, к которому Саша Шепелев взрывчатку относил.

– Нашли, – кивнул Герасимов. – Даже ничего копать не пришлось. Правда, пока кусок от этого обелиска откололи, чуть не загнулись, откачивать потом пришлось добытчиков. Ещё и сам кусок всю дорогу фонил так, что даже мне нехорошо было, когда близко подходил. Хорошо, что у нас в отряде барьерщик был, он оградил эту каменюку вредную от окружающей среды, по-другому мы бы это до выхода не дотащили.


## Глава 5


Так как пациентов пока не было и в ближайшее время не ожидалось, я снова решил оккупировать лабораторию с Евгенией в придачу. Хотя не уверен, что это я оккупировал, так как эксплуатировали в итоге меня, но я в данном случае ничего не имел против.

Набираться опыта на этом поприще так же входило в мои планы. Неплохо было бы ещё и артефакторикой заняться, но только не у того учителя, с которым я бодался по поводу кристаллов и амулетов во время последнего рейда.

– Ты вернулся из экспедиции с пустыми руками? – удивилась Евгения, подозрительно сощурив свои красивые глазки.

Что не отнять у аристократов, так это их внешности. Очень многие рода заинтересованы в том, чтобы их генетическая линия улучшилась. Не то чтобы это их делало такими уж сверхкрасивыми, но в целом среди аристократов куда больший процент внешне красивых людей, чем могло бы показаться.

– Не совсем, – улыбнулся я и поставил перед ней один из тех пузырьков, что я выменял у Владимира Алексеевича. – Эта штука быстро восстанавливает мага в случае истощения резервов силы. Я уже опробовал разок, мне понравилось.

– Там было так много работы? – нахмурилась девушка. – Минут пять или семь медитации в той части зоны Аномалии, где вы должны были быть, смогут восстановить запас энергии практически с нуля.

– Я медитировал непрерывно, нас было трое и мы с трудом справлялись, – ответил я. – Вот мне старший целитель и дал такой пузырёк. Тот, что ты держишь в руках, я выменял на лечебный эликсир, а это я выменял на ментальный эликсир, – сказал я и достал из кармана ещё два пузырька. – Надеюсь, что ты не сильно расстроилась.

– Ты мало знаешь об этом эликсире восстановления, – тихо сказала Евгения, продолжая недовольно хмуриться. – После его применения ты на некоторое время утрачиваешь способность укреплять имеющиеся круги маны и продвигаться к прорыву на следующий. Так что не рекомендую ими часто пользоваться.

– Вот значит как, – пробормотал я и уселся на стул. – А я уж думал побольше таких наделать.

– Сделать такой эликсир я, скорее всего, смогу, – сказала Евгения, отодвигая ко мне три пузырька. – Просто раньше не видела в этом особой необходимости.

– Ты права, лучше обходиться без них, раз уж всплыл такой нежелательный побочный эффект, – кивнул я. – Но, если его использование может помочь спасти чьи-то жизни, то пусть будет так. Человеческая жизнь дороже круга маны. Тем более, сама говоришь, эффект лишь временный.

– А вот тут ты прав, – сказала девушка и грустно улыбнулась. – Тогда давай мы это всё-таки сделаем, но ты помни, что без особой необходимости им пользоваться не стоит.

– Это я усвоил, – кивнул я, и мы приступили к сложным алхимическим процессам.

Евгения собрала сразу несколько установок для производства эликсиров, в чём я ей усердно помогал, и всё как-то завертелось, закрутилось, заставив забыть о течении времени. Гармоничная суета и звон лабораторной посуды не прекращались, пока не открылась дверь лаборатории и не вошёл Анатолий Фёдорович.

– Ну, как успехи, молодёжь? – поинтересовался он, наблюдая за движением разноцветных жидкостей по змеевикам.

– Всё хорошо, Анатолий Фёдорович, – доложил я, подавая Евгении очередную порцию ингредиентов и убирая штатив с пробирками, в которых находился готовый эликсир в сторону. – Хотите нам помочь?

– Ну уж нет уж, – ухмыльнулся он, но в его глазах я увидел искренний интерес. – А вот вы точно хотите мне помочь.

– В чём? – поинтересовался я, убирая штатив с готовыми эликсирами в шкаф.

– Ты разве не чувствуешь давления негативной энергии Аномалии? – вскинул брови шеф.

– Так вот почему мне так нехорошо, – нахмурилась Евгения.

– Есть немного, – ответил я. – После вчерашнего похода в Аномалию, я даже не обратил особого внимания.

– Начинается следующая волна, – сухо констатировал Герасимов. – Да и на границе Аномалии засуетились.

После его слов, как после команды, где-то вдалеке взвыли сирены тревоги и загрохотали крупнокалиберные пулемёты в области северных ворот.

– Я же говорю, – усмехнулся Герасимов. – Так что готовьтесь как следует поработать. Возможно, домой сегодня никто не пойдёт.

– Мне нужно ещё пять минут, – сказала девушка, анализируя работу установок. – Тут уже заканчивается, а новую загрузку я тогда пока делать не буду.

– Пять минут, думаю, есть, – кивнул шеф. – Потом бери свой арсенал и на выход ‒ твоя алхимия может нам пригодиться. А ты, Ваня иди за мной, я тебе книгу одну дам почитать, может, что успеешь. Надо твой четвёртый круг и его возможности осваивать по полной программе, скоро появится такая возможность.

– И что я успею прочитать за такое короткое время? – поинтересовался я, пока заведующий открывал дверь библиотеки.

– Много не успеешь, – улыбнулся он. – Но мне проще тебе показать, чем долго объяснять, что к чему.

Так быстро я в библиотеку ещё никогда не ходил, по коридору и лестнице на второй этаж мы чуть ли не бежали. Быстрым шагом мы прошли к стеллажу, к которому я раньше не подходил и Герасимов уверенным движением вытащил нужную книгу с полки.

– Смотри сюда, – сказал он, найдя нужную страницу. – Я этот этап уже прошёл, а тебе как раз это предстоит. С этой страницы и дальше, сколько успеешь. Потом будет время ‒ продолжишь.

– Понял, – кивнул я и сразу же активировал нейроинтерфейс.

– Закроешь тогда за собой, – сказал шеф и ушёл, оставив меня в библиотеке одного.

Я быстро листал увесистый талмуд, запечатлевая каждый разворот в памяти системы, глупо не пользоваться такой возможностью, когда есть подходящие инструменты. Мог бы и раньше меня сюда привести наставник, а не когда уже приспичило, я смог бы всё это усвоить в спокойной обстановке, а не когда начинается цейтнот.

Усвоение материала я закончил, когда услышал приближающиеся к госпиталю сирены скорой помощи. Я вернул книгу на место, запомнив, где она стоит, выбежал из библиотеки и надёжно закрыл дверь.

В холле приёмного отделения уже начиналась суета. Женя была здесь со штативом разноцветных пробирок, который она поставила на стойку регистратуры, взяла то, что надо, и устремилась к первым пациентам. Как и все остальные, она чётко выполняла указания заведующего, который безошибочно определял, кому какого пациента поручить, а сам тем временем уже производил реанимационные мероприятия, упав на колени возле носилок с умирающим пациентом.

Первым мне достался боец с глубокой раной на правом бедре. Ему очень повезло, что нечто, похожее на копьё или огромное жало, прошло снаружи от бедренной кости, а не внутри. В противном случае был бы повреждён сосудисто-нервный пучок и тогда его вряд ли смогли довезти живым. Тут и жгут не наложишь ‒ рана в самой верхней части бедра.

Остановив кровотечение, я заметил невероятную концентрацию негативной энергии в ране, словно здесь побывал рог того самого Красного Медведя, что маловероятно. Скорее всего, новый пик активности Аномалии настолько насытил негативной энергией прорвавшихся оттуда существ. Все же для них эта энергия ‒ неплохое усиление, когда для обычных людей всё ровно наоборот.

На очищение раны от негатива в этот раз у меня ушло слишком много сил. Я даже начал поглядывать на пробирку с синим эликсиром в штативе на стойке регистратуры. Надеюсь, Женя не обидится, если я возьму одну.

После очищения раны от энергии Аномалии, мне пришлось сначала восстановить начинавшие трансформироваться ткани и только потом перейти к заживлению раны. Тем временем пациенты всё прибывали, некоторых вносили на носилках.

Через некоторое время я, к своему удивлению, увидел во всеобщей суете других целителей госпиталя, в том числе и Михаила Ивановича. Вредного толстяка из пульмонологии видно не было, скорее всего, его решили лучше не звать ‒ одобряю.

Наши с Евгенией руки неожиданно встретились у штатива с пробирками. Я вопросительно посмотрел на неё, коснувшись синей, она одобрительно кивнула, схватила зелёную и убежала к следующему пациенту.

Лечить и очищать всех собственными силами было бы очень полезно для личного опыта и укрепления четвёртого круга, но на такое количество пациентов никаких сил не хватит, а пузырёк Владимира Алексеевича я приберегу на всякий случай, сейчас точно не время.

Информация из только что прочитанной книги должна была мне сейчас помочь, но сложившаяся ситуация не располагала к экспериментам, займусь этим обязательно, просто не прямо сейчас, иначе можно допустить серьезные ошибки. Играть с жизнями людей я не собирался.

Синий эликсир существенно облегчил мне задачу. Когда запас энергии перестал уходить на очищение от негативной энергии, больше стало оставаться на лечение, и процесс пошёл быстрее, когда реже стала возникать необходимость медитировать и восстанавливаться от влияния энергии Аномалии.

Раненых было очень много. Мы вертелись буквально как белки в колесе. Благо, что мы работали в расширенном составе и очень спасали эликсиры. В итоге к их помощи прибегали почти все, кроме заведующего, тот с шестым кругом сам неплохо справлялся, хотя к концу мне показалось, что и он начал немного сдавать.

Двоих пациентов в конечном итоге всё же отвезли в реанимацию, но сегодня никого не потеряли. Это чудо произошло благодаря слаженным действиям нашего коллектива и вовремя пришедших на помощь целителей из других подразделений.

Когда пациенты закончились, все молча уселись на широкие ступеньки, что спускались из коридора в холл. Две санитарки перед нами оттирали с линолеума пятна крови и все, как заворожённые, тупо смотрели на этот бесхитростный процесс. До этого нельзя было давать волю эмоциям и осознание, что все наконец-то закончилось, приходило далеко не сразу.

– Спасибо, Михаил Иванович, – уставшим голосом произнёс Герасимов, пожав ему руку. – И всем спасибо, коллеги, вы очень помогли.

Целители потихоньку начали расходиться по своим отделениям, а мы все пятеро пошли в ординаторскую. Евгения в этот раз пошла с нами, а не улизнула к себе в лабораторию. Я увидел удивлённый взгляд Василия Анатольевича, больше никто никак не отреагировал.

Уже все свыклись с мыслью, что домой никто не идёт, и решили воспользоваться передышкой, чтобы перекусить и попить чая. На фоне звенящей тишины приёмного отделения были хорошо слышны пулемётные очереди и канонада, которые мы уже воспринимали, как фоновый шум. Человек вообще, в целом, ко всему привыкает.

Но такой «шум» не длился вечно. Когда мы входили в ординаторскую, прогремело несколько более мощных взрывов и задребезжали стёкла в окнах.

– Тяжёлая артиллерия подключилась, – бесцветным голосом произнёс Олег Валерьевич. – Сейчас будет весело.

И, словно по его команде, мощные взрывы стали звучать всё чаще, я даже начал переживать за наши окна, стёкла дребезжали нещадно. Сквозь грохот я услышал, как пролетело несколько вертолётов, теперь взрывы прогремели и где-то на востоке, потом на западе.

Я ел гречневую кашу с куском курицы чисто автоматически, думая о своём и о сегодняшней ситуации. Боюсь даже представить, что сейчас происходит на линии соприкосновения с монстрами Аномалии ‒ настоящий ад.

Спустя минут десять грохот начал затихать и вскоре стало совсем тихо. Настолько, что был слышен шелест травы на ветру за окном. Евгения неторопливо ковыряла вилкой в тарелке, но неприязни к простецкой пище я не заметил, наверное, просто сильно устала.

– Отбились, – сказал Герасимов. – Слава богу, хоть уши отдохнут немного.

– Насколько немного? – поинтересовался я, отодвигая пустую тарелку.

– Тут уж как повезёт, – пожал плечами Анатолий Фёдорович, задумчиво глядя в окно, где пробивающиеся сквозь кучевые облака лучи солнца расчертили небо оранжевыми и розовыми полосами. – Похоже, к этой волне наши получше подготовились, разнесли всех вдребезги. В прошлый раз такой массированной бомбардировки не было.

– Может, тогда сегодня эти твари уже не полезут? – с надеждой в голосе спросил Василий Анатольевич.

– Так это ты не у меня спрашивай, – усмехнулся Герасимов. – У Аномалии надо спрашивать, какие у неё планы. Вдруг ответит?

– Судя по фону негативной энергии, планы у неё далеко идущие, – пробормотал Олег Валерьевич.

– Сплюнь, – буркнул в его сторону Василий Анатольевич.

– Не поможет, – ответил тот.

– Я практически уверен, что мы ещё повеселимся, – сказал Герасимов. – Но, скорее всего, не так, как это было только что, будет полегче. Что там у нас с эликсирами, Евгения? Запас ещё есть?

– На несколько таких поступлений хватит, – задумчиво ответила девушка после небольшой паузы. – Но если в таком темпе это будет продолжаться несколько дней, то запас иссякнет.

– А ингредиенты ещё есть? – решил уточнить заведующий.

– Достаточно, чтобы произвести два раза по столько, – пожала девушка плечами, – если не больше. Я стараюсь не допускать брака, – с гордостью за свою работу добавила она под конец.

– Значит, живём, – удовлетворённо кивнул Герасимов. – Идите тогда, варите свои зелья.

Последние слова были адресованы нашему алхимику и мне. Уже по умолчанию считалось, что я в лаборатории подрабатываю. Но я против такой постановки вопроса и не возражал, это очень полезный опыт. Уверен, что это когда-нибудь мне пригодится.

Я воспользовался временным затишьем с толком: позвонил Матвею и сообщил, чтобы он меня не ждал и не готовил на мою долю ужин и завтрак.

– Совсем себя не бережёшь! – усмехнулся мой напарник. – Так скоро вообще в госпитале жить останешься.

– Хочу стать лучшим целителем в империи, – улыбаясь, ответил я. – Не рушь мою мечту.

– И станешь, – уверенным голосом ответил Матвей. – Я это точно знаю, тут даже сомнений быть не может!

– Спасибо, друг! – сказал я и положил трубку. Потом обратился к Евгении, которая глубоко задумалась, уставившись на банки с заготовками. – Ну что, начнём?

– Да-да! – встрепенулась она, словно стряхнув с себя наваждение. – Начнём.

Снова перед глазами замелькали колбы, пробирки, реторты, теплообменники, процесс пошёл и забурлил. Многие вещи я делал уже на автомате, новенькое отмечал и записывал в хранилище рода с помощью нейроинтерфейса.

Стрельба и канонада периодически возобновлялись, но уже не имели прежней интенсивности и протяжённости по времени, возможно, монстры продолжали выбираться из Аномалии, но уже не такими большими стаями. Появились какие-то новые звуки, когда взрыв сопровождался долгим приглушенным гулом. Наверное, начали применять что-то новенькое против нашествия существ. Да и все равно встречаются монстры, против которых и артиллерия не поможет, и стоит полагаться или на особые снаряды или на магов.

– Ну что, коллеги, пойдёмте поработаем? – спросил заглянувший в лабораторию Олег Валерьевич. – Хоть передохнете от своих колбочек.

– Снова такой же завал? – спросил я, вскакивая из-за стола.

– Не-е-е, – помотал головой целитель и махнул рукой. – Намного меньше.

– Я тогда подойду чуть позже? – спросила Евгения. – У меня тут процесс в самом разгаре, если сейчас оставить без присмотра, можно спалить лабораторию. Да и жалко – испортится ведь.

– Анатолий Фёдорович нам этого не простит, – усмехнулся Олег Валерьевич. – Занимайся спокойно, скорее всего, своими силами обойдёмся. Мы бы и втроём обошлись, просто Ване надо же четвёртый круг укреплять, правда? Да и опыт лишним не бывает!

– Без сомнений! – кивнул я и последовал за ним.

Насчёт того, что работы немного, он, мягко говоря, слукавил. Холл приёмного отделения был забит под завязку. Дошло даже до того, что часть раненых после оказания первой помощи начали распихивать по палатам.

Большим плюсом было то, что ранения по большей части были не особо тяжёлыми, зато практически у всех имелось значительное накопление негативной энергии Аномалии, очищение от которой мы и отложили на попозже.

– Может, всё-таки позвать Евгению Георгиевну с её синим эликсиром? – с робкой надеждой в голосе спросил у заведующего Василий Анатольевич. – Мы их так весь день очищать от негатива будем.

– Надо задействовать старую тактику, – спокойно возразил Герасимов, переходя от пациента к пациенту. – Обходились же раньше без эликсиров? Обходились и довольно успешно. Это, конечно, прекрасно, что у нас теперь есть свой алхимик, но если мы сейчас израсходуем всё, то что будем делать, когда пациентов привезут ещё больше? Скажем: извините, эликсиры закончились? Не-е-е, так дело не пойдёт! Работай, Вася, работай!

Тот ещё что-то пробубнил себе под нос, но при этом достаточно расторопно занимался ранеными. Олег Валерьевич слышал этот разговор, но предпочёл промолчать. Лишь улыбнулся, покосившись на коллегу, и продолжил залечивать проникающее ранение грудной клетки.

Я активно использовал вибрацию во время подачи целительской энергии в рану, это значительно повышало скорость заживления и чувствительно экономило силы. С каждым разом у меня получалось всё лучше управляться с энергией, а значит, и этим приемом. Теперь я всегда постараюсь действовать именно так, чтобы совершенствовать навык.

А ещё я снова начал перерабатывать извлечённую из бойцов негативную энергию, превращая её в энергию исцеления. Я уже делал это раньше, но тогда процесс трансформации отнял слишком много сил, а теперь получалось значительно лучше, даже оставался в плюсе.

Просто во время первого эксперимента я не знал про одну очень важную фишку, которую вычитал сегодня в библиотеке. Нейроинтерфейс по моей просьбе переработал полученную информацию и выдал сухой концентрат, можно сказать прямую инструкцию, как это надо делать. Разумеется, все это сопровождалось ссылкой на исходный текст, чтобы прочитать это развернуто при необходимости.

– А ты довольно бодренько выглядишь! – сказал мне, улыбаясь, Герасимов, когда мы освободили холл больше, чем наполовину. – Второе дыхание открылось?

– Всё благодаря книге, которую вы мне показали, – честно признался я.

– Ух ты! – воскликнул Анатолий Фёдорович, удивлённо и в то же время довольно покачав головой. – Как ты быстро всё усваиваешь. Такая фотографическая память?

– Почти, – улыбнулся я, чуть не брякнув про сто терабайт свободного места на сервере. – Быстро читаю и хорошо запоминаю. Вы ведь тоже так делаете, если я не ошибаюсь?

– Почти все так делают, Ваня, – улыбнулся Герасимов, снимая повязку с плеча следующего бойца. – Просто не все это хорошо умеют. Василий Анатольевич, например, так и не освоил, поэтому он и запищал первым, что срочно нужен эликсир.

– Ну я же не виноват, что у меня не получается эта ваша трансформация! – недовольно буркнул работавший рядом Василий Анатольевич. – Одни прыгают с шестом, другие играют в шахматы, третьи – исцеляют. Вот раны у меня быстрее получается заживлять, чем у других, а с трансформацией никак, бесполезно.

– Быстрее он заживляет, – буркнул Анатолий Фёдорович, прижимая брызнувшую ему в лицо небольшую артерию. – Зато ты на это и энергии расходуешь больше, а мог бы и сэкономить.

– Хотите сказать, что я не справляюсь? – возмутился Василий Анатольевич, но заведующий на него так посмотрел, что он сразу замолчал и снова склонился над пациентом.

– Справляешься, – буркнул Герасимов. – Только болтаешь много. А ты, Ваня, продолжай, у тебя уже очень неплохо получается, как я посмотрю. Это очень полезный навык для целителя, живущего в непосредственной близости от Аномалии. А уж для ходока на её территорию, так тем более. У тебя же там легче восстанавливаться получается, не так ли?

– Так, – улыбнулся я, – но я думал, что это всех касается.

– Касается, – кивнул Герасимов, вытирая платком с лица капли крови. – Только, опять же, не всех одинаково. Кто научится пользоваться негативной энергией Аномалии в свою пользу, тому она подчинится гораздо легче и быстрее. Ну ты понимаешь, о чём я говорю?

– Понимаю, – кивнул я. – Если научиться эффективно перерабатывать энергию Аномалии, можно стать более полезным, в том числе и во время рейдов. Да и держаться дольше без медитации можно таким образом.

– Всё верно, Ваня, – улыбнулся Анатолий Фёдорович.

Мы уже разобрались почти со всеми ранеными, осталось человек пять и то не тяжёлых.

– Вань, ты, наверное, иди по палатам и занимайся очисткой от негатива пока, – сказал Герасимов, окинув взглядом оставшихся в приёмном отделении пациентов. – Мы тут уже сами справимся.


## Глава 6


Входя в палату, я невольно ухмыльнулся. Повторяется ситуация, как в первые дни моего пребывания здесь. Новичка-практиканта отправили в обход палат для очистки пациентов от накопленной негативной энергии. До меня только сейчас дошло, что тогда, видимо, тоже были отголоски очередной «волны». Наверное, поэтому и напали монстры на поезд. Или как следствие последней значимой атаки со стороны Аномалии, или отбились от стаи во время боя и нарвались на поезд, в котором я ехал.

– И снова здравствуйте, господа бойцы! – бодро обратился я к обитателям первой палаты. – Сейчас я буду наводить порядок в вашем энергетическом и душевном равновесии. Так что можете быть спокойны.

– Ты не только целитель, а ещё и мозгоправ, что ли? – усмехнулся боец со знаками отличия унтер-офицера.

– Мозги вам жена дома вправит, – сказал я, улыбаясь, разглядев кольцо на безымянном пальце. Остальные военные при этом захихикали. Вот и хорошо, а то больно унылые были до этого. – А я очищу от негативной энергии, и жизнь для вас уже станет светлее, так что попрошу лежать спокойно и расслабиться.

– Главное ‒ не уснуть, – снова хихикнул один из бойцов помоложе.

– Можете и уснуть, – успокоил я его. – Мне это не помешает.

Очистку я решил производить сразу парами, мне так и раньше уже приходилось, только теперь я буду использовать вытесненную из тел негативную энергию в свою пользу с новой техникой. Да и в целом, подобное пусть и заставляло вовсю работать энергоканалы, но так они становились устойчивее и прочнее. Я ведь не выкладывался на полную и мог спокойно делать паузы, чтобы дать своей энергетике «остыть».

– Ну что ж, – сказал я, потирая руки и довольно улыбаясь, что само по себе вызвало несколько странные взгляды на меня, словно я маньяк какой-то. – Не надо бояться, больно не будет! Приступим.

Я попросил бойцов подвинуться на самый край кровати, сел на табуретку между ними, положил обоим ладони на область сердца и приступил. Просто очистить их было уже нелегко, далеко не так, как это было в первый раз.

Когда я здесь только появился, даже представить не мог, что в человеке может накопиться столько энергии Аномалии. Тогда только один боец был близок к этому состоянию ‒ Влад Бурмистров, но даже в нём столько не было. Но мне сейчас предстояло не только очистить, но и переработать, причём сделать это правильно, а не как тогда.

Я закрыл глаза на всякий случай, максимально сосредоточился и приступил. Процесс оказался нелёгким, но спустя минут пять или семь, я понял, что всё закончилось. При этом я взмок, как мышь, но запас магической энергии был полнёхонек, под самый край. Можно смело переходить к следующей паре пациентов.

Во время процесса очищения я с удовольствием наблюдал внутренним взором, как по энергоканалам движется большое количество магической энергии, которая взаимодействует с негативной и преобразует её в то, что мне нужно. Часть теряется и безвредно испаряется в воздухе, но сумма всё равно больше моих исходных показателей. Кольца маны золотистого и зелёного цвета мягко пульсируют, заполняясь энергией до отказа и укрепляются, становятся более ёмкими и прочными. Такой способ лечения для меня, возможно, даже полезнее, чем для самих пациентов!

Переходя из палаты в палату, я улыбался украдкой. Ни за что бы не предположил, что для моего продвижения к прорыву пятого круга сегодняшний день принесёт даже больше пользы, чем последний рейд с группой учёных. Надо обязательно поделиться своими впечатлениями с Герасимовым, он отличный наставник и он, возможно, мне поможет каким-нибудь советом. У меня уже начинало складываться впечатление, что он мне не чужой человек, а близкий родственник, который заботится обо мне, как о родном. Даже не думал, что по приезде сюда меня будет ждать такой наставник.

Уже исцелив пациентов в двух палатах, я собрался идти в следующую, но перед дверью практически нос в нос столкнулся с Евгенией. Девушка от неожиданности вскрикнула и чуть не выронила пробирку с очередным синим эликсиром, потом улыбнулась, заливаясь румянцем.