Лея Колд
Между нами «нельзя»

Глава 1

Лея

Летний вечер медленно опускался на город.

За окном густела синяя тьма, и только одинокий фонарь освещал узкую дорогу у дома. Воздух становился прохладным, просыпались сверчки, и в их стрекоте было что-то тревожное – будто сама ночь знала, что в этом доме сейчас рушится чья-то жизнь.

Я сидела на краю кровати в комнате Димы.

Пальцы всё ещё помнили, как расстёгивали пуговицы на его рубашке в этой самой комнате. Как скользили по его коже. Теперь они дрожали, сжимая телефон, в котором были фотографии.

Чужие губы на его шее. Чужие руки на его плечах. Чужие улыбки.

Я не кричала.  Я не устраивала сцен.  Я просто замолчала – и в этой тишине во мне что-то умерло.

Я всегда была сильной. С детства. Я научилась терпеть. Научилась бить первой. Научилась не ждать спасения.

Я всегда держала удар.

Но сейчас это был не удар. Это был нож. Медленный, аккуратный. В спину.

Дима ушёл. Хлопок двери прозвучал сухо и громко – как выстрел. Он даже не попытался оправдаться. Только сказал: «Мне жаль».

– Наконец-то тебя не будет в нашей жизни.

Голос прорезал воздух.

Я подняла голову.

Максим.

Он стоял в дверном проёме, прислонившись к косяку, будто пришёл посмотреть спектакль. Высокий, широкоплечий, с тёмными волосами и холодными зелёными глазами. Сейчас они казались почти чёрными.

– Ты всегда заходишь, когда пахнет кровью? – спросила я тихо, вытирая щёку. – Или сегодня особенный день?

Уголок его губ дёрнулся.

– Просто люблю, когда всё становится на свои места.

– А я думала, ты любишь только себя.

Он медленно оттолкнулся от косяка и вошёл в комнату. Шаги были тяжёлыми, размеренными. Он не спешил. Ему нравилось давить.

– Что я сделала тебе? – спросила я. – Или тебе обязательно нужен враг, чтобы чувствовать себя живым?

Он усмехнулся.

– Ты слишком высокого о себе мнения. Ты не враг. Ты… ошибка выбора.

Слова ударили точно. Он видел, куда бить.

– Ошибка? – я встала. – Ошибкой было родиться с таким характером, как у тебя.

Он достал сигарету, щёлкнул зажигалкой. Пламя на секунду осветило его лицо – жёсткое, усталое.

– Я знаю таких, как ты, – произнёс он, выпуская дым. – Тихие. Правильные. С глазами жертвы. А потом оказывается, что вы разрушаете всё вокруг.

– Серьёзно? – я скрестила руки на груди. – Я разрушила? Не твой брат, который коллекционирует девушек, как трофеи?

Он подошёл ближе. Слишком близко. Его тень накрыла меня.

– Ты думаешь, ты особенная? – его голос стал ниже. – Думаешь, он тебя любил?

Я выдержала паузу.

– А ты? – спросила я тихо. – Ты вообще кого-нибудь любишь, Максим? Или только контролируешь?

В его взгляде что-то мелькнуло. Быстро. Почти незаметно.

Я видела, как внутри него вспыхивает злость, но не вся она была направлена на меня. Часть этой злости он носил давно. И слишком глубоко.

– Ты просто существовала рядом с ним, – сказал он холодно. – Этого достаточно.

– Значит, проблема во мне? Удобно.

– Проблема в том, что ты притворяешься невинной.

Я сделала шаг вперёд.

– А ты притворяешься сильным.

Тишина стала густой.

Он резко схватил меня за запястье. Боль вспыхнула мгновенно, но я даже не вздрогнула.

– Осторожнее, – прошипел он. – Я не люблю, когда со мной играют.

– А я не люблю, когда меня хватают, – ответила я спокойно. – Отпусти. Или боишься, что без силы ты никто?

Его пальцы сжались сильнее.

– Я каждый день выживаю среди тех, кто готов убить ради денег. Я строю бизнес с нуля. Я гоняю по трассе с безумцами. А ты… – его взгляд скользнул по мне, – сидишь и дрожишь из-за того, что твой парень развлекался по клубам.

Я почувствовала, как внутри поднимается ледяная волна.

– И да… может, я грубый. Может, не люблю слабых женщин…но я хотя бы честен.

«Честен.»

Слово ударило больнее всего.

– Я не слабая, – резко отрезала я. – Я просто не боюсь чувствовать. В отличие от тебя.

Это был удар.

Он замолчал.

В его глазах на секунду мелькнуло что-то не похожее на презрение. Боль? Усталость? Зависть?

Я выдернула руку.

– Знаешь, Максим, – мой голос стал холодным, почти спокойным, – ты воюешь со мной так, будто я угрожаю твоему миру. Но я всего лишь девушка, которую предал твой брат. Если это делает меня опасной – значит, ваш мир слишком хрупкий.

Он смотрел молча.

– Ты жалок, – добавила я тихо. – Не потому что грубый. А потому что боишься, что кто-то увидит, какой ты на самом деле.

Я толкнула его в грудь.

Он сделал шаг назад. Небольшой. Почти незаметный. Но в этом шаге было больше растерянности, чем ярости.

Я прошла мимо него, не оглядываясь. Я чувствовала его взгляд спиной – тяжёлый, обжигающий.

Я спустилась по лестнице и распахнула дверь.

Ночь встретила меня холодным ветром. Он обжёг щёки, высушил остатки слёз.

Я вдохнула глубоко. Больно. Но живо.

Я не останусь здесь ни секунды.

Не позволю себя унижать.

Не позволю превращать боль в повод для чужих игр.

Дверь за спиной медленно закрылась.

Глава 2

Ночь без дороги

Я шла по пустой дороге.

На мне было только тонкое летнее платье. Ветер безжалостно пробирался сквозь ткань, касаясь кожи ледяными пальцами. Асфальт под ногами казался шершавым и чужим, каждый шаг отдавался болью – не столько в ступнях, сколько глубже. Там, где сердце.

Но холод снаружи был ничто по сравнению с тем, что творилось внутри.

Редкие машины проносились мимо. Их фары разрезали темноту. Короткая вспышка света – и снова тишина. Никто не останавливался. И это было правильно. Нормальный человек не подберёт ночью девушку на безлюдной дороге.

Только безумец.  Или тот, кому нечего терять.

Я не голосовала.  Я просто шла.

Не думая, куда. Главное – подальше.  От дома.  От Димы.  От Максима и его ядовитых слов.

Где-то вдалеке раздался рёв двигателя. Он приблизился – и стих. Ночь поглотила звук.

Сил почти не осталось. Ноги начинали неметь, дыхание стало тяжёлым. В какой-то момент я остановилась.

«Хватит.»

Когда следующая машина показалась из-за поворота, я сделала шаг ближе к дороге и подняла руку.

Старый, потрёпанный пикап затормозил рядом. Из выхлопной трубы валил чёрный дым. Двигатель задыхался.

Стекло медленно опустилось.

За рулём сидел мужчина лет сорока. Щетина с проседью, тяжёлый взгляд, липкая усмешка.

– Подвезти?.. – хрипло протянул он. – Ты одна?

Я кивнула.

– Да. Просто подвезите.

Он осмотрел меня слишком внимательно. Его взгляд задержался на моих ногах, потом на лице.

– Ладно. Залезай быстрей. Холодно же. Разберёмся.

Дверь приоткрылась. Из салона пахнуло сигаретным дымом, дешёвым алкоголем и чем-то затхлым, неприятным.

Я замерла.

Он не спросил адрес. Не удивился. Не уточнил ничего.

Сердце заколотилось.

– Нет… – я сделала шаг назад. – Спасибо. Я передумала.

Его лицо на мгновение перекосило раздражением. Но он ничего не сказал. Захлопнул дверь, и с глухим рёвом исчез в темноте.

Ветер стал ещё холоднее. Я опустилась на асфальт у обочины, обняла себя руками. Плечи дрожали. Слёз больше не было. Ни злости. Ни ненависти.

Только усталость.

Телефон остался в сумке Димы.  Я была одна.

Свет фар снова появился из-за поворота.

На этот раз – ровный, спокойный. Машина ехала медленно. Тёмный седан притормозил рядом. Стекло со стороны пассажира опустилось.

Максим.

Он выглядел иначе. Волосы растрёпаны ветром, лицо напряжённое. Сигарета в руке давно догорела – он даже не замечал.

– Чёрт возьми… – его голос прозвучал глухо. – Что ты тут делаешь?

Я поднялась, ничего не ответив, и пошла дальше.

– Эй!

Я не остановилась.

Через секунду хлопнула дверца. Быстрые шаги по асфальту. Он догнал меня и схватил за руку – крепко, но без той жёсткости, что была раньше.

– Ты что, совсем с ума сошла? – в его голосе не было насмешки. – Жить надоело?

Я резко повернулась к нему.

– А тебе то какое дело? – холодно спросила я. – Ты же ясно дал понять, что я – ошибка выбора. Вот и исправляю её.

Он сжал челюсть.

– Не драматизируй.

– Это ты любишь драму. Я просто ухожу.

– Садись в машину, – коротко сказал он.

– Нет.

– Это не просьба.

– А я не подчинённая.

Ветер рванул платье, и я невольно вздрогнула. Он заметил.

– Гордость дороже здоровья? – усмехнулся он. – Или ты решила доказать, что можешь умереть красиво?

– Не переживай, – ответила я тихо. – Моей смертью ты не испортишь себе репутацию.

Это был укол. Точный.

В его глазах вспыхнула злость. Но не та, что ранит. Та, что защищает.

Он сделал шаг ближе.

– Ты думаешь, мне всё равно?

– А разве нет?

– Если бы было всё равно, я бы не ехал за тобой.

– Может, просто решил убедиться, что я действительно ухожу?

Он резко снял с себя кожаную куртку и накинул мне на плечи. Тёплая. Тяжёлая. С запахом бензина и табака. И чего-то ещё – его.

– Не всё равно, – глухо сказал он. – Я не маньяк, чтобы бросить девушку посреди дороги.

Я посмотрела на него.

– Ты считаешь меня глупой?

– Я считаю тебя упрямой.

– А ты считаешь себя правым.

– Почти всегда.

Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Ветер шумел в кронах деревьев. Ночь стала глубже.

Он отвернулся, прошёл к машине, открыл багажник и достал старый армейский плед. Тот самый, который их отец заставлял возить «на всякий случай».

Максим вернулся и протянул его мне.

– Бери.

– Не нужно.

– Нужно, – отрезал он, – ты замёрзла.

Я закуталась в плед, сама того не желая признавать, насколько он был кстати.

– Я не сяду в твою машину, – сказала я уже без прежней резкости.

Он устало провёл рукой по волосам.

– Почему?

– Потому что ты меня ненавидишь, мало ли что сделаешь сейчас со мной.

Он замер.

Я увидела, как в его лице что-то меняется. Не резко. Не драматично.

Просто уходит напряжение.

– Я не ненавижу тебя, – тихо произнёс он.

– Тогда почему всегда смотришь так, будто я твой враг?

Он долго молчал.

– Я не умею… – начал и осёкся. Затем холоднее: – Это не твоё дело.

Я сделала шаг назад.

– Вот видишь. Ты боишься не меня. Ты боишься чувств.

Он усмехнулся, но уже без прежнего яда.

– А ты слишком легко ими разбрасываешься.

– Нет. Я просто не прячу их под бронёй.

Тишина стала другой. Не колючей. Просто тяжёлой.

Он подошёл ближе.

– Пожалуйста, – произнёс он почти шёпотом. – Садись в машину.

Глава 3

Тепло сквозь трещины

Я не понимала.

Ещё час назад в его голосе было презрение. В глазах – холод. В словах – яд.

А сейчас он стоял передо мной в одной футболке, среди ночного ветра, и просил не замерзать. Это пугало почти сильнее, чем его злость.

Я колебалась. Ветер рвал плед, куртка на плечах казалась тяжёлой, будто вместе с ней он накинул на меня своё противоречие.

Он ждал. Не торопил.

Я не привыкла принимать помощь, особенно от тех, кто ранит словами. Не привыкла быть слабой перед врагом.

Я медленно кивнула.

– Садись, – тихо произнёс он. – Я отвезу тебя. Не мой выбор был выгонять тебя ночью.

Он открыл пассажирскую дверь.

В салоне было тепло. Печка гудела, стёкла слегка запотели. Из динамиков тихо играла старая рок-композиция – грубая, с хриплым вокалом, но сейчас она звучала почему-то спокойно.

Максим сел за руль и сразу прибавил обогрев.

Несколько секунд мы ехали молча. Я смотрела в окно, на тёмные улицы, на фонари, которые скользили по стеклу золотыми пятнами.

– Тебе есть куда идти? – наконец спросил он, не глядя на меня. – Или обратно отвезти к нему?

Слово «к нему» он произнёс без имени. И без прежнего яда.

– Отвези меня домой, пожалуйста, – тихо сказала я.

Он кивнул.

Тепло постепенно проникало под кожу, размораживая замёрзшие пальцы. Я чувствовала, как возвращается чувствительность – и вместе с ней усталость.

Он иногда бросал на меня быстрые взгляды. Проверял, не дрожу ли слишком сильно. Делал это так, будто думал, что я не замечаю.

– Где живёшь? – спросил он, спустя пару минут. – Адрес?

– Пятый квартал. Просто оставь меня на остановке, я дойду.

Он нахмурился.

– Ночью? Серьёзно?

– Не заморачивайся.

Он коротко выдохнул.

– Я тебя до дома довезу. – сказал он твёрдо. – Я не буду сидеть спокойно, зная, что ты одна пойдёшь по этим улицам.

– Ты всегда всё контролируешь?

– Когда могу – да.

– А если я не хочу, чтобы меня контролировали?

Он вздохнул.

– Тогда считай, что это разовая акция доброты.

Я тихо фыркнула.

– Доброта от тебя звучит подозрительно.

Он сжал челюсть. Но ничего не ответил.

– Ты сам говорил, что я проблема.

– Я говорил, что ты создаёшь проблемы.

– Какая разница?

Он резко повернул голову ко мне.

– Большая.

Тишина повисла в салоне.

Я смотрела на его профиль – жёсткий, напряжённый. Но в уголках глаз сейчас не было привычной насмешки. Только усталость.

Мы свернули к жилым кварталам. Светофоры лениво мигали жёлтым. Панельные дома тянулись одинаковыми коробками. Дворы были пустыми.

– Подъезд какой?

– Восьмой.

Он вёл машину аккуратно. Без резких манёвров. Будто вёз что-то хрупкое.

И это пугало не меньше, чем его прежняя жестокость.

Мы остановились у подъезда. Двигатель заглох. В салоне стало тихо. Только печка ещё пару секунд гудела, потом тоже стихла.

Он посмотрел на меня.

– Ну что? Дома будешь?

– Да.

Я сняла плед и протянула ему. Наши пальцы соприкоснулись. Секунда – и я резко убрала руку, будто обожглась.

– Спасибо… – произнесла я тихо.

Он усмехнулся, но мягко.

– Не привыкай.

– Не собираюсь.

Пауза затянулась.

В груди что-то сжалось. Хотелось обнять его – просто по-человечески, без подтекста.

Но это было бы слишком странно. Слишком неправильно. Он всё ещё был тем самым Максимом, который ненавидел её.

Я вышла из машины и, не оборачиваясь, ускользнула за дверь подъезда.

Максим сидел неподвижно ещё несколько секунд. Смотрел на пустое место у входа. Руки лежали на руле, пальцы слегка сжаты.

Потом он резко завёл двигатель и выехал со двора чуть быстрее, чем следовало.

Ветер ворвался в салон через приоткрытое окно. Он глубоко вдохнул ночной воздух.

И впервые за долгое время внутри него не было злости.

Только одна настойчивая мысль, от которой невозможно было избавиться:

«Чёрт… почему я вообще так сильно её ненавижу?»

Глава 4

То, что я не хотел чувствовать

Макс

Я стоял в коридоре и слышал её дыхание из комн

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.