|А|спект |Н|езависимости
|S|ilence – |O|r – |S|ententia
Modest Kozlovsky

© Modest Kozlovsky, 2026

ISBN 978-5-0069-4501-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

I. Аспект Независимости Silence or Sentence

Основано на реальных событиях ВНИМАНИЕ!

Данное произведение является художественным. События, описанные в нём, могут носить шокирующий характер и не имеют прямой связи с действительностью. Образы персонажей являются собирательными и не ссылаются на конкретных лиц.

Любые совпадения – случайны.

Любые случайности – закономерны.

Изначальное (техническое) Содержание

I. Аспект Независимости – Silence or Sentence. 1

Начало конца

Ход исследования.

День 1.

День 3.

День 6.

День 8.

День 9.

День 11.

День 16.

День 23.

День 24.

День 25.

День 26.

День 27.

День 28.

День 29.

День 34.

День 35.

День 36.

«Туман Сознания»

Наступило 3-е число мая.

Альтернативное Начало.

Заключительное Приложение: Артефакт.

II. Критика 12-ти шагов

Почему Я затрагиваю эту тему?

Духовное или нравственное лицемерие участников сообщества

Честность?

Предубеждённость?

Открытость новому?

Фанатизм

Внутри Р. Ц.

Центр рессоциализации

Мета-Эпилог

Дополнение-сноска на мета-эпилог

Комментарии к главе, от специалистов и людей, лично принимавших участие в реабилитационном процессе

Эксперимент «Фиолетовый Феникс»

Начало конца

Поздний вечер постепенно уходящий в ночь. Рабочий район мегаполиса. Под рядом многоэтажек, озаряемый искусственным светом первых зажигающихся фонарей, идет Человек…

Парень 27-ми лет, со светло-блондинистыми удлиненными волосами и с зелено-серыми глазами, смотрящими сквозь, чуть заметно розоватые, линзы очков. Рост его около 1,88. Походка уверенная, но крайне холерическая: стабильно быстрый темп передвижения и поспешные шаги – выдают в нем наличие какого-то определенного намерения. Видно, что юноша явно устремлен куда-то или… К чему-то.

Чувства: решительность, уверенность, азарт, отвага и страсть.

Мысли: итак, я успешно завершил все три этапа своего исследования. Сегодня же, начнется четвертый, который поставит точку и закроет важный вопрос для всей аддиктологии. Да… Определенно у меня все получится – я готов! Мои прошлые коллеги слишком узколобы и, откровенно трусливы. Они не способны признать очевидное – контролированное употребление алкоголя возможно и у тех, кто однажды, в своем прошлом, лично столкнулся с аддиктивными влечениями; ну да, конечно, оно возможно именно у тех, кто осознает и, тем самым, глубинно понимает самого себя, понимает и то, что невзирая на некогда наличие пагубного пристрастия в своей жизни, тем не менее, спустя время, он и ему подобные люди все же способны вернуться к умеренному употреблению, умеренно выпивать.

«Дюжинные» фанатики твердят лозунг: «контроля нет» – но такой тезис, который я неоднократно слышал от своих экс-коллег, неизбежно будет развеян, словно дымка на ветру.

Герой так увлечен своими мыслями, что кажется, будто совсем не замечает происходящего вокруг. Он лишь делает шаги, все ближе к своей квартире и сегодня, ночная атмосфера города его мало волнует.

Нет ни тени сомнения, нет тревоги, нет страха, только целеустремленность ощущаемая всем телом.

Мысли: так, нужно все снова сопоставить.

Я взял отгулы на работе и теперь… ближайшие шесть дней свободны! Хорошо, идем далее. Снял отдельное и безопасное жилье, на несколько дней, где моему плану никто не сможет помешать; никто не сможет меня отвлечь от моей цели. Тоже есть. На всякий случай скопил финансовый резерв, на тот самый случай, если что-то пойдет не так. Еще, на группе NA, которую я лично вел полгода, мне удалось найти и оставить приемника, чтобы уже она продолжала вести собрания по субботам, когда я объявлю о своем выходе из сообщества. Тоже сделал. Свою часть коммунальных платежей за проживание в квартире сотрудников, я также отдал; пусть они и взяли чуть больше, плевать, главное было разрезать ненужные «узлы связывания». Значит – все готово… И теперь я могу покинуть сообщество достойно, не подставляя никого из тех, само названных «специалистов», с кем раньше был по одну сторону – этих до ужаса наивных выздоровленцев, непонимающих, что они, сущностно, просто подменили свои химические пристрастия, обыкновенной поведенческой зависимостью, которую зовут теперь «программой действий»… Даже ведь убедили себя, что это основа их жизни. Так нелепо. Но, важно то, что сейчас я, наконец-то, решился следовать своим идеям, а не тем лепетам о «духовности смирения», что мне внушались. Вот уж действительно, они так верят в то, что смирение позволяет преодолеть любые жизненные трудности. Как жаль, что мне так и не удалось их вразумить. Я же все-таки долго пытался донести мысль, что очевидно нельзя смиряться со злом, иначе оно разрастется произволом и тогда наступить триумф нравственного упадничестства, но в ответ снова слышал заученные фразы, это же…

Так, стой. Ты снова философствуешь? Не отвлекайся от своей цели, сейчас необходимо сконцентрироваться именно на ней! Пусть те субъекты живут свою жизнь. Их философию ты уже перерос на порядки. Вспомни, что еще необходимо для исследования…

Осталось только купить 0.7 шампанского и 0.7 водки, чтобы, смешав их, наверняка достичь условной экзальтации в кратчайшие сроки. Если после такого эпизода неуправляемости мне удастся (а мне точно удастся) войти в устойчивую ремиссию самостоятельно, сохраняя ее затем целых полгода, то это станет очередным свидетельством моей гипотезы о возможностях контроля употребления…

Герой продолжал блуждать в собственных ментальных лабиринтах, где ему, одному из немногих, но все же удалось одолеть встретившегося «минотавра». Между тем, сумрак ночи окончательно вытеснил дневные лучи. Однако, магазины по продаже алкоголя, по-прежнему работали, ведь закрывались не раньше 23:00. Они были повсюду, в каждом районе города их насчитывалось десятки. Вот и теперь, возле новоарендуемой парнем квартиры располагался один из таких гипермаркетов. Сложности купить задуманное не возникло вовсе, потому через несколько мгновений герой уже был на 9-ом этаже, где находилось его временное пристанище.

Войдя в свою квартиру, парень, раздеваясь на ходу, начал рассуждать.

Чувства: добавилось легкое переживание и некоторая суетливость, возникшие перед процессом приготовления к новому этапу эксперимента.

Мысли в слух: стакан, кубики льда, две бутылки и… Необязательная, но важная субъективщина: неоновые лампы, для эстетической атмосферы, плюс к ним дополнение в виде заранее подобранной музыки, помещенной в единый плейлист – может удастся совместить профессиональное с личным, чтобы в ходе такой практики, оставшись наедине с самим собой, найти какое-нибудь вдохновение, для своих произведений. Ну, или хотя бы, просто отдаться релаксу. Ну да… Вроде ничего не забыл. Остается только ждать наступления полночи, чтобы в ночь с 16-ого на 17-ое июля выпить первое «северное сияние». Но потом… Мне не нужны длительные паузы. Нужно накидаться в кратчайшие сроки, чтобы достичь необходимого состояния. Чем быстрее сделаю это, тем раньше начну потом приходить в себя.

Парень садится за свой рабочий стол, открывает ноутбук и вносит новые записи в электронный журнал своего исследования под названием «Пурпурно-красная птица». Эту работу, которую он начинал порядка года назад, еще будучи практикующим психологом в реабилитационном центре для химически зависимых людей, нужно было завершить однозначным итогом – четвертым этапом, где ему необходимо было, хотя бы на короткий промежуток времени, войти в настолько измененное состояние сознания, чтобы утратить сами основы явления осознанности. Разумеется это следовало сделать, даже понимая, что есть риски негативных последствий от ожидаемого состояния неуправляемости. И все же нужно сказать, что, как часто бывает, основополагающая идея возникла у Автора сильно раньше, чем фиксация фактического начала такого эксперимента, а потому, лично для него, это является крайне ценным опусом. Теория стала подкрепляться практикой, и, каждый из трех предыдущих этапов исследования был успешен и, как следствие, это воодушевляло психолога. Какая работа может быть ценнее той, что человек делает по собственной инициативе и во имя собственных идеалов, а также во имя прогресса в том или ином направлении академической мысли? Вопрос риторический. Однако именно этот вопрос и встал камнем на распутье – то, из-за чего герой не смог дальше работать в данной сфере реабилитаций.

Ретроспектива:

Беседа в директорской, с руководителем светского дома реабилитационного цента:

– Норман, послушай. Ты хорошо прошел практику, сам посещаешь дополнительные тренинги по тематике зависимости, ты многое знаешь, да и ребятам ты нравишься, чего уж таить…

– Но тогда, я уж совсем не понимаю Артур Визарден, почему Вы не желаете взять меня в команду, в штат сотрудников?

– Ты и сам должен догадываться. Говоря прямо в лоб: все дело в твоих взглядах, касательно контролированного употребления.

– Но ведь, мы уже это обговаривали. Я не озвучиваю свои идеи на терапевтический круг, чтобы никого, как Вы выражаетесь, «не саботировать». Я обсуждаю это только за закрытыми дверями, то есть только с сотрудниками: психологами, консультантами – и, среди них, только с теми, кто открыт к таким диалогам. Я никому ничего не навязываю и не пытаюсь переубедить. Каждый волен верить во что хочет. Высшая Сила у каждого своя, помните? Значит и вера у каждого тоже. Убежденность в тех или иных идеях. А ведь у нас есть даже лозунг-правило: «каждое мнение имеет место быть»…

– Слушай дальше – спокойно произнес директор -это все так, однако, пойми, у нас здесь коллектив единомышленников и ты из него выпадаешь. К тому же, подумай прежде всего о себе. Ты должен клиентам говорить одно, когда на самом деле веришь в другое.

– Это можно описать фразой: " Цель оправдывает средства, если цель – спасение Души»

– Это можно описать как внутриличностный конфликт – заключил директор – это расщепление, Норман, тебе ли не знать? И однажды, противоречия накопятся. Тогда, тебе неизбежно будет предстоять сделать свой осознанный, честный и свободный выбор: руководствоваться нашим путем или пойти своим собственным.

– Хорошо… Я Вас услышал – понуро произнес молодой психолог.

– Слушай, в любом случае, у нас есть к тебе доверие. За время нашего сотрудничества ты доказал, что тебе можно верить и ты не подведешь тех, с кем у тебя возникла связь или образовались договоренности. Поэтому, ты и дальше проживай на квартире сотрудников, если будет желание приезжай в центр поспикерить или инфоблок провести, тебе тут всегда рады. Как там кстати у вас с Алом идут дела, по поводу открытия нашей городской группы?

– Ну, он пока что назначил меня запасным ведущим, на случай если кто-то из основных в конкретный день будет отсутствовать. В потенциале, когда мы зарегистрируем группу на Местном Комитете Обслуживания NA, то тогда, по словам Ала, мы сможем взять себе еще один день на неделе и, вот тогда уже, этот день будет полностью закреплен за мной. На МКО мы планируем идти вдвоем.

– Ну, похоже удачно ты выбрал его себе в наставники – одобрительно произнес Артур Визарден – я поддерживаю твою кандидатуру как ведущего. А вот… Шаги то писать не забросили?

– Уже второй пишу.

Услышав это, директор молча кивнул.

Актуальность:

После необходимых записей, Норман перешел к процессу фактического приготовление.

До момента «Х» оставалось 5 минут. Взяв бутылку шампанского он одним резким движением выдернул пробку и стал наливать содержимое в бокал тумблер. Глядя на то, как наливаемое шампанское пузырится, героя охватила некоторое тревожность.

Мысли: Лина… Она же просила меня не расширять исследование на себе, просила меня не рисковать собой… Но… Я… Я люблю ее. И все же, эту битву с собственным бессознательным мне необходимо совершить – вновь столкнуться с одержимостью и взять этого зверя под контроль. Прости Лина, Я должен пройти свой путь до конца.

Теперь только Я и ОНО – честная дуэль.

Наконец к игристому вину добавилась водка.

Ход исследования:

День первый

Мысли: время: ровно 0:00, первая доза алкоголя принята. Ощущение от выпитого откровенно поганое, но так писать не стоит, нужно сохранять нейтральную стилистику собственно описания процесса в эксперименте, раз уж я, вроде как, претендую на то, чтобы оно имело академическую ценность.

Спустя 5 минут стало наступать состояние опьянения.

Чувства: взволнованность, оптимизм, воодушевление

Мысли: продолжаем.

Вслед за выпитым последовала аналогичная доза алкоголя.

Мысли: ощущается рвотный позыв, ну да, лучше его спровоцировать сейчас, чтобы потом эта дрянь шла легче.

Отправившись в туалет, Норман сунул два пальца в рот и осуществил задуманное.

Мысли: хорошо, что я не поел. Это замедлило бы достижение необходимого сейчас состояния. К тому же, не так мерзко было сейчас плеваться».

Через пару часов употребления, сопровождаемого прослушиванием музыки, просмотром разных клипов и внесением необходимых записей в журнал, герой вырубился у себя на кровати.

День второй

Проснувшись под утро, парень ощущал туман в голове и легкую рассеянность.

Чувства: непонимание-растерянность

Мысли: итак, легкая спутанность в мыслях и, средней силы похмельный синдром, без ярких болевых ощущений. Но… Я все помню, весь вчерашний день. Провалов в памяти нет, состояние стабильное. Дьявол! Необходимо продолжить»

С этими мыслями Норман спешно оделся и направился в ближайший магазин, где купил все те же «компоненты» но теперь в большем объеме, на случай если ситуация с сохранением воспоминаний повторится.

Возобновив практику предыдущего дня, парень снова стал выпивать, параллельно занимаясь все теми же, привычными вещами, что и вчера.

Через какое-то время сознание померкло.

Наступил вечер.

Мысли: так, снова меня выключило. Сейчас вечер. Ощущение спутанности мыслей слабое, я не до конца протрезвел. Продолжаю.

Вечер плавно перетекает в ночь.

День третий

На телефон в месседжерах приходили сообщения от друзей парня, однако он игнорировал их

Чувства: досада

Мысли: извините ребята, я сейчас занят, навряд ли Вам будет очень приятно говорить с пьяным МНОЮ. Тем более, что мне возможно только кажется, находясь в собственных мыслях, будто я рассуждаю последовательно. При общении меня может увести на разные стили выражений, как уже бывало, хех, ну да… Сколько моих прошлых подруг рассказывали мне, какой я становлюсь раскрепощенным в словах и действиях, когда иду с ними на контакт… Эй! О чем ты думаешь? Девочки? Они прекрасны, однако первым делом самолеты, ОЛО!

Так, давай сменим тему…

А, ну да, ну вот…

Помню… Эти, разношерстный, недоспециалисты всюду говорят, что якобы поступки определяют человека, но ведь этот тезис – воплощение прямолинейного и потому примитивного ума. На самом же деле, человека определяет его собственный, свободный выбор. А поступки, это уже ожидаемое следствие такого выбора. Однако, если выбор ограничен, если ограничена свобода, то и поступки будут исходить только из того, что остается; а значит человек, поступает не так, как бы того желал, а так, как наиболее выгодно, исходя из обстоятельств и условий окружения. То есть, если предположить, что меня принуждают к воровству, шантажируя угрозой жизни, то тогда, очевидно я сделаю это, но ведь сделаю вовсе не потому что я вор и желаю воровать, а потому что мой поступок – следствие насильственного ограничения свободы выбора. В данном случае я поступаю так, как мне наиболее выгодно – выбираю наименьшее «зло».

И вот это принуждение может быть разным: в рамках работы – это регламент организации, в рамках социума – это понимание морали, ну и прочее. Все это рамки, задающие те или иные поведенческие модели, от которых воспрещается отступать под угрозой разного рода «санкций».

Вот и итог: то, что преподносится как a priori верное, не всегда таковым является в действительности и уж тем более не будет личной правдой для каждого.

Как заключение: Человек определяет себя сам, посредством свободного выбора.

Поступки же часто подвержены самым разным агентам влияния и потому вторичны.

Продолжая вести внутренний диалог и углубляясь в смыслы, одновременно выпивая одну за одной, постепенно Норман ушел в чертоги разума и в какой-то момент у героя «найти себя» возможности не стало.

Ночь…

Парень пришел в себя лежа на полу, закутавшись в простынь. Вокруг множество пустых бутылок и окурков сигарет. Окружающая обстановка была настолько паршивой, что явно выбивалось за рамки ожидаемого. Хотя, у героя и был свой план выхода из экзальтированного состояния, но… Теперь он уже не был так уверен в том, что исследование идет по плану

Чувство: страх и озарение

Мысли: вот оно… Неуправляемость… Все это вокруг, весь этот хаос… Я не помню, как это случилось… Ладно… Вроде… Что? Вроде?? Нет, теперь уж точно – цель достигнута. Однозначно. Пора приходить в себя… Стоп… Нет. Это чувство… Влечение! Я его ощущаю. Проклятье!.. Так, не паникуй. Нужно звонить Алу. Нужно спросить, как я это могу остановить. Заодно и сообщу, что теперь я вышел из сообщества…»

Звонок

– Ты чего мне посреди ночи звонишь? Что-то срочное? – спустя пару гудков раздался голос из телефона.

– Ал, все, Я в срыве… Я больше не ведущий NA, но… Скажи мне, как сейчас остановиться? Я начал пить и теперь снова чувствую чудовищную тягу. Мне страшно, помоги мне, скажи, что нужно сделать?

– А что ты хочешь услышать? Тебе нужно просто прекратить пить и на что-то отвлечся

Чувства: недоумение и растерянность

Мысли: вот уж замечательный совет.

Звонок прекращен

Мысли: ничего полезного я не услышал, значит действуем по своему плану. Нужно медленно снижать дозировку, но не водкой. Я снова накидаюсь. Нужно пиво. Черт, я ведь даже толком это не продумал. Я не ожидал, что влечение будет настолько болезненно навязчивым… Сопротивляться… Не получается…

После таких рассуждений парень поднялся на ноги. Его шатало. Приняв душ и переодевшись, он отправился в ближайший круглосуточный магазин.

На улице была глубокая ночь. Дул легкий ветер, придающий ощущение легкости, однако сейчас оно было смешано с одержимостью. Норман ощущал себя, словно зомби, в голове словно, цикличный приказ, звучало: «выпить снова».

Мысли: ну, вот они – цепи бессознательного.

Купив множество полторашек разного легкого пива, Норман вызвал такси, чувствуя отдышку и тяжесть в груди.

Мысли: с такими тяжелыми для меня сейчас пакетами мне тащиться уж совсем не с руки…

Добравшись до дома на машине, он лег на кровать и включил на телефоне фильм, параллельно медленно потягивая слабый алкоголь. А затем… Наступила Пустота…

День четвертый

Но, если посмотреть с другой стороны… Что отличает меня от той же нейросети? Что если свободы выбора действительно нет, а проведенные эксперименты, доказывающие, что выбор делается мозгом еще до того, как осознается, подтверждают только то, что Я, как человек, просто программа, которая пост-фактум ищет личностные мотивы поступков, когда на самом деле они исходят полностью из потребностей бессознательного и тогда… Сознание – «надстройка», иллюзия, сон…

Что-ж, если это так, то мы с наибольшей вероятностью обречены, ведь все предрешено и вся философия в этот момент рушится и не имеет смысла в рассуждениях о «высоком», ведь тогда это и правда разговоры ни о чем. Возможно, все же путь цифрового переноса сознания освободит нас, ведь тогда мы оторвемся от своего «закулисного манипулятора» (подобно ракете, сбросившей ступени, при выходе в космос, поскольку они ей более функционально не нужны и напротив стали лишним «балластом»), при этом сохранив осознание ценности существования, которой нет у современных нейросетей и которую они не смогут понять, МММ.. как бы это сказать?.. «Чисто». Они не способны сделать это без внедрения, именно экзестенциально, поскольку сами никогда не жили и не испытывали… Чувств.

День пятый

Норман проснулся ранним утром. Голова кружилась, но не болело. Влечение к выпивке стало отступать.

Чувство: легкость и рассеяность

Мысли: ну вот, наконец-то, мне лучше. Бум порядок вокруг не такой уж и значительный, тем более, что похоже, в предыдущие дни, Я вынес значительную часть мусора. Совсем этого не помню, но здорово, что даже будучи на автоматизмах Я продолжал делать хоть что-то базово полезное.

В холодильнике стояли три неоткупоренные полторашки пива.

Мысли: значит это Я оставил на утро. Очень хорошо, этого хватит чтобы вырубиться снова и, проснувшись под вечер, Я уже не буду ощущать остаточных флюид этого безумия. Хотя, конечно дня три придется отлежаться, после такого… МММ… «Марафона».

Именно так герой и поступил.

Вдох никотина, играющий эмбиент и Норман вновь плавно и постепенно уходить в глубины бессознательного, спокойно засыпая…

Резкий стук в дверь.

Герой проснулся. Время на часах телефона было на отметке 15:33.

Чувство: непонимание и тревога

Мысли: какого дьявола? Кто это может быть.

Неуклюже подойдя к двери и заглянув в глазок, парень увидел знакомые лица двух профилакторов – сотрудников из рехаба где он некогда работал. Именно они занимались насильственным отловом людей, чтобы затем доставлять их на закрытые дома.

Чувства: шок

Мысли: если они тут, то значит все очевидно – на мою голову есть заказ и приехали они сюда затем, чтобы его выполнить. Вот только…

– Норман, хорош! Мы знаем, что ты там, открывай давай! – раздался громкий голос из-за двери.

Мысли: неужели вы, придурки, думаете, что Я пойду с вами, как это говорится: «по-хорошему»? Удачи пробиться через мою металлическую дверь, орки.

С этими мыслями Норман вернулся в кровать и надел наушники, чтобы не слышать голоса из-за двери.

Музыка вновь унесла героя в дрему.

– Давай поднимайся – раздался голос прямо над Норманом.

Открыв глаза парень увидел, что двое кожанокурточных стояли прямо над ним. Не показывая своего удивления, Герой спокойно поднялся с кровати, доставая наушники.

– Ты думал, что мы замки взламывать не умеем? – начал один из вторженцев

– Прошлое то у нас, как ты знаешь, было трудным, отдает опыт то не забывается – завершил мысль второй.

Мысли: ну да, Я недооценил этих уголовников. Что же теперь? Даже если бы Я не был сейчас так истощен, то очевидно, что драться одному на двоих амбалов было бы при любых раскладах бесперспективно, тогда, остается лишь психологически надавить.

– Ну, во-первых, то, что вы проникли в мое жилище без разрешения, это уже само по себе уголовное преступление – начал Герой – а теперь, если вы, господа-маргиналы, не желаете отправиться в тюрьму, за свои бандитские действия, то даю вам пару мгновений, прежде чем убраться отсюда нахуй, прежде чем Я вызову полицию.

Услышав это, лица обоих нашлись краской.

– Ты чо, сука, угрожать нам еще будешь, срывник обдолбанный?! – завопил один из них – ну ка, блять, держи его – отдал он команду второму.

Началась возня, в результате которой Герой был быстро обездвижен ловким захватом, после чего второй достал шприц с непонятным веществом

Чувство: страх

Мысли: этого быть не может

– Ты чего удумал, выблядок? – спросил Норман, стараясь не выдавать дрожь в голосе

– Ничего особенного, сейчас мы тебе галоперидольчика дадим, ты и успокоишься, а то смотри, какой буйный.

Попытка вырваться была пресечена парой ударов.

Несколько мгновений спустя Герой вновь лежал на кровати, но восприятие уже было размыто.

Двое интервентов стали переговариваться между собой.

– Слушай, тут не так уж все и засрано, как ожидалось – начал один – нам бы, немного подправить картинку, чтобы основания были более убедительными.

После этих слов, данный субъект подошел к мусорным пакетам и стал вытряхать содержимое на пол. В это время второй опрокинул пепельницу, открыл одну из бутылок пива, после чего принялся разбрызгивать пиво на стены и мебель.

– Ну вот, теперь все выглядит так, как и подобает такому буйному срывному зверю как ты – удовлетворенно произнес один из имбицилов, вновь обратившись к Норману.

– Подожди-ка, последний штрих – возбужденно произнес второй, после чего подошел к кровати и высыпал мусор прямо на Героя

Оба дебила начали неистово смеяться.

– Ну ладно-ладно, это уже через чур, давай не будем уж совсем то переигрывать – успокоившись сказал один из профилакторов, после чего стряхнул с кровати часть мусора, а затем достал телефон и принялся фотографировать результаты своей «работы», вместе с лежащим посреди всего этого Норманом.

– Так, ладно, основания теперь зафиксированы, и они очевидны, все, поднимай его и повезли.

Норману кинули несколько его вещей из шкафа

– Бери, ты едешь в отпуск. Надолго.

Оба снова стали неистово смеяться, от своей, крайне «оригинальной» шутки.

Лестница, машина, дорога.

Сознание Героя было размыто уже в значительной степени, однако он видел, что его привезли в какую-то клинику.

– Вот, передаю его вам, дня на три, сделайте все необходимые процедуры и зафиксируйте это – говорил профилактор, обращаясь к человеку в белом халате.

– Не переживайте, все будет как всегда, рука уже наметана, напишем, что прокапали его после запоя и дали витаминный комплекс.

Следующие три дня дня прошли в забытие. Капельницы, уколы, таблетки… Тяжелое тело, не позволяющее полноценно пошевелить ни одной конечностью. Санитары, помогающие дойти до туалета, медсестры приносящие еду…

По истечению указанного срока в три дня, оба профилакторов вернулись. Вновь заднее сиденье машины, город за стеклом сменяется лесом и вот, наконец, показался частный четырехэтажный дом.

Чувства: оцепенение

Мысли: место моей психологической практики. Я снова здесь, но… Тогда, Я был один из сотрудников, а теперь… Один из заложников.

Подъехав к железному забору, которым по периметру был огорожен дом, водитель стал кому то звонить.

– Дрова привезли, принимайте

Железные ворота отворились и машина заехала на территорию частного участка. У входа в дом стоял один из консультантов, Джордж, прошлый коллега Нормана.

Героя вытащили из машины.

– Ну, как же ты так умудрился то сорваться? – нарочито добродушно стал говорить Джордж, обращаясь к Герою.

– Я не сорвался, черт возьми… Я не могу сорваться… Я не один из вас… – прерывисто ответил Норман

– Ну, это в тебе говорит отрицание, конечно, после такого то запоя, ты явно откатился снова на ноль. Ну ничего, мы тебя сейчас на ноги то поставим, будешь как раньше, как когда-то – не сменяя мягкости в интонации продолжил консультант.

Нормана завели в дом и подняли на третий этаж, где находились общие спальные комнаты для клиентов-мужчин.

Следующие двое суток Герой провел на кровати. Его изредка приводили в чувства, чтобы тот смог поесть, принесенной из столовой еды.

Наконец наступил тот день, когда в очередной раз проснувшись, Норман почувствовал, что уже в состоянии размышлять более-менее полноценно.

– Пришел в себя то? – начал мужчина, сидящий на кровати напротив – ты помнишь кто я? Я твой старший брат, я расскажу тебе что тут да как заведено и…

– Я знаю, как тут все заведено – перебил говорящего Норман – Я тут работал…

– Ааа… Мне про это консультанты не говорили…

Мысли: ну еще бы

– Значит у тебя есть опыт – продолжал мужчина – кстати, сейчас там в группе время досуга, можем подняться да познакомиться со всеми

– Это лишнее, мне нужен старший смены

– Джордж? Так он как раз сейчас там, среди ребят

– Ну, тогда идем.

Поднявшись на четвертый этаж, Герой вошел в самое просторное помещение, которое только было в этом доме, так называемую групповую. В ней было порядка 40-ка человек: около 30 и 10 женщин разных возрастов. Как только Норман переступил порог, к нему тут же стали подходит клиенты данного заведения, задавая стандартные для этого места вопросы: как его зовут, на чем он сидел, сколько по времени и прочее.

Вдруг, Героя окликнул Джордж

– Рад видеть, что тебе лучше! Значит ты уже достаточно окреп

– Пойдем покурим…

– Ну пойдем, в конце концов ведь новичок в доме главный.

После этих слов двое спустились на первый этаж и зашли в отдельное помещение, специально оборудованное для курения.

Джордж протянул Герою сигарету.

– Вот да чего тебя довели твои сумасбродные мысли про контроль. Теперь ты видишь?

– А до чего они меня довели? Я проводил свое исследование, пока вы не прислали ко мне своих истуканов.

– Ты же сам звонил Алу и просил о помощи

– Я не просил его изолировать меня на дом, Я спрашивал о том, как остановиться в моменте.

– Ты же знаешь, что это невозможно, что только изоляция способна помочь, есть терапевтические сроки, которые не мною определены, и по ходу их прохождения человек уже приходит в норму

– Слушай, хватит мне говорить то, что Я и без того знаю. Ты вот что лучше скажи, какого черта вообще происходит и зачем Я здесь?

Услышав этот вопрос Джордж переменился в лице и подошел к единственному окну, в этом помещении, на котором, как и на прочих окнах в этом доме, была приварена решетка.

– Ты здесь, потому что тебя захватил твой собственный больной эгоцентризм. Ты перестал верить в программу, и решил, что можешь подрывать ее, проводя свои вот эти опыты. Ты, своими действиями, ставил под удар авторитет не только нашей организации, но и всего 12-ти шагового учения.

– И что с того? Это же…

– КАК ПОНЯТЬ, ЧТО С ТОГО! – Джордж развернулся к Герою, его гримаса выражала явную злобу – ты, оспаривая наши тезисы, ломал программу! Ломал то, что спасает жизни огромному количеству людей по всему миру!

– Спасает? Подменяет одну привязанность – химическую, на другую – поведенческую, где человек, попросту вырабатывает новые автоматизмы своего поведения, но не те, которые бы ему хотелось, а те, которые вы ему задаете. Это не освобождение, это подлог!

– Что ты имеешь ввиду? Думаешь, они могут выработать новую модель поведения на основе своих интересов? У них не осталось интересов! Кроме одного – безумно поглощать разного рода дрянь, меняющую их сознание. Они наркоманы и только одним способом их можно спасти – сломать их прежние больные убеждения.

– Они, прежде всего, люди! И ломать их не нужно, им нужно предоставить выбор и тогда, тех, кому это будет нужно удастся спокойно переубедить, и они сами, если того захотят, примкнут к вам, сами обратятся за помощью.

– Думаешь много таких будет?

– Какая разница сколько? Жизнь человека принадлежит только ему самому, и никто не в праве судить его за его образ жизни.

– Образ жизни, который его убивает и приносит страдание другим.

– Еще раз, жизнь Человека принадлежит только ему, а если, своими действиями, он приносит страдания другим, то он ответит за это перед законом, но не вам его судить!

– Мы не судим, мы помогаем, на духовной основе.

– Вы подменяете одно другим, и даже термин нравственности, подменили своим этим полу магическим «духовным». То, что ты называешь помощью, на самом деле банальное захват, удержание и навязывание людям ваших идей, потому что, в противном случае, как ты верно заметил, тут было бы меньше клиентов, а значит и дохода у организации было бы меньше, вот вы и тащите сюда насильно всех, на кого есть хоть малейшее подозрение в наличии аддикции, чтобы затем вытряхать финансы из тех, кто готов платить за их, так называемое «выздоровление». Это мерзко! Это бизнес на горе других! Бизнес на людских страданиях!

После некоторого гнетущего молчания, в процессе которого Джордж пристально смотрел в глаза Герою, он наконец продолжил:

– Вижу, говорить нам с тобой не о чем, ты в полнейшем сопротивлении. Ты сам зависимый.

– Ты знаешь, что это не так.

– Я это явно вижу. Твои безумства перешли все грани, но, знаешь что? В свое время я был таким же. Но я благодарен программе и рехабу за то, что они меня сломали. Я смог взрастить в себе новую взрослую личность. И ты сможешь. Ты пойдешь у нас по особой, индивидуальной программе.

– Программе? И кто бы это одобрил?

– О, ты так не переживай, мы уже сообщили твоим родственникам, что ты у нас, что мы готовы помочь тебе после того, что случилось, и что, более того, мы выделили для тебя специальное льготное место, для твоей реабилитации. А после того, как они увидели фото того, что ты устроил у себя в квартире, они, не долго думая, согласились, чтобы…

– ПОГАНЫЕ ВЫРОДКИ! Это же подлог! Вы обманули их!

– РОТ СВОЙ ЗАКРОЙ! Еще одна такая выходка и я распоряжусь чтобы тебя привязали к кровати, будешь под себя ходить!

Вновь возникла пауза.

– Пойми, выбор у тебя сейчас не велик – продолжил Джордж – либо ты делаешь все так, как тебе говорят и спокойно проходишь свой терапевтический срок, определенный программой, тем более, что для сотрудников, которые сорвались, он составляет не год, а полгода, как ты знаешь, ну… Либо мы отдаем тебя на мотивацию, а так… Сам знаешь, что там.

– Это же насилие…

– ЭТО ТЕРАПИЯ! Не придумали еще способа, как по другому возвращать, нас, зависимых, в здравомыслие. Поэтому, слушай сюда. Сейчас, когда мы выйдем отсюда, ты поднимешься в групповую и с сегодняшнего дня, твои полгода начнут свой отчет. Ты будешь делать все так, как тебе будет велено, уяснил? Ты прекратишь критиковать нашу программу, наши тезисы, методы и подходы. Ты забудешь о своем психологическом образовании. Теперь ты на позиции обычного срывника, ясно тебе? Это решение уже было принято всеми в организации, кого ты знаешь. Мы посовещались и коллективно решили, что тебя нужно спасать из той бездны, куда ты сам падал и тянул за собой других.

– Вы коллективно решили, то, что Я представляю угрозу вашей системе, вот только… Я никого не тяну за собой… Свое исследование Я проводил единолично, на одном себе, Я не зазывал к себе никого из наших общих знакомых.

– То, что ты собирался опубликовать, само по себе уже являлось бы призывов к контролированному употреблению. А значит, ты собирался потянуть туда всех подряд.

– Я собираюсь сказать людям правду, о том, что есть сугубо светские группы, о том, что есть программы, по снижению вреда, о том, что действительно, умеренное употребление того же алкоголя возможно…

– Это безумие! Это все путь в один конец! Вернее, там несколько развилок: тюрьма, больница, смерть!

Мысли: сколько же программных клише ты произнес за этот наш диалог, ты жалкое подобие человека, полностью отравленное внедренными в тебя тезисами… Какая ужасающая картина того, кто считает за благо свое преображение в сломленного.

– Дай Я хотя бы позвоню Лине, сообщу, что со мною все в порядке. Да и на работу нужно сделать звонок, чтобы они на время моего отсутствия нашли сезонного работника, мне на замену.

– Ты же знаешь правила, все контакты с внешним миром ограничены. Так что про работу можешь забыть. Улетела как журавль в небо.

– А Лина? Вы же работали с ней, она была тут психологом и…

– Была. До того, как назначила нашему директору Мартину, после чего ее отсюда и попросили.

– Я знаю эту историю, и знаю ее подробно

– Хах! Мало ли, что она там тебе напела! Ну да, она говорила примерно такую же чушь, что и ты сейчас лепишь, о том, что так нельзя и прочее, но она не зависимая, она нас не понимает.

– Но ведь у нас отношения… У тебя и у Мартина у самих есть семья… Она моя семья.

Возникла пауза.

– Я передам твой запрос директору, посмотрим, что он скажет – ответил Джордж.

– А как насчет профилакторов?

– А что с ними?

– Не притворяйся. Ты в курсе, как меня сюда доставили.

– Слушай, я за их методы ответственности не несу, это другой отдел организации, они сделали все так, как считали необходимым.

– Так, чтобы для стороннего наблюдателя, в случае чего, все выглядело таким образом, будто бы мой захват был оправдан…

– Он в любом случае оправдан. А теперь, мы поднимемся в директорскую и ты подпишешь все необходимые документы, если намереваешься пройти свою терапию спокойно.

– А если не подпишу, то…

– То на мотивации тебя будут забивать как свинью! – сорвался Джордж

Очередная пауза.

– Ну вот зачем ты меня вынуждаешь к этому? – продолжил консультант – Давай без истерик и…

– Не Я сейчас впал в истерику

– Поговори мне еще. Короче, твои родственники уже дали согласие, с их стороны подписи получены. Так что, даже если, все пойдет по плохому сценарию, и после мотивации ты вознамеришься мусарнуться, то они пойдут как соучастники, ведь одобрили твое нахождение здесь.

– Вы всегда такими способами и действовали…

– Нам же нужно себя как-то обезопасить от неадекватного поведения зависимых. К тому же, сам понимаешь, что у нас и с мусорами, где надо, есть контакты, так что мы выпутаемся, а вот ты свое на мотивации что так, что этак получишь, уж в этом будь уверен, за тебя словечко замолвят, как следует с тобой поступать. Если, конечно, ты сейчас не примешь правильное решение.

– И как до этого дошло, Джордж? Мы ведь были служащими на одной группе, созданной этой организацией…

– Были. Пока ты не стал воплощать свои идеи в жизнь. Поэтому, теперь, мы и предлагаем тебе начать выздоравливать по-настоящему, а не прятаться за своими регалиями.

– Прятаться? Ваш взгляд в аддиктологии не просто узконаправленный, он фанатичный. Я старался привнести больше…

– Хаоса

– Плюрализма и объективности

– Давай не будем продолжать этот пустой разговор, ты уже надоел мне по ушам ездить. Ты всем нам еще в свое время надоел со своей этой «объективностью». Объективно то, что наша программа самый эффективный способ, проверенный годами, который помогает людям менять жизнь к лучшему.

– Вот только даже эту свою минесотскую модель вы извратили до неузнаваемости…

– Заканчивай! Вот, за каждую такую дерзость, ты будешь скоро получать утруднения, откажешься их выполнять, накажем группу, а там… Уже они тебя потом накажут.

– Стандартная манипуляция.

– И если она не сработает, то за работу возьмутся уже мотиваторы на другом центре.

– Да Я понял, можешь не повторять…

– Мне бы хотелось, чтобы ты это четко уяснил. И помнил, что наше терпение не резиновое.

Сигарета дотлела.

– Держи еще одну свою раковую палочку – протянул очередную сигарету Джордж.

День 1

Весь график данного «реабилитационного» заведения был строго построен во времени в соответствии с днем недели.

И так, сегодня был четверг и Норман оказался на группе интервизия, суть которой заключалась в том, что на каждого человека поочередно зачитывалась характеристика со стороны сотрудников, а затем, кто-то из группы также давал этому человеку свою характеристику. Притом, вне зависимости от того, что говорится про личность человека, но слушающему нельзя отвечать на сказанное. И уж тем более, сами сотрудники, хотя они открыто и декларировали постоянно что находятся на позиции «равный равному», участвовали в этой интервизия лишь с позиции оценивающих, то ест им самим, никто из группы не имел права давать свою, встречную оценку.

Люди сидят кругом, ведущий, консультант Рустам, называет имена по списку. Когда по названным словесно проходятся сначало сотрудники, а затем зачастую и кто-то из прочих клиентов, список идет далее. Наконец, очередь доходит до Нормана.

– Итак, Норман. Био: без жалоб. Психо: нестабильный, импульсивный, стадия отрицания. Социо: безответственный и своевольный. Духовно: лживый. Согласен?

– Касательно характеристик моей личности, мне все равно что вы думаете, однако…

– Стоп, гонор – перебил Геро Рустам – три субординации до вечера, до итогов плюс напишешь

Чувство: раздражение

Мысли: тупорылый мудак, Я честно и открыто сказал, что плевать хотел на вашу коллективную оценку, при том, еще достаточно тактично, исходя из своей ситуации заложника. А теперь, ты, выродок, хочешь чтобы Я переписал три листа ангажированного текста про субординацию, объемом по целому тетрадному листу?

– Подожди, какие…

– Подожди? Подождите! Плюс два листа субординации к вечеру – заключил Рустам – ты поня?

– Если мы общаемся на «ВЫ», тогда и вам следует обращаться ко мне соответствующе, не так ли?

– Ты, абстинент, учить меня будешь как мне с тобой говорить? Ты чо за цирк тут устраиваешь?! Я буду с тобой общаться так, как положено по регламенту, а регламент четко указывает, что клиент обращается к консультанту по имени отчеству и на вы.

– Я хотел сказать, касательно био-сферы – спокойно продолжил Герой – буквально вчера в директорской, Я говорил Джорджу о том, что у меня есть жалобы. В конце августа, мне нужно забрать свои новые очки из частной оптики и там же пройти полное обследование глаз, для назначения мне необходимого лекарства.

– Ну, и что?

– Вы не указали этого в своей интервизия. Отметили, якобы у меня жалоб нет, и потому Я сейчас открыто на круг акцентирую на этом свое внимание.

– Ты вчера про это говорил? Ну, видимо не внесли в интервизию, потому что писали ее раньше, чем ты озвучил свой запрос

Мысли: ложь. Она пишется всегда вечером, мне ли не знать, ведь Я был когда то за вашими закрытыми дверьми. Про необходимость посещения оптики Я говорил днем. Ну ладно, может они действительно с того времени сместили время, как знать.

– Хорошо. Касательно последствий… – продолжил Норман – как вы сами подметили, Я, согласно внутреннему регламенту организации являюсь абстинентом, а пока человек находится в таком статусе, он не несет никаких утруднений

– Это теперь называется последствия

– Пусть так, все же.

– Ну смотри, ты уже тут плавал и все знаешь, так что даже не смотря на то, что ты еще в абстиненции находишься, правила тебе известны, а потому конкретно на тебя этот иммунитет не распространяется, поэтому к итогам плюс пять листков субординации. Все, хватит тратить время группы, обратные связи.

Руку поднял один человек из «звена» – это небольшая часть клиентов, которых консультанты делали своими приближенными, и те, должны были выполнять их особые поручения, а также рассказывать о том, какие настроения сейчас в группе, и кто что замышляет, о чем говорит, наедине с другими. Взамен они получали ряд поблажек и бонусов в виде различных послаблений режима для себя.

– Привет Норман – начал свою речь представитель звена – ну, во-первых, твой внешний вид, ты выглядишь неподобающе, твои длинные волосы неприемлемы.

Мысли: все ясно, им, этому звену, дали задание раскритиковать меня при всей группе. Помню, именно такие задачи им и ставились в прошлом. Тоже, стандартная практика, чтобы морально сломить человека, сделав его удобным для администрации. Но цепляться к внешнему виду? И это при том, что сейчас уже далеко не пуританские времена… Хотя, здесь этический прогресс явно пошел в обратную сторону

Закончив свою нелепую критическую речь, говорящий завершил высказывание словом «спасибо». Здесь было так принято, что в конце всегда произносилось это слово, наравне с тем, как перед началом высказывания говорилось «привет». На каждую из соответствующих фраз группа одновременно отвечала аналогичным образом, что создавало атмосферу некого культа. Следующим руку потянул другой представитель звена, за ним еще один. И каждый раз, критика начиналась со слова «привет», на что группа громко отвечала «привет», и, на «спасибо», также отвечала «спасибо». Подобное казалось Герою очень давящим, однако он не подавал вида. Как он и предполагал, участники звена по очереди стали критиковать его, хотя, даже толком еще не зная, кто перед ними, ведь практически лично не общались с Норманом. Тем не менее, это не мешало говорить им критические замечания про его личностные особенности, которые, разумеется, мало того, что не соответствовали действительности, да еще и более того, шли на грани оскорблений, по типу: «ты действительно проявляешь себя как лжец и саботажник». Хотя, разумеется, находясь в группе, Норман не говорил критических слов о программе, помня угрозы Джорджа. Так откуда же тогда они могли знать о его негативном отношении к программе? О том, что он сейчас притворяется лояльным. Только если бы консультанты за закрытыми дверьми сами не сказали им про это.

Слушая все эти бредни, Норман пристально смотрел на Рустама, который в конечном счете и взял заключительное слово.

– Полностью поддержу ребят, ты не честен, а ведь выздоровление от зависимости начинается с честности, прежде всего перед собой. И да, твои длинные волосы, это попросту не этично, ты выглядишь как лютый наркоман в употреблении

Мысли: придурок, ты хоть знаешь значение слова «этично»? Долбанный деградант, хотя чему удивляться…

Подобные мысли были вызваны осознанием того, что те, кто сейчас называет себ словосочетанием «консультант по химическим зависимостям» в действительности не являются никакими специалистами и не имеют никакого психологического образования. Это люди, которые в свое время, также были клиентами подобных организаций, а затем, по итогам завершению своего курса программы, и при наличии свободных мест, сами могли стать консультантами. Так обеспечивалась «смена поколений». Ну, а наиболее усидчивые, беспринципные, циничные и в то же время, фанатично преданные программе субъекты, могли двинуться дальше по карьере, став директорами. Для этого от них также требовалось самозабвенно выполнять все «терапевтические» цели, пренебрегая общечеловеческими правилами в угоду правил внутри организационных.

Когда очередь двинулась дальше и обсуждению подвергли одну из девушек, Рустам назначил Нормана в обязательном порядке дать ей обратную связь.

Мысли: мало того, что Я ее совсем не знаю, так и более того, Я не стану причинять вред достоинству человека. Меня учили, то личность неприкосновенна, тогда, какой же Я буду психолог, если сейчас пойду против своей профессиональной этики и против самого себя?

– Я прослушал – отрезал Герой, когда пришла его очередь высказываться.

– Очень плохо, Норман, очень… Это отлет, а значит… Так, сегодня ты и так уже пишешь до вечера… Значит после отбоя, сидишь вместе с дежурным и пишешь 3 листа своеволия, до подъема. Чем раньше напишешь, тем раньше спать ляжешь, все в твоих руках.

После группы, во время перерыва, который Норман уже был вынужден потратить на то, чтобы начать писать первый лист субординации, ведь писались утруднения всегда в личное время, к нему подошла та самая девушка.

– Меня зовут Ника, спасибо, что не стал топить меня

– Да, конечно… – не отрываясь от листка ответил Норман

– К слову, на будущее, съехать можно и по-другому. Если ты не хочешь говнить человека, можешь вместо этого просто дать ему положительную характеристику, тогда это тоже зачтется и последствий не будет

Мысли: блин, точно. Как же Я сам сразу не сообразил? Ну да, Я же не был еще внутри круга клиентов, у них тут есть свои способы для взаимовыручки, видимо, мне еще многое предстоит постичь.

День 3

Столовая.

– Блин! Я чуть зубы себе не сломала! – вдруг раздался голос одной из девушек.

– Что там у тебя случилось? – спросила консультант Нерва, сидевшая за отдельным столиком для сотрудников.

– Горох, в нем небольшие камешки, вот – девушка протянула ладонь на которой действительно выл виден небольшой камень, размером с горошину.

– И вот такую еду вы нам тут покупаете?! – вдруг раздался один из мужских голосов – экономите на нас и…

– А НУ ЗАТКНУЛИСЬ! – вдруг завопила Нерва и после того как в помещении возникла моментальная тишина, продолжила – вы вот сейчас себя то слышите?! – продолжила консультант – как травиться наркотиками, мы первые. Как бежать за ними в мороз минус сорок, чтобы поднять закладку, мы первые. Как колоться грязными ржавыми шприцами в туалетах, мы туда же. А вот камешек в горохе, для нас видите ли, трагедия – не скрывая сарказма, произнесла Нерва.

– Но я чуть не сломала зуб, было очень больно… – попыталась продолжить девушка

– Твои зубы и так бы от наркоты покрошились, если бы ты сейчас была не здесь. Тут у многих есть проблемы с зубами из-за многих лет употребления, так что давай заканчивай мне эти сказки рассказывать, какая ты бедненькая. Всех касается! Выловили, выкинули и дальше ешьте молча – заключила консультант.

Чувство: презрение, отвращение, гнев

Мысли: вот у меня, например, нет проблем с зубами, впрочем, как и с употреблением, и все твои доводы не актуальны. Мне теперь рисковать здоровьем приходится, потому что вы действительно покупаете самый дешевый комбикорм для своих заложников, которых называете «клиентами». К тому же интересно, как бы ты отреагировала, если бы в твоем горохе оказался такой камень. Наверное, как минимум повар, остался бы писать последствия на несколько ночей к ряду, продолжая при этом днем готовить. Вот только, такая ситуация маловероятна, ведь ты, падаль, предпочитаешь лупить у всех на глазах творожок, который покупаешь себе в продуктовом супермаркете. А вот другим приходится либо есть что вы привозите, либо не есть вовсе. Но в таком случае, человек либо давится этой пакостью, попутно ломая зубы, либо, если отказывается что-либо есть, вы это воспринимаете за голодовку, как намеренный саботаж и там тогда еще хуже его ситуация… Мотивация – возможная перспектива для каждого.

День 6

Консультация с психологом

Норман заходит в небольшое помещение с голыми стенами. В центре стол, возле которого находится стул, стоящий напротив кресла, за которым, по другую сторону стола, сидит психолог.

– Привет Норман – произносит девушка, на вид, немногим старше самого Героя

– Привет – коротко отвечает парень и садится

– Так, начнем?

Молчание

– Давай знакомиться, расскажи мне свою историю, ага.

– Уверен, ты знаешь мою историю, пусть и в версии консультантов, но все же..

– Мне интересно услышать это от тебя – по лицу девушки растеклась неестественная улыбка, искусственность которой выдавали широко раскрытые серо-голубые глаза психолога.

– Если Я сейчас расскажу тебе то, что было на самом деле, разве что-то изменится? Или… Есть вероятность что ты мне поверишь?

– Ты просто попробуй, а там видно будет.

– Я знаю, что в этом нет смысла, это не улучшит мою ситуацию, а напротив

– Почему ты так думаешь?

– Я был на том месте где сейчас сидишь ты – четко отсек Норман, глядя девушке прямо в глаза – кому как не мне знать, что все эти «гарантии конфиденциальности» на наших консультациях – лживая фикция. Если консультанты запросят информацию о конкретном человеке у тебя, то ты ее расскажешь.

Девушка продолжала молча улыбаться.

– Но ведь нам нужно как-то начинать вести нашу терапевтическую работу между собой – вдруг неожиданно прервала тишину психолог.

– Для чего? Какую работу ты хочешь со мной вести? Я независимый и не Я пришел к тебе решить жизненную проблему, а вы все, как организация, пришли в мою жизнь, создав проблемы. Поможешь мне решить это?

– Я вижу ты не настроен на конструктивное взаимодействие и по-прежнему находишься в отрицании…

– Прекрати – презрительно произнес Норман – Я, если уж так хочется, мою позицию каким то образом определить, нахожусь в идейном несогласии. Это оппозиция еще называется, в политической среде.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.