Наталья Савельева
Булгаков в нашем театре

Пьеса

Булгаков в нашем театре

ДЕЙСТВУЮЩИЕ ЛИЦА:

Артур Владиленович Нимурмуров-Тихомандрицкий, режиссер театра "СоплеMENник" (Режиссер)

Александр Анатольевич Шервуд, драматург (Драматург)

Гера Курганский, помощник режиссера (Помреж)

Виктория Дворянцева, актриса на роль Татьяны Лаппа́, первой жены писателя

Зинаида Волкова-Вольмут, актриса на роль Елены Ши́ловской, третьей жены писателя

Леонора Качановская, актриса на роль Любови Белозерской, второй жены писателя

Сильва Георгиевна Бельведерская, актриса на роль Аннушки, соседки писателя

Ангелина Носова, ассистентка режиссера (Геля)

Вадим Беспальцев, актер на роль Булгакова

Петр Петряев, актер на роль дворника Тихона, соседа по коммуналке

ДЕЙСТВИЕ 1

Драматург и Режиссер стремительно входят в репетиционное пространство «коммунальной кухни». Режиссер активно жестикулирует, идёт впереди, за ним семенит Драматург, записывая что-то в блокнот. Вслед за ними плетется ассистентка Геля, отстаёт на полпути, ходит по сцене, что-то ищет, переставляет, пересчитывает, пожимая плечами.

РЕЖИССЕР. История эта стара как мир, понятна до банального, но не потеряла своей актуальности и в наши дни… Так? Так… И главное не забыть…

ДРАМАТУРГ. Туманно выражаешься… Загадку вечной любви что ли?

РЕЖИССЕР. И это, кстати, тоже! Описать!

ДРАМАТУРГ. Ну как скажете, как скажете, Артур Владиленович. Напишем, конечно… Хотя… Всё в этом мире бренно.

РЕЖИССЕР. Всё б тебе, Шура, шуточки… Тема борьбы добра и зла, бессмертной любви и предательства, одержимости и страсти, безысходности, агрессии, цензуры, конформизма… Все это и про сегодняшний день. Кстати, а ведь многим не нравится роман "Мастер и Маргарита" именно потому, что здесь зло не дьявол, а люди… Но мы ушли от темы.

ДРАМАТУРГ. Вы фонтанируйте, фонтанируйте…

РЕЖИССЕР. Что?

ДРАМАТУРГ. Я говорю, свободно фонтанируйте, пожалуйста, своими идеями, я записываю.

РЕЖИССЕР. Надо достоверно передать саму суть эпохи, со всеми ее тёмными проявлениями, когда, собственно, жил и творил писатель… Э-э-э…. Здесь, понимаешь ли, на этом фоне главное правильно расставить акценты, показать женские типажи… Три женщины. Три жены писателя – Таня Лаппа, потом эта… Любочка Белозерская, потом…

ДРАМАТУРГ. Татьяна, Любовь и Елена…

РЕЖИССЕР. Именно!

ДРАМАТУРГ. Покажем мы ваши типажи, и характеры раскроем, и взаимоотношения, и как муз – вдохновительниц… Обязательно… Сделаем из пьесы конфетку, фантасмагорию с прологом и эпилогом в трех частях; они там в Минкульте все умоются…

РЕЖИССЕР. Да, и обязательно передать, в какой невыносимо душной среде приходилось выживать таланту… Вопреки! В борьбе с воистину тёмными силами! Чтобы кое-кто увидел кого-то в зеркале… И Аннушка! Такой классический типаж склочницы! Которую все ненавидят, и она ненавидит всех…

Входит помощник режиссера Гера Курганский (далее ПОМРЕЖ), здоровается с Режиссером и Драматургом.

ДРАМАТУРГ (Помрежу). Вникай!

РЕЖИССЕР (Драматургу). Вот именно. Итак… Первый раз он женится…

ДРАМАТУРГ (подхватывает). Очень рано, в 1913 году.

РЕЖИССЕР. Его первая жена…

ДРАМАТУРГ. Итак, она звалась Татьяна! Вместе они прожили 11 лет.

РЕЖИССЕР. После?

ДРАМАТУРГ. После развода с Татьяной в 1925 году женится на Любови Евгеньевне.

РЕЖИССЕР. В конце 20-хх…

ДРАМАТУРГ. В 1929 году знакомится с Еленой Сергеевной… И в 1932 году женится уже на ней…

РЕЖИССЕР. Очень хорошо, очень хорошо…

ДРАМАТУРГ. Куда уж лучше! Сухая арифметика. Так сказать, языком цифр.

РЕЖИССЕР. Но нам этого не надо!

ДРАМАТУРГ. Не надо!

РЕЖИССЕР. Так…. Три основных женских типажа… Как бы красной линией проходят: Тася, Люба, Елена… Тася все время плачет. Вот прям здесь, на кухне (указывает на стол) плачет…

ДРАМАТУРГ (подхватывает): Табуреточку здесь и поставим.

РЕЖИССЕР (морщится). Ну не так уж в лоб, прямолинейно…

ДРАМАТУРГ. Мы с тобой прямо как Ильф и Петров…

РЕЖИССЕР. Прекрати, я серьезно!

ДРАМАТУРГ. Серьезней некуда. Итак, типажи: Тася – первая супруга, которая была рядом с ним в самые трудные годы…

ПОМРЕЖ (включается в словесный пинг-понг). И которая вытащила его с того света… Выходила после тифа…

ДРАМАТУРГ. Помогла преодолеть тяготы первых послереволюционных лет…

Была рядом в самые голодные и безденежные годы…

ПОМРЕЖ. Не дала мужу погибнуть от морфинизма… Закладывала свои драгоценности в ломбард…

ДРАМАТУРГ. Изощрялась, чтобы найти пропитание в нищей Москве начала 20-х, пока её муж ночами писал «Белую гвардию».

ПОМРЕЖ. Верная боевая подруга, подающая патроны…

РЕЖИССЕР (морщится). Это лишнее… Люба – Любанга?

ДРАМАТУРГ. Утонченная «парижанка», светская дама, в то же время жена-товарищ… Надежная заботливая подруга, умеет себя подать…

ПОМРЕЖ. Жила за границей, повидала мир, надиктовала массу сюжетов…

РЕЖИССЕР. Ну допустим… Дальше!

ПОМРЕЖ. В общем, дамочка что надо…

ДРАМАТУРГ. Однажды он привёл к ним домой Любовь Белозерскую и поставил жену перед фактом: она будет жить с ними.

ПОМРЕЖ. И ещё… Белозерской же он посвятил «Белую гвардию».

ДРАМАТУРГ. Да, хотя роман во многом автобиографичен, а на момент происходящих событий писатель даже не был знаком с Любовью…

ПОМРЕЖ (запальчиво вступает со своим мнением). А между тем, Татьяне он обязан всем! И неизвестно, выкарабкался ли он с того света, когда приходилось выживать сразу после революции… Когда он… В наркотическом бреду…

РЕЖИССЕР (закатывая глаза). Что значит, в наркотическом бреду? Давайте без этой вот банальщины и вульгарных обывательских воззрений!

ПОМРЕЖ. Ну было же?..

РЕЖИССЕР (возмущённо). Молодой человек, что Вы вообще понимаете про наркотический бред?

ПОМРЕЖ. Из открытых источников…

РЕЖИССЕР. Эдак мы с вами кашу не сварим! Мы же с вами свечку не держали? Нет? Вот и не нам судить.

ПОМРЕЖ. А-а-а. Понял, понял… Генеральную линию партии…

ДРАМАТУРГ. К тому же, Алексей Николаевич Толстой… Не путать со Львом Толстым, советовал писателям жениться трижды, поскольку считал троекратный брак ключом к литературному успеху.

ПОМРЕЖ. Да знаю я, знаю! Алексей Толстой, красный граф, «Золотой ключик».

РЕЖИССЕР. Поймите же, молодой человек… Морфий, развод… Да, было… Но не суть…

ПОМРЕЖ. Понятно… «Это другое».

РЕЖИССЕР. Это я к тому, не надо так уж демонизировать ситуацию!

ДРАМАТУРГ. Старичок, мужчинам трудно быть рядом с женщинами, с которыми им приходилось переживать тяжелые времена, терпеть лишения… Которые видели их слабыми… Прописная истина, к сожалению…

ПОМРЕЖ. (с сомнением). Что за теория такая…

РЕЖИССЕР (Помрежу, укоризненно). Молодой человек!.. Мне очень нравится мысль Сартра о том, что, делая выбор, надо исходить не из навязанных обществом нравственности и морали, а из личных предпочтений, и любое выбранное человеком решение – лучшее для него. Только потому, что оно им выбрано. Что, конечно, не снимает с человека ответственности за его решение. Хотя… в общем-то, всегда полезно держать на виду мысль… Э-э-э… О том, что будет с миром, если каждый человек будет поступать так же…

ДРАМАТУРГ. Как это ещё популярней объяснить? Мужчине тяжело… чувствовать себя мужчиной… рядом с женщиной, которая видела его слабость, беспомощность, нищету. Пусть она тысячу раз была его спасителем… Ну не выносят такого многие, уж это мне поверь.

ПОМРЕЖ. Жестко…

ДРАМАТУРГ. Жизненный опыт.

РЕЖИССЕР. И что же? Дальше, дальше, не отвлекаемся!

ДРАМАТУРГ. А то, что бог троицу любит, появляется третья.

РЕЖИССЕР. Допустим. Типаж – вдохновительница.

ПОМРЕЖ (с придыханием). Шиловская…

ДРАМАТУРГ. Не Шиловская, а Ши́ловская, с ударением на первый слог.

ПОМРЕЖ. Серьезно?

РЕЖИССЕР. Ши́ловская, Ши́ловская, будем точны в деталях.

ДРАМАТУРГ (подхватывает). Именно, Ши́ловская Елена Сергеевна, последняя супруга писателя. Елена прекрасная! Практически Елена Троянская! Из-за таких женщин мужчины вступали в схватку, из-за такой вот подобной Елены и началась война между ахейцами и троянцами.

ПОМРЕЖ. Ну скажете уж тоже…

ДРАМАТУРГ. А вы как хотели? Шерше ля фам, ищите женщину…

ПОМРЕЖ. Впрочем, далеко ходить не пришлось, она сама нашлась.

РЕЖИССЕР. Допустим. И кстати наш герой как раз отбил ее у крупного военачальника. Это я к теме об ахейцах и троянцах…

ДРАМАТУРГ. Да! Ценный трофей! Призовая женщина… И эта встреча навсегда изменила жизнь обоих. О нём говорили разное: фантазер, насмешник, сердцеед. А в ней было разящее очарование – загадочная и такая свободная, роскошная!

РЕЖИССЕР. Её положению советской гранд-дамы могли бы позавидовать многие…

ДРАМАТУРГ. Элитный дом, где обитали высшие чины армии, приемы в Кремле, любящий муж, двое прекрасных сыновей.

ГЕЛЯ (в сторону). И чего людям не жилось?..

ДРАМАТУРГ. Несмотря на всё это, счастлива она себя не чувствовала. Сохранились письма, в которых она пишет сестре о своей апатии и чувстве безысходности. Муж пропадает в Генштабе, детей опекает няня…

РЕЖИССЕР. А их любящая мать томится в одиночестве и завидует сестре, в жизни которой есть театр…

ПОМРЕЖ (лихорадочно листает брошюрку с закладками). Кстати, вот же, вот же! Вот это письмо… Сейчас, сейчас… А, вот! В одном из писем она писала сестре, секретарше Немировича-Данченко Ольге Бокшанской: «Ты знаешь, я страшно люблю Женю большого, он удивительный человек, таких нет, малыш самое дорогое существо на свете, – мне хорошо, спокойно, уютно. Но Женя занят почти целый день, малыш с няней все время на воздухе, и я остаюсь одна со своими мыслями, выдумками, фантазиями, неистраченными силами. И я или (в плохом настроении) сажусь на диван и думаю, думаю без конца, или – когда солнце светит на улице и в моей душе – брожу одна по улицам».

РЕЖИССЕР. Вот это как раз и надо бы отобразить в нашем сценарии.

ДРАМАТУРГ (подмигивает Помрежу). Отобразим!

РЕЖИССЕР. Только пожалуйста, попрошу вас, Александр Анатольевич, не надо вот этого примитивизма… с позиций… Как бы это выразиться, перечисления донжуанского списка…

ДРАМАТУРГ. Понял-понял… Согласен, это плоско и не нужно…

РЕЖИССЕР. Вот-вот, и провоцирует некоторых подходить к судьбе и творчеству писателя с обывательскими мерками…

Режиссер выразительно смотрит на Помрежа. Геля тихонько пихает Помрежа в бок.

ПОМРЕЖ (вздрагивает). А я чего – я ничего…

РЕЖИССЕР. И прошу тебя, Шура, пожалуйста побыстрей, сроки жмут…

ДЕЙСТВИЕ 1 сцена 2

Спустя месяц. Репетиционное пространство коммунальной кухни. Геля пытается пристроить наверху буфета плакаты, оформленные в конструктивистском «Моссельпромовском» стиле:

«Мне не нужна вечная игла для примуса. Я не собираюсь жить вечно» и

«В квартире, густо унавоженной бытом, сами по себе выросли фикусы».

В комнату стремительно влетает актриса Леонора Качановская, с недоумением осматривается. Видит Гелю с плакатами, сочувственно кивает ей. Кидает сумку на диванчик, садится на табуретку к столу, берёт телефон. Ведёт себя несколько бесцеремонно.

ЛЕОНОРА. Салют! А где все? Я позвоню.

ГЕЛЯ. О, здравствуйте, Леонора Ивановна! Вы как-то рано, они уехали, минут через 40 только будут. К 12 же вызывали…

ЛЕОНОРА. Знаю-знаю, я специально пораньше… Кто-то ещё есть? Ты меня оставишь минут на пятнадцать? Очень нужный звонок, конфиденциальный разговор.

ГЕЛЯ. Конечно-конечно, пожалуйста. Скоро Зиночка Вольмут на примерку должна подъехать, а ещё Викторию Дворянцеву вызвали.

ЛЕОНОРА. Зинка что ли? Окей… А эту-то куда? Викторию? Она ж вроде лет десять уже не играет? Из обоймы выпала… Чудны дела твои… А всё туда же! Ну ладно, я надолго телефон не займу… (Жестами показывает: мол, иди, иди уже).

Геля уходит. Леонора набирает номер, разговаривает с подругой.

ЛЕОНОРА. Да, Аллусик, я… Ну да, в новом проекте. Помнишь, я тебе говорила? Театр «СоплеMENник». Что? Ну обещают. Нет… Вторая жена писателя…. Ну да, промежуточная. Представляешь, они мне сначала сказали, что будут меня пробовать на Маргариту, а потом режиссер такой: «Ах, извините, голубушка, это почти одно и то же…» Типа успокойтесь. Ну ты ж знаешь, я спокойна как пульс покойника, деньги на бочку, а там уж разберемся. Да. Да… Ну недавно… Ни шатко ни валко.Так прикинь, зато уже практически все поинтересовались, почему не замужем, да, и слухи дошли, что, мол, обсуждали меня, бедняжку, и поражались, как это вообще возможно. Вязкин? Нет, не звонил… Ой слушай, кого там вообще интересует его мнение? …Прикинь, позавчера совсем молодая девица-костюмерша на мою реакцию на пустяковое замечание режиссера выдала: «А что это вы так болезненно реагируете? Не привыкли к замечаниям?». И вроде бы… да пройди ты мимо, но что-то прям меня так это задело! …К психоаналитику? Хожу, уже который месяц. Да, и таблеточки вкусные выписал… Да, и в фитнес-клуб… давно и регулярно… Ни-че-го! Ну да, она права, когда ищешь брульянт, приготовься переработать тонны пустой породы. Нет, не вариант. Лучше просто вживую знакомиться, чем по рекомендациям. Ресторан ВТО? Да ты что, там сейчас одни пораженцы сидят, точно тебе говорю…

Входит Зинаида Вольмут. Леонора спешно заканчивает разговор.

ЛЕОНОРА. Да, да, тут пришли, мне бежать надо, перезвоню… Завтра тоже не смогу, у меня коуч-сессия, да! На связи… (Машет рукой Зинаиде).

ЗИНАИДА. Ленчик! Привет! Наконец пересеклись, а то всё ходим и ходим кругами, никак не совпадём.

ЛЕОНОРА. Слушай, а у нас вообще общие сцены-то есть?

ЗИНАИДА (пожимает плечами). По-моему, нет. Третья супруга писателя в сценарии со второй никак не пересекаются. Ты сейчас где?

ЛЕОНОРА. Я ж в телевизоре всё время, на канале «Кнопка Джи». «Золотую канитель» не смотришь, сериал?

ЗИНАИДА (пожимает плечами, неуверенно). Ну что-то такое на слуху…

ЛЕОНОРА. Очень зря, в общем, я там, уже несколько сезонов. Пока там, теперь и здесь, ещё в паре мест…

ЗИНАИДА. Молодец, везде успеваешь! Прекрасно выглядишь!

ЛЕОНОРА. Пойдем в буфет, пока еще время есть; с этими их ранними репетициями я позавтракать даже не успела. Слушай, я тебе сейчас такое расскажу!..

Зинаида и Леонора выходят, появляются Режиссер и Драматург.

РЕЖИССЕР. Что она опять с собою сделала?! Кошмар какой!

ДРАМАТУРГ. А что? Вполне…

РЕЖИССЕР. Молчи!.. Это ж невозможно! Кто-то ж должен ей сказать… Её надо остановить… Ну это же немыслимо! На что люди, точнее женщины, только не идут ради красоты! Она хочет до ста лет что ли играть молоденькую девочку?! Нет, я решительно ничего не понимаю…

ДРАМАТУРГ. Да… Романтизма нет… Грубый век, грубые нравы…

РЕЖИССЕР. Молодые девчонки, актрисы!.. А в позапрошлом году? Я тут одну, эту, ну как её… Эту… Никак запомнить не могу… А, вот! Стасю Васюганскую… активисткой комсомольских строек… На главную роль ставлю в спектакле "Все на БАМ"… Так, что ты думаешь? Она приходит, а там такое!

ДРАМАТУРГ. Скажи спасибо, что приходит… (Заинтересованно). А что там такое?

РЕЖИССЕР. Я очередной инфаркт от этой мадам чуть не получил! Я даже её сначала не узнал! И как это, прикажете прятать? Губы, грудь… Ладно они там по сюжету на стройках, потом на целине, фуфайкой что-то прикрыли, но остальное… Мне по роли не нужен такой пугающий эротизм! Тем более, когда в Минкульте сейчас особо следят за нравственным обликом… (Поднимает палец вверх).

ДРАМАТУРГ (с мечтательной улыбкой). Кошмар! Кругом порнография…

РЕЖИССЕР. Да, тут уже и мужчины-актеры за себя взялись… Ну круговая подтяжка, блефаропластика это ещё туда-сюда, куда ни шло… Но тоже недавно страшный случай! Был с хитрым прищуром пятидесятилетний чеховский герой, готовый Астров, а приходит после лета на сбор труппы омоложенный! Глаза как круглые пуговицы! Ничего не выражают эти глаза! Я чуть инфаркт снова не схватил! Я ведь его уже практически утвердил на "Дядю Ваню"! Распределение чуть не подписал в первый состав!

ДРАМАТУРГ. Нет, всё что-то улучшают и улучшают! Лучшее враг хорошего, я так скажу. Хотя это, возможно, не вина, а беда…

РЕЖИССЕР. А этот Бельтюков наш… пошёл ещё дальше, увеличил себе… (Что-то горячо и возмущенно шепчет на ухо драматургу).

ДРАМАТУРГ. Опаньки! Вот это номер! Не знал… Что так можно было… Что такое вообще бывает! Может, мне тоже?..

РЕЖИССЕР (плачущим голосом). Кончай, Шура!.. Не до смеха… Приходишь в конце лета на сбор труппы и заранее боишься. Думаешь, кого мы ещё потеряли? Все же одинаковые, одинаковые! Я же уже даже некоторых и путаю, представляешь? Приходится делать вид, что плохо вижу…

Режиссер и Драматург выходят, появляются Зинаида и Леонора. Через несколько мгновений входит Виктория Дворянцева. Все кивают друг другу, здороваются. Во время диалога трёх актрис появляется Геля, она заносит поочерёдно то таз с кочаном капусты и воткнутым в него ножом, то бидон, то банки для засолки капусты. Не спеша расставляет и раскладывает реквизит на столе. Что-то пересчитывает и проверяет. Поправляет покосившиеся плакаты.

ВИКТОРИЯ. Добрый день, не опоздала?

ЛЕОНОРА. (игнорируя Викторию). Ой, да я точно знаю… эта ваша Сильва зарабатывает столько, сколько нам и не снилось. Видела передачу с Махалкиным в позапрошлом году? Пришла вся из себя, ну явно не бедствует, и на хлеб с икрой ей хватает. Сама такая типа бедная вдова: «Мой покойный Эммануил, а вот мы с Эммочкой…» А на самой цацок надето, наверно на полтрёшки в Чертаново потянет…

ЗИНАИДА. Ой, меня еще иногда бесит ее вечное: «Девочки, будьте скромнее».А сама-то? Юбилей покойного мужа, а вся передача ей посвящена, прямо бенефис какой-то себе устроила.

ЛЕОНОРА. Ага, профессиональная вдова. Как там Стасик по ней прошёлся? Так и сказал: «Бывало, когда она выводила в свет софитов своего парализованного супруга, мы были бледными статистами на ее бенефисе…»

ЗИНАИДА И ведь всегда в центре внимания!

ЛЕОНОРА. А этого… Визажиста своего на передачу притащила. «Митя, Митя… Пусть тоже скажет! Он должен обязательно вот здесь сидеть. Он знает мою рабочую сторону. Он всегда гримирует меня перед сьемками!» Смотреть противно…

ВИКТОРИЯ. Ну нам, наверно, сложно её понять с нашей колокольни… Человек другого поколения, другой формации…

ЗИНАИДА. Да брось ты! Просто поразительное умение жить!

ЛЕОНОРА (со вздохом). Наглость – второе счастье! Аж завидки берут….

ВИКТОРИЯ. Лен, откуда ты всё и про всех знаешь?

ЛЕОНОРА. Для тебя я – Леонора, понятно? Какая я тебе Лена?

ЗИНАИДА. Девочки, девочки! Не ссорьтесь! Леонорк, кончай! (Виктории) У нее ушки на макушке. Волка ножки кормят, а Леонорку нашу, – ушки.

ЛЕОНОРА. Сериалы меня кормят…

ЗИНАИДА. Ты, Викусь, лучше нас не слушай – ушки точно завянут…

ЛЕОНОРА. Слыхала? Она уже договорилась до того, что Аннушка не только гроза коммунальной кухни, но и главный действующий персонаж, и этот спектакль – её бенефис…

ЗИНАИДА. Совсем уж некоторые обалдели!

ЛЕОНОРА. А я, кстати, не удивлена… Вот послушайте: "На подмостках и на экране она воплощала образы робких и стеснительных девушек и властных, высокомерных леди, элегантных красавиц и сумасбродных старых дев. Утверждавшая, что она не умеет играть перед камерой, Сильва Бельведерская тем не менее снялась в ста фильмах и сериалах и стала обладательницей четырёх «Оскаров».

ЗИНАИДА (смеясь). А я уже повелась, подумала, ты серьезно. Четырёх "Оскаров"! Упасть – не встать, придумает же!

Виктория, Леонора, Зинаида и Геля уходят, входят Драматург и актёр Вадим Беспальцев.

ДРАМАТУРГ. Не понимаю, кому это интересно? Какой-то эстетствующий инфантилизм…

БЕСПАЛЬЦЕВ (Драматургу). Вот и я говорю… Так опошлить классику может только Богохульцев!.. Режиссер у нас сегодня самовыражается на сцене как может. Поиграть! Поразить! Как в последний раз! Как будто это последний шанс что-то сказать! Был тут на спектакле одном. Не мог понять. Почему у них Пушкин так орёт? Почему бы ему не почитать свои стихи нормальным образом, а не вися вниз головой, не крича и не завывая, делая это под музыку Шнитке? И с ним все ещё должны синхронно двигаться. Это же безумие какое-то! За формой и желанием самовыразиться любым, даже самым экзотическим способом теряются смыслы. Всякий здравый смысл!

ДРАМАТУРГ. Тут невольно и вспомнишь старый добрый худсовет…

БЕСПАЛЬЦЕВ. Нет, я не ратую за то, чтоб запрещать. Но, товарищи, товарищи! Так же нельзя. Приходишь на спектакль, тебе накидают полную панамку этих разных непонятных смыслов, выйдешь, стряхнешь лапшу с ушей…

ДРАМАТУРГ. Ну-ну… И единственное, что можешь сказать о спектакле: "Да, проделана большая работа", они же ста-ра-лись!

БЕСПАЛЬЦЕВ. Тем более все это уже не ново, всё это уже давно было…

ДРАМАТУРГ. Согласен, и система Мейерхольда с его «Биомеханикой», и футуризм с авангардом, «Мистерия» Скрябина, ещё что-то… Другое дело, что сейчас Минкульт, не разгуляешься… Это, знаешь, с точки зрения обычного зрителя, я прекрасно понимаю…

БЕСПАЛЬЦЕВ. За державу обидно!

ДРАМАТУРГ. Понимаю, понимаю… Вот если так фигурально выразиться… Как будто ты пришёл в ресторан очень голодный… Это я сейчас о духовной пище… Открыл меню, – репертуар. Увидел что-то знакомое в названии, – классику, к примеру… Заказал. Ждешь, предвкушаешь… И вот тебе выносят! Маленькое «гэ» на тарелочке. Вот прям малипусенькое такое, на какашечку похожее. Кушайте, не обляпайтесь!

БЕСПАЛЬЦЕВ. Но зато с какой подачей, а?! И самое обидное, тебе ж в этом отводится главная роль, тебе участвовать во всём этом марлезонском балете…

ДРАМАТУРГ. Так я насчет того, что на тарелочке… И ты сам, как зритель, ведь тоже виду не продаёшь, что король-то голый… Обидно! Мол, «что я, конь педальный? Сам не видел, что выбирал? В искусстве не разбираюсь?» Лицо держишь. Но в то же время смотришь и понимаешь, не наесться этим. А там чего только нету, на тарелочке этой… Кстати, часто и на тарелочке с голубой каёмочкой… Чего только нет в подаче – всего намешано, под соусом «я так вижу». А ты смотришь на это маленькое «гэ» с недоумением и понимаешь, что сегодня ты остался без пищи… Фигурально. Без духовной пищи…

Входит Режиссер.

РЕЖИССЕР. Какие люди! Вадик! Смотри-ка, как загорел, ковбой! О чем это вы тут шепчетесь, всё о пище?..

ДРАМАТУРГ. Да… Вадик был тут в нашем буфете, хотел ланч заказать, да ничего для себя выбрать не смог, говорит опять одно «гэ».

БЕСПАЛЬЦЕВ. Артур Владиленович, приветствую, вот буквально на минутку заскочил предупредить.

РЕЖИССЕР. Да-да, мне уже передали. Вадим, ну ты держи нас в курсе, когда появишься, мы же только на тебя ставку и делаем!

БЕСПАЛЬЦЕВ. Через пару недель – полностью в вашем распоряжении. Вот сам не ожидал, что они меня и сегодня дёрнут. Специально сам заехал, чтоб не теряли.

РЕЖИССЕР. Ну полчасика-то есть? Тогда хотя бы на примерку загляни, чтобы уже точно все было готово.

ДРАМАТУРГ. Пойдемте, пойдемте, там еще в бухгалтерию вас, Вадим Витальевич, просили зайти, аванс и документы подписать.

БЕСПАЛЬЦЕВ. Аванс – это хорошо. Это своевременно! Извините, что подвёл, через две недели – как штык.

Режиссер, Драматург и Вадим Беспальцев уходят. На сцене некоторое время пусто, за кулисами слышны голоса.

ГОЛОС БЕЛЬВЕДЕРСКОЙ. Кого я вижу! Вадик! Снова убегаешь? Ты у нас какой-то прямо неуловимый! Наслышаны-наслышаны!..

ГОЛОС БЕСПАЛЬЦЕВА. Сильва Георгиевна! Недавно, кстати, как раз с мамой Вас вспоминали…

ГОЛОС БЕЛЬВЕДЕРСКОЙ. Непременно передавай мой привет Марии Владимировне! Скажи, Сильва Георгиевна всё вспоминает, как мы с ней и с тобой маленьким ездили в санаторий «Актер» в Ялту… Как её здоровье? Я ей как-нибудь позвоню, надо пошептаться…

ГОЛОС БЕСПАЛЬЦЕВА. Спасибо, обязательно передам! Как ваша нога?..

Голоса стихают. Входят Виктория, Леонора и Зинаида.

ЛЕОНОРА. Нет и прикинь, она мне ещё говорит: «Это вульгарно!» Вульгарно! Что значит, вульгарно? Вот ты объясни мне, что такое вульгарно… Вон Олешко-Ожевская, сто лет в обед, а рекламу с ней из каждого утюга крутят. Типа «Морщинки. Отеки. Поплывший каркас лица. Ваша молодость закончилась. Продлевать будете?» И типа «только благодаря клинике «Ночная Валькирия» я до сих пор играю в театре… Красную Шапочку». Или Дюймовочку… Или кого она там сейчас играет? «Только обратившись в клинику на Огарёва вы обретёте желанные…» Э-э-э… Ты, кстати, не в курсе, что там у них на Ограрёва? Никто из твоих не был? Что за клиника? Мне про неё Аллка все уши прожужжала. Я хотела все-таки губы и круговую ещё раз попробовать. Но они же, заразы, могут и не взять! Скажут: «У вас и так столько всего было понаделано, вы не боитесь?» А я ничего не боюсь! Знаешь, «я уколов не боюсь, если надо уколюсь…» Если лететь, так только вперёд. «Я чайка! Чайка!»

ВИКТОРИЯ. Можно я скажу? Можете мне не поверить, но я в свои годы с удовольствием смотрю на себя в зеркало! Потому что моя бабушка… Была счастьем моего детства…

Леонора и Зинаида замолкают на полуслове, и как будто впервые замечают Викторию. Смотрят на нее с интересом.

ЛЕОНОРА. Хм… Это что-то новенькое…

ВИКТОРИЯ. Лето в деревне, пирожки из печи, молоко от коровы Звёздочки… Походы с бабулей в лес за грибами и ягодами, рыбалка, сенокос. Мы вместе пряли шерсть… До сих пор храню бабушкино веретено… Валяли валенки, вязали, шили. А теперь я вижу в зеркале те же милые морщинки, как у бабули… Я знаю, какой должна быть бабушка для внуков, чтобы они были счастливы… Но… Если бы рядом была живая душа, было бы не так тяжело… Но… Будем исходить из того, что есть. В общем, девочки, я поняла, что важнее внутренняя гармония и любовь. Как-то так.

Зинаида и Леонора некоторое время потрясенно молчат, округлив глаза.

ЛЕОНОРА. Ну спасибочки тебе, подруга! Потрясающе! Выступила… Какие внуки? Мы тут вообще о чём? Ну ты-то, может, да… А мне что делать? Сорокез на носу, а подходящей партии не предвидится. Куда бежать, где искать? А ты о каких-то гипотетических внуках…

ЗИНАИДА. Леонорик, не надо, не начинай…

ЛЕОНОРА. Не все ж такие просветлённые! Знаешь, мы ещё не достигли такого уровня дзена, как некоторые…

ЗИНАИДА (морщится). Ой, девочки, перестаньте… Давайте жить дружно. Вик… Лен…

ВИКТОРИЯ. Ничего, нормально. Я уже отрастила броню… А по поводу… Всегда вспоминаю великолепного Алена Делона, когда на совет сделать пластику, он ответил: «Себя не обманешь, а людей насмешишь!»

ЛЕОНОРА. Ну и пожалуйста! Смейтесь надо мною…

ЗИНАИДА. Тише, тише… Вон, Вадик приехал, кажется, слышу его голос. Сейчас прискачет сюда.

ЛЕОНОРА. Явился, не запылился! Наш Ален Делон отечественного разлива…

ЗИНАИДА. Кстати, ты видела его уже? Почти не изменился, хорошо выглядит…

ЛЕОНОРА. Да с чего ему плохо выглядеть? Ни семьи, ни детей, никаких тебе обязательств. Мамочка его всю жизнь обхаживает: «Сыночка, сыночка, продолжатель актерской династии!» Тьфу, смотреть неприятно!

ЗИНАИДА. Давайте хоть при нём не будем, а то опять начнет…

ЛЕОНОРА. Да пусть он только вякнет… (поясняет Виктории). Обычно он любит высказаться в стиле: «куры раскудахтались». Сейчас мы ему кровь-то и свернём… (Решительно направляется за кулисы).

ЗИНАИДА. Стой, стой! Не надо! (Виктории). Сейчас она на нем оторвётся… Не обращай на неё внимание. Ох уж эта Леонора! Вечно ляпнет что-нибудь, не подумав. Она у нас как Эллочка Людоедка! Съест, косточки выплюнет и не подавится. Не слушай её. Помнишь, одно время она просто обожала носить платья, «отороченные кошкой», чтобы пустить этой «кошкой» пыль в глаза? Наверно, душа просила "ответить Вандербильдихе"… Ну кошмар же!

Приближающиеся было голоса, удаляются. Зинаида с опаской смотрит за кулисы. Леонора победно возвращается, вертя на пальце чей-то парик.

ЗИНАИДА. Ну и где? И где наш незабвенный Вадик? Надеюсь, это не его скальп?

ЛЕОНОРА. Ага, зубами сняла… Нет никого. Но голос точно его был.

ЗИНАИДА. Да и шут с ним. А слышали, Богохульцев ставит "Мою золотую тёщу"?

ЛЕОНОРА. Да? Заманчиво, заманчиво…

ЗИНАИДА. Они уже скоро начнут кастинг, планируется сезона на два.

ЛЕОНОРА. Думаешь, у нас есть шансы?

ЗИНАИДА. А почему бы и нет? Ну тебе, наверно, неактуально тёщ-то… Ещё Красных Шапочек, как ты говоришь, вовсю предлагают. А кое-кто типа меня начинает входить в пору, когда уже светят роли подобных героинь…

ЛЕОНОРА (с тоской). Да опять возьмут какую-нибудь, простигосподи, Бельведерскую…

ДЕЙСТВИЕ 1 сцена 3

Входят Режиссер и Драматург.

РЕЖИССЕР. Вадим уехал, у него вечером спектакль, начнем репетировать без него. Кстати, где Гера? Сейчас он нам очень будет нужен.

ГЕЛЯ. Он за реквизитом должен был ехать, сейчас я его посмотрю.

Геля заглядывает за кулису, выходит с помощником режиссера Герой.

РЕЖИССЕР. Ну наконец-то, явился! Хоть кто-то здесь. Сегодня проходим сцену: «Первая встреча», когда писатель приводит Любу в квартиру на Большую Садовую. В сцене с Булгаковым, «переполох в коридоре», сам он нам особенно и не нужен. Сейчас подойдёт Бельведерская, а пока артиста на роль писателя на площадке нет, я попрошу нашего Геру, помощника режиссера, помочь пройти эту сцену.

РЕЖИССЕР (Гере, вкрадчиво). Мы, Гера, тебе дадим сценарий, будешь стоять в коридоре и читать с листа. Можем даже одежду дать, чтоб ты лучше… Так сказать, вжился, в образ…

ПОМРЕЖ. Но я же не…

ДРАМАТУРГ (ласково). Надо, Гера, надо!

РЕЖИССЕР. В принципе участие героя номинальное. Так, Герман, вот текст; будешь за Булгакова. Что ты так смотришь? Кто у нас в ГИТИСЕ учился? Вспомнишь молодость, актерские этюды и всё такое…

ПОМРЕЖ (смущаясь и умоляюще глядя на Гелю). Хорошо, хорошо… Как скажете, я попробую, но такая ответственность…

РЕЖИССЕР. Да тебе и играть ничего не придется, прочитаешь с листа за дверью, пройдёшь пару раз, потом встанешь тут в дверном проёме, и всё.

ПОМРЕЖ. Ну я, конечно, попробую… Постараюсь…

РЕЖИССЕР. Вот и ладненько! Геля, дай ему текст, или лучше расскрепи его, дай листочки с его словами, пусть учит.

ДРАМАТУРГ. Может, ему шляпу дать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.