studio Shamanis
Вселенная шамана

первая часть

Введение

Как бы сложилась моя судьба, если бы «учитель» встретился мне уже в юности? Кто знает…

Но жизнь сложилась так, как сложилась. Видимо учитель появляется тогда, когда человек прочно становится на свой выбранный путь. Вот я и выбирал, долго и кропотливо, рассматривая каждое направление своего будущего. Помню, как на первом курсе, профессор задал аудитории вопрос: «Что такое здоровье и болезнь?» Очень многие тянули руки и отвечали общими фразами из журнала «Здоровье» и медицинских энциклопедий. Профессор всех выслушал. Я решил, что он, как это бывает в девяноста девяти процентов случаев, просто обобщит все ответы и сделает вывод о хорошей подготовке студентов, но к моему восхищению и разочарованию отвечавших, все произошло иначе. Он сказал, что «все, что тут говорили, правильно, но не верно».

– На самом деле, никто в настоящий момент не может дать точное определение ни здоровью, ни болезни из–за отсутствия понимания телесно-духовной сущности человека в этой сфере! Люди, чаще всего из–за нехватки знаний, опыта и желания, строят свои построения на предположениях, не требующих доказательств, т.е. аксиомах. Постепенно они впитываются сознанием людей, и принимаются за неопровержимую основу. Хотя, та самая истина, ради которой они, собственно говоря, и живут, совершенно ускользает из их жизни.

Когда возмущенные начитанные студенты спросили у профессора, какое же все–таки он сам может дать определение болезни, то он сказал, что «не знает». В аудитории воцарилась глубокая тишина. Никто не мог понять, шутит он или говорит серьезно. Ведь это профессор, а не какой-нибудь студент-первокурсник. Профессор улыбнулся и сказал, что он искренне, говорит с нами и действительно не в состоянии дать определение болезни, здоровья и уж тем более любви.

– Странно, – подумал я, – Насчет болезни понятно, а причем здесь любовь?

Мое обучение шло сквозь какую–то пелену событий: лекций практик; все как во сне. Моя печаль заключалось в том, что смысл происходящего со мною, до конца был мне не ясен. Преподаватели ловко манипулировали терминами и понятиями, как умелые фокусники. Мне же оставалось лишь механически заучивать чужие взгляды и прописные истины, взятые из разных областей медицины и биологии.

Чтобы уйти от медицинских шаблонов, я решил, во что бы то ни стало, самостоятельно проникнуть в смысл каждого элемента, изучив его изнутри. Я достал необходимую литературу и стал изучать восточную медицину, ее философию.

Примерно в то же время впервые начал осознавать себя в сновидениях. Это давалось мне довольно легко. Еще бы! Никаких лишних трат энергии. Молодость, почти всегда наполнена вдохновением и рвением к новому и неизвестному. Ее крылья, выносили моего двойника в мир иллюзорных энергий, помимо моих желаний.

Мне хорошо запомнился первый осознанный сон. В нем я был шаманом. Поначалу, мне самому было трудно в это поверить, но, тем не менее, я увидел частицу своей прошлой жизни.

Я увидел людей, с длинными волосами, смуглых и мускулистых. Я сидел внутри этого беснующегося живого круга дикарей. На мне была шкура какого–то животного, а в руках инструмент, похожий на бубен.

– Иос! Иос! – они звали меня.

Я встал и запел на непонятном мне языке. Сознание подсказывало мне, что это сон. Но он был настолько ярким и реальным, что периодами я стал сомневаться, где я нахожусь: во сне, или наяву? Мир, в который я попал, постепенно становился второй реальностью. Теперь я точно знал, что это не сон, а осознанное сновидение. Медленно ускоряя темп песни, я пошел вдоль круга, образованного из этих странных людей, пока он не слился в большое живое кольцо.

По моему телу пробегали судороги. Люди кричали в такт моей песни. Затем все провалилось в темноту. Проснулся утром около затухающего костра.

– Иос! Иос! – тормошила меня дикарка. – Пора выводить племя! Вставай! До сих пор помню ее серо–зеленые глаза, загорелые плечи и длинные светлые волосы.

Женщина разбудила меня и ушла. Женщины жили в каменной пещере, вместе с детьми. Я позвал всех охотников, взял копье и пошел, не глядя назад и не дожидаясь остальных. Не отличаясь особенно крепким телосложением, я почему–то вел всех мужчин за собой. Розовый овал восходящего солнца, едва окрасил верхушки громадных сосен. Трава была мокрой и прохладной…

Я вдыхал воздух, наполненный запахами девственного леса. Огромные стволы деревьев, похожие на эвкалипты, были настоящими великанами. Наша процессия состояла примерно из двадцати мужчин. Каждый нес по копью. Полностью разрисованный зелеными и красными полосами, я шел впереди. В зарослях подлеска послышался рев зверя. Я дал знак и мужчины пошли полукругом, медленно расходясь в стороны. А вот и зверь, чей рев мы слышали. Он был похож на зубра, пасся в высокой траве. По моей команде, все начали сходиться вокруг потревоженного зверя. Я ближе всех подошел к нему и кинул свое копье. Следом за мной, кинули копья остальные охотники. Бык увернулся от копий и побежал мне навстречу. Я стоял на месте, все еще надеясь, что это сон. Бык налетел на меня, распарывая внутренности. В глазах вспыхнул свет, и все пропало».

Странно, почему я не побежал от этого животного? Неужели в тот самый ответственный момент меня опять мучили видения своего будущего или прошлого? Это был замечательный сон, но через некоторое время, мне приснился еще один: «Проснулся оттого, что осознал себя глубоко под водой. Открыл глаза и увидел, что нахожусь в школе, где когда–то учился в детстве. Я стоял на лестничной клетке. Потом, побежал вверх по пролету лестницы и вдруг увидел на полу несколько огромных книг. Остановился рядом с ними и стал всматриваться в надписи на обложках. Но у меня никак не получалось их прочесть. И тогда, чей-то низкий голос прочел за меня – «Парапсихология, Библия и Парацельс». Пока неизвестный голос произносил названия книг, страницы поочередно открывались сами собой, и словно оживали. Мне странно было это видеть. Книги жили своей жизнью.

Это удивительное сновидение подтолкнуло меня на прочтение книг по парапсихологии. Я даже начал изучать Библию, вот только до Парацельса не дотянул. Что касается Библии, то этой книге я посвятил очень много времени, так как подолгу размышлял над каждой прочитанной фразой. К тому же, начал заучивать из нее целые отрывки, чтобы лучше осознать смысл. И, как мне тогда казалось не напрасно. Когда вновь оказался в осознанном сновидении, то увиденное поразило мое воображение реальностью происходящего.

Передо мною развернулась картина огромного пустыря. По всей видимости, это была окраина деревни. Вдалеке виднелась серая деревянная покосившаяся от времени церковь. Она была полуразрушена. Ее крест еле держался на круглом деревянном куполе с остатками медной фольги. Я стал внимательно рассматривать ее, пока не заметил человека, сидящего на камне недалеко от меня. Неведомая сила притянула меня к нему настолько близко, что до него можно было дотронуться рукой. В этом человеке, я узнал Христа. Он смотрел на меня, и на его губах была легкая улыбка. У меня не было ни малейшего сомнения, что это был именно Он. Христос был одет в длинную серую одежду, из грубой материи. Его голова была немного наклонена. Как будто он хотел, что–то рассмотреть. На худом лице выделялась небольшая бородка, делая черты лица более острыми. Он внимательно смотрел в мою сторону спокойным и проницательным взглядом. Я хотел, было задать ему массу вопросов, но задал только один, наверное, самый главный.

– Скажи, Господи, ведь настоящий храм не рукотворный?

С этими словами я показал рукой в сторону церкви.

– Да, это так, – ответил Христос, – истинный храм в сердце человека.

На этом мое сновидение закончилось. Жаль, что тогда мне не хватило сил остаться в том мире еще немного.

Да, многие подумают, что я богохульничаю. Может быть, с их точки зрения это так и есть. Слишком далеки многие люди от Него, чтобы допустить даже на мгновение мысль о возможной встрече обыкновенного человека с самим Христом! Для многих это покажется ложью, но для меня на это останется реальным и очень значимым событием всей моей жизни. После той беседы я перестал смотреть на прекрасные архитектурные творения, читать Библию и начал изучать свое сердце, свою душу, чтобы, в конце концов, построить истинный Храм. Храм в своем сердце, как меня учил Христос.

Годы учебы закончились, и вот я уже работаю врачом. С этого момента я начал постигать волшебную силу лекарств: мог за несколько минут снижать высокое давление гипертоникам, устранять боли при печеночной колике; все это с помощью лекарств. Список моих возможностей, благодаря фармацевтической промышленности, пополнялся с каждым днем. По сути, можно было уже считать себя «волшебником» и спокойно наслаждаться возможностью с пользой применять свои знания, но всего этого было мало. К примеру, я не мог ни понять, ни тем более остановить такое явление, как «смерть». До сих пор помню один случай, когда, несмотря на все мои старания, один из больных, умер. Да, конечно, на тот момент, меня мучили угрызения совести, «а что я мог сделать, чтобы этого не произошло…» Да, что мы вообще можем сделать с неизбежным? После того, как все возможное и невозможное было сделано, я сел напротив бездыханного тела и ненадолго вошел в состояние странного оцепенения. Подобные состояния мучили меня периодически с детства, но на службе со мной это произошло впервые. Я глядел на умершего человека, находясь в странном состоянии. Тело лежало на кровати. Серая бледность кожи, полуоткрытый рот, прикрытые глаза – все это навевало странные ощущения. Ведь пару часов назад этот человек даже не думал умирать! Что же произошло, почему его больше нет? Но суть данного случая не в моих рассуждениях о бренности нашего тела, а в том, что я увидел. Именно увидел, своими собственными глазами.

Над остывающим телом медленно, медленно стало исходить теплое излучение. Я видел, как теплый воздух колеблется над трупом. Я бы не придал этому явлению значения, но это излучение оформилось в светлую фигуру. Ее основание начиналось над грудью умершего, а то, что можно было бы назвать головой призрака – у самого потолка комнаты. Над серым и холодным телом стоял светлый призрак. Окна и форточки в комнате были закрыты, быть может, поэтому фантом так удачно держался и не желал таять.

Жена умершего тихо подошла ко мне и с опаской спросила:

– Все кончено, доктор?

– Да, все, – ответил я.

Она тихо заплакала, не обращая на меня внимания. Я не стал ее успокаивать, да и зачем? Я тогда был уверен в том, что смерти нет, и больной по–прежнему жив и слышит все, что здесь происходит.

– Не надо плакать, – сказал я, – он здесь и все слышит.

– Смотрите, вот он!

Я показал рукой на белую фигуру, которая стояла над кроватью и достигала потолка.

Не знаю, почему, но мои слова преобразили женщину. Она тут же перестала плакать, и ее лицо посветлело. Казалось, она помолодела лет на десять.

– Если он действительно жив, то пусть он ни о чем не переживает, со мною все хорошо, – сказала она и фигура начала медленно таять, пока совсем не исчезла.

После этого случая я понял, что, возможно, мое истинное призвание совершенно в другом. В тот раз я ощутил, как некое существо было мне благодарно за помощь. Оно словно наклонило голову и прикрыло свои глаза в знак признательности и одобрения моих действий в отношении его земной жены. Освободившись, призрак полностью покинул комнату, а может быть и вообще нашу атмосферу.

Подобный подход еще больше подтолкнул меня на изучение восточной философии. В девяностые годы начался бум эзотерики. Буквально на глазах она ширила свое присутствие на книжных полках. Я с головой окунулся в это свежее море радости и открытий. Если бы мне удалось прочитать все это пару десятков лет назад, то возможно жизнь моя, сложилась бы совершенно иначе. Самые важные изменения в своей жизни я отношу к появлению книг Карлоса Кастанеды. Я глотал эти книги, перечитывал по нескольку раз, проживал каждый образ и примеривал их к себе, ожидая выхода очередного тома любимой серии. В одном из сновидений, мне удалось самому навестить К. Кастанеду в его далекой Мексике, которое помогло выяснить некоторые моменты творчества этого автора.

Сонора. Ранее утро. Вот я и оказался там, рядом с этим таинственным человеком и его спутницей

Я оказался рядом с домом, который находился у проселочной дороги. На крытой веранде, защищенной от солнца, стояла широкая кушетка. На ней лежали двое: крупный мужчина в светлых штанах, без рубахи, а рядом с ним хрупкая женщина с тонкими чертами лица, на ней было легкое платье. Я обратил внимание на ее изящные руки. Женщина что–то писала в своем блокноте. Я прислушался и смог услышать обрывки фраз мужчины: «Дон Хуан, мескалито, индейцы».

Женщина смеялась, когда Карлос целовал ее руки. Им было хорошо вдвоем среди бескрайних просторов Мексики. Они любили друг друга и были по–настоящему счастливы.

Иначе, и быть не могло.

Такие книги могут писать только влюбленные и счастливые люди, желающие жить вечно и никогда не расставаться.

Карлос Кастанеда с детства был любознательным. Интерес ко всему новому он не растратил ни в юности, ни даже в зрелом возрасте. Кастанеда всегда обладал хорошим воображением и, наверное, поэтому, не мог жить, как все. Тайные образы будоражили его постоянно. Они тянули его в неизвестное. Именно поэтому он отправился в путешествие по миру и в конце своих странствий он оказался в Мексике. Вместе с ним отправилась в это путешествие его подруга и спутница. Уже тогда она чувствовала, что их ожидает великое будущее. Она любила Кастанеду и верила в него. Поэтому она решила помочь ему реализовать огромный потенциал. Теперь мы знаем, что ей это удалось. Весь мир читает книги Кастанеды, написанные ею. Теперь, когда подруги не осталось, Кастанеду забыли.

В чем же секрет привлекательности такой литературы? Отбросим привычные объяснения, набившие всем оскомину о тайных знаниях магах Мексики. Все это и так ясно. Скорее всего, привлекательность книг с надписью «Карлос Кастанеда», заключается в своеобразном литературно–образном стереоэффекте. Причем, этот эффект усилен не просто работой двух увлеченных людей, а авторов, которые любят друг друга!

Я отвлекся от своих образов. А в это время, женщина смотрела вдаль, туда, где холмы сливаются с небом. Совершенно невпопад, она задала мужчине вопрос: «Послушай, Карлитос, а если я умру, с кем ты будешь писать книги?»

Мужчина надолго задумался и я так и не смог услышать его ответ. Скорее всего, это была единственная его любовь.

Как раз в это время судьба свела меня с одним человеком, по имени Брухо. Имя Карлоса Кастанеды оказалось своеобразным паролем для нашего знакомства. Для меня было большой удачей встретить такого увлеченного человека. Это не просто интересующийся человек, это настоящий исследователь всего неизвестного. Это мое новое знакомство еще больше подхлестнуло меня в плане изучения новых дисциплин колдовства, магии и шаманизма. Да, впрочем, дело не в том, что он увлекается неизвестным, а в том, что он, осознает мир, как большую загадку. От этого он сам делается странным и непонятным. Именно эта вот странность взглядов и нравится мне. В нем я нахожу отклик своим мыслям и ответы на многие свои вопросы. Но его мысли не были для меня последней инстанцией. И тогда и сейчас я остаюсь критичным с Брухо, но мне всегда нравятся те изменения, которые происходят вокруг после разговоров с ним. Поэтому, когда меня окончательно донимал привычный мир, я искал встречи с ним. Да и вообще, правильно ли то, что реальная жизнь должна быть прозаичной? Это сами люди делают свой мир таким вот пустым и примитивным. На самом деле, нет как таковой «реальности». Когда я на минуту задумываюсь и стараюсь понять смысл происходящего в этой так называемой «реальности», то попадаю в обычное сновидение, а порою, оно даже становится управляемым. Представляете, управляемая действительность! Все зависит от людей и нечего скидывать особенность плоского восприятия на всю природу нашей реальности.

Сколько бы я не перечитывал литературу, все же личностный рост, как оказалось, был основан на практике под руководством Брухо и на личных выводах и умозаключениях. Каждый раз после очередного опыта или наблюдения совместно с Брухо мы проводили тщательный всесторонний анализ, делали выводы и выделяли область для новых экспериментов.

Первая встреча с духом

Брухо говорил мне, что дух – это очень сложное и многогранное понятие. Но при желании создать привычное определение этому образованию, получается неполное представление об этом явлении. Осознание этого момента постоянно совершенствуется. Образование общего представления о многих явлениях создается не сразу. Процесс постижения бесконечен. С каждым новым случаем добавляется еще одна грань к сверкающему алмазу и новый свет совершенно иначе озаряет наше сознание. Чем большее число граней на вашем алмазе сознания, тем сильнее ваша сущность и значительней ваши успехи во всех областях знаний.

Брухо был прав, первые шаги осознания – самые трудные. Они оказались связанными со значительными энергетическими затратами. И в данном случае, первая моя встреча лицом к лицу с духом оказалась серьезным потрясением. До этого момента приходилось, встречаться с различными существами в осознанных сновидениях или классических шаманских путешествиях. Теперь это произошло в привычном мире, среди белого дня, и без употребления каких-либо растительных или химических средств.

Произошла эта встреча в весеннем лесу. В то утро я уже предчувствовал что-то необычное, но никак не ожидал, что сегодня увижу и почувствую это странное существо.

Март. Чуть подморозило. Небо было в тот день высоким и голубым. Поднималось солнце. Как тут можно усидеть дома в четырех стенах? На лыжи и в лес! Там встретить полдень, чтобы вобрать в себя всю теплоту и свет первых теплых лучей! А вечером, погружаясь в сновидение, воспользоваться всей силой, что подарит мне солнце.

И вот я уже скольжу по лыжне. Лыжи сами ведут меня туда, куда надо. Они привели меня к краю болота. Из-под снега местами пробивался рогоз. Летом пройти здесь просто невозможно. Какая–то сила подтолкнула меня вперед, и я ступил на замерзшую топь. На середине болота я остановился. Мне было так хорошо, что решил немного здесь задержаться. Солнце поднялось высоко и стало даже тепло. Я сел на лыжные палки, подставил лицо теплым лучам и закрыл глаза. Яркая пелена окутала меня солнечным теплом. На красном экране моего внутреннего зрения возникла черная точка. Она медленно приближалась, превращаясь в живое существо. Это была волчица. Почему–то я был в этом полностью уверен. Она ступила на противоположный край болота и пошла ко мне. Мне не было страшно. Зная, что это всего лишь игра моего воображения, я спокойно наблюдал за интересной трансформацией своего видения. Волчица подошла и привалилась ко мне своим мягким тяжелым боком. От нее исходило тепло. Она часто дышала. Наверное, ей было жарко. Я чувствовал, что, хорошо ее знаю, даже знал ее имя – Мори. Так мы и сидели, пока мне не стало холодно. Я очнулся, волчицы не было рядом. Она стояла у края болота. Я встал и пошел вслед за ней. Мы долго шли рядом. У края леса она остановилась, пожелала мне удачи и растворилась в красном сиянии.

Брухо ничуть, ни удивился моей истории:

– Ничего удивительного, Эрис. Первый раз ты встретил Мори чуть раньше. Помнишь? Это случилось на реке, на каменном валуне.

– Но я не видел волка!

– Вспомни, Эрис, вспомни.

Я погрузился в воспоминания и действительно! Это было то же шумное дыхание и сиреневый отсвет волчьей шерсти. Это была Мори!

– Я вспомнил, Брухо! Это была она!

– Не сомневался, Эрис, что ты не забыл тот случай. На этот раз ты убедился в полной реалистичности происходящего. Переход из одного мира восприятия в другой подчас происходит плавно, гармонично и это был наглядный тому пример.

– Неужели все это единый мир, Брухо?

– Все это здесь, Эрис, рядом с тобой. Надо только научиться осознавать.

Песочные вихри

Был солнечный летний день. Высоко в небе пели жаворонки. Брухо шагал по полевой дороге, и я еле успевал за ним. Внезапно я заметил странное явление: Брухо был явно меня старше, но скорость, с которой он передвигался, порою изумляла.

– Не отставай, Эрис!

– Зачем так спешить, Брухо?

– Если ты заметил, то я не всегда так быстро хожу. В первую очередь, запомни: существуют места, которые надо проходить как можно быстрее. Хотя, иногда, лучше всего, просто бежать. Это место одно из них. Думаешь, я шучу? Смотри, сейчас увидишь!

Брухо указал рукой вперед. Передо мной открылся вид на огромный песочный карьер. Большая часть его давно заросла кустарником и травой и лишь вдалеке, по-видимому, все еще добывали песок. Внезапно над нами бесшумно пролетела большая серая птица, жаворонки умолкли, а мое сердце на мгновение остановилось от странных предчувствий.

– Бежим, Эрис, – крикнул Брухо, и мы побежали.

Пробежав так около километра, Брухо свернул с дороги и сразу же лег в траву. Я последовал его примеру и почти упал рядом с ним.

– Тихо, Эрис, молчи. Смотри, что сейчас будет на дороге.

Я почувствовал, как до меня долетело легкое дуновение ветерка, а потом я увидел, как совсем недалеко на дороге возник вихрь, в виде воронки. Столб белой пыли вращался и медленно рос. Он остановился напротив нас, немного постоял, а затем понесся назад и скрылся в карьере.

– Молчи, Эрис. Лежи тихо, – прошептал Брухо.

Так мы пролежали еще минут десять.

– Все, Эрис, вставай, – теперь Брухо не спешил, как двадцать минут назад, а шел спокойным размеренным шагом. – Это знаки, Эрис. К ним надо прислушиваться. Когда рыли карьер, то потревожили духов земли. Иначе и быть не могло. Теперь в округе носятся песочные вихри и ищут свои жертвы.

– А что они могут сделать, Брухо? Кинуть несколько песчинок в глаза?

– Надеюсь, Эрис, что ты шутишь, говоря это? Ему достаточно прикоснуться и затем, песочный дух будет несколько дней просто мешать жить, сбивая необходимый ритм. Наши предположения, планы и мысли будут осыпаться, словно высохший детский кулич в песочнице. Да, кстати, мы люди, порою, можем быть очень похожими на эти вихри.

– О чем ты говоришь, Брухо? Что общего между вихрем и человеком?

– Это как ты сам захочешь. Чаще всего, человек представляет собой всасывающую воронку. Как правило, это происходит с энергетически пассивными людьми. Их энергетика, словно воронка, всасывает в себя все то, что выталкивает из себя воронка энергетически активного человека. Делается это очень просто. Достаточно представить себя в виде воронки, и твоя энергетическая система будет именно так и работать. Находясь среди людей лучше всего раскручивать свою воронку против часовой стрелки. Так легче защититься от негативного влияния. А вот когда ты пытаешься сосредоточиться и понять смысл слов собеседника, то воронку надо крутить по часовой стрелке и как бы всасывать информацию в себя.

– А по какому принципу работает песочная воронка, Брухо?

– По принципу элементарного вкручивания. Она вкручивается в твою энергетику, а дальше творит там все, что ей только будет угодно.

Я оглянулся назад и далеко увидел тонкий песочный столбик. Он стоял как раз над тем местом, где еще недавно мы прятались.

Брухо перехватил мой взгляд и прокомментировал:

– Да, именно над нашим местом, где мы лежали. Иногда выслеживать путников им помогают птицы. На этот раз информация чуть запоздала, и нам удалось благополучно улизнуть от песочных охотников за энергией.

Брухо указал мне на место нашего привала:

– Здесь можно остановиться и отдохнуть. Все же мне не двадцать лет, чтобы нестись словно конь по полю. Да и ты, я вижу, устал.

– Это точно, – ответил я и достал из своего рюкзака два складных походных стульчика.

– О, да ты, я вижу, серьезно подготовился к этой встрече!

Мы уселись на стульчиках, закрыли глаза и долго слушали жаворонков.

Живые болезни

Однажды Брухо изменил своим принципам и к моему большому удивлению предложил мне прогуляться по Москве. Доехав на электричке до станции Тушинская, мы опустились в метро. Шум города, суета и масса людей ввели меня в ступор. Больше всего мне тогда было не понятно, зачем Брухо, человек влюбленный в тишину и природу затащил меня в город? Был воскресный день и людей было не очень много. Мы спокойно уселись и поехали. Брухо опередил мой вопрос:

– Эрис, я хочу показать тебе одно состояние осознания, когда легко можно наблюдать за болезнями людей. Как ты сам понимаешь, самому отыскать место, откуда видны все эти странные создания не так–то просто, но если тот, кто знает рядом, то твое сознание, подстроившись, сможет быстро решить любой вопрос. В первую очередь постарайся сосредоточиться и следить за тем, что я тебе буду говорить и показывать.

– Я постараюсь.

В вагон зашла женщина с маленьким мальчиком. Он шмыгал носом. Наверное, он был простужен.

– Смотри, Эрис, на этого мальчугана внимательно.

Мне стало смешно. Подумать только! Брухо решим показывать мне сопливых мальчиков. Я не выдержал и спросил:

– Брухо, мы, что тут делаем? Рассматриваем сопливых детей? Ты ведь хотел показать мне, как выглядят болезни?

– Именно этим мы сейчас и занимаемся, Эрис. Для того чтобы научиться их видеть, необходимы как минимум два условия: первое – присутствие человека, который уже видит, а второе – это наличие самого объекта для наблюдения. В данном случае, этот маленький мальчик и есть отличный пример для видения болезни. Смотри, начинается.

Я присмотрелся и заметил на правой щеке маленькую черную точку, которая постепенно становилась все больше и больше.

– Наверняка, Эрис, ты сейчас видишь черную точку на правой щеке. Смотри, что будет дальше.

Точка перестала расти, и из нее показался хвостик. Он вытягивался и одновременно извивался, словно червь. Когда его длина достигла сантиметров десяти, он полностью вылез и поплыл по вагону. Вслед за вылезшим первым червем появился второй, затем третий. Всего их вылезло около десятка. Они расплылись по вагону. Несколько из них пытались вкрутиться в ноздри других пассажиров. К счастью, объявили очередную остановку, и женщина увела этого сеятеля из вагона.

– Это грипп, Эрис. Именно так и происходит его распространение. Эти червячки плавают по воздуху и проникают в другие организмы, чтобы найти себе нового хозяина и черпать из него силы.

– А может, это просто дух насморка?

– Нет, Эрис, дух насморка – это желтая неповоротливая гусеница. Но и с ней не так–то просто справиться.

– Может, на сегодня достаточно, Брухо?

– Не спеши, вот посмотри на ту молодую особу. Видишь на ее лице несколько прыщиков? Ох уж эти прыщики! Они доставляют своим хозяйкам уйму неприятностей в основном эстетического плана.

Я посмотрел на молодую женщину и увидел, как из одного прыщика в другой снуют маленькие паучки.

– Я вижу, как по ее лицу бегают паучки, Брухо.

– Да, именно так. Духи таких вот прыщиков похожи на паучков. Поймать их очень сложно даже опытному шаману, но с помощью духов–помощников это можно сделать. Кстати, вот еще не плохой пример. Смотри вон туда.

Брухо указал взглядом на девушку. По всей видимости, она находилась в подавленном состоянии. Чувствовалось, как тоска его сжигает.

– Присмотрись, Эрис, но только осторожно на ее грудь, а то тебя сочтут за сексуального маньяка.

– Обычная грудь. Ну, вырез чуть больше чем обычно и все.

– Да нет, Эрис, причем тут вырез? Посмотри внимательней!

В этот момент я увидел, как из груди девушки время от времени высовывает маленькую головку темная сущность. Она была похожа на черепашью.

– Это, наверное, черепаха?

– Да, Эрис, это дух депрессии. И чем крепче панцирь и больше, тем сильнее депрессия. Если тебе встретится очень большая черепаха, то ее хозяин наверняка частый клиент психиатра.

– А вот посмотри на того мужчину. Что ты скажешь о нем?

Мужчина был одет в синюю водолазку с высоким горлом, и длинными рукавами. Вокруг него на не большом расстоянии плавали несколько рыбок.

– Брухо, это похоже на аквариум.

– Эрис, это больной псориазом. Если, когда-нибудь тебе придется лечить таких больных, то тебе для этого будут просто необходимы помощники из водной стихии. Но добыть таких помощников не так–то просто.

На очередной остановке в вагон зашел подвыпивший мужчина лет пятидесяти. Судя по его лицу и фигуре, алкоголь был его лучшим другом не один десяток лет.

– Что, Эрис, почувствовал энергетику этого человека? А теперь присмотрись, как следует.

Где–то в области живота у этого человека ворочалась грузная неповоротливая сущность. И что самое забавное, она издавала звуки, похожие на вздохи.

– Это варан, дух панкреатита, Эрис. С ним практически невозможно бороться, особенно, если человек продолжает употреблять алкоголь. Лучше нам сейчас выйти, Эрис. Пойдем, выйдем на Пушкинской.

Мы вышли из метро и уселись на лавочке в сквере. Несмотря на выходной, москвичи суетились, спешили по своим бесконечным делам.

– Вот, Эрис, смотри. Спешат. А много ли с этой спешки толку? Все при этом мешается в душе, поднимается муть с ее дна и заставляет нас жить в полумраке. В такой ситуации мы делаем ошибки, на исправления которых уходят годы. Кстати, среди духов заболеваний особое положение занимают так называемые «черные люди». Эти возбудители несчастий имеют высокий интеллект. Они могут проникать при сглазе и жить очень долго, наслаждаясь нашими несчастьями, к которым они не прочь приложить свои руки.

– Понимаю, Брухо. Именно человеческие энергетические конструкции могут иметь такой интеллект. Кому как не им, в совершенстве разбираться в человеческих слабостях.

– Не исключено, Эрис. Но, нам с тобой не пристало заниматься пустой болтовней. Надо заниматься практикой. Как ты смотришь на то, чтобы попробовать научиться взаимодействовать с этими болезнетворными сущностями?

– Мне было бы интересно. Да и поле для практики у меня всегда очень большое.

– Вот и отлично! Пробуй!

– Но, Брухо, как можно, допустим, собирать эти существа, состоящие из сплошной энергии? Это ведь не грибы, которые можно просто положить в сумку и пойти дальше? Это ведь энергия!

– Эрис, одной из характеристик энергии, по крайней мере, в данном случае, является сознание. Каждая из сущностей, которых ты наблюдал, имеет свое собственное сознание. Помнишь, как они расплывались по вагону в поисках своего нового пристанища? Вот именно это свойство этих прародителей заболеваний мы и будем использовать для того, чтобы избавить человека от болезни.

– Как?

– Сыграем на их слабостях! Используем тайную страсть этих существ! Как ты думаешь, что это за страсть? Можешь не напрягать свой мозг. Лучше сто раз самому увидеть и почувствовать в чем тут дело, чем совершенно в пустую заниматься беспочвенными фантазиями. На обратном пути, в метро, мы проделаем маленький наглядный эксперимент, чтобы в дальнейшем, Эрис, ты был полностью уверен в каждом своем действии в отношении духов – болезней.

– Что, опять полезем под землю?

– Это необходимо.

Мы спустились в метро. Людей стало еще меньше. Мы сидели почти в пустом вагоне и наблюдали за пассажирами.

– Смотри, Эрис, – сказал Брухо и показал взглядом на мужчину слева от нас на противоположной стороне вагона, – Видишь, у него явно болит зуб.

Действительно: щека, чуть распухшая, и придерживает время от времени рукой это место.

– Входи, Эрис. Теперь сам входи в этот мир. Давай!

Я попробовал, но у меня ничего не получилось.

– Вспомни все те ощущения, которые у тебя были час назад и все получится.

Вот, теперь, кажется, стало проявляться. Картинка чуть поплыла, и я заметил, как на припухшей щеке мужчины копошится черное пятно. Прошло еще некоторое время, и мне удалось навести резкость. Это был самый настоящий короед. Явно было заметно, как этот жук возился в зубе и понемногу растачивал его края.

Брухо наклонился ко мне и сквозь грохот вагона я услышал:

– Теперь, Эрис, будь готов к тому, что эта тварь кинется на нас.

При этом, он достал из кармана пачку сигарет, чему я очень удивился. Брухо никогда не курил. Из пачки он вытащил одну и разломал ее в кулаке.

– Смотри, Эрис, что сейчас произойдет!

Брухо медленно разжимал кулак, где была растертая сигарета.

– Эрис, смотри не на меня, а на жука!

Я вновь уставился на странное существо. В этот момент, оно перестало возиться в гнилом зубе и замерло. Казалось, оно привстало на задние лапки и внимательно смотрело на нас с Брухо, шевеля своими усами-антеннами.

– Сейчас, Эрис, главное не дергайся. Он наверняка будет нас атаковать.

Жук оттолкнулся лапами и прыгнул в нашу сторону. Я еле удержался от того, чтобы не вскочить с места. На некоторое время я потерял его из виду. Брухо сидел не шевелясь. Я посмотрел на его кулак и заметил, как между крепко сомкнутых пальцев Брухо торчали усы-антенны.

– Вот, Эрис, теперь ты наглядно увидел, в чем состоит слабость этих духов.

– Брухо, а ты не заболеешь с такой добычей в руке?

– Нет Эрис, пока табак не выдохнется, он, вряд ли куда-нибудь уйдет. Но все же опасность есть. Поэтому, давай выйдем на поверхность.

Мы вышли на станции Щукинская в сторону парка. Брухо продолжал сжимать свой кулак.

– Эрис, не сбрасывай свое осознание, держи на прицеле жука, иначе, посещение стоматолога тебе не избежать.

Мысль о стоматологе взбодрила и я вновь увидел торчащие усики жука. Поднявшись по ступенькам метро, мы повернули налево к парку.

– Пойдем, Эрис, быстрее. Нам надо успеть пристроить его, пока табак не выдохся. Зашли в парк, и Брухо быстро свернул с аллеи.

– Теперь, Эрис, возьми палку и сделай в земле отверстие.

Я исполнил волю Брухо, проделал в земле отверстие первой же попавшейся веточкой. Брухо наклонился над отверстием в земле и очень аккуратно высыпал туда остатки растертой сигареты вместе с жуком. Потом он, не торопясь, присыпал отверстие землей.

– Вот теперь можно расслабиться, Эрис. Оптимально было бы закопать его под елью или тополем, но, к сожалению, я забыл тебя предупредить об этом. Пошли, пройдемся пешком.

Мне казалось, что совершенно лишился сил: ноги были как не мои, и внутри была жуткая пустота.

– Ну, Эрис, как ты себя чувствуешь после сеанса лечения?

– Просто никак. Почему я так устал не понятно.

– Все легко объяснимо, Эрис. Во-первых, ты менял свое осознание, а во-вторых, ты непосредственно помогал мне в сеансе экзорцизма. Как после всего этого можно оставаться бодрым и полным сил? К тому же, все это было для тебя впервые, и твое осознание работало, словно шахтер в забое, прокладывая новый путь. Надеюсь, ты сделал выводы о тайной страсти духов заболеваний? Ты, верно, понял, все дело в ароматах, а в данном случае – в табаке! Лучше табака в этом деле трудно найти помощника.

Я так устал от этого урока Брухо, что не мог ничего ответить. Было полное опустошение.

– Молчишь, Эрис? Еще бы. Ты ведь встретился непосредственно с болезнью, но они бывают намного опаснее, чем этот жук! В любом случае, тебе надо научиться бороться один на один с болезнью. Это необходимая стадия становления шамана.

– Брухо, ты сказал, что я шаман?

– А кто же ты еще? На тебе с некоторых пор лежит эта тяжелая ноша. Судьба выбрала тебя.

– Судьба?

– Ну, это так, к слову пришлось привычное человеческое объяснение всем непонятным жизненным коллизиям. На самом деле, все куда сложнее, но я просто обозвал этот процесс «судьбой». Вот и все! И не цепляйся к словам, они по большому счету, ничего сами по себе не значат.

– Брухо, у меня к тебе вопрос. Причем тут метро? Разве нельзя было заняться этим в другом месте? Этот грохот вымотал меня полностью.

– Твое недовольство понятно, но другого выхода у нас не было. Сам подумай, где еще можно найти такие замечательные неподвижные объекты для наблюдения? Но и это не самое главное! Главное то, что под землей нас не могут достать те, кто нас хорошо знает. Во всяком случае, это им сделать намного труднее. Да, когда будешь проводить эксперименты, не забудь, что порою, достаточно одного представления для того, чтобы привлечь на себя дух-болезни. Старайся соблюдать психологическую дистанцию с болезнью. Это тоже очень важно для безопасности. Не забудь создать специальную атмосферу при лечении. Своими подготовительными действиями ты должен вводить пациента в состояние транса. Для этого надо придумать ритуал, можно пользоваться ароматическими веществами, если посчитаешь необходимым, то и музыкой. Не забудь о трещотках. Их можно делать из чего угодно. С помощью таких трещоток можно расшевелить болезнь и выгнать ее из своего укрытия на поверхность тела больного. Больному должно быть тепло, спокойно и комфортно. Если не создать этих условий, то напряжение нервной системы не позволит расслабиться ни тебе, ни ему, а энергия заболевания останется зажатой в мышцах и органах.

– Все понятно, Брухо. А что ты скажешь насчет освещения? Судя по всему, обыкновенный электрический свет не подойдет?

– Электрический свет будет только бить в глаза и раздражать. Вспомни ощущения, которые возникают при естественном освещении с помощью костра, печи или просто обыкновенной свечи. Когда в комнате во время сеанса присутствует натуральный огонь, то его также можно использовать в качестве дополнительного помощника. Огонь свечи также должен быть твоим помощником. Позаботься об этом. Оптимальный вариант, если ты самостоятельно будешь готовить не только все свои инструменты: трещотку, всякие емкости, но и средства для ароматизации, свечи и все остальное тоже. Это необходимо, чтобы все твои инструменты были твоими союзниками. Они должны стать твоим продолжением, и ты это должен непосредственно чувствовать каждое мгновение. Огонь – это твое тепло, кровь, жизнь. Свет, исходящий из огня – это продолжение твоего зрения в астральную область. Ароматические средства, которые имеются в магазинах, способны помочь при различных медитациях, но тебе они не помогут, а будут только сбивать настройку сознания. Их ты должен найти самостоятельно или они сами должны тебя найти. У каждого шамана могут оказаться в помощниках различные ароматические растения и вещества, но все они в итоге должны приводить его к одному нужному результату.

– Ты знаешь, Брухо, я иногда замечал, что живой огонь создает ячеистую структуру. Он словно разбивает наше пространство на отдельные фрагменты.

– Вполне возможно. Хорошо, что ты это так воспринимаешь. Ведь именно в этой функции и заключено дезинфицирующее действие огня. Он строит границы для передвижения болезнетворных энергий. Поэтому, если присутствует огонь, как твой помощник, то болезненные энергии не расплываются в пространстве. Они не могут привольно передвигаться, куда им захочется, а, попадая в сети огня, застревают в этих ячейках. Во всяком случае, огонь мешает им двигаться с большой скоростью и это позволяет выиграть время.

– Я, кажется, начинаю понимать, Брухо, что именно ты имеешь ввиду, говоря о подготовительном этапе. Мне сейчас показалось, что я уловил это. Болезнетворная энергия для человека, находящегося в обычном состоянии сознания, не имеет своих ни размеров, ни пределов, ни границ, ни каких ощущений вообще! Но с помощью специальных подходов, хитростей и приспособлений, мы проявляем образ энергии болезни. Мы выделяем ее практически из пустоты!

– Примерно так, Эрис. На первых этапах осознания энергетических болезнетворных структур, да, хотя и не только болезнетворных, нам бывает трудно научиться создавать структуры для любой энергии. В первую очередь для этого процесса необходимо понимание, осознание сути образования любой активной энергии. Напоследок, Эрис, не забудь о том, что мешочки, куда ты поместишь болезнь, будут очень заразными для тебя, а также для тех, кому лично ты их даешь. Будь внимательным. Ну, наверное, для тебя достаточно на сегодня информации. Прохладно становится. Скоро вечер. Пойдем отсюда.

Я осознавал, что день прошел с пользой, но все же я чертовски устал. Следующая встреча с Брухо состоялась примерно через полгода. Все это время я опробовал на практике полученные знания.

Нора духа

Недели через две, после знаменательной поездки в метро с Брухо, мне удалось прийти в себя от этого потрясения. Полученные знания улеглись в моей голове так, что я был готов к экспериментам по экзорцизму. Иначе я не могу назвать подобные действия по устранению духов-заболеваний. Первым делом, надо было тщательно продумать весь ритуал действий, подобрать необходимый материал так, чтобы это можно было бы применить на практике лечения больных. Мне хотелось не устранять мистический элемент совсем, а оставить некоторые моменты на поверхности понимания своих будущих пациентов. Для первых опытов я подобрал несколько сортов табака. Для каждого сорта сшил маленькие мешочки и привязал к каждому такому мешочку длинные нитки. Уж очень не хотелось ловить этих сущностей руками. Все же я нарушил рекомендации Брухо и зашел в специализированный магазин, чтобы найти там готовую ароматическую смесь, но так ничего и не смог подобрать. Некоторые запахи меня просто раздражали, к другим я оказался полностью равнодушен. В целом, ни одна уже готовая смесь меня совершенно не удовлетворила. В итоге, я обратился к своей памяти и начал припоминать запахи и ароматы, которые вызывают во мне специфические настроения. После проведенного анализа я остановился на еловой коре. Как мне показалось, она не мешает заниматься структурированием энергии, создает при этом необходимый туннель или дорогу для продвижения сознания, позволяя уплотнять его для формирования необходимых оболочек.

Со свечами я разобрался очень быстро. Достаточно было взглянуть на них, как сразу же все становилось ясно и понятно. В итоге, я отказался от всяких навороченных свечей, а купил самые простые свечи в хозяйственном магазине. Там они оказались индифферентными энергетически и могли поместить в себя мою личную информацию. Они с легкостью впитали все задачи, которые я на них возложил. Трещотку я самостоятельно сделал из куска пустотелого ствола сосны. Внутрь нее положил косточки вишни, а с торцов приклеил спилы дуба. Звук получился странным: и приглушенным, и звонким одновременно. Он был проникновенным и запоминающимся. Достаточно было потрясти пару секунд, а затем можно было в точности повторить эти звуки в своем воображении. Это было похоже на песню или рассказ со своими запоминающимися особенностями.

Не забыл я и о внешней атрибутике. Хотя Брухо об этом не говорил, но это так же, наверняка, было необходимо для практической работы. Я сделал себе несколько талисманов из найденных в лесу кусочков коры, веток и шишек. Это не были сильные талисманы, но на первых порах их было достаточно для создания «порога» осознания.

Как только я был готов к своему первому опыту, судьба сразу же предоставила мне случай на практике испытать свои знания.

Молодой мужчина последние лет десять страдал радикулитом, причем первые признаки этого заболевания появились еще в юности.

Боль отдавало в бедро, то схватывала, то отпускала, крутила и тянула. При этом он заметил характерную особенность обострения своего заболевания. Это происходило каждый год в конце марта-начале апреля, в конце сентября, а иногда и летом. Но весной и осенью – обязательно.

В общем, мои друзья врачи сосватали меня этому молодому человеку. Сказать честно, но лечить мужчин – не моя прерогатива, но делать нечего, пришел и, разложив свое оружие, приступил к действию. В итоге мне удалось выгнать звуком трещотки несколько энергетических животных, похожих на кроликов. С явным удовольствием они залезли в мешочки с табаком, которые я сразу унес из дома. Сложности в первом моем опыте были на всех этапах без исключения, но особенно мне досталось, когда я нес весь этот зараженный материал с заполненными табачными мешками. Та самая психологическая граница между энергетическими болезнетворными животными и моим сознанием быстро истощилась. Брухо тогда говорил, что соблюдение этой границы очень важно, чтобы самому не заболеть и не навлечь несчастье. Возможно, та установка, которую он проделал, вызвала во мне подъем энергии страха, и я не усвоил ее как следует. Поэтому, по дороге к месту захоронения болезнетворных остатков, на меня напал ужас. Наверняка это было влияние болезней из мешков. Проходя вдоль оживленной трассы, я чуть было не попал под машину, затем, было еще несколько не приятных моментов, о которых рассказывать просто не хочется. В конце концов, я добрался до намеченного места и закопал мешочки в корнях ели. После того, как закопал болезни, мои неприятности не закончились. Пока я нес эти мешки, болезни полностью уничтожили психологическую границу. Энергетическая оболочка моего сознания, которой я ограничил болезнетворную энергию, истощилась. Поэтому было крайне сложно забыть о болезнях, представить, что их уже и нет, и просто осознать, что я их похоронил! Но, как говорится, первый блин комом!

На следующий день я зашел к своему пациенту и расспросил его о болезни. Он отметил, что стало значительно лучше. Это было моей первой победой.

Впоследствии через полгода у него вновь произошло обострение. Я так же насобирал из него кроликов: трех больших и с десяток маленьких; и обострение прошло после первого сеанса.

Было интересно то, что после моих сеансов, болезнь все же возвращалась через некоторое время. Однажды я особенно тщательно осмотрел больного и обнаружил в этот раз огромное количество энергетических ходов, похожих на норы. Тогда мне стало понятно, почему я вытаскивал из него именно кроликов. А, зная особенность строения нор этих животных, мне стало ясно, почему мне не удавалось полностью вылечить этого человека. Наверняка некоторые крольчата оставались в самых дальних лабиринтах костной энергетической системы больного. Они или не чувствовали запаха табака и звука трещотки или были еще очень маленькие, чтобы реагировать должным образом. Мне удалось узнать у этого молодого человека, о том, что его отец любил охотиться на этих милых животных. Видимо, однажды, вернувшись с охоты, его отец и принес своим родным вместе с добычей энергетические следы боли. Они поселились в самом беззащитном члене семьи – в его сыне, и со временем преобразовались в соответствующее заболевание. Так вот они отомстили этому охотнику.

Тяжелая болезнь

Многие болезни довольно легко поддавались моему воздействию. Особенно, если это были острые заболевания, а не хронические. И еще важен возраст пациента, но не в том смысле, в котором привыкли понимать это обстоятельство. Когда мы говорим о возрасте, то считается, что у молодых хорошая иммунная система или повышенная сопротивляемость. Нет, в данном случае, играют важную роль другие факторы. Это в первую очередь строение психики, состав и структура сознания.

Оказалось, что чем моложе человек, тем более пластичная у него психика и тем лучше удается структурировать энергию его заболевания. А чем четче удастся структурировать болезнь, т.е. собрать ее воедино со множеством особенностей, тем полнее удастся ее убрать в волшебный мешочек. Оптимальный вариант – это лечение таким способом детей! В их сознаниях проделывать структуризацию легко и просто. Хотя бы даже по тому, что они не сопротивляются этому процессу. При структуризации их болезней очень часто удается ощущать многие дополнительные признаки заболеваний, допустим, такие как физический вес самого заболевания или звуки, производимые болезнью.

И все же, нельзя не признать тот факт, что многие болезни оказываются достаточно обширными и для их структуризации необходимо колоссальное сосредоточение и шамана, и самого больного. Но участие больного, как правило, оказывается весьма ограниченным. Болезнь охватывает максимальную часть его психики, не позволяет сосредоточиться и мобилизовать волю для борьбы с заболеванием.

Встретившись с очередными трудностями в этой области, я вновь решил искать встречи с Брухо, чтобы решить возникшие проблемы.

Спустя несколько дней мы опять встретились в городе. Он приехал за кое–какими покупками и позвонил мне. Была глубокая осень. Временами шел снег. На скамейке при таком холоде не посидишь, поэтому мы пару часов нарезали круги по дорожкам осеннего парка, а я рассказывал ему о своих успехах.

– Да, Эрис, ты сам понял, что тот способ лечения, который ты освоил, быстро себя исчерпал. Особенно, когда дело касается более-менее сложных заболеваний. Теперь тебе надо найти себе активных помощников.

– В каком смысле, Брухо? У меня есть дух волчицы.

– Нет, Эрис, тот дух пришел к тебе совсем иначе. Здесь надо специально искать тех, кто сможет помогать тебе именно в лечении.

– А разве это возможно?

– Если бы не было возможно, то я и не начинал разговор на эту тему. Но сейчас ты еще не готов к самостоятельному поиску. Для начала, тебе надо войти в мир деревьев. Это будет хорошим уроком для дальнейших шагов.

– Как же мне войти в их мир, Брухо?

– Я не знаю как. Но я уверен, что у тебя все получится.

– А почему именно деревья?

– Деревья имеют огромный вес в физическом смысле, их энергия схожа с энергией животного мира и по этим причинам они могут оказаться замечательными помощниками. Подумай, Эрис, не надо задавать мне кучу вопросов. Все равно это кроме тебя никто не сделает.

Я понял, что дальше пытать Брухо нет смысла. С одной стороны, он ничего мне конкретно не сказал, но в то же время, я осознал, что мне это под силу.

Божественные деревья

Задача была поставлена, и ее необходимо было решить. Первым делом я пересмотрел всю возможную литературу. В итоге, я нашел лишь упоминание о том, что некоторые целители используют для лечения куски деревьев. Они их выпиливают и прикладывают к болезненным местам у пациентов. Все это называется дендротерапия. Пытался найти данные о лекарственных свойствах, но в итоге, понял, что все это полная чушь. Брухо был прав, сказав, что мне самому надо найти дорогу в мир деревьев.

В свое первое путешествие на поиски входа в мир деревьев я взял пилу, маленький топорик, нож, и еду на всякий случай, если путешествие затянется. Погода в намеченный день была хуже некуда: временами холодный дождь сменялся мокрым снегом, было ветрено и жутко холодно. Моя внутренняя дрожь была порождением холода и странной тревоги, возникшей от неверного осознания природы.

Глядя на лезвие топора, я в глубине души начал понимать, что никогда не был рядом с этими великанами. Я мог раньше подходить, дотрагиваться до них, но никогда не мог найти, ни малейшего отклика в своем сердце. В один момент почувствовал всю полноту самообмана. Эта пила, топор. Брать их или нет? В конце концов, взять – не значит применить. Вдруг, придется костер разжигать?

Лес шумел от ветра. Скользкая тропинка была завалена мокрыми разноцветными листьями. Тут я понял, что надо сойти с тропы. Это чужая тропа, ее проложили люди. Я свернул в лес и пошел новым путем. Чувство страха, неизвестно откуда взявшееся, не позволяло мне сосредоточиться.

Начинало темнеть. По моим подсчетам, где–то рядом была моя дача. В километре от нее вырубка. Минут через десять я вышел на вырубку. Десятки деревьев были повалены друг на друга. Зачем я сюда пришел? Хотел, было напилить веток и разжечь костер, но наступали сумерки и поэтому решил дойти до дачи, чтобы там заночевать. Уже в полной темноте я открывал ключом калитку. Слава богу! Добрался! Ни понять, ни осознать мир деревьев мне в этом походе не удалось. Странно все это. Из последних сил я растопил печь, налил себе в стакан коньяка и сел у печи. Бутерброды пригодились. Что может быть лучше, этих минут? Огонь бушевал в открытой дверце, постепенно превращая поленья в раскаленные уголья. От огня шло тепло, а коньяк сглаживал углы моего нервозного состояния. Меня разморило, я лег в кровать и моментально уснул.

Было тепло… Потрескивание углей, постепенно превратилось в какое–то щелканье.

Я спал и думал, что это за звуки? Они напоминали мне шум воды, которая ударялась о кафельный пол душа.

Я открыл глаза и действительно обнаружил себя стоящим под горячим душем. Это была баня. Эх! Люблю постоять под душем и посидеть в раскаленной парилке. Ни с чем не сравнить чувство легкости и чистоты после этого. Когда стоишь под душем, то представляешь себя стоящим под водопадом. Сильные струи с шумом бьются о тело, вокруг ничего больше не слышно кроме далеких приглушенных голосов моющихся людей. После бани идешь и дышишь каждой клеточкой! Красота! Вот и сейчас, стою под водопадом горячей воды, наслаждаюсь теплом и забываю о скучных днях прошедшей недели.

Струи, разбиваясь об пол, разлетаются на тысячи осколков. Если бы я был архитектором, то разместил бы душ в бане прямо над скамьями, чтобы можно было лежать под этим горячим ливнем, спать и видеть необыкновенные сны. К сожалению, я не архитектор, поэтому приходиться дремать стоя. Все вокруг окутано паром, и все звуки доносятся издалека, глухо, как сквозь толщу воды. Именно в такие мгновения мир для меня становится прекрасным. Но как только выхожу из-под душа, все очарование пропадает: в течение всей недели мне придется вновь и вновь задыхаться от размеренности и безысходности этой жизни.

Тут мое внимание привлек человек, на теле которого были странные татуировки. Располагались они тоже не совсем обычно – на суставах.

–Надо же, – подумал я, – чего только не увидишь во сне.

– Что, заинтересовались? – спросил незнакомец. – Не удивительно, многие спрашивают. У меня двенадцать больных суставов и на каждом нарисована татуировка. Мне их один чудак нарисовал. Как это ни странно, действует! Суставы не болят!

– А кто он такой? Художник? – спросил я.

– Вроде бы художник. Вообще-то он странный. Все жители его зовут колдуном. Сказать честно, иногда жалею, что дал себя изрисовать: в бане спокойно не помоешься, смотрят. Но в то же время раньше из дома не мог выйти, так сильно болели суставы, а сейчас совсем забыл о болезни.

– Значит, эти рисунки действуют как лекарства? – переспросил я.

– Именно так.

– А можно рассмотреть поближе?

– Смотрите. Собрав всю силу в своем сновидении, я старался разглядеть их. Они ни на что не были похожи.

– Вы сами знаете, что они означают? – задал я еще один вопрос.

– Нет, не знаю, – немного поразмыслив, ответил незнакомец. – Мне главное, чтобы болей не было.

– А вы не могли бы познакомить меня с вашим «колдуном»?

– Пожалуйста, если хотите, он тут живет недалеко. Его зовут Илия.

– Спасибо, мне действительно интересно с ним познакомиться. Я попросил незнакомца показать мне дом Илии.

И вот я уже звоню к нему в дверь. В скромно обставленной прихожей меня встретил невысокого роста человек. Короткие седые волосы, строгие волевые черты лица и проницательные серые глаза указывали на жесткий и суровый нрав этого человека. Во всяком случае, мне так показалось вначале. Он протянул мне свою руку и сказал:

– Илия.

– Странное у вас имя.

– Мне его Отец дал.

– А меня просто Эрис, – сказал я, пожимая небольшую, но крепкую ладонь Илии.

Я снял пальто, Илия проводил меня в комнату. Первое, что поразило меня в этой комнате, это обилие картин странной тематики. На них были изображены орнаменты.

Мы сели в кресла рядом с журнальным столиком. Илия достал небольшую бутылку коньяка и две рюмки.

– Холодно на улице, Эрис?

– Да, наверное, уже мороз.

– К утру усилится, – сказал Илия, отпивая из рюмки красную жидкость. – Ты сказал, что тебя интересует содержание тех лечебных татуировок? А зачем тебе это надо, Эрис?

– Не знаю, но сегодня там, вне сновидения, я искал смысл зеленых великанов.

– Ты о деревьях?

– Да, мне без них нельзя. Очень сложно лечить людей без настоящих помощников. Среди людей их не найти и поэтому Брухо направил меня искать смысл деревьев.

Илия надолго задумался после моих слов.

– Ладно, Эрис, так и быть, попробую тебе помочь, но сначала скажи, как ты относишься к деревьям?

– Я люблю на них смотреть. Особенно осенью, когда каждое дерево наряжено, словно елка в Рождество.

– Эрис, все дело в том, что я люблю эти создания. Того незнакомца, которого ты встретил, я вылечил, нарисовав на нем двенадцать тополей.

– Но, Илия, те рисунки не похожи на деревья!

– Конечно, не похожи. Если делать похожими, пришлось бы рисовать их в натуральную величину. Я рисую их суть. Это главное. Каждое дерево – это тайна. Если пишу «еловый лес», настроение становится мрачным, а если позирует «цветущая липа», то становится тепло и весело. Я научился улавливать и изображать суть любого дерева. Посмотри на все мои картины. На всех изображены деревья. Это их портреты. Мое любимое дерево – это Липа. Однажды, в момент вдохновения, мне удалось проникнуть в самое сердце этого удивительного создания. Что ты думаешь, я увидел? Сердце Липы оказалось похожим на теплый оранжевый шар! Когда на него смотришь, испытываешь блаженство и умиротворение, насквозь пропитываешься солнечной энергией. Эта энергия придает силу и возвращает веру. Тополь – тот совсем другой. Он сразу втягивает в свой мир так быстро и неожиданно, что становится страшно. Его сердце – водоворот, поэтому он и забирает нашу боль. Тот человек, которого ты, Эрис, встретил в бане, страдал от артрита. Он сам заметил, что во время прогулок по тополевой аллее его боли проходили. Ему сложно было днем и ночью гулять под тополями, и он попросил у меня совета. Тогда я предложил ему сделать татуировки по моим рисункам на всех двенадцати суставах, которые периодически его беспокоили. Теперь его любимые тополя всегда с ним и помогают ему. Такое лечение показано далеко не всем. Для того, чтобы нарисованное дерево продолжало работать уже в виде рисунка, его надо любить. Иначе, все окажется бесполезными каракулями. Смотри, Эрис, это портрет моей знакомой Липы.

Илия указал на картину с изображением оранжевого шара. Открыв глаза, я стал наблюдать, за этим оранжевым солнцем и оно постепенно превратилось, в пылающие угли в печи… Было тепло, невероятно хорошо и спокойно. Теперь я точно знал, кто такие деревья.

Утром выпал снег. Деревья в саду стояли в снегу. Наверное, мой сон продолжался и теперь.

Не знаю, откуда, но я услышал слова – Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил? – Это были последние слова, после которых я полностью ушел из своего сновидения, вновь оказавшись в нашей холодной и жестокой реальности.

Несколько дней я размышлял над своим сновидением. Мне удалось вспомнить и зарисовать те рисунки, которые я видел на человеке с больными суставами. Как–то вернувшись на вырубки, я нашел поваленный тополь и начал тщательно его осматривать. Когда я посмотрел на его спил, то увидел точно такой рисунок, что и у незнакомца на теле. Черный пятиугольник! Вот, что Илия называл «водоворотом»! С этого момента мои дела пошли в гору. Я раскрыл смысл своего сновидения. Найдя, таким образом, формулы основных деревьев, я решил встретиться с Брухо и рассказать ему об этом.

Мороз сковал воздух, но в доме было жарко. Мы с Брухо сидели за столом на моей дачи и пили чай. Рассказав о своих успехах, я ждал, что на все это ответит Брухо. Он, по всей видимости, не спешил и тянул время или просто не мог сформулировать ответ. Хотя, это меня не особенно тревожило. Чай был невероятно вкусным и легко компенсировал молчание. Вот, наконец-таки Брухо вроде бы собрался с мыслями:

– Эрис, ты представляешь, с кем ты встретился?

– С Илией.

– Илия – тот, который в библии, а цифра двенадцать – тоже не случайность. Не случайность и эта ассоциация с водой, а слова, которые ты напоследок услышал: «Боже Мой, Боже Мой! Для чего Ты Меня оставил?», Эрис, это был именно тот Илия, вне сомнений. Тебе повезло, да нет, ты просто молодец, но ты нашел пока что только знаки деревьев. Поработай с ними для начала. Может, так и лучше, но потом, обязательно тебе надо будет найти дух дерева-помощника! Со своими символами деревьев ты далеко не уйдешь, но попробовать их применить необходимо. Продумай этот вопрос. А чай у тебя отличный. Варенье сам варил?

– Нет, варенье варят родители, а я так, в основном занимаюсь дегустацией.

– Ну, что же, передай им, что варенье замечательное.

– Обязательно, Брухо, передам. Вот только как мне работать со знаками деревьев, как ты думаешь, с чего начать?

– Ты, Эрис, давно уже начал, вот и продолжай. Добавь к прежнему методу лечения эти знаки, посмотри, понаблюдай, что из этого выйдет. Найди породы, наиболее подходящие для лечения, а затем… а затем, мы с тобой уже говорили, что делать дальше.

После этой встречи начался период разработки символического лечения. Хотя, называть его символическим было бы не совсем правильно, так как на рисунках я старался изображать индивидуальные черты конкретного дерева. Взять, к примеру, тополь. Если сделать спилы с маленьких веточек двух тополей, то их знаки будут иметь заметные отличия, сохраняя при этом основные общие для этого вида черты черного пятиугольника. Именно такие индивидуальные отличия, отраженные в рисунках, делали мои зарисовки живыми и поэтому – действенными. Практическая работа в этом направлении продвигалась сложно. Процесс лечения занимал много времени и сил. До «тату» на телах больных дело не дошло, но, тем не менее, я рисовал знаки на коже чернилами. Эстетически выглядело это не очень хорошо, а сохранить при этом индивидуальные черты деревьев было практически невозможно. Пробовал наносить рисунки на майки, но и это в итоге не принесло должного результата. До Илии мне далеко. Возможно, все дело в наблюдательности и опыт придет со временем? Я вспоминал рисунки знаков деревьев на картинах Илии. До чего же они точно передавали индивидуальность своих натур! Глядя на них, я с легкостью представлял целиком все дерево, его особенности и пристрастия. Некоторое время я пытался применять плашки от деревьев, но это меня окончательно разочаровало. Результаты были подчас просто не предсказуемыми. Одна и та же плашка независимо от размера действовала каждый раз в очень большом диапазоне. Непредсказуемость, сложность в управлении процессами, трудность технического осуществления такого лечения – вот главные минусы лечения знаками деревьев.

Таким образом, я зашел в тупик. Пришлось согласиться с Брухо о необходимости поиска духов деревьев. Роспись по коже мне изрядно надоела.

Поиск Духа–помощника

До конца декабря я никак не мог подготовиться к путешествию на поиски духов-деревьев. Но, в конце концов, я почувствовал, что готов. В любом случае, до Нового года надо было решить эту задачу.

И вот я иду. Снегу в лесу, наверное, по колено, а то и еще выше. Зачем мне все это? Тем не менее я пошел к лесу. Именно там по моим расчетам и растут деревья. По пути к лесу в меня постепенно вселялась уверенность, что сегодняшний день будет не простым, но очень плодотворным. Шаг за шагом я начинал входить в уже знакомое мне ранее состояние.

Постепенно я превращался в облако и становился свободным. Мне становилось легко и тепло. Ноги стали резиновыми. Я шел, не чувствуя усталости. Краем глаза я заметил рядом с собой волчицу. Я ее уже видел раньше. Это Мори. Я полностью отдавал себе отчет в том, что все это мои грезы, но они были слишком реальны, чтобы не увлечься этой игрой.

– Поиск духов продолжается, Эрис, – сказала волчица.

– Наверное, Мори, мне предстоит необычная охота?

– Это так, Эрис. Это охота за знанием, охота на Духов.

– Ты со мной, Мори?

– И да, и нет. Я всего лишь твой дух–помощник, но искать новых духов – это твое дело, шаман.

Впереди, темнел лес. С неба посыпался снег. В моей душе стояла немая тишина, и на фоне этой тишины я слышал слабый голосок: зачем тебе это надо, Эрис? Пошли все это к черту. Ничего этого не существует. Это все твои фантазии. Это все твои фантазии! Это все твои фантазии!

– Тихо! – это был уже мой голос. Кричать во все горло «тихо» посреди заснеженного поля, это ли не сумасшествие?

– Эрис, не бойся, тебе нельзя бояться, – поддерживала меня Мори – иди, иди вперед. Ты должен найти Духа!

С этими словами, Мори понеслась что есть сил к лесу. Я видел своими глазами, как она летела над полем.

«Ты должен найти Духа, Эрис!» – звучали во мне ее слова. И я шел. Шел наперекор всяким разумным объяснениям, зачем и кому все это надо? Это надо мне, ведь я – шаман. Я шаман! Мори! Я шаман!

По мне побежали теплые волны энергии. Еще немного и я сумел оторваться от этой изматывающей дороги и полетел вслед за исчезнувшей Мори. Трудно сказать, как это у меня получилось. Быть может, это время изменило свой ход, и я просто не замечал больше ни усталости, ни времени, ни расстояния?

Стало быстро темнеть. Сумерки зимой надвигаются очень быстро. Особенно, когда небо затянуто облаками и идет снег.

Вот и лес. Мори сидит у ели.

– Эрис, для обычных людей, поиск духов – бесполезная трата времени, но для тебя это не просто важное занятие. Ты долго готовился к этому моменту. Не день, не два, а год! Вся жизнь твоя – это поиск дороги к духам. Если ты сможешь познакомиться с духом, значит, ты достоин его по силе. Шаману без духов делать абсолютно нечего. Он ничего собой не представляет, но только сильным могут помогать другие. Слабых отвергают все, не только духи, но и люди.

– Я чувствую, что сегодня я обязательно его найду, Мори.

Я вошел в лес, а Мори осталась на опушке ждать моего возвращения. Снег перестал валить, и небо очистилось. Где-то горел закат. Я видел, как огненные сполохи осветили на какое-то мгновение верхушки сосен. Мороз усиливался. Я хорошо ориентировался в этом лесу и совсем не боялся заблудиться даже в полной темноте. Теперь, я вроде, как и в реальном мире, но в то же самое время, эта реальность меня покидала с каждым часом все больше и больше. Я шел по колено в снегу, размышлял и тем самым отвлекался от тяжелой дороги. Прошло около часа. Точно не знаю, да и часов у меня с собой не было. На небе стали зажигаться звезды, оно становилось, синим и холодным. Мороз настойчиво пытался вернуть меня в нормальное состояние и почувствовать реальную опасность просто замерзнуть в этом лесу. Тогда я повернул и пошел обратно. Уже было совсем темно, когда я оказался на опушке леса. Я слишком устал и решил хоть немного отдохнуть. Минут за двадцать мне с трудом удалось разжечь костер. Присел около тополя и, прислонившись спиной к холодному стволу, стал смотреть на огонь. Вдруг, я почувствовал, что кто-то смотрит на меня. Нет, показалось. Наверное, птица или зверек из леса прибежал на огонек. Прислонившись щекой к холодному стволу дерева, на мгновение закрыл глаза. И тут я увидел озорные глаза, которые смотрели на меня со ствола этого дерева. Я прислонился не к коре, а к самому настоящему странному озорному существу с глазами-бусинками. Это был дух, которого сегодня так долго искал.

– Здравствуй, Дух дерева.

– Здравствуй, шаман, Эрис. Я знаю, ты пришел за мной. Ну, так вот, ты справился со мной. Отныне я твой дух-помощник Кун.

Зверек соскочил со ствола и устроился у меня на коленях. Тут же рядом оказалась Мори.

– Ну, как, Эрис, неплохо прогулялся?

– Да, Мори, охота оказалась удачной, – ответил ей, гладя невероятно мягкую и блестящую шерстку моего нового помощника.

Я молчал и смотрел на огонь. Духи тоже молчали. Наверное, им, так же, как и мне хотелось привести в порядок все свои мысли.

Мороз усиливался. Сумерки опускались на лес. Было уже поздно. Я притушил костер, попрощался со своими помощниками и попросил их не провожать меня, а оставаться греться у углей.

– Сегодня будет холодная ночь, оставайтесь здесь.

Перейдя поле, я оглянулся назад. На опушке виднелся слабый огонек костра, над полем повисли белые звезды, а месяц освещал ночной простор.

Я знал, что этой ночью мне предстоит еще встреча с моими духами в сновидении. И это было замечательно. Замечательно, что ночью можно жить полной жизнью, такой же полной, как и днем. Кто может позволить себе такую роскошь, как не шаман?

Работа с духом тополя оказалась просто удовольствием. Отпала необходимость в мешках с табаком, так как значительно увеличилась психологическая граница с болезнью. Тем не менее, пациента так же было необходимо вводить в состояние транса. И это было обязательным условием и непременным залогом успеха. Пациент должен был непосредственно увидеть болезнь или хотя бы почувствовать ее присутствие, ее движение, ее физический вес. Я входил в это состояние и затаскивал туда вместе с собой больного. Принцип был тот же, что и тогда в метро, когда Брухо показывал мне болезни. Вначале я предлагал пациенту лечь, затем отыскивал болезнь. Если она не показывалась, то с помощью трещотки поднимал ее с лежки. А дальше, когда я ее начинал видеть, то просто-напросто комментировал все ее передвижения, вводя при этом пациента в то же самое состояние. Как только больной начинал явно чувствовать или видеть болезнь, я выпускал Куна. Он мгновенно находил заболевание и выгонял болезненную энергию из пациента.

Су – Джок

С утра на своей даче я разгреб дорожки от снега, подготовил место для стоянки автомобиля Брухо, затопил печь. В общем, приготовился к приему гостя. Каждая наша встреча была подведением итогов прошлых опытов и началом нового этапа. И на этот раз я был готов к новым переменам.

Кажется, кто-то подъехал. Я посмотрел в окно – точно, Брухо.

– Вот, он, северный житель! Здорово, Эрис!

– Привет, Брухо! Как доехал?

– Ты и сам знаешь, – ответил Брухо и рассмеялся. – Снега по колено. Это ведь не Мексика, где постоянно ходят в одних рубахах. В нашей полосе зима – это зима и никуда от этого не денешься. Остается только прятаться за толстыми стенами и греться у печи. А дороги, тем более, такие как к тебе, на отшибе – просто завалены снегом.

– Но, Брухо, я не думаю, что Хуан, при случае, не посетил бы этот северный уголок.

– Ты прав, Эрис, здесь, порою, еще почище вещи творятся.

Брухо снял с себя свой тулуп, и я пригласил его к столу.

– О, Эрис, да я вижу, ты обзавелся самоваром?

– Да, стараюсь соответствовать нашим северным широтам.

– Ну, а что нового, Эрис, на шаманском фронте? Освоил работу с живыми духами-помощниками?

– Вроде бы да, но Брухо, это тоже не дело. Сам подумай, всякий раз собираться и идти к больному. Это надо подобрать время, доехать… Куча неудобств. Что-то надо делать.

– Ты намекаешь на дистанционное лечение? В этом есть соль. Надо подумать. И простые колдовские варианты для тебя здесь не подойдут. Ты ведь у нас интеллектуал!

– Да, ладно тебе, Брухо. Какой из меня интеллектуал?

– Это в том смысле, что твоей изощренной психике примитивные подходы не подходят.

– А это хорошо или плохо?

– Это не важно, Эрис. Главное тут результат. Разве не так? А насчет дистанционного лечения с применением всех прошлых наработок я могу предложить тебе покопаться в своих извилинах и вспомнить…

– Что же я могу вспомнить, Брухо?

– Вспомни. Как–то ты обмолвился об одном способе лечения, который ты когда–то практиковал.

– А, это ты про Су–Джок акупунктуру?

– Именно про нее.

– Брухо, ты что, решил предложить мне опять достать иглы? Уж слишком много боли от этого лечения. По сути, в большинстве своих вариантах, здесь присутствует чувство боли. А мне очень не хочется предлагать пациентам испытывать каждый раз боль, хоть какую. Сам метод не плох, я согласен. В первую очередь – он очень наглядный, а от этого – доступный и понятный всем. И результаты неплохие, но боль портит все.

– Здесь, Эрис, и есть ответ на твои вопросы. Подумай, как следует. Я уверен, что ты найдешь способ использовать Су–Джок для шаманского лечения.

Зная характер Брухо, я не стал его пытать, так как понимал, что все мои усилия будут бесполезными. Придется опять самому искать ответы.

Что дальше? Дальше пили чай и говорили о структуре понимания некоторых вещей в целительстве, после чего в моей душе впервые зародились сомнения вообще о необходимости занятий в этой сфере.

Время пролетело быстро. Небо постепенно затягивали облака. И вот, Брухо уже греет мотор своей машины. Еще несколько минут и огни Брухо скрылись за пригорком. Я остался один. Поле, пустое заснеженное поле. Обожаю эту бездонную грусть своего края. Здесь даже умереть нельзя. Вот смотрю на горизонт и осознаю, что я уже умер.

Пустой дом, натопленная печь, неубранный стол. Я достал лыжи и решил хоть немного прогуляться. Муть, поднявшаяся в моей душе, медленно оседала на дно в виде черных колючих кристаллов. От этого становилось еще тяжелее. Только измотав себя окончательно, в полной темноте я вернулся в дом.

Раздевшись, подбросил дровишек и поставил чай. Тоска нарастала. Откуда она? Да, конечно, откуда она еще может быть. Нужен был друг, который смог бы мне помочь выйти из этого лабиринта нахлынувших чувств. Пришлось обратиться к мухомору за помощью. Их у меня было несколько сушеных шляпок на всякий случай. Редко, но все же бывало, что он погружал меня в прошлое. Я и сейчас хочу туда, в то далекое несбывшееся прошлое, чтобы стать увидеть его со стороны, а то и стать непосредственным его участником.

Холодно. Очень холодно. А может, это только кажется после мягкого октября?

Голые деревья закоченели, обманутые белым Солнцем. Их кровь вмиг застыла и превратилась в стекло. Ну, кто после такого обмана сможет вновь ожить? Их предали и теперь с каждой весной, Солнце будет развертывать их листья только для себя. Лишь сосны сияли и звенели иглами-саблями. Они знали заранее о холодах и уже давно были готовы отстоять свое право жить.

Яркое голубое небо, высокое и непостижимое, одинаковое и обманчивое, кружило голову и отнимало память.

Она смотрела вверх на далекие кроны высоких сосен, а ее руки лежали в теплых карманах его пальто. «Тот самый ветер» стряхнул с далеких зеленых иголок снежную пыль. Она медленно падала вниз и ложилась на ее длинные ресницы. Он стоял рядом и не верил, что такое возможно в его жизни. Время останавливалось. Он чувствовал, как оно замедляло свой бег. Вот оно уже полностью исчезло, как понятие и как физическая величина.

Времени больше не было, и прошлого больше не было, и будущее стало безразлично. Тишина, и только ее глаза, устремленные вверх, только ее дыхание, только тепло, которое исходило от ее припухших губ.

А голова кружилась, и снежинки не таяли у нее на ресницах, время было неподвижно, только ее губы были все ближе, и горячей становилось на сердце.

Сон. Это был лишь сон. Этого и не могло случиться здесь, на этой промерзшей Земле под холодным Солнцем. Это было из другой жизни, но из какой? Эрис подошел к темному окну, за которым бушевала метель. Да, это был сон, подумал он.

– Это был сон, это был сон, – кричали разноцветные маски. Их лица искажались от этой боли или от той разности во времени, которая разделила два сердца. А они бешено бились, словно пытаясь сказать: нет, это, неправда, мы по-прежнему вместе!

Шаман был уверен, что все это было, и он может в любой момент повторить все это. Он действительно мог повторить эти мгновения и даже остаться там навсегда, чтобы смотреть в ее глаза, но только во сне.

В доме было тепло. Шаман сел и долго смотрел на переливы огненных углей. Легкое пламя скользило по ним.

– Все это так далеко, – думал он. – В какой своей жизни я видел все это? И где теперь она? Шаман подбежал к двери, распахнул ее и крикнул в снежную ночь: «Где ты!». Ночь и метель поглотили его голос. Он был сильным, но мир был намного сильнее, и от этого в его душе поднималась ярость. Он выбежал в это белое поле и волком понесся к далекому лесу, чтобы охладить закипающую кровь. Он бежал по крепкому насту, глаза горели зеленым огнем, дыхание вырывалось и тут же застывало в звенящем морозном воздухе. Вот он, лес. Вот они, сосны. Облака расступились, и на мгновение вышла белая луна.

– Ээээээуууууу!

Крик прокатился над лесом.

– Еще одна жизнь без любви, – прошептал шаман и прислонился спиной к смолистому стволу.

Я жму на педали своего велосипеда и вновь мчусь навстречу осени. Осень – мое самое беспокойное время года. Именно осенью в мое сердце внедряется это странное чувство. Осень бежит мне навстречу. Она слышит мой голос и с радостью готова заменить своей свежестью то, к чему стремиться моя душа.

Приближение осени ощущается как тревога и беспокойство, но вместе с тем, я чувствую приближение вдохновения. Значит, дух любви где-то рядом. Он уже выбрал меня своей жертвой.

По пути, в моей памяти всплыла из глубины воплощений странная история. Возможно, это действительно происходило много лет назад. Откуда появляются подобные истории? А с другой стороны – это такая же реальность, как и та, которая окружает нас сейчас.

Было утро. Вода в реке медленно несла на себе зеленые травинки. Я подошел к самому берегу и увидел, как на другом берегу дымились костры. Вот одна женщина вышла из своего жилища. Она стояла ко мне спиной, лицом к солнцу. В ее светлых волосах я различил несколько черно-белых перьев. Она подняла руки и скинула с себя одежду, обнажив красивые сильные плечи. Вот она, женщина! Вот она, тайна, которую никто не в состоянии разгадать! Я вошел в воду. Она была холодная и совсем черная. Вот она, вода! Ее тоже невозможно понять, так же, как и мое отражение в ней. Я вижу глазами, но не сердцем. Мир плоский, словно замерзшее лесное озеро. Единственный выход – это разбить лед и постигнуть еще одно измерение. Я вижу, как озорные духи веселятся на том берегу. Они носятся свежим ветерком друг за другом и шевелят черно–белые перья в волосах солнечной женщины.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.