Виктория Сурина
Змора

ЗМОРА

– Шайсе! – Герхард инстинктивно отшатнулся и поспешил прижать к носу и рту надушенный платок.

Двое местных полицейских несли женский труп, совсем свежий. Тот, что поменьше и потоньше, подхватил мертвую девушку под колени, а другой, что побольше и покрепче, взял ее под мышки. Они осторожно спускались с высокого крыльца, чтобы не поскользнуться на свежевыпавшем снеге.

– Что это, черт возьми, такое!

– Вы же сами сказали: «освободить», – ухмыльнулся в усы старший полицейский. Он медленно достал из кармана самокрутку, медленно поднес ее к губам, медленно чиркнул спичкой и медленно затянулся. Стало ясно, что старший, человек ко всему привычный и несклонный к сантиментам.

Герхард не любил крутых мер, особенно, когда можно было обойтись и без них, но тупые русские свиньи не терпели сложных решений. Если быстрее и проще убить – к чему «лясы тачыць», как здесь говаривали. Иногда он думал, что было куда проще кинуть кость и дождаться пока они друг друга перережут, чем тратить драгоценные немецкие жизни в наступлении на Москву. Но кто он такой, чтобы давать советы великому фюреру?

– Куда их, герр офицер?

«Их?!» – Герхард обернулся: позади него, чуть поодаль, на земле лежали два трупа: уже знакомая ему девушка и старуха. Герхард из любопытства подошел поближе. Старуха была закутана во все черное, только платок немного съехал, обнажив седые волосы, слипшиеся от крови. Ей раскроили череп, ударив чем-то тяжелым по темечку. Наверное, обухом топора. Почти, как у Достоевского, которого так любил и ценил его отец.

Девушку задушили голыми руками, о чем свидетельствовали кровоподтеки на тонкой, слишком худой шее. Похоже, она была бледна, как труп, еще при жизни, даже волосы казались белыми, как и большие, оставшиеся распахнутыми глаза. Одетая в одну домотканую рубаху, она сливалась с окружающей действительностью, будто неотъемлемая ее часть.

– Сжечь! – сухо произнес Грерхард, вдоволь «налюбовавшись» обеими женщинами. Ничего примечательного или стоящего он в них не нашел. – Чтобы никакой заразы!

Старший полицейский, услышав распоряжение, посмотрел на Герхарда так, как смотрят отцы на подросших, но еще не оперившихся сыновей:

– Герр офицер! Зачем же так бездумно тратить керосин! – заявил он тоном, в котором слышалась насмешка.

Герхард поежился и почувствовал, что кровь приливает к щекам. От полного позора его спас только платок. Стоило ли бороться за заветные молнии в петлице, чтобы вот так стоять и краснеть перед каким-то унтерменшем не в силах совладать с ним?

– Мартин, закопайте их где-нибудь на опушке. Только выройте могилу поглубже, чтобы герр офицер не расстраивался, – старший ехидно подмигнул Герхарду, а крупный полицейский, к которому обращались, коротко кивнул.

– П-п-ростите, т-т-ова… Герр. Герр командыр. Герр офицыр. Но сняжынки тают… – вдруг подал голос второй полицейский, что помельче. Он судорожно мял в руках, снятую, по обычаю, шапку. На его плешивую голову с остатками черных кудрей падал и тут же таял снег, но вряд ли речь была об этом.

– Ты о чем? – спросил старший, выпустив колечко дыма, чуть ли не в лицо Герхарду.

«Ничего-ничего! Посмотрим, как ты будешь себя вести, когда прибудет айнзацгруппа!» – подбадривал себя Герхарад.

– С-сня-жынк-ки. Т-т-тают! – полицейский указал пальцем на труп девушки. Если старуху давно припорошило снегом, то девичье лицо оставалось чистым.

– Кастусь, не выдумывай! Хочешь сказать, что она еще жива? Даже если так. Закопаешь – будет мертвая. Совсем! Правильно говорю, герр офицер? – обратился к Герхарду старший. Но тот лишь махнул в ответ рукой и побрел обратно к хате. Тонкая серая шинель выглядела, конечно, превосходно, но совсем не грела в промозглую погоду.

Впрочем, в хате тоже тепло не было, скорее сыро. Чувствовалось, что ее давно не топили. Почему, непонятно.

Чтобы разогнать осенний полумрак и хорошенько осмотреться в новом доме, Герхард чиркнул спичкой и невольно вздрогнул – в хате была еще одна женщина, к счастью, вполне живая. Худая и острая от кончика носа до согнутых коленей, на которых стояла. Грязной замусоленной тряпкой она собирала разбросанные по полу мозги и тщетно пыталась оттереть с грубых досок пятна крови. Женщина не обращала на Герхарда никакого внимания. То ли погрузившись в работу, то ли считая его пустым местом.

Герхард ойкнул – спичка догорела и обожгла пальцы. Пришлось зажигать новую. К счастью, на столе обнаружился свечной огарок в заляпанном воском подсвечнике. Так стало лучше видно.

Хату он выбрал правильно – просторная, крепкая, с чисто выбеленной печью. Печь была с трубой, но судя по закопченным и пропахшим дымом стенам, топить по-черному здесь перестали совсем недавно. За печью Герхард нашел криво сколоченные нары, с набросанным на них тряпьем – нехитрая крестьянская постель. В центре хаты стоял неказистый самодельный стол с двумя, непонятно откуда взявшимися, венскими стульями – вот и вся обстановка. Даже красного угла с иконами не было. Вместо них вдоль стен на черных нитках висели сухие травы, источавшие пряный аромат, чуть перебивавший запах копоти и недавнего убийства.

– Благую хату выбрали, герр офицыр, – удрученно покачала головой женщина, наконец заметив Герхарда.

– Что значит «благую»? – благодаря отцу, когда-то служившему приказчиком в подмосковном имении, он знал русский, как родной, но все равно не всегда мог понять, что ему говорили. У этих унтерменшей одно и то же слово могло иметь десяток значений, иногда прямо противоположных. Порой все зависело от настроения говорящего, а здесь, в пограничье, где русская речь щедро сдабривалась то польскими, то литовскими словечками, и где нещадно коверкались звуки и ударения, Герхарду было особенно нелегко.

– Худую, значит. Плохую, – женщина бросила тряпку в таз, брызнув на пол грязной водой, и поднялась. – Еще сучок, вон выпал, – она указа на отверстие в дальнем углу хаты, сквозь которое пробивались и свет, и снег с улицы. – Не ровен час змора залетит.

– Змора? Мор? Болезнь?! – Герхард потянулся в карман за платком. Он почему-то особенно верил в его способность спасать от всякой заразы. Впрочем, что ему оставалось, если до ближайшего немецкого врача нужно было дня два трястись на телеге?

– Можно и так сказать. Заткните от греха подальше, – женщина поставила таз на бедро и направилась к выходу, но на пороге замерла и добавила. – Если надо постирать что или подшить, обращайтесь. Франц знает, где меня найти.

– Франц?

– Он старший в нашей полиции, – ответила женщина и вышла.

Про змору Герхард так ничего и не понял, но отверстие платком заткнул. В конце концов, чтобы не дуло. «Если бы не отец со своим Достоевским мог бы сейчас в Африке пить шнапс и лапать под пальмами лоснящихся бедуинок», – Герхард тут же замотал головой, прогоняя наваждение. Подобные мысли были противозаконны, а в его случае, могли и смертью караться. Вернувшись к реальности, он запустил руку во внутренний карман шинели и достал оттуда фляжку – хотя бы шнапс ему никто не запрещал.

От нескольких глотков горячительного внутри приятно потеплело, но не снаружи. Герхард зябко подернул плечами и с надеждой посмотрел на печь, с которой совершенно не умел обращаться. Надо было решить эту проблему, желательно поскорее. Он подошел к дверям и высунулся на улицу. На крыльце сидел тот, кого женщина назвала Францем.

– Принеси дров и растопи печь. Что-нибудь поесть. И… – Герхард на мгновение задумался, взболтнул фляжку, чтобы узнать, сколько там осталось и, не удовлетворившись, добавил, – Самогону тоже. Живо! – шнапс придал ему уверенности, но не убавил наглости Францу.

– Яволь, герр офицер! Вернутся мои орлы из лесу – мигом все принесут! – сам он и ухом не повел, чтобы исполнить приказание. От злости и беспомощности Герхард захотел пнуть Франца, но быстро передумал. Он здесь был единственным немцем на всю округу. Не стоило ссориться с местными, пока не прибыла айнзацгруппа. Конечно, за убийство офицера следовало жестокое наказание, но он бы о его эффекте уже не узнал. Тогда к чему рисковать?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.