Д. О. С.
Призрак: Отряд

Пролог:

Последний раз я был счастлив в десять лет. В канун Рождества, на коленях у отца, слушая его твёрдое: «Завтра будет самый лучший день». Я верил. Я ему всегда верил. Но в тот раз он меня обманул. Это был худший день в моей жизни.

На следующий день родители уехали по делам. С нами осталась соседка. Они обещали вернуться к ужину и привезти торт. Дверь закрылась. Их шаги затихли в лифте. Они не вернулись. Никогда.

Пришли чужие люди. Объяснили что-то няне, тихо, но я услышал: «…авария…», «…не справились с управлением…», «…забираем в приют…». Они помогли нам одеться и пошли к выходу. Но тут я вспомнил про белую кружку с логотипом BTS, мою, в которой было всегда самое вкусное какао. Чья-то рука схватила меня за локоть, резко потянув за собой. А кружка, которая стояла на краю стола, упала на пол и разбилась о кафель на мелкие осколки. Как и моя жизнь после. Этот звук похоронил «до». И моё детство.

Потом был приют. Недолго. Нас разлучили с братом и сестрой почти сразу – из-за разницы в возрасте. Не могу забыть, как братик плакал. Хорошо, что сестрёнка пока не понимала и тихо спала на руках у одной из женщин.

А потом меня забрали и увезли в другой приют, казармы и лаборатории Системы. Поселили в комнату с ещё семью ребятами. Химия работала на остальных исправно: их тела крепли и росли, обрастая стальной мускулатурой, голоса грубели, они даже выглядеть стали старше своих лет. И агрессивные. Как я слышал, тестостерон у них был повышен. А на мне программа дала генетический сбой. Мускулатура осталась жилистой и выносливой, но не раздалась вширь, не обросла массой и рельефом. Вместо этого волосы стали платиново-белыми, кожа более светлой и ровной, а глаза приобрели глубокий, неестественный сиреневый оттенок. Андрогинная внешность, которую я ненавидел. Я не стал оружием в их понимании. Я стал ошибкой в двенадцать лет. На их фоне я выглядел неправильным. Этого было достаточно. В казарме эта чуждость сделала меня мишенью. Методичный кошмар стал моей рутиной. Я научился уходить в себя, в немую пустоту, отключаясь от реальности. Зато мой мозг, отточенный отчаянием, схватывал всё: тактику, языки, коды. Я должен был стать лучшим, чтобы выжить, чтобы меня оставили в покое. И я им стал.

И тогда же, в тринадцать, я впервые взломал базы Системы. Нашёл Минсо и Юну, брата и сестрёнку. Увидел в их файлах холодные пометки: «высокий потенциал». Всю ночь, стиснув зубы от ужаса и ярости, я вписывал в их цифровые досье ложные болезни, снижал показатели, создавал призрак неадаптивности. Я вычеркнул их имена из списков Системы. Это была моя первая настоящая победа. Тихое, никому не известное спасение.

В четырнадцать я стал Призраком. Голосом в наушниках, что возвращал отряды целыми. Да, и участвовать лично в самих операциях должен был. По психотипу я полевой аналитик. Это значит – подготовка к операции и проведение ее на месте. Сперва в меня не верили из-за внешности. Ну это нормально, я бы тоже не поверил.

В пятнадцать меня закопали заживо. Враги, месть, гроб, шум падающей земли сверху. Меня спасли, но часть меня навсегда осталась там, в темноте. Я не боюсь замкнутых помещений, я боюсь быть запертым в чём-то похожем на гроб. И если запереть, то только паника и истерика. Это единственный мой нелогичный страх.

В шестнадцать мне пришлось провести через ад четырнадцать девушек, превратив их в солдат, в парней ростом под два метра и с развитой мускулатурой. Идиот, аналитик, ранг B, который начал это, не учёл их психику. Эти девушки подходили под проект намного лучше остальных. Женское тело неэффективно из-за гормональных всплесков в течение месяца, но при этом они были одними из лучших в своей сфере. Я спасал им жизни, калеча навсегда. Процесс уже нельзя было остановить и откатить назад, их это бы убило. Двоих – Сокола и Молота – я позже направил к их братьям, дезертирам Системы. Ну как дезертирам… Они сбежали, а Система просто «забыла» о них, периодически подкидывая задачи с оплатой, но тайно.

В семнадцать меня комиссовали как брак. Травма клаустрофобии, после того гроба, сделала меня ненадёжным активом. Система не убивает без необходимости. Она просто выбрасывает, но если понадоблюсь, то снова используют. Мне вручили папку, в которой были ключи от квартиры на окраине мегаполиса, банковская карта и безупречный пакет документов на моё настоящее имя. 29 октября, день моего рождения. Биография, вшитая во все базы: вундеркинд с двумя дипломами в семнадцать, ученик закрытой школы. Легенда для одинокой жизни. Условие было одно: молчать. Навсегда. Если информация попадёт в СМИ или интернет, то жить мне останется не больше суток.

И вот я стою на пороге. Чужой город за окном, чужая жизнь впереди. Мне семнадцать. Я – гений-стратег, запертый в этом теле с платиновыми волосами и сиреневыми глазами. Мой враг теперь не вражеский снайпер, а захлопнувшаяся дверь. Моя миссия – не спасти отряд, а просто выжить в тишине. И где-то в этом же мире живут Сокол и Молот, а также ещё двенадцать изменённых. Моё самое чудовищное творение и единственное оправдание. И братик с сестрёнкой тоже. Как я хочу с ними встретиться…

Глава 1 Первый провал после Системы

Квартира оказалась маленькой. Я прошёлся из прихожей в комнату, из комнаты на кухню и обратно. Везде было чисто, пусто и тихо. Тишина здесь была другая – не натянутая, а спокойная. Я сел на кухонный стул и просто сидел, глядя на белую дверцу холодильника. Надо было что-то делать. У меня давно не было свободного времени, а тут появилось. Надо же чем-то его занять. Первое, что пришло в голову, – печенье. Такое, с глазурью, из детства. Идея показалась глупой, но другой не было.

А раз решил, то точно надо пойти и купить. Тем более у меня сегодня день рождения. И пошёл в ближайший супермаркет. Полки, свет, музыка и много всего. Яркое. Нашёл ту самую пачку. Она была точно такой же, только медвежонок на ней как-то потускнел. Купил её, расплатившись деньгами с карточки, выданными мне Системой, и понёс домой. Там было и другое, но я захотел вспомнить именно это, как в детстве. Решил, что у меня ещё много времени, и другое попробую потом.

Дома положил пачку на стол. Долго с ней возился. Сначала не мог найти, с какого конца вскрывать, потом просто разорвал целлофан, чуть не рассыпав всё печенье. Почти уронил, но удалось поймать. И наконец высыпал его в тарелку. Оно лежало горкой, и от него пахло ванилью и шоколадом. Включил чайник и ждал, пока он закипит, наблюдая за пузырьками внутри него. Он зашипел, потом заурчал, и это урчание стало единственным звуком во всей квартире. И тут вспомнил, что у меня нет чая в доме. И кофе тоже нет. Ну и ладно, так попью.

И в этот момент, ровно когда раздался тот самый щелчок и пар повалил из носика, в дверь позвонили.

Звонок был коротким. Я очень удивился. Никто не должен был звонить. У меня же нет знакомых в городе. Пока что нет.

За дверью стоял незнакомец. Обычный мужчина в синей ветровке. Невзрачный даже, я бы сказал.

– Я, кажется, не… – начал я.

Он не дал договорить. Его рука дёрнулась вперёд быстрым, отточенным движением. В шею, чуть ниже уха, вонзилось острое, жгучее, холодное. Больше похоже на удар, чем на укол. Я отшатнулся, но было уже поздно. Горло как будто сдавила тугая, невидимая удавка. Комната вдруг накренилась и поплыла. Услышал, как чайник на кухне перестал шуметь. Пол ушёл из-под ног. Последним, что почувствовал перед тем, как всё поглотила чернота, был сладковатый запах печенья. Я его даже не попробовал. И темнота.

Сознание вернулось. Первое, что услышал – монотонный гул двигателя, а потом почувствовал вибрацию, шедшую от пола, холод и скованность в запястьях. Меня везут. Я в плену.

Приоткрыл глаза, не шевелясь, заставив дыхание оставаться ровным. Прямо перед лицом была решётка. Осторожно осмотрелся вокруг и понял. Я в клетке. И тут услышал голоса:

– …он и есть тот самый уценённый товар? – спросил один голос, молодой, с ленивой усмешкой, – не похож. Сопляк какой-то.

– По описанию – он, – ответил второй, на пару тонов старше и совершенно безразличный, – белые волосы, сиреневые глаза. Генетический брак, списанный из какой-то лаборатории.

– И что, он и правда того…?

– Регенерация, да. И сила не по виду. За такие диковинки на «Яме» хорошие деньги дают. Особенно если выживать будет.

«Яма». Подпольные бои. Всё встало на свои места с леденящей ясностью. Меня похитили для боёв. Ну да, конечно, не кофе же пригласили попить. Аккуратно осматриваюсь и вижу ещё одного бедолагу. Рядом с клеткой, на полу фургона, лежал другой пленный. Спиной ко мне. Большой, с мощными, даже в бессознательном состоянии, плечами. Его руки были грубо скручены за спиной. Не удостоили даже клетки, посчитав, что менее опасен, чем я. Может, просто уличный боец. А я… я был особенным. Поэтому клетка. Поэтому кандалы.

Перевёл взгляд к голосам. У задних дверей, на ящиках, сидели двое охранников. Те самые. Один, помоложе, держал в руках телефон, другой, постарше, пил воду из пластиковой бутылки, смотря вперёд в одну точку. Они просто выполняли работу. Доставляли живой груз.

Я снова закрыл глаза, притворившись, что всё ещё без сознания. Что же делать? Пожил

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.