Алисандра Озерова
Мой карманный ад

Девочка со странностями

– Так Вы говорите, что Ваша дочь…

– Девочка со странностями, – оборвала доктора нервная женщина лет сорока-сорока пяти. Желтоватый цвет лица плохо сочетался с ярко накрашенными губами, а привычка ее при разговоре постоянно коситься в сторону удивляла Рейхарда Бартли. У него закрадывалось подозрение, что посетительница вовсе не о дочери пришла с ним побеседовать.

– А где юная мисс? – врач протянул даме стакан воды, ибо она вдруг начала кашлять и даже пару раз сделала резкий и какой-то судорожный вдох.

– Да здесь же, доктор! Вот посмотрите, она же уже полчаса стоит и ворчит, что ей сюда не надо, и у нее все в порядке.Сертифицированный психиатр впервые растерялся. Он изменил своему правилу слушать пациента вполуха и даже придвинул к столу кресло, на которое секунду назад расслабленно опирался, мечтая поскорее избавиться от излишне обеспокоенной своим чадом мамаши.

– Холли, негодница! Прекрати прятаться, сердито окликнула пустоту женщина. – Несносная девчонка.Посетительница резко замолчала, вдохнула и замерла в позе суслика, будто что-то ее напугало…

– Миссис Дарроу, здесь никого нет, кроме нас с Вами. Может, малышка Холли ждет за дверью? – врач и сам надеялся, что девочка существует, и тогда он просто попросит гостью прийти завтра. Но как профессионал с большим опытом он понимал – никакой Холли не существует. Тогда Рейхард перевел взгляд с лица своей собеседницы на ее дрожащие пальцы, стискивающие целлофановый пакет. Там словно что-то копошилось. Доктора передернуло, но он попытался взять себя в руки.– Она сказала мне, что Вы ее не увидите. Но передала кое-что. Холли говорит, что если Вы посмотрите содержимое этого пакета, то все вопросы у Вас исчезнут, – эти слова слегка приободрили миссис Дарроу. Она будто перестала суетиться, чуть расслабилась, и даже щеки ее слегка порозовели. Вот только розовое на желтом смотрелось жутко, еще более жутко, чем чахоточный оттенок кожи.

– Тогда передайте мне ее послание, – хитро прищурился врач. У него мелькнула мысль, что если гостья избавится от какого-то послания, пусть оно и навеяно тайными закоулками ее разума, то успокоится и отправится восвояси…Доктор Бартли, несомненно, находился на своем месте. Однако иногда его посещало чувство необъяснимой тревоги. Он мог привести сколько угодно объяснений этому чувству и рассказать о тысяче методик, как избавиться от данного ощущения. Но ему ничего из этого не помогало.Сейчас, черт возьми, был именно тот случай.

– Не могу, – почти жалобно ответила миссис Дарроу. – Ей это не понравится. Холли считает, что должна объяснить все сама. Прокомментировать каждую вещь… Здесь, вот здесь, все ее утраты… И у каждой есть своя история…

С этими словами гостья вновь судорожно сжала пакет. Ее взгляд заметался по комнате, а странно выпирающее для дамы адамово яблоко заходило ходуном.Тогда у Бартли созрел иной план:

– Если Вам не сложно, миссис Дарроу, Вы могли бы переночевать сегодня у нас, вместе с Холли. А завтра мы побеседуем…

– О да! – с восторгом воскликнула женщина. Ее глаза засияли, как новогодние огни.– Тогда я приглашу свою ассистентку, и она отведет Вас в Ваши апартаменты. Временные, – последнее слово доктор добавил несколько поспешно, заметив, как дама поджала свои ярко-красные губы, а жилка на ее виске забилась сильнее.– Отлично. А то мне пора домой к сыну. Он еще не слишком взрослый, но Холли убедила меня, что его можно оставить на день-два.

– Не волнуйтесь, за ним присмотрят, – успокоил ее Бартли, а про себя подумал, что сын наверняка такой же воображаемый, как и сумасшедшая дочь.

***

– Я все сделала правильно? – ноющий голос женщины врач едва расслышал за плотно прикрытой дверью. Да он и не сильно прислушивался. Ему было чем заняться и помимо очередной шизофренички.. Он еще раз смерил глазами циферблат наручных часов и поспешил к выходу. Смена закончилась, а вот тревога никуда не делась. Она притаилась и свернулась калачиком, как удав, готовящийся атаковать несчастного кролика....Между тем миссис Дарроу отбросила в сторону пакет и уже без ужимок и кривляний прошлась по комнате, четко отмеряя шаги от кровати до окна. Затем на цыпочках прокралась к двери, привставая на носочки и выглядывая в зарешеченный крохотный проем, через который в палату обычно заглядывают санитары.

Так и знала – Бартли поплелся домой.Нет! Он ее не узнал. Да и не мог узнать. Никто не узнал бы ее. Ни одному человеку не пришло бы в голову сравнивать ее с той Ребеккой Холли Дарроу. Она даже фамилию не сменила, а он все равно не понял. Что ж… Тем интереснее.В палате не бало зеркал. Рукомойник металлический, без заклепок. Душ тоже один на коридор. На окнах решетки, ножки кровати привинчены к полу. Вот только Ребекка наверняка знала – если ей возжелается пойти до конца, она найдет способ. А главная правда в том, что персонал тоже знал: от края пропасти их подопечных отделяет только призрачная сила воли.

Ребекка Дарроу присела на постель и принялась разматывать пакет. Тот противно шелестел, и она привычно покусывала губы, чтобы не раздражаться. Первым из кулька вывалился шарик для пинг-понга, с деформированным бочком и зияющим рваной раной отверстием от чьего-то клыка. Ребекка знала – чьего. Она любовно отложила мячик в сторону. А потом схватила и засунула в рот и сплюнула. Мячик глухо стукнул об пол, дважды подпрыгнул и откатился к рукомойнику.– Терри, – спокойно сказала она.

Следом ее рука нашарила новый предмет. Это был обрывок золотой цепочки. Звена три-четыре – не больше. Женщина легко поддела обрывок ногтем и подняла к свету – неяркой лампе, красующейся на свинцово-сером потолке. По ее плотно сжатым губам зазмеилась

улыбка: -Вернон…Кусочек цепочки был небрежно отброшен на постель. Постелью назвать этот застланный серой простыней полосатый бугристый матрас не поворачивался язык, но в данный момент Ребекку мало занимал комфорт.Она как опытный лототронщик тряхнула содержимое пакета, и к ней в руки вывалился следующий «экспонат».

Фото. Фото с содранным лицом. Остались мускулистые плечи, крепкий торс и даже мощные, поросшие темными курчавыми волосками икры. А вот лицо содрано, будто ожоговый пузырь. И такой же шрам будто от ожога заменил изображение.– Эван, – всплакнула Ребекка. Фото она не выбросила. Она пристально рассматривала неповрежденные фрагменты, а потом осторожно вынула из волос тонкую шпильку, едва сверкнувшую в нервных бликах перегорающей светодиодки.

С увлечением трехлетнего ребенка, получившего вожделенную игрушку на день рождения, она принялась расцарапывать торс «Эвана». Очень скоро это занятие ей надоело.

Она вновь воткнула шпильку в пучок русых с проседью волос, опять с силой тряхнула пакет, и его содержимое высыпалось на пол. Женщина не принесла с собой ничего запрещенного, но любого, кто увидел бы ее «сокровища», скорее всего вырвало бы: пучок дурно пахнущих ниток, пупс с выколотыми глазами, кроличья лапка, клок чьих-то волос, детский рисунок с изображенными на нем карикатурными мужскими усами и торчащим под ними змеиным языком.

Однако Ребекка едва ли взглянула на это скопище жуткого хлама.Ее внимание привлекла сломанная дужка очков. Она легла на пол и принялась будто собака подталкивать ее носом к двери, имитируя урчание. Обломок посредством ее манипуляций описал широкую дугу по дешевому ковровому покрытию, а после женщина резко подскочила и подкинула дужку вверх:

– Харди! -крикнула она и заливисто засмеялась.– Рада, что угодила тебе, но пора вспомнить, что нам предстоит работа.Перед Ребеккой, невозмутимо скрестив руки на груди, стояла Холли. Звезда таблоидов, девочка со странностями и настоящая владелица «каталога утраты».

– И Харди? – она по-птичьи склонила голову набок.

– Хватит буянить! Отбой! – послышался грубый голос санитара, громко клацнувшего рубильником. Этаж погрузился во мрак, отсекая Ребекку от Холли. Но чтобы видеть ее, свет вовсе не нужен:

– Особенно Харди, – последовал жесткий ответ.

Как живется райской птичке?

…Новое отражение Холли не нравилось. Запавшие глаза, желтовато-сизые тени под длинными и чуть загнутыми ресницами в таком же желтушном освещении комнаты делали ее лицо похожим на восковую маску. Застывшую. Жуткую. Мрачно взирающую на оригинал. Оригинал с отражением несколько минут безмолвно переругивались, пытаясь выяснить, кто в доме хозяин.

Наконец отражение оскалилось, прищурило левый глаз, из-за чего вынужден был так же хищно сузиться правый глаз Холли, а левая рука отражения, будто по велению кукольника потянулась к косметичке. Хозяйке отражения пришлось сделать то же самое. И словно этого унижения было мало – двойник одним резким движением разорвал кислотно-зеленый полиэстеровый футляр.

Пудра, которая должна была прикрыть все несовершенства лица ведущей модели бронзовым дымом осела на ковер.

– Что, съела? – будто издевалось отражение.Из груди Холли вырвалось рычание и она изо всех сил ударила по нагло скалящейся зеркальной глади. Осколки стекла, щедро политые забронзовевшими в свете желтой лампы каплями крови, нехотя посыпались из золоченой рамы.Но теперь не одна Холли ядовито ухмылялась по ту сторону. Их стало десять, нет – двадцать. Кривые, угловатые, обрезанные и ужасные в своей ущербности:

– Спасибо! Это смело! Это достойно награды! – под скрежет битого стекла раздавалось в ее голове. Девушка остервенело прыгала по осколками, перемалывая его в тусклую стекольную пыль, но из каждой недодавленной стеклянной песчинки на нее пялилось отражение, к которому она не привыкнет никогда.

– Это не я, – безмолвно рыдала она.– Ты, – свистящим шепотом отзывались осколки.Она неожиданно села ровно, согнув ноги по-султански, не обращая более внимания на кое-где впившиеся в кожу «песчинки»

…– О, мисс Дарроу! – осторожно приоткрывшая дверь горничная пораженно смотрела на опустевшую раму и восседавшую на битом стекле гостью.– Я медитирую, – спокойно пояснила Холли, не открывая глаз. От испуга горничная посерела, но храбро выдавила из себя:– Вам нужна помощь?Холли приоткрыла один глаз и скосила его на все еще истекающую кровью правую ладонь:

– Нет. Все в порядке. Передайте мистеру Касталли, что я буду готова через час.

– Но как же?..– пролепетала девушка, делая шаг навстречу Холли.– Не твое дело, – отрезала Холли.

– Передай, что велено, а потом можешь прийти и убрать этот хлам.– Конечно, мисс, прошу прощения за назойливость…Выскочив из номера, перепуганная горничная бросилась к управляющему. Мистер Эван Дримстоу выслушал свою подчиненную спокойно, так и не убрав с лица вежливую улыбку, предназначавшуюся важному постояльцу, а потом склонился к уху девушки и прошипел:

– Проблемы этой наркоманки пусть решает Террино Касталли. У него на нее завязан крупный контракт. Как только девица свое отработает, мы избавимся от нее. А пока будь ласкова, наведи там порядок, а с Дарроу в пререкания не вступай. Выполняй все ее капризы. За них щедро платит Касталли.

– Это бесчеловечно, – покачала головой сотрудница отеля.– За человечностью ступай в «Красный крест», – хмыкнул Дримстоу.

– Но, поверь, там тоже филантропов не так много, как может показаться.

***

– Как моя райская птичка? – Террино Касталли по-хозяйски привлек к себе Холли и одним пальцем приподнял ее подбородок.

– Не волнуйся, Терри! – холодно улыбнулась девушка. – Птичка споет, как надо.

– А что у птички с крылышком? – совладелец модного дома «Касталли и Джакопо» едва не вывернул плохо забинтованную ладонь Холли к себе, отчего по лицу модели пробежала судорога.

– Ты что творишь, дрянь? Ты хочешь все пох..рить?

– Не волнуйся, Терри, – повторила Холли, осторожно освобождая вновь закровившую руку, – порез неглубокий. Скоро все пройдет. Тем более твои инвесторы будут пялиться не на мою руку. А на кое-что другое. И да – где мое лекарство?

– Теперь ты не волнуйся, птичка моя! – плотный лысоватый мужчина нарочито медленно принялся рыться в кармане, чтобы извлечь оттуда желто-зеленый непрозрачный флакон.Ноздри Холли гневно раздулись:

– Это ерунда какая-то! Это! Не! То! Что! Я! Просила!

– То, что хочешь, получишь после демонстрации. А это успокоительное. И вот еще что – не смешивай его со спиртным, ведь от амебы на подиуме будет мало проку.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.