Иномирец

История 1 Анчутка

Пролог.

…Ситуация становится критичной. Пропажи без вести по всему миру становятся почти обыденностью. Страны и города не исчезают, но заявки на поиски только пополняют рабочий стол отделов МВД по всем регионам. Но не это странное. Примерно с такой же частотой, примерно по 5 человек в год появляются новые люди. Они потеряны, одеты странно, и даже говорят на неизвестных диалектах. Некоторые говорят про перемещение во времени, хотя их знания о прошлом иногда сильно разнятся с официальной историей. Подробности после рекламы…

Глава 1: Провал.

Бред-тв, нашёл канал для ночного просмотра… После тяжёлой одиночной попойки утром тяжело собрать мысли. Они как шарики-попрыгунчики, которых раскидали по кухне при включённой бытовой технике. Не успеешь поймать – и он обязательно угодит либо в блендер, либо в кастрюлю с бульоном для кислых щей. Утро… Часы тикают в положении 13.35. Утро… Хорошее утро только после обеда… Но уже не продуктивное… Поймал мысль, хорошо, значит не потерян до конца и есть шанс восстановить тонус. Нужно завязывать с привычкой праздновать сдачу объекта бутылкой недорого вискаря. И нужно бросить курить. Бросить курить… На следующей неделе брошу, сегодня нужно купить запас. Отключив телек, который бубнил всю ночь под аккопонимент моего храпа, я двинулся в сторону ванной, наводить всю необходимую гигиену. В люди всё же выйду. Кое-как выровнял бородку, почистил зубы, общий душ. Тряпки можно одеть и обыденные, просто чёрные джинсы, чёрную майку-алкоголичку с узнаваемым черепом и рубашку нараспашку. Угадайте, какого цвета? Хоть на улице и тепло, неделю высшей моды в виде сланцы-поверх-носков устраивать не будем. Лёгкие прогулочные кеды подойдут. Ну торба с самым известным символом готов. В нашем мрачном и культурном городе и не такие повседневные образы видали.

После чай-кофе-глоток, а на этот раз травянистый чай, всё же вышел на привычный маршрут. Два раза проверил закрытую дверь. Лучше перебдеть, чем не добдеть. Район не криминальный, но в соседнем подъезде чью-то хату всё же обнесли.

Улица встретила меня вполне приятной майской погодой. Даже похмелье не мешало наслаждаться весенним солнцем и запахом недавно прошедшего дождя. Как этот запах называется… Слово такое, в голове вертится… Петрикор. Вооот, мысли собираются с большим успехом, иду на восстановление. Теперь можно и пойти нехитрым маршрутом до ближайшего магазина. На благо, в нашем почти провинциальном спальном районе северной столицы есть где купить эту мерзость. Ну, магазин – громко сказано. Такие точки были популярны в девяностые и нулевые. Было время, сигареты здесь продавались поштучно. Опа, обеденный перерыв. Вот такое тут точно редко. Как правило, когда грузчик очень удачно подкатывает к продавщице. Ну хорошо. Подождём. На благо было чем отвлечься. Краем глаза заметил лёгкое изменение классической идиллии в лице девочки в песочнице. Пока её яжемать сидела в смартфоне, к милому созданию подошёл паренёк, легко попадающий под классификацию "среднестатистический маргинал".

– Девчул, а где находят детей? – Судя по лукавой улыбке, у него уже был готов ответ.

– В капусте – ответило милое создание.

– Нет, не там – его улыбка стала ещё шире.

– А где? – Этого вопроса он явно ждал. Нагнулся к ребёнку, нашептал слово явно рифмующееся с вопросом. И, судя по расширяющимся глазам дитятки, я угадал. Как и её матушка, стремительно приближающаяся к месту действия. Мгновение наказания было на столько стремительным, что я не сразу уловил момент события, последствия ночного праздника ещё не отпустили до конца. Следующий кадр, что я уловил – мамаша уводит весьма удивлённую дочку домой, а паренёк лыбился подобно Чеширскому коту, и идущая носом кровь не мешала играть одной мысли в его голове – оно того стоило.

Щелчок, дверь открылась. Обед закончился. Продавщица довольно улыбается, значит мои мысли по поводу обеда были близки к истине. Купив блок любимых сигарет East с ментоловой кнопкой, более менее удовлетворённый двинулся в сторону своего подъезда. Нужно привести себя в порядок окончательно, всё же сегодня поход на любимую группу, нужны силы для слэма. Меня уже спрашивали, какой слэм на группе с женским вокалом? Поверьте, если это экстрим-вокал, то слэм очень даже качественный.

Хм… Странно… За теми кустами вроде никого нет, но вспышки намекали на обратное. Не знаю почему, но меня потянуло проверить странный эффект. Может кто телефон обронил, а на нём сигнал на вспышки настроен, вернуть стоило бы. На моё удивление, ничего там не было. Похоже, мой разум давал очередной намёк на отмену алкогольной традиции и заняться всё-таки здоровьем. А то дальше белочки ядрёнее пойдут. Ой, в руку током дёрнуло. странно. Неужели инсульт решил меня поймать в таком молодом возрасте? Ой, в ногу. Нет, это не инсульт. Яркая вспышка, солнечный свет ударил в глаза, током прошлось по всему телу. Похоже, инсульт. Земля ушла из под ног… Куда-то падаю…

…Что-то новенькое… Сколько я тут пролежал? Уже темно. Неужели меня тут не видно? Хм… Кусты какие-то другие…

– Вон там, в кустах рябины! Скорее!

В кустах рябины? Разве рябина – куст?

– Нарушитель! Выходи медленно с поднятыми руками! И без фокусов!

Нарушитель? В собственном дворе? Ну хорошо, последуем вашей шут… ке… Военные? Серьёзно? В форме старых образцов? Ни йуха себе! Выстрел из ружья не похож на светошумовой!

– Мужики – лучше их не нервировать, от греха подальше. – Не стреляйте. Я выхожу. – И да, с поднятыми руками. Ай! Уже закрученными за спиной, жёстко, как тогда, после несанкционированного панк-концерта. Вот только странная одежда для полицейских. – Да не бомж я! Лучше б скорую вызвали, раз увидали лежачего в кустах. Вдруг у меня приступ?

– Скорую? Бомж? Тебя контузило на учениях? И что за шмотки на тебе? Поднимите его и отведите в штаб. На допросе всё выскажет. И про бомжа, и про скорую, и, главное, как среди ночи очутился посреди военной части. – Военной части? Вот так надо мной ещё не шутили…

***

Около одностороннего зеркала стояли двое одетых в парадную военную форму мужчин. Ростом чуть выше среднего, короткие военные стрижки, царская осанка, и на этом сходства закончились. Один имел яркие славянские черты: светло-русые волосы, серые глаза, тонкие губы, широк в плечах, крепок в мышцах. На левой щеке красовался тонкий шрам, гладко выбритый подбородок был массивным, но немного ассиметричным, видимо, когда-то был сломан аккуратным ударом прикладом от винтовки. Второй же был малость смуглым, чернобровым, кареглазым и с ярко выраженными восточными чертами лица. Стройный, слегка худоват. Трость в его правой руке была не только символом высокого чина, но и необходимостью – старая рана от вражеской пули всё ещё давала о себе знать, колено в непогоду ныло особенно сильно.

Они наблюдали за допросом странного человека. Чужак появился на охраняемой территории военной части, миновав два уровня КПП, что было немыслимо. Охрана всех объектов была усилена в связи с военным положением, Третья война с Османской империей не давала расслабиться уже семь долгих лет. По всем законам, чужака должны были расстрелять на месте, но обстоятельства его появления заставили отложить неизбежное на неопределённое время. По заявлению младшего унтер-офицера* (Младший сержант в нашем измерении*), в кустах рябины, что находились за банными строениями, разрослась вспышка солнечного света (и это в два часа по полуночи). Свет шёл будто из пустоты, высотой с косую сажень* от земли (почти два с половиной метра*). На пятую секунду свечения от туда выпал этот странный гражданин, одеты не только не по уставу, так будто вообще не как гражданин Российской империи. Одёжкой не похож ни на османа, ни на яматайца, ни на брита. Да и говором странен. Вроде по-русски изъясняется, да лопочет словами даже на воровские не похожими. говорит, что гражданин какой-то федерации, делает ремонт в стиле лофт, а завтра ему на андеграунд концерт на певицу с каким-то бесовским именем.

– Уже девятый за последние двадцать лет. И это только те, о которых мы знаем. Не знаю как Вам, но мне тревожно, Михаил Пантелеевич. – сказал Худоватый.

– Да. К сожалению, разрывы учащаются. И каждый прибывший говорит разные вещи о своём доме. Похоже, наш дом окружает реально огромное количество миров, Прохор Петрович. – слегка нахмурился Шрамированный.

– Он сказал про федерацию. Случайно ли не про твою? – лукавая улыбка заиграла на лице Худоватого.

– Может и про мою. Спрошу лично, как дознаватели закончат.

Прохор Петрович, майор сухопутных войск Российской империи – один из тех немногих, кто знал небольшую тайну Михаила. Штаб-офицер подполковник Миронов, герой второй Османской и Русско-Яматской войн был не из этого мира. Первый из этих девяти случаев, но единственный принятый в армию Российской империи в качестве офицера иномирец. И логично предположить, что именно ему будет легче найти общий язык с прибывшим и, по возможности, завербовать в Тайный отдел разведки.

Оба унтер-офицера, что вели допрос, использовали классическую, возможно универсальную тактику "хороший полицейский, плохой полицейский". Но ничего конкретного не добились. Допрашиваемый не признавал своей вины, не выдавал каким образом он попал в часть, минуя все системы защиты.

Они вышли из комнаты, коротко бросив "этот контуженый ваш, делайте что хотите". И похоже зря. Миронов резко вбежал в допросную, достал из-за пазухи личный пистолет 8-го калибра…

–

Ты чего вздумал??? – Громкий возглас Прохора Петровича заглушили три

громких выстрела…

***

Ангидрит твою валентность через перекись водорода!!! Это что сейчас было!? Он стрелял прямо в меня, грёбаный псих! Пули пролетели рядом с ухом, хорошая кучность, могу заметить, но твою ж метахондрию, а если бы попал!? Секундочку… А что это за чёрный дым из меня выходит? И как я провалился сквозь стул? Где наручники, которые надёжно держали кисти моих рук прикреплёнными к столу?

– Да, интуиция меня и на этот раз не обманула. Добро пожаловать в Российскую Империю, иномирец. – Офицер, судя по погонам – подполковник, убрал оружие обратно и подал руку. – Именно такого варианта способностей я не видел. Полагаю, из тебя выйдет хороший лазутчик. – Лазутчик? О чём это он? И, во имя великой ноосферы, что это за дым? Почему я чёрный? – Я понимаю твоё волнение. Расслабься, подумай о чём-нибудь приятном.

– Я попал чёрт знает куда, меня чуть не пристрелили из ружья и пистолета, плюс просочился сквозь стул. Как тут расслабиться? – Было сложно держать себя в руках, но всё же стоило. Люди серьёзные. – Подождите, что за империя?

– Для начала отвлекись. Тебе нужно прийти в стабильное состояние. Из комнаты ты просто так не выйдешь, уже пять лет как предусмотрено от таких, как мы с тобой. – Он слегка махнул кистью правой руки и… ого, наручники, что цепью прикреплены к столу, приподнялись и откинулись в противоположную от офицера сторону, со звоном снова упали. Ого, Дэвид Блэйн. – Глубоко вдохни, посчитай до пяти, выдохни. Освободи голову. – Ну ок, сэнсей, так и сделаем. Закрываю глаза. Вдох, пять секунд, выдох. Вдох, пять секунд, выдох. Тааак, по ощущениям, я становлюсь плотнее, начинаю чувствовать воздух, температуру, пол… Открываю глаза, чёрный дым рассеивается.

– Что… это… было?..

– Я объясню, но в более подходящей обстановке. С сегодняшнего дня у тебя новая жизнь. – Последние слова я слышал при получении диплома высшего образования, ныне исполняющий роль для подставки под бокал пенного. И результат той новой жизни мне не понравился.

– Ну что ж. Ведите в эту новую жизнь. Чувствую, сам не разберусь. Мне б покурить. Где моя торба?

– Вещь-мешок твой вернут, если ты о нём. Как и содержимое. Идём, я отведу в твоё новое место жительства.

Мы вышли из, как я понял, комнаты для допроса. Допрос закончился, а вот вопросов у меня было много. Что это за место? Я в другом мире? Времени? Программе "Скрытая камера"? Так, если последнее, и они смогли провернуть шутку с военной частью и отлетающими наручниками, то как я пролетел сквозь стул? И как они напустили дыму сквозь меня? Может я просто "белочку" словил?

– Мучает рой из вопросов? – Может он ещё и телепат?

– Да есть такое. Думаю, догадываетесь какие.

– Ну что ж, пока мы идём, попробую тебе объяснить. Как раз пока нас не слушают. Ты, как и я 20 лет назад, провалился в чужой для меня мир. Позволь догадаюсь. Вспышки света, разряды молний, головокружение и провал. Да?

– Именно так. – Ну чтож ,я не один такой. Значит не буду блуждать слепым котёнком по неизвестности.

– Добро пожаловать, пацан. – Панибратство от незнакомца. Не люблю такого. Придётся терпеть. Он единственный, кто мне тут хоть как-то поможет освоиться и вернуться. – И скажу сразу. Как вернуться я не знаю. Знал бы – Мы бы тут и не увиделись.

– Твою ж…

– Не выражайся. Со старшим по званию разговариваешь

– Я не военный. -

– Теперь военный. Если хочешь не попасть под трибунал. Проникновение в запретную зону во время военного положения в Империи.

– Выбора нет?

– Выбора нет. – Более чем понятно. Я застрял. Похоже, на всю жизнь. И придётся принять местные правила. В чужой мир со своими законами, так сказать…

– Скажу сразу, гонять тебя будем сильно. Готовься и морально и физически. Толку с толстого не будет.

– С тощего.

– О! Ты тоже знаешь эту песню? Они до сих пор играют?

– Да, но не так громко как раньше. И скажу сразу. Больше двадцати пяти лет страной правит одна и та же партия.

– И президент тот же?

– И президент тот же. Мы, похоже, со одного мира. Хоть с кем-нибудь из своих пообщаюсь. Скажи заранее, что меня ждёт?

– Суровая тренировка и никаких поблажек. Будешь учиться передвигаться быстро и бесшумно. И убивать. Извини, но без этого никак.

– Война, не люблю это слово.

– Я тоже. Не нам решать про его начало. Но в наших силах её завершить раньше.

Мы вышли из, как я понял, командного штаба. Где же ещё лучше допрашивать пленника? В самом охраняемом здании военной части. Спокойно и без лишних слов дошли до дальней казармы. Как я понял, именно это здание было офицерским. Не как рядовой буду жить. Но, скорее всего, тут есть нюанс… Зашли в парадную (если его так можно назвать), остановились около одной из дверей.

– Вот Ваши нумера* (квартира, аппортоменты), товарищ новоприбывший. Прошу – Он открыл дверь. Сбоку внутри был выключатель, но удивление удобное, по моему росту. Свет мягко озарил подобие квартиры-студии. Небольшая кухонька, спальня, санузел – всё вместе, примерно на десяти квадратных метрах. Дверь за спиной закрылась на ключ, а вот и нюанс. Знакомый голос из-за двери продекламировал:

– Зная твои новые возможности, ты можешь пройти легко. Ключ больше от внешних раздражителей. Поэтому, лучше за стены новой квартиры не выходи. Заранее спокойной ночи

– Ага, ночи с покойниками. – не выдержал я. Язык мой – враг мой. Знаю, что не хорошо. Но ничего поделать с собой не могу…

Глава 2: Ассимиляция.

– Пока рано тебе на выход. – солдат дело говорит, хоть это признавать не хочется. – За трое суток ты раз десять пролетал сквозь койку. Если бы не электро-магнитное поле высокой частоты, до грунтовых вод долетел бы.

– И что ты предлагаешь? Я не могу так долго в четырёх стенах усиживаться.

– Ты будешь сидеть в этих четырёх стенах столько, сколько я посчитаю нужным. Выйдешь сразу, как только я скажу "На выход".

– Я не солдат. В армии не служил. Не вашим тут мне указывать.

– Ты не у себя дома, не забывай этот факт. Как и тот, что благодаря мне ты до сих пор не нафарширован свинцом, земеля.

– Тебя так же гоняли?

– Хуже. Я сразу попал под обстрел османов. На благо, свалился рядом с Прохором. Если бы не он, сгнил бы в плену. В худшем случае.

– А в лучшем? – мне стало любопытно. Османы, кажется турки. Тут, похоже, всё как у нас, вот только революции 1917-го не происходило.

– А в лучшем сразу отсекли бы голову. К ним в плен лучше не попадать. И, раскрою секрет, скоро может назревать ещё один конфликт. Его нужно предотвратить. И ты в этом можешь очень здорово помочь. Ты спокойно можешь гулять по Петрограду, посещать музеи, трахать местных девок. Документы у тебя будут местные, сделаем. Но для этого тебе нужно помочь уже нашей Империи. И, чёрт тебя дери, взять под контроль своё теперь уже родное умение сливаться со всем, к чему прикоснёшься! – Похоже, у меня нет выбора.

– Так и быть. Полагаю, отказ не принимается.

– Мудрое решение. Продолжай тренировку.

Тренировка, индивидуальный подход. Как мне объяснили, из меня решили сделать что-то вроде шиноби, воина ночи, лазутчик. Таких с рождения тренируют. Вот только мне придётся пройти ускоренный курс как по физическому развитию, так и по духовному. Пока не научусь держать себя в руках, так и буду летать сквозь кровать. Меня ждёт растяжка связок, силовые упражнения, тренировка на выносливость, скорость, ловкость. А главное – сжигание лишнего жирка. Скуфы в армии не нужны, особенно в тайном отделе.

Тренировка проходила в одном из трёх довольно крупных спортивных залов, что находились в аккурат под зданием офицерской казармы, войти туда можно было только спустившись по лестнице за неприметной дверью, буквально соседней с моей. Чисто под моей комнатой был единственный зал мне доступный, другие два мне не открывали. Во все стены были вмонтированы катушки, генераторы того самого поля, которое мешало мне использовать силы. Похоже, не только мне. Как сказал куратор, они блокировали и его силы тоже. Здесь, среди различных снарядов, началась моя вторая, весьма энергичная жизнь. Пять дней в неделю были самыми жёсткими, по дню на определённые группы мышц и определённые приёмы паркура, два оставшиеся больше на растяжку и восстановление тела.

Тааак… Как там меня учил товарищ Миронов? Разделять ощущения. Вспомним. Чёрный дым начал исходить из моего бренного тела во время страха за свою жизнь, инстинкт самосохранения. В моём мире это не подействовало, хотя подобных ситуаций было минимум три. В детстве упал на стройке. В страшем классе была драка, один чуть не прирезал. Ну и в обезьянник засунули, за бомжа приняли, там наркоманы были с ломкой. С тех пор без паспорта не хожу. А тут другое. Как мне объяснил куратор, это из-за пересечения барьера между мирами. Прошёл через слой тёмной материи, что разделяет наши миры, в итоге – мой организм перестроился и получил свой ништячок. И этот ништячок активируется при сильном стрессе. Я, конечно, слышал про теорию струн в квантовой физике. Типа есть куча миров, но каждый из них как струна на гитаре, вибрирует на своей частоте. Поэтому миры и не смешиваются. Не знаю, правда ли это про проход через тёмную материю, но другой теории у него нет. Я бы больше поверил в то, что мы лишь часть какого-то эксперимента. Ну, об этом потом. Сейчас нужно взять себя в руки. Так, при стрессе, при страхе, при злости этот дым бесконтрольно заставляет меня проходить почти через всё, но при этом я чувствовал себя немного по-другому. Нужно попробовать разделить эти ощущения. Вот на столе передо мной стакан с водой. Нужно провести сквозь него рукой, при этом усидеться на стуле. Три дня подряд я садился на пол, сегодня нужно это исправить. Так, разделить стресс и те ощущения. Разделить и взять под контроль. Так, вот оно, в груди лёгкий дискомфорт. мысленно переведём его в руку, только в ладонь. Вооот, тааак, о из руки исходит дым, всё остальное вроде обычное. Пытаюсь взять стакан в руку. О! Стакан стоит как Русь, на шелохнулся! Даже ряби на воде нет! И рука сухая! Так, попробуем ногой сквозь ножку стула. Так, ещё одна попытка. …!!!… Сработало! Будем практиковать дальше. Чтобы чисто на автомате активизировать эту штуку, а не сдерживать на поводке.

В таком темпе проходит второй месяц, третий, шестой… Я не понимал нарциссов, которые так любуются своим перекаченным телом. Сейчас смотрю в зеркало и… всё равно не понимаю. На благо, я не перекаченный кабачок, но лёгкая рельефность меня вполне устраивает. Слёту ровно поднять ногу над головой – хороший бонус. А ещё зад. Мне говорили, что он у меня – единственное, что выглядит потенциально выгодно. Теперь не потенциально, и теперь не только он.

– Королёв! – о, моя фамилия. Знакомый голос подполковника даёт понять, что дело серьёзное, с ним лучше не спорить. – На выход!

– На выход? В люди?

– Мне повторить?

– Так точно, на выход! – дважды уговаривать меня не пришлось. Уж очень сильно хочется увидеть местные улочки родного города. Ну, почти родного.

***

– Олежка, ты пойми… – Не люблю, когда он ко мне так панибратски. Но слушать его приходится, всё же он больше разбирается в местных правилах. Да и его так же выкинуло сюда, с нашего общего мира. – не известно, когда мы вернёмся домой, да и вернёмся ли. Тебе нужно ассимилироваться, так сказать. Принять местные порядки и перенять некоторые привычки и вкусы, тем более в музыке. Зачем – завтра скажу. – Умеет заинтриговать, шельма…

– Ладно. Опера, так опера. Классика хоть как-то приближена к року. – Спорить с ним я не видел смысла. Ведь выбор был не велик: либо вступаешь в их шпионские игры и получаешь шанс на более менее нормальную жизнь при относительной свободе, либо тихо маринуешься в одиночной камере. К тому же камера их спокойно сдерживает мои неожиданно проявившиеся способности, успел проверить.

– Я знал, что ты не откажешь. Не смотря на протестную натуру, разум в тебе ещё есть. Я стоял перед таким же выбором 20 лет назад… – на его лице появилось подобие улыбки. Видимо, крайне редкое событие. – Иди к себе и переоденься. В шкафу уже есть местная одежда. Яшка имеет талант с первого взгляда определять размер, потомственный портной – не хухры-мухры. И это, зная твою ранимость. Не обращай внимания на замечания со стороны. Придерутся к походке или жестам – чушь с ним, не их дело.

– Я не обижаюсь на замечания, плевал на них. – нашёл о чём предупредить меня, анархиста. – Вот за оскорбления ответ будет.

– Сдерживать не буду, если не старший по званию. Но ребята тебе понравятся. – ребята? Он что, группу что ли из таких же собирает? – Я группу из таких же собираю. – Мысли что ли читает? – Пятым будешь. Они тебе понравятся. Ты ведь любитель разношёрстных компаний?

***

Огромный зал оперы впечатлял. Местный Петроград не менее богат удивительной архитектурой, и это здание было одной из жемчужин Столицы Империи. Стены украшены крупными картинами великих солистов России, высокий потолок удерживался колоннами, которые ещё и имели функцию отопления, исполинская люстра с хрустальными каплями хоть и справлялась с освещением, но настенные стилизованные фонари были явно не лишними, сцена закрывалась гобеленовыми шторами бордового цвета и золотистой махротой, сидения в том же стиле. Дополнительно отмечу – весьма удобные, чего не скажешь про костюм. С виду стильная тройка чёрного цвета, но ужимающая в весьма личном месте. Не люблю удавки, но Яшка уверял, что галстук-бабочка "сделает образ исключительно аристократским".

Мы уселись на свои места, свет мягко потух по всему залу, но усилился у сцены. Массивные шторы разошлись, на сцене стояла она… Мои глаза расширились от удивления. Я же собирался а её концерт, но отнюдь не этого формата, да и образ её отличался. Но Это точно она. Среднего роста. Та же стройная, спортивная фигура. Те же чёрные, как смоль, длинные волосы, вот только не сплетённые в дреды. То же миловидное личико с восточными чертами и большими серыми глазами.

– Это же… – только я пытался прошептать, как подполковник пальцем зажал мне рот, явно указывая на нежелательность даже тихого диалога во время мероприятия, но удовлетворил моё удивлённое любопытство, протянув брошюрку. Дарьяна Сергеевна Ставрова. Юное дарование с весьма впечатляющим лирическим сопрано и диапазоном в четыре октавы. Здесь ей всего 25 лет, явно младше рок-бунтарки из моего мира. Но, как бы это запутанно не звучало, я всё же попал на её концерт.

Я отсидел все два часа почти не шелохнувшись. Такую эйфорию я получал лишь от тяжёлой музыки. И, похоже, моё лицо не скрывало моих переживаний. Ну, или мой наставник просто умел читать людей. После окончания концерта и громких аплодисментов, к которым я присоединился без задней мысли, мы вышли из зала.

– Взять бы у неё автограф…

– Тут так не принято. Но редким избранным можно сделать фото-карточку на память. Хочешь?

– Спрашиваешь ещё. – с его стороны звучало с лёгкой издёвкой. – Эй, куда это… – он резковато взял меня под руку и повёл в сторону от толпы, в другое ответвление по коридору. Два солдата, что стояли у неприметной двери сначала собирались остановить, но стоило одному из них раскрыть рот, как мой попутчик достал из внутреннего кармана офицерский военный билет в уже раскрытом виде. Охрана резко приняла стойку смирно и не помешали нам пройти через единственную преграду, отделяющую нас от цели, о которой мечтать с этом мире сложно. Комната, в которую мы вошли, была обставлена не особо богато. Диван цвета индиго, пара картин, дверь в противоположном конце, окно со шторами, старинный столик со стулом, на котором сидела Дарьяна и листала местный аналог сенсорного планшета, попивая что-то бежевое из чашечки. По запаху – кофе с молоком, однозначно свареный. Так же на столике лежали небольшой блокнот, карандаш и архаичного вида фотоаппарат.

– Госпожа Дарьяна Сергеевна? – голос Михаила Николаевича был весьма уверенным. Ощущение, что это их не первая встреча. И реакция оперной звезды это подтвердила.

– Госпожа! – она чуть не поперхнулась и слегка хихикнула. Этот голос… Даже в обыденности в ней было что-то магическое. Или в моей голове просто перемешались оба образа обоих миров. Нужно взять себя в руки, или я провалюсь сквозь ламинат. Буквально… – Шутить изволите, подполковник. Какая из меня госпожа?

– Ну тут явно не я господин. – Его голос звучал чуть мягче даже тех моментов, когда наш разговор никто не слышал. Они точно знакомы не первый год. Похоже, военные любят оперу. Или, как мне подсказывает чуйка, в этом походе есть какой-то тайный смысл. – Мой новый друг очень хотел бы фото-карточку на память с Вами. – она посмотрела на меня прямо в глаза. Потом прошлась с головы до ног, и её взгляд снова установил обоюдный контакт с моими малость удивлёнными окулярами.

– Не могу отказать в просьбе такому симпатичному джентльмену. Как зовут красавчика? – похоже, вопрос был адресован мне. Красавчиком я бы себя не назвал. Ну, по крайней мере пока не посмотрел на себя в зеркале сегодня утром.

– Эм.. О.. Олег я. – В редких случаях я так стеснялся. И это был тот самый случай. В своём мире у меня есть и автограф, и совместное фото, и даже кое-что из мерча любимой солистки. В том числе торба, которую по совету куратора я не выношу за пределы военной части. Да и так я особо не разгуливаю.

– Очень приятно, Олег. – её улыбка почти сбила меня с ног, но держать себя в руках было необходимо. На благо, я укротил свой новый новую способность, и даже превратил в талант по аналогии ниндзя из японских мультиков.

Она подошла ко мне, пока мой спутник включал фотоаппарат. Мне было немного непривычно и неуютно. Я чувствовал какой-то особый контакт, когда она встала рядом и взяла меня под руку. Подполковник прицелился.

– Скажите миииир. – двойной щелчок, яркая вспышка. – Готово. Мой друг превысоко благодарен. – он посомтрел на меня. – Так ведь?

– Эм… Да, благодарю… – твою ж медь. Чувствую себя зелёным пионером перед вожатой с третьим размером сис… харизмы.

– Какой стеснительный. Первый раз на оперу ходите? – Она не спешила убирать свою руку от моего локтя.

– В первый раз… Да…

– По глазам вижу, Вам понравилось. Приходите на следующее моё выступление, как раз через неделю.

– Да, я приду. – От такого приглашения я не откажусь. И судя по одобрительному лицу Михаила, я приду точно.

– Буду ждать. – она подмигнула и лёгкой походкой вернулась к столу. – Не сочтите грубой мою просьбу, но мне нужно отдохнуть.

– Удаляемся. Благодарим за уделённое внимание и бесценное время – под руку меня уже подхватил Михаил и уверенно вывел из комнаты. Охрана снова отсалютовала подполковнику и взглядом проводила до самого угла. – Ну как? Полюбил оперу?

– Всем сердцем – не стал лукавить я.

– По глазам вижу, по какой причине. – и не ошибся. Видимо, моя рожа была весьма красноречивой. Или просто красной от смущения. – Ты ей, кстати, тоже приглянулся.

– Да ладно? – мне показалось,что он подшутил. Но голос у него был уверенный и довольный.

– Зуб на вынос даю. Хоть весь зубной состав. Но об этом подумай потом на досуге. В оперу я привёл немного по другой причине. Мне нужно было быть уверенным, что ты на сто процентов наш. Только наши люди получают столько удовольствия от нашей музыки. Сегодня выспись, завтра ты мне нужен на одном важном мероприятии. – его голос стал немного мрачным, и это меня немного встревожило. – Не думай сейчас. Всё завтра после завтрака.

Глава 3: Пытка.

За время моего пребывание в этом мире мои привычки сильно поменялись. Курить бросил спустя две недели, как весь запас сигарет иссяк. Местные папиросы сильно отличались от родных. В них была только махорка без добавок. Мерзко, не смог выкурить и одной. Желание выпивать по вечерам как-то само отпало. Правильно говорят: пьянство от безделья. С такими усиленными тренировками не до пивка. В целом, меня такая жизнь устраивала.

Вот только тоска по товарищам и привычному укладу демократической страны. Но я туда вряд ли вернусь. Раз моему земляку за двадцать лет не удалось, то и у меня шансов практически нет.

Быстро пройдя все коридоры, я встретил товарища по несчастью, стоявшего у окна в допросную комнату. Когда-то я был за этой стеной, и он так же наблюдал за мной. Прежде чем пустить в мою сторону три пули. Да, злопамятный, принимайте какой есть.

Я подошёл к нему. Взгляд был напряжённым и сконцентрированным. За зеркалом сидел паренёк меня немного старше. Лицо знакомое. Похож на одно хейтера* (от англ. hate, ненавидеть. Человек, проявляющий ненависть в любой форме в сторону медийной личности) известного в тёмном андерграунде музыканта.

– Ты как раз вовремя. – голос у Миронова был жёстким и немного грустным. Таким я его давно не видел. – Посмотри на него. Вроде северный русский, безобидный толстячок. Ну русый, ну щёчки милые, ну глазки добрые. Говорит без акцента, нашими оборотами пользуется. Только изредка проскакивают южные фразочки. Он прибыл год назад из Османской империи с фальшивыми документами на имя Хулина Эндрю Ивановича. И с тех пор периодически к нам прибывают диверсионные группы, устраивают теракты, крадут людей. Некоторых важных находят, но те уже ничего не скажут. С перерезанным горлом говорить трудно. Вот и он молчит, как рыба. Что думаешь насчёт пыток?

– Мерзость, которую нужно держать под запретом. Но без этого сложно узнать нужную информацию. – честно ответил я.

– Я такого же мнения.

В комнату вошел мужчина. Среднего роста, фигуру вроде среднего телосложения скрывает чёрный эстрадный костюм-тройка широкого кроя, два кольца на правой руке и галстук-шнурок дополняют образ. Чёрные волосы убраны в хвост, черты лица были очень знакомы. Да ладно!!! Это тот же музыкант, которого так люто ненавидит двойник пелнника! Хотя нет, очень похож, но не он. тоже вариант. Но тоже связан с музыкой. И он запел. Знакомая мелодия, её я слышал на концерте в своём мире, посвящённом последнему номерному альбому. Кажется, название связано с очень чёрным цветом. А песня про цветы, красоту, глаза… Не помню, перебрал малость у барной стойки.

Его голос в верхнем регистре почти доходил до контр-тенора, оперный вариант, красиво.

И тут я понял суть пытки. Шпион напряг лицо впился руками к металлическим подлокотника, к которым он был надёжно привязан. Стул при этом был намертво прикручен к полу.

– Посмотри. Михаил Добрыневич только начал, а наш гость уже напрягся. Держится, но это не на долго. Даю минуты три. максимум – пять. Ваши прогнозы, коллега? – цинично высказал своё мнение куратор.

– Ты жестокий человек. – не стал скрывать своего мнения я. – Семь минут. Ставлю литр кваса.

– Хех, удваиваю ставку.

Как только талант заканчивал вторую песню, кажется про какую-то реку загробного мира, у гостя сдали нервы.

– НЕНАВИЖУ!!! ПРЕКРАТИТЕ!!! НЕ МОГУ ЭТОГО БОЛЬШЕ СЛЫШАТЬ!!! УБЬЮ!!!

– Вот. Замариновался наш огурчик. Сейчас будем доламывать и допрашивать. Понял суть пытки?

– Оперу не все любят. Поэтому ты меня отвёл вчера к Дарьяне?

– Правильно мыслишь. Идём, дальше наш выход. Кстати, с меня два литра. Он сломался на времени… – он достал из кителя карманные часы, похоже серебряные. Не знал, что у него такие есть, тоже хочу. – шесть минут сорок три секунды. Твой вариант ближе.

Мы зашли в допросную. Лицо горе-шпиона было красным от злости, вены вздулись. Боюсь, если бы не путы, что сковали его руки, нашему артисту не сдобровать.

– Благодарю за содействие. – Миронов протянул руку певцу. – Вы нас выручаете.

– Мне только в радость. Рад помочь нашей империи. – Михаил пожал руку в ответ и вышел. Двое рядовых встретили его у входа в комнату и сопроводили к выходу из военной части.

– Ну, гражданин хороший – Миронов уже обратился к пленнику. – Рассказывай по хорошему. И, желательно, честно. Откуда родом? Зачем приехал?

– Вы и так знаете, мои документы у вас есть.

– Похоже, рано мы отпустили Михаила Добрыновича. Олег, попроси-ка его вернуться, его верному поклоннику понравилось.

– Стойте! Не надо. – Лже-Андрей явно не хотел глубже проникаться в оперную культуру. – Я скажу, но это вам вряд ли поможет. Ничего нового.

– Мы послушаем. Нам очень интересно.

– Меня зовут Эндрю ибн Ибрахим. Родом из города Тель аль Рухт.

– Сказочки начались. Нет сейчас такого города.

– Был такой город.

– Да, был. И стёрт с лица земли лет пятьдесят назад. Весь мир знает, первые испытания кассетных снарядов со сжатым напалмом османского производства.

– Мои предки оттуда. И значит, это моё родное место.

– Ну, допустим.

– Ради чего я тут – вы и так знаете. Скоро вас всех сотрут.

– Ну твой султан не первый, кто хочет стереть и Российскую империю.

– Я не про империю. Я про вас. Чужих. – его глаза прищурились. В них читалось презрение.

– Я тебя понял. Хорошо отдохнуть в подвале. Пойдём, Олег. Нам нужно кое-что обсудить.

Мы вышли из допросной и выдвинулись из здания. Странный он. Наверняка наврал про город. Может у его народа и другие понятия, в моём мире так же. Культуры соседних стран могут быть слишком разные. Ладно, это наверное моя излишняя подозрительность и синдром поиска глубинного смысла.

– Тоже задумался по поводу нашего гостя? – Миронов первый нарушил тишину.

– Да. Он недоговаривает.

– Да. Но он сказал то, что касается только нас. Идём во вторую тренировочную. Кое с кем тебя познакомлю, обещал же. Пора.

– Другие четыре твоих подопечных? Они все тут?

– Скажу точнее, они – твои соседи.

– Опа. Скрывать целую кучу особенных на самом виду?

– Скрывать? Они так же как и ты гуляют тут. Хочешь спрятать – спрячь на самом видном месте.

– Меня сложно удивить. Тебе это удалось в очередной раз.

Глава 4: Знакомство.

Мы зашли в здание, ставшее для меня домом за последние полгода, но пошли в другую сторону от привычного для меня входа. Неприметная дверь, похожая на мою. Внутри такой же коридорчик. Интересно, офицерское общежитие какого размера на самом деле? Напоминает синюю будку из популярного сериала про инопланетянина с двумя сердцами.

– Ну чтож, – Миронов начал издалека. – эта тренировочная крупнее твоей. Но она и для групповых занятий. Теперь тебе сюда на постоянку. Хотел бы я вас познакомить раньше, и при других обстоятельствах. Но они часто в разъездах. Сегодня все вместе, наконец-то. Вы друг другу понравитесь.

– Мне даже интересно, как ты их на виду скрывал.

– Мы работаем в тайном отделе. У нас секреты даже от самих себя.

– Ну, это многое объясняет.

– Прошу. – он открыл дверь и пропустил меня вперёд. Я прошёл в тёмный зал, и дверь за мной захлопнулась. Де жа вю. Полагаю, и эта дверь под электромагнитным напряжением.

– Код зелёный, ликвидация. – донеслось из колонки. Подождите, ликвидация? Я что, узнал что-то не для своих ушей? Почему просто не пустили пулю в висок?

Долго думать мне не дали. В мою сторону полетел сноп огня. Жарко, однако! Я на автомате перешёл в кувырок вдоль стены. Следом за вторым огненным шаром в меня направились сосульки. Да ладно, синий и жёлтый ниндзя из известной компьютерной игры подружились? Увернувшись от двойной атаки, я наткнулся на какой-то ребристый спортивный снаряд. Темно, не удивительно, что я чуть не врезался. Я резко развернулся и побежал обратно. Вот тут меня остановил град синезелёных брызгов. С каждой секундой всё лучше и лучше. Увернулся от атаки и наткнулся на очередной снаряд, уже похожий на деревянную стойку для отбивания ударов. Пока до меня летела четвёртая, какая-то вибрирующая волна, до меня дошла очевидная моя оплошность. Помнится мне приснился сон, похоже вещий. Я стал призраком и научился ходить сквозь стены. Меня очень расстраивал тот факт, что я не мог взять в руки банальное яблоко. И приловчившись брать предметы в руки и стучаться в окна, я забыл как проходить через эти предметы. Призрак, которого остановит банальная дверь, какая ирония. И эта ирония меня настигла в мире реально. Я, взявший под контроль свою способность сливаться с окружающими предметами, просто забыл про сию свою особенность при первой экстренной ситуации! Я моментально проскочил сквозь снаряд, вибро-волна разрезала сгусток тьмы, что остался на месте моего присутствия мгновение назад. Интересный эффект, как будто каракатица оставила чернило для преследователя, будем использовать. Так, пол почти прозрачный. Видимо, поле под ногами частично отключили. Полметра в моём распоряжении, мне этого более чем достаточно. Ныряю в пол за мгновение до того, как огненная волна с вибрацией меня не размазали по стене. Когда я нахожусь в состоянии слияния с полом или стенами, тьма будто ослабевает, очень полезно для слежки и неожиданных атак. Жаль, что обзор ограничен примерно в две маховые сажени* (одна маховая сажень равно примерно 1,78 метра). Но этого вполне достаточно для разведки и быстрой контратаки. Опа, Старинный для моего мира метраж теперь мне в привычку. Прижился, однако.

Тааак, что мы видим. Четыре образа по разным местам довольно большого зала. Зал явно больше моего, раза в три. Много снарядов, удобно как для тренировки, так и для неожиданных атак. В деталях вижу два образа как раз рядом. Два парня, худоватый и подкаченный. Первый чуть выше ростом, короткая стрижка, и руки в огне. Вот, кто не постеснялся ударить первым. У второго руки по локоть размытые какие-то. Вибрируют. Хех, оставлю пошлые шуточки на потом, нужно их хотя бы обезвредить. Резко подпрыгиваю из пола и бью кулаком по высокому. Резкий сноп чёрного дыма, к тому же ещё и который дерётся, вызвал у второго мягко говоря удивление. Не на долго, ибо этот сгусток дыма сильно лягнул ему в солнечное сплетение. Ныряю обратно и ищу остальных. А вот и ледяной ниндзя. Средний рост, внешность восточная, похож на китайца. Точно как из игры. Подскакиваю сзади, пнул в спину в сторону снаряда. Да, подло. Как и четверо против одного. Ныряю и ищу четвёртого. Тааак, а тут уже не смешно. В трёх местах сине-зелёные свечения. Хитроумный тут не только я. Ну нееет, я так не играю. Подлетаю к ближайшему свечению и бью как по первой цели. Вспышка в глаза и… Пусто, его тут нет. Моментально ныряю вниз и плыву ко второй цели. Прыжок… Результат тот же. Ха! Осталась одна точка! Вот ты где! Уже без разбора бегу к цели сквозь спортивные преграды, бью по силуэту… Пусто… Что?.. Лёгкий чмок в ухо. Разворачиваюсь, и перед моим лицом явилась девушка. Девушка? На территории военной части? Слегка пухленькие губы образовали улыбку, радужки глаз слегка светились сине-зелёным, волосы подстрижены в каре, но закреплены заколками так, что не мешаются. Военная форма на ней сидит очень даже хорошо. Тот случай, когда фигура украшает одежду, а не наоборот. Засмотреться на своего прямого соперника было моей ошибкой. Она толкнула светящейся ладонью мне в живот, и я не заметил как пролетел добрый десяток шагов* (примерно 71 см по старорусскому метражу) и приложился спиной об стену. Как только я опустился пятой точкой на пол, свет в зале включился. Вся четвёрка уже стояла рядом со мной, их теперь можно рассмотреть более подробно. Три парня и девушка. И все разные. Светловолосый высокий парень с яркими славянскими чертами, слегка худоватый, но это его не портило, Наверняка под одеждой он малость рифлёный, как и я. Похоже это он меня первый и атаковал огненными шарами. Рядом стоял мужчина ниже, подкачан. Волосы тёмные, глаза цвета виски. Черты лица слегка грубоваты. С каждым его вдохом от ладоней исходил лёгкий вибрирующий звук. Видимо, был готов к неожиданным атакам. С противоположного края стоял восточный ледяной ниндзя. По лицу не могу понять эмоций, холоден даже в этом. А между ледяным и вибрирующим, на половину шага ближе ко мне, стояла та, что так легко воспользовалась моей эмоциональной дезориентацией. Миловидное лицо, стриженные под каре каштановые волосы, невысокий рост, уже отмеченная мной спортивная фигура. Таких ещё называют фитоняшка. На всех, как и на мне, военная камуфляжная форма империи.

– Анчутка! – первым нарушил тишину товарищ Ниже-нуля. – Ну точно, древняя тьма во плоти! – шутки шутить изволил.

– Вот и кодовое имя получил. Добро пожаловать, новичок. С посвящением. – коренастый полу-качок протянул мне руку.

– Приказ ликвидировать – хороший способ принятия в пионеры. – взяв за руку и поднявшись, не стал скрывать своего недовольства. Не умею я скрывать своих эмоций, за что не раз мне высказывал подполковник. В нашем деле, как он говорит, нужно ходить с лицом фараона* (тут имеется ввиду Так называемы Покерфейс, безэмоциональное лицо во время карточной игры, Фараон – азартная карточная игра, популярная в дореволюционные времена).

– Ну если бы код был красный, ты точно не выжил бы. – Сказала девица. Голос приятный, но даёт понять – боевая. Такая вместо классических ухаживаний предпочтёт спаринг на татами* (аналог японского мата, похожего на напольное покрытие в домах).

– Вижу, вы уже познакомились. – в зал зашёл Миронов. Лёгок на помине. Любитель закрывать дверь на замок. – Слышал, ты уже получил новое имя, поздравляю. Знакомься, слева на право. Ожог, Пульс, Ведьжма, Лёд. – Как оригинально, легко запомнить. И мне, как по закону подлости, выбрали самое длинное, неудобное и устаревшее имя.

***

Неожиданная тренировка была весьма энергичной, пропотел знатно. Но душ пришлось отложить. По указу, как оказалось, нашего общего батьки мы все двинулись в небольшую аудиторию. Классические в этом мире двухцветные стены, белый над зелёным. По два стилизованных под уличные газовые электрических фонаря на каждой стене. Невысокий потолок с неуместной, по моему мнению, цветочной лепниной. Вспомнил студенческие времена. Парты, стулья, проектор. Тот же кабинет по социологии, только меньше раза в три. Видимо, для высшего офицерского состава. Или лично по заказу куратора нашего небольшого тайного отдела.

– Ну, вся команда в сборе. – начал Миронов. Он не скрывал как радости о полной комплектации, так и напряжённости из-за результатов недавнего допроса. – Буду краток, ситуация у нас не ахти. Недавно с вашим новым коллегой – все посмотрели в мою сторону. Я лишь беззвучно кивнул в сторону рассказчика, мол слушайте дальше, насмотритесь ещё. – мы провели допрос пойманного шпиона соседней с нами Османской империи…

– А допрос был с пристрастием? С дядей Мишей? – на вопрос Пульса остальные отреагировали дружным смехом.

– Тишина! – Строгим голосом Миронов показал серьёзность вопроса, все приутихли. – Да, Михаил Добрынович лично помогал с допросом. И результат меня не обрадовал. Сначала у меня были догадки, но теперь я уверен. На нашей земле ведётся зачистка иномирцев. – Опа, а это серьёзно. Не успел привыкнуть к местной жизни, как за мной и мне подобным уже ведётся охота. Интересно… – Наш информатор, пока мы не потеряли с ним связь, указал, что на территории наших весьма агрессивных соседей иномирцев почти не осталось. Британские острова, Архипелаг Ямато, Готские земли, даже союз Африканских государств так или иначе принимают таких как мы, помогают им ассимилироваться, подселяют в семьи, где их кхм… варианты пропали без вести или погибли по разным обстоятельствам. Чтобы избежать паники среди населения. Вот только наши восточные соседи с богатыми на ископаемые ресурсы землями, но отсталыми взглядами на жизнь, считают нас происками тёмных сил и Шайтана… – все снова обернулись на меня.

– Анчуткой вы меня назвали. Я атеист. – Излишнее внимание и мракобесие. Не люблю.

– Шутки шутками, – продолжил куратор. – Но факт. Закончив со своими гостями, они принялись за нас. Раскрою ещё парочку фактов. За двадцать лет моей жизни в этом мире, сюда пришло 9 человек из разных миров, включая вас всех. И у всех нас открылись способности. – Спасибо, добрый человек. Напомнил, каким образом он их открыл у меня. – За последние полгода сюда пришло с полсотни гостей. И особенности открылись лишь у единиц, на очень слабом уровне. И с появлением товарища Эндрю ибн Ибрахим аль Саллаха пятнадцать из них исчезли. Одиннадцать найдены с глубоким порезом на шее. С летальным исходом. Могу назвать это целенаправленным геноцидом. – Лёд присвистнул от удивления. – Да, именно так. Полагаем, наш гость был координатором для диверсионных групп.

– И наверняка пришлют ещё одного? – спросил Ожог.

– Возможно. Мы усиленно следим за границами. К сожалению, кто-то может ещё орудовать на наших землях. Хорошо подготовленная группа, может и не одна. Ваш первый совместных поход будет иметь чёткую цель: найти и ликвидировать. Но выходить будете не сейчас. Наши разведчики приискивают территорию на предмет хоть каких-нибудь следов. Найдутся доказательства – выдвигаетесь. Отправлять в неизвестность и на явный риск я не хочу. Всем отбой. Отдохните хорошенько. Завтра погуляете по городу.

***

Перед сном я решил чутка прогульнуться по территории части. На благо, свободное время и погоны унтер-офицера позволяли. Рядом с конюшней стояло кирпичное здание, малость отличающееся по кладке кирпича, из трубы шёл сильный дым. Похоже, это кузница. Кто-то же должен ковать подковы. Зайдя внутрь, я увидел тамошнего кузнеца. Типичный крупный мужик лет тридцати, одет в военные брюки, чёрную майку и кузнецкий фартук, его ладони, вероятно очень крупные, закрывали термоустойчивые перчатки-краги. Он сидел рядом с наковальней и как-то философски смотрел на ржавые пилы без рукояти.

– Здрав будь, кузнец! – решил прервать его думу. Он моментально вскочил и принял классическую стойку "смирно".

– Здравия желаю, господин унтер…

– Смирно, смирно. Над чем задумался?

– Да вот, несколько пил списано. Проржавели из-за халтурного обращения на складу. А выбрасывать жалко, острые. Сталь-то хорошая. Да и сделать что с ними – ума не приложу. Закалка не даёт нормально обработать. Так-то хорошие ножи получились бы.

– А что если сделать отпуск?

– Хех, отпуск. Смешно, госпдин унтер-офицер. Думаете отправить их на Крымский полуостров?

– Никаких шуток. Отпуск – это обратный процесс закаливания. Сначала нагреваешь до высокой температуры, градусов до тысячи двусот к примеру, и даёшь остыть на свежем воздухе. И сплав обретает свойства в аккурат перед закалкой. Тогда и обрабатывай как хочешь.

– Хитро. С детства в кузне, а не додумался так сделать. Где научились, если это не государственная тайна?

– Книжек много прочитал, будучи студентом. Пока с треском не вылетел и не попал сюда… Если книжка не соврала и совет поможет – сделай ножи. Вот из этой ножовки, например, получилась бы хорошая парочка, если разрезать пополам.

– Благодарю за совет. Получится – с меня нож. Сделаю в лучшем виде!

Глава 5: Тренировка.

– Ты хорошо подумал, прежде чем выпускать отряд радиоактивных людей гулять по столице? – Прохор Петрович был явно недоволен идеей.

– Трижды, плюс ещё пару раз, как и привык. Не волнуйся, они умеют себя контролировать. – Михаил Пантелеевич не собирался отказываться от своей идеи.

– Я понимаю, нужно идти на риск. Но на такой… Они ж сильнее, чем большинство прибывших во всём мире, если не считать других ударных групп наших потенциальных соперников. Они, по крайней мере, держат их на своих базах, и о них известно далеко не всем представителям их властей, не говоря о простых смертных.

– Им стоит отдохнуть, пока не пришло профессиональное выгорание. Если Чистильщик найдёт кого-нибудь одного – об этом узнаю я. И подтяну всех к одной точке. С одним слабым он может и справится. А вот с отрядом профессиональных бойцов, четверо из которых уже побывавшие в военных компаниях и конфликтах со смертельным исходом в своих мирах – вряд ли.

– То есть, они ещё и наживки? Солдаты, конечно, часто гибнут на войнах, но так использовать лично взрощенных бойцов, которые тебе должны быть как дети – это слишком цинично. – своего отвращения к идее товарища майор скрывать не стал.

– Я уверен в них. Османы не подойдут близко к Петрограду, особенно после провала их группы на подходе к Москве. Пусть отдохнут денёк-два. Хотя бы почвуствуют себя людьми.

– На твоей совести.

***

Время уже половина одиннадцатого, полтора часа до следующего календарного дня, а сна всё нет. Привычка засыпать в десять вечера сегодня не работала, мысли мешали спать. Полгода жизни по уставу, а завтра весь день на свободе, Родной Питер в моём распоряжении. Ну, почти родной. Да ещё эта информация про геноцид гостей. Значит, я и мои новые братья и сестра по беде тоже под ударом. Не можем ли мы быть чем-то вроде маячков для этих отрядов османов? Ну типа "Гляньте, тут такие свеженькие и упитанные чужаки. Выходите из тени, а наши отряды из-за угла устроят вам гоп-стоп". Не, бред. Слишком смело для теневых ассасинов, слишком цинично для батьки-подполковника. Хотя кто знает. В моём родном мире нож в спину и наглость – обычные дела. Может и этот мир не так сильно отличается от родного для меня. Завтра увидим. Для меня сейчас главное – прогнать рой из мыслей и уснуть. Может ещё посчитать овец? Нет, опять собьюсь на триста семьдесят четвёртой и отвлекусь на Синдром поиска глубинного смысла. После сегодняшнего собрания меня привели к единственной пустующей комнате в их секторе. Не люблю, когда без спросу трогают мои вещи, но я всё же вынужден жить по их правилам. Придётся это терпеть…

Стук в дверь, весьма ритмичный. Полагаю, женский твёрдый кулачок решил нарушить тишину в моей новой скромной обители. Встаю с кровати и моментом одеваю камуфлированные штаны, дабы не смущать потенциального гостя полунагим видом своим. Открыв дверь, заметил две вещи. Первое – я был прав, кулачок реально принадлежал единственной девушке нашего отряда. Второе – она как и я невыспавшаяся и бодрая. Видимо, мысли так же не давали уснуть.

– Извини, что поздно. Не разбудила? – голос был так же бодрым, но не таким ледяным, как при первой встрече. Похоже, её решение меня побеспокоить было её личным и с явным желанием не раскрывать это перед остальными членами нашей маленькой суицидальной команды.

– Не, порядок. Не сплю. – мне даже стала интересна причина поздних гостей в её лице.

– Ну раз мы оба бодрствуем, может пробежимся по залу? Потратим излишнюю энергию, рассмотрим твою силу с разных сторон. Ну, узнаем друг друга получше. – Она улыбнулась и подмигнула. Что-то мне подсказывает, что её интересует последний пункт её предложения. Ну чтож, команду лучше узнавать. Всё-таки нас ждёт как минимум одна общая миссия.

– Да, давай, только я переоденусь.

– Хорошо, тоже приведу себя в более спортивный вид. Буду ждать в зале через пять минут. – она быстро развернулась и ушла к своей комнате.

На благо, для неполевых тренировок предусмотрены классические спортивные костюмы. Лёгкие, удобные, хорошо держатся при тренировках на износ. Единственное – всё та же комуфлированная расцветка. Кеды более чем удобны. Военная часть всё-таки. Одев нужный костюм с лёгкой ветровкой, вентиляция в зале хорошая в прохладную ночь, я направился в зал. Ведьжма уже ждала меня внутри. На неё тоже была спортивка такого же типа, что и у меня. Когда я зашёл, она поспешно закрыла дверь на внутренний замок.

– Чтобы не мешали прыгать через турники? – полюбопытствовал я.

– Ну да. Приступим? Для начала. Меня зовут Аня. – протянула руку.

– Олег, теперь точно будет знакомы. – пожал руку в ответ. – Так, разогреемся? Пару кругов вокруг?

– Вперёд.

Мы двинулись в среднем темпе. На балго, за эти полгода бег теперь мне не в тягость.

– Как твоя сила проявилась? – разговор начала она.

– Во время допроса. Господин подполковник пустил в меня три пули. Ну, почти в меня. Я сквозь стул и наручники и пролетел.

– У меня как только я оказалась тут. Как только прилетела в офицерскую душевую. Сразу покрылась сине-зелёным светом, увидев кучу старых морщинистых вояк.

– Для тебя это был наверняка сильный шок.

– Да. С тем учётом, что я упала сюда во время войны в моём мире. Уже год тут, а всё не привыкну к местным технологиям.

– На столько твой мир отличается от этого?

– Да. У нас седлают не технику и самоходные повозки, а лошадей, лютоволков и ездовых тигров, а летают на нетопырях и крылатых ящерах.

– Да ладно? У вас есть огнедышащие драконы?

– Драконы? – она не стала скрывать смех. – Драконы это миф. А в твоём мире есть драконы?

– Если бы. У нас тоже техника, как и тут. Так же жгут уголь и используют электронику. Вот только монархия в моём мире далеко не везде. И мельчайшие частицы расщепляют. Одни страны для дешёвой энергии, а другие – для устрашения огненным адом. Наверняка, за моё отсутствие в полгода там ничего не изменилось.

– Занятно. А что ещё у вас в качестве энергии используют?

– Силы природы. Реки, ветер, солнце.

– А у нас камни. Не все, конечно. От гранита не добьёшься тепла и электричества. А вот редкие адаманты – другое дело.

– У нас бы не позволили бы. Ну если бы такие были. К сожалению, многое решают деньги. И власть, которую они дают.

– Ну, этим наши миры не отличаются.

После трёх кругов мы остановились немного отдышаться. Перед началом тренировок нужно перевести дух. Отдышавшись, мы решили растянуть связки и разогреть верхние мышцы.

– Я заметила, что твой дым реагирует на воздействия наших сил. Полагаю, он имеет не голографическую природу?

– Возможно. Я только начинаю более менее понимать себя и держать под контролем.

– Оставить свою тень, как отвлекающий манёвр, это красиво. Как давно освоил?

– Вот только сегодня получилось, на стрессе.

– Во как. Укрепляй, пригодится. И не раз. А ты не пробовал сгущать свою тьму в руках и кидать в глаза? Была бы интересная техника. – интересное предложение. А у Ани хорошая фантазия.

– А что, так можно было что ли? – не стал прикрывать своих удивлений.

– А ты попробуй. – Она, похоже, серьёзно предложила расширить мои способности. Чудно, у меня ещё один учитель. – Отдышались? Разогрелись? Теперь тратить основные калории. Полагаю, наши способности могут иметь схожие эффекты. Уже умеешь удерживать силы в руке?

– Да. – в качестве доказательств пустил дым через ладони.

– Красиво. А теперь попробуй уплотнить их между пальцами. – Я попытался следовать её совету. Дым слегка шелохнулся, но форму сферы принимать не спешил. – Так, что-то есть. Попробуй ещё. – вторая и третья попытка большего результата не дали.

– Для этого потребуется больше практики. – Я слегка расстроился, но не стал подавать виду. Зря заранее воодушевился открывающимся возможностям.

– Не вижу смысла расстраиваться. Дым твой, и поддаётся он только тебе. Не важно, если шаги короткие.

– Было бы не плохо ускорить шаг. – Мне показалось, что она ожидала другого ответа. Видимо, показалось.

– Можно и не спешить. Я щиты научилась ставить только недавно.

– Ты умеешь ставить щиты? – В ответ она молча поставила перед собой сферическую полупрозрачную преграду. В ответ я вошёл в своё тёмное состояние и положил руку на щит. Тёплый, почти горячий, твёрдый. Похож на алмаз. Так, а если я попробую… Дым начал расходиться в месте прикосновения, рука слилась с преградой, начала в ней растворяться. Сложно описать ощущения при слиянии. Это похоже на удовольствие и мучение одновременно. Будто в тебя ввели убойную дозу адреналина и дофамина. Я уже привык к этим ощущениям. Но через щит они были немного ярче. Потом рука всё же материализовалась на обратной стороне энергетической брони. Следом прошло моё лицо.

– Вау. – Удивление на её лице было неподдельным. – Ты первый, кто так смог. И, похоже, моя сила тебя принимает. У тебя глаза светятся. Что ты чувствуешь?

– Страх, удовольствие. Сильнее, чем раньше. Будто спрыгнул не с двух метров, а с двусот.

– Запомни это ощущение. Направь на руки. – Её щит исчез. – Твои глаза, свечение осталось, но стало красным. Тебе идёт.

– Спасибо за комплимент. – Я направил новое между пальцев правой руки, чуть выше ладони. !!! Неожиданно. Дым неспешно приобретает сферическую форму. Повторил на левой, результат то же.

– Ух ты… Быстрый результат, ты улавливаешь всё на лету. А теперь прицелься в макивару – на мой вопросительный взгляд она слегка закатила глаза. – Деревянный снаряд для отработки ударов. Вон тот, с тремя толстыми штырями.

Тааак, нужно осваивать, к тому же быстро. Это может пригодиться. Я мысленно провёл траекторию полёта метнул сферы в снаряд, сначала правый, следом полетел и левый. Для закрепления повторил ещё по два раза, махнув руками под разным углом и один раз с разворота наотмашь.

– Дивно. – её без того выразительные глаза стали ещё выразительнее.

– У меня хорошие учителя. – театрально наклонился положив правую руку на грудь.

– У меня ещё есть немного силы. Может дружеский спарринг?

– А давай. – Она оперативно сняла сняла ветровку, под ней было то же, что и у меня – Обтягивающая чёрная майка без рукавов. И так же под майкой не было и намёка на дополнительные элементы одежды, майка подчёркивала упругую грудь второго размера. Единственное, что могло отвлечь внимание от отвлекающего манёвра моего партнёра по спарингу, так висящий на чёрном шнурке кусок полупрозрачного перламутрового минерала, будто являющийся половинкой от целого. – Так не честно, ты используешь запретные приёмы.

– В бою с османами с их стороны честных приёмов не будет. Учись уделять внимание исключительно для боя.

– Верно говоришь. – Было очень сложно не отвлекаться, я всё же мужчина, а женщины у меня не было… Давно не было. Даже в родном мире популярностью у противоположного пола я не пользовался. И именно поэтому я не сразу понял, что она имела в виду под фразой "познакомиться поближе"…

Сняв свою куртку, я еле успел принять боевую стойку. В мою сторону сразу полетели грады ударов разной мощности, но знакомого мне стиля – знакомая школа батьки. Я еле успевал отражать и уворачиваться. Долго защиту под таким напором держать сложно, и я решил контратаковать. После серии обмена атак она попыталась взять меня в удушающий захват. Я увернулся, она перехватила мою руку так, что её лицо оказалось рядом с моим. Она закрыла глаза и потянулась ко моему лицу. Вот такой атаки я не ожидал. Уворачиваюсь из захвата и стараюсь придержать дистанцию для новой защиты. В ответ она снова перехватила мою руку и попыталась поймать мои губы. Будет звучать странно, но именно сейчас я ничего такого не хотел. Завтра я ожидал на неформальную и близкую встречу с другим человеком, а работать на два фронта было как-то не по мне. К тому же в Ведьжме я видел больше друга и боевого товарища, не смотря на привлекательную внешность. А укладывать в постель друга и боевого товарища… Ну не понимаю я такой уровень отношений перед боевым заданием. Я еле вышел из её отнюдь небоевого захвата и остановился в маховой сажени* от неё (Старинная русская мера длинны, примерно 1,76 метра). Мы оба отдышались после весьма тяжёлой тренировки и не менее противоречивых эмоций.

– Думаю, на сегодня мы закончили. – Аня постаралась вернуть холод в свой голос, но нотки огорчения было сложно скрыть. – Хорошо завтра погулять. – Она ловко схватила ветровку со снаряда и, закинув её за плечо, пошла к выходу. Открыв замок, она с лёгким разочарованием кинула взгляд через плечо и ушла в свою комнату. Ну не могу я правильно отшивать девушек. Наверное потому, что в моём родном мире часто отшивали меня.

Глава 6: Завтрак.

Рой мыслей напоминал пчелиный улей после знатного пендаля. К имеющимся проблемам добавилась ещё одна – обиженная боевая подруга. Про женское коварство я уже знал по своему опыт. Одна бывшая кинулась на меня с ножом при моей попытке собрать вещи. Причём из-за спины. Слышали фразу "Будем драться, я с голыми руками, а ты с ножом. При этом нож будет у тебя между рёбер?" Я познал это на своей шкуре, и это я драться не собирался. При всех ставила себя беззащитной, а меня держала в ежовых руковицах, ревновала ко всем. Кстати, как возможный результат действия её предшественницы, которая пустила слушок по интернету. Сам случайно узнал, что перелюбил половину Васи (Васильевский остров, район Санкт Петербурга). И это при том, что обе мне изменяли. С тех пор я старался сторониться женского пола, добрые лет пять жил холостяком в своей уютной берлоге на пятом этаже типовой панельки. Но те были обычные барышни-стервочки, с военным делом не связанные от слова "вообще". Чего не скажешь о моей коллеге по диверсионному цеху. Да, именно диверсионному. Как я узнал, совершать мелкие пакости вражеским войскам обучали не только меня. Вот и Ведьжма кое-что умеет. Обычная девушка опасная, а если она боец – тем более. Это всё мелькало у меня в голове во время гигиенических процедур, которые я привык принимать после тренировок. Душ меня как правило бодрит, но не на этот раз. Стоило мне коснуться подушки – и я уже в тёплых объятиях Морфия* (тут – божество снов в древнегреческой мифологии).

Открываю глаза ровно за минуту до будильника. Снов не было вообще, чёрная тишина. Такое бывало крайне редко, только при сильной физической и интеллектуальной усталости. Сладко потянувшись, отключил будильник. На благо, с моём технически превосходящем мире я не забыл о правилах пользования механических часиков. Встал, одеваюсь, иду к санузлу. Эта комната не отличалась от моей предыдущей – та же небольшая квартирка-студия со всем необходимым. Ну, только плиты для приготовления я не увидел, да и холодильник меньше. Будто сделан только для напитков и закусок. Всё, что нужно для ночного дожора. Так, мысли приходят в хаотичное движение. Нет, нет и ещё раз нет! Не позволю СПГС* (Синдром поиска глубинного смысла) вновь захватить мой разум. Приняв привычную стойку около раковины с зеркалом, начинаю обряд по чистке зубного состава. Пусть этот мир и чутка отстаёт от моего по технологиям, а именно мобильная связь, сенсорные экраны и электротранспорт есть, ядерных технологий и спутников нет, но стоматология тут хорошая. Военный зубодёр за первую неделю моей жизни в военной части легко имплантировал недостающие три зуба, а остальные соседние были легко залечены он пульпита* (болезнь пульпы, внутренней части зубов, результат запущенного кариеса). Одна из тех немногих вещей, благодаря которым я не так сильно и хочу возвращаться в свой родной мир. Да, там есть товарищи. Ну, скорее собутыльники, чем друзья. Там есть родители. Но связь с ними я потерял года три назад. Всё же я плохой сын, не привёл в их дом внуков и не зарабатываю до неприличия приличные суммы. Там есть постоянные клиенты. Иногда дают мне небольшие объекты, чтобы не сдох с голоду. Хм… А стоит ли туда возвращаться? Тоска по прожитому всё меньше мучала меня. С таким развитием событий не до тоски.

Пока чистил зубы, в голове слегка зазвенело. Такой эффект описывался с графических произведениях про какого-то мутанта, человека со способностями паука. Типа карабкается по стенам, стреляет паутиной и избивает других полуживотных ради спасения мира. У него звенело в голове при опасности. Вот и я услышал этот звон. Точнее, лёгкий отзвук. За последние пару месяцев я так замечал резкое внимание в сторону своей персоны, при этом мои глаза были с противоположной стороны от наблюдателя. Резко разворачиваюсь, и в этот момент под дверь влетел сложенный лист бумаги. Пару раз хлопнув глазами, я быстро сплюнул зубную пасту, прополоскал рот и зубную щётку. Вернув все принадлежности по местам и вымыв лицо, я всё-таки подхватил источник беспокойства моей интуиции. Стоило бумажке оказаться в моих руках, за дверью послышались удаляющиеся шаги. Развернул послание. На нём рисованный план теперь уже моего сектора. Каждая комната подписана. Так, тут жильё каждого моего собрата, зал для тренировок, тир, столовая… Тир? Здорово, до прогулки нужно посетить. Схематические стрелки ведут в столовую, рядом надпись вроде женским почерком. Уж очень каллиграфический. "Черезъ пять минутъ будетъ завтракъ. Не опоздай." Хм, если это Аня отправила, то она точно не желает меня убить после вчерашнего. Если только в завтраке не будет крысиного яда.

Быстро запомнив все стрелочки, а положил листок на тумбочку рядом с кроватью и вышел. Понимаю, что вряд ли кто в мою комнату зайдёт. Личного и секретного там нет. Но всё же привычка осталась. Трапезная оказалась не такой большой. Шкафчик с инвентарём, возможно уборочным и кухонным, стол и восемь стульев. Пятеро уже были заняты моими новыми знакомыми. В стене напротив двери было окно для выдачи завтрака-обеда-ужина, за стеклом просматривалось такое же окно, видимо относящейся к офицерской трапезной. Судя по звукам – завтрак там был в самом разгаре обсуждения последних новостей внешней и внутренней политики. Стена слева через окно открывала вид на солдатскую баню, там же были кусты рябины, что радушно приняли меня в гости.

– Всем доброго утра. – я решил нарушить тишину и в этой трапезной.

– Угу! – синхронно ответили все. Я подошёл к окну выдачи и не успел я постучать в него, как на полочке уже образовался поднос с вполне неплохим набором для утренней трапезы: овсяная каша с ягодами и куском сливочного масла, нетолстый ломоть хлеба с сыром и гранённый стакан с крепким чаем и долечкой лимона. Стакан, как было принято, был с металлическим подстаканником. Повариха, ухоженная женщина лет пятидесяти, пожелала приятного завтрака и ушла в глубь кухни. Ей уже было не до кого, судя по умеренно гремящей посуде. Взяв поднос, я развернулся к столу. Свободных мест для меня было аж целых четыре. Обладатели остальных занятых мест были увлечены завтраком и ели молча, впрочем как нас в детстве и учили. Похоже, эта та особенность, которую внушали с детства во многих мирах. Все не обращали на меня внимания, только Аня мгновением взглянула на меня и незаметно опустила левую ладонь на стул рядом с ней. Второго приглашения я не ждал.

– Всем приятного аппетита.

– Угу. – Так же синхронное многоголосие показало мне взаимность в пожелании. Быстро поглотив завтрак, Мы по очереди отнесли свои подносы к окошку, где они по очереди исчезали. Выходя из трапезной, Ожог меня задержал.

– К Ведьжме не подкатывай. Видел я ваши полувзгляды. – Сразу к делу, молодец, уважаю.

– Ты её жених? – Ну раз он решил поговорить, я не против. Я общительный.

– Это… Это тебя не касается. – Неуверенность? У боевого мага огня? Это что-то новенькое. Хм, я так-то не против уступить, у меня другой интерес. Но такая реакция боевой машины для сжигания еретиков… Это что-то новенькое для моего понимания.

– Ну ладно. – Я обошёл его и направился к аудитории. Краем глаза заметил его победную улыбку. Победа в драке, которой не было. Так-то их дело. Разберутся.

Мы начали рассаживаться по местам. Когда я уселся за свой стул перед второй партой, а их было две по четыре места, Ожог успел усесться между мной и Ведьжмой. Моё место было крайним. Она мгновение постояла, показав небольшое недопонимание ситуации, но села на свободное место за вторым столом. В кабинет за нами зашёл Михаил Пантелеевич с несколькими небольшими коробочками в руках.

– Всем доброе утро. Надеюсь, вы выспались. Сегодня у вас небольшой отпуск и прогулка по городу. Завтра, кстати, тоже. Вы ведь найдёте где переночевать?

– А для чего нам белый ночи? – Спросил Пульс. Моё прибытие в мир Империи пришлось где-то на тёмный и зимний декабрь, но тут климат мягче и равномернее, что мне было очень непривычно. Как мне объяснили, всё дело в тёплом морском течении. Он слишком сильно меняет местный климат и удерживает тепло почти по всей Карельской земле. А классическую зиму можно увидеть южнее. Например в Москве.

– Ну, значит раньше завтрашнего полудня я вас не жду, заслужили. А вот это, – он начал раскладывать коробки перед каждым из нас. – мой подарок вам. Всегда держать при себе.

Мы раскрыли презенты. В каждой коробочке были одинакового внешнего вида карманные механические часы, видимо серебряные, и браслеты, похоже из того же материала. Часы были ровными и блестящими, с цепочкой длинной в три ладони (старорусская мера, одна ладонь равна 7,5 см) и аккуратным замочком, а браслет больше напоминал на сегментированный ремешок от командирских часов

– Браслеты не снимать ни в коем случае. Часы должны быть не дальше пяти шагов (примерно 3,5 метров). – Судя по интонации его голоса, он не шутит.

– Следить за нами будете? – Не сдержался Лёд.

– Да, и это необходимость. Браслеты будут считывать ваши показатели и сдерживать ваши силы. Локальное электромагнитное поле автоматически отключится, когда программка внутри часов по вашим показателям решит, что вам угрожает опасность. Так же часы покажут где вы точно находитесь.

– А ещё это стильный точный хронометр, который нам не даст упасть лицом в грязь перед высшим обществом и не позволит опоздать, ибо в полдень карета превратится в тыкву, а мы – в золушек. – Не удержался я. Чтож, meine Zunge ist mein Feind* (Язык мой – враг мой, нем.).

– В точку, Анчутка. – Интересно кто кого первым прибьёт. Он меня за дерзость, или я его за закрепление неприятного мне прозвища?.. – А теперь все одеваем обновки. И да. – Он подождал, когда мы оденем браслеты, они автоматически подстроились под размеры наших рук. – Их вы и так не снимите без определённого словесного ключа. И его знаю только я. – все посмотрели на него с расширенными глазами. – Извиняйте, меры предосторожности. Материал гиппоалергенный, можете не волноваться. Сплав высокоуглеродистой стали, серебра и тантала. Лёгкие, прочные…

– Стильные, молодёжные. – Поддержал моё стремление сострить Пульс. Все хихикнули. Хорошо, что в группе можно снизить градус напряжения с помощью юмора. Я с ними приживусь, наверное.

– Да, точно подметил. А теперь все свободны. В ваших комнатах уже лежат наряды по вашему размеру. Со всеми прогулочными атрибутами, том числе минипланшет с подробной картой города и документами. Ваши местные варианты в этом мире уже приличное время не живут, так что их обновлённые документы в вашем распоряжении. Яшка уже всё принёс.

– И что случилось с нашими местными вариантами? – моё любопытство такой же враг, как и язык.

– Меньше знаете – крепче спите. Единственное, что вам точно нужно знать, так этот факт нашей непричастности в их смертях. И вообще они из других городов родом, мы проверяли. Так что встреча с их знакомыми крайне маловероятна. – Миронов заранее ответил на мой следующий вопрос. Предупреждены, спасибо. – Вопросов больше нет? Чудно. Все свободны. Жду к полудню у кпп.

Глава 7: Прогулка.

Погода стояла отличная. Как говорится, ни что не предвещало беды. Петроград в этом мире не менее красивый, чем мой родной. Даже более атмосферный. Мода почти не поменялась, не сильно отличается от стиля Империи Романовых. То есть не отличается? Тут до сих пор правят Романовы. Сейчас это царь Николай… четвёртый кажется? Видел по фотографии в рамке над столом в кабинете батьки. Похож на второго. Автомобили тут на электротяге, двигатели внутреннего сгорания в моду так и не вошли, хотя и встречались у любителей выделиться. Вместо обработанной нефти в качестве топлива используют этиловый спирт. Не выгодно, видите ли. С нашими капиталистами они сильно поспорили бы. Хотя электрика в старинном стиле выглядит очень даже ничего, аутентичненько. Правила дорожного движения вроде не отличаются. На зелёный переходи, на красный стой. И на том спасибо.

Планшет, который лежал в моей комнате рядом с одеждой, уже содержал нужную мне информацию. А это: подробная карта города, список что именно мне желательно посетить в городе, маршруты общественного транспорта, навигатор, номера связи с нужными службами первой необходимости и номер Дарьяны. Знал, чёрт такой, чем меня зацепить в городе. Транспорт здесь тот же. Электробусы и трамваи. Второй вариант для прогулок подходил больше. И скорость ниже, и выглядит оригинальнее. Как специально для туристов. Вот только как тут работает местная сеть и навигатор? Спутников же нет. Скорее всего, тут развита проводная связь, а ещё много беспроводных точек доступа. Видимо, по ним и вычисляют местонахождение в городе. Пульс подтвердил мои догадки, он тут появился раньше нас всех и успел изучить уровень местных технических достижений.

Все мои товарищи, одетые соответствующе праздничной прогулке знати, разбежались по разным сторонам. За день город не объехать, поэтому все решили исследовать разные районы и поделиться рассказами и фотографиями. Изначально Аня хотела пойти со мной, что Ожогу не понравилось. Детский сад. Он тут три года, как мне известно. За два года можно было бы и понять, что ему не светит. Или просто поменять тактику. Одной детской настойчивостью расположения бой-девки не добиться. Хотя я и не старался, просто не хотел. Если бы не мои планы, может мы и прогульнулись бы вместе. В своём тёмно-зелёном платье викторианского кроя Ведьжма выглядела весьма и весьма. Как только я открыл список контактов для видеосвязи и открыл страницу с Дарьяной, Аня поняла, что наши маршруты изначально построены по разные стороны.

На благо, автобусная остановка от нашей части направляла в три разные стороны, далее – с пересадками. Я изначально поехал после всех, в противоположную сторону. Сев на нужный маршрут, я отправился к центру. На удивление, номер Дарьяны был доступен. Не думал, что у оперных див есть свободное время. Ну, сейчас или никогда. Нажимаю на звонок. На экране появился выбор между аудио или видео. Сгорел сарай, гори и хата, нажимаю на видео.

– Привет. – спустя три секунды, на экране появилось ухоженное личико юной певицы. – Я думала, что не позвонишь.

– Полагаю, Вас уже предупредили. Доброе утро. – вот засранец, уже за меня всё решил и спланировал. Что ж, будем отдыхать, пока отдыхается.

– Давай не будем с таким пафосом. Мне его и перед сценой хватает.

– Значит, на ты. Я уже в пути в центр. Может облюбуем какой-нибудь ресторанчик для отдыха? – И где я такому научился?..

– Я только за, сегодня у меня как раз весь день свободен. Предлагаю в Пышечку. Там уютно и тихо.

– Уже в пути. – Связь прервалась. Во как, так легко. Даже подозрительно. Лады, не будем задумываться. Просто насладимся видом из окна, раз маршрут уже построен.

***

Не думал, что общение у нас пойдёт так легко. На столько, что меня не покидает чувство тревоги. И постоянно кажется, что за нами следят, звон в голове умеренный, но не стихает за всё время нашего пребывания тут. Даже достаточно эффектный вид моей попутчицы не давал мне полностью отвлечься. А чёрное вечернее платье на ней сидело очень хорошо. Редкий мужчина был бы на столько сосредоточен на свои мысли, ну если они не касались процесса избавления собеседницы от этого платья.

– Ну расслабься уже ты, я не кусаюсь. – Она мило засмеялась. Ну не может всё быть так хорошо. Хотя, я может просто параноик.

– Как тут с войной расслабишься. Один звонок, и на фронт. – местами я лукавлю. Меня скорее в тыл отправят, во вражеский.

– Но сейчас ты тут, а значит живи в мире. – Она взяла меня за руку. Рука тёплая и нежная. И в этот момент я совершил ошибку, потерял бдительность. Видя, что за пару часов совместного времяпрепровождения в кафе мы начали сближаться, будто уже на третьем свидании, я потянулся к ней. И, показывая свою готовность стать ещё ближе, она потянулась в ответ.

– Битьман Олег Михайлович! – Голос со стороны резко прервал нашу идиллию. Причём, голос полный злости и недоумения. – Тебя здесь быть не должно! – Парень лет двадцати пяти и неприметной внешности встал с дальнего столика и пошёл в нашу сторону. Меня, а точнее моего варианта, тут оказывается знают. И кому-то он видимо задолжал сумму.

– Петь, да успокойся ты. – Его друг, чуть выше ростом, попытался его удержать за плечо. – Это точно не он. – Ну как не он, если в уже моих документах прописаны соответствующие буковки.

– А я говорю, что он. Не знаю как, но он. Ты! – уже обращаясь ко мне, – Как ты тут оказался?

– Зашёл через ту дверь. – Всё как в армии: какой вопрос, такой и ответ.

– Нет, ты не понял вопроса. Как ты оказался в Петрограде?

– В автобусе приехал. – Всё же я военный. Ответ короткий, точный, на уйх никому не нужный.

– Как ты оказался в мире живых, я спрашиваю?! – Вот тут я еле сдерживаюсь, чтобы не ответить соответствующе.

– Петь, да успокойся ты. Это не он. Ты лично привёл в исполнение приговор о высшем! – Вот это новость! Похоже, мой вариант ему задолжал больше, чем просто деньги. Раз я сейчас веду издевательскую беседу с его палачом! Всё же есть в этом мире порядки, которых я не пойму. В моём мире о таком точно не распространялись бы. – Вы извините моего друга, у него был тяжёлый период. – Он взял товарища под руки и увёл. На их столике уже лежала книжечка с ассигнациями* (наличные деньги в виде купюр). У меня есть вопросы к Миронову.

– Я конечно, слышал, что у людей есть двойники, но… – договорить я не успел, ибо Дарьяна заткнула меня своим поцелуем. И я поплыл. Не думаю, что от того, кто меня целует. Скорее от самого факта. Я окончательно потерял внимательность, а зря. Приключения только начинались.

За соседним столиком сидели четверо мужчин возрастом за тридцать. Так же одетые в смокинги, кожа только чуть смуглее, все на подбор брюнеты и более менее крепкого телосложения. Именно от них ранее я чувствовал обильное внимание, которое иногда смещалось на остальной зал. Один из них, что сидел спиной ко мне, встал, достал компактный пистолет из внутреннего кармана пиджака и выстрелил в потолок, чем нарушил мою личную идиллию. Все присутствующие встрепенулись, кое-кто из женщин даже на секунду завизжала.

– Секундочку внимания! – остальные тоже неспешно встали. – Никто не пострадает. До нас дошла информация, что тут находится чужак! – Южный акцент, чужак… Во как, наши опасения оказались верны. Причём, очень повезло именно мне. Вот так нагло, в центре города, не боясь полиции… – Он тут находится нелегально. Сдайте его нам, и мы просто уйдём отсюда!

– Не стоит вызывать полицию. Он держит нашего дорогого гостя в плену. Такого нельзя допускать! – Ааа, вот оно что, Михалыч. Они хотят убить сразу двух зайцев. Точнее, убить одного , а другого – освободить. Ну нет, этому не бывать. Так, нужно освободить свои эмоции, я слишком спокоен. Иначе, свой дым мне не видать. Тааак, концентрирую внимание на руке, направляю туда всё ощущение, иии… Ничего, рука обычная. Чёртов браслет. Тот, что был справа от оратора, посмотрел в нашу сторону, оценил взглядом мою спутницу. Ой, не понравился мне этот взгляд. Перед выходом нас инструктировали, если будут подобные ситуации, ну там ограбления, захваты и так далее, не геройствовать, ждать прихода основных сил полиций и особого отряда силовиков. Он резко схватил Дарьяну за руку и небрежно потянул к своему столу.

– Ай, не надо! Мне больно!

– А мне плевать. – Тихо сказал он. – Мне бы не хотелось её страданий, – Уже громче он обратился к посетителям. – Но я могу и навредить. Так что лучше выдайте нам чужака. – Детский сад. Мог бы и эпичнее фразу придумать. И откуда им знать, что остальные люди знают, что я тут чужак? Даже Дарьяна наверняка не знала о моей природе. Дарьяна… Её сейчас грубо держал один из этих ошибок эволюции с излишним чувством собственной важности. К чёрту инструкции. У меня кулаки чешутся, когда отбирают бутылочку пенного, а тут вообще зудят. Я встал, схватил грубияна за правую руку с пистолетом, резко ударил носом туфли чуть выше коленного сгиба и резко его же пистолетом в висок. На благо его пистолет стоял на предохранителе, что дало мне лишние две секунды, которых мне хватило. Пока грубиян падал, я успел рукой отвести Дарьяну за спину, в аккурат на мой стул. Пока двое по бокам от меня пытались понять суть происходящего, я резко ударил между ног захватчику напротив меня. Больно, очень больно. И подло. Как и четверо против одного. Но на этот раз я не оплошаю. Боковые очухались и попытались направить на меня пистолеты. В этот момент мир будто слегка замедлился. Не знаю, что это за эффект, но нужно пользоваться. Я резко схватил оба пистолета и направил вверх, одновременно устроив встречу моей коленки и вражеского носа османа напротив. И судя по его мученской из-за травмы паха позе, он не был против близкого знакомства. Прозвучал двойной слегка приглушённый и замедленный выстрел, у меня было ещё два боеспособных противника. Держать дальше не было смысла, руки мне ещё потребуются. Отпустив их, я постарался как можно скорее ударить их по очереди в солнечное сплетение. Но успев ударить правого, левый попытался направить пистолет мне в лицо. Отодвинув карманную артиллерию, я поспешно ударил лбом ему в нос. Следом, пользуясь его дезориентацией, ударил локтем в основание шеи правого, и сразу с размаху по челюсти левому. Время приобрело привычный темп. Адреналин частично выветрился из головы, все четверо без сознания лежали перед моим ногами. Весь зал аплодировал стоя.

***

– Я же говорил тебе, – Миронов неподдельно был зол. – Ни в коем случае не лезь на рожон! Ты подвергал опасности себя и окружающих! – Он отчитывал меня прямо перед дверями кафе, пока полиция допрашивала посетителей. Вся команда уже была на месте и наблюдала, как я обтекаю перед начальством. Последний раз я так обтекал на уроке литературы в школе, когда пришёл в джинсах, цепях и ирокезом. Бунтарь, мля.

– Не вините его. – Дарьяна за меня заступилась. – Он же всех спас.

– А мог загубить. – Ожог внёс свою лепту в отчитывании моей персоны. – На часиках есть чёрная кнопочка. На неё нажимают, приезжает кря-кря бригада и устраивает маски-шоу. – Юморист, блин.

– А мне кто про чёрную кнопку сказал? – обиду не видел смысла скрывать. Инструктаж должен быть полным.

– А сам догадаться не мог? Зачем серебристым карманным часикам чёрная кнопочка? – дал бы по его кислой мордашке, да не стану. Западло.

– Олег прав, тут уже мой косяк. – сильно, не каждый начальник признает свою вину. Лидерское качество, уважаю. – А теперь идите к остановке. Я отговорю полицейских проверять ваши документы. На благо, звание позволяет. Тебе, Олег, я поясню, но не при всех.

На благо, полицейские не стали возражать. Быстро списали слова для показаний и отпустили. Похоже, подобное тут случается часто. Этим наши Петрограды тоже практически не отличаются. Пока мои коллеги по сверхъестественным задачам отвлекали мою спутницу, Миронов объяснил природу недоумения того паренька, который в кафе так был удивлён моему присутствию в мире живых.

– Что, мля? Серийного маньяка??? – своего удивления скрывать я не смог.

– Тише, окружающие не должны слышать. – батька прикрыл мне рот. – Да, серийный сексуальный маньяк – твой вариант из этого мира. Наши юристы получили запрос по восстановлению документов по твоему лицу и отпечаткам пальцев, а всех деталей не уточнили. Вот только сегодня узнал всё о нём. Родом из Тамбовской губернии, на пять лет тебя старше. На его счету тридцать две жертвы со смертельным исходом, и это доказанных.

– Позволь догадаюсь, казнён тем парнем?

– Да. Через расстрел. Он вызвался сам. Твой вариант лишил его…

– Вот этого я знать не хочу.

– Твоё право. Скажу напоследок, что его нашли по последней жертве, которая при удивительном стечении обстоятельств выжила.

– Полагаю, с этого прогулки только под строгим присмотром.

– Уважаю за твою сообразительность.

– А можно он сегодня переночует у меня? – Я невольно дёрнулся от голоса Дарьяны. Уж слишком неожиданно она появилась из-за спины. – Господин подполковник, ну пожалуйста. Он никуда не денется. Обещаю.

– Эхх, дело молодое. Ну хорошо. Твой район хоть лучше охраняется, чем эта кафешка. У вашей консьержки хоть обрез имеется. – Что-то мне подсказывает, что тут он не пошутил. – Но чтобы к полудню он был у КПП!

– Так точно, господин подполковник! – Моя спутница наигранно приняла стойку смирно. В моём мире мне таких послаблений не сделали бы, но тут другие порядки. Скорее всего просто усилят контроль за нами. Остальным тоже дали возможность догулять положенный выходной, просто не терять бдительность. Этой ночью я буду под крышей и не один, и, судя по грустному взгляду Ведьжмы, её это не устраивало. У неё своя жизнь. Может всё-таки обратит внимание на Ожога? Парень он эмоциональный и горячий, но надёжный. Нам всем стоило сегодня отдохнуть и набраться сил. Ибо испытание ждало нас жестокое…

Глава 7: Затишье перед бурей.

Вся наша команда без опозданий стояла у кпп. Я старался скрыть настроение отгулявшегося мартовского кота.

– Ну, как? – Прошептал с улыбкой Пульс, легко толкнув меня локтем. – Хорошо отблагодарила за спасение?

– Джентльмену не пристало обсуждать свои личную жизнь. – Наигранно сказал я. Уже ему в ухо – Спина в Готский флаг.

Он заговорщецки подмигнул. Наш короткий диалог, на балго, остался между нами. Остальные обсуждали прогулку, но так или иначе возвращались к теме неожиданного и наглого нападения османов. Обратно к военной части мы ехали на одном автобусе, и за время поездки мне удалось нормально разговориться именно с Пульсом. Ожог изначально невзлюбил меня из-за детской ревности к Ведьжме, а Лёд одинаково холодно относился ко всем, словно оправдывая своё имя. Коренастый обладатель сил вибрации оказался на удивление простым парнем. С ним легко общаться на разные темы. Будь мы в моём мире и на гражданке, я бы сводил его в свой любимый бар ради пары-тройки кружечки пенного.

К слову о наших дорогих гостях. Господин подполковник договорился с полицейскими, и группа "хорошо" организованных шпионов находилась в военной части, ждали допроса. Время до часа икс было достаточно, обед нам не требовался, ибо насытились перед дорогой с города. Мы все оперативно вернулись в наши комнаты. На моей кровати уже лажала новая форма форма и записка. Письмо почерком Миронова выдало следующую информацию: Пока Васъ, господинъ подпрапорщикъ* (один из младших военных чинов времён Российский империи, через звание выше старшего унтер-офицера), заочно повысили въ звании за заслуги передъ Российской империей. Поздравляю. Въ холодильнике квасъ, какъ и обещалъ." Ангидрит твою валентность через перекись водорода… Вот и продвижение по карьерной лестнице. Всё же в следующий раз буду стараться держать импульсивность при себе. А то в результат может быть не таким радостным. Рискуй, да не зазнавайся. Одев новую форму, я решил не спеша прогульнуться по части, и только потом присоединиться к допросу. На благо погода позволяла, да и время было. А квасок я позже пригублю. За день не скиснет.

Во время обеда не все солдаты сидят в столовой от звонка до звонка. Некоторые сидят в курилке, при этом курят далеко не все. Курилка – это больше для общения. Или для песнопения, как для тех трёх рядовых.

– Клал под акации

Акт дефекации,

Хотелось большего, чем просто обосра… – заметив меня, поющий рядовой с гитарой моментально встал по стойке смирно, остальные двое на инстинкте повторили за ним, хоть и меня не видели из-за спины – Здравия желаю, господин подпрапорщик!

– Вольно. Продолжай, лабух* (жарг. музыкант, играющий на различный мероприятиях), у тебя хорошо получается.

Гитарист продолжил петь песню на знакомый мне блатной мотив, но незнакомый текст. Автор с моего мира вряд ли решился бы на такое сочетание слов.

– Господин унтер-офицер! – сзади я услышал знакомый голос кузнеца. Он радостный бежал со стороны кузни. Подбежав, он моментально принял стойку смирно – Здравия желаю, господин унтер… ой, подпрапорщик! Поздравляю с повышением!

– Вольно, кузнец Тихон. – На его фартуке красовалась нашивка с именем, Тихон Добронравов. Видимо, фамилия говорящая. – По улыбке вижу, эксперимент удался.

– Так точно – его улыбка стала шире. – Я сделал этот отпуск, потом вырезал по задумке, заточил, закалил заново, довёл до остроты и добавил рукоять. Вот что получилось. – Он достал из под фартука добротный нож в рукояти и протянул мне. Я принял красоту и вытащил из самодельных кожаных ножен. В моей руке красовался блестящий нож, похожий на выживальщик из известного фильма про ветерана вьетнамской войны с посттравматическим синдромом. Лезвие, похоже, было очищено и защищено от ржавчины химической затравкой, верхняя часть украшалась заточенными зазубринами как напоминание о его первоначальной функции, лезвие было ровным и идеальной остроты, длинной примерно в три ладони. у основания лезвия была гравировка, знак похожий на череп ворона. Рукоять была монолитной с лезвием и срезана с обеих сторон. Последняя зазубрина была сглажена, а снизу ширина листа стали была сужена специально под ладонь. Выемка на конце рукояти была сохранена, туда можно провздеть шнурок, повесить на гвоздь или использовать как скулсмэшер* (от англ. «крушитель черепа», элемент на рукояти ножа, предназначенный для удара). К тому же, для удобства, рукоять обмотана шнуром из синтетических нитей чёрного цвета. – Он Ваш.

– Добротный клинок. Такого мастера с руками оторвут. Почему не на гражданке зарабатываешь? Такой талант пропадать не должен.

– Да вот тёща с женой хотели в психушку отправить.

– Из-за убеждений? Типа, я тоже не вижу суслика, а он есть? – решил пошутить я, вспомнив любимую комедию про солдатскую жизнь.

– Как вы угадали? – удивился кузнец.

– Предположил. Надеюсь, процесс развода в разгаре. Не вижу смысла в нахождении в таких радикальных медицинских заведениях, если человек не опасен для себя и окружающих. Ты ведь не опасен? – я сделал подозрительный прищур.

– Никак нет, господин подпрапорщик! Только для врагов внешних и внутренних!

– Другого ответа я и не ждал. Вот, держи. – я достал монетку, которая залежалась в кармане. Не знаю, как он туда попала, но уже пригодилась. – Примета есть, нож бесплатно брать не принято.

– Служу Российской империи!

***

Все четверо сидели привязанными к стульям. В пол допросной можно было вкрутить до семи штук. Но нужно было место, от стола пришлось отказаться. Как можно было догадаться, Михаил Добрынович с большим удовольствием согласился принять активное участие в допросе с пристрастием. Компанию ему составили скрипач и пианист, его друзья и основные сопровождающие в оперном зале. Скрипка занимает не так много места, чего не скажешь о рояли. Но моим основным условием, чуть ли не требованием, было их обязательное присутствие. Как они занесли рояль – сам не знаю. Солдатская смекалка творит чудеса. Власть – заманчивая штука, даже если эту власть даёт самый низший ранг в офицерском составе. Мы с товарищем подполковником стояли у одностороннего зеркала так же, как и он стоял с майором полгода назад, когда я был по ту сторону от стекла.

– Три раза подряд он пел про вальс с отражением, – подводил итоги Миронов, – и четыре раза про небесного царевича, что в поисках своего царя. И это я жестокий?

– Я попросил пять раз. Не думай, я наслаждаюсь оперой, а не криками наших достопочтенных гостей. Кстати, а что именно они выкрикивают?

– Hepiniz ölebilirsiniz!* (тур. Чтоб вы все сдохли!)

– Sizden nefret ediyorum!*(тур. Ненавижу!)

– Durun artık, artık dayanamıyorum!* (тур. Прекратите, я больше не могу!)

– Şeytanın krallığında yan!* (тур. Горите в царстве Шайтана!)

– Поздравляют с Новым годом и Рождеством. – Рядом не хватает уставшего учёного с взъерошенной причёской и листком со словом "Сарказм".

Из угла коридора вышле явно недовольный Прохор Петрович:

– Вы совсем охрюнели?! Пытка четырёх граждан Османской империи…

– Террористов. – поправил Михаил Пантелеевич.

– Прибывших сюда по дипломатической визе! – продолжил майор.

– И взявших в плен гражданских посетителей кафе в центре столицы. – парировал подполковник.

– Если они не скажут ни одного слова, доказывающих их вину…

– Пожалуйста, – взмолил один из "мирных туристов", – мы расскажем всё, что знаем! Только прекратите это!

– Да идите вы в задвижку… – Бросил в нашу сторону обиженный майор и ушёл обратно в сторону своего кабинета.

– Не дали дослушать любимую арию… А что такое задвижка? – полюбопытствовал я.

– Судя по показаниям браслета – то, что ты задвигал в Дарьяну от отбоя и почти до подъёма. – Следил за состоянием моего организма, извращенец.

– То есть, он послал нас на х…

– Именно так, мой друг, – Не дал до конца озвучить мою догадку Миронов. – Именно так.

Глава 8: Боевое крещение.

Внеочередное собрание в нашей любимой аудитории. Все расселись на свои места, кроме меня. Сегодня я вёл лекцию вместе с Подполковником. Были новости, которые требовали срочного обсуждения.

– Ну что, отдохнули? Теперь работать. И у вас планируется первое совместное задание. Ждать уже нельзя. – Миронов начал с "хороших" новостей. – Сегодня же отправитесь на задание. Анчутка, поведай о том, что мы сегодня узнали.

– Наши гости с прибыли с дипломатической версией. Официально. А по факту – вытащить шпиона, который, по нашим догадкам, является наводчиком для Чистильщика. Как мы уже знаем, это серийный убийца, который охотится за иномирцами.

– То есть, и за нами? – уточнил Лёд.

– Да, но эта задача для него скорее всего будет невозможной. По крайней мере, пока мы ходим группой. Да и по одиночке мы не лыком шиты. Ибо все его предыдущие жертвы если и имели способности, то явно слабее наших. Нас интересует южная часть Петроградской губернии. – Миронов потушил свет. На экране за моей спиной появилось изображение от уже включённого проектора. На нём – подробная карта региона. – Нам вот сюда, близь середины реки Чёрная. Прямо в лесу у нас под носом разбил лагерь боевой отряд османов. В паре сотен вёрст* (старорусская мера длинны, 500 саженей, или 1066,8 метров) западнее стоит пехотная военная часть. И они делают вид, что не видят гостей. Наша задача – ликвидировать.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.