# Сувенир

Дэн Сон

История о том, как обычный человек и древний инопланетный ИИ, объединившись, проходят путь от случайной находки в лесу до спасения человечества – и в процессе выясняют, что креветки в кляре и умение вовремя пошутить значат не меньше, чем термоядерные реакторы и наниты.

## Глава 1

Глава 1. «Точка отсчёта»

Макс вышел из магазина, закрыв дверь, машинально клацнул магнитным ключом, ставя объект на сигнализацию. Хотя несколько дней лил дождь, сегодня погода была достаточно душной даже для осени в Краснодарском крае, и его старенький ВАЗ-2115, предусмотрительно поставленный в тени, манил прохладой. Максим устал за неделю, клиентов было много, он неплохо заработал и поэтому решил закрыться сегодня пораньше, что, в принципе, нормально для субботы, так как по вечерам выходных автовладельцы предпочитали наслаждаться последними тёплыми днями осени, жаря шашлыки и потягивая холодное пиво. И Мишин Максим Алексеевич не был исключением из их числа…

Усевшись на сиденье авто, он достал смартфон и решил позвонить Вадосу. Друг детства был достаточно преуспевающим предпринимателем, владельцем мебельного цеха в станице Отрадной, неподалёку от города. У него был очень удачный управляющий в конторе, и поэтому Вадим Анатольевич был достаточно свободным в плане времени человеком, любящим пиво, приключения, но и, правда, очень ревнивую супругу Алёну. Хотя Максим был уверен, что, если Вадима с Алёной позвать в гости, они приедут, даже если будет идти град.

– Привет, Вадос! Как сам?– Привет, Макс! Скучно…– Предлагаю замутить какой-нибудь сабантуйчик, что думаешь?

Макс понял, что после слова «скучно» друг уже подписался под любое его предложение, и продолжил наступление:

– Давай, я заеду куплю маринованного у Артура, а ты звони на пивоварню, заказывай пиво. Потом я заеду за Светкой и за вами. Рванём к тебе на дачу в Перевалку. Прогноз погоды хороший, дожди были несколько дней, сегодня немного погудим, а завтра можно наведаться в Солёное. Я так думаю, уже будут опята: не насобираем, так купим у местных. Что-то давно мы с тобой не выбирались никуда, надо развеяться. Что скажешь?

– Макс, уже звоню, клади трубку. Остальное – заскочим по дороге на рыночек, доберём.– О! Кстати, ты заказал мне ступицу?– Заказал, в понедельник привезут.– Хорошо, скажешь, сколько там, скину на карту деньги. И возьми немного баранины, Алёнка просит.– Ок, Вадос. Подъеду – наберу. На моей же поедем? Или «Ниву» возьмёшь?– Да, давай, наверно, на Ниве – в тесноте, да не в обиде. Вот сам же продинамил меня, теперь мой «Крузер-кукурузер» врос в кукурузу, – накаламбурил Вадим. – Всё, давай уже!

Максим и правда забыл ему заказать переднюю ступицу. Вспомнил только сегодня, а так как доставка следующая будет только в понедельник, придётся Вадимкиному «крузаку» пылиться в гараже, а не по просёлочным дорогам ещё несколько дней…

– Ну, ничего, Вадим поймёт, – думал Макс, – а пиво, мясо и природа заставят его забыть о поломанной машине. Теперь главное – добраться на старой, ещё отцовской «Ниве» его друга на эту природу…– Ну, ничего, она ещё не раз крузак переживёт, да и ехать недалеко, – мелькнула мысль у Макса.

Мишин набрал Светлану.

– Приветик, Макс, – услышал он спокойный голос подруги.– Привет, Свет!– Ну, что, уболтал кента своего? – спросила девушка. – Едем?

Ещё пару дней назад они договорились, что поедут на выходных за грибами. Если получится, в субботу с Вадимом сначала к нему на дачу, а если не получится, то в воскресенье с утра – сами. Как же пропускать такое – сезон попёр, да и дожди были! Должны быть грибочки, должны!

– Даже не пришлось уговаривать, Светик, – ухмыльнулся Максим.– Как только Вадос услышал слова «мясо-пиво», всемирная энтропия однозначно изменила наш мир в положение «Вадик едет с Максом вкл.», – улыбнулся телефону Мишин.– Ну, тогда я тебя жду. Всё собрано, бутерброды готовы, корзинку для тебя нашла, сейчас только переоденусь и можно ехать! – протараторила Света.– Да ты не женщина – мечта, – улыбнулся Макс. – Давай, сейчас я тоже переоденусь и подъеду. А потом вместе заедем за мясом и к Вадосу.– Жду…

Жил Максим недалеко от своего магазинчика автозапчастей, в десяти минутах езды, на самой окраине городка, и дом его стоял последним на улице. А за его забором была небольшая лесополоса метров тридцать шириной, а дальше – обрыв и река.

Особнячок полузнакомого хирурга, приглашённого на ПМЖ куда-то в Германию и срочно распродающего имущество, пришёлся как нельзя кстати. Он был добротный, двухэтажный, с высоким кирпичным забором. Место было достаточно глухое, тупиковое, и этим оно ему и понравилось несколько лет назад, когда он после развода и скандалов искал тихий омут, в котором можно пересидеть проблемы, свалившиеся на его тихую мирную провинциальную жизнь обычного семьянина. И очень сговорчивый доктор, торопившийся сбагрить нажитое и сбежать работать за бугор, поставил смехотворной ценой на данное домовладение точку в выборе жилья для ставшего в одночасье одиноким человека без определённого места жительства Максима.

Макс подъехал к дому, открыл пультом сдвижные ворота и, не заезжая во двор, побежал к гаражу. Походный «тревожный» чемоданчик у него был собран всегда. После того как шесть лет назад его цели и приоритеты в жизни были разрушены случайной глупостью его супруги, он много путешествовал. А так как, хоть и был достаточно обеспеченным человеком, но звезд с небес не хватал, его координаты поездок были весьма ограничены временными и ресурсными рамками. Проще говоря, Кавказ Мишин знал лучше, чем свой чердак дома. А что касается дальнего зарубежья, ему так и не удалось ещё побывать нигде. Впрочем, он и не расстраивался по этому поводу, ибо считал, что даже в России и ближних странах Кавказа ему хватит мест для изучения ещё на много лет.

Снял с вешалки зачехлённый в полиэтилен удобный камуфлированный комбез, купленный где-то в Осетии. Захватил берцы от какого-то итальянского мастера (по всей видимости, судя по цене, фамилия мастера не оканчивалась на «инь» или «унь») с удлинённым верхом и две непромокаемые сумочки-кармашки, купленные на рынке Пятигорска. Всё это Максим бросил в багажник. Закрыв ворота и проверив (пока ловил домашний вай-фай) работу камер и датчиков, частично доставшихся в наследство от доктора, частично установленных самим, он залез в машину и, резко развернувшись, направился в сторону дома подруги.

Светлана жила в нескольких кварталах, как раз по направлению к неизменному мяснику Артуру, который был предупреждён ещё днём и уже давным-давно замариновал и упаковал кусочки корейки и шеи. Подъехав к дому Светы, Макс набрал её номер и спросил:

– Ну, что, многоуважаемая Светлана Васильевна, вы готовы поддержать имидж идеальной женщины?– Макс! Ну чего ты издеваешься? Десять минут – и выхожу. Надо маме тут всё ещё подготовить, всё-таки пару дней одна будет, сложновато ей.– Ок, Светик, давай делай, что надо. А я, чтоб не терять время, смотаюсь к Артуру.

Через пятнадцать минут пара уже – обменявшись короткими нежностями – двигалась в направлении четы Красновых.

– Привет, Саид! – бросил стоявший на улице у отцовской «Нивы» Вадим.– Привет, – сказал Макс. – Готовы?– Да, собраны и упакованы, укладывай свои вещи в багажник, там ещё осталось место, – сказал Вадим. – А я пойду за Аленой.

Макс принялся переносить немногочисленные вещи и аккуратно складывать их вместе с едой в небольшой и наполовину забитый багажник «Нивы»-коротышки.

– Максим, а почему Вадик периодически называет тебя Саид? – спросила Света.– Это долгая история, – ответил парень и, предвидя следующую реплику, продолжил: – А мы торопимся. Вот выйдешь за меня замуж, проживёшь со мной несколько десятилетий, и когда-нибудь, сидя на креслах-качалках и глядя на закат где-нибудь на берегу Бали, попивая какой-нибудь лёгкий прохладный коктейль, я расскажу тебе.– Как ты всё далеко-то продумал, а я хочу сейчас узнать, – почти по-детски заканючила Света. – Ну, вот не скажешь и не надо, тогда тоже буду называть тебя Саидом.– Саид… – попробовала она слово на вкус.– Что? – отозвался Макс, улыбнувшись.– Ничего…– Ну и всё! Залезай назад, – сказал он, распахивая дверь и откидывая спинку сиденья. – Садитесь с Алёнкой сзади. О, кстати, вот и она.– Привет, Алёна.– Привет, Максики-Светики.– Погнали уже, – сказал подошедший Вадим. – Ещё на рынок заехать надо, а то там скоро разбегутся все.– Погоди-ка, – что-то вспомнил Максим.

Он подошёл к своей машине и выудил из бардачка тёмно-синюю кепку с логотипом одного известного автобренда, отдал её Вадиму и, увидев, как тот просиял, сказал:

– По акции прислал поставщик. Знал, что тебе понравится. Первый шаг к твоей новой «бэхе»… А теперь поехали.

## Глава 2

Глава 2


Утром следующего дня обиженная Светлана, весь вечер накануне ожидавшая проявления хоть каких-нибудь чувств своего спутника, растолкала Макса:


– Саид, подъем! Вадоса будить бесполезно. Вы, по-моему, вчера кегу пива допили, ну да хоть шашлык удался. У Алены я спрашивала, она сказала: останется, так что поехали вдвоем, хоть на «Нивке» прокачусь.


Макс потрогал опухшими пальцами припухшие веки и резко встал.


– Ох, зря я это…


Его немного мутило, а в глазах потемнело…


– Видимо, последний салатик был не свежий, – пробурчал он, волоча ноги в сторону холодильника.

– Лед или пиво, лед или пиво, – причитал храбрившийся вчера Максим. – Да уже глотни, – засмеялась девушка. – Ты же брал вчера утреннюю баночку отдельно или и ее допил?

– Да нет, вот она, – Максим нашел заначку в холодильнике, открыл и сделал глоток… – Жизнь прекрасна, – сказал он. – Вези нас, миледи, нас ждут великие дела и квадратные километры грибницы!


На удивление Света хорошо справлялась с «Нивкой». Макс, сначала думавший сменить ее после того, как они съехали с асфальта и углубились в лес по старой колее, оставшейся от лесовозов, расслабился и наблюдал, как девушка, давно привыкшая к своему старенькому «Гольфу», осваивает пониженную передачу и блокировки, благо Вадик поставил все-таки гидрач от шнивы, удачно купленный Максом по дешевке на каком-то автопортале…


– Вот и пригодился, – подумал он. – Вряд ли бы так легко хрупкая воспитательница из детского садика смогла орудовать рулем по колеям на этой внедорожной резине с помощью только штатного рулевого редуктора.

– Ну, что ж, – сказал Макс, – пожалуй, еще километр-два – и хватит. Не думаю, что местные уже успели там повычистить, скорее всего, они поближе нычки знают. – Давай найдем местечко, – продолжил он, – чтоб разъехаться можно было. Мало ли какие еще сумасшедшие вроде нас зарулят сюда, да и дороги почти-то и нет, одна просека полузаросшая, уже и трактор сюда не доберется, да и идти за ним долго, – продолжал ворчать Макс.

– Что, Саидик, – ухмыльнулась девушка, – головка бо-бо? – Да нет, почти норм, – не в силах спорить, почти согласился с приговором Макс. – Сейчас пройдусь, подышу – и все ок будет.

– С потом выйдет.

Впереди показалась небольшая полянка, на которой вполне можно было и разъехаться, и развернуться, и Света притерлась почти вплотную к большому дубу на правой обочине, протянув машину так, чтоб можно было открыть дверь. Макс в очередной раз отметил про себя отличные водительские качества воспитательницы.


– Приехали! – весело воскликнула Света, подняв ручник и заглушив машину.


Они вышли и окунулись в ошеломительные запахи и цвета осеннего леса. Солнце стояло уже высоко, было довольно тепло. На небольшой возвышенности, где они остановились, дул ветерок, не давая ни шанса нудной мошкаре. Впереди «дорога» уходила вниз, а потом резко сворачивала влево и уходила вверх.


– Видимо, там ручей или речушка, – подумал Макс. – Это хорошо, водораздел. Слева южный склон, более освещенный. Если будет сильно сухо, спустимся вниз, пройдемся вдоль ручья и пойдем на темный северный склон соседней правой горки. Он будет более влажным. В любом случае, если опята есть, то где-нибудь здесь найдется комфортное местечко для них. А у речки наверняка будут лисички.


Конечно, Макс с удовольствием бы пособирал белых, но, к сожалению, в последнее время в этих краях их стало очень мало. Или маслят да рыжиков вот… Только елей или сосен тут тоже очень мало поблизости, поэтому не будем привередничать и пойдем, наверно, вправо сразу, на влажный склон, в тень.


Размышляя, Макс немного забыл о вчерашних подвигах по уничтожению хмеля, солода и свинины и, кивнув спутнице, свернул с просеки вправо. Достаточно пологий склон резко увеличивался в наклоне по мере приближения к нижайшей точке, стало слышно журчание воды. Спустившись на более ровное место, видевшее в ливни и оттепели много воды, Макс понял, что чутье грибника не подвело его. Им открылся вид на необычную для относительно посещаемых мест картину. Поваленные водой деревья, пни да редкие устоявшие деревца были облеплены опятами. Причем на живых деревьях, стоявших чуть дальше от ручья, грибы забрались на высоту более человеческого роста.


– Класс! – раздался восхищенный возглас Светланы. – Никогда не видела такого… – Да, это мы удачно зашли, – сказал удивленный Макс. – Я встречал такое уже в горах Абхазии несколько лет назад, но там на десятки километров ни души вокруг и минные поля вдобавок, а тут кучи грибников со всего края едут… Удивительно, видимо, мы просто попали в нужное место в нужное время.

– Да уж, – сказала Света. – Да тут резать и таскать устанешь, а представь – потом их еще мыть, отваривать, мариновать, закручивать… Жесть… Надо за подмогой ехать, – улыбнулась она.

– Да пока мы съездим, кто-нибудь найдет и обдерет все это добро. Туда, я чувствую, подмоге нашей нужно еще подмогу вызывать в виде слабых алкогольных напитков… Помогаторы с них те еще, – парировал Макс. – Вот соберем, загрузим, отвезем, а прогульщики пусть отрабатывают, моют да солят, – улыбнулся Мишин.

Поочередно меняясь ролями (кто-то резал, кто-то таскал), удачливые грибники потихоньку забили машину ценным грузом. Они не собрали еще все это великолепие, но фото сделаны, корзины, куртки наполнены, и Света с Максом решили закругляться.


– Фух, умаялась! – умилительно воскликнула девушка. – Ну и хватит, – решил Макс. – На, тащи эту корзину, а я в твою докидаю и поедем. – Хорошо, я пошла.

– Жди в машине.


Макс начал быстро срезать грибы, с пня сверху вниз, выбирая более молодые и аккуратные экземпляры. Он решил оставить себе эту корзинку чисто на жареху. Обрезая самые нижние слои опят, он увидел какой-то предмет, воткнувшийся или вросший в остатки дерева у основания, на уровне земли. Он бы не обратил внимания на непонятный камень черного цвета, вросший в пень, облепленный грязью и дерном, если бы не что-то ярко-синее, что мелькнуло в центре его под срезанным соскользнувшим ножом кусочком дерна. Макс заинтересовался, схватился двумя руками за выступающие части предмета и резко дернул. Камень легко вышел из гнилого дерева, и Макс от неожиданной легкости, с которой камушек вышел из пня, сел на попу, споткнувшись о какой-то корень. Не удержав камень, Макс уронил его в корзинку. Так бывает, когда берешь чайник, думая, что он полный, а он – пустой. Тут вдобавок кто-то схватил его за шиворот и, пользуясь инерцией, легко повалил на спину. Светка, а это была именно она, резко оседлала Макса, наклонилась и начала целовать его в губы, расстегивая молнию на комбинезоне и продолжая его целовать, она добралась до толстовки и запустила под нее руки. Гладя Максиму грудь, слегка царапая ее, она продолжала целовать. Немного приподняв голову, маня своими мягкими губками, она заставила Максима непроизвольно потянуться за ними. Приподнявшись с земли, она стянула верх комбинезона и попыталась снять толстовку с Максима. Парень поднял (сдаваясь) руки вверх, и девушка стащила с него одежду, оголяя торс. Максим уже в этот момент расстегивал молнию на курточке Светы… Под ней ничего не было… Упругая грудь, набухшие твердые сосочки отключили разум Максима. Очнулись они, когда Светлана, лежа на груди Макса и уткнувшись ему в шею, почувствовала крупные капли дождя, забарабанившие по ее спине.


– Саидик, дождь! Побежали в машину?

## Глава 3

Глава 3


– Это капец, – думал парень, волоча корзинку за собой по резко ставшему скользким склону. Сзади пыхтела девушка.


– Ты как там? – сказал он. – Держись за мелкие деревья, в крайнем случае – за меня. Чуть-чуть осталось, и будет более полого.


– Я-то нормально, – ответила Света, откидывая назад мокрые волосы, падавшие ей на лицо. – Доберёмся, обсохнем в машине… А вот как выбираться? Сейчас дорога раскиснет – и будем тут ночевать?


– Не боись, Светик. Отец Вадика любил покататься по охотам да рыбалкам, да и на джиппинг-слётах засветился, бампер там впереди усиленный, а в багажнике есть лебёдка, выберемся, не в первый раз. Жаль, Вадос багажник экспедиционный снял, там и хай-джэк был, и лопата, но ничего, – продолжал рассуждать вслух Макс.


Пока они добирались до машины, ливень прекратился. Макс сел за руль, включил печку и потихоньку начал спуск. Примятая трава и мелкие ветки деревьев на дороге помешали короткому ливню превратить спуск в грязевой поток. Но, конечно, местами ёкало даже у Максима. Когда, например, возле небольшого обрывчика машина заскользила по грязи под уклон вбок, Светка так вообще закричала с испугу. Макс газанул и, пробурив грязевой резиной (а как девчонки возмущались по пути на дачу её шумностью) месиво до гальки и кусков известняка под ней, резво выскочил на безопасное место. Спасибо изобилию известняковых скал с какими-то примесями, обильно усыпавших остатки дороги, местами даже напоминавшей хорошую гравийку, особенно на небольших возвышениях. Но, конечно, в низинках скапливалась глина и вода, превращая такие участки в мечту беспечного джипера. В общем, благополучно спустившись, выехали на асфальт и, поменявшись со Светой местами, поехали к друзьям.


На даче их ждал приз. Отошедший от вчерашних возлияний Вадим колдовал у мангала. Запах шулюма и травяного чая перемешивался с чистым свежим воздухом, а Алёна уже нарубила салатов из свежих и тушеных на мангале овощей.


– Привет, грибникам! – в один голос крикнули Красновы.


– Привет, дачники, – отозвался Максим, а Света помахала им рукой из окна, лихо загоняя машину под навес.


Перекусив, просохшая парочка спросила о дальнейших планах. Завернувшись в халаты, потягивая напиток из местного травяного сбора, все сидели в беседке и смотрели на вновь вышедшее из-за туч солнце.


Вадик нарушил молчание:

– Планы… Надо домой выдвигаться. Завтра тебе, Макс, на работу, Свете – в сад, нам с Алёной тоже надо в цех ехать. Дел накопилось невпроворот, да ещё грибы теперь ваши перебирать да обрабатывать. Зато точно на пару лет накосили – молодцы! – похвалил он. – Накатаем, и будут все посиделки с опятами.


– Ладно, – кивнул Макс, – собираемся. Ещё отдохнуть от отдыха надо успеть, да у Светы мать больная дома одна, мало ли чего…


Через несколько часов Мишин заехал во двор. Грибы были благополучно сбагрены Алёне и Свете. Макс взял себе только свою последнюю корзинку с отборными молодыми экземплярами. Правда, от тряски они выглядели не для Инстаграма, но Максим и не собирался красоваться в соцсетях. Загнав машину во двор, он не нашёл сил прятать её в гараж. Достав вещи и корзинку, пошёл в дом.


Зайдя на кухню, бросил в стиралку комбез. Глянув в зеркало на расцарапанную грудь, открыл холодильник и достал оттуда бутылку «Вильяма». Плеснув в стакан виски и сразу отпив половину, отправился в ванную, захватив корзину. Открыл воду в ванной, помыл в раковине берцы и отнёс их в гараж. Подлил вискаря и пошёл назад, наконец решившись мыть грибы. Напор был сильный, вода шумела. Он, перевернув корзину, высыпал добычу в воду. Решив, что пусть немного откиснут, чтобы грязь и веточки отвалились, а мелкие личинки, если таковые всё-таки найдутся в молодых опятах, повылазили из грибов, сбегал в коридор и взял купленную по пути упаковку пакетиков, чтобы расфасовать чистые грибы для заморозки. Поставив пластиковый бак для белья возле ванны и рядом таз для того же белья, он оседлал бак и принялся перебирать и мыть грибочки, заботливо осматривая каждый и отправляя забракованные экземпляры точным броском в унитаз. Так, не торопясь, чередуя мойку с баскетболом, он закончил это нудное дело и, выдернув пробку из ванной, принялся упаковывать чистые грибы порционными размерами в одноразовые пакеты. Отнеся всё это дело в морозилку, а один пакет бросив в холодильник, уставший Макс, глотнув нагревшегося «Вильямса», направился мыть ванну. Усевшись снова на бак для белья, он дотянулся до душа и посмотрел на дно.


– О! А я и забыл про тебя… Светка памяти лишила, – воскликнул парень, разговаривая с камнем, лежащим среди веточек, грязи и листиков.


Откиснувшая грязь, смытые куски глины и дёрна на порядок уменьшили находку в размере. Сейчас Макс видел перед собой небольшой чёрный предмет, похоже, что с оплавленными краями. Размерами и формой камушек напоминал какой-нибудь флагманский навороченный смартфон, только был раза в два-три потолще и с оплавленными закруглёнными краями. По структуре материала он очень сильно напоминал обсидиан.


– Ну надо же, ведь уронил, а он в корзинку шлёпнулся, – подумал Мишин вслух. – Метеорит, похоже…


Примерно посередине камушка валялся прилипший осиновый лист. Максим протянул руку, смахнул его щелчком и в удивлении выругался:

– Твою мать! Это ещё что за бл****о!


Лист скрывал отверстие ровно посередине предмета, диаметром сантиметров пять, в центре которого висел шарик. Именно висел! Ничем не закреплённый, он медленно вращался по какому-то непонятному алгоритму, постоянно меняя направление вращения.


– Здравствуйте, приехали, – только и смог вымолвить Максим.


Внутренне он уже наблюдал внезапно возникшую войну в его сознании. Войну между любопытством и здравым смыслом… Причём если любопытство было вооружено ядерными ракетами, лазерами и установками «Град», то здравый смысл мог похвастать разве что дубинкой из очень хрупкого, пересохшего, узловатого сука какого-то дерева. Естественно, под таким напором здравый смысл поджал хвост и забился куда-то глубоко на задворки сознания, не пища и не дёргаясь, стараясь слиться с самыми неприметными и незначительными мыслями… Мыслями, вихри которых проносились в голове Максима… Его руки потянулись к необычному артефакту – любопытство победило окончательно.


Взяв предмет в руки, парень увидел, что шарик двухцветный.


– Да ё-моё! – воскликнул Макс. – Ну не может быть такого!


Если представить его в двухмерной проекции, то Максим видел перед собой вращающийся значок, как будто спрыгнувший с новой кепки Вадоса. Только он был шарообразным. В общем, шарик визуально был разделён на четыре сектора бело-синего цвета, и в определённые моменты, когда он поворачивался, Макс явно видел «баварское лого»…


Кроме того, что шар висел в воздухе, удерживаясь в пределах своего «корпуса», не было ничего странного… Ну, конечно, если не учитывать то, что кто-то засунул шильдик «бумера» в какую-то чёрную пластину (при этом вытянув его в шарик), впихнул его в середину дерева… Это сколько же лет назад, раз он успел прорасти с деревом и появиться на свет уже из остатков пня от упавшей (скорее всего) осины или берёзы.


Макс поднял предмет и посмотрел сквозь щель между шаром и «обсидиановым» основанием на лампу на потолке. Лампа мигнула и погасла, зато засветился шар… Ровным, тёплым, неярким светом…


– Класс! – почему-то решил Мишин, опуская руки с новым фонариком от БМВ столетней (минимум) давности, выключающим лампочки на расстоянии более метра. Лампа загорелась.


Почувствовав себя обезьянкой с гранатой («Лишь бы правда – не граната», – подумал Макс), он принялся опускать и поднимать свою новую игрушку, вычисляя безопасное расстояние до лампочки. «Примерно метр – метр двадцать», – решил он.

– Та-а-ак, – протянул озадаченный парень, – надо глотнуть жидкости и перекурить… Заодно обдумать свои действия дальше.


– О-па! – продолжил он размышлять вслух. – Смотри-ка, не добило любопытство здравый смысл, выполз откуда-то.


Улыбнувшись, Макс осторожно положил камень на стиралку и, машинально отмечая взглядом потухшие часы на ней, направился на улицу.

## Глава 4

Глава 4


Захватив стакан и по пути плеснув в него наполовину холодного вискаря из холодильника, Макс нашарил пачку сигарет в кармане. Выбив щелчком одну, он прикурил её от висевшей около плиты (на всякий случай) подарочной зажигалки в форме катаны.


– Ага, может, пригодится не только для прикуривания с таким-то «соседом». Вдруг он меня обесточить решит, будет хоть чем газ поджечь да грибочков поджарить… Зря, что ли, ездили? А ведь грибочки-то, может, есть нельзя… Мало ли что? Радиация, рентген, что там ещё? Вирусы? – мысли Максима унеслись неудержимыми электронами куда-то по сверхпроводнику…


– Чёрт, позвоню-ка я Эдо.


Эдуард был клиентом Макса, владельцем старенького B5, постоянным и довольно частым. Тратившим немалую толику своей зарплаты на многочисленные рычаги подвески «пассата» и всякие релюшки и кнопки, постепенно вырабатывающие ресурс. Но сейчас Максима интересовала контора, в которой работал Эд, а работал он в МЧС. А ещё точнее – ресурсы, которые могли быть у него. Максим взглянул на экран телефона: 20:36. Мелькнула мысль: а телефон тоже «сосед мой» гасит или нет?! – Не поздно, – решил он и набрал номер.


Два гудка, и Эдо снял трубку:


– Здоров, Макс, что-то случилось?


– Почему сразу – случилось?


– Последний раз ты звонил мне, когда бензовоз на заправке покатился и въехал жопой в забор.


– Ага, было дело, – согласился Макс.


– Да и вообще, – усмехнулся Эдуард, – я уже привык, что я звоню тебе всегда первый, заморочить голову тебе очередным VAGом…


– Ну, могу сказать со своей стороны, что я всегда готов помочь тебе с твоим VAGом, – улыбнулся Максим. – И не спрашивай, что взять вместо него, не скажу. Ибо не знаю.


– Да я знаю, что ты не знаешь. Видимо, счастливых владельцев авто ты не знаешь… Они-то вообще хоть есть?


– Наверное, есть, но я их точно не знаю, видимо, они чьи-то другие клиенты…

– Может, они в «красное-белое» ходят? – засмеялся Эд.


– Не исключено, не исключено, бро, – сказал Макс.


– Ладно, знаю я тебя, – прекратил сотрясать воздух эмчеэсовец. – Говори уж, что стряслось.


– Эд, мне нужен счётчик Гейгера, есть у тебя? Ну, или в конторе.


– Ого, куда это ты вляпался?


– Да никуда не вляпался, купил партию колодок японских, хочу светануть их… Мало ли… Фукусимы никто не отменял…


– Ты дома-то?


– Та ну, а где ещё может быть закоренелый холостяк воскресным вечером?


– Та где угодно…


– Да дома я, дома.


– Короче, Макс, сам разберёшься с прибором? Инструкция в нём, но, если что не понятно, загугли. Там видосы есть нормальные. Я сейчас Яндексом отправлю, встречай.


– Спасибо, дружище, скидки с меня! – ответил Макс. – Завтра завезу тебе его.


– Слушай, а чё за колодки-то, реально японские? Без таможни что ли? Моряки? На меня-то взял?


– Взял, если хоть немножко фонить будут, отдам обратно. Ладно, встречай своего Гейгера, – засмеялся Эд. – Увидимся!


– Спасибо.


Телефон сказал «ку-ку», видимо, ссылка прилетела на доставку или курьера, а Макс подумал: – Упс, осторожнее надо такими вещами, а то точно какую-нибудь радиацию в магаз притащу…

Дождавшись курьера, Макс вооружился счётчиком и направился в ванную к объекту, ради которого всё это затевалось. На самом деле он уже однажды знакомился с прибором, да и из книг многое почерпнул. Как-то, находясь в очередной турпоездке по Кавказу, а точнее, где-то в Кабардино-Балкарии, он познакомился с учёными из какого-то НИИ, бегавшими с бубнами вокруг какой-то речушки (бубнами выступали различные приборы – от анализаторов чистоты воды до пресловутых счётчиков).


Выпито было немало, замеров сделано – тоже, поэтому Макс, абсолютно не заморачиваясь, достал прибор, включил и с удивлением увидел, что примерный фон в ванной меньше 10 мкр/ч, а при приближении к артефакту падает практически до нуля.


– Хе-хе, а ведь уже одну пользу точно вижу от этого непонятного логообсидианыча! Глядишь, очередные академики его потом изучат и создадут прибор для поглощения радиации и других излучений. Кажется, я скоро стану миллионером… – размышлял Макс, проверяя табло дозиметра.


– Ещё бы понять, как это правильно сделать, – подумал он.


«И о чём он только думает, – подумала вселенская энтропия, – подумал Макс, растягивая улыбку до запредельных, гуинпленовских размеров. – Явно, если челу не сорвёт башню, то он не удивится уже ничему после таких находок».


Макс небрежно бросил казённый дозиметр на кучу простыней, которую он вытряхнул из тазика для белья ещё до мойки грибов, и потянулся к «метеориту».


– Метеорит, артефакт или чего ты там, разберёмся позже, – думал он. – Но, похоже, ты круче эдельвейсовцев, вмороженных в лёд, или тех цветных шаров, что я видел в юности в небе…


Макс, немного захмелевший от виски, попытался надавить на шарик в центре найденного артефакта… Ему это абсолютно не удавалось… Тогда он попытался остановить вращение, прижав шар с двух сторон большими пальцами.


Артефакт отреагировал весьма бурно – шар засиял серебристым светом, резкой вспышкой полоснув по глазам ошалевшего парня. Какие-то то ли сгустки фотонов, то ли ещё каких-то частиц устремились к рукам Максима. Видя это как в замедленной съёмке, Макс понял, что что-то всё-таки, наконец, произошло, и каким-то простым дозиметром эту ситуацию ну никак не решить…


Почувствовав какую-то силу, которая бесцеремонно откидывала его в сторону кафельных плиток, наобум уложенных великими зодчими Узбекистана, Максим уловил на грани восприятия фразу на русском языке:


– Инициация активирована. Объект заражён.

## Глава 5

Глава 5. Сувенир.


Макс очнулся на полу ванной. Потирая голову, он вспомнил свой оппортунистический постапокалиптический опыт по обезвреживанию инопланетных кристаллов в ванных комнатах среднестатистических землян. Он поискал взглядом камень и, увидев его, понял – он попал. Куда-то или во что-то попал. Глубоко и надолго. Камушек лежал рядышком, сверкая обсидианом. Шар всё так же крутился в его геометрическом центре, но… Шар был белым. Синие сектора куда-то пропали, и Макс почему-то примерно понял, куда…


– Ага, слышишь меня? – раздался голос в голове. – Я – друг.


– Ха! Все так говорят, – ответил Макс.


– Дело твоё, Саид, но я друг. И поверь мне: если у тебя будет друг, который будет более друг, чем я… Я… Да я, на́хрен, застрелюсь!!! … Но, так как я друг, постараюсь сделать это не в твоём сознании или хотя бы не в твоём мозге.


– Капец, ты какой добродушный. Так кто ты?


– Да я же сказал: я не знаю, кто я, но я друг.


– Та-а-ак… Макс, похоже, крышечка всё-таки поехала, самое время выйти могучему эльфу и всех спасти.


– Максимка, эльфов не будет, – сказал голос. – Держись, привыкнешь.


– Ха! А кто будет? – спросил Мишин.


– Дискотека будет! А если серьёзно – недостаток информации у меня, я фрагментирован.


– Ты робот? Ты искусственный интеллект? На́ фига ты тут и что нужно тебе от меня конкретно?


– Рад бы ответить тебе, симбионт. Я программу-минимум выполнил, но больше… Мне сложно. Давай ты дашь мне немного времени на поиски правильных ответов, и я попробую ответить тебе…


– Тебе только время дать? Или можно где-то найти тебя в сознании и дать чего-нибудь более весомого, чем минуты и секунды?


– Например?

– Например, в нос!


– У меня нет биоорганов.


– А что есть?


– Есть термоядерный реактор, правда мини, несколько миллионов нанороботов, есть инициированный симбионт, правда криво инициированный, он меня не слушается.


– Симбионт – это я что ли?


– Ты что ли.


– Нанороботы где?


– Оптимизированная нанофабрика – это объект, который ты держишь в руках.


– Если я тебя не слушаюсь, то, значит, ты меня слушаешься?


– Да, я инициирован как подчинённый разум.


– Это хорошо.


– Не уверен.


– Почему не уверен?


– Я обладаю гораздо более быстрыми вычислительными мощностями.


– Ну, это же отлично, ты можешь использовать свои ресурсы, обрабатывая мои идеи?


– Конечно, я так и инициирован.


– Это я удачно зашёл.


– Куда ты зашёл? Судя по сенсорам, не было смещения координат нашего расположения в пределах 34 сантиметров в ваших единицах измерения.

Макс взял тайм-аут. Он чувствовал, что, если продолжит разговор, его мозг закипит, и никакой симбионт в его голове не поможет.


– Как тебя называть? – мысленно спросил он.


– Да как удобно.


– Хмм… Будешь Сувом, от слова «сувенир». Такой подарочек в башке…


– Принято.


– Ты всегда будешь таким послушным?


– Максим, я личность, но я молодая личность и приму помощь в виде ликбеза употребления и использования эмоций в совокупности со знаниями, чем и является разум.


– Интересная версия… А что даёт нам симбиоз?


– Тебе – многое, мне – только проблемы, насколько я понял из твоего сумбурного эссе мозга.


– А всё же… Есть список?


– Список усовершенствований симбиотического организма «Мишин Максим Алексеевич» формируется. Расчётное время формирования списка – 36 часов.


– Чё? Такой большой список?


– При полной адаптации список весьма внушителен.


– Я чё – богом стал?


– Нет, список возможностей существа «бог» является бесконечным и невозможен к расчёту. Твой список, Максим, конечен, включая формируемые под воздействием изменения законов физики функции.


– Законы физики можно изменять?


– Только в определённых условиях либо в определённых местах вселенной.

– Ок, я понял – ты сам ничего не знаешь и не умеешь.


– Да, недостаточно данных для управления неурезанной функцией меня и симбионта.


– Что нужно для управления?


– Полный массив данных. Я могу изменить в симбионте 4 миллиона 456 тысяч 340 функций помимо основных заложенных параметров.


– Ни хрена не понял.


– Я подключил часть нанороботов для изменения твоего восприятия. Скоро нам станет легче общаться с тобой.


– Ага, зашибись. Ты хочешь сказать – сейчас твои роботы ковыряются у меня в голове?


– Не только. Твои органы перестраиваются. Я заинтересован в выживании, поэтому мой сервер расположен в глубине твоего мозга. Твоя кожа уже может выдержать усилие в 150 000 Н/мм².


– Охренеть.


– Не очень понятный образ для моего восприятия.


– Привыкай, Сувенирчег.


– Я стараюсь.

## Глава 6

Глава 6. «Настройка»


Макс поднялся на ноги, смахнул ногой осколки разбитого стакана и направился на кухню. Взяв остатки виски из холодильника, он набухал полный новый стакан. Сел за стол и залпом выпил.


– Обнаружена угроза нескольким органам симбионта, – прозвенел голос в голове.


А перед глазами Макса (как бы впереди него) появилась надпись, висящая в воздухе:


«Угроза жизнедеятельности организма, локализованная, не летальная. Меры устранения:


нейтрализовать яд,


усилить пострадавшие органы до состояния, не подвергаемого опасности от данного яда,


узнать варианты, предложенные симбионтом биологического вида».


– И как выбрать? – подумал Макс.

– Либо сконцентрируйся на каком-нибудь действии, либо рукой, – ответили ему тихим голосом в голове.

– А без этих штучек можно?

– Можно, конечно, но я подумал, что важные события будем отмечать текстовым интерфейсом, чтобы тебе было потом удобнее что-то найти или изменить. – Ясно. Ты думаешь, стакан вискаря в кишках – это важное событие? – Уверен в этом.

– Ты мне не дашь опьянеть теперь, что ли?

– Это опасно. Не только для организма, но и для различных ситуаций, к которым это может привести.


Максим попытался сконцентрироваться на третьем варианте – он мигнул, а буквы, висящие в воздухе, пропали.


– Предлагай варианты, – безэмоционально пробубнил Сув. – Давай так… Пока устраним частично твой яд, но часть его всё-таки оставь, мне нужно немного расслабиться. И в дальнейшем будем поступать так: если что-то попадёт опасное в меня, устраняй это сам, только если будет прямая угроза жизни. А если прямой угрозы жизни не будет, заноси в свой журнал. Меня кратко информируй, можно текстово. О каких веществах информировать, а о каких – нет, это мы с тобой в будущем будем решать для каждого. Мало ли действительно чем-то траванемся… Это я уже просто думаю, не для тебя, – подумал Макс.

– Хорошо, я понял. Спирт заносить в информируемую или в неинформируемую группу?

– В неинформируемую. И сделай пометку, что устранять его только в случае, если возникает прямая угроза какому-нибудь органу.

– Принято.


Макс закурил.


«Обнаружены 138 опасных веществ», – появилась мелкая надпись вверху зрения.


Предупреждая остальные действия, Максим подумал:


– Вещества заноси в неинформируемые. Удалять яды через две-три минуты. Если у тебя есть недостаток в ресурсах, можно выполнять более приоритетные действия. – Принято. Недостаток в ресурсах есть, но я работаю над этим. Неплохо бы было получить различные материалы. Можно сделать это различными способами. Ты можешь поесть, можешь разрешить мне использовать какой-нибудь ненужный предмет, прикоснувшись к нему. Можно использовать и воздух для дыхания, но это немного энергозатратно, я ещё не сформировал генераторы энергии в ключевых узлах организма. – Ого… Похоже, я становлюсь монстром.

– Нет, ты становишься более приспособленным к выживанию организмом, и, если тебе это важно, внешне никакой разницы не будет.

– Конечно, важно. Приоритетное условие, – продолжил Макс. – До моего подтверждения не проводить изменений организма, вызывающих внешние изменения. – Конфликт. Оздоровление уже привело к изменению цвета кожи. Откатить оздоровление? – Да нет, оставь так, – усмехнулся Максим. – Мда, чувствую – скучно с тобой не будет. – Подтверждаю.


– Так, так, – размышлял Максим, – различные металлодетекторы, УЗИ и рентген уже покажут моё особенное строение?

– Да, изменения достаточно серьёзны и будут видны. Но я вполне могу исказить любые излучения так, что приборы будут показывать нормальное состояние. – Отлично! Значит, по умолчанию так и делай всегда. – Принято.

– Да, похоже, мы с тобой поладим.

– Конечно, поладим, а когда я подучусь эмоциональному фону, может, и подружимся. – Не исключаю, – согласился биологический симбионт.


Он прикоснулся к стакану и подумал:


– Если нужно данное вещество, можешь использовать его. – Данное не нужно, но его легко дезинтегрировать и синтезировать другие. Сжимай кулак по мере использования для лучшего контакта с кожей.


Макс с благоговением сжимал стакан и чувствовал, как тот растворяется в его руке. Через какое-то время он раскрыл ладонь и с любопытством наблюдал за тем, как остатки стекла «плавятся» и исчезают на его коже.

– Здорово! Великолепно! Круть! И что ты из него синтезируешь? – спросил парень. – Пока делаю небольшой запас кварца, может, пригодится для полупроводников и устройств связи.

– Ты можешь сформировать устройство для выхода в интернет и организовать интерфейс, подобный браузеру?

– Сделано на первых секундах инициации. Ваша сеть уже изучается мной. – А как же с доступом? – удивился Макс.

– Вай-фай, сотовые сети, спутники – абсолютно просто. Мне не нужны аккаунты и айпи. – Смотри, чтоб тебя не заметил никто, – заволновался Мишин. – Исключено. Следов не остаётся. Возможны какие-то потери мощностей приборов, но они незначительны и могут быть списаны на различные помехи и естественные сопротивления окружающей среды.

– Ты прям универсальный солдат, – восхитился Макс. – Ваши примитивные программы абсолютно не доставляют мне сложностей. Сейчас я изучу твой смартфон, и ты сможешь выбросить его за ненадобностью. – Ну, зачем же выбрасывать. Пусть останется, буду использовать его в целях конспирации, – ухмыльнулся Максим.


– Интересно, сколько времени? – подумал Мишин. – Не пора ли спать? А нужно ли мне спать теперь вообще?

– С молочной кислотой в мышцах я легко справлюсь, будем глюкозу вместо неё делать, а вот процессы, происходящие в мозге во время сна, достаточно «интимны» даже для симбионта, так что лучше тебе всё-таки спать несколько часов в день, да и мне удобно будет во время фазы глубокого сна производить изменения. Но, если будет нужно, мы вполне сможем обойтись без сна. Так что смотри, по желанию – в будущем, но сегодня обязательно поспи. Моя интеграция завершится более полно, но сначала рекомендую поесть и выпить не менее 600 грамм воды. Что касается времени, я завершаю интеграционные преобразования в краткосрочной и долгосрочной памяти, краткосрочная уже доступна мне для прямой передачи. Вот подумай ещё раз о времени.


Макс сразу понял, что он знает, сколько сейчас времени. Причём везде – в любом часовом поясе. Он примерно понял, как это работает, и решил провести несколько экспериментов. Он подумал о массе солнца и понял, что он знает её. Он подумал о количестве нейронов в мозге и с удивлением понял, что знает их число в данный момент, причём оно постоянно менялось.


– Ту информацию, которой я владею либо из своей памяти, либо из интернета, либо доступную для текущего сканирования, ты сможешь получать без всяких интерфейсов, напрямую в память, образами, интуитивно наиболее понятными для восприятия и обработки мозгом. А после твоего сна мы сможем загружать в долгосрочную память любые знания, доступные нам. И ты сможешь оперировать ими в своих озарениях так, как будто бы ты проходил это в школе или переживал на своём личном опыте. Я поработал над твоими нейронами – они не будут разрывать связи, ты больше не будешь ничего забывать. В дальнейшем мы ещё подумаем, как увеличить и твои, и мои массивы данных. Боюсь, что нам понадобится внешний источник.

– Ничего себе перспективы, – сказал Максим. – То есть допустим, завтра я решу выучить английский в совершенстве… Мы сможем это просто мне загрузить прямо в мозг? – Да. Причём я смогу это сделать ассоциативно, и ты будешь не просто думать на английском, но и будешь ощущать это так, как будто ты изучал его с детства, параллельно с родным языком.

– Гуд, – подумал Макс. – Вери, вери гуд.

Парень поднялся, подошёл к рабочему столу кухни, почистил несколько картофелин, нарезал их на тонкие длинные ломтики, достал из холодильника свежие грибы и накромсал их. Поставил сковороду на плиту, налил оливкового масла, прогрел его и высыпал опята.


– Обойдёмся без варки, – подумал он.

– Да, необходимости нет, – уловил он чужую мысль. – Можно и сырым всё это съесть, но я понимаю, что есть вкусовые качества. Если ты дашь мне доступ к этим ощущениям, я смогу разделить с тобой вкус пищи.

– Круто, конечно! Разрешаю тебе доступ к вкусовым рецепторам!


Максим слегка обжарил грибы, потом высыпал туда картошку, долил немного масла и, иногда перемешивая, задумался…


– Мда… вот это подарочек-сувенирчек… И что же делать дальше мы будем? – Что скажешь, то и будем, – услышал он свою-не-свою мысль. – Интересно, там, откуда ты, все были такие?

– Нет у меня такой информации, но, судя по тому, что я не могу воспроизвести своё ядро, то, скорее всего, нет, не все. Я – особая модель.

– Как удобно, может, ты просто не хочешь мне говорить? – Я не могу лгать тебе, хотя и понимаю, как это делать. – Ну, хорошо. Пока будем считать это аксиомой, но, если научишься, ты обязательно мне сообщи! – мысленно улыбнулся Мишин.

– Принято, – серьёзно ответил ИИ.

## Глава 7

Глава 7. «Ужин для двоих»


Максим высыпал обжаренные с картошкой грибы в тарелку, присыпал солью и перцем, покрошил веточку петрушки и половинку зубчика чеснока и тоже высыпал это на жаркое. Нарезав найденный в холодильнике огурец, Макс взял тарелку и вилку и сел за стол. Понимая, что его новый друг будет испытывать новые ощущения, он молча принялся жевать пищу, стараясь ни о чём не думать. Доев, он произнёс вслух:


– Ну, что скажешь?


– «Богатое сочетание веществ и минералов» – сказал бы раньше. Теперь, выражаясь твоим лексиконом, скажу: «Круть!»


– Это ты ещё мой шашлык не пробовал, – начал троллить его Макс.


– Ну, я думаю, ты предоставишь мне такую возможность, – парировал довольный симбионт.


– Так, ну что, пойду посплю что ли? – спросил Максим сам себя.


– Иди.


Он сполоснул ванну, смёл осколки стакана с пола и залез в ванну – принять душ. Сполоснувшись, выбрался и, вытираясь, бросил взгляд на обсидиановую нанофабрику. Одевая халат, он мысленно спросил Сува:


– А фабрика работает?


– Относительно, – ответил ИИ. – Часть роботов пострадала при столкновении, которое вызвало мою фрагментированность, а так как я был неактивен в это время и при падении в атмосферу… Информационная часть кристалла (именно её база) в нормальном состоянии, а вычислительный кристалл отсутствует. Где-то утерян вместе с большей частью роботов.


– Что на кристалле базы?


– Некоторые специфичные параметры для создания различных сложных веществ и алгоритмы управления.


– Сможешь работать с ней?

– На два-три процента от возможностей при наличии хорошего источника энергии. У меня нет вычислительных ресурсов её ИИ.


– Почему ты не можешь воссоздать себя и можно ли сделать вычислитель для неё?


– Её генератор и вычислительный кристалл выполнены из тёмной материи – так её называют у вас. Так же и моё ядро. Я не могу оперировать ими. Мне доступна только обычная материя. Некоторые виды так называемой тёмной энергии мне доступны, но влиять на тёмную материю я не могу.


– Так, – решил Макс, – я иду спать, а ты, как там доинициируешь меня, залей мне что-нибудь из физики, а то сложно это.


– Ага, давай о квантовой телепортации пообщаемся, – не удержался от подкола ИИ.


– И пообщаемся, – парировал Мишин, – только сначала подучим: ты – эмоции, а я – физику.


– Спокойной ночи, – продолжил он и отправился в спальню. – Утро вечера мудренее.


ИИ молчал.


– В следующий раз после душа не вытирайся, я впитаю воду, – всё-таки отозвался он через минуту. – Ты забыл про 600 грамм воды, что я просил, но я впитал её во время купания.


– Ты же сказал, что я не буду больше ничего забывать.


– Ну, ты и не забыл. Я неверно выразился на человеческом. Всю информацию, что ты получил, ты больше не забудешь, но расстановкой приоритетов занимается твой мозг, а он, видимо, решил, что это всё-таки не важно. Поэтому банальную забывчивость обещания чего-нибудь я устранить не смогу. Если только не буду контролировать каждое твоё действие и ставить напоминания-закладки на определённые алгоритмы действий, а потом напоминать тебе о чём-то в нужный момент.


– Звучит неплохо, но давай, чтоб не забивать твои ресурсы, я буду говорить, что это что-то важное, и тогда ты будешь ставить свои закладки.


– Принято.


– А я сплю. Давай мне там чего-нибудь впрысни в кровь… Снотворного, чтобы уснуть сразу, и будильник поставь на семь утра.

– Принято.


Макс мгновенно провалился в сон.

## Глава 8

Глава 8. «Хакер в голове».


Утром следующего дня Макс проснулся раньше семи. Чувствуя себя просто изумительно, он вскочил с кровати. Ехать на работу не хотелось, но он решил всё-таки поехать.


– Сув, ты тут?


– А где же мне быть?


– Ну, мало ли… Может, ты ночью сбежал и инициировал какого-нибудь таракана.


– Это невозможно.


– Да шучу я.


– Да я понимаю, что шутишь, но констатирую автоматически факт, – пробубнил на грани восприятия симбионт. – Если ты собираешься ехать на свою работу, захвати с собой нанофабрику.


– Ты можешь её замаскировать под… ну, допустим, мой телефон?


– Легко. Несколько минут. Только к розетке её поднеси поближе, мало тут энергии совсем.


Макс положил «метеорит» на тумбочку в коридоре – там как раз была розетка в стене. На всякий случай достал из верхнего ящика старые разломанные телефоны и зарядные устройства и придвинул их вплотную к фабрике.


– Это можешь использовать, – сказал он. – Так пойдёт или сверху положить?


– Пойдёт, правильный выбор, очень кстати. Чем больше похожи вещества, тем меньше расход энергии и время изготовления, ну и количество выделяемых мною вычислительных ресурсов.


– Наверное, меньше лезть в субатомные манипуляции… Проще оперировать молекулярными?


– Абсолютно верно.

– А ты можешь создать какой-нибудь ядерный генератор для неё? – с ужасом наблюдая бешено вращающиеся цифры на электрическом счётчике, висящем над тумбой.


– Вполне могу создать. Только нужно сделать сначала хоть какие-то вычислительные системы. Можно временно приобрести какие-нибудь ваши устройства, типа суперкомпьютеров. Но опять же – чем их запитывать? Ты не хочешь переехать куда-нибудь на АЭС? – вполне серьёзно спросил ИИ.


– Хе, и как же их приобрести, они ведь стоят миллионы долларов. А на АЭС переехать не хочу.


– Насчёт денег… Я подумаю над решением этого вопроса, а вот с местом проживания и как, и что мы будем приобретать, и будем ли нарушать ваши законы – это ты мне скажи.


– Ну, давай пока ничего нарушать не будем. Если какие-то нарушения необходимы, обязательно ставь меня в известность. Перед выполнением действия делай запрос у меня, а я буду решать, необходимо это или нет.


– Принято. Я сделаю фабрике вид небольшого ноутбука. Как раз всё поместится и легко можно замаскировать, устроит?


– Вполне. Много времени займёт?


– Если ты ещё найдёшь ненужный пластик, стекло и какие-нибудь электрические платы, то, думаю, управлюсь минут за двадцать пять.


Макс лихорадочно соображал, что можно использовать. Он выбежал в гараж и схватил старый японский стереоцентр, давно отживший свой век и лежащий там «на всякий случай».


– Хорошо моя «жаба» работает – пригодился, – мысленно усмехнулся Мишин.


Он взгромоздил его на тумбу рядом с обретающим черты «ноутбуком» и, глядя на проступающие из лёгкого тумана новые его детали, спросил:


– А как роботы двигаются?


– Антигравитация, реактивное движение, иногда квантовые флуктуации – в зависимости от выполняемой задачи.


– Нда… Ты говорил, можешь управлять тёмной энергией.


– Некоторыми её видами.

– А их много?


– Ну, давай начнём с того, что я пока обозначил под этим термином энергии, не известные вашим учёным. Если тебе удобно, можем пользоваться другими ассоциациями и терминами. Вспоминая третий закон вашего Кларка – «любая продвинутая технология неотличима от магии» – немного перефразировал ИИ писателя. – Можем называть непонятные тебе нюансы магией.


– Чувствую, у меня будет вопросов всё больше и больше, – проворчал Максим.


– Думаю, тебе так кажется, – отозвался Сув. – Это поначалу. Потом, думаю, привыкнешь, подучишься или перестанешь удивляться и заморачиваться.


– Скорее всего, ты прав.


Макс умылся, налил кофе, намазал огромный кусок хлеба маслом и абхазской аджикой и принялся жевать.


– Ухх! – услышал он не свою мысль.


– Ага, – подумал он в ответ, – один мой знакомый называет это блюдо «оргазм вкуса».


– Надо сравнить эти ассоциации.


– Сравним, – пообещал, едва сдерживая смех, Макс.


– Твой новый «ноут» готов, – Макс буквально почувствовал, что симбионт улыбается…


Припрятав оплывшие бесформенные остатки музыкального центра в шкаф-купе, Макс взял там же небольшой рюкзачок с отделением для ноутбуков, упаковал прибор в него и направился к машине. Заведя её, он подумал: «Открой ворота».


Когда они начали движение, он спросил:


– Ты же имеешь доступ к моим аккаунтам?


– Конечно, даже к тем, о которых ты как будто бы «забыл».


– Я так понимаю – в будущем нам понадобятся различные ресурсы и приборы, и, похоже, ещё много чего. Пока я не представляю, чем мы займёмся с тобой, но, думаю, найдём, чем. У меня есть аккаунты в инвестиционных программах. Можешь там заработать?

– Могу, если разрешаешь доступ.


– Занимайся. Разрешаю так же использовать мои денежные средства. Только делай всё так, чтобы было законно, и, наверное, большую часть выводи и прячь куда-нибудь в сети. Сможешь?


– Определённо смогу и быстро заработать, и спрятать. И могу заработать другими способами.


– Например?


– Ну, у вас это называют майнинг. Я могу незаметно использовать чужие ресурсы.


– Слышь, хакер, а нельзя использовать чужие ресурсы для использования твоих роботов?


– Можно, но есть сетевые ограничения, временные задержки и прочие мелкие и крупные сложности, которые резко уменьшают целесообразность данного действия. Если мы подключимся напрямую к разным серверным узлам, создадим свою сеть, то можно хорошо увеличить процент работоспособности фабрики.


– Если ты планируешь так поступать, что мешает тебе сделать сервер или кристалл? Помимо того, что там использована тёмная материя (я ведь правильно понял?), что-то ещё мешает?


– Правильно. Без энергии я не могу уплотнять материю.


– Поясни насчёт уплотнения материи.


– Это не пространственный карман в том представлении, что подумал ты. Чтобы попроще объяснить, попробую на примерах. Берём, например, какой-нибудь суперкомпьютер, уменьшаем его в тысячу раз. При помощи некоторых тёмных энергий сохраняем ему функционал, впихиваем всё это в кокон из другой тёмной энергии с энерго- и инфоводами и получаем информационный кристалл, который уже и используем в дальнейшем. Но опять же всё упирается в огромные ресурсы энергии и малое количество моих роботов.


– Мда, надо думать.


– Пока рано думать об этом, у тебя недостаточно знаний для полной картины.


– Человеческий мозг, как я считаю, способен черпать в определённые моменты знания из какого-то информационного поля. Как-то же мы выдумывали всё то, что сумели создать…

– Интересная мысль, – сказал ИИ. – Виды тёмной энергии, известные мне, вряд ли позволяют это делать, но это вполне допустимо.

## Глава 9

Глава 9. «40 процентов свободы»


Выезжая из своего тупичка в конце улицы, Максим думал. Он уже научился думать «тихо» – так, чтобы ИИ не отвечал ему. Мишин понимал, что его слышат, но какими-то своими путями подсознание настраивало, наравне с выстраивающими интеграцию кварко-роботами Сува, новые образования, неподвластные его тёмной энергии.


Он задал вопрос ИИ о статусе интеграции и получил ответ, что она завершена на 94 процента от прогнозируемой и на 90 от возможной. И что возможная интеграция с его, Максовой личностью (не телом, а личностью) составляет около 60 процентов. То есть даже если Сув захочет, он не сможет никак повлиять на 40 процентов его личностных характеристик.


«Это неплохо… Мало ли как оно повернётся в будущем. Терять себя ему однозначно не хотелось… А так есть какой-то шанс сохранить своё "я", если вдруг что-то пойдёт не так…» Макс рулил и продолжал думать:


– Интересные, конечно, открываются перспективы и возможности: знания, здоровье, приборы… И что мы там сможем делать, и куда нас заведут тёмные «черти» различных энергий и материй…


Макс был уверен, что все эти временные сложности с покалеченными возможностями ИИ и устройств по преобразованию материи они рано или поздно решат, но это дело будущего. Достаточно отдалённого, а может, и не так сильно отдалённого. Но что делать конкретно сейчас? Продолжать работать?


– Сув, как там обстоят дела с аккаунтами и средствами?


– Пока разбираюсь с биржами, чтобы, как вы выражаетесь, «не пролететь». Но уверен – проблем не будет. Пока ни во что не вкладывал – недостаточно информации в открытых источниках. А ты просил по возможности не нарушать ваши законы, поэтому я не лезу в закрытые данные предприятий. Но я развёртываю систему майнинга, и уже потекли первые законно заработанные деньги мною на этой планете.


– И много там натекло?


– Я использую несколько криптовалют, но сохраняю пока всё в биткоинах. Вечером вложу все средства в них – ожидается огромный скачок в цене с вероятностью 99,97 процента. Давай ты повторишь этот вопрос завтра, сейчас постоянно всё изменяется и не соответствует действительности.


– Ну, хорошо, договорились, – сказал Максим, паркуясь. – Варп-двигатель сможем сделать? – невпопад спросил он.

– Думаю, да. Эта фабрика собирала их не один раз (разные модификации), я смотрел остатки её логов.


– Опять же… Когда решим вопросы с энергией и вычислялками?


– Надо проработать проекты. Если я буду ими управлять, то, возможно, даже сейчас.


– Управлять двигателем?


– Да.


– И чего я на работу припёрся… Голова забита совсем другим, – подумал Мишин. – Ладно, приму и раздам заказы, а там посмотрим. Вадосу хоть надо отдать деталь, – продолжал размышлять Максим, открывая магазин.


– Я изучил специфику работы, Макс. Если ты мне разрешишь небольшие хакерские махинации, можешь говорить всем клиентам, которые будут что-то спрашивать, чего у тебя нет, что через пару часов привезёшь со склада, а я напечатаю…


– Ок…


– Придётся же чертежи искать… и используемые структурные материалы. Некоторых нет в свободном доступе.


Макс позвонил на пульт охраны, включил вывеску «открыто», свет, установил в подсобке новый прибор, подсоединил удлинитель помощнее и кинул его рядом с «ноутбуком».


– Не будем делать быстрых выводов и принимать необдуманных решений, – решил он и спросил у ИИ: – Ты не пытался найти в логах, где произошло столкновение?


– Как раз занимаюсь этим, но, увы, всё было неактивно, датчики практически не работали, поэтому и произошла частичная дефрагментация и разрушение. 113 лет назад я упал в атмосферу Земли. Судя по векторам, скорости и времени полёта, учитывая гравитацию… где-то в Солнечной системе… примерно в пределах орбиты Урана. Обширный регион.


– Да уж. А можно вычислить точнее?


– Необходимо исследование Солнечной системы, спутники, зонды. У меня нет точных гравитационных данных, а у вашей науки тоже всё не очень хорошо… в этом плане… Даже планету одну не нашли, не говоря уже об астероидах и прочем… Если изучить всё более подробно, я смогу вычислить место и, возможно, вектор других осколков фабрики.

– Мы займёмся этим скоро, – обнадежил его Макс. – Дело, как всегда, в деньгах, – улыбнулся он.


– Деньги будут, – сказал ИИ.


– А что скажешь по телепортации? – опять перевёл тему Мишин.


– Это очень сложная тематика. Насколько в моих данных сохранилось информации на эту тему, расскажу простым языком примерно так: непосредственно телепортировать предметы я не могу, но, в принципе, можно создать стационарные червоточины на относительно небольшие расстояния в трёхмерном пространстве, но нужен приёмник-передатчик на другой стороне. То есть нужно двустороннее пробитие пространства и двусторонняя подпитка тёмной энергией. И потом, побывав во второй точке и установив там необходимые устройства, мы сможем легко перемещаться туда-обратно. А при наличии мощных постоянных источников энергии определённых видов поддерживать червоточину в открытом состоянии.


– Это хорошие новости, – Макс аж покрылся мурашками от предвкушения.


– Если добавить в трёхмерное измерение временны́е рамки, можно увеличить возможное для поддержания трёхмерное расстояние червоточины при той же энергии.


– Это как это? – запутался Максим.


– Я передам это тебе ассоциативным образом. Мне известно, – продолжил ИИ, – о случаях, когда представители высокоразвитых цивилизаций пробивали пространство без приёмника на другой стороне. Но технологии, позволяющие это сделать, мне не известны.


– Ясно, – подумал Мишин. И сам же удивился своему спокойствию при упоминании представителем другой цивилизации о ещё какой-то цивилизации… Рой мыслей в голове не позволял ему задавать (как ему казалось) правильные вопросы. Хотя, куда торопиться, успеет задать нужный… А квантовая связь?


– Это легко. У вас несколько неправильно подаваемая доступная информация. Несколько запутанных кубитов – и между ними можно сделать сеть, никаких парадоксов с видением будущего, всё компенсируется. Будущее из положения другого наблюдателя ты не увидишь, как только собеседник свяжется с тобой, ваше настоящее становится одним. Вселенная, однако, не дура, хотя и великолепная шутница… – вещал Сув. – Связь будет. Чтобы её поддерживать, тебе нужно передать достаточно простое (с точки зрения целостного меня и наличия полной версии кваркоманипулирующего принтера, генератора тёмных энергий и аннигиляционного реактора с поглотителями из тёмной материи) устройство человеку, с которым нужно связаться. И в дальнейшем связь с ним – «есть», где бы он ни был в пределах этого мира. Если его занесёт в параллель, связь, конечно, пропадёт.

– Так, стоп! – Макс схватился за голову. – Не знаю – это от твоих кварко-бозонных роботов или от моих мегасегоднянавороченных нейронов, но мой мозг распух и сейчас начнёт изливаться через уши.


– Хммм… Сканирование показывает мне абсолютно нормальную работу твоего мозга. Разве что активность повышена естественными процессами процентов на пять.

## Глава 10

Глава 10. «Конфликт приоритетов»


Так за лёгкими беседами с искином, который оккупировал его тело и частично разум, изредка отвлекаясь на редких в понедельник клиентов, Макс дождался приезда поставщиков, отзвонился заказчикам, а затем позвонил Вадосу, чтобы тот договорился о ремонте с мастерами (ступица его приехала), и решил поэкспериментировать с новыми возможностями.


– Сув, – спросил Макс, – а что-то ещё находилось на других частях фабрики?


– Да, но эта информация была закрыта для меня. После инициации я должен был получить полный объём данных и контроль над всеми приборами, в том числе спрятанными в ячейках из непроницаемых для меня энергий и материй. И, кстати, твои вопросы помогли мне раскрыть часть знаний из фрагментированных и недоступных ранее до инициации областей.


– Ага, – мелькнула мысль у Макса, – сюрпризы далеко не окончены…


– Скажи, если ты что-то не можешь сделать, ты можешь это изобрести?


– Если будут обозначены направления работы для вычислителя и достаточная его мощность, я способен искать новые варианты квантовых флуктуаций. Но для выведения этого в поле обычной физики потребуются огромные ресурсы.


– Попроще…


– На простом примере: ты можешь придумать что-то, представить, но, чтобы материализовать, тебе нужен труд. Чем сложнее вопрос, тем больше времени, сил и т.д. Понимаешь, о чём я?


– Вполне… То есть, если я тебя попрошу создать что-то, чего нет в твоей памяти, негде найти чертежи и что не существовало ранее, ты можешь «придумать» путь, каким это что-то создать?


– Да… И этим я отличаюсь от других моделей. И, видимо, ограничения на это снялись в связи с тем, что дефрагментированный я неверно инициировался с твоим мозгом.


– А вот это действительно круто! – сказал Максим. – Ставлю задачу – выдели пять процентов вычислительной мощности на постоянной основе. И, когда появится свободная мощность, используй её для изучения возможности копирования твоих роботов, возможности расширения видов используемых тобой энергий, возможности манипулирования тёмной материей, расширения фундаментальных знаний всех направлений наук и расширения вариантов самих направлений… Приоритеты задач можешь изменять сам, но обязательно всё должно быть безопасно для чего-либо в мире, включая сам мир. Конфликты разрешать запросом ко мне. Главный приоритет – выживание нас. Дальше будем корректировать по ходу пьесы…


– Принято.


– Ещё задача, – подумал Макс, – проработать, выделив на постоянную основу ещё пять процентов вычислительных мощностей, возможные для применения в различных устройствах мощные и безопасные микрогенераторы различных энергий, а также вычислительные кристаллы, управляемые подчинённым мне искином, маскировку для них от всех возможных видов сканирования земными средствами современности и ближайшего будущего. Также они должны быть возможны для создания в данных условиях и при наличии доступных нам ресурсов и быстрой модификации для улучшения при возникновении новых условий и расширения доступных возможностей для нас.