# 4. Сергей Давыдов. Смотрящие в ночь

Сергей Александрович Давыдов

Кешка Стрельцов не верил в упырей и вампиров до того дня, как столкнулся с ними лицом к лицу в своём подъезде и спас своего младшего братишку из когтей женщины-вурдалака. А затем последовали новые страшные события на улице и дома, а в школе Кешку и его друзей преследует их учитель математики, который тоже стал вампиром. Но близица колдовская ночь, когда силы тьмы вырвутся с кладбища и высосут кровь у жителей родного Кешкиного города и только храбрые дети могут его спасти!

Сергей Давыдов


(Капитан ветров)


Повесть


Смотрящие в ночь


"Где крысы серою толпою.


Где кучи с мусором горят,


Шли разудалою гурьбою,


Шесть рюкзаков на трёх ребят…"


"Красная Этна"


Глава I


Запасный выход


1


Было солнечное весеннее утро, но в школу никто не шёл. На пустыре горела свалка, и горела так сильно, что никого из ребят не отпустили ни в школу, ни в детский сад, ни даже просто на улицу. Кешка Стрельцов обрадовался, ведь сегодня они с классом должны были писать контрошку по арифметике. А дома можно было играть во что хочешь и смотреть мультики.


Кешкин младший братишка Котька тоже был рад, что не пошёл в детский садик и весь день бегал по квартире, передразнивал попугая Сильвера, лазал на шкаф, играл с Кешкой в прятки, а под вечер, когда пожар потушили, рисовал красками и конечно же измазался.


– Кеша, вынеси мусор! – попросила Кешку мама.


– Сейчас! – ответил из ванной Кешка, смывая мылом с Котькиной коленки краску. – У меня тут Котька балуется!


Котька пытался вытереть испачканные в краске руки о майку.


– Я тебе вытру! – пригрозил Кешка младшему брату.


Котька засмеялся и сунул пальцы в рот.


– Не суй грязные пальцы в рот! – хлопнул Кешка по Котькиным пальцам.


Кешка отмыл Котьку, усадил братишку в кресло и оставил смотреть мультики, а сам взял мусорный пакет и побежал на улицу. Солнце скрылось за тучами и в подъезде царил полумрак.


Мальчик спустился вниз и направился к запасному выходу, потому, что через него дойти до помойки было быстрее. Закуток был завален санками, лыжами, какой-то поломанной рухлядью, у стен стояли детские коляски, под лестницей стояли самокаты и велики, на которых катались все дворовые ребята.


Здесь было темно, только в закутке мигала тусклая лампочка. И тут Кешка почувствовал, будто кто-то пристально смотрит ему в спину. Кешка замер, его обдадо холодком. Много нехорошего говорили о его подъезде во дворе и в голову полезли всякие ужасы.


Кешка повернулся, но это был всего лишь незнакомый мальчик. Он стоял к нему спиной и не двигался, словно был заколдован. Кешка тоже замер, боясь дышать и ощущая от незнакомого мальчишки смутную угрозу.


Не такую, как если встретишь вечером хулиганов. Тогда тебя бросает в жар, здесь же было что-то страшнее, потому, что Кешку вдруг бросило в холод…


"Нашёл место для игр! – с досадой подумал о мальчишке Кешка. – А может потерялся?"


– Эй… – неуверенно позвал его Кешка.


Мальчишка медленно повернул голову. Раздался скрип и хруст. У Кешки перехватило дыхание от того, с каким звуком этот странный мальчишка повернул к нему голову. Кешка бросился мимо него и быстро оказался на улице.


Кинув мусор в помойку, мальчик немного успокоился. Солнце вновь вышло из-за тучи и Кешке даже стало стыдно за свой испуг. Подумаешь незнакомый мальчишка! Да он его даже не старше! А если пристанет, можно дать ему по шее, чтоб не задирался…


Кешка посмотрел, как гоняют мяч ребята и заспешил домой. И войдя в подъезд, мальчик почувствовал, что страх вернулся. Тот пацан никуда не ушёл, теперь он стоял к Кешке лицом. Только лицо будто ускользало от взгляда. Не то из-за полумрака, не то из-за того, что этого лица у мальчишки не было вовсе…


Кешке было не по себе от странности происходящего. По всем правилам мальчишка должен был не прятаться в темноте, а играть, беситься, скакать по лестнице и съезжать по перилам, пугая бабок.


А этот мальчишка просто тихо стоял в темноте и смотрел…


Кешке бросились в глаза красная полоса на мальчишкиной шее и подкошенная нога, и вообще он был каким-то изломанным…


И вдруг этот мальчишка пошевелился и снова раздался хруст. Он поставил подкошенную ногу на ступеньку и шагнул к Кешке. И опять раздался скрип. Нога подогнулась и будто вывернулась.


– Ну ты, ща как вделаю! – дрогнувшим голосом предупредил его Кешка.


Мальчик не отозвался, но сделал ещё один шаг и замер, буравя Кешку непонятным взглядом, а у Кешки внутри всё замёрзло, он боялся даже пискнуть от страха. А это существо вдруг изогнулось и побежало к Кешке. Мальчик заорал дурным голосом и бросился на улицу, к солнцу, где оно не могло его достать. Кешка пролетел двор, боясь услышать у себя за спиной скрип, с которым это страшилище двигалось.


На детской площадке Кешка оглянулся. Никто за ним не бежал. Двор жил своей жизнью, словно ничего страшного и быть здесь не могло.


Словно не было на земле чудовищ…


А в подъезд зашла тётя. Кешка дёрнулся с места, и крикнул ей, чтобы предупредить об этом страшном мальчике, но из горла вырвались какие-то хрипы, а ноги налились тяжестью и отказывались слушаться.


– Кешка, ты чего здесь один? – вдруг окликнули Кешку его дворовые друзья Алик и Егор. – Пошли с нами мяч гонять!


– Там… – нервно дёрнувшись, произнёс Кешка. – Мальчик, в подъезде!


– Какой ещё мальчик?


– Туда тётенька зашла… Вдруг он её…


– Что? – удивились Егор и Алик и сами встревожились.


– Идём, я вам его покажу! – собравшись с духом решил Кешка. С друзьями было не так страшно если это существо ещё там, в подъезде…


Мальчики вошли в зловещий тёмный подъезд, но пацана там уже не было и впомине, а тётка скрылась в двери своей квартиры, только на кафеле остались чьи-то маленькие грязные следы.


– Ну и где он? – небрежно спросил Алик, когда Кешка сбивчиво рассказал ребятам о странном мальчишке, который прятался в темноте.


– Но он был здесь, я его видел! – сипло ответил Кешка.


Алик нагнулся над маленькими следами и вдруг испугался.


– А земля-то из могилы! – выдавил он и отпрянул назад.


– Откуда ты знаешь? – растерянно спросил Кешка.


– От неё тянет холодом… – нервно сглотнул Алик. – Как из могилы…


И мальчики в ужасе вылетели на улицу, к солнцу, где ничто страшное их уже не могло достать, моля небо, что это, явившееся из могилы уже ушло…


2


На двор опускались сумерки. Мальчики играли в ножички. Котька сидел на трубе и наблюдал за ними. Кешка решил в этот день не пускать младшего брата никуда одного, чтобы он не встретился с тем существом из подъезда. За тем они погоняли мяч. Котька в это время возился с другими малышами в посочнице. А потом ребята догнали мороженщицу и взяли по пломбиру.


– Ой! – раздался Котькин возглас. Котька уронил мороженное и в его большущих серых глазах набухли слёзы.


– Раззява, – беззлобно фыркнул Кешка. – Лопай моё.


Котька повеселел и они с Кешкой вместе слопали мороженное.


– Не суй грязные пальцы в рот! – снова хлопнул по руке брата Кешка.


– Я и не сую грязнульские пальцы!


– Нет суёшь!


Мальчики добрались до подъезда и уселись на бортике. Кешка бросил боязливый взгляд на окна лестничной площадки и прислушался.


– Жуть… – с чувством произнёс он. – Как думаете, откуда он пришёл?


– Есть одно кладбище, – вспомнил Егор как бы невзначай. – Там уже давно никого не хоронят, потому, что сама земля там будто гнилая, не принимает покойников и те встают из могил… Только оттуда он и мог прийти…


– А кто он? – насторожился Котька.


– Упырь наверное, – пожал плечами Алик. – Ну, оживший покойник, который сосёт кровь у людей по ночам…


– А чё он днём пришёл? – удивился Кешка, снова бросив опасливый взгляд на окно лестничной площадки. – Они же солнечного света боятся.


– Не знаю, – озадаченно пожал плечами Алик. – Может ещё с ночи не успел лечь в могилу и теперь прячется в подъезде.


– А я кажется знаю что это за пацан! – вдруг осенило Егора.


– Знаешь?!


– Ну да… – не очень уверенно сказал Егор. – У нас пацан короче жил, прямо за стенкой моей комнаты и мы с ним перестукивались каждый вечер. С ним никто не играл, ну он с нами короче гулял. Куда мы, туда и он. И вот однажды вечером он стукнул мне, я стукнул ему… А на следующий день, он не вышел гулять… Но каждый вечер он мне стучал. Искали его везде, а потом тухлятиной какой-то завоняло, его и нашли вместе с матерью. Мёртвые! Болтаются на люстрах… Но кто-то же стучал мне оттуда!


– Мальчики, домой! – высунулась из окна Кешкина и Котькина мама. – А то завтра вас опять не добудишься!


Кешка вздохнул. Завтра ему топать в школу. Котьке-в детский сад.


– Сейчас, мы только друзей проводим! – откликнулся Кешка.


Они проводили друзей по домам и вернулись во двор в потёмках. Мама не дала им поглядеть мультики и загнала спать.


Кешке было боязно засыпать. Ему мерещились зловещий хруст и лёгкие шаги на лестничной площадке…


А наутро страхи развеялись. Кешка проводил Котьку в детский сад и побежал в школу, размахивая портфелем и мешком со сменкой.


– Сменка! – зевая, окликали ребят дежурные. – Сменку покажи! А руки ты мыл, грязнуля? Что у небя с пионерским галстуком? Ты что, жевал его?


Кешка показал им язык. От дежурных в школе были лишь одни неприятности. С дежурными только свяжись…


– Ну где ты был, мы тебя искали! – накинулись на Кешку Егор и Алик.


– Братишку в детский сад провожал, – бесхитростно ответил Кешка.


И мальчики побежали бросить портфели в кабинете биологии.


Прозвенел звонок и скакавшие по партам ребята притихли. Дверь открылась, но в класс вошёл не биолог, а Юлия Тимофеевна, училка арифметики. Кешка в недоумении уставился на неё и понял, что сегодня ему точно влепят двойку, арифметику-то он на сегодня не учил!


– Успокаиваемся, – сухо потребовала она у класса. – Начинаем урок.


– А где Андрей Андреевич? – послышались робкине голоса. Толстого лысого биолога не боялись, а вот от математички ничего хорошего не жди.


– Андрей Андреевич заболел, – зловеще объявила Юлия Тимофеевна.


Она бросила быстрый взгляд на доску, где было написано мелом:


"Учитиль дурак!"


– Так вы учителей встречаете? – укоризненно спросила математичка.


На задних партах рассмеялись.


– А ну дети, кто видит здесь ошибку? – уже более миролюбиво спросила Юлия Тимофеевна, окинув взглядом класс.


– М-м-м! – протянул Кешка, вскидывая руку.


– Да, Стрельцов? Ты видишь ошибку?


– Ага!


– Стрельцов, сотри это безобразие с доски и напиши правильно.


Кешка ухмыльнулся, подошёл к доске и пока Юлия Тимофеевна смотрела в журнале, кого бы вызвать, стёр ошибку и написал:


"Училка дура!"


И отряхнув руки о школьные брюки, пошёл на своё место.


Класс грохнул. Училка еле успокоила ребят.


– Стрельцов, ты исправил ошибку? – строго спросила Юлия Тимофеевна.


– Угу!


Математичка повернулась и с её носа слетели очки.


– Стрельцов, двойка по поведению! – резко объявила Юлия Тимофеевна. – Сегодня в школу с отцом.


– Не могу, Юлия Тимофеевна, – усмехаясь, ответил Кешка. – У него на всю неделю рейс, а через неделю только практика, и каникулы.


– А ты нахал, Стрельцов! – угрожающе заявила Юлия Тимофеевна. – Тогда явишься сегодня с мамой.


– А мама в поликлинике.


Математичка ответила, что тогда придёт к Кешке домой сама, завтра вечероим и расскажет маме, что Кешка творит на уроках.


А за тем немного успокоившись, стёрла с доски и начала чертить задачки, примеры и уравнения. Кешка застонал и поглядел в окно.


Сейчас бы погонять на велосипеде или сходить в кино! Нет, торчи до последнего урока в классе!


Хотя, школу сегодня можно и прогулять… Надо лишь проскользнуть на перемене в раздевалку, кинуть в окно портфель, сменку и самому сигануть босиком, чтобы не испачкать ботинки: за окном прорвало трубу…


– Достаём тетради, ручки, линейки и карандаши, – деловито говорила между тем училка, стуча указкой по парте.


С горем пополам выученные на той неделе примеры напрочь вылетели у Кешки из головы, по крайней мере всё, что касается корней и дробей.


– Сегодня я ставлю отметки за четверть, – зловеще произнесла Юлия Тимофеевна. – Вот и поглядим, чему вы научились.


Рассеянно глянув по сторонам, Кешка начал решать задачки и примеры. Но решаться они не хотели, Кешка плавал на них. Кажется он всё тут переврал.


Мальчик с опаской поглядел на училку, а потом бросил взгляд на часы.


"Во втяпался! – сокрушённо подумал Кешка. – До звонка не успею!"


– Алик, помоги, будь другом! – отчаявшись решить сам, зашептал Кешка, трогая друга за локоть. Алик оторвался от своего варианта и чевокнул. Кешка показал ему свои каракули в контрольной тетрадке.


– Ладно, сейчас решу, потом спишешь, – кивнул Алик и достав дисточек, начал переписывать Кешкин вариант, составил уравнение, и рашил примеры.


– Ну-ка там не кидаться ластиками! – послышался голос училки.


В ответ раздался смех.


– Быстрее, щас звонок будет! – нетерпеливо сунул Кешке листок Алик.


Кешка обрадовался, бросив взгляд на училку и начал лихорадочно списывать, видя, что времени осталось не так много и скоро прозвенит звонок…


3


А когда занятия в школе окончились, мальчишки устроили во дворе шумную игру в вышибалы. Кешка сидел у окна и пытался делать арифметику, но его отвлекали то ребячьи игры на улице, то приставучий младший брат.


Сильвер летал по квартире, сидел на люстре и обзывался. Обзываться он научился у Котьки, которого за такие слова мама ставила в угол.


– Кешка, выходи! – звали Кешку с улицы Алик и Егор.


– Чего вы раскричались? – недовольно спросил Кешка. – Щас мамка привяжется, а у меня задание не сделано…


– Нас бы позвал, мы бы помогли, – с укором отозвался Егор.


– Мама вот-вот из поликлиники прибежит…


– Да мы быстро! Показывай своё задание!


Кешка оглянулся по сторонам и ребята пошли в его квартиру. У Кешки не выходила задачка, но втроём мальчики её решили, а за тем одолели ещё три и пошли гулять. Сыграли с ребятами в футбол и отправились на проспект.


Играло радио:


"Вот и лето прошло


Словно и не быва-а-ало!


На пригреве тепло,


Только этого мало!"


– Чёрт, у нас же сейчас плавание! – спохватился Егор.


Мальчики забежали домой взять плавки, шапочки для купания и уцепившись на колбасе аэробуса домчались до спортивной школы. А когда плавание закончилось, они вышли на остановку. Аэробусы не летали и мальчики зашалали по окутанным синими сумерками улицам.


Солне опускалось всё ниже, по улице гулял ветер.


– Айда каналом срежем, – подал идею Егор.


Мальчики свернули и зашагали по набережной канала. Впереди раздался смех и ребячьи голоса. Какие-то мальчишки вдыхали из бутылки дым.


– Чёрт, – озабоченно произнёс Алик. – Это Андрюха и его дружки. Они у ребят жвачку отнимают, а потом в волосы её тебе суют!


– Чё вы трусите? – удивился Кешка. – Идём, не тронут они нас.


– Эй, малявки, идите сюда, дело есть! – окликнули их старшеклашки.


– Жвачка есть? – ревниво спросил стриженный рыжий мальчишка с припухшими, слезящимися глазами.


– Курево есть? – спросил другой, с бульбулятором.


– Нет.


– Да посмотри ты у них в карманах!


Пацан с бульбулятором протянул к Кешкиным карманам руку, но мальчик ударом ноги выбил из его руки эту гадость, а коленкой дал между ног.


– Уй-я! – засипелд пацан и осел на землю.


– Ты чё блин, малявка, по носу не получал?! – накинулся на Кешку лысый хулиган, но Кешка сбил с хулигана кепку влепил ему ногой по щеке.


Старшеклашки зашумели. Кешка увидел, что наперерез ему и ребятам по дороге бежали пятеро мальчишек. Кешка запустил в старшеклашек куском асфальта, а за тем началась драка и яростная возня.


– Ну всё малявки, теперь вам кранты! – возбуждённо кричал рыжий пацан в белой панаме и голым пузом.


– Лови их! – покрикивал лысый, зажимая разбитый нос.


– Блин, шустрые!


– Да чё вы тормозите! – визгливо закричал Андрюха. – Они же мелкие!


– Ну-ка что вы тут устроили, паршивцы! – бежала к ним дворничиха.


– Атас! – крикнул Андрюха и хулиганы смылись со двора.


– На, получите! – крикнул Егор, кинув в старшеклашек камнем.


– Айда в овраг! – отряхивая пыль, крикнул ребятам Егор.


Кешка ткнул палкой в собачью какашку и кинул её в хулиганов, перед тем, как они перелезли трубу и бросились в овраг. Кешка чуть не упал вниз.


– Кешка! – закричал Алик, бросаясь назад, к другу.


Мальчик схватил Кешку за руку и вытянул, а за тем они перемахнули забор и начали спускаиться в овраг. А дворничиха всё кричала им и хулиганам, которые бросились во дворы. Мальчишки издали дразнили их.


Старшеклашки отстали, а мальчики спустились в заросший овраг…


4


В овраге было холодно, летали ранние комары, шумела речка. Мальчики выбрались с другой стороны оврага, влезли на бойлерную. Солнце заливало замшелую, политую битумом крышу красноватым светом.


– Здорово мы им вделали! – выдохнул разгорячённый Алик.


– А ты боялся! – хмыкнул Кешка, ободряюще обнимая Алика. – Они же курят всякую гадость, и драться не умеют!


Алик улыбнулся, и тронул языком разбитую губу.


Мальчики слезли с бойлерной и двинулись по какой-то незнакомой улице.


– Блин, мы совсем не туда идём! – забеспокоился Алик. – Идём назад!


– Зафиг? – поднял на него удивилённые глаза Егор. – Хорошо гуляем…


– Да впереди болото будет, – не очень уверенно начал Алик, – а за болотом старое кладбище. Короче там такое начинается с заходом солнца!


Кешку неожиданно пробрал неприятный холодок. Он снова вспомнил странного мальчишку в подъезде…


– Ты про живых мертвецов? – боязливо прищурился Егор.


– Угу, – горячо промолвил Алик. – У нас так один дядька заходит в лифт ночью, а там покойник с горящими глазами! Он в психушку из-за него попал, а однажды двое ребят в цирк попали. Ну цирк свиду нормальный, а потом вдруг всё поменялось и циркачи все мёртвыми стали!


– И тот мальчишка, которого я видел… – зябко передёрнул плечами Кешка.


– А пошли посмотрим, – взял друга за руку осмелевший Егор. – Что если он не ушёл?


Мальчики обыскали все закоулки в подъезде, добрались до верхнего этажа, вылезли на крышу и глядели, как заходит солнце. На крыше дул холодный ветер и мальчики быстро спустились вниз и забрались на паутинку на детской площадке и стали рассказывать всякие страшные байки.


– Я такую легенду слышал, – вспомнил Алик. – О бронзовом мальчике.


– О каком мальчике? – отстранённо спросил Егор.


– О бронзовом, – взволнованно ответил Алик. – Короче в одном городе на заброшенной детской площадке с фонтаном, где никто не играет, стоит статуя. Бронзовый мальчик. И все приносят ему книги, которые потом куда-то исчезают. Берёт их кто-то или они сами исчезает, никто и не знает… Говорят, это он берёт их читать. Его поставили в честь мальчика, который любил читать, но однажды бросился с крыши и разбился насмерть. Вот ему короче и несут книги. Как последнее утешение…


– Врёшь… – не поверил Кешка, ощутив, что ему делается не по себе.


– Ну мне так рассказывали ребята, – небрежно развёл руками Алик. – А ещё есть байка про этого мальчика, что если кто украдёт его книгу, тот переживёт столько же несчастий, сколько страниц в этой книге. А по ночам некоторые видят, как он ходит по заброшенной детской площадке…


– А как его звали? – заинтригованно спросил Кешка.


– Край, – ответил Алик. – Его все звали Краем…


– А вы слышали о проклятой статуе, которая пожирает людей?


– Какой ещё статуи?


– Темота! Эта байка такая. В одном детском саду была статуя Айболита, и рядом с ней играли дети. Ночью эта статуя оживает и бродит по садику, выискивая тех, кто не спит. Отрывает им головы и пожирает. А один мальчик днём влез на неё, а статуя как заскрежещит и бац! Упала на землю и разломалась! А под ней нашли скелеты тех, кого она сожрала.


– А я знаю байку про стригоя, – подхватил Егор и стал качаться на качелях. – Гуляли парень с девушкой, началась гроза, парня убило молнией, которая ударила в высоковольтку, мимо которой они проходили. Ну его похоронили на том кладбище и тогда началось!


– Что началось?


– Ну, какие-то старшеклашки лазали на кладбище ночью и не вернулись. Их отправились искать взрослые и те тоже пропали. Пришла мать парня, и тоже сгинула. Отправился туда один комсомолец и его нашли утром. На горле следы от клыков, а в теле ни капли крови!


– Это вампир высосал из него кровь?


– Стригой, – уточнил Егор. – Ну тогда люди поняли, что дело нечисто и на кладбище пошёл охотник на вампиров. Стоит он, ждёт, когда стригой встанет из могилы. Ждёт, уже почти спит и вдруг грохнуло что-то, он проснулся и видит: из могилы встаёт тот погибший парень. Увидел он человека и хотел его задушить, и напоролся на осиновый кол. Стригой рассыпался в прах, а на землю падает бутылка с кровью. А утром выходит с кладбища красивая девушка. Ну люди её спрашивают: почему ты такая красивая? А она улыбается: "Я пила кровь, которую брала у своего любимого!" И исчезла. С тех пор все её называют кровопийкой. Только могилу, где она прячется не нашли…


А на улице стемнело окончательно и мальчишки разбежались по домам.


5


Кешка взял учебник, залез с ногами на кресло и настороженно слушал, как мама ворчит о современных мальчишках, которых нужно силой загонять с улицы домой и заставлять делать уроки. Кешка знал, что говорит она о нём.


Сильвер передразнивал кошку, которая забралась на трубу.


– И нечего так таращиться! – одёрнула Кешку мама. – Опять учишь в самый последний момент, а ещё удивляешься, почему двойки ставят.


Мама отправилась на кухню, готовить ужин, но тут же вернулась.


– Спички закончились… – произнесла она и растерянно огляделась. – Кеша, ты не брал спичек?


– Не-е-е! – замотал головой Кешка, не отрываясь от книжки.


– Что же делать-то? – озабоченно произнесла мама. – Промтовары-то поди уже закрыты… Кеша!


– М-м-м?


– Кеша, – попросила мальчика мама, – сходи к нашей соседке, тёте Маше, попроси у неё спичек до завтра.


– Хорошо мам!


Кешка слез с кресла, сунул ноги в полуботинки и вышел в длинный тамбур с дверями квартир жильцов. Соседка жила в самом конце длинного и тёмного тамбура, у лестницы. Там было всегда сыро, по трубе текла какая-то слизь, а лампочки то и дело перегорали. Вот и сейчас там клубился мрак, мигающая лампочка почти не давала света.


В тамбуре было жутковато…


Кешка запахнулся в кофту и наступив в лужу, которая вытикала из-под двери их соседки, нажал на кнопку звонка.


Соседка была странной. Кешка никогда не видел её на улице, но она всегда открывала ему и даже угощала конфетами.


Лампочка мигала, мокро блестела труба…


Шаги соседки, которые вдруг раздались в тишине тамбура заставили Кешку вздрогнуть и отпрянуть от двери.


– Здрасте! – замявшись, поздоровался Кешка, когда дверь открылась и показалась соседка. – Тёть Маш, у вас спичек нет?


– Есть, – сумрачно ответила соседка, и зашаркала на кухню.


В нос Кешке почему-то ударило не запахом жилой квартиры, он ощутил уличную сырость, так если бы окна были распахнуты настежь. А ещё пахло будто бы запустением и мокрой штукатуркой…


– Держи Кешенька, – ласково улыбнулась соседка. – Хочешь конфеточек?


– Спасибо, хочу! – обрадовался Кешка, думая, какая же тётя Маша хорошая, она всегда давала ему и другим ребятам конфеты.


– Угощайся, – соседка дала мальчику конфет.


– Спасибо! – улыбнулся Кешка и вернулся назад.


– Принёс спички? – требовательно спросила мама.


– Ага! – довольный Кешка отдал маме спички, про конфеты он забыл.


Утром Кешку разбудили испуганные мамины крики. Кешка сам испугался и поспешил на кухню. Мама застыла у окна, а на окне лежали спички. Но не те, что вчера принёс Кешка! Вернее те, но сильно изменившиеся…


– Мама, ты чего? – испуганно спросил Кешка.


– Смотри, что со спичками стало! – взволнованным голосом прошептала мама. – Как я теперь тёте Маше их отдам?


Спичечный коробок расползся, заплесневел, а спички слиплись, покрылись чем-то чёрным и вдруг вспыхнули! Кешка и мама даже вскрикнули.


Огонь быстро спалил спичечный коробок и тот исчез.


– Вот это номер… – тихо произнесла, наконец взявшая себя в руки мама. – Ладно, беги сейчас чисть зубы, а потом за спичками.


– Ма-ам! – в кухню прошлёпал босыми ногами сонный Кешкин младший братик Котя. – Смотри…


– Ты чего не спишь? – спросила мама.


– Смотри, Кешка! – сказал взбудораженный и испуганный Котя и вывалил на подоконник конфеты.


Кешка и забыл про них вчера, выложив из карманов, когда мама забрала стирать его джинсы. Завёрнутые в красивые фантики конфеты являли собой жутковатый вид. Фантики выцвели, сгнили, а от самих конфет несло чем-то горьким. Мама вновь вскрикнула и бросила их в мусорное ведро.


– Где ты их взял?! – испуганным голосом спросила она Кешку. – Ты что, нашёл их на кладбище? Кешенька, ты ходил на кладбище?!


– Тётя Маша дала… – рассеянно пожал плечами Кешка. – Они вчера нормальными были, честное пионерское!


– Хорошенькое дело… – странно прошептала мама. – Идите чистить зубы.


Мальчики прошлёпали босыми ногами в ванную.


– Не знаю, что это было, – сказал Кешка, чувствуя неприятный холодок, – но вообще чертовщина…


– Как они могли за ночь испортиться? – поражался Котька.


Мальчики вышли на улицу. Кешка забежал за кепкой и вернулся в тамбур, но не дошёл до своей квартиры, посмотрел на соседкину. И замер.


В тамбуре чинили трубу сантехники. На кафеле темнела лужа. Дверь соседкиной квартиры стояла нараспашку. Из неё вышел ещё один сантехник.


– А где тётя Маша? – растерялся Кешка. – У неё что, трубу прорвало?..


– Какая тётя Маша? – удивился сантехник. – Её здесь нет давно…


– Но я у неё вчера спички брал! И она конфет мне дала…


– Привидение ему что-ли спички дало?! – переглянувшись, засмеялись сантехники.


Кешке стало не по себе и он вспомнил, что случилось с конфетами.


– Это тебе почудилось, мальчик, – успокоил Кешку сантехник. – Тётя Маша здесь давно не живёт, она умерла ещё до вашего рождения. Квартира стоит пустой, никто не хочет здесь жить, все почему-то быстро съезжают…


Кешка на ватных ногах вышел на улицу.


– А чё кепку не взял? – удивлённо спросил старшего брата Котька.


– Не в кепке дело, – опустошённо произнёс Кешка. – Её там нет…


– Кого?


– Тёти Маши. Она умерла.


– Как умерла?! Вчера?!


– Нет, очень давно… – сумрачно произнёс Кешка, догадавшись теперь, что всё это время они ходили к призраку.


И спички, и конфеты детям тоже давал призрак из мёртвой квартиры…


Глава II


Бронзовый мальчик


1


Уроков в этот день не было. Котька ещё в детском саду. Кешка и ребята убирали двор от мусора. Было сыро, от земли шёл пар. А когда солнце начало припекать и уборка кончилась, ребята побежали на свалку. Свалка была старой, сюда уже давно никто не сбрасывал мусор, но найти здесь можно было много интересного. Часто она горела. Её поджегали хулиганы, а иногда она вспыхивала сама, от болотного газа. Но не успели ребята найти что-нибудь, что можно было унести домой, как небо затянуло тёмной хмарью и загремел весенний гром. Ребята разбежались по домам. Кешка зашёл в садик за Котькой.


– Кеша, ты хоть ел сегодня? – неодобрительно сказала Кешке воспитательница. – А то худющий такой, и братец твой есть не хочет.


– Ничего, я его покормлю, – обещал воспитательнице Кешка.


– Уж посторайся, а то ему уже в этом году в школу идти.


– Угу… Пошли Котька, а то щас дождик так нас отоварит!


Котька подскочил к старшему брату и они побежали домой. Едва они вошли в подъезд, как хлынул дождь. В подъезде было темно, только два каких-то тощих парня стояли в тени. Кешка почуял, что к ним лучше не соваться.


Он не боялся хулиганов, но эти двое ему не нравились. От них веяло промозглым холодком вскрытой могилы…


На лестничной площадке тускло горела лампочка. Мальчики направились к лифту, но он не вызывался и видимо застрял.


– Ничего, по лестнице пойдём, – неунывающе сказал Кешка, взял Котьку за руку и потянул к лестнице. И только они добрались до последней ступеньки пролёта, как лампочка там, внизу судорожно мигнула и погасла.


По стеклу текли унылые струи дождя. И тут Кешка словно окаменел. В темноте лестничной площадки в дюжине шагов от ребят возникли те два тощих парня. Они стояли неподвижно, как манекены, только глаза их горели.


– Чё вам надо? – окликнул их Кешка, стараясь, чтобы его голос не дрогнул, но парни не ответили и даже не шевельнулись.


– Кешка, я боюсь их! – робко прошептал Котька. – Они страшные…


– Идём, ничего они тебе не сделают, – подбодрил Котьку Кешка, хотя сам был готов бежать от них без оглядки.


И мальчики двинулись на другой пролёт. Кешка не был уверен, что эти парни их не тронут. Слишком они были подозрительные.


"Наверное из Андрюхиной компании, – отстранённо подумал Кешка. – С кем он только не водится. Пришли, чтобы попугать…"


Мальчики выбрались на освещённую лестничную площадку. Кешка оглянулся и сердце его замерло. Парни стояли чуть ниже, на фоне окна.


"Как они так бесшумно нас нагнали?! – оторопело размышлял мальчик. – Мы бы услышали их шаги!"


– Ну чё пристали?! – спросил их Кешка. Голос его дрогнул.


Парни не ответили. В подъезде повисла вязкая тишина. Не было слышно ни радио, ни телевизора, ни голосов жильцов.


Мальчики побежали по лестнице и остановились у мусоропровода. Сзади потемнело. Кешка оглянулся. Лампочка с резким электрическим треском погасла, а эти двое стояли у дверей лифта.


– Бежим! – срывающимся от страха голосом крикнул Кешка.


Мальчики стремглав мчались через пролёты, а за их спинами гас свет, и сгущался сумрак. А эти двое преследовали их, неизменно появляясь сзади.


Кешка вытащил из-под половика ключ, открыл квартиру, и прежде, чем на лестничной площадке погас свет, мальчики заперлись в своей квартире.


И повисла мёртвая, полная смутной тревоги тишина.


– Кешка, кто они? – дрожа от страха, проронил Котька. – Они там?!


– Не знаю… – нервно сглотнув, отозвался Кешка.


И вдруг в дверь кто-то постучал.


– Тихо! – одними губами произнёс Кешка и зажал брату рот рукой.


В дверь снова постучали, уже настойчивее.


Кешка привалился к двери спиной и прислушался. Мальчики поняли, что дело неладно, когда забеспокоился попугай Сильвер. Он начал летать по квартире и орать скрипучим голосом:


– Упыри и вурдалаки! Упыри и вурдалаки!


– Чего это с ним? – удивился Котька. – Сильвер, ты чего?!


– Упыри и вурдалаки! Спасите-помогите!


Вдруг в дверь с силой трахнули. Мальчики отпрянули в тамбур. А дверь затряслась, что-то пыталось проникнуть к ним с той стороны.


– Не открывай им! – горячо зашептал Котька, в панике глядя на дверь.


– Тихо!


В дверь стучали и стучали.


– Мальчики… – раздался за дверью голос и Кешка обмер. Это был голос их соседки тёти Маши. – Кеша, открой пожалуйста, я упала и встать не могу.


– Это тётя Маша! – ахнул Котька. – Ты же сказал, что она умерла!


– Это не она…


– Но я же слышу… Это её голос!


– Это не она, Котька! – отчаянно замотал головой Кешка. – Тётя Маша умерла! Они притворяются ею! Они хотят, чтобы мы их впустили!


За дверью раздался скрежет когтей, вой и сразу всё стихло. Нечто, там, за дверью видно сообразило, что его раскусили, и ушло, а из-за хмурых облаков выглянуло солнце. И сумрак квартиры отступил в тёмные углы…


2


Мальчики выглянули на лестничную площадку, когда там загорелся свет и послышались приглушённые голоса жильцов. Дверь была расцарапана, на кафеле остались грязные следы жутких пришельцев с того света.


В воздухе витал запах гнили и сырой земли…


Попугай успокоился и сел на раскачивающуюся люстру.


– Мама нас отшлёпает… – проронил Котька, оглядывая дверь и кафель.


– Лучше пусть отшлёпает, – внушительно сказал Кешка и его передёрнуло, – чем эти ещё раз вернутся!


– Кешка, выходи гулять! – свистнули с улицы Егор и Алик.


– Пошли гулять, – решительно сказал Кешка и потянул Котьку вниз.


На улице блестели лужи. Мальчики разулись и шлёпали по ним. Потом слопали по мороженному и направились к заброшенному уличному бассейну.


– Пацаны, ща такое было! – выдохнул Кешка и рассказал Алику и Егору про тех тощих, что ломились в дверь.


– Упыри, – догадался Егор. – Хорошо вы их не впустили…


– А где они сейчас? – забеспокоился Кешка.


– Спрятались наверное… – сумрачно сказал Егор и его передёрнуло. – Они же солнечного света боятся.


– А зачем они гнались за нами и пугали? – боязливо спросил Котька.


– Они хотели из вас кровь выпить, – небрежно объяснил Егор. – Эти живые мертвецы бродят по ночам и пьют кровь у живых…


– Мертвецы? – удивился и испугался Котька.


– Они неживые, – деликатно ответил Кешка младшему брату, который знал о смерти совсем немного. – Встают из могил. Ну монстры короче.


– Монстры-ы-ы… – в ужасе протянул Котька. Что такое монстры он знал.


– Я слыхал про одну девку, – увлечённо заговорил Егор, – она умерла в больнице, и когда её уже хотели нести в мертвецкую, она вдруг завопила и начала корчиться от боли. Корчится и кричит: "Снимите с меня крестик!" И бьётся на носилках. А потом вдруг затихла и сморщилась…


– Она превратилась в упыря? – догадался Кешка.


– Ага, – быстро кивнул Егор. – Но врачи-то не знали! Врач подходит к ней, смотрит, а крестик её до костей прожог! На груди так и осталась ранка ввиде креста. Ну один санитар сразу понял, в чём дело и всадил ей в сердце осиновый кол, отрезал голову и напихал ей в рот чеснока…


Мальчики выбрались к бассейну.


Бассейн был большой, с фонтаном, но он не работал. Фонтан был сделан ввиде мальчишки-пионера, который дул в горн. Из горна должна была литься вода, но не лилась, а мальчишка был как живой…


На дне блестели стекляшки, мозаика, там лежали монеты, гайки и болты.


Купаться здесь было нельзя. Можно ноги поранить.


– Давно здесь стоит, – глубокомысленно заметил Егор. – Сколько кислотных и радиоактивных дождей было, а ему ничего. Даже следов нет.


– Очень давно, – внушительно заметил Алик. – Мне ребята рассказывали, он стоял здесь, когда даже нашего района ещё не построили.


Дети помолчали, уже в который раз рассматривая мальчишку-пионера. Славный был мальчишка. Казалось, он вот-вот оживёт, спустится к ребятам и заговорит. Станет живым, как они.


– Он четыре ядерных войны пережил, – продолжал Алик, разгялдывая мальчишку, – ядерную зиму, ядерное лето…


– Четыре ядерных войны? – усомнился Кешка.


– Да, – значительно ответил Алик. – Здесь тогда недалеко бомбу сбросили, ударная волна всё смела! А ему ничего. И знаете что я слышал? Радиация сюда вообще не добралась! Говорят, это он её не пустил…


Мальчики снова замолчали. Кешка думал о мальчишке.


А ведь верно, он стоял здесь всегда. И в радиоактивных снегах ядерной зимы, и ядерным летом. Стоял и, словно защищал что-то, стоял, как часовой посреди пустыря и ничего ему не делалось.


– Как жаль, что фонтан не работает… – с сожалением заметил Кешка. – Вот бы его запустить!


– Надо на совете дружины сказать, – поддержал Кешку Егор. – Заняться этим бассейном вместе, чтоб из нашего отряда все ребята сюда пришли!


– И очистить его от железа и стекла, – согласился Кешка.


Мальчики побежали кататься на карусели. Накатавшись, они несколько минут сидели на лазалках детской площадки и втыкая в землю ножик, спорили, играть или смотреть мультики. Решили всё-таки остаться во дворе. Тем более им скоро нужно было бежать на пионерский сбор.


Егорка нашёл старую маску от противогаза и убежал к школе, где играли в классики девочки. Егор надел её, зарычал, вскинул руки и скрючил пальцы.


– Всё вожатым про вас расскажем! – обиженно завизжали девчонки и брызнули в разные стороны.


– Ябеды! – без злости крикнул Кешка. – Идём в школу, у нас сейчас сбор…


Мимо них промчался аэроцикл со стилягами. Тот, что сидел сзади, держал в руке орущий и хрипящий на всю улицу бумбокс. Ребята не успели отскочить подальше, и аэроцикл, забрызгал их водой из лужи.


Всю дорогу до школы ребята шли мокрые. А в пионерской комнате стоял шум. Мальчишки прыгали по столу и дрались швабрами.


– Дракончик летит, дракончик летит! – доводил Кешку Егор, выписывая перед его лицом вензеля своей рукой. – Дракончик летит…


– Отвянь, а то как тресну! – хлопнул Кешка по руке Егора.


– Он тебя трогал? – притворно возмуился Егор, осыпая Кешку затрещинами. – Трогал? Трогал?!


– Ну всё, достал! – рассердился Кешка и мальчики завозились на полу.


Пионерский сбор пролел быстро, потому, что кроме двоек по ведению и разбитого мячом окна завуча ничего за эту неделю страшного не случилось.


Мальчишки вышли во двор гулять.


– Пацаны, у меня карбидка есть! – хитро сощурился Кешка. – Давай положим её в водосточную трубу и подожжём?


– Угу! – обрадовалия Егор.


Из трубы вытекала струйка воды. Кешка сунул волшебный маленький белый камушек карбида в трубу. Он сразу зашипел и запузырился. Егор положил другу на плечо руку и захихикал.


– У кого спички? – окинув ребят взглядом, спросил Кешка.


– У меня, – отозвался Егор и озорно улыбаясь, добавил. – У двоюродной сеструхи стибзил!


Спички у него были с ледоколом на коробке и с синими головками. Они могли гореть в воде. У кого были такие, того во дворе уважали все ребята.


– О! – бойко воскликнул Алик, когда камушек загорелся неярким фиолетовым пламенем. – У меня идея! Я сейчас…


Алик уполз на четвереньках к балкону и вернулся с небольшим фильтром явно от детского противогаза.


– Зачем это? – нахмурился Егор.


– Увидите! – таинственно сказал Алик и вделал фильтр в трубу. – Отходим! Сейчас такое будет!


Мальчики отошли и стали ждать. Вода перестала течь, потом пролетела минута и пробка с вязким хлопком вылетела из трубы.


– Хулиганьё! – раздался испуганный визгливый крик какой-то бабки.


– Атас!


– Сматываемся!


Мальчики побежали со всех ног из этого двора.


– Уши бы вам оборвать, паршивцы! – возмущённо неслось им вслед.


Но мальчишки не слушали и бежали, что есть сил. Наконец они выбрались к кирпичной водонапорке, хлопая друг друга по плечам и по спине. И ребятам сразу захотелось сделать что-нибудь ещё в этом же духе.


– Ну, Алька, ты даёшь! – с уважением заметил довольный Кешка. – Здорово ты придумал! Так бумкнуло!


– А давай в прятки чтоль? – предложил Егор, довольно улыбаясь. – Или лучше на старую бетонку пойдём, а?


– Угу, – согласился Алик. – Действительно, всё сидим и сидим во дворе!


Кешка развязал шнурки на кроссовке и прошёлся босиком по лужам.


3


Вечером мальчиков позвали родители и они разбежались по домам.


Кешка быстро слопал суп и выпил компот. Котька же долго чах над своей тарелкой. Начались мультики и мальчики смотрели их, играя на полу…


Кешка поссорился с младшим братишкой. Котька сломал его кораблик, надулся и побежал на улицу, играть со своими друзьями. Кешка так разозлился, что хотел наподдать брату, но не стал его лупить.


Никогда Кешка не обижал тех, кто был младше его и слабее!


И забросив игрушки, тоже убежал гулять…


– Алька! – позвал друга Кешка, позвонив ему в дверь.


За дверью раздался радостный лай. Это лаяла Джулька, Алькина собака. Она дружила со всеми дворовыми ребятами и отзывалась на их голоса.


– Кешка! – откликнулся Алик и открыл дверь. Джулька бросилась к Кешке и ей удалось лизнуть мальчика в нос.


Кешка взвизгнул и засмеялся.


– Алька, айда гулять! – улыбнулся другу Кешка.


– Сейчас, – откликнулся Алик. – Пока не доем, мама не отпустит.


– Алик, выпусти собаку во двор, – послышался голос Алькиной мамы. – А то она вся исстрадалась уже!


– Кешка, ты с ней погуляй пока, а я сейчас выбегу! – попросил Алик Кешку, скармливая вертящейся и виляющей хвостом Джульке котлету.


Кешка обрадовался и они с Джулькой стремглав помчались вниз.


Во дворе к ним сразу подбежали ребята. Джульку все знали и за пять минут скормили ей котлету, бутерброд с колбасой и сардельку.


– Алька! – нетерпеливо позвал в окно друга Кешка.


– Ну сейчас! – откликнулся Алик.


Алик всё никак не выходил во двор. Джулька же рвалась гулять, всё обнюхивала, лаяла и лизала Кешке руку. Но тут раздались голоса и Кешка вспомнил, где уже слышал их. На набережной канала и у гаражей, где играла во всякие хулиганские игры компания Андрюхи…


Джулька неуверенно гавкнула.


– Не бойся, они тебя не тронут, – успрокоил собаку Кешка.


А во дворе появились хулиганы, и чавкая жвачкой и надувая пузыри, направились прямо к ним.


– Чё это у тебя? – брезгливо спросил Андрюха, кивая на Джульку.


– Ух ты, дай погладить! – сказал его лысый приятель Гришка, с прокуренными глазами и потянулся к собаке.


Джудька отпрянула и спряталась за Кешкиной ногой.


– Во трусиха! – презрительно расхохотался Гришка.


– Чё пристали? – обиженно проворчал Кешка. – Не ваша же собака.


Враги в ответ разразились смехом. Кешка ничего не ответил.


– Слушай, – с нажимом обратился к Кешке Андрюха, – отдай её нам поиграть! Мы тебе жвачку бумер дадим!


– Отдай! – принялся уговаривать Гришка.


– Нет, – отрезал Кешка.


Андрюха взял мальчика за плечи.


– Отпусти! – неприязненно дёрнул плечом Кешка.


– Сейчас заплачет! – презрительно фыркнул Андрюха.


– Чё, страшно, когда один, без друзей? – злорадно засмеялся Гришка, нагло сплюнув Кешке под ноги. – Ну, кто круче?!


– Слушай, а она команды понимает? – хмыкнув и выплюнув жвачку, поинтересовался Андрюха.


– Угу, ещё как! – победно ухмыльнулся Кешка. – Джулька, взять!


Хулиганы не успели испугаться, как Джулька залаяла и ухватила Андрюху за штанину, а когда враги уже чесали по улице, Джулька погналась за ними, хватая их за клёши и кроссовки.


– Джулька, фу! Стоять! – скомандовал Кешка и Джулька неохотно вернулась.


– Кешка! – к брату бежал маленький Котя и заговорщески прошептал. – Ой, ты не поверишь, что у меня есть!


– Атомную бомбу нашёл чтоль? – снисходительно хихикнул Кешка.


– А вот и не угадал! – торжествующе воскликнул Котя. – Вот…


Мальчик сунул руку в кармашек и вытащил ржавую железяку.


– Ой… – вырвалось у Кешки, потому, что в ладони у него оказался Алькин нож, который друг нашёл ещё прошлым летом.


– Настоящий, перочиный, – похвастался Котька.


Интересно, откуда у шестилетнего братишки такая опасная игрушка?


– Нашёл? – начал Кешка издалека.


– А, – небрежно махнул рукой Котя, забирая у Кешки нож. – Мне его Алька отдал играть насовсем.


– Ладно, – сдержанно проговорил Кешка. – Ты осторожней с ним. А твоему Альке я ещё скажу…


Котя убежал играть с малышами в песочницу.


Кешка двинулся вдоль дома. Было тревожно на душе. А вдруг Котька порежется или ножик увидит кто-то из взрослых? Узнают, и ему достанется, и Альке, за то, что ножик подарил такому малышу.


Может нужно было отнять ножик?


А Котька разревётся, и потом вовсе разговаривать не захочет…


– Кешка! – догнал мальчика Алик. – Чё ушёл? Айда в киношку!


– Алька, – с нажимом произнёс Кешка, взял друга заплечи. – Ты зачем моему братцу ножик отдал?


– Ну отдал, а что?


– Он же малёк, обрежется…


– Ага, – невесело хмыкнул Алик. – Видел бы ты, с какими слезами он у меня его конючил! Я вынул, лезвие поиграть, тут он подходит, смотрит…


– Алька, дай Джульку поиграть! – попросили Алика ребята.


– Ладно, только через час домой загоните, – разрешил им Алик.


Ребята убежали играть с собакой, а мальчики побежали на проспект, уцепились за колбасу аэробуса и помчались на детский сеанс.


4


Детский сеанс кончился через час. Алика позвали ребята, а Кешка вернулся во двор и побежал на детскую площалку. Время было поздним. Пора было тащить несносного младшего брата Котьку ужинать, а то мама поздно верётся. И тут лишь мальчик увидел, что малыша нигде во дворах не было. Ни на детской площадке, ни возле дома. Младший братик просто исчез!


– Котька! – позвал младшего братишку Кешка.


Никто ему не отозвался. Котька как сквозь землю провалился. Кешка выбежал на пустынную улицу, гадая, куда побежал обиженный братишка.


– Котька! – сорвался в крик Кешка, оглядываясь по сторонам.


Рядом гоняли мяч ребята, но Котьки среди них не видать.


– Пацаны, не видели Котьку? – взволнованно спросил их Кешка.


– Не, – замотали головами мальчишки.


Котька убежал, где его теперь искать? Кеша бросил беспокойный взгляд на свои электронные часы. Солнце заиграло на стёклышке.


– Котька-а-а! – звал Кешка брата. Кешка уже давно перестал обижаться на Котьку за то, что он сломал его кораблик и упрямо искал братишку во дворах.


На мальчика налетел студёный ветер и вернул его слова назад. Кешке никто не ответил, только в соседних дворах орали какие-то ребята. Быстрым шагом мальчик перешёл дорогу и нырнул во дворы соседнй улицы.


– Котька! – громко позвал младшего брата Кешка, выходя к бойлерной.


Но и сейчас ему не отозвались. Котька пропал, и никто его не видел.


Из радио на столбе слышалась музыка:


"Миллионы, миллионы, миллионы алых роз!


Из окна, из окна, из окна видишь ты!"


– А миллионы, миллионы, миллионы алых роз! – передразнивали песню дворовые хулиганы Андрюха и Гришка, катаясь на двойной качале. – А из окна, из окна, из окна видишь ты-ы-ы!


Кешка искал всюду, где они любили играть, но младшего брата там, как назло не было. Даже за гаражи лазал в конце улицы. Нету, хоть ты лопни!


Это было недалеко от райсобеса. Там находилась заброшенная водокачка.


– Котьку видели? – спросил Кешка у игравших здесь в чику ребят.


– А он на старое кладбище побежал, – небрежно махнули руками ребята.


Кешка окаменел от страха и со всех ног бросился на кладбище.


Солнце пряталось за хмурыми тучами, дул неприятный, промозглый, совсем не весенний ветер. Того и гляди польёт дождь. И дома высились тёмными мрачными, наводящими тоску громадами. Ни огонька, ни звука…


Вот и заброшенное кладбище в лесу. Кешка вытер взмокший лоб рукавом рубашки и огляделся.


– Котька-а-а-а! – отчаянным голосом позвал он братишку.


– Помогите! – донёс до Кешки ветер отчаянный Котькин крик. – Помогите!


– Котька!! – заорал дурным голосом Кешка и опрометью бросился на крик.


Мальчик в два прыжка перелез старую ржавую ограду, порвал штанину и поцарапал ногу, продрался сквозь вымахавшую выше головы кладбищенскую крапиву и бросился бежать на крик. Всюду были замшелые каменные надгробные плиты, перекошенные кресты и тёмные склепы.


– Кешка! – раздался в тишине Котькин крик. – Она меня схватила! Кешка, напомощь, она меня тянет! Не хочу… Отцепись!!


Раздался замогильный вой и визгливый рык.


Кешкино сердце замерло от страха. Он уже знал, что это было. Про это кладбище рассказывали очень много плохого.


– А-а-а-а! – отчаянно завизжал Котька.


– Котька-а-а!! – заорал Кешка, перепрыгнул надгробие и увидел брата.


Одна из могил была разрыта. Котька пытался выбраться из ямы, а к нему лезла, схватив за ногу бледная тётка с когтями на длинных костлявых пальцах, с заострёнными ушами, седыми волосами и каким-то звериным лицом.


– Бу-а-а-а! – выла она, таща Котьку в могилу. – Мо-о-ой! Иди ко мне, мой маленьки-и-ий! Злесь тихо и мягкая земля!


– Отпусти его, гадина! – закричал Кешка и трахнул могильную тётку коленкой по голове с такой силой, что раздался треск.


– А-а-а-х! – зашипела тётка, отпустила Котьку и схватила Кешку за руку, которая чуть не онемела от холода. – Иди ко мне, я тебя поцелу-ую!


И раскрыла зубастую пасть. Длинный язык потянулся к Кешке. Мальчик закричал от ужаса и толкнул младшего брата:


– Беги! Беги отсюда!


– Кешка!! Отпусти его, ты, Баба-Яга!


– А-а-ау!!! – завыла кладбищенская тётка. Она схватила Кешку за горло.


Раздалось шипение и она отдёрнула руку. Серебряная цепочка крестика до костей прожгла ей кожу! Тварь тут же отпустила мальчика и со стоном боли и досады скрылась в чёрной и холодной глубине сырой могилы…


5


Котька был напуган. Он ещё плохо знал, что такое смерть, но то существо, которое пыталось утащить его в могилу напугало его до слёз.


Кладбищенская тётка уползла в могилу, испугавшись освящённого серебра, а мальчики бросились с кладбища со всех ног. Только во дворах, которые снова заливало солнце мальчики почувствовали себя в безопасности.


– А вдруг она к нам сегодня придёт? – всё ещё вздрагивал от страха Котя.


– Не бойся, не придёт она, – успокаивал младшего брата Кешка.


– Кешка, не давай ей меня обидть! – разревелся во дворе Котька.


– Не бойся, она тебя не тронет, – успокаивал Котьку Кеша.


Котька ревел, он даже описался от страха.


– Ну всё, не реви, – ласково сказал братишке Кешка, усадил его на колодезный люк и осматривал. – Она тебя кусала?


– Нет… Только за ногу тянула…


Кешка засучил штанину на Котькиной ноге, за которую ухватилась мёртвая тётка. На коже остался синяк, но к счастью тварь его не укусила. Если бы она почувствовала кровь, она бы потом пришла к ним домой…


"И пила бы кровь, – со страхом подумал Кешка, – пока бы в Котьке не осталось и капли крови. А потом он уже не был бы Котькой…"


Котька немного успокоился.


– Не говори маме, – попросил его Кешка.


– Почему? – шмыгнул носом Котька.


– Она нам не поверит, – мрачно ответил Кешка, – а нам потом влетит.


Через час, выкупав Котьку и постирав испачканную одежду, Кешка вышел на улицу. Котька боялся оставаться один и побежал за братом. На улице они встретили Алика и Егора и рассказали о том, что случилось на кладбище…


– Это был вурдалак, – уверенно заявил Алик. – Страшный и противный кладбищенский призрак. Упыри пьют кровь у живых, а вурдалак ест покойников. Да-да! Разрывает когтями могилу и лопает их. От того на каждом кладбище есть привидение, которое защищает его от таких злых духов. Зовут его Кладбищенским сторожом. Ночью это фигура в балахоне, днём это большущий чёрный кот… Только он не всегда уследит за этой дрянью.


– А эти, которые к нам в дверь ломились? – с содроганием спросил Кешка.


– Так это обычные упыри были, – значительно ответил Алик. – Они бы просто так не пришли, если б их не пригласили. Без приглащения ни один упырь или вампир в дом не войдёт! А уж если сам впустишь его-тогда кранты! Так и будет к тебе летать, пока не высосет из тебя всю кровь. А голос у вампира такой, что ты как околдованный сам его впустишь!


– А потом, когда крови не останется? – с содроганием спросил Котька.


– А когда он выпьет всю кровь, – зловещим голосом произнёс Алик, – ты умрёшь, а за тем восстанешь из гроба в полночь в облике упыря иди вампира. Если вампир хочет создать слуг, он даст тебе немного своей крови и ты станешь упырём, но мертвец может стать и вампиром. Это ещё страшнее! Когда он восстанет, он сразу идёт пить кровь у родных, а если не найдёт их, то набросится ночью на первого встречного! А если вампир не сможет высосать у кого-нибудь кровь за две недели, то он начинает гнить, как обычный покойник!


– А как от них спастись?


– Чеснок нужен, иди распятие, как в старых легендах! – наставительно ответил Алик. – Серебра они не выносят. Его вся нечисть боится! Колом осиновым их проткнуть можно… Только в самое сердце надо. И ещё что-нибудь освящённое. Святая вода и другие штуки… Вот их вампиры ни за что не перенесут! Для них это, как огонь! А если попадут под свет солнечный, тогда они вообще сгорят и в пепел превратятся!


Мальчики зашагали по сырой и промозглой темнеющей улице.


– Меня спасла цепочка от крестика… – с содроганием признался Кешка. – Она, как её коснулась, так сразу отпустила и уползла в могилу…


– Ещё бы! – весомо подхватил за другом Егор. – Освящённое серебро для них, хуже огня! Пока у тебя на шее крестик, то все эти упыри, вурдалаки и вампиры только зубами будут щёлкать, но не тронут!


– А ещё говорят, за каждым кладбищем приглядываают ведьмаки, – вспомнил народное поверие Алик. – Ну это колдуны, которые не дают нечисти выбраться за кладбищенскую ограду. И сколько бы упырей не было, ведьмак всегда одерживает над ними победу и так защищает живых.


– Если у кладбища ведьмак есть, – недоверчиво насупился Кешка, – чё ж упыри тогда у нас по городу шастают?


– Может потому, что кладбище старое… Не знаю, что творится с ним, но скоро будет Вальпургиева ночь, вот тогда их уже ничто не сдержит…


– Что ещё за Вальпургиева ночь?


– А ты не знаешь? – искренне удивился Алик. – Это ночь ведьминого шабаша! Все существа ночи, вся нечисть выходят веселиться до самого утра. В эту ночь нужно быть особенно осторожнным, потому, что они будут всюду шастать! В эту ночь их ничем не пронять. Никакой молитвой. Разве что колом осиновым, святой водой, да чесноком…


Вдруг со стены белой восьмиэтажки скакнул блик и Кешка увидел мальчика, который был очень похож на того, который был фонтаном в заброшенном бассейне. Мальчишка казался знакомым. Это был Край! Кешка знал его и тайно от ребят, всегда называл Краем этого мальчишку с фонтана.


А со старого кладбища ветер донёс не то тяжкий стон, не то вой…


Глава III


Байки из склепа


1


Солнце висело между двумя двенадцатиэтажными домами. Что бы не таилось на старом кладбище, пока светило солнце, оно не решалось выползти и достать ребят, и могло выйти из своего убежища лишь в темноте. Мальчики прислушались, но жуткий, кладбищенский вой не повторялся, только где-то забренчала гитара и послышались голоса, поющие песню.


– Котька! – звали Котю малыши. – Айда с нами, мы в крепость играем!


Котька полез в песочницу, а мальчишки двинулись по двору, выпросили у играющих в ножички ребят мяч и устроили игру в вышибалы. А через несколько минут в вышибалы играли уже все дворовые ребята.


– Кеша! – послышался голос вернувшейся из поликлиники мамы.


– Ма-ам! – обрадовался Кешка и помчался к дому.


– Кеша, кто поцарапал дверь? – с нажимом спросила Кешку мама. – Что вы опять натворили?


– Мама, это не мы, – ответил Кешка и похолодел. Признаться, что поцарапали дверь выходцы с того света у мальчика не хватило духу.


Мама просто не поверит. Мама ведь врач ухо-горло-нос, а врачи не верят в потусторонние силы, в привидений и упырей.


– Кто же это тогда хулиганил? – задумалась мама, подозрительно глянув на играющих в ножички ребят. – Ладно, мне хотелось бы знать, что ты вчера устроил на уроке. Почему на тебя учительница жаловалась?


– А чего? – замялся Кешка, нерешительно переступив с ноги на ногу.


– Я иду домой, а тут твоя учительница по арифметике, – сдержанно сказала мама и в это время из песочницы вылез Котька. – Сказала, что ты про неё гадости рисуешь. И это уже не первый раз!


– А чё, не я же первый написал, – обиженно засопел Кешка. – И вообще это не про неё написали, а про биолога!


– Значит про биолога можно писать… – рассердилась мама. – Совсем распустился! И нечего сопеть, сам виноват! Ничего, завтра вы, балбесы получите по первое число. Ваш учитель по математике выздоровел!


– Вурдалак чтоль? – обалдело ахнул Кешка и мальчика бросило в жар.


Четыре дня назад заболел математик. Его, по слухам, здорово покусала собака, но ребята были только рады, что он заболел. Математик готовил им такую контрошку, с которой не сравнится вчерашняя проверочная!


И вот он вызлоровел!


"Значит контрошки теперь не избежать! – уныло подумал Кешка. – А я даже не учил! Всё, он мне вкатает единицу!"


– Какой вурдалак? – растерялась мама. – Ты что несёшь?


– Ну… так его все ребята зовут… – пробормотал расстроенный Кешка. – Потому, что вредный, двойки и единицы ставит!


– Вот значит, как вы своих учителей зовёте! – с осуждением заметила мама. – А я всё удивлялась, что Юлия Тимофеевна про тебя говорила! Химик у вас "Шкалик", учителя по физике, вы, говорят зовёте "Франкенштейном", учительница по музыке "Кикимора", а математика в нечисть записали!


– Кешка, айда в киношку! – позвали Кешку мальчишки.


– Сейчас! – откликнулся Кешка.


– Завтра вы узнаете, как лодырничать! – едко обещала мама. – Котя домой!


Котька побежал за мамой. Кешка остался во дворе.


– Кешка, ты чего? – подошёл к другу Егор. – Мамка не отпускает?


– Вурдалак из больницы выписался, – упавшим голосом отозвался Кешка.


– Чё-о-о-орт! – уныло протянул Егор, сразу догадавшись, что завтра их ждёт в школе. Он тоже не учил арифметику. И Алик тоже, потому, что все те дни, когда математик болел, они после школы до ночи играли во дворе.


– Пацаны, айда на вечерний сеанс! – свистнул Кешке и Егору Алик.


Мальчики добежали до остановки, влетели в аэробус и помчались по шумному проспекту, на котором уже зажегались вечерние огни…


2


Назад они возвращались, когда солнце скрылось за домами и лишь полоска заката, свет от фонарей и витрин расплескался на мокром асфальте. Но ещё держалось золото солнечных лучей на верхушках домов.


Мальчики влезли в запоздалый аэробус и долетели до своей улицы.


Завтра начиналась школа, но друзья не спешили расходиться по домам.


– Может притворимся заболевшими? – неуверенно предложил Алик.


– Узнает, – мрачно ответил Егор. – Ты чё, Вурдалака не знаешь чтоль?


– А если панатри заболеть? – подал идею Кешка. – Налопаемся мороженного, простудим горло, утром дохать будем, как бармаглоты!


– Ну да, достанешь ты сейчас мороженного! – с сарказмом фыркнул Егор.


Повеяло холодом и вдруг раздался скрипучий, простуженный голос:


– Кому мороженного?


– Мороженное! – обрадовался Егор.


– Вон, мороженщица! – оживился Алик.


Во дворе было ещё довольно светло и мальчики увидели мороженщицу, толкающую синюю, обшарпанную и какую-то ржавую тележку с мороженным.


– Тёть, подождите! – взволнованно закричали мальчишки. – Мы все хотим мороженного!


Мороженщица дала им по эскимо и будто провалилась сквозь землю. А мальчики сели на краю песочницы, под грибком и стали лопать.


– Фу! – вдруг скривился Егор. – Оно воняет!


– А у меня червяки в мороженном! – брезгливо воскликнул Алик.


Кешка, развернув своё в ужасе и с омерзением выронил его. Запах был такой, словно это мороженное целый год где-то кисло и тухло. В вонючей жиже извивались жирные белые червяки с красными головками.


И вдруг в наступающей темноте раздался чей-то злой хохот, а из подъезда дома выпорхнула стая летучих мышей и взвилось в небо…


Мальчики поспешили разойтись по домам. Кешка домчался на лифте до своего этажа и дома мама устроила ему головомойку за позднее возвращение.


– Если завтра опять получишь двойку, – раздражённо предупредила она, – я тебе такое кино и мороженное покажу, не обрадуешься!


Утром все ребята дрожали от предчувствия близкой контрошки по арифметике. Вурдалак вошёл в класс, весь в чёрном, худой, как единица, с длинной шеей, с тараканьими усами и бледный, как смерть.


– Распустились, пока я болел, – проворчал он, недовольно оглядывая класс. – Опять небось не учили, лодыри, в кино шлялись, мороженное ели!


– Как он узнал? – в смятении толкнул Кешку под партой ногой Алик.


– А чё он такой бледный? – удивился Егор.


Егор сидел сзади мрачнее тучи. Друзья всю ночь и всё утро отчаянно пытались заболеть. И окно открывали, и под холодный душ лезли, но когда настало время уроков, родители погнали их в школу.


– Не знаю… – растерянно шепнул другу Кешка. – Мамка говорила, что он поправился…


– Не шептаться! – услышал их математик. – Сейчас мы узнаем, кто из вас готовился к контрольной, а кто шастал по кладбищам и искал приключений!


"Откуда он знает?! – опешил Кешка. – Он же в больнице лежал!"


Дежурные кидали на парты тетради.


Кешка бросил унылый взгляд в окно. За окном хмурились тучи, хотя, когда ребята встретились во дворе светило солнце.


К концу урока лишь несколько отличниц и ябед сумели написать контрошку на пятёрки, ещё несколько счастливчиков получили четвёрки. Было немного трояков. Остальные схватили красных лебедей и единиц.


Математик заявил, что не удивлён, ведь класс весь разболтанный, вожатые совсем не следят, по пионерской линии давно никто не прорабатывался. В общем ужас, а не дети!


Прозвенел долгожданный звонок и математик ушёл. Кешка увидел странность: математик проплыл мимо зеркала и не отразился!


И как только он исчез, из хмурых туч сразу показалось солнце. Игра света, или просто почудилось, но это было странным, даже зловещим знаком…


3


Занятия кончились, мальчики вышли из школы и зашагали по улице, размахивая портфелями и пуская в лужах пробки и бумажные кораблики.


Кешка вынес мяч и мальчики побежали на детскую площадку. Но там сидели пятеро парней и резались в карты прямо на краю песочницы. Здешние ребята играли в стороне, но было видно, что дядьки им очень мешают.


– Пацаны, вы чего тут? – подошёл Кешка к местным ребятам.


– Эти нас прогнали… – обиженно шмыгнул носом маленький пацанёнок в синей куртке и шапке петушком, который держал за верёвочку грузовик.


– Они, как пришли с уборки на свалке, – недовольно пояснил другой мальчик на самокате, – так и сидят. А нам где играть?!


Ребята возмущённо зашумели. Кешка с неприязнью посмотрел на взрослых, которые дулись в карты и шумели на весь двор.


Вот так всегда! Одни трудятся, другие прогуливают, да ещё не дают детям играть! Одним радость, другим слёзы…


– Все трудятся, а эти играют! – с досадой заметил Кешка.


– Ничего, – коварно улыбнулся Егор, – сейчас они получат трудодень!


– Как? – невесело вздохнул Алик. – Видишь они какие здоровые?


– Не трусь, – ободрил друга Егор. – Смотри туда!


Егор показывал на трубу с вентилем, из которой капала вода. Это был гидрант для полива улицы.


– Сейчас мы их искупаем! – озорно захихикал Егор.


Мальчики тихо прокрались к трубе. Играющие ничего не заметили. По трубе журчала и гудела, вода. Кешка взялся за вентиль…


Что тут началось!


Струя холодной воды оказалась такой мощной, что смела играющих лодырей с места и те с испуганными воплями бросились наутёк. А ребята захохотали и побежали рядом, осыпая их дразнилками.


– Давай, перекрывай! – возбуждённо крикнул Алик.


Мальчики взялись за вентиль и все вместе закрутили его. Напор воды ослаб, а за тем и вновь превратился в редкую капель.


Лодыри уныло плавали в луже на краю детской площадки. Собравшиеся ребята смеялись и дразнили их. Кешка с друзьями подошли к ним.


– Эй, водоплавающие, водичка тёплая? – насмешливо спросил Кешка лодырей, которые отплёвывались из воды.


– Что? Кто? Это вы что ли?! – промямлил один, пытаясь выбраться из лужи, где барахтались его приятели.


– И что? – запальчиво и совершенно невоспитанно хмыкнул Кешка. – Вы, лодыри играете, а все кругом трудятся.


– У нас три трудодня! – обижено икнул другой парень.


– А у нас десять! – с вызовом заявил Кешка. – Мы каждый день на улице убираемся. Из-за вас работа стоит, а ребятам играть негде!


– Ах вы сопляки… – негодующе зарычал третий лодырь.


Кешка среагировал быстро и ногой снова вдавил его в лужу.


– Только суньтесь! – жёстко предупредил их Егор. – У нас чёрный пояс по ушу. Окунём с головой! Плывите отсюда, пока не вделали!


Мокрые и злые парни нехотя вылезли из лужи, бранясь и сетуя, какие нынче стали невыносимыми и дерзкими дети. Никакого уважения к старшим!


– А его не будет! – дерзко крикнул Кешка, под одобрительные возгласы собравшихся вокруг ребят. – Прогульщиков и лодырей никто не уважает!


Друзья убрали детскую площадку после потопа, погоняли мяч, попав им в оконную раму и размахивая портфелями убежали смотреть мультики.


4


Мультики кончились и во дворе началась войнушка. Мальчишки бегали по улице, вокруг длинного девятиэтажного дома и перестреливались из автоматов с трещоткой и на батарейках, которые грохотали, как настоящие. Но вскоре игра кончилась сама собой из-за спора, кто убит, а кто нет.


– Да ну эти тарахтелки! – с презрением сказал Егор. – Убил, не убил! Тут нифига не поймёшь с ними.


– А что ты предлагаешь? – недовольно спросил Алик.


– Давайте пульковые вынесем? – предложил Егор, завязывяа шнурок. – А играть не здесь будем?


– А где? – оживился Кешка. – На свалке?


– Ну у школы можно.


– Сурел?! Там же учителя.


– Какие учителя?! – ехидно усмехнулся Алик. – У них сегодня собрание!


– Ну пошли, – помедлив, согласился Кешка. – Встречаемся здесь, у будки.


С пульковыми пестиками и автоматами играть было интереснее и опаснее, ведь однажды Алик и Егор разбили лампочку на уличном фонаре и ребят потом здорово ругали, а тётки, которые сидят у подъездов ещё и наврали, что они не в первый раз так лампочки бьют.


– Кешка айда погоняем! – выбежал Егор и вынес мяч.


Про войнушку забыли и началась игра в вышибалы. Кешка разбежался и вделал ногой по мячу. Мяч просвистел над Алькиной головой, перелетел весь двор и попал в тётю, которая вешала бельё.


– Ох! – вскрикнула тётя, схватилась за верёвку и вместе с развешенным бельём упала в пыль. Но Кешкин удар был такой сильный, что мяч отскочил и разбил двум пьяницам бутылку и покатился по двору.


Мальчики замерли. Такого они не ожидали.


– Ах вы шпана дворовая! – с негодованием завизжала тётка. – Я целый час бельё стирала, а вы его в пыль, значит?!


Пьяницы тоже подняли крик. Один пнул мяч, но поскользнулся на разлитом по асфальту шампуне и шлёпнулся на мягкое место.


– Сматываемся! – крикнул Егор, хватая растерявшегося Кешку за руку.


И подхватив мяч, ребята бросились наутёк, пока им не дали по шее…


5


Вечером во дворе мальчишки рассказывали разные страшные байки.


Егор вспомнил старую легенду о том, что их район был построен на месте кладбища, и что кости находили в клумбах, на огородах и на детской площадке, а в квартирах по ночам происходило что-то жуткое. Алик увлечённо рассказывал о старой больнице, где, говорят призраки врачей принимают мёртвых больных, а потом вспомнил о старом школьним психологе, которая ушла из школы, но зато к ней являются психически нездоровые привидения.


Кешка заговорил о заброшенном во время ядерной войны парке развлечений, который находился на другом конце проспекта и там пропадали люди. И как хулиганы из парка затыкали палкой одну девочку, а потом она стала привидением и затыкала палкой их…


Не успели заговорить о привидениях, как вспомнили про упырей.


– Упырями становятся всякие злодеи, – убеждённо заявил Алик, который лучше всех ребят знал все легенды и байки, – самоубийцы, или те, чей гроб перескочила чёрная кошка, или испорченные нечистью, колдуны там всякие, или кто умер не своей смертью и не похоронен, как надо. Или если вампир на тебя нападёт и выпьет всю кровь. Тогда тоже восстанешь…


– А как отличить, упыря ты увидел, или вампира? – поинтересовался Кешка.


– Упыри страшные, – со знанием ответил Алик. – Это живой мертвец, который сосёт кровь. Я одного видел. Свиду старик, сгорбленный такой… Он оборачивается, а у него борода такая спутанная и усы встопорщенные, как у кота, уши заострённые, глаза горят, и что-то знаешь, животное в нём было… Ещё стригои есть. Свиду совсем как люди. Их узнаешь только по земле под ногтями. Они же из могил вылезают… А вампиры наоборот красивы, даже красивее живых людей. И часто выглядят, будто взаправду живые. Они могут так заворожить тебя, что ты не убежишь никуда…


Мальчики сели на качели, оттолкнулись ногами и закачались.


– А вообще упыри это единственные мертвецы, которые ростут, – вспомнил старое поверие Алик. – Если у кого родится мёртвый ребёнок, он либо игошей становится, либо упырёнышем. И упырёшыш начнёт не молоко сосать у матери, а кровь! И всё больше взрослеет. Так он высосет и уморит всех, до кого доберётся. И всегда у упырей что-то звериное в облике. Потом, когда вырастает, он превращаеься в ужасного старика. Если его осиновым колом вовремя не прибить, он так и будет вставать каждую ночь и пить кровь…


– Александр! – высунулась из окна мама Алика. – Иди сейчас же есть!


– Ладно, ждите меня у фонтана, – с сожалением бросив взгляд на окно своей квартиры, вздохнул Алик. – Я через час туда прибегу.


– Ага, – кивнул Кешка и слез с качели.


Алик ушёл домой, обещав выбежать во двор после мультиков…


6


Кешка остался во дворе один. Егор тоже убежал есть. Кешку встретила мама и велела бежать в детский садик за младшим братишкой. В детском саду шла вечерняя прогулка. Котю пришлось силой вытаскивать из песочницы. Уж он-то знал, что его ждёт дома. Опять мама заставит есть эту невкусную кашу и не даст смотреть мультки, пока не вылижишь тарелку!


Сильвер сидел на подоконнике и дразнил ворону. Ворона каркала и попугай здорово её передразнивал, бормотал что-то и свистел. Короче хулиганил, действуя маме на нервы.


– Научили его всяким гадостям! – в сердцах сказала мама.


– Это не я, – хихикнул Кешка. – Это он у Котьки научился.


– А у кого научился Котька? – язвительно осведомилась мама.


– Не знаю, – с лукавой улыбкой пожал плечами Кешка. – У него много друзей во дворе и в детском саду…


Кешка оставил попугая и сел смотреть мультики.


– Кеша, вынеси мусор! – ведела мальчику мама.


– Ну чё сразу я? – недовольно насупился Кешка. – Пусть Котька хоть раз сам выкинет!


– Он убежал гулять.


– Снова я выноси!


Кешка нехотя подхватил мусорный пакет и вышел к лифту.


В подъезде стояла тишина, но мальчику всё равно сделалось неуютно. А на улице было жарко и пыльно. Кешка закатал джинсы и прошёлся босиком по горячему асфальту, а потом сел на качели…


Кешка качался на качелях и надувал пузыри от жвачки.


Мусор он выкинул, но домой не спешил, ведь мама тогда усадит его за уроки, а на улице сейчас так солнечно, и столько интересных занятий, что сидеть дома было просто невыносимо.


– Кешка! – крикнул издали Егор. – У Альки петарды, айда взрывать!


– А вас чё, отпустили? – удивился Кешка, вспомнив, какие вредные у ребят старшие сёстры, и как они любили их воспитывать.


– Не! – озорно хихикнул Егор. – Сбежали! Айда бабахнем!


Петарды это здорово! Не у каждого мальчишки они водились. Кто обладал коробком петард, того уважала вся улица.


Мальчики подошли ближе. Алик показал коробок петард. Они были маленькие, зелёные с жёлтыми тёрочнвми головками.


– Сейчас в трубу её кинем! – сообщил друзьям Алик, озорно улыбаясь. – Так бумкнет!


Алик взял одну петарду, зажёг её и сунул в водосточную трубу, из которой капало. Петарда несколько секунд шипела, а потом грохнула. Труба глухо загудела. Вскрикнула какая-то бабка.


– Что ж это вы паразиты делаете?! – возмущённо заголосила она.


– Бежим! – крикнул Алик, и мальчики рванули в конец улицы.


Мальчики остановились возле открытого колодца с решёткой. Алик раздал друзьям по две петарды, а пустой коробок спрятал в карман.


– У кого каце? – деловито спросил он друзей.


– У меня, – вызвался Кешка, сунул руку в карман и вынул спички.


– Давай каце сюда, – озорно улыбаясь, протянул руку Алик.


Мальчики по очереди кидали петарды в колодец. И всякий раз они оглушительно бабахали на его дне. Потом мальчики пошли к восьмиэтажке. Алик вытащил ещё один коробок петард. Эти были красные, и помощнее.


– Пацаны, у кого каце есть? – издали спросил ребят какой-то большой мальчишка.


– У Кешки спрашивай, – буркнул Алик, с недоверием разглядывая пацана.


Мальчишка вразвалочку подошёл к ребятам. Он был долговязый, наверное учился в восьмом классе. На хулигана он не был похож, только во рту он держал зелёную петарду, на манер сигареты.


– У тебя? – деловито спросил он у Кешки, сдвиная на лоб шапку-петушок.


– Ага.


– Дашь поджечь?


– На, держи…


Кешка дал ему спички.


– Хотите прикол? – загадочно спросил мальчишка, как бы мимоходом окинув плутоватым взглядом улицу.


– Ну? – недоверчиво спросил Кешка.


– Давай мы её в окно математику кинем!


– Ты чё, сдурел? Нам такое будет!


– Ага, а как он мне двойку гад влепил! – зло бросил мальчишка. Он поджёг петарду и кинул её в окно математику и дал дёру.