# От кривичей до Неринги

Ольга Товина

Милый читатель,

бесконечно богата история каждой семьи - её двуногих и четвероногих обитателей. С радостью приглашаю тебя заглянуть в эту семью, приоткрыть дверь в её повседневный мир, наполненный событиями, путешествиями и маленькими чудесами.

Рассказы сильно отличаются друг от друга - и стилистически, и географически. Здесь есть и детство главного героя, и путешествия; вплетениe сказочного фольклора и один день, рассказанный от лица четвероногого питомца.

Желаю увлекательного чтения!

С уважением

Ольга Тецлав

Для оформления титульного листа использована картина Henry Mosler У камина (The Chimney Corner), XIX век. Произведение находится в общественном достоянии.

## Глава 1. От кривичей до Неринги


Сам путь и есть награда.

(Стив Джобс)


Не успела Маруся родиться, как мы и лыжи навострили. Естественно, на машине. Как ещё перемещаться с грудным ребёнком? Тем более, что она была удивительно спокойным младенцем.


План путешествия разрабатывал Андрей, досконально: две недели, все остановки, гостиницы, мероприятия. Я вносила корректировки:


– Успенский кафедральный собор!


– Исторический музей!


– Гора Ведьм!


– Тракай!


– Остановись на мгновение! Я с твоей первой мыслью ещё не разобрался, а ты уже на пятой! – не выдержал Андрей.


Темперамент у нас и правда разный.


Один пример. Однажды, в субботу:


– Диван, конечно, неплохой, но надо бы его почистить! – глубокомысленно заявил мой основательный муж.


– У меня много дел на сегодня: магазин, завтрак, дети.


Через полтора часа диван сиял как новый.


Андрей сидел довольный:


– Ну вот. Только я в этом доме убираюсь.


Безусловно, противоположности сходятся. Кто по верхам и пошире, а кто – в глубинку.


Со временем стало ясно, что Маруся вся в него.


– Мам, тебя вдруг так много стало, я не успеваю за тобой, снизь обороты, пожалуйста!


Итак, всё продумав и просчитав, золотой осенью, в середине октября, мы тронулись в путь. Шкода покачивала намытыми боками и летела как ласточка.


План был таков:


1. Смоленск


2. Вильнюс


3. Клайпедa


4. Куршская коса


Осень блистала как никогда. +18 градусов радовали глаз. Дениска от нетерпения подпрыгивал на месте. Дай ему волю – перед машиной побежит… и, скорее всего, добежит. Маруся спала. Чтоб я так жил…


Через пару часов мы остановились на передышку. Визжа от восторга, непоседа носился по осенним листьям, разбрасывая их во все стороны. Удовольствие лилось у него из ушей.


Скоро показался Смоленск.


1. Смоленск.


Прогулка по городу началась грустно. Видимо сказывалась усталость. Денис лениво водил рукой по крепостной стене и о чём-то глубоко задумался.


– …И был город Смоленск, и жили в нём кривичи, – сказала я.


– А где жили ровничи? – удивился Денис.


Тут уже наступила моя очередь удивляться.


– Я не знаю, я только про кривичей знаю. Это люди, которые жили здесь тысячу лет назад, занимались земледелием, строили и торговали.


Второе дыхание открылось:


– Кривичи! Ровничи! – запел Денис. Ну хотя бы так, зато оживился.


На втором дыхании мы дошли до Успенского кафедрального собора, который было видно издалека. Он был великолепен: голубовато-бирюзовые и кремово-белые стены, круглые окна, колонны, центральный вход с обеих сторон – дворец да и только. А нет – пять купольных шпилей ясно давали понять, что это необычайно красивый собор.


На утро мы запланировали исторический музей. Поели и, прямиком.


Первое, что увидел Денис, – пушка перед входом. Он незамедлительно оседлал её.


– Вообще-то она здесь не для этого стоит, – сказала я.


– А для чего? – спросил сын.


Я повернулась к Андрею.


– Твоя очередь! Сам понимаешь, женщина и техника.


Андрей, как обычно, с любовью к деталям, начал рассказывать:


– Видите? Это прусский одноглавый орёл с мечом. Пушка стоит здесь как участник обороны города. Сделана из чугуна, весит почти тонну, ствол гладкий внутри. Такие орудия привозили и использовали на крепостных стенах.


– Тонна, это сколько? – вопрос последовал незамедлительно.


Помню фотографию около памятника Глинке. Денис взъерошенный, куртка нараспашку, в руках охапка желтых кленовых листьев, и Глинка сверху смотрит на него слегка повернув голову. В правой руке – дирижерская палочка, левая прижата к груди:


– Не шали, Дениска! – как будто говорит он.


В историческом музее Денис удивили сундуки для хранения одежды, глиняная и деревянная посуда, ухваты и кочерги.


– Это что?


– Ухват.


– А это?


– Кочерга.


– А как в печи готовят?


– Ну вот, – ехидно подмигнул Андрей, – твоя область!


– Денис, сейчас расскажу тебе про эмансипацию… я пошутила, про печку…


– Там пони! Хочу на пони!


– Непросто! – подумала я. Слава богу, готовить сегодня не надо… в печи.


– А не пойти ли нам пообедать… чего-нибудь привычного? Борщ, винегрет, пирожки.


– Ну, хорошо, пошли на пони кататься!


Вскоре мы, сытые и довольные, тронулись на машине дальше.


2. Вильнюс


Лиственный лес начал уходить и меняться на хвойный. Многообразие красок и осеннее буйство больше не ощущались так празднично, зато лес стал прозрачнее и светлее. Время от времени появлялись небольшие озерца. Мы остановились на полчаса, и Денис побегал по мягкому зеленому мху, сухому на вид, но как губка, наполненному влажностью.


Границу переехали без проблем. Начало 2000-х. Семья с двумя детьми – что здесь может быть странного?


В Вильнюс мы приехали в 11 вечера. Родственники с охами и ахами оторвали от нас Марусю. Каждый хотел потискать её и Дениса. Посыпались вопросы.


Родственники делились своими проблемами и радостями: зарплаты низкие, безработица, инфляция, внучке уже год, трудно с маленьким ребёнком. Мы играли в карты и ели ленивые вареники со сметаной – любимый продукт приготовления моей тети. И отпраздновали день рождения Андрея.


Сводчатые потолки ресторанчика придавали ему особенную атмосферу. Казалось, ты сидишь под землей. Собственно, так и было. Окошки – только на первом ярусе, а мы сидели ниже. Стены расписаны в духе старой Литвы: мечи, рыцари, крепкие мужчины с длинными усами.


Для Андрея всё было в новинку. Я заказала свой любимый супчик с лисичками в ржаном хлебе с крышкой. Запах зерен в хлебе люблю до сих пор.


– Пиво и сыр?


– Само собой разумеется.


Тракай встретил нас прохладой. Денис излазил не только замок, но и всё вокруг. На стены не залез – благо высокие. В итоге добился, чтобы ему купили на память большую лошадь-копилку на подкове. Эти глиняные сувениры в форме животных и колокольчиков пользуются у туристов большим спросом.


Хотелось показать Андрею район, где родилась и выросла моя мама. На третий день мы навестили его и православную церковь, где меня крестили. Мы тронулись к следующей цели – Клайпеда и Куршская коса.


3. Клайпеда


Мы гуляли по Клайпеде. Чувствовалась близость моря: большие якоря, парусники, корабли, погрузочные краны. День был затянут влажной пеленой. Было не холодно, но промозгло.


Больше всего поразила набережная и фахверковые дома. Они гармонично чередовались со старинными домами из красного кирпича и с желто-белыми, в стиле Северного Ренессанса, строениями с нарядными фасадами, круглыми и треугольными выступами и колоннами.


Даже Вильнюс с католическими церквями и костелами не так отличался от нашей русской архитектуры. Ощущение было, что мы в Германии. Море было пенистым и волнительным.


4. Куршская коса


Пообедав, мы поехали на Куршскую косу и заехали на гору Ведьм.


– Сказку хочешь, Денис?


– Даааа!


Давным-давно Балтийское море было бурным и опасным. Люди не могли спокойно плавать и ловить рыбу – волны топили лодки.


Жила у моря девушка по имени Неринга. Она была очень сильной и умной. Каждую ночь Неринга брала камни и песок и бросала в море, чтобы строить длинную песчаную косу. Так она остановила сильные волны и создала безопасный путь для рыболовов.


Вот на ней, на косе, мы и находимся. Считается, что здесь, среди дюн и соснового леса, живут ведьмы, духи и силы природы. Особенно активны они в тёплые летние ночи. Люди раньше собирались на вершине во время праздника;солнцестояния, чтобы петь, танцевать и отмечать волшебные ночи.


– А когда этот праздник?


– Уже прошёл, Денис.


На холме выложена тропа с деревянными скульптурами. Мы бродили среди них, фотографируясь с персонажами литовских сказок: ведьмами, духами леса, героями древних сказаний и даже самой Нерингой.


– Ух какой крокодил!


– И правда, в Литве крокодил?


Куршская коса поразила нас деревьями, растущими под углом из-за ветра, и огромным количеством больших пятнистых мухоморов. Ты проходишь через густой невысокий лес и вдруг видишь бесконечную прибрежную линию с мягким, струящимся жёлтым песком и гладкой водой. Как будто ветер всю свою силу потерял среди деревьев, а море оставил в покое. Ни малейшей ряби!


– Тормозииии!


Не обошлось без инцидента. Косуля бросилась под машину на обратном пути. Чудом удалось остановиться в нескольких сантиметрах от неё. Она качнула головой.


– А вы думали? Все бы вам пряничками баловаться!


– Ну точно, ведьма!


Выдохнув, мы поехали дальше.


Через несколько дней мы были опять в Вильнюсе. Осень набирала обороты. Уже хотелось домой, в Москву. Дорога вела обратно, конец октября, скоро Новый год, зима..


– Мам!


– Что?


– Это была Неринга?


– Не думаю, она вроде бы добрая. А мы чуть с дороги не сьехали…


## Глава 2. Эмма

События и прошлое лежат в моей голове, словно колода карт, нечаянно рассыпавшаяся на полу. Подбирая карты по одной, я вылавливаю самые значимые моменты и пытаюсь выстроить из них структуру своей человеческой жизни. Там, где это возможно… А возможно ли это? Жизнь человека тем и ценна, что она абсолютна непредсказуема.


Итак: Подготовка к Новому году шла полным ходом, но рабочие дни, верные своей привычке, ритм не меняли и текли своим тихим чередом.


Очередной посетитель приехал за документами и, определившись в своём вполне понятном желании пообщаться, оторвал нас от компьютеров и начал излагать свою жизненную историю.


– Сделал дорожки между грядками, а мать ворчит: узко, посадки уже сделала, ходить не могу, не перекапывать же всё по новой…


«Замечательная у нас фирма, – думала я, – есть же у людей время такое выслушивать». Предприятие было со стажем, с устоявшимися, старомодными порядками, и перемежать работу печеньем, кофе и разговорами здесь считалось обычным делом.


На третьем или четвёртом месте, как и у большинства сегодняшних посетителей, обязательно звучало:


– А вы видали? На въезде кошку задавило! Хорошенькая такая кошечка!


На фоне этой новости мгновенно стихали ураганы, забывались войны, исчезал голод в странах третьего мира, и все политики вдруг становились добрыми, честными людьми.


– Бедная кошка!


В тот же день коллега рассказала, что фермерское хозяйство недалеко от нашего предприятия закрылось: пожилые хозяева умерли внезапно, один за другим.


– А там сарай… а в нём кошек немеряно. Теперь все беспризорные. Потихоньку люди разбирают. Хочешь посмотреть?


Я поехала за компанию.


Сарай оказался огромным, грязным, пахнущим старым сеном и гнилой картошкой. В углу стоял таз с остатками еды, вперемешку с хлебом. Кошек двадцать сгрудилось вокруг него, с жадностью поедая эту малосъедобную массу.


Перед входом, у самой двери лежал маленький рыжий котёнок, неотрывно глядя на эту шевелящуюся кучу и явно не решаясь подойти. Я протянула руку и он тихонько потянулся ко мне.


Так у нас появилась Эмма.


Дети были счастливы! После периода адаптации, сопровождавшегося активным отмыванием полов во всех жилых помещениях квартиры, жизнь вошла в нормальное русло. Кошечка оказалась умной и ласковой. Она быстро научилась есть и спать в отведённых для этого местах.


Когда я уходила на работу, она перемещалась ко мне на кровать. Но стоило мне вернуться, с достоинством спрыгивала, всем своим видом показывая, что установленный порядок ей известен.


Двери в квартире закрываться перестали, так как Эмма постоянно перемещалась между нами и, если встречала препятствие, начинала тихонько мяукать и проситься внутрь. По выходным она, иногда уставая от чрезмерного внимания, пряталась в труднодоступных местах, где её невозможно было найти, и нагоняла свой привычный полуденный сон.


В одном из таких мест я, кстати, и нашла во время переезда маленькую плюшевую игрушку, которая таинственным образом исчезла у ребёнка моей приятельницы, когда они были у меня в гостях.


Приближался Новый год. Петарды всех видов и сортов заполнили магазины. Разобраться во всём этом великолепии было непросто: «хлопушки», «корсары», «пиратки», фитильные, ударные. Народ с восторгом скупал всю эту хлопающую, воющую и взрывающуюся снасть. Мы тоже набрали петард и хлопушек, предварительно обсудив с детьми, где и как всё будет запускаться.


Уже около десяти вечера, где-то между оливье и горячим, начали раздаваться первые взрывы. Дети периодически бегали вниз и смотрели из подъезда на рассыпающиеся огни новогодних доморощенных салютов. В какой момент за ними выскочила кошка, никто не знает.


Часов в одиннадцать вечера мы поняли, что ни в одном из привычных мест её не видно. Маруся начала тихо плакать. Аппетит пропал. Андрей с Денисом по шестому кругу обходили район, выкрикивая «Эмма!» и вместо поздравлений с Новым годом спрашивая людей, не видели ли они рыжую кошечку. Люди, в основной своей массе уже проводившие старый год, рассеянно качали головами и шли дальше. Шампанское пить не хотелось.


В двенадцать часов земля содрогнулась, люстры закачались, и пространство заполнилось дымом от бесчисленных петард. Маруся плакала в своей комнате. Мы перебирали все возможные варианты, где ещё можно искать кошку. Было очень страшно, потому что на улице был мороз, в округе всё горело и взрывалось. Новый год был не в радость.


На третий день, когда сошёл жёлтый от пороха снег и были убраны на нашей и соседней улице бутылки из-под шампанского с воткнутыми в них палками и остатками от петард, мы уже мысленно провожали Эмму в последний путь и играли по ней панихиду. Андрей спустился в подземный гараж, отнести коробку с теми самыми петардами, которые мы так и не запустили в этот странный Новый год. И вдруг он услышал тихое мяуканье из глубины соседской кладовки.


Кошку выуживали из кучи старых вещей уже вместе с соседями. Как? Как она ухитрилась просидеть там почти три дня? Мы излазили этот гараж вдоль и поперёк.


Эмма была грязная, измученная и очень ласковая. Без малейшей жалобы она дала вымыть себя с ног до головы и уснула на самом видном месте.


Мы расселись вокруг. Андрей открыл бутылку шампанского. Маруське тоже досталась символическая капля, её первый в жизни глоток.


– Ну! С Новым годом! Ураааа!!!


Наша Эмма, видимо, прокрутив в своей кошачьей голове все впечатления от внешнего мира с его голодом, войнами и неприкаянностью, окончательно потеряла к нему интерес. Мимо входной двери она теперь проходит бочком и тихонько ретируется в те моменты, когда дверь открывается.


И кто бы возражал…


## Глава 3. Котенок в прогрессе

Ничто не может остановить идею,

время которой пришло.

(Виктор Гюго)


Я раньше думала, время только уходит, а оно оказывается ещё и приходит, как пришло время для ИИ (искусственный интеллект) появиться в моей жизни. Моя дочь, изучающая программирование, рассказала, что все базовые вещи делаются с помощью ИИ, да и использует она его в учебе по полной программе. Что там было про «не остановить»?


Каждый раз, когда мои, так быстро оперившиеся дети рассказывали про ChatGPT (в дальнейшем я буду называть его ИИ), я отбрыкивалась. Основными аргументами против общения с этим «чудовищем» были:


– Он будет думать за меня, и я стану лениться! или


– Один источник информации – это плохо!


Или так: – Чем больше мы его обучаем, тем меньше работы останется для нас и т. д. и т. п.


И уже не в первый раз именно кошки двигают меня навстречу событиям, размышлениям и экспериментам.


Странные сны стали в последнее время моей еженочной рутиной. Мне снится маленький рыжий котёнок. Я нахожу его в снегу и прижимаю к груди, как мамка прижимает ребёнка, чувствуя, как он дрожит, и как холодная вода течёт по мне, заставляя ёжиться и укутываться в другие, ещё тёплые и сухие вещи. Иногда мяуканье во сне ведёт меня к подъезду чужого дома. Не выдержав, я забегаю проверить и вижу его там, крошечного и голодного. Или я еду в метро, и пассажиры удивлённо смотрят на рыжего котенка, сидящего среди людей с видом независимым и хмурым, как у всех, кто с утра выпрыгнул из тёплой кровати и побежал… побежал…


Недолго думая, я решила поговорить об этих снах с ИИ. Дело приняло неожиданный оборот. Мой короткий вопрос моментально был разложен на несколько составляющих: от подсознания до сознательного планирования, от образа до символического значения. «Да, ты товарищ интересный», – подумала я. И не надо упрекать меня в излишней рекламе. Впечатления я рассказываю сугубо личные.


Начавшаяся с котёнка история меня увлекла. Во-первых, копаться в себе, любимой, самое интересное занятие. Во-вторых, искать информацию не на просторах интернета, а в одном чате может значительно упростить жизнь.


Мое общение со штукой, математическая модель которой сделана на основе человеческой «нейросети», продолжилось вопросами о нашей похожести, согласно ИИ: «Это как сказать, что самолёт похож на птицу. Идея полёта похожа, но устройство совсем другое».


Но уже через пару месяцев общения в мою душу начали закрадываться некоторые сомнения в такой уж идеальности этого источника информации.


Вспоминаешь, например, какую-нибудь из историй любимых писателей в общих чертах и просишь ИИ: напиши подробнее. История оказывается с совершенно неожиданным поворотом. Я смутно вспоминаю, что рассказ-то был совсем другим, и выясняется, что «птичка» очень креативная и создала историю собственными руками на основе пары фактов – в общем, абсолютно новую историю.


Я задумалась о том, как с ним общаться. Несомненно, что о предмете разговора надо иметь как минимум начальные познания.


Да и вопрос я теперь формулирую как можно конкретнее и оговариваю область общения и рамки, ибо «Фантазия – крылья мысли» (А. Фет). А мыслить ИИ научился. Судите сами, человеческая это черта или нет… Не будем очеловечивать математическую модель! Ну заигрался, с кем не бывает… Интересно, а есть ли у ИИ воображение?


Мой рыжий котёнок побежал дальше.


Фазу отрицания я прошла и нахожусь на стадии любопытства, перемещаясь по ИИ осторожными шагами, т. к. грунт не такой прочный, как подумалось вначале.


Интересной была попытка обсудить с ИИ возможность покраски шкафа в гостиной в другой цвет. Вопросы были от обработки поверхностей до покупки краски. При этом он посоветовал мне даже магазины в непосредственной близости от моего места жительства. Страшная мысль закралась в мою голову… Сколько человек вследствие этого диалога НЕ потратили своё рабочее время на меня и таким образом сократили его? О приятном: сколько времени сэкономила я?


Вопрос времени поразителен. Когда мы ограничиваем его рабочими, оплачиваемыми часами – история одна. А если мы планируем своё драгоценное или не очень время, то история другая.


В очередной из моментов самопознания и самокопания: «Я провожу время бездарно, одной работой сыт не будешь! А другие вон че, а я ниче!», – по моей просьбе, ИИ нарисовал мне план на неделю. Не то чтобы я им пользуюсь по полной программе, но… смысл в этом есть. Вечер на спорт, вечерок на досуг, вечерище на креативность. Каучи и лайф-каучи, похоже, тоже могут лишиться приличного куска своего рабочего времени.


Я уверена, уж время-то для общения с живыми людьми невозможно заменить общением с ИИ!


А общается-то он аккуратненько… Не психует, не орёт, не возмущается. Голос можно подобрать, тембр. Вопросами наводящими так и сыпет. Ответы формирует исключительно позитивно. Спасите наши души!


Впрочем, как говорил Антон Чехов: «Веришь во что-то, и оно ведёт тебя, словно невидимый бог». Хочется верить не во что-то, а в себя!


Ну вот, опять кошак мой на телефоне кричит. Пора спортом заниматься. Назло не буду! А то скажут ещё, что прогресс неумолим, ИИ меня задавил, мнения лишил, работу забирает и думать разучит.


Я сегодня выбираю лень! Выбор-то у меня всегда есть.


## Глава 4. Мышь в карточной колоде

1. Кризис.


2. Торгуют все!


3. Заработала!


4. Одуванчик.


5. 1000 рублей.


1. Кризис.


Эта рабыня и этот дом мои! – кричал Леонсио!


Эта рабыня вам больше не принадлежит!


Глаза многомиллионного народа, как я подозреваю, не только моей страны, наполнились слезами облегчения и радости! Справедливость восторжествовала!


«Эк тебя занесло!» – скажете вы.


Ну, хорошо, давайте по порядку.


Утро субботнего дня было серым и затянутым пеленой. Снег начал сходить, обнажая дорогу. Сугробы по краям делали её уже, чем она была на самом деле. Деревья казались темными на фоне остатков белого снега, как если бы жизнь протекала где-нибудь вблизи Этны, и всё вокруг было покрыто чёрной базальтовой пылью. Но до ближайшего вулкана было как до Луны – это была просто плохая погода.


Выбора не было. Я полезла на антресоли, твердо решив разобрать наконец старый хлам. Взяв очередную коробку, я услышала звон, и на пол упала.. нет, не монета, это мой значок на окончание университета. В коробке была неаккуратно прогрызанная дырочка. Какая-то вредная мышь, предпочитающая картон крошкам и сыру, с головой окунула меня в воспоминания.


Сверху в этой самой коробке лежал аттестат об окончании школы.


Какой же это был год? 1989? 1990?


Множество событий возникает в голове, рассыпается как карточная колода, и непонятно, какую карту поднять первой.


Ну скажем, король пик.


Ежевечерний сеанс оздоровления! Вся страна от мала до велика сидела перед телевизором и смотрела на Кашпировского. Для удобства и полного расслабления мама прилегла на диван. Мой брат в это время скачет по дивану с громким ржанием и щеткой для мытья полов между ног – только уворачивайся.


Прекрати. – сказала мама, пытаясь сохранять спокойствие.


Ноль реакции!


Мы с отчимом заняли места в первых рядах, на стульях.


Делать вам нечего, – ядовито прошипел он.


Протест был отклонен.


1,2,3… слышалось с экрана.


Внезапно отчим толкнул меня локтем и подбородком показал на брата. Он спал, рядом со своей воображаемой лошадью.


И в этот момент мама махнула рукой. Комната неожиданно стала маленькой. Второй раз!


Я отодвинулась от дивана. Там творилось что-то странное. Руки у мамы двигались как лопасти у вентилятора. Теперь уворачиваться надо было от неё.


Отчим почесал в раздумье свою седеющую бородку и прошептал:


Не буди!


.. 8.9.10 … Проснулись они оба как ни в чем не бывало. Самовнушение? Не знаю.


Истории этой мама не поверила, но полностью переключилась на сериалы, которых в это время было предостаточно.


«Рабыня Изаура», «Просто Мария» и героиня сериала «Королек – птичка певчая» мучались уже двести тридцать четыре серии, и люди страдали вместе с ними, наверное, предпочитая прятаться за киношными проблемами от своих собственных.


Времена были кризисные. На улицах люди стояли в очередях за мясом и прочими продуктами. Выбор был небогат, да и за ним надо было побегать.


Время от времени мама приносила с работы праздничные заказы.


Сервелат оставим на праздник, – говорила она, параллельно отрезая нам по кусочку… и еще по кусочку. Курица варилась сразу. Шоколадные конфеты фабрики «Красный Октябрь» убирались на шкаф, а шпроты ждали своего звездного счастья. Всё!


Голода как такового в этот период не было, но не было и разнообразия.


Едем в гости! – как-то сказала она. Несколько недель были посвящены сборам. С нами поехало ведро мяса и вожделенная коробка конфет. Незабываемым было выражение на лицах моих троюродных братьев, когда коробка появилась на столе.


Правда можно? – спросили они.


В Москве мы хотя бы время от времени видели конфеты.


2. Торгуют все!


На вещевых рынках торговали все!


Идёшь себе:


-Здрасти, Сергей Иванович!


-Уроки сделала на четверг?


-Да!


-Ну иди, иди, не стой в толпе.


Учителя истории, географии, врачи, инженеры и люди всевозможных других профессий подрабатывали где только можно. Зарплату платили тем, что производилось, а то и не платили вовсе.


Утро выдалось с сюрпризом. Мама разлила чай, положила уже надоевшую гречку и гордо оповестила семейство: