Яна Ананьева
Код Аланды

ВСТУПЛЕНИЕ.

(Основано на реальных событиях)

Чтобы исцелиться от времени, следует вернуться назад и слиться с началом мира.

Миф даёт выход из текучего, разрушающего времени – через воспоминание и ритуальное повторение человек приобщается к вечному настоящему мифического первоначала.

Мирчеле.

__________

Описание реального сеанса регрессивного гипноза, который длился более шестнадцати часов.

В процессе работы над книгой я поняла, что мое восприятие оказалось не таким кровожадным, каким бывает сознание человека, погружённого в транс. Тем не менее, я постаралась максимально точно передать все нюансы рассказа пациента, находящегося в регрессии.

Вместо сцен жестоких расправ я выбрала волшебные и неожиданные моменты, которые создают ощущение загадочности, оставляют пространство для размышлений и дарят надежду. Эта история – настоящее путешествие во времени, наполненное тайнами и открытиями.

«Код Аланды» – это не просто книга, это приглашение в мир, где прошлое и настоящее переплетаются, а границы реальности становятся размытыми. Приглашаю вас погрузиться в эту загадочную историю и открыть для себя что-то необыкновенное.

Ананьева Яна.

ГЛАВА ПЕРВАЯ.
ДОКТОР ВИНКЛЕР И АЛАНДА.

ДОКТОР ВИНКЛЕР.

Солнечный луч, пробившись сквозь легкие шторы, настойчиво щекотал веки. Утро в Москве, самое что ни на есть летнее. За окном, словно оркестр, заливались птичьи трели, наполняя тишину квартиры свежестью и безмятежностью. Молодой невролог Винклер, еще не до конца вынырнув из объятий сна, потянулся и с наслаждением вдохнул теплый воздух.

Сегодняшний день обещал быть таким же ярким и полным, как и само лето. Быстро приняв душ и облачившись в строгий, но удобный костюм, он почувствовал привычное волнение перед началом рабочего дня. Каждый день – это новая история, новый вызов, новая возможность помочь.

Его кабинет, словно портал в другую эпоху, находился в самом сердце Москвы, в старинном особняке, чьи стены хранили множество тайн и историй. Каждый раз, переступая его порог, он ощущал особую атмосферу – смесь величия прошлого и пульсирующей жизни настоящего. Здесь, среди высоких потолков и резных деталей, он встречал своих пациентов, вслушивался в их истории и искал ответы на самые сложные вопросы человеческого организма.

С легкой улыбкой, предвкушая предстоящие встречи и размышления, молодой врач вышел из дома, готовый к новому дню в своем особенном, наполненном смыслом мире.

По дороге на работу Винклер решил сделать небольшую паузу и заглянуть в свою любимую кофейню. Запах свежесваренного кофе и теплое, уютное освещение всегда помогали ему настроиться на продуктивный день.

Он заказал свой обычный латте и, оглядываясь в поисках свободного столика, заметил ее. Девушка сидела за столиком у окна, погруженная в свои мысли. На ней было элегантное синее платье с тонкими белыми полосками на отложном воротнике, а на запястьях поблескивали старинные кожаные браслеты, которые, казалось, хранили в себе целую историю.

Ее поза, опущенные плечи и взгляд, устремленный куда-то вдаль, выдавали глубокую грусть. Она не пила свой кофе, просто сидела, обхватив чашку обеими руками, словно пытаясь согреться не только напитком, но и собственными мыслями. Доктор Винклер привыкший по роду своей деятельности замечать малейшие детали в поведении людей, сразу понял, что девушка переживает что-то серьезное.

Он невольно задержал на ней взгляд, чувствуя легкое беспокойство. Ему захотелось подойти, спросить, все ли в порядке, но он понимал, что это было бы неуместно. Вместо этого он просто сел за соседний столик, стараясь не нарушать ее уединения, и погрузился в свои мысли, время от времени бросая на нее сочувственные взгляды.

Утренний кофе, который обычно приносил ему заряд бодрости, сегодня оставил легкий привкус меланхолии. Грустная незнакомка в синем платье, казалось, невольно поделилась с ним своей печалью, оставив в его душе легкий отпечаток задумчивости.

Кабинет доктора Винклера располагался в стенах старинного особняка графа Савельева. Этот дом, принадлежавший графу в XVIII веке, был воплощением его противоречивой натуры: безупречного вкуса, смешанного с неуемной страстью к пышности. Роскошные рельефные стены и строгие потолки соседствовали с массивными балясинами и грандиозными хрустальными люстрами. Но, пожалуй, самым запоминающимся элементом интерьера была мраморная лестница. Она изящно изгибалась, ведя с первого этажа на второй, а ее стертые временем ступени напоминали ряды ровных зубов, словно в приветливой улыбке.

Доктор Винклер, войдя в свой кабинет, привычным движением опустил портфель на массивный дубовый стол. Этот стол, судя по всему, был привезен в особняк самим графом Савельевым, его нынешним владельцем.

Говорят , что стол был сделан в Париже в средние века.

Винклер прошелся вдоль стен, с удовольствием оглядывая свои дипломы, аккуратно развешанные в резных рамках. Здесь был диплом об окончании медицинского университета, свидетельство о получении квалификации врача-невролога, и, конечно, диплом, подтверждающий звание лучшего гипнолога города. Последний был особенно дорог Винклеру. Ведь то, чем он занимался, порой вызывало недоумение у коллег-врачей. Доктор Винклер был регрессологом.

С самого начала своей врачебной практики доктор Винклер заметил нечто удивительное. Во время сеансов гипноза его пациенты, казалось, совершали невероятные перемещения во времени. Вместо привычной современной Москвы, они вдруг оказывались в городе, который, по их описаниям, существовал в XV веке.

Эти "путешественники" с поразительной точностью рассказывали о жителях того времени, описывая их одежду, быт, еду и даже увлечения. Доктор Винклер был озадачен: как происходило это "волшебное" перемещение, он понять не мог. Однако он отчетливо видел, что успех лечения напрямую зависел от того, насколько глубоко пациент мог погрузиться в прошлое. Чем дальше во времени он мог уйти, тем точнее удавалось выявить и понять травмирующее событие, которое, как предполагал доктор, пациент принес в эту жизнь вместе со своими генами.

Доктор Винклер, конечно, не был уверен, что человеческая память передается из поколения в поколение вместе с генами. Хотя, если бы это было так, это бы очень просто объяснило, почему человек в состоянии транса может путешествовать во времени.

Как учёный, доктор Винклер не раз погружался в размышления о человеческом сознании. Он видел его как бездонный океан ассоциаций, где каждая мысль рождает следующую, сплетаясь в причудливые узоры. Эти ментальные нити, казалось ему, порой выстраиваются в нечто грандиозное, подобное историческому роману, где ты совершаешь путешествие во времени. Но это, конечно, лишь игра воображения, не более того.

Летнее утро, свежее и полное обещаний, застало доктора Винклера за привычным занятием – размышлениями о регрессии. Его мысли, словно волны, накатывали одна на другую, унося его в глубины сознания, где время и пространство теряли свои привычные очертания. Он погрузился в этот поток, пытаясь уловить тонкие нити, связывающие прошлое, настоящее и будущее, когда вдруг его раздумья прервал приятный женский голос: "Доктор! Можно?"

Винклер поднял глаза и посмотрел на приоткрытую дверь. На пороге стояла она. Та самая девушка, с которой он полчаса назад случайно столкнулся в уютном кафе на углу. Да, именно она! В том самом синем платье с тонкими полосками, что так выгодно подчеркивало ее стройную фигуру. И, конечно же, он сразу узнал старинные кожаные украшения, обвивающие ее тонкие, аристократичные запястья, придавая ее образу некую загадочность и шарм. Ее появление было таким же неожиданным, как и ее голос, но почему-то совершенно не нарушило утренней гармонии, а, наоборот, внесло в нее новую, интригующую ноту.

АЛАНДА.

В кабинет вошла девушка, чья грациозная поступь сразу привлекла внимание. Легкая улыбка осветила ее лицо, и звонкий голос произнес: "Здравствуйте! Я к вам!"

Эти простые слова почему-то вызвали у доктора легкую дрожь. «Странно»: промелькнуло у него в голове. "Обычная девушка, казалось бы, но есть в ней что-то нуловимо притягательное."

"Присаживайтесь," – предложил Винклер, указывая на кресло. Девушка послушно заняла место.

"Как вас зовут?": спросил доктор.

"Меня зовут Аланда," – ответила гостья.

Аланда… Какое необычное имя! Действительно, такое редко услышишь в наши дни. Доктор, заинтригованный, открыл поисковик. Оказалось, что Аланда – это одна из форм имени Алан. А имя Алан, в свою очередь, принадлежит к числу древнейших имен, известных по всему миру. Аланда, Алана, Ален…

Доктор внимательно посмотрел на Аланду, которая, удобно устроившись в кресле и изящно поставив ноги на подставку, начала свой рассказ.

«Видите ли, доктор, почти пропела Аланда, я очень много времени уделяю занятию, которое отвлекает меня от всего на свете: от учебы, работы и личной жизни.

Я собираю на улице бездомных кошек и потом пытаюсь их пристроить в добрые руки.

Вроде бы нужное занятие, гуманное. Но тут недавно случился ужасный случай, который выбил меня из колеи.

Я нашла котеночка. Маленький такой, черный, с белой полоской на голове, похожей на шапочку. Я назвала его Тамерланом. Уж не знаю, почему мне приглянулось это имя!»

Девушка развела руками, и доктору вновь бросились в глаза ее кожаные браслеты на тонких изящных запястьях.

Аланда продолжила свой рассказ: «Я всего несколько дней подержала Тамерлана у себя дома, и потом ко мне в гости пришла подруга. Ей приглянулся Тамерланчик, и она забрала его себе. А вчера, доктор, я узнала, что котенок умер. Это известие сильно меня расстроило. Я плакала всю ночь, а утром записалась к вам на прием. Я слышала, что вы хороший гипнолог и можете помочь мне избавиться от этой патологической любви к кошкам».

«Мне бы очень хотелось помочь вам», – сказал доктор.

Он пододвинул стул поближе к креслу, в котором сидела Аланда и вкрадчиво начал устанавливать паттерн, внимательно глядя ей в глаза.

"Перед кем вы испытываете такое сильное чувство вины, Аланда?": спросил доктор.

На лице девушки отразилось удивление, затем задумчивость. Она осторожно коснулась кончиками пальцев своего затылка и произнесла: "Единственное чувство вины, которое я испытываю, – это вина перед моим бывшим мужем. Наверное, я его не любила, и наш брак закончился очень быстро."

"А сейчас вы замужем?" – спросил доктор Винклер.

"Нет," – ответила Аланда. – "Я не хочу замуж и даже избегаю мужчин. Почему это происходит, я, увы, не могу объяснить."

"Хорошо, – сказал доктор. – Это чувство вины, на что оно похоже и где оно у вас локализовано?"

Аланда задумалась, и через некоторое время уверенно ответила, что ее вина – как море, только сердитое море.

Что-то вроде бури или шторма. Это серое штормовое море бушует у нее в груди.

"Понятно. Давайте начнем сеанс. Сядьте поудобнее и закройте глаза. Слушайте все, что я буду говорить, и незамедлительно выполняйте.

Представьте, что ваши веки тяжелые. Они такие тяжелые, что вы не можете их поднять. Ваше тело расслаблено, расслаблены и ваши мысли.

Теперь начните считать от ста до девяноста восьми в обратном порядке. И по мере того, как этот цифровой ряд начнет уплывть, он потянет вас за собой на берег того самого бушующего моря, которое вы увидели у себя в груди."

Аланда прикрыла веки, и мир сузился до внутреннего счёта: сто, девяносто девять… до девяноста восьми. С каждым числом невидимые нити напряжения ослабевали, и когда она достигла финиша, плечи её опустились, словно с них сняли невидимый груз. Голова чуть откинулась назад, и из лёгких вырвался долгий, непроизвольный выдох – звук полного расслабления.

ГЛАВА ВТОРАЯ.
МОРСКОЕ ПУТЕШЕСТВИЕ.

КАПИТАТАН АЛЕН.

"Аланда, где ты сейчас?" : обеспокоенно спросил доктор.

"Я на берегу Ла-Манша, доктор. Это Гавр!" : ответила она, её голос звучал немного отстраненно.

Доктор кивнул, вспоминая географию. Порт Гавра, действительно, раскинулся на берегу пролива, соединяющего Атлантический океан. "Значит, ты во Франции, Аланда?" – уточнил он.

Он внимательно взглянул на Аланду, затем осторожно взял её тонкое, аристократическое запястье, чтобы прощупать пульс. Пульс был чуть замедлен.

"Аланда," – вкрадчиво произнес доктор, – "в каком времени ты находишься?"

Аланда на мгновение задумалась, а затем ответила: "Я в восемнадцатом веке, доктор."

"Я – молодой мужчина," – продолжила она, её голос приобрел новую, уверенную интонацию, – "французский аристократ. Член семьи графа Сен-Флорентена. Меня зовут Ален. Я очень умный и образованный юноша. Последний ребенок в семье. Родители всегда меня очень любили и баловали, никогда ни в чем не отказывали, и сейчас они готовы дать мне денег на любое мое желание или прихоть."

Доктор Винклер, с лукавой улыбкой, поинтересовался: "И что же является твоей самой заветной мечтой?"

"Судно! Парусное судно!" – с восторгом воскликнул Ален.

"Я бы отправился на нем в самое знаменитое морское путешествие, которое начинается во французском порту Гавр и ведет прямо к берегам Северной Америки.

Моя цель – Квебек!"

Путь из Франции в Квебек – это не просто морской маршрут, а настоящая историческая артерия, связавшая два наших континента!

Этот путь сыграл огромную роль в освоении Северной Америки и до сих пор остается важной для Франции транспортной магистралью.

Давайте, уважаемый Винклер проследим его от начала до конца!

Старт я начну во Франции.

Да!

Путешествие начнется в одном из портов Франции, например, в Гавре или Шербуре. Отсюда открывается путь в Атлантический океан. На этом этапе морякам придется быть предельно внимательными к капризам погоды (я наберу команду опытных моряков)

Если путь пройдет через пролив Ла-Манш, то предстоит преодолеть водную границу между Францией и Великобританией.

Этот пролив, соединяющий Атлантику с Северным морем, имеет длину около 570 километров, а в самом узком месте, между Дувром и Кале, его ширина всего 33 километра. Это очень мало и надо быть ловким и умелым капитаном, чтобы его пройти с честью.

Далее мы пойдем через Атлантику к заливу Святого Лаврентия

После пересечения Ла-Манша. Судно продолжит свой путь через бескрайние просторы Атлантического океана. Конечной точкой этого непростого этапа будет залив Святого Лаврентия – широкий и полноводный.

Сердцем нашего пути будет река Святого Лаврентия.

Река Святого Лаврентия – это главный элемент всего нашего путешествия.

Она берет начало из озера Онтарио и течет на северо-восток, впадая в залив Святого Лаврентия. Длина самой реки составляет около 1140–1200 километров, а если учитывать всю водную систему, начиная от истоков реки Сент-Луис, впадающей в озеро Верхнее, то протяженность достигает 3100–4000 километров. Действительно – великая река!

Для того чтобы судно могли проходить по этой реке, была создана уникальная система каналов, шлюзов и протоков, известная как Морской путь Святого Лаврентия.

Эта система специальных шлюзов позволит нам достигнуть внутренних портов, в том числе и тех, что расположены у Великих озер.

Финишная прямая: Квебек

Конечной точкой этого исторического маршрута станет город Квебек, расположенный на берегу реки Святого Лаврентия. Это один из ключевых портов на нашем будущем пути, который на протяжении веков служил воротами в Северную Америку.

Я очень хочу попасть в Квебек!

Это – мечта моего детства. Восторженно воскликнул Ален.

Доктор Винклер удивленно раскрыл глаза и потерял дар речи.

В его голове была только одна мысль – мысль об Аланде, которая оказалась настоящим знатоком географии и путешественником во времени.

НОВЕНЬКОЕ СУДНО И СБОР КОМАНДЫ.

Аланда откинулась на спинку кресла, и ее лицо стало живым полотном эмоций. Тревожные складки сменялись улыбкой, а затем замирали в неподвижности, словно она переживала целую гамму чувств. Доктор Винклер, наблюдая за ней, хранил молчание. Он давал ей время погрузиться в глубины своих воспоминаний, в мир ассоциаций или, возможно, даже в прошлую жизнь.

Через полчаса доктор нарушил тишину, его голос был едва слышен, почти шепот: "Аланда! Ты все еще Ален?"

"Да," – ответила девушка.

"Я готовлюсь к плаванию!"

"Расскажи," – попросил доктор, и Аланда, или скорее Ален, продолжила свой рассказ.

Оказалось, что за эти тридцать минут Ален успел многое. Он сходил к отцу, чтобы попросить денег на путешествие. Граф, хоть и не был в восторге от такого решения сына, все же дал ему необходимую сумму. В тот же вечер новенькое парусное судно уже стояло на причале в порту, готовое к отплытию. Ален же тем временем занялся сбором команды для своего предстоящего путешествия.

Подбор экипажа оказался делом несложным. Едва корабль пришвартовался, как на берегу уже толпились моряки, мечтающие отправиться в плавание на таком шедевре кораблестроения. Ален, проведя беседы с желающими прямо в своей каюте на борту, уже на следующий день приступил к закупке провизии.

Стоит отметить, что в XVIII веке дальние морские путешествия были сопряжены с весьма скромным рационом. Основу питания составляли соленое мясо, сыр, сухари, а также сушеные фрукты и овощи. Особую проблему представляла пресная вода. Поскольку бочки на корабле разместить было невозможно, морякам приходилось собирать дождевую воду, используя для этого паруса. Постоянное чувство жажды, вероятно, и становилось причиной частых конфликтов и стычек на борту.

С грузом провизии на борту и уютно устроенными спальными местами, моряки с радостью приветствовали капитана Алена, появившегося на палубе. Ален поднялся с видом человека, чья мечта, казалось, вот-вот осуществится, и чья гордость за это приобретение была безгранична. Он принялся осматривать мешки, как вдруг его внимание привлек маленький черный комочек – котенок. "Чей это кот?" – поинтересовался Ален. "Это кот нашего боцмана", – последовал ответ. "Пусть боцман явится сюда!" – приказал капитан.

Найти хорошего боцмана – задача не из легких, ведь от его умений и ответственности зачастую зависит успех всего морского путешествия. Это не просто старший матрос, а настоящий бригадир, который держит под своим контролем все палубное хозяйство.

На судне "Аланда" (так назвали наше судно) боцманом стал хороший знакомы подруги Алена.

Звали боцмана Филипп.

Филипп был невысокого роста, с внушительным животиком и той самой, знакомой всем морякам, покачивающейся походкой.

Он отвечал за множество дел: от ухода за такелажем и спасательными средствами до помощи в швартовке и отшвартовке.

Следил за чистотой и порядком на палубе, участвовал в спасательных операциях и вел учет всего палубного инвентаря.

Перед каждым выходом в море Филипп лично проверял готовность всех механизмов и оборудования. Так было и этот раз.

Капитан Алан, мечтавший пришвартоваться к своей "Благородной земле", выбрал Филиппа по рекомендации подруги, в честь которой и было названо судно.

Имя Аланда означает на языке народов Африки «Благодарная земля».

Филипп был человеком слова – обязательным, честным и опытным моряком, привыкшим к долгим плаваниям.

Но была у Филиппа была одна особенность, которая выделяла его среди других: он обожал кошек.

Несмотря на скромные доходы, он всегда находил средства, чтобы прикормить бездомных животных в порту. Однажды, перед самым отплытием, Филипп заметил у борта черного котенка. "Будет гонять крыс!" – воскликнул он и, чтобы придать малышу больше значимости, назвал его Тамерланом.

Так на "Аланде" появился еще один член экипажа, пусть и четвероногий, но уже с громким именем.

Ален не был против плавания в компании с котиком. Тем более, что крысы в мешках с провизией действительно были.

СПОКОЙНОЕ ПЛАВАНИЕ ДО ДУВРА.

В день, когда "Аланда" покидала гавань Гавра, небо было ясным, а солнце щедро дарило тепло. Легкий ветерок, наполненный нежным ароматом роз и лилий, ласково обдувал палубу. Море было совершенно спокойным, словно зеркало, и судно скользило по его гладкой поверхности без малейшей качки, будто плыло по воздуху.

Путешествие из французского Гавра в английский Дувр – это не просто пересечение водной глади, а настоящее погружение в характер Ла-Манша. Этот знаменитый пролив, который британцы называют Английским каналом, служит живой, дышащей границей между континентальной Европой и островом.

Покидая Гавр, второй по величине порт Франции, ощущаешь мощь этого места. Огромные контейнеровозы и изящные круизные лайнеры соседствуют здесь, в устье Сены, готовые отправиться в плавание по одному из самых оживленных морских путей мира.

Сам Ла-Манш обманчив. Его серо-голубые воды могут показаться спокойными, но это лишь видимость. Здесь властвуют сильные западные ветры, которые гонят волны и создают постоянное течение на восток. Вдобавок, частые туманы могут окутать все вокруг плотной пеленой, превращая видимый мир в загадку. Навигация в таких условиях – настоящее искусство, требующее от капитана и команды предельной концентрации.

И вот, спустя несколько часов борьбы со стихией, на горизонте проступают знаменитые белые скалы Дувра. Этот порт, ближайший к Франции, встречает путешественников как старый знакомый. Восточные доки кипят жизнью – это главный паромный терминал, ворота в Великобританию. Западные же доки принимают круизные суда и яхты, добавляя пейзажу нотку элегантности.

Несмотря на все капризы погоды, наш корабль шел уверенно. Команда, привыкшая к нраву Ла-Манша, работала слаженно и без суеты. В свободные минуты матросы собирались вместе, и разговоры их были полны предвкушения. Они мечтали о Дувре – о его уютных пабах, где можно пропустить пинту-другую эля, о шумных тавернах с живой музыкой и, конечно, о встрече с прекрасными английскими леди. Ведь каждый порт – это не только пункт назначения, но и обещание новых историй.

Представьте себе парусный корабль XVIII века, рассекающий волны. Для нас это образ романтики и приключений, но для французских моряков того времени это был мир суровых испытаний, где каждый день становился борьбой за выживание.

Жизнь на борту проходила в невероятной тесноте. Корабли той эпохи не были рассчитаны на комфорт команды. Матросы ютились прямо на батарейной палубе, среди грозных пушек, в вечной сырости и полумраке. До 1730-х годов ситуация была и вовсе плачевной: морякам не полагалось сменной одежды, а один гамак выдавался на двоих. К концу долгого плавания их единственная роба превращалась в лохмотья, не способные защитить ни от холода, ни от солёных брызг. А гамак, который почти никогда не стирался, становился рассадником болезней.

Отдельной проблемой были бытовые удобства, а точнее, их отсутствие. Если офицеры могли позволить себе «ночные вазы», то матросы в любую погоду – и в штиль, и в шторм – были вынуждены добираться на самый нос корабля, в гальюн. Там, балансируя в натянутой сетке над бушующим морем, они справляли нужду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.