Риман Райнов
Артефакт

____________________________________________________________________________________

Пролог

12 августа 2035 года в 03:47 по тихоокеанскому времени, в результате инцидента в секретном исследовательском центре, расположенном в пустыне Мохаве, известном как Станция 1, был активирован пространственно-временной разлом.

В течение последующих семнадцати часов Земля была полностью поглощена разломом, постепенно проседая сквозь слои реальности. Это событие получило название Смещение.

Только благодаря вмешательству существ Элдрича ( Первородные или Анг-Ори ) процесс был остановлен, однако Земля оказалась разделена на двенадцать миров по шести измерениям – по два мира-близнеца в каждом. Так был образован Кластер Альбис.

Действие разворачивается в одном из миров Кластера – Антерре, спустя 879 лет с момента Смещения по объективному времени Кластера.

____________________________________________________________________________________

____________________________________________________________________________________

Воспоминания… Странная штука. Обычно они скрываются где-то в глубинах мозга, прячутся до поры до времени, и даже когда нам задают конкретный вопрос относительно каких-либо событий… Мы не всегда можем сразу и точно описать, рассказать… Вспомнить.

А иногда они выпрыгивают, как чёртик из коробочки с документальной чёткостью воспроизведения.

Когда в жизни человека происходит что-то выходящее за рамки того, что кажется ему обычным, он начинает задаваться вопросом: «Почему именно я? Почему это произошло со мной?». Часто он не находит ответа или придумывает объяснение, которое, пусть даже нелепое, помогает ему справиться с происходящим.

Однажды Трикслер спросил меня: «Почему мы, сержант? Почему это случилось именно с нами?». Тогда я посмотрел на него и ответил: «Потому что мы грёбаные везунчики!»

Глава1

____________________________________________________________________________________

МИСТАЛИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ ПОГРАНИЧЬЕ СЕЛЕНИЕ НОР-МОАР…

____________________________________________________________________________________

Я сидел на раскалённом песке, прислонившись к стене из блоков песчаника, и пытался пообедать тем, что на этикетке к банке именовалось мясными консервами. Слева от меня стояла на коленях капрал Афина Джалли, или просто Рыж, наблюдая в бинокль за селением, а справа маячил надоедливый рейнджер Трикслер, или Трикс, с портативной камерой в руке, которую он постоянно пытался направить на меня, одновременно задавая вопросы. Вот и сейчас.

– Почему вы здесь, сержант?

Я покосился на Рыж. Она ухмылялась.

– Чтобы отвечать на твои идиотские вопросы, Трикс, разумеется. Убери камеру, нахрен!

Камера чуть отвернулась.

– Но я же серьёзно, сержант, – не унимался Трикслер.

Я ковырнул из банки ещё субстанции, вздохнул.

– Трикс, как у тебя со зрением?

Он замешкался.

– Я не… Со зрением отлично, сержант.

– Ты видишь на моём лице улыбку?

– Нет, сержант.

– Что-то ещё говорит тебе о том, что я шучу?

– Нет, сержант.

Я отправил содержимое ложки в рот, прожевал, проглотил.

– Я сообщил тебе информацию, ты по неведомой мне причине не воспринял её серьёзно. Вывод прост. Ты идиот, рейнджер Трикслер. Психологическая секция Медотдела снова пролюбила вспышку, и нам опять прислали идиота. Мы продолжаем получать идиотов пачками…

– Но сержант…

Я опять запустил ложку в банку. Ещё одна порция псевдомяса отправилась в желудок.

– Заткнись, Трикс, и не мешай мне размышлять о несправедливости бытия! Камеру! Вали отсюда и донимай кого-то ещё.

Трикслер поник, понял, что здесь ему ловить нечего, и умотался на четвереньках куда-то в сторону машин.

Рыж надоело таращиться на давно брошенную деревушку, и она тоже села. Достала фляжку, отпила немного, вернула обратно. Было жарко. Зная её, я предположил, что прямо сейчас последует вопрос.

Ложка снова посетила банку. А потом по известному алгоритму.

– А правда, сержант, зачем вы здесь?

Я сделал паузу перед ответом. Прожевал то, что называлось мясом, и потом только ответил.

– Следить за тем, чтобы твоя голова не удалилась от твоей прекрасной задницы настолько далеко, чтобы ты перестала быть эффективной боевой единицей, капрал Джалли.

– И только?

– Капрал Джалли, в этой банке, которая каким-то шутником поименована пищевым рационом, осталось примерно треть питающего меня состава. И у меня осталось очень мало времени для употребления этого состава. И… ты знаешь, что не только. И насколько не только.

Она не успела ничего сказать, рация у меня на груди ожила.

«Сержант Дакс, приём!»

Я сунул ложку в банку, нажал клавишу тангенты.

– Здесь, лейтенант.

«Подойдите ко мне!»

– Уже иду!

Рация потухла.

– Вот видишь, Рыж, к чему приводит болтовня во время еды.

____________________________________________________________________________________

Я подошёл к лейтенанту. Он сидел в одной из наших консервных банок на колёсах, по недоразумению именуемых МБНКТ (Многоцелевой Бронированный Наземный Колёсный Транспорт). Если точнее, то в своей командирской «единице».

– Лейтенант.

– Пять минут назад мне поступил приказ войти в селение, сержант.

Я смотрел на этого усталого человека, которому давно нужно быть дома.

– Задачи?

Он потёр лоб. Посмотрел на тактический планшет, экран которого был чёрен, как душа ростовщика.

– Небесное Око зафиксировало энергетическую сигнатуру, похожую на Сферу, посредине этого гадюшника. Необходимо проверить.

– Похожую?

Лейтенант ухмыльнулся.

– Именно! Совпадение на восемьдесят пять процентов.

– Ясно. Время на подготовку? – спросил я, глядя на потрескавшиеся от жары стены полуразрушенных строений, за которыми стоили машины.

– Полчаса, – лейтенант щёлкнул по планшету, и экран наконец ожил, показав снимок центра селения, сделанный Небесным Оком. – Вот координаты эпицентра аномалии. Судя по всему, прямо на площади. Людей в селении нет уже несколько недель, но расслабляться не стоит. Чави любят такие места.

– Понял, – я уже разворачивался, чтобы идти собирать команду, но лейтенант остановил меня жестом.

– И, сержант… Возьмите с собой «Гамму» (защитный контейнер высшего уровня). На всякий случай

.В его голосе прозвучала та самая нотка, которую я ненавидел больше всего. Нотка сомнения, смешанного с плохо скрываемым беспокойством. Если лейтенант просит взять «Гамму» – значит, «необычное» может оказаться очень и очень неприятным. Максимально неприятным. Обычно мы используем «Альфу», гораздо реже «Бету», ну а уж «Гамму» на моей памяти… ни разу.

– Будет сделано, – я коротко кивнул и направился ко второй машине, к моей «двойке».

Два года назад в патруле лейтенант «словил» Сферу. Ему повезло, он не умер сразу, как это происходило с большинством из тех, кто взаимодействовал с этими артефактами. И не повезло, потому что после месяца в коме он очнулся с побочкой. Если человек получал побочку от Сферы, то его жизнь превращалась в не особо приятную череду дней, ночей, недель и так далее. Лейтенант получил способность определять уровень опасности артефактов, стабилизировать их энергетические флуктуации и одновременно жуткую паранойю, панические атаки и нарушение сна на несколько дней.

Сферы стали массово и бессистемно появляться на всей территории Антерры чуть больше двух с половиной лет назад. Они представляли собой вроде бы металлический шар чёрного цвета диаметром примерно десять сантиметров с вырезанными на нём светящимися символами. Сначала они никак себя не проявляли… а потом, в один совсем не прекрасный день, они активировались, и те, кто к ним прикасался или брал в руки, начали сходить с ума или даже умирать. Или получать побочки, как лейтенант.

Около «двойки» Копуша, он же рейнджер Вернон Стина, коренастый и лысый, снижал боевой дух Парксу.

– Паркс?

– Мммм?

– Ты знаешь, что чави жрут пленных?

– Кто тебе сказал?

– Мужик один с Филтона (форпост).

– А он откуда знает…

– Он у них был…и они его отпустили специально…

– Ага, чтобы он тебе рассказал..

Они стояли у капота, увлечённые разговором. Я зашёл с кормы, быстро обогнул её и, не сбавляя шага, рявкнул так, что оба вздрогнули:

– Стина!

Он, стоявший ко мне боком, быстро развернулся и вытянулся.

– Я, сержант!

– Считай, что чави уже записали тебя в праздничное меню! Какого чёрта вы, два болвана, устроили здесь дискуссионный клуб, вместо того, чтобы наблюдать за окружающим прекрасным пейзажем?

– Торч… рейнджер Ковак в данный момент осуществляет функции часового, наблюдая за экраном СПО, сержант.

– Рейнджера Ковака уже доедают. СПО (Станция Позиционирования и Обнаружения) это величайшее изобретение по моему скромному мнению, но, вы ни на секунду не должны терять бдительность! Где гарантия, что чави не посулили рейнджеру Коваку пятерых обнажённых женщин и спортивный кабриолет в комплекте в обмен за то, чтобы он отвлёкся на пару минут от наблюдения за экраном? Что я скажу твоей матушке, рейнджер Стина, когда привезу ей капсулу с твоим прахом? Что ты геройски погиб, рассказывая Парксу о кулинарных предпочтениях чави? Она будет счастлива, как ты думаешь? Или капсулу с Парксом?

– Не имею представления, сержант!

– Так же, как и мозга! Через двадцать минут мы выдвигаемся в этот прекрасный образец древней мисталийской архитектуры, поэтому завязывайте трындеть и собирайтесь. И найдите Трикслера. Всё ясно?

– Так точно, сержант!

Да уж… жизнь меня к такому точно не готовила… зато учебка постаралась на славу.

____________________________________________________________________________________

Я вернулся к стене. Рыж всё так же пыталась высмотреть кого-то в этих полуразвалившихся, выбеленных песком и солнцем строениях.

– Что сказал лейтенант? – спросила она, даже не обернувшись.

Я бухнулся на то же место, где сидел совсем недавно. Вроде как даже не промахнулся.

– Через пятнадцать минут заходим.

Она тоже села.

– Туда? – махнула рукой в сторону селения.

– Да.

Она вздохнула, поправила сползающий на глаза шлем.

– Да чтоб тебя, Рыж, зажми боковые фиксаторы!

– Это бесполезно…

– Зажми, сказал. У тебя всего две руки, и когда ты крутишь ролик сзади, боковые ослабевают.

Она зажала фиксаторы подвесной системы шлема большими пальцами, я нащупал ролик под задней кромкой и немного покрутил его… и ещё немного…

– Нормально?

Она отпустила фиксаторы, покивала, повертела головой из стороны в сторону…

– Да, так гораздо лучше, спасибо, сержант.

– Пожалуйста, капрал, но я уловил твоё сильное беспокойство относительно предстоящей прогулки…

Она снова вздохнула. Повернулась ко мне.

– Вчера я разговаривала с подругой, она оператор Центра Обработки на форпосте 13. Она сказала, что за эту декаду четыре раза наблюдала аномалию на экранах.

– Помехи?

– Не совсем… Это… похоже на то, как если бы на экран положили тончайшую прозрачную плёнку, на этой плёнке есть складка, почти незаметная, и она движется, быстро движется… или вдоль, или поперёк… экрана, как волна.

– Аппаратная проблема или программная?

– Нет, она перепроверила несколько раз…провела диагностику…

– Я так понимаю, что у неё есть идея о происхождении этой складки.

– Да…

– Продолжай.

Рыж замялась.

– Рыж, или сейчас, или никогда.

Она опять вздохнула. Третий раз за три минуты? Да вы издеваетесь!

– Она считает, что кто-то пытается подстроиться к СПО… извне…

Моей первой реакцией было сказать, что быть такого не может, но я быстро прикусил язык. Отец, несмотря на всю мерзость его натуры и ещё большую мерзость некоторых его деяний, всё же иногда выдавал дельные вещи. Он говорил, что как только вы решите, что чего-то не может быть, тут же это и получите. Поэтому я прикусил язык, потом отпустил его и спросил:

– Она кому-то докладывала?

– Да, своему начальнику, в техслужбу, даже в О.С.И.

– Результат?

– Ей приказали заткнуться и даже не заикаться больше об этом, если она не хочет попасть под трибунал за распространение заведомо ложных сведений и создание панических настроений…

– Но с тобой она поделилась.

– Я пообещала, что никому не скажу…

Я прекрасно понимал реакцию командования. За пятнадцать лет использования СПО у неё не было ни одного сбоя или каких-либо других факторов, которые привели бы к негативным последствиям. Вернее, один был, но там участвовал человеческий фактор, который потом был найден, отправлен под трибунал и расстрелян перед специально собранными родственниками тех, кто погиб в результате его предательства. Но больше не было ни единого раза. Все настолько привыкли доверять надёжности этой системы, что подобное заявление от простого оператора сразу воспринималось как абсурд. Это как минимум…

Да, и вы спросите, не уверен, что да, но возможно. Отчего же, если это такая замечательная система… все в этой истории постоянного говорят о том, что нужно держать ушки на макушке, смотреть в оба и вообще…

Дело в том, что в работе системы есть один нюанс. Она работает не в режиме реального времени, а с задержкой. Сигнал с базовых станций поступает в центр обработки на ближайшем форпосте, а потом уже к нам. Или к какой-то другой группе, которая имеет неимоверную глупость шарахать по этой проклятой пустыне. Поэтому, если кто-то видит на экране метку, то на самом деле она уже не совсем там, где она показана на экране. Из-за проклятого сайбериума (минерал, используемый для изготовления топлива и многого другого) в этой проклятой пустыне мы не можем использовать старые добрые обычные радары.

Рация сказала «шшш», а потом продолжила голосом Торчуна: «Сержант, все в сборе».

– Мы идём! – ответил я и повернулся к Рыж. – Вернёмся на базу и всё как следует обсудим, а сейчас у нас есть работа. Да, и ещё… я должен быть уверен, что твоя… тревога не помешает тебе… иначе я оставлю тебя с лейтенантом.

– Не помешает, сержант.

– Хорошо.

Я начал подниматься и почувствовал руку на своём предплечье. Повернул голову.

– Спасибо, наверное, мне просто нужно было…

– Я понимаю. Скоро всё закончится, Рыж. Пошли…

____________________________________________________________________________________

Вся банда собралась у «двойки». Кроме лейтенанта. Я дошёл до «единицы» постучал по дверце, услышал щелчок и открыл её. Ему было совсем плохо, зрачки были расширены почти до размеров радужки, кожа бледная, покрытая бисеринками пота. И ещё его мелко трясло. Чёртова побочка.

– Я оставлю с вами Паркса, лейтенант, пока мы там гуляем…

Он молча кивнул и глазами показал на планшет, лежавший на приборке. Я забрал его и осторожно прикрыл дверцу.

Дошёл до «двойки» и посмотрел на это сборище неудачников. Рыж нашла что-то интересное в своём коммуникаторе, Паркс пребывал в глубокой задумчивости, Торч опирался о машину, словно уже устал, Копуша ковырял в ухе, а Трикс пытался приладить свою камеру на шлем… Если бы я подошёл ближе, то смог бы увидеть и своё отражение в стекле машины.

– Ладно, слушайте! Небесное Око час назад зафиксировало энергетическую сигнатуру в этом прекрасном селении. Сигнатура совпадает со Сферой на 85%, поэтому, что там на самом деле, никто не знает. Эта штука находится прямо в самом центре селения. Схему вы все изучали, поэтому понимаете, о чём я. Для верности скину метку вам на ПТК (Персональный Тактический Коммуникатор). Смотрите сейчас, потому что энергия этой штуки может отключить нашу электронику при приближении к ней.

Я вывел планшет из спячки и «переместил» метки группы на карту.

– Командование, в своей бесконечной мудрости, хочет, чтобы мы сходили и проверили, что там такое, и при необходимости очистили территорию. В общем, ничего такого, чего бы мы не делали раньше. Главное – держите свои гляделки открытыми! Паркс, ты остаёшься здесь мониторить СПО. Готовность – пять минут! Вопросы?

– Почему я остаюсь, сержант?

– Потому что я так сказал, Паркс ! Ещё вопросы? Нет вопросов! Отлично. Это всё.

Я спрятал планшет в подсумок и пошёл обратно к командирской машине. Остальные остались кучковаться там, где и стояли. Хорошо. Я не хотел, чтобы они видели, как я достаю «Гамму», мы вообще никогда её не использовали раньше, и это добавило бы людям нервозности… Особенно Рыж. Проклятье! Нужно было её оставить здесь. Не нужно было спрашивать, справится ли она, а просто оставить, но тогда она бы решила, что я сделал это потому… что она женщина и потому что мы… и я намеренно создаю ей привилегированное положение.

Я засунул подальше все эти размышления, подошёл к корме машины, откинул защитную крышку и ввёл код доступа на панели, потом вытянул ячейку с контейнерами. «Гамма», впрочем, как и все остальные, представляла собой куб с длиной ребра 15 сантиметров, сделанный из прозрачного полимерного материала, название которого я всегда забывал, разделённый на две половины с полусферическими, под размер Сферы, выемками в каждой, и по одной петле для руки на каждой. Рецепт применения прост, как апельсин – продеть кисть в петлю, накрыть сферу, контейнер притянет её к себе, добавить вторую половину контейнера. Соль, перец – по вкусу.

Ну и вся эта чудесная конструкция помещалась в чёрный кофр с замками. Чтобы уж наверняка.

Я забрал нужный кофр, задвинул обратно ячейку и вернулся к команде.

Паркс с недовольным лицом сидел за рулём «двойки», готовясь подогнать её ближе к командирской, странно было видеть там его, а не Рыж. Рыж просто стояла, взявшись руками за плечевые лямки бронежилета, Копуша нашёл себе новые уши, нет, не для того, чтобы ковырять, а чтобы рассказывать свои очередные страшные истории «из достоверных источников» в виде Торча, Трикс двигал вверх-вниз на ремне свой пулемёт, пытаясь найти ему наиболее удобное положение. Рыж, увидев, что я подхожу, опустила руки и воскликнула:

– Внимание, группа!

Они построились.

Селение, которое нам предстояло навестить, имело стандартную для здешних мест планировку – ромб в плане, оси ромба – две широкие улицы, ориентированные строго по сторонам света, длинная с запада на восток, короткая с севера на юг, на пересечении обычно размещалась небольшая площадь, стороны ромба, обычно ступенчатые, были внешними стенами домов и обычно не имели окон и дверей, с какой-либо стороны от селения, с юга или с севера, на удалении в 150-200 метров, как правило, располагались длинные, приземистые строения, огороженные низким забором из камня. Как раз в руинах подобных строений мы и находились, почти напротив южной оконечности короткой осевой улицы.

– Ладно, ребятишки, пошли на прогулку! Расклад такой – доходим до стены, проверяем отсутствие наличия препятствующих нам факторов, а потом бегом по открытому пространству до южного входа, ближе к нему делимся на две группы, я, Рыж, Копуша к правой стороне, Торч, Трикс к левой. На открытом пространстве включайте дополнительные гляделки. Мы там будем как на ладони, но и кто бы там ни был – тоже.

– Паркс? СПО нас радует?

– Всё чисто, сержант!

Я посмотрел в глаза Рыж. Через долю секунды она прикрыла веки на ещё более короткую долю секунды.

– Ну всё, народ! Погнали!

____________________________________________________________________________________

МЕСТО ИЗВЕСТНОЕ ТОЛЬКО НАМ

Я пересек опустевшую землю,
Я знал дорогу, как свои пять пальцев.
Я чувствовал землю под ногами,
Я сел у реки, я обрел то, чего мне так не хватало…

О, простые вещи, куда вы подевались?
Я взрослею, мне нужно рассчитывать на что-то.
Так скажите, когда примете меня,
Усталость накатывает, мне нужно с чего-то начать…

Я переступил через упавшее дерево,
Я почувствовал, как его ветви смотрят на меня.
Это ли место мы любили?
Об этом ли месте я мечтал?

О, простые вещи, куда вы подевались?
Я взрослею, мне нужно рассчитывать на что-то.
Так скажите, когда примете меня,
Усталость накатывает, мне нужно с чего-то начать…

Если у тебя есть минутка, почему бы нам не прогуляться,
Поболтать в том месте, что известно только нам?
Быть может, это конец....
Так почему бы не прогуляться к тому месту,
Что известно только нам?..

К тому месту, что известно только нам…

О, простые вещи, куда вы подевались?
Я взрослею, мне нужно рассчитывать на что-то.
Так скажите, когда примете меня,
Усталость накатывает, мне нужно с чего-то начать…
Если у тебя есть минутка, почему бы нам не прогуляться,
Поболтать в том месте, что известно только нам?
Быть может, это конец....
Так почему бы не прогуляться,
Так почему бы не прогуляться.

М-м-м, да

Быть может, это конец....
Так почему бы не прогуляться к тому месту,
Что известно только нам?
К тому месту, что известно только нам…
К тому месту, что известно только нам…

Глава 2

____________________________________________________________________________________

МИСТАЛИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ ФОРПОСТ 9 15-Ю ДНЯМИ РАНЕЕ…

____________________________________________________________________________________

– Что ты от меня хочешь, Марта?

Я сидел на неудобном пластиковом стуле в комнате для личных переговоров на втором этаже Форпоста 9 и смотрел на экран видеосвязи. Связь была отвратительная из-за приближающейся пыльной бури, которая должна была накрыть нас через час с лишним, изображение время от времени зависало или покрывалось рябью. В комнате было душновато и воняло. Чем? Да всем. Я немного приоткрыл дверь, буквально на пять сантиметров, чтобы совсем не задохнуться. Здание форпоста было древним, поэтому отдельных кондиционеров не предусматривалось, система была единой и предполагалось, что с помощью неё все помещения будут охлаждаться равномерно.

– Я хочу видеть тебя не на экране монитора, да и то через раз, а здесь, дома…

– Марта, контракт закончится через три месяца…

– А моё терпение гораздо раньше!

– Ты прекрасно знала, за кого выходила замуж, ты знала, что всё будет именно так…

– Я не знала, что ты умотаешь в эту свою проклятую пустыню на три года! Почему ты не остался в Варне, там же было так прекрасно… Море, пляжи…

– Потому что здесь другой временной и расчётный коэффициент, потому что здесь я наберу необходимый минимум за три года, а в Варне за шесть, и в денежном отношении там было бы всё равно меньше!

– Да к чёрту деньги…

– Два года назад ты говорила совсем по-другому…

– А теперь я говорю так!

– Теперь уже ничего не переиграть, я не могу повернуть время вспять…

– Подай заявление или что там у вас… Переведись… У нас же тут тоже есть…

– У НАС рекрутинговый пункт, в котором сидят люди, которых списали по состоянию здоровья, Марта. Три месяца! Всего три месяца. У меня будет страховка, ветеранское содержание, и мы сможем поехать хоть в Варну, хоть в Талгар… Хоть куда…

– Знаешь, всё это душит меня, это ожидание… А я хочу жить… Я хочу дышать…

– Я смогу попросить внеплановый отпуск через 20 дней. Приеду, и мы всё обсудим…

– Через 20… А-ха-ха-ха… Как смешно! Знаешь, что я думаю… Я разговаривала со знающими женщинами… Они мне рассказывали, что у вас там, на ваших этих базах, полно молодых и на всё готовых девок! Ты, видно, нашёл себе такую… И развлекаешься там с ней по всякому… Как она любит?

И тут я понял.

– Марта, ты снова пьяна… Отоспись, я перезвоню завтра в это же время.

Я протянул руку и нажал кнопку выключения. На экране появилась надпись в красной рамке. Связь прервана. Ну конечно, теперь никаких помех и зависаний…

Мы познакомились с ней в Миане, маленьком курортном городке на берегу Когского залива, того самого, куда нас с сестрёнкой однажды возил отец посмотреть на «море». Я приехал из Варны по служебным делам, а она с подругами из Камтора, промышленного города на севере.

Мои воспоминания прервал аккуратный стук в дверь. Я встал, нажал клавишу на стенной панели. Дверь со вздохом облегчения откатила в стену.

– Капрал Джалли! Добрый вечер!

– Добрый вечер, сержант… Простите, надеюсь, я не помешала?

– Вовсе нет, капрал, полагаю, вы намереваетесь осуществить звонок?

– Да, хотелось бы успеть до песчаной бури…

Афина «Рыж» Джалли, капрал, 23 года, 167 см. роста, карие глаза, тёмно-каштановые волосы, и хоть убейте меня, но я не понимаю, почему её прозвали «Рыж».

– Бестолку, капрал, связь уже отвратительная.

– Может быть, пробьюсь, сержант… Я обещала позвонить маме, но замоталась… У нас снова полетела трансмиссия на второй машине…

– Вот как мы поступим, капрал…

Я достал из кармана прямоугольный кусок пластика, размером с обычную идентификационную карту.

– Эту карту мне дал лейтенант Виллард, она даёт доступ в офицерскую КЛП. Мы пойдём туда, вы осуществите оттуда звонок, а я побуду снаружи. Там куда лучше условия… И главное… Связь!

– Разве это не запрещено, сержант?

– Запрещено, если карту украсть или использовать без записи в реестре. Я, разумеется, записан в реестре лейтенантом Виллардом. Я воспользуюсь картой, наберу код доступа к линии связи и номер вашей мамы, который вы мне скажете по пути туда. Думаю мне стоит сообщить ей о вашей примерной службе и поблагодарить. И… Капрал, я советую решать как можно быстрее. Буря не стоит на месте. Или сейчас, или никогда…

Она смотрит мне в глаза долю секунды.

– Сейчас.

– Верное решение, капрал. Идём!

____________________________________________________________________________________

ХОЧУ ЛИ Я ЗНАТЬ?

У тебя краснеют щеки?
Бывает ли у тебя такой страх, что ты не можешь одолеть,
Такой, что никак не отстанет, будто что-то застряло в зубах?
Есть ли у тебя еще пара козырей в рукаве?
Ты и не догадываешься, что ты влипла по уши?
Я мечтал о тебе чуть ли не каждую ночь на этой неделе.
Сколько секретов ты в силах сохранить?
Ведь ко мне прицепилась эта мелодия, что заставляет думать
О тебе то и дело – она звучит у меня на повторе,
Пока я не засну,
Опрокинув бокал на диван…

(Хочу ли я знать?)
Взаимно ли это чувство.
(С грустью смотрю, как ты уходишь)
Я вроде как надеялся, что ты останешься.
(Детка, ведь мы оба знаем)
Что ночи созданы для того, чтобы
Сказать то, что ты не решишься сказать
Назавтра…

Ползу обратно к тебе…

А ты никогда не думала позвонить мне, подвыпив?
Ведь у меня такое постоянно.
Быть может, я слишком увлечен тем, что я твой,
Чтобы влюбиться в кого-то еще.
Теперь я это понял.

Глава 3

____________________________________________________________________________________

МИСТАЛИЙСКАЯ ПУСТЫНЯ ПОГРАНИЧЬЕ СЕЛЕНИЕ НОР-МОАР…

____________________________________________________________________________________

– Почему здесь никого нет, сержант?

– Потому что они предвидели твоё появление, Копуша, и предпочли навсегда уйти в пустыню, чем выслушивать твою болтовню!

– Но ведь это странно…

– Странно, что ты дожил до своих лет, это даже меня удивляет… А теперь поймай тишину.

Он замолчал. Неужели это возможно?

Вернон «Копуша» Стина. 33 года.

Его перевели к нам месяц назад с Форпоста 21, самого западного, построенного одним из последних на данный момент. Вот там кондиционеры точно есть. Да много чего там есть.

Узнав об этом, мы были… заинтересованы, за какой проступок его изгнали из такого чудесного места. Это было в первый день его прибытия. Мы были в гараже Форпоста, готовили машины к выезду, плановый патруль, ничего особенного. Он доложился лейтенанту Вилларду о прибытии, тот отправил его к нам.

Он вышел из лифта и едва не печатая шаг направился к нам.

– Ого! – сказал Паркс Триксу, который закреплял снаряжение внутри второй машины. – Ты глянь, похоже, пополнение!

Рыж тоже услышала его слова и выглянула с любопытством из-за дверцы.

Копуша, выглядевший как образец с рекламного плаката – лицо выбрито до синевы, форма отутюжена так, что, казалось, скрипела, теперь уже точно печатая шаг подошёл ко мне, вытянулся по стойке «смирно» и вскинул руку к голове:

– Рейнджер Стина прибыл для прохождения службы, саа-лан!

Рыж со вздохом уронила голову на грудь, Паркс закрыл лицо рукой, Трикс отвернулся, едва сдерживая смех.

Я отсалютовал ему в ответ.

Он с недоумением смотрел на нашу реакцию.

– Добро пожаловать, рейнджер Стина, я сержант Дакс, и, как ты сразу заметил по моим знакам различия, я не офицер. Поэтому это был первый и последний раз, когда я слышу «саа-лан» в свой адрес, обращайся ко мне «сержант» или «сержант Дакс», усёк?

– Так точно, саа… сержант!

– Второе – нехрен так орать, мы здесь не испытываем проблем со слухом…

____________________________________________________________________________________