Анна Гур
Бывший муж. Вернуть семью

Глава 1

Агата

– Да не хочу я идти в ресторан! – заявляю уверенно, пытаясь отказаться от предложения подруги, которая настойчиво тянет меня за руку, приглашая пройти в одно из самых дорогих заведений города.

И не то чтобы я не привыкла ходить по таким злачным местам… скорее отвыкла… да, вернее сказать, отвыкла…

Забыла. Запретила себе думать о том, что у меня была другая жизнь. Счастливая жизнь…

Но… предательство перечеркнуло все.

– Малиновская! Прекращай отнекиваться! Ты подруга мне или нет?! Я собираюсь праздновать! И ты идешь со мной, – решительно выговаривает Мила и уверенно тянет меня за собой.

Я бросаю тревожный взгляд на дорогу.

С самого утра у меня какое-то странное предчувствие. Будто бы буря надвигается, и я не могу с этим ничего поделать.

Ровно такое же ощущение у меня возникло в тот самый день, когда муж… когда мой любимый муж Лев Царев разрушил нашу жизнь, наш брак уничтожил…

До сих пор, стоит только подумать об этом, как горло сковывает спазм. В тот самый день… в день, когда муж меня предал, я узнала о том, что беременна…

Вот так. Мир заиграл новыми красками, эмоциями, надеждой…

Я до сих пор ярко и во всех оттенках помню, как сидела, зажав положительный тест в руке, и плакала. Навзрыд. От счастья.

Оказывается, можно плакать от ощущения полного и безоговорочного счастья…

Собралась тогда, полетела к мужу… а там… Лев меня предал. Вот так самый счастливый день в моей жизни окрасился оттенками боли и предательства.

Я не простила предателя и подала на развод, а потом уехала, сменила номер и начала жить заново. Вдали от столицы и ее ажиотажа вечного. Я была известным галеристом, а сейчас работаю по первой специальности – учителем…

Ну… как работаю. У меня уже декрет, но я хочу довести детей хотя бы до конца учебного полугодия и уйти в законный декретный отпуск.

Когда получила предложение стать учительницей младших классов, я ухватилась за эту возможность изо всех сил, потому что это был повод забыть… забыть, что однажды была счастлива и любила… и что мое сердце было разбито на мельчайшие осколки.

Банальность. Муж и секретарша. Все было до ужаса банально…

Но даже спустя столько месяцев воспоминания о предательстве вновь заставляют сердце сжаться, и я по инерции накрываю ладонью свой объемный живот…

Моя малышка начинает толкаться… моя радость… моя девочка… мое счастье…

Именно благодаря ей я выдержала жестокие удары судьбы, вынесла все и просто убежала… от прошлой жизни и от человека, который не пожалел мое бедное сердце.

Я так и не сказала Леве, что беременна…

Не смогла…

Тест, который сжимала в руке, просто чудом не выпал из враз ослабевших пальцев…

Я просто сжала его до хруста, а сама едва видела Льва и женщину с ним, слезы застилали взор, и я просто убежала.

Да, трусливо. Да. Мне нужно было остановиться. Войти в этот чертов кабинет и оттаскать любовницу мужа за ее длинные, наращенные пакли, а еще лучше – устроить скандал такого масштаба, чтобы ударить по репутации бизнесмена Льва Царева.

У моего мужа все звучное. Даже имя и фамилия. Все в нем полыхало силой и властью…

И в тот день… он просто спросил меня, чего я хочу, и я ответила четко и с расстановкой:

– Развода. Я хочу развода, Лев. Измену не прощу!

И я не простила. Меня ломало одинокими длинными ночами, я просыпалась в слезах и рыданиях и в один такой день испугалась. Сильно испугалась, когда проснулась от очередного кошмара, ощущая, как у меня внизу живота все тянет.

Страх потерять ребенка отрезвил, и я решила действовать радикально. Как только документы о разводе были подписаны, я просто продала галерею, забрала свои накопления и… исчезла.

Ну… как исчезла. Я переехала. Уехала на самый край нашей необъятной родины и… поселилась в маленьком городке, где от бабушки осталась небольшая квартирка…

Получать раны тяжело, но… я для себя решила: во что бы то ни стало буду справляться. Ради своего малыша.

Старые друзья бабушки позвали на работу в школу, и я согласилась, потихонечку обзавелась знакомствами, и вот сейчас бойкая подруга Мила вновь меня тянет за руку.

– Я хочу отпраздновать! Мне Пашка предложение сделал, понимаешь?! Пять лет отношений и… наконец-то!

Выговаривает радостно, и я перестаю сопротивляться. Я понимаю, что я слишком замкнута, я закрылась от мира, но… мое решение родители принял мама видела меня после измены Льва, слышала мои крики во сне, и… когда я озвучила свое решение, мои родители лишь поддержали…

– Хорошо. Ладно. Пойдем.

– Вот и отлично! Я возьму чего-нибудь покрепче, а ты соком со мной чокнешься! – продолжает вещать Мила, а я вновь бросаю взгляд на дорогу, будто ищу что-то или кого-то… не знаю… сердце пропускает болезненные и тревожные удары.

На небе тучи сгущаются. Снежинки падают, заворачиваются в мелкие вихри, и кажется, что скоро метель нагрянет…

Моя малышка должна родиться аккурат к Новому году. Сделает мне лучший подарок, правда, Ада Дмитриевна говорит, что больно она у меня непоседливая и может недосидеть…

А я думаю, что как будет, так и будет.

Мила уверенно заходит в ресторан, где нас встречает улыбчивый сотрудник и проводит к столику.

– Да, супер! Напротив входа. Здесь весь ресторан как на ладони! Я заранее все забронировала! Пашка помог! Он теперь работает у мэра. Все схвачено.

– У мэра, – цепляюсь за это замечание, просто чтобы поддержать беседу, а сама утыкаюсь в меню, которое уже успели принести.

– Да. Асафьев на ушах стоит. Всех из отпусков позвал, чтобы работали и справлялись с грядущим снегопадом, да и вообще улицы в порядок приводят.

– Это похвально, а то у нас вечно к зиме местные власти неготовыми оказываются.

– Ой, не говори, – издает смешок, – у нас асфальт клали на улице. В дождь!

Поднимаю взгляд и бросаю его на жизнерадостную Милу. Пухленькая. Розовощекая. В целом милая девушка и чересчур общительная. С ней легко еще и потому, что Мила – моя полная противоположность.

– Пашка говорит, там такой ажиотаж сейчас. Вся мэрия на ушах стоит. К нам из столицы какой-то крутой бизнесмен едет. Воротила бизнеса. Вот. Готовятся, будто к приезду царя, ей-богу. Ты, кстати, что заказывать будешь?

– Цитрусовый фреш, – отвечаю лаконично и откладываю меню.

Мила сразу же корчит недовольную мордочку.

– Фу. Как ты это пьешь вообще?!

– Отлично пью, я себе еще и из огурцов и брокколи фреш делаю и соленьями закусываю, – пожимаю плечами. С беременностью мои вкусы изменились, и меня сильно тянет на кисленькое.

Могу ночью проснуться от желания съесть лимон. Хотя раньше не переносила его.

Раньше…

Раньше у меня и жизнь другая была. Мне казалось, что я вытащила звездный билет, когда на одной из выставок ко мне подошел статный брюнет.

– Интересуетесь живописью?

Бархатный голос раздается из-за спины, и я замираю. Словно мелкие электрические разряды проскальзывают вдоль позвонков, напряжение скапливается и концентрируется где-то в животе, а я… я отчего-то даже повернуться не могу. Медлю. И лишь спустя долгое мгновение поворачиваю голову, чтобы утонуть в небесной голубизне взгляда высокого и широкоплечего мужчины, одетого в белоснежную водолазку и темные брюки, с накинутым на плечи темным пальто, которое оттеняет всю брутальную красоту мужчины…

– Вы не отходите от этой картины уже пятнадцать минут.

Вновь бархатный голос, который будто бы обволакивает, и я на мгновение теряюсь. Ощущение странное. От одного взгляда этого мужчины все тело напрягается, и срабатывает единственно верный инстинкт при опасности – бежать…

Но я… я тогда не убежала… меня парализовало…

Возможно, это была та самая любовь с первого взгляда, когда бабочки в животе и даже волоски на всем теле, кажется, дыбом встают, только я потом уже прочла, что это чувство именно сигнализирует об опасности, предупреждая, что перед тобой человек, способный причинить тебе самую настоящую боль, ведь любовь… она очень хрупкая, как мое сердце, которое разбилось…

– Да. Я просто сама немного рисую, учусь…

– Ну что же, давайте тогда будем рассматривать картину вместе. Меня, кстати, Лев зовут, а вас, прекрасная незнакомка?

– Агата…

– Красивое имя… тебе подходит…

Вот так резко Царев перешел на «ты». Мой муж всегда был таким. Напористым. Быстрым на принятие решений, а я… я была просто глупой и наивной девчонкой, которая влюбилась по уши во взрослого мужчину, который стал моим первым…

– Я вот думаю, из-за всего этого ажиотажа Пашка мне и решил предложение сделать… – вновь вырывает меня из мыслей голос подруги.

– В чем же ажиотаж? – вновь переспрашиваю.

Мила машет рукой… Глаза свои зеленые закатывает и выдает высокомерно:

– Владелец авиакомпаний пожаловал. Собирается здесь новый аэропорт строить. Бешеные деньги будут направлены в бюджет и инфраструктуру. Но Паша говорит, мэр его как огня боится. Жесткий мужик. Хотя… наверное, другими олигархи и не бывают…

Что-то в беззаботных словах подруги меня царапает. Сильно. Очень сильно…

Потому что я знала одного такого мужчину. Жестокого и беспощадного. Мой муж… бывший муж… один из самых влиятельных бизнесменов страны…

Когда я с ним разводилась, он был, конечно, достаточно обеспеченным, Лев годами работал над проектом, который все-таки выстрелил, а успех муж решил отпраздновать, разложив секретаршу на столе…

Вновь из-за воспоминаний меня тошнить начинает, и я сглатываю ком. Токсикоз у меня давно прошел. Еще в конце первого триместра. Но сейчас…

Сейчас ощущение, будто под ложечкой сосет, не проходит, и тяжесть какая-то нападает…

Поворачиваю голову и смотрю в огромное панорамное окно ресторана, за которым настоящая метель бушевать начинает. Снежинки кружат и ударяют в стекло. Природа гневаться начинает, словно мстя за солнечные дни, которых в этом году было аномально много…

Казалось, что зима и вовсе не настанет, но вот она… пришла красавица, обрушиваясь всей своей мощью.

Игра снежинок отвлекает от болезненных мыслей. Я запретила себе думать о Льве. Запретила. Даже телевизор не смотрю и новостные ленты пролистываю, потому что слишком велика вероятность напороться на лицо мужчины, который растерзал мою душу, нанес сокрушительный удар и уничтожил нашу семью.

– Ну все. Мы готовы сделать заказ! Где официант?

Слова Милы привлекают мое внимание, я поворачиваю голову к девушке и замираю.

Мне кажется, что мир останавливается, и моя душа рвется в клочья.

Сердце… все то, что от него осталось… буквально разрывается…

Хочется даже ущипнуть себя. Сильно. Больно. Чтобы очнуться, потому что… этого не может быть…

Этого просто не может быть…

Но боль не отрезвляет, а я… я смотрю на высокого брюнета, который входит в зал ресторана, а рядом с ним… рядом с моим бывшим мужем женщина… которая буквально висит на его локте, не оставляя ни малейших сомнений в том, что он теперь с ней…

Глава 2

Мне кажется, что я в какой-то сон попадаю. В кошмар наяву…

Потому что… не может быть Лев Царев на краю нашей страны! У него свой бизнес в столице. Хотя… командировки у него часто бывали. Но… я никогда не могла ожидать, что Царев приедет сюда. В этот город!

Я не могла ожидать такого удара! Не могла!

Хотя… Лев привык бить в самое сердце именно тогда, когда не ждешь.

Этот урок я усвоила. Он стоил мне моего сердца. И моря слез…

Я до сих пор не могу забыть, не могу стереть. Хотя отчаянно пытаюсь.

И вот взгляд словно приклеивается к высокой фигуре моего мужа, хотя мне бы спрятаться и испариться, не привлекать к себе внимания, но я… не могу!

Впиваюсь в бывшего мужа взглядом. И с ужасом для себя понимаю, что… Лев… все такой же. Властный. Сильный. Приковывает к себе взгляды.

Одет идеально. В деловой костюм, на котором, кажется, ни одной соринки, ни одной складочки нет.

Белоснежная сорочка. Без галстука, как всегда. Я помню, что мой бывший муж терпеть не может этот атрибут мужского гарнитура. Всегда называет удавкой…

Идеальная модельная стрижка. Чисто выбрит. Темные волосы зачесаны назад. Открывают высокий лоб. Темные прямые брови сейчас хмурятся. Собран. Его догоняет невысокий полный мужчина с залысинами, за которым следует целая делегация. У этого мужчины знакомое лицо. Он начинает что-то уверенно вещать Цареву.

Как всегда, когда Лев появляется, он будто бы заполняет все пространство собой, своей мощной и всепоглощающей аурой.

Сглатываю ком. В горле сухо-сухо, и ощущение, что кто-то невидимой рукой схватил меня и давит, лишает кислорода…

Так странно. За время нашего расставания я сильно осунулась, у меня долгое время были синяки под глазами. С последним я решила вопрос, переехав из столицы, когда просто поняла, что не могу рисковать здоровьем своего малыша, а из-за тяжелых переживаний мне поставили угрозу выкидыша.

– Ты должна что-то делать со своим душевным состоянием, Агата. Иначе…

Многозначительный взгляд врача отрезвил, и я приняла для себя кардинальное решение выбраться из депрессии, в которую я погрузилась после предательства мужа.

Я уехала. И сейчас каждый день гуляю по сорок минут на свежем воздухе. Немного поправилась, но врач сетует, что у меня плохой прирост веса… и это на моем сроке…

Всему виною Лев. Вернее, мое душевное состояние из-за потрясения, которое пережила.

А вот на бывшем муже наше расставание, кажется, не оставило ни единого следа. Он все так же хорош собой. Собран.

Рядом с ним свита… сразу понятно, кто именно здесь хозяин положения.

А еще… мой взгляд все-таки соскальзывает на яркую брюнетку в провокационном облегающем платье. Вроде бы и закрыто, но… я даже со своего места угадываю, что под гладкой черной тканью, которое сидит на брюнетке как влитое, нет белья.

У нее грудь торчит так, что не остается сомнений в том, что там… ничего нет…

И этой самой грудью брюнетка трется о руку моего бывшего мужа, в которую вцепилась как клещ!

Ревность и злость вновь поднимаются в груди, давят на грудную клетку с новой силой.

Я буквально прирастаю к стулу. Я дышать не могу. Кажется, что моргнуть и то не могу!

Меня просто выворачивает наизнанку от чувств, переполняющих и разрывающих меня на части!

– Малышка моя… Агата… ты как тот самый драгоценный камень…

– Прекрати, Лева… ты… ты меня смущаешь…

Улыбаюсь, а сама утыкаюсь носом в мужскую шею, делаю глубокий вдох, впуская в легкие аромат терпкого парфюма мужчины, который покорил мое сердце.

От Царева будто зимой пахнет… холодом и изморозью… Но этот ледяной аромат греет мое сердце, и мне хочется только лишь посильнее вдохнуть, впитать в себя запах любимого мужчины…

Слегка тянет меня за волосы, заглядывает в мои глаза, и мне кажется, что я тону в голубом небе… потому что у Льва очень интересные глаза, оттенок прозрачный, чистый, голубой, каким бывает небо в теплый летний день, и на дне этих глазах я свое отражение вижу.

Влюбленная девчонка, у которой не было ни малейшего шанса сопротивляться опасной харизме мужчины, почему-то решившего сделать меня своей…

– А мне нравится, как ты смущаешься, Агата… До безумия нравится, как у тебя очаровательно краснеют щечки и ямочки появляются, когда ты вот так смущенно улыбаешься…

– Лева… ты… ты сердцем моим играешь, знаешь? – спрашиваю неожиданно серьезно, понимая, что до безумия влюбляюсь в мужчину, безоговорочно отдаю ему свое сердце.

И это… это очень пугает… Вот так раскрыться перед человеком, позволить ему проникнуть в себя, в свою душу…

Я никогда не влюблялась, всегда была зациклена на учебе, хотела строить карьеру, а уже потом позволить себе полюбить…

Но судьба… вертит нашими жизнями так, как ей угодно…

Вернее, Лев Царев, который, как тайфун, ворвался в мою жизнь и не дал мне ни малейшего шанса на спасение…

Улыбается, проводит пальцами по моей щеке, ласково убирает прядку за ухо. Мне кажется, что Лев мною любуется, и такое внимание взрослого и серьезного мужчины… обескураживает…

– Я хочу узнать тебя получше, Агата… Я хочу связать с тобой жизнь…

Глава 3

– Ничего себе! Агата… ты видишь то же самое, что и я вижу?!

Возглас Милы заставляет меня вздрогнуть. Скорее всего, вопрос подруги риторический, но мне самой до боли хочется спросить.

Видит ли она ровно то, что вижу я, потому что прямо сейчас оживает самый страшный мой кошмар наяву…

Сколько я не видела его?! Кажется, бесконечно долго, и вместе с тем ощущение, что мы расстались вчера…

Боль сковывает сердце. Берет в тиски. Благо Мила так увлечена, что не замечает моего состояния.

– Это же мэр наш! Точно!

Голос подруги мне кажется чрезвычайно громким, привлекающим ненужное внимание.

Я не хочу, чтобы мой бывший муж заметил меня! Не хочу попасть ему на глаза!

Мне нельзя! Нельзя, чтобы он видел, потому что мой живот не спрятать, а я… я ушла, решив для себя, что важнее всего здоровье моего малыша и мое душевное состояние…

И вот сейчас… в эту самую секунду я буквально оказываюсь не готова к такому…

– Вот это мужчина рядом с Асафьевым… Агата… боже… у меня сейчас слюнки потекут…

Приторно-сладкий голос Милы бьет по нервам. Так и хочется едко заметить, что мы пришли сюда отмечать… ведь ей наконец-то сделали предложение!

Ревность. Глупая. Непозволительная. Конечно, я знаю, как именно мой бывший муж действует на женщин, просто мне когда-то казалось, что только я для него важна, только меня он любит, потому что выбрал.

– Ты… ты серьезно?! Жизнь со мной связать?!

Смотрит уверенно, с высоты своего роста, а я… кажется, что за спиной крылышки раскрываются хрустальные, чистые, будто слеза ангела. Моя любовь и была такой – огромной, чистейшей, подобно самому настоящему горному ручью…

– Да, – опять короткий утвердительный ответ.

– Лева, это… как? Ты… что мне сейчас предложение делаешь?!

Спрашиваю в полном шоке, а сама ощущаю, как у меня в глазах колет. Я почти плачу от переполняющих эмоций, но все равно не верю, что слышу…

– Я бы предпочел сделать предложение иначе. С огромными подарками, шарами, выпущенными в небо, и кольцом в несколько карат…

Качаю головой.

– Зачем мне вся эта мишура, Лева? – вновь вопрос слетает с моих губ, и я улыбаюсь светло и счастливо, а сама глаз оторвать не могу от мужчины, который ворвался во мою жизнь подобно цунами, сметающему все на своем пути.

– Как зачем?! Мне как-то казалось, что девушки любят жесты. Чтобы что-то запоминающееся и масштабное, чтобы потом запилить процесс в социальные сети и собирать восторженные отзывы.

Запрокидываю голову и смеюсь. От души и действительно до слез. Лев обладает очень тонким чувством юмора, а еще он циничен и язвителен, и этот контраст придает его шуткам какой-то неуловимый, но убийственный шарм.

Я видела, как особой иронией он способен ввести собеседника в состояние полнейшего шока, но в случае со мной по его бирюзовым глазам, по легкой улыбке я вижу, что он действительно шутит.

– Мне не нужно все это, Лева. И удивлять никого каратами я не хочу. Подари мне простенькое обручальное кольцо, золотое и гладкое.

Приподнимает бровь, а я сама удивляюсь своей смелости, но прямо сейчас я открываю все свои мысли мужчине, который стал для меня единственным.

– Странная ты девушка, Агата. Самый настоящий драгоценный камень. Почему не хочешь бриллиант или агат в несколько карат?

Пожимаю плечами. Не верю, что мы с Царевым на полном серьезе обсуждаем вопрос обручального кольца.

– Потому что бабушка говорила: если хочешь жизнь без сучка и задоринки, чтобы гладко все было, нужно вот такое колечко…

Смотрит на меня внимательно. Всматривается в мои глаза, проводит пальцами по скуле, будто решение принимает.

– Значит, выберем кольцо ровное и без камней… Не знал, что ты суеверна, Агата…

– Не суеверна, просто… бабушка много мне всего интересного рассказывала, и я… запомнила ее завет, пообещала, что обязательно такое колечко обручальное у меня будет…

– Мы проживем с тобой жизнь, ровную, гладкую и долгую, – выговаривает ровно, обволакивает бархатными интонациями глубокого голоса, а затем добавляет игриво: – Только при одном условии…

Опять улыбаюсь. Улыбка, кажется, с губ моих сойти не хочет.

– Каком условии, Лева?

Вновь улыбается, на этот раз обнажая свои белоснежные зубы со слегка выдвинутыми вперед клыками, как у настоящего хищника.

– Если ты скажешь мне «да»…

Вновь смеюсь, обнимаю Льва за шею, немного приподнимаюсь на цыпочки и отвечаю свое заветное:

– Да…

Оглушительный поцелуй, и кажется, что мир взрывается ярчайшими красками, и я… я действительно верила… верила, что у нас с Левой будет все «долго и счастливо», но так… не случилось… Лев был прав, и простое колечко оказалось глупым предрассудком, потому что муж сделал свой выбор и разрушил наш брак…

Глава 4

– Да… Кому расскажу, не поверит! Смотри, Агат! Это, видать, тот хозяин самолетов-вертолетов, заводов-пароходов, – со смешком выдает Мила.

А я лишь неопределенно хмыкаю под нос, потому что мне кажется, я сейчас говорить не смогу, голоса лишилась, меня словно тисками сжали и держат за связки.

Не дожидается от меня внятного ответа подруга и не замечает моего шока, поясняет, думая, что я просто не понимаю о ком именно речь:

– Ну… Агат… Это же тот самый бизнесмен, которого все, как огня боятся! Это он у нас будет строить новый аэропорт… Красавчик… какой… но вот смотришь на такого и понимаешь, что на таких самцов табличку нужно вешать: не подходи – убьет!

Вздрагиваю. Сейчас я даже благодарна Миле, потому что она меня своей болтовней вытаскивает из воспоминаний, который обрушиваются на меня подобно лавине.

После того как вычеркнула из жизни мужа, я запретила себе думать о нем! Запретила вспоминать, потому что это слишком больно…

Потому что, как и в любой семье, у нас с Левой было счастье, была любовь и есть много теплых воспоминаний, которые выжигают душу, стоит только открыть этот чертов ящик Пандоры!

А мне нельзя! Мне волноваться нельзя… У меня и так не самая легкая беременность, и всему виною ужасающий стресс, который я перенесла, и его последствия, с которыми продолжаю бороться!

Для меня исключительно важно сейчас только благополучие моей малышки! И я готова защищать свою крошку! Даже… от бывшего мужа…

Поэтому я просто опускаю голову как можно ниже и начинаю пялиться в свой телефон.

Я всячески избегаю возможного зрительного контакта с Царевым. Я, черт возьми, готова невидимкой стать, только вот с каждым мгновением мое сердце все больше сходит с ума!

Мне отчаянно хочется еще хоть один разок взглянуть на бывшего, но… останавливает звонкий сексуальный смех его спутницы. Вызывающий. Вульгарный.

У меня дрожь по коже мурашками расползается, когда этот голос слышу…

Мой муж с другой женщиной! И им чертовски весело! Он живет свою лучшую жизнь! Вычеркнул меня из своей жизни по щелчку пальцев!

Он только лишь спросил, чего я хочу! Он даже не попытался вымолить прощение, сказать хоть что-нибудь в оправдание…

Хотя… Лев Царев никогда не оправдывается и не сожалеет о содеянном. Я знала, за кого замуж выходила, и этот характер первоклассного бойца вызывал у меня трепет и жар в области сердца. В таких мужчин невозможно не влюбиться, но после себя они оставляют только выжженную пустыню, пепел и прах…

Это он и от меня оставил… уничтожил… и только моя беременность была тем спасательным кругом, за который я держалась из последних сил…

Моя малышка… мое маленькое чудо… мой ангелок…

Еще не родилась, а уже спасла свою мамочку, заставила ее жить и бороться…

Я слышу цокот каблуков. Все мое сознание фокусируется на делегации, которую возглавляет Царев. Я его… всегда чувствовала, словно на подкорке, и в какой-то момент я ощущаю эту давящую энергетику, которая словно обрушивается на меня тонной своего веса, придавливает…

Мое дыхание учащается, звуки исчезают, мир будто бы останавливается в своей спешке, и я… очень медленно поднимаю голову, потому что мне кажется… что я ощущаю на себе тяжесть давления до боли знакомой энергетики.

Мир будто замирает. Все прекращается. Я словно зависаю в моменте и слышу только биение своего сердца, которое с каждым ударом словно отсчитывает точку невозврата,

Этакий стоп-кадр, который бывает в фильмах, прежде чем локомотив собьет преграду и прорвется к цели, вот и сейчас я делаю глубокий вдох горящими от напряжения губами и, наконец, отрываю взгляд от экрана своего телефона, где изображены снежинки…

Не знаю почему, но снег меня всегда успокаивал. С детства любила наблюдать за тем, как снежинки падают с небес, а еще рисовала их на окне, да я их до сих пор рисую, выпуская пар изо рта…

Все же галерист во мне все еще жив и находит воплощение своей любви к искусству даже в детских рисунках и поделках, которые мы всем классом делаем.

Уже сейчас наш класс является самым красивым в школе, потому что мы с ребятами его нарядили к приходу зимы, и каждый из моих учеников внес свою лепту…

Я нашла себя… я перенесла предательство и развод… я снесла удары судьбы, отстаивая свои ценности… я слишком много поставила на кон…

В этом городе у меня жизнь, я создала свой уютный и теплый мирок, окружила себя людьми, с которыми мне приятно общаться, ребятишками, с которыми у меня самые теплые отношения, потому что, как оказалось, быть учителем младших классов – это тоже мое призвание…

И сейчас… в эту самую секунду я ощущаю, как созданный мною мир просто рушится, потому что я наконец приподнимаю голову, больше не в силах выносить адового давления тяжелого внимания, которое обрушивается на меня, кажется, с новой силой.

Секунда. Один вдох. Взмах ресниц, и… я сталкиваюсь с голубыми глазами моего мужа, которые в этот момент пронизывают меня подобно ледяной изморози…

Глава 5

Кажется, что тучи сгущаются над моей головой, и где-то вдали то ли молния шваркает, то ли метель со всей силой в эту самую секунду ударяет в огромное панорамное окно ресторана.

Мы столько не виделись с Левой…

Столько не виделись…

И я надеялась, что у меня все отболело, что рана заросла и мне не может быть настолько мучительно больно…

Лев, кажется, тоже замирает, он останавливается, и мэр рядом с ним сбивается с шага, останавливается, как и спутница моего бывшего – роскошная женщина модельного типажа…

Волей-неволей… я рассматриваю эту пару. Моего бывшего мужа и его новую даму сердца, видимо…

Царев огромный и мощный, широкоплечий, и рядом с ним эффектная женщина, которая в недоумении смотрит на моего мужа…

Подходит ли она ему?

Мне неважно. Его личная жизнь меня не касается!

Между нами все кончено!

У Льва – своя жизнь, у меня – своя. Наши орбиты не пересекаются!

Мэр что-то терпеливо выговаривает, словно не рискуя двигаться, не получив добро Царева. А вот женщина, которая вцепилась в локоть моего бывшего, пытается отследить его взгляд, и какой-то женской интуицией поворачивает голову и начинает искать источник интереса своего спутника…

Среди заполненных столиков ресторана эта женщина безошибочно находит меня и останавливает свой цепкий взгляд самой настоящей змеи. Я бы сказала, королевской кобры. И я даже отсюда могу разглядеть оттенок ее глаз. Зеленый. Яркий, кислотный.

Проходится по мне высокомерным взглядом и кривит алые губы, подчеркивая, что конкурентки во мне явно не видит.

Тянет улыбнуться в ответ так же снисходительно, потому что таких моделей в жизни Царева не перечесть. Они были до меня, а затем я с болью поняла, что и во время нашего брака все было не так радужно, как я мечтала…

Ну и после меня, думаю, бывший себе ни в чем не отказывал.

Эти мысли отравляют нутро, вновь будто на языке кислотный вкус появляется, и мне отчаянно хочется броситься куда-то прочь, но… я лишь выпрямляю спину и вновь перевожу взгляд на Царева.

Бывший муж смотрит на меня. Холодный взгляд. Пронизывающий. И… мне кажется, что там проскальзывает какое-то чувство… ослепительно яркое, обжигающее… но я не могу понять, что именно, ощущение такое, что там на мгновение ненависть вспыхивает и жуткая ярость.

Но спустя мгновение муж моргает. Разрывает наш зрительный контакт и поворачивает голову в сторону замершего в нерешительности мэра.

Царев возвышается над всей делегацией и воспринимается будто скала, которая может раздавить любого, кто попадется на его пути.

Короткий кивок и… они проходят в сторону, удаляются, занимая места в другом конце зала…

– Агата… мне… сейчас почудилось, или Царев этот на тебя смотрел? – будто из-под ваты до меня доносится голос подруги.

А я чувствую, как у меня сердце в груди бьется с такой скоростью, словно я только что бежала огромный кросс.

Я дышать не могу, цепляю стакан воды со стола и делаю мелкие глотки, хотя тянет залпом осушить все до последней капли.

Но так нельзя делать. Я знаю… на собственном опыте знаю, как именно нужно пытаться побороть стресс…

Пить мелкими глотками, смотреть на цветные предметы, яркие, привлекающие взор…

Мне кажется, я уже по этой науке могу мастер-класс давать, потому что… мне очень тяжело далось расставание с мужчиной, которого я считала, как бы высокопарно это ни звучало, любовью всей своей жизни…

Наконец, после того как осушаю стакан примерно до половины, перевожу взгляд на обескураженную Милу, которая во все глаза смотрит на меня.

О том, что я была когда-то Царевой… никто не знает… При разводе я взяла девичью фамилию. Стала Малиновской, а мой муж…

Что сказать… у господина Царева очень хорошая служба безопасности, отменная, я бы сказала, потому что так затереть информацию еще уметь надо.

Вся информация обо мне была стерта. Везде. Даже ни одной нашей совместной фотографии в сети не осталось.

Почему я это знаю? Следила ли я?

Нет. Просто… как говорится, мир… не без добрых людей.

Пока еще была в столице и занималась продажей своей галереи, как раз после встречи с брокером случайно пересеклась в одном ресторане… с подругой… ну, как подругой… с женщиной из старой жизни, с которой вертелись в одних кругах, пока я еще была Царевой…

– А ты знаешь, Агата… я… вчера была на одном приеме и там… твоего мужа увидела.

– Бывшего, Вероника. Бывшего, и мне неинтересно, – улыбаюсь нейтрально, пытаясь спрятать за маской равнодушия боль, которая в этот самый момент выжигает все нутро и полощет кислотой.

Так странно… еще вчера эта дама набивалась мне в подруги, а я… я всегда держалась стороной. У меня были подруги, друзья, с которыми я была знакома еще до встречи с Царевым, и… именно они и были мне близки, именно моя Вика приютила меня после оглушительного удара, который я получила.

Моя старая институтская подружка поила меня чаем на крохотной кухне и убеждала не терять себя и не скатываться в депрессию…

Рядом были только близкие люди, а те, кто так набивался в друзья к жене Льва Царева, забыли о том, что я существую, словно по щелчку пальцев.

– Да… я понимаю… бывшего… мы все так удивились… – продолжает вещать Вероника, при этом губы свои накачанные раздвигает в улыбке: – А потом… узнали, что у него семейный статус – в разводе… и теперь Лев Царев опять возглавляет список Форбс богатейших холостяков страны…

Глава 6

– Агата… ты не заметила?! Мне показалось, на тебя…

– Тебе показалось, – раздвигаю губы в улыбке.

Как раз подходит официант и приносит наш заказ. Мила спрашивает о каких-то ингредиентах своего салата, так как она аллергик, но почему-то интересуется содержимым уже после того, как принесли тарелки.

Я же забираю свой цитрусовый фреш и делаю глоток.

Сердце рвется на части. Я хочу спасаться бегством, как любой зверек, который попался на пути тигра и которого хищник может прихлопнуть, даже не оголяя когтей.

Но заставляю себя сидеть на месте. Как ни крути, стол прикрыл мой живот…Благо здесь такая посадка, ну и на мне вещи оверсайз, поэтому я не думаю, что Лева понял, что я беременна, потому что случись это… можно считать, что будет катастрофа.

Я же не хочу этого! Боюсь! Потому что придется объясняться с человеком, который меня предал настолько подло и мерзко. А еще… у мужа друзья в правительстве, он богат и может решить любой вопрос по щелчку пальцев.

Даже наш развод… случился в обход всех правил и канонов.

Лев лишь спросил, а уже на следующее утро я получила в руки документ, говорящий о том, что нас более ничего не связывает.

Вот так вот. Решение вопроса – несколько часов.

А что будет… если всплывет правда о моем положении?!

Что сделает этот бездушный холодный человек, который не пожалел меня?

Я даже не хочу думать о том, что меня может ждать.

Когда узнала, что он все уничтожил, малейшее упоминание обо мне… это был еще один удар. Не знаю, почему я так восприняла, просто оказаться в одну секунду невидимкой оказалось мучительно больно.

Этим Лев показал, что я никто для него, стер, словно меня и не было…

– И все-таки мне показалось, что олигарх на тебя смотрел.

– Зачем ему смотреть на меня? – спрашиваю спокойно.

Мила пожимает плечами, переносится к обсуждению фаворитки Царева, оказывается, пока мы в гляделки играли, подружка и платье ее успела в деталях разглядеть, да и выводы свои сделала.

– Непотребство это! Она под ним вообще голая! Даже я заметила…

Пожимаю плечами. Уж что-что, но обсуждать любовницу моего мужа, хоть и бывшего, выше моих сил.

Делаю глубокий вдох, затем выдох, вновь пью свой кислый коктейль и ощущаю, как моя дочурка пинаться начинает, заставляя изменить положение тела.

Она у меня бойкая, уже сейчас чувствую в ней характер и… мне кажется, я знаю, в кого она такая…

Мила вновь говорит о чем-то, перескакивая с темы на тему. Я понимаю, что я здесь с ней, чтобы праздновать, отмечать, но, когда на душе кошки скребут, очень сложно оставаться в диалоге.

– Агата, ты вообще меня слышишь?! – наконец одергивает меня Мила, и я перевожу взгляд с окна на рыженькую пухляшку.

– Прости, пожалуйста, из меня сегодня неважный собеседник, – улыбаюсь, подмигнув, и поднимаю свой бокал, – но я хочу выпить за твое счастье. Это очень важно – найти своего человека в жизни, и я очень рада, что Паша созрел.

– Ой, пять лет! Пять лет изводил меня! – смеется Милка, сразу забывая о том, что секундами ранее готова была дуться на меня.

– Главное, что вы семьей станете, и я желаю тебе, как жене мудрости, а ему верности. Это самое важное.

Мила закатывает глаза и прыскает.

– Нет бы пожелала больше достатка! А то нам еще ипотеку брать, покрывать ее минимум лет двадцать.

Не выдерживает. Запрокидывает голову и громко смеется, и я не могу в ответ не улыбнуться. Мила незлобивая. У нее что на уме, то и на языке. Простая девушка и понятная.

В принципе, я бы мечтала не встречать никогда такого мужчину, как Лева, а полюбить такого же простого парня, который бы не оставил после себя выжженую душу и вкус пепла на моих устах.

Лев нанес мне такой удар, что я закрылась. И мысли не смогла допустить, что до меня еще хоть кто-то дотронется, но… есть надежда, что однажды, когда я рожу свою девочку и она немного подрастет, я оттаю, и тогда…

– Я хочу богатого… Но полюбила я Пашу, эх… не быть нам, как та модельная стерва, которая о Царева терлась… – вновь шутит, но я решаю донести мысль, которая исходит из моего печального опыта.

– Нет. Это неважно. Достаток не принесет счастья, если с человеком нет взаимопонимания… Поэтому прежде всего я желаю именно этого понимания, а дальше… все обязательно будет!

– Ладно! Праведница! Чокаемся тогда! – вновь улыбается Милка, и я отвечаю ей тем же.

Пусть у меня зудящее напряжение в виске не пропадает, как если бы кто-то на мне сфокусировал взгляд, как сквозь снайперскую винтовку, но я не подаю виду и не собираюсь оборачиваться, а уверенно улыбаюсь и тянусь бокалом к Миле, звонко чокаюсь.

– Счастья тебе, Милочка! Счастья! Счастья! Счастья!

Выговариваю, как заклинание, три раза, надеясь, что хоть у кого-то все сложится правильно, как надо, чтобы душа в душу, чтобы до старости лет вместе и без ударов в спину…

Глава 7

Чокаемся с Милой, и я ставлю стакан на стол, пригубив кислый напиток.

– Ну, давай есть уже, я голодная, а тут вроде кухню хвалят.

Улыбается подруга, а я киваю. Изо всех сил стараюсь выглядеть непринужденной и веселой. Но… это сложно, учитывая, что у меня просто в виске уже зудеть начинает.

Снайперская винтовка. Взгляд в самый прицел. Фокусировка перед выстрелом…

Вот о чем вопит моя интуиция, но если это действительно так, то мне не остается ничего, кроме как изображать веселье и еще раз благодарить мироздание за то, что кресла в этом ресторане имеют высокие спинки, а еще мягкие ручки, и по факту, это еще один барьер, который полностью скрывает мое положение…

Я не думаю, что Царев снизойдет до того, что лично подойдет к своей бывшей жене. Между нами все кончено. Именно так было сказано, и недвусмысленно. Связь разорвана, и документ о разводе мне был выдан на руки.

Лев даже лично документы мне не передал. Конечно. Зачем ему?! У него на все случаи жизни есть свой вымуштрованный персонал.

Мне передали документы на руки его адвокаты, а еще в папке с барского плеча лежал номер счета с суммой. Большой суммой. Видимо, так Лева решил от меня полностью откупиться, или же его все же мучила совесть?!

Отмахиваюсь от этой мысли. Нет. Хоть о чем-то сожалеть… это не про Льва.

Он бросил мне свою подачку в виде денег. Да огромных просто. Но я не притронулась ни к копейке. Ничего не хотела от него брать. Ни на что не претендовала. Громкого развода и дележа имущества не было.

Во-первых, я не хотела ничего, а во-вторых, Лев Царев не тот человек, с которым бы прокатило подобное. Всякие эти киношные бракоразводные процессы со знаменитостями не имеют никакой реальной связи с миром реально больших денег и бизнесменов, которые имеют корпорации, чей внутренний оборот соотносим с ВВП средней страны.

С такими, как Царев, нельзя воевать и попытаться взять хоть что-то… Он мог лишь сам дать, снисходительно, сумму с безумным количеством нулей… а вот в моей воле было не брать, и я отказалась. Молча выбросила документы по счету на мое имя в урну и ушла…

У меня оставалась только моя галерея. Подарок Льва. Да… Которую я своими руками подняла, где проводила благотворительные выставки и помогала детям…

Я жила своей работой, своей профессией, и моя галерея была моим домом, но… оставить ее Льву я не смогла. Это было выше моих сил. Я не взяла ни единого украшения, подаренного мужем. Как пришла с одним чемоданом, так и ушла налегке, потому что я его любила…

Я вышла замуж за человека, а не за звонкое имя и прочие регалии Царева. Он покорил меня, как мужчина… и я дура влюбилась без оглядки, забывая, что я совсем не подхожу миру и укладу Царева…

Моя галерея была всецело моим творением, и… я ее продала. С болью в душе, с еще одной кровоточащей раной, потому что… не хотела, чтобы он касался того, что представляло для меня ценность…

Одну ценность он уже растоптал. Наш брак. Мою любовь…

А вот галерею… не отдала я… помню, как пришла ночью и под удивленный взгляд охранника вошла и села на скамейку, а сама рассматривала рисунки детишек, на каждой картине было столько цвета, радости, солнца…

И это так резонировало с той тьмой, которая обрушилась на меня после предательства, что я просто позвонила брокеру и высказала свое согласие на продажу самого ценного, что у меня было.

Я боялась, что эта ценность для Льва ничего не значит и он… передарит эту галерею своей любовнице…

Вновь кадры ошпаривают… я не забыла… ничего не забыла… и то, что видела в кабинете мужа… стало кошмаром…

Поэтому сейчас я изо всех сил расправляю плечи и улыбаюсь беззаботно, изображаю радость и веселье, абсолютно не слушая Милу, которая рассказывает очередную сплетню.

Я внутренне отсчитываю секунды. Знаю Льва… он не должен долго засиживаться в ресторане. Его время строго регламентировано.

Хотя… Как знать, может, после встречи с мэром он решит провести время со своей эффектной пассией.

Странно, что при таком вкусе он вообще меня выбрал. Я же ни к одному параметру, к которому привык Царев, не подходила.

Я невысокая. У меня нет растущих от ушей ног, я не увлекалась пластической хирургией…

Я была простой девушкой, к которой он подошел на выставке и заговорил… я даже не знала, кто он…

Лев просто общался со мной непринужденно, как-то незаметно беря в оборот, а я улыбалась и не знала, куда глаза деть, ощущая, как у меня мурашки бегут по телу…

Только вот перед глазами вновь всплывает кадр из прошлого…

– Я хочу пригласить тебя на еще одно свидание, Агата…

Спокойный ровный голос и взгляд пронзительных голубых глаз.

– У меня сессия на носу скоро, и я… не знаю, смогу ли…

Теряюсь от напора мужчины, который не сводит с меня своих пронзительных голубых глаз.

– Сессия… – повторяет улыбаясь.

– Да… Я сегодня выбралась, чтобы немного развеяться.

– И как? Удалось? – делает глоток из бокала.

Я же понимаю, что за все время, что мы сидим со Львом за столиком в очень приятном ресторанчике, говорю только я…

Вернее, мужчина, сидящий напротив меня, задает мне множество вопросов, а я отвечаю… При этом я не замечаю, как выдаю абсолютно все о себе…

В то время как он ни словом не упомянул о том, чем занимается, чем увлекается…

– Да… Я отдохнула и провела время с очень интересным собеседником.

Вновь улыбается и прищуривает взгляд, я же, наоборот, опускаю глаза, не знаю, куда себя деть.

– Ты мне понравилась, Агата, и я впервые готов даже ждать второго свидания. Когда ты сможешь встретиться вновь?

При этом интонации у мужчины какие-то тягучие, словно он сытый кот, который играет с мышкой, что бегает из стороны в сторону, еще не понимая, что выбраться не сможет.

– Можно через неделю, на выходных…

Отвечаю и краснею. И вновь губы мужчины изгибаются в странной улыбке.

– То есть мне ждать неделю до следующей нашей встречи? Я все правильно понимаю? – вновь он уточняет для себя, отыгрывая сильными длинными пальцами ровный ритм на белоснежной скатерти.

– Мне правда нужно сконцентрироваться на важном экзамене, – улыбаюсь, пытаясь загладить свой отказ…

И вновь мужчина слегка наклоняет голову к плечу, рассматривая меня ленивым взглядом сытого хищника.

Мне вдруг на какой-то миг кажется, что стоит моему новому знакомому щелкнуть пальцами – и любой вопрос будет решен так, как хочется ему.

И даже мой отказ для него мало что может значить, потому что есть в нем что-то такое… немного пугающее…

Некий ореол власти, который бывает у особой категории людей, которые действительно обладают достатком и связями.

То, что Лев не простой мужчина, я поняла с первого взгляда, но то… кто он в действительности, до меня не доходило еще долго…

– Ну что же. Значит, через неделю, Агата. Я буду ждать тебя в семь вечера, и на этот раз ты согласишься отужинать со мной. Компромисс так компромисс, – наконец нарушает долгое молчание мужчина, словно давая понять, что права на отказ у меня просто нет.

Что-то внутри щелкает странным томлением, и я просто киваю, решаю не гневить судьбу, да и яркого, красивого мужчину, который все еще не послал меня далеко и подальше, потому что Лев оставляет впечатление человека опытного и привыкшего к женскому вниманию, а тут какая-то пигалица его ждать заставляет…

– Компромисс, – отвечаю улыбнувшись и киваю.

– Я тебя отвезу, – вновь спокойный голос.

Мужчина поднимается, галантно помогает мне надеть верхнюю одежду, и мы с ним выходим из ресторана, а я чувствую на себе взгляды. Немного удивленные и шокированные, потому что я не подхожу мужчине, который возвышается надо мной подобно скале.

Как только оказываемся на улице, сильный ветер ударяет мне в лицо, подбрасывает мои длинные прядки, и я убираю их за уши, неожиданно напарываясь на внимательные голубые глаза, которые, кажется, следят за каждым моим жестом, за каждым движением…

– Спасибо за твое время…

Пытаюсь попрощаться вежливо, но мужчина заламывает бровь и вновь раздвигает твердые губы в улыбке, а я залипаю на его белоснежном оскале, когда задает очередной вопрос.

– Это ты меня сейчас тактично футболить пытаешься, Агата?

Качаю головой, в шоке смотрю на Льва, не зная, что ответить.

– Нет… я… просто… прощаюсь… – отвечаю невпопад.

Мужчина же цепляет мой локоть и делает шаг вперед, я же запрокидываю голову, чтобы смотреть в эти пронзительные и завораживающие глаза, и даже дышать не могу, когда Лев отвечает размеренно.

– Я согласился подождать следующего свидания, девочка, веду себя крайне культурно, так что не пугайся, так, я, конечно, может, и хочу тебя сожрать, но ты пока еще не готова…

– Что? – спрашиваю ошалело, до конца не понимаю: это такая шутка или все предельно серьезно.

– То. Я веду себя как джентльмен и собираюсь довезти тебя до дома. Не стоит делать ноги и бежать, надеясь, что я не узнаю, где ты живешь, или вообще не буду знать о тебе абсолютно все, если захочу.

Странно, но такая тирада лишь заставляет меня улыбнуться и спросить своего нового знакомого:

– То есть ты так предлагаешь меня подвезти до дома?

На мгновение Лев прикусывает губу, а затем запрокидывает голову и смеется светло и искренне, а я… я, как дурочка, залипаю на его белозубой улыбке, на кадыке, который дергается на бычьей шее мужчины.

Я, кажется, влюбилась с первого взгляда, и вместе с тем весь мой организм буквально закричал о том, что нужно бежать, спасаться…

Наконец, отсмеявшись, мужчина вновь тепло смотрит на меня, а затем его рука скользит по моей, и он цепляет мои пальчики, затем кладет их на свой локоть.

– Пошли, Агата, я отвезу тебя домой…

И я согласилась, а Лев… он действительно довез меня до дома и не позволил себе ничего лишнего, лишь когда остановился у старенького обшарпанного панельного дома, бросил короткий взгляд в лобовое стекло.

– Это здесь? Здесь живешь?

– Ага, – ответила я коротко.

Мужчина просто кивнул.

– Спасибо, что подвез…

И вновь смотрю в глаза мужчины, который будто бы присматривается ко мне, словно сомнение какое-то в его глазах проскальзывает, но я не хочу присматриваться. Просто открываю дверь и выскальзываю, а Лев… он не делает ничего, чтобы остановить меня, даже в щеку не целует на прощание.

И я бегу к подъезду, открываю дверь и скрываюсь в темном, немного затхлом помещении.

Только добежав до квартирки, влетаю в нее и ощущаю, как сильно у меня бьется сердце, как оно ломится сквозь вздымающую грудную клетку и только спустя несколько минут до меня доходит, что… Лев…

– Он ведь даже не взял мой номер телефона…

Время шло в беготне и в заботах. Кроме того, что усиленно готовилась к экзамену, подработку никто не отменял…

И все равно, чем больше я была занята, тем чаще ловила себя на том, что цепляла мобильник и гипнотизировала взглядом экран.

Чего я ждала?!

Наверное, звонка…

На меня произвел безумное впечатление мужчина с выставки. Лев… и имя ему сильно подходило, и было в этом человеке что-то, пугающее и манящее одновременно…

Я не знаю, какой может быть влюбленность или же первое чувство, но… каждую свободную минуту я думала об этом мужчине, вспоминала нашу встречу, кадр за кадром в воспоминаниях воскрешала наше общение и понимала, что… мне с этим мужчиной не по пути.

Не знаю, откуда взялась во мне такая установка, возможно, я просто трезво оценивала свои шансы, но… мечтать-то мне никто не запретил бы, поэтому в мечтах я рисовала наши встречи, случайные и не очень.

Мне хотелось вновь повстречаться с неожиданным знакомым, хотелось по-настоящему увлечь такого мужчину, только вот сознание отвечало, что для такого искушенного человека я вряд ли могу представлять хоть малейший интерес…

А учитывая, что он не звонил и не появлялся, все становилось яснее некуда.

И хоть я могла его молчание оправдать тем, что… он не взял мой номер, но другая моя более рациональная сторона твердила, что для такого человека узнать номер телефона – не большая проблема.

А если после встречи тебе не звонит мужчина, если он не делает попыток встретиться, все предельно ясно…

Как-то после смены в магазине обуви, где я подрабатывала с подружкой, я опять зависла, и Катя меня ударила в бок.

– Ты что-то в последнее время сильно в облаках витаешь. С чего бы?

А мне… глупой девчонке очень захотелось поделиться своими переживаниями, потому что… я очень хотела, чтобы тот мужчина не исчезал из моей жизни, но я сама поставила четкие рамки.

– Дура ты, Агата. Как есть дура, – выдала Катька, когда мы с ней сидели в кафе и ели мороженое, которое мне сразу же показалось каким-то горьким.

– Почему?

Удивляюсь и поднимаю глаза на симпатичную шатенку с густо накрашенными глазами.

– Да потому! Тебе такой кадр попался! А ты…

Машет рукой на меня и выдает с нажимом:

– Деревня. Что взять-то?!

– А у меня действительно напряженный период… и…

– Дура ты, Агата. Таких мужиков надо горячими брать и на все соглашаться, – Катерина поднимает указательный палец, будто подчеркивая все, что говорит, – тебе мешок с деньгами попался, да еще, судя по всему, и красавец молодой, а ты… ты себя решила подороже продать, но как-то переоценила силы. Ничего. В следующий раз будешь умнее…

– Что ты несешь, Кать?!

– Правду. Такой шанс выпадает раз в жизни. И ты, Агата, его прошляпила. С чем тебя и поздравляю.

Больше мне кусок в горло не полез. Подруга вещала о чем-то еще. Учила меня жизни и говорила, что вот везет некоторым, а ей не везет, и что она бы такой шанс точно не пропустила…

В тот день я вернулась домой разбитая и в слезах, потому что до меня дошло, что Лев не взял мой номер телефона и просто… после нашей встречи прошло уже столько дней, а он никак не объявился…

Глупая я рисовала себе кадр, как спускаюсь и меня ждет мой принц с букетом и со словами, что сильно скучал.

Бред, конечно. Чем больше дней проходило, тем больше я понимала, что… мне с тем мужчиной действительно не по пути, просто потому, что… ну где я и где он?!

Глупо предполагать, что умудренный опытом мужчина, обладающий властью, решит еще раз встретиться со стремной девчонкой, которая просто убежала от него.

А ведь я действительно убежала, разве что пятки не сверкали, а еще сердце билось, как сумасшедшее. Будто птичка, пойманная в силки. Не иначе…

Вот так…

Только почему я плакала перед сном и отчаянно желала, чтобы мы хоть еще один раз встретились…

В день экзамена я проснулась изможденной и разбитой, хотя занималась долго и упорно, но ощущение было впервые в жизни очень странное. Словно экзамен – не самое важное в жизни…

Хотя я училась на бесплатном и успеваемость была важным критерием, иначе бы я не сохранила свое место.

Утром я не стала приводить себя в порядок, краситься. Просто завязала волосы в хвост, надела белую рубашку и джинсы в обтяжку, взяла рюкзак и спустилась.

Сердце, как всегда, стукнулось о ребра в предвкушении и с ясным желанием увидеть того самого мужчину из галереи, но… в столь ранний час улицы были пусты, а я… вздохнув, направилась к остановке.

Автобус приехал в срок, и я села у окна, достала свой конспект и начала повторять материал, который, казалось, уже заучила наизусть.

В университете также все было как всегда, я вошла в экзаменационную, вытянула билет и… ответила быстро и четко.

Затем последовали вопросы, и заветная высшая отметка была получена, я же вышла в коридор и ждала Катю, у которой дела были похуже, чем у меня.

Наконец подружка вышла, хлопнув дверью.

– Задрал, старый хрен! Ей-богу! Когда этого Смирнова на пенсию пихнут?!

– Сдала? – спрашиваю спокойно.

– Да. Чуть на ликвид не отправил. Старый пень.

Катя бросила рюкзак на подоконник и обернулась ко мне, затем оглядела меня с ног до головы и поинтересовалась улыбнувшись:

– Ну что, отличница. Экзамен сдан. Неделя прошла. Где же твой принц?

Я же выдавливаю из себя улыбку и пожимаю плечами. Прячу за беззаботностью тревогу и печаль.

Потому что мы договаривались о встрече…

Хотя…

Глупо, наверное, я поступила, и Катька права, нужно было мне быть посговорчивее, но… я так не умею.

А тот мужчина… Лев… он в душу мне запал. С первого взгляда. До сих пор, как вспоминаю наш разговор, то, как смотрел на меня, у меня мурашки на коже вновь просыпаются.

А еще… я помню, как он меня к себе прижал на улице, и это ощущение действительно будоражащее… потому что у меня дыхание перекрыло…

– Нам с тем человеком не по пути… – отвечаю наконец Кате.

– Не по пути. Конечно.

Кивает. Одобрительно так, а мне… мне отчего-то больно становится от этого понимания.

– И… он на самом деле меня сильно пугал… Было в нем что-то такое… звериное… – пытаюсь подобрать верные слова, потому что… в тот момент, когда Лев взял меня за локоть и навис на улице, пресекая мой побег… от него веяло опасностью, и в глазах небесно-голубых будто бы лед проскальзывал. – А еще моя бабушка говорила, что «все, что ни бывает, к лучшему». Вот.

Улыбаюсь Катерине, которая смотрит на меня как-то свысока и одобрительно.

– Права была твоя бабка. Верно говорила. Не по зубам тебе был тот мужик. Ну и… может, он маньяк какой… мало ли…

– Ты чего такое говоришь?

– Ну а что?! С чего бы такому человеку студенткой интересоваться? Там по щелчку пальцев модели и актрисы штабелями укладываются… а ты… Агата… ну по-честному, симпатичная девчонка, но не калибр, уж прости.

– В смысле «не калибр»? Это что означает?! – задаю вопрос как-то устало, уже теряя интерес ко всему этому…

– Лев твой, судя по всему, мужчина опытный, ну и… в общем, рядом с такими всегда всякие там девицы из высшего света крутятся!

– Я поняла. Кать. Давай тему сменим?

Устаю от этой беседы… да еще и чувствую, как внутри меня разливается обида и горечь. Конечно, Катерина рубит правду-матку, я сама все прекрасно понимаю, чувствую… но… это не отменяет моего разочарования, потому что Лев оставил впечатление человека, который держит свое слово.

Не знаю…

Было в нем что-то такое. Надежное. Мне отчего-то казалось, что раз сказал он, что мы встретимся через неделю, значит, так тому и быть…

Свидание. Приглашение на ужин…

Я помню все слова. В мельчайших подробностях все помню. Вплоть до интонации, а теперь… теперь вот понимаю, что действительно напридумывала себе невесть что!

А ведь за всю неделю Лев даже мне не позвонил… если бы захотел… мог бы встретиться со мной, пусть случайно, ну или хотя бы один звонок…

Хотя… такого можно было ждать от парня моего возраста, но никак не от мужчины…

Вздыхаю тяжко. Даже отличная оценка меня не радует.

– Девчонки! Айда праздновать с нами завершающий экзамен! Отстрелялись!

Появляется из-за спины сокурсник Димка и улыбается щербатым ртом, я же смотрю на шатена, который с первого курса за мной пытается приударить, и ощущаю… что-то, очень напоминающее омерзение.

Странно. Но… я никогда к себе никого не подпускала и особо желания не было. Те поцелуи, которые у меня выбил Дима в кино, не в счет.

Мне не понравилось. Слишком липко как-то и холодно… слюняво…

И вновь на мгновение я ловлю себя на том, что очень хочу понять, каково это, когда тебя целует такой мужчина, как Лев…

– А куда намылились? – влезает в беседу Катя, пока я пытаюсь переварить услышанное и как-то уже начать адекватно реагировать на то, что происходит вокруг.

– Да в клуб решили, пойдете? Марк у нас устроился в один барменом работать. Крутой такой. В центре. Вот собираемся по знакомству пропихнуться…

Пока Дима вещает о возможности, которая нам улыбнулась, так как в такой клуб никогда бы мы не прошли без протекции сокурсника, только устроившегося на хорошее место, я вижу, как у Кати глаза гореть начинают.

– Да ладно?! Ты что, реально в клуб в центре нас проведешь?!

Голос Кати звенит от напряжения, я вполуха прислушиваюсь к разговору сокурсников, сама же вновь почему-то проверяю телефон.

Отчаянно хочется получить хоть малейшую весточку от мужчины, который так внезапно ворвался в мою жизнь и перевернул все вверх дном.

Я никогда не признаюсь Кате, но… мне Лев даже во сне снился, его профиль, резкий такой, острый и взгляд… а еще… мне снилось, что мы встретились и у меня случилось лучшее свидание в жизни…

– Агата! Ау! Земля вызывает! Ну ты чего… пойдешь?! – выбивает меня из мыслей голос Димы, который бросает взгляд то на меня, то на Катю.

Я же, в свою очередь, останавливаю взгляд на подруге, на губах которой расплывается заговорщицкая улыбочка.

– Ну что? Пойдем хоть раз в жизни повеселимся, или вечер проведешь, гипнотизируя телефон, желая получить звонок от своего прЫнца?! – подтрунивает надо мной Катерина, давая понять, что ничто не ушло от ее внимания, особенно то, с какой надеждой я смотрела на экран своего телефона…

И отчего-то в эту самую секунду в сердце вспыхивает ярость, а еще злость. В первую очередь на себя!

Потому что я, как дура, жду звонка и забыть не могу встречу, в то время как Лев уже и думать забыл о девчонке, которая не может выкинуть этого проклятого мужчину из головы, как дурочка.

– Ну так что? Идешь? – включается в беседу Димка.

Я ощущаю, как у меня даже кровь бурлит в жилах, когда четко и твердо отметаю образ мужчины из своих надежд и отвечаю коротко:

– Да. Иду.

Глава 8

– Так не пойдет, – заявляет Катя и окидывает мой наряд внимательным взглядом.

– Ну я не рассчитывала в клуб идти. В общем-то, я на экзамен нормально одета, – отвечаю спокойно, пока подружка весь свой гардероб вываливает на кровать.

После университета мы пришли к ней в общагу. До моего дома мне ехать было очень долго, да и Катя будто бы почувствовала, что стоит меня отпустить, как я просто откажусь идти в клуб.

Так и сказала.

– Даже не думай слинять. Согласие мы уже дали. Так что идем.

И вот сейчас я наблюдаю за приготовлениями Катьки, которая, по ощущениям, как минимум собирается на конкурс «Мисс мира», перебирая все, что есть в шкафу.

– Кать. Ну ты хоть что-то уже выбери, – устаю от этого мельтешения и смачно кусаю яблоко.

Телефон лежит на кровати. И единственный, кто мне позвонил, – мама. Узнавала, как я справилась с экзаменом, похвалила и пообещала рассказать соседкам, что я молодчинка у нее…

Когда поступил входящий звонок, я вздрогнула, на мгновение показалось, что звонит мне… Лев…

Сердце сначала споткнулось, а потом забилось сильно-сильно, но… стоило взглянуть на экран, как запал пропал и даже до слез обидно стало…

И дело не в том, что я не была рада звонку моей мамочки, просто… я разочаровалась… вот так.

Очень болезненно осознавать, что встреча, которая для тебя показалась самой яркой в жизни, для кого-то была просто мимолетным флиртом, а я… той, о которой даже не вспомнят, а при встрече вряд ли узнают.

Все же Катя изначально была права. Мне бы на все сразу же согласиться, отправиться со Львом, куда скажет, получить все, что может дать такой мужчина, но… тогда это уже была бы не я…

Потому что я просто испугалась. Его напора испугалась. Уверенности.

А сейчас… сейчас сожалею, что, возможно, упустила самый главный шанс в жизни узнать, как бывает, когда за тобой ухаживает такой мужчина. Пусть я была бы для него мимолетным увлечением, но я уверена, что Лев бы сделал все так, что я бы запомнила на всю жизнь…

И мне как-то сразу понятно стало, что этот мужчина не разменивается по мелочам и с ним бы у меня все было по-взрослому, что называется, и серьезно.

И где-то… я бы даже хотела. Коротенькую сказку. Хотя…

Если бы я для него стала девочкой на одну ночь, как бы мне потом было жить с изломанным и разбитым сердцем?!

Мысли скачут в голове, сменяя одну на другую, а горечь вновь поднимается в сердце.

– Очнись!

Вздрагиваю, когда алая тряпка падает мне на голову, стягиваю ее с лица и смотрю на Катерину, которая прижимает к себе ярко-фиолетовое платье, которое скорее похоже на комбинацию.

– Ну как тебе? Сочно выгляжу? – задает вопрос Катерина.

Я окидываю ее взглядом.

– Платье очень короткое и будет на тебе в облипку, плюс ткань прозрачная…

– Ну раз синий чулок забраковал, значит, надо надевать! – отвечает подруга и спустя мгновение натягивает на себя яркую тряпочку, которая в стратегических местах покрыта блестками. – Сюда еще макияж яркий, волосы взбить и поднять наверх… И найду себе какого-нибудь миллионера, а лучше миллиардера. Чего мелочиться-то! – уверенно заявляет Катерина.

Я прыскаю.

– Ты уверена, что мы сдались каким-то там миллиардерам?

Пытаюсь пошутить, но Катерина бросает на меня внимательный взгляд сквозь зеркало и отвечает серьезно:

– В отличие от тебя, Агата, я свои возможности упускать не собираюсь. Это во-первых. А во-вторых. Клубешник улетный. Там действительно денежные мешки обитают, а мы девки молодые и красивые. Должен хоть кто-то клюнуть. И я сделаю для этого все.

Что-то при этих словах в глазах Катерины проскальзывает. Яростное и опасное. Мне даже не по себе становится.

Из нас двоих Катя приехала в столицу с целью именно зацепиться. Найти себе мужчину побогаче и на полную катушку использовать свои внешние данные и молодость.

Я же… немного не от мира сего, как говорят за моей спиной однокурсницы.

Но я не обижаюсь. Я действительно немного в облаках витаю. Но и цели найти себя богатого мужа никогда не ставила. Я на свой факультет поступила, потому что люблю профессию и вижу себя в ней.

А любовь…

Она обязательно придет ко мне. В свое время. Я не спешу.

– Так, ладно. Теперь тобой нужно заняться, – выговаривает Катька и прищуривается.

Начинает рыться в своем шкафу и выуживает оттуда маленькое черное платье.

– Вот. Тебе пойдет.

Я же пожимаю плечами и примеряю вполне себе скромное платье, которое, правда, облепляет фигуру как вторая кожа и значительно короче того, что я позволяю себе носить, но в целом выглядит более чем прилично, учитывая то, что обычно надевает Катерина.

– Я удивлена, откуда у тебя в шкафу завалялось такое платье?

Отвечаю с иронией, но Катька машет рукой и отвечает с улыбкой:

– Тебе в самый раз.

Ничего не отвечаю, сдаюсь Катерине, которая помогает мне собраться.

В отличие от Кати, которая использует косметику по максимуму, я распускаю свои длинные волосы, делаю легкий макияж, акцент на глаза ставлю и подкрашиваю губы блеском.

– Вот, примерь мои шпильки…

Вклинивается в приготовления Катерина, и спустя мгновение на моих ножках красуются туфли на высоченном каблуке.

Я собираюсь, периодически вглядываясь в экран телефона…

– Хватит гипнотизировать взглядом. Не позвонит он.

– У меня батарейка просто садится, – отвечаю, – только и всего.

– Зарядки под твое старье у меня нет. Ничего. Телефон в клубе тебе все равно не понадобится…

Пожимаю плечами и прячу телефон в рюкзак. В принципе, Катерина права. Едем мы вместе с ребятами, потом на месте что-нибудь придумаем.

Спустя полчаса Катя заканчивает свои приготовления и выходит в полной боевой готовности. Я рядом с ней выгляжу, конечно, излишне скромно, но, когда смотрю на свое отражение в зеркале гардероба, мне все равно становится немного не по себе.

Я не привыкла к таким облегающим нарядам. Пусть это маленькое черное платье не экстремально короткое, но все же оно облегает фигуру подобно перчатке и заканчивается на середине бедра. Мне не приходится, как Кате, каждую секунду поправлять подол, чтобы не светить трусами, так сказать, но это скорее из-за того, что я уступаю Катерине в росте, если бы была такой же высокой, как она, наверное, столкнулась бы с подобной проблемой, но вряд ли бы меня тогда Катька уломала надеть подобное непотребство.

Так что…

Я присматриваюсь к своему отражению. Длинные волосы распущены, глаза все же Катя мне подвела, даже тушью прошлась, но мне… подходит. Взгляд становится каким-то задумчивым и томным. Скулы немного блестят из-за хайлайтера, а розовый блеск идеально смотрится на моих пухлых губах.

– Да ты красавица, Агата… – присвистывает рядом со мной Катерина и бросает на меня внимательный взгляд. – Если вдруг я себе найду перспективного мужика, ты рядом особо не крутись, договорились?!

Спрашивает на полном серьезе Катерина, а я брови приподнимаю в удивлении.

– В смысле, Кать?! Мы же туда идем с Димкой и ребятами.

– В прямом. Деревня ты моя дорогая. Мы с ними идем, но в таком месте на каждом шагу миллионер, так что… я туда иду устраивать свою личную жизнь.

Катя улыбается обезоруживающе и смотрит на меня в упор.

– Ты меня поняла?

– Поняла. Ты идешь за знакомствами.

Катерина кивает и вновь прищуривается.

– Не всем, как тебе, везет, Агата, но свой шанс ты проморгала, я же намерена брать все от столицы.

– Я понимаю.

– Если у меня склеится мужик, ты там отболтайся Димке, чтобы на меня не рассчитывали.

Выдавливаю из себя улыбку и отвечаю твердо:

– Хорошо. Прикрою тебя, пока ты будешь личную жизнь устраивать.

– Устрою, Агата, – уверенно выговаривает Катька и кивает, повторяя: – Устрою…

Что-то в словах подруги меня настораживает, но я не успеваю понять, что именно, потому что в эту самую секунду звонит телефон и Катя отвечает.

– Димка! Не вопи! Спускаемся мы! Готовы! Ничего, подождешь! Женщин вообще принято ждать…

Катька явно повышает голос, но и Дима, по всем ощущениям, кричит в трубку.

– Вы бы отличной парой стали, – пытаюсь пошутить, чтобы прогнать собственную тревогу, потому что вновь срабатывает интуиция, ощущение чего-то такого, что надвигается на меня с неумолимой скоростью.

– Да сдался мне твой Дима. Упаси от таких. Мне городской нужен. Перспективный. И желательно взрослый. Чтобы сразу замуж взял.

Киваю.

Иногда задаюсь вопросом: что я делаю рядом с Катериной? Мы совершенно по-разному на мир смотрим, у нас абсолютно разные установки на жизнь, но верно говорят, что противоположности притягиваются…

Понимаю, что, в отличие от меня, Катя именно реалистка, и она правильно сказала, что мне Лев не позвонит.

Вообще, наверное, забыл о моем существовании, поэтому я смело иду с подружкой вниз и сажусь в старую машину Димки, которую он у кого-то купил по дешевке, чем и доволен.

Мы болтаем всю дорогу о мелочах, об успехе и прочем.

– Остальные ребята у клуба ждут уже. Вы запоздали… – отвлекает меня Дима, я же смотрю на огни центра, которые зажигаются светомузыкой, когда пролетаешь на скоростях.

– Ну вот! Прошу! – хлопает в ладоши сокурсник.

Я обращаю внимание на огромное здание. Черное. С зеркальными окнами. Рядом припаркованы дорогущие автомобили. Про толпу, которая собралась у входа, вообще даже думать не хочу, потому что рядом с этими всеми девицами модельной внешности, разодетыми в пух и прах, я… наверное, похожа на монашку…

– А нас точно пропустят? – уточняет Катя, явно также прочувствовав и ощутив уровень этого заведения.

– Конечно. Все пучком, Кать, только мы не с парадного входа зайдем, для нас дверь приоткрыта, что называется, по-черному.

– Пошли. Мне не терпится внутрь попасть! – подгоняет Катерина, а мне хочется просто развернуться и уйти. Только у Димы действительно все обговорено.

Сердце отчего-то пропускает удар, и ощущение чего-то действительно неизбежного надвигается на меня, стоит нам всем пройти в один из самых дорогих клубов столицы…

– Как же тут кайфово! – кричит Катя, пытаясь быть услышанной.

В этом клубе, на мой взгляд, просто жутко грохочет музыка, а также слишком много людей.

Места на диванчиках не нашлось, поэтому мы сели аккурат рядом с баром. Дима как раз ушел решать вопросы с нашим размещением, девчонки ушли танцевать, а я… пью безалкогольный мохито мелкими глотками, рассчитывая растянуть его на остаток вечера.

А лучше… и вовсе отсюда уйти.

Больше поход в этот клуб не кажется мне каким-то радостным событием. Я здесь себя чувствую неловко и… не место мне здесь…

– Пошли танцевать! Чего сидишь?! – вновь кричит Катя.

Я же отрицательно качаю головой.

– Ты иди, а я нам тут место придержу, пока ребята решают…

Катя бросает на меня быстрый взгляд, оценивает ситуацию и кивает, идет на танцпол к сокурсницам, где принимается извиваться в такт музыки, желая явно привлечь чье-то внимание.

Я немного смотрю на девчонок, которые извиваются под светом софитов, и понимаю, что как только кто-то из ребят вернется, попрошу вызвать мне такси. Рассчитывать, что меня кто-то подвезет, не стоит. У всех веселье, а автобусы в этот час уже не ходят, придется раскошелиться на такси, потому что в таком вот виде я не рискну даже в метро спускаться…

И еще… Мне некомфортно от того, что с момента, как мы появились в этом клубе, у меня стойкое ощущение появилось, будто кто-то следит за мной как минимум в прицел винтовки.

Даже в висках свербеть начало, и хочется просто куда-нибудь уползти и спрятаться от такого пронизывающего взгляда…

Я даже обернулась пару раз, но в толпе никого не заметила, подняла глаза на второй этаж, где, по словам Димки, закрытые ВИП-зоны, куда никакие знакомства пробираться не помогут, разве что счет в этом клубе, который открывают от семизначной суммы…

Поэтому за черными зеркальными панелями я ничего не увидела, а вот давление от чужого взгляда не ушло, или же я просто накручиваю себя…

Делаю очередной глоток безалкогольного напитка и выдыхаю зло:

– Дурацкая была идея прийти сюда…

Не понимаю, как проговариваю вслух, и в этот самый момент музыка на мгновение стихает.

– Почему же дурацкая. Замечательная идея. Если бы ты не пришла, вряд ли бы мы встретились…

Следует ответ, и я замираю. Ощущаю, как позвоночник напрягается, и буквально высоковольтное напряжение проходит по всем клеткам.

На долю секунды мне кажется, что я слышу знакомые властные интонации, но… это длится лишь мгновение. Скорее просто улавливаю в голосе мужчины интонации, которые бывают у людей, которые привыкли приказывать.

Поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с довольно-таки респектабельным мужчиной с четкими, резковатыми чертами лица.

И через мгновение бармен ставит передо мной коктейль, который я не заказывала!

– Я угощаю, – уверенно проговаривает мужчина и переводит взгляд с моего лица на грудь, скользит своими цепкими глазами по фигуре. Мне отчего-то хочется поправить юбку, но я гашу в себе эту эмоцию.

– Спасибо, но у меня уже есть коктейль, – отвечаю как можно более корректно, но добавляя металл в голос. Мне не нужны эти знакомства. И мужчина, который по одному виду способен купить все, что хочет, также не нужен…

Я еще от встречи со Львом отойти не могу…

– Нельзя отказывать мужчине в удовольствие сделать приятное женщине, – отвечает незнакомец, улыбнувшись, и от его улыбки мне становится не по себе.

Холодный он. Опасный. Цепкий. Чем-то очень сильно напоминает Льва, но уступает, как шакал уступит льву в мире животных…

– Спасибо.

Отвечаю вновь коротко, ожидая, что мужчина не будет тратить на меня время, но вместо этого незнакомец переходит в наступление:

– Ты красивая девочка. Я тебя здесь раньше не видел. Пришла с кем-то?!

Спрашивает как-то нагло, скользит по мне взглядом, а мне вдруг кажется, что мое вполне себе скромное по меркам этого клуба платье просвечивает как минимум и не скрывает ничего!

– С кем-то, – отвечаю резковато и отворачиваюсь от мужчины, делаю очередной глоток.

Такое внимание мне неприятно. Меня словно глазами раздевают и… такое внимание претит.

Но вместо того чтобы исчезнуть после моего выпада, мужчина лишь смеется.

– А ты забавная. Мне нравится. Идеально себя ведешь, чтобы раззадорить аппетит мужика…

– Я же сказала. Я здесь не одна. Внимание мне ваше неинтересно.

Пытаюсь хоть как-то донести до слегка подвыпившего развязного мужчины, чтобы отстал от меня.

Отчаянно сожалею о том, что вообще сюда пришла, и вообще решаю слезть с высокого стула и, не дожидаясь ребят, уйти куда глаза глядят.

Но мой маневр не удается, мужчина вскидывает руку и с неожиданно стальной хваткой ловит меня за локоть, заставляя посмотреть в суровое лицо.

– Мне нравятся непокорные кошечки. Сейчас научу тебя, как нужно отвечать на внимание мужчины…

Сглатываю ком, когда слышу такие слова, кажется, что жизнь перед глазами проносится, и сердце готово сжаться от боли, локтя почти не чувствую из-за тисков, которые в меня впились, а мужчина тянет меня на себя.

Понимаю, что попала! Капитально так!

Кажется, что сейчас этот мужчина меня поцелует. А потом… даже страшно думать, что может быть потом.

Я отчаянно упираюсь в его широкую грудную клетку свободной рукой, но это мельтешение скорее похоже на трепет крылышками бабочки, нежели на сопротивление грубой силе.

Пытаюсь отбиться, даже уже хочу ударить наглеца, но не успеваю, когда раздается суровый и такой хлёсткий голос, знакомый до боли и полный лютой ярости:

– Убери руки от моей женщины, пока цел.

Глава 9

– Агата! Ты вообще меня слушаешь?!

Резкий возглас Милы заставляет меня вздрогнуть. Резко вылетаю из воспоминаний и смотрю на подружку, которая глаз с меня не сводит.

– Прости… из меня сегодня собеседник не ахти…

– Я вижу, – кивает, – что с тобой происходит? С утра все нормально вроде было? Ты просто сама не своя.

Улыбаюсь горько. У меня внутри цунами и тайфун. Я думала, что… время хоть и немного притупило боль, которую я испытываю до сих пор, но… стоило Льву просто появиться на горизонте, как меня буквально приложило о жестокую реальность и перевернуло все вверх дном в моей душе.

– Ты бледная… – наконец медленно произносит Мила и опускает взгляд на мой объемный живот. – Агат… ты… как себя чувствуешь? Ничего не болит?

Хочется ответить, что болит, но… это боль скорее фантомная, потому что ту часть себя я уже отрезала.

Вернее, не я. А мой бывший, решив перечеркнуть все, что связывало нас…

Понимаю, что мне просто нечем дышать. Неожиданно воздух заканчивается, и я просто понимаю, что больше ни одной секунды не могу оставаться в этом заведении.

Ощущение загнанности, чувство, что вновь ощущаю на себе тот самый давящий взгляд, словно идет отсчет буквально на мгновения.

Я каким-то внутренним чутьем ощущаю, что прямо сейчас… очень может быть, что мой бывший муж может просто подойти ко мне…

Откуда берется это ощущение?

Я поворачиваю голову в сторону и…

– Черт!

Я замечаю, что группа Льва поднимается. С его ростом он не может остаться незамеченным. И… щелчок срабатывает в груди. Будто предостережение.

Бежать. Мне нужно бежать прямо сейчас, поэтому я действую на инстинктах.

Больше просто не могу терпеть, не могу, поэтому я просто поднимаюсь и проговариваю быстро:

– Мила… ты прости меня, пожалуйста… но… мне нужно уйти.

– Что? Куда?

– Прости, я потом объясню! – проговариваю уверенно и цепляю свое пальто, быстро накидываю, забираю сумку и иду вперед, опустив голову, никуда не смотрю, только под ноги.

Моя интуиция кричит о том, что если я хоть на секунду допущу промедление, то уже никогда не спрячусь, не спасусь…

Выход из ресторана уже маячит перед глазами, и сердце мое стучит в груди как сумасшедшее, я почти дохожу, как в меня сбоку влетает кто-то, чуть не сбивая с ног, рядом что-то с грохотом падает.

– Идиотка! А ну смотри куда прешь! Деревенщина! – вопит кто-то на весь ресторан рядом, я же не хочу привлекать внимание. Не хочу, поэтому просто пытаюсь обойти ненормальную, но эта девица вцепляется в мой локоть.

– А ну-ка, извинилась! Из-за тебя я дорогущую дизайнерскую сумку уронила! Ты мне все до последней копейки выплатишь! Готовься работать до конца дней на хлеб и воду!

На меня буквально ушат ледяной воды летит, и я в шоке поднимаю голову, сталкиваясь взглядом с той самой… пассией моего мужа.

Лицо девицы перекошено, надутые губы искривлены. Кажется, я поторопилась, посчитав ее красивой. Отнюдь. Прямо сейчас проступает истинное лицо новой пассии моего мужа.

Я дергаю руку, чтобы отцепить от себя пальцы девицы, но она впилась в меня мертвой хваткой.

Хочу послать эту ненормальную куда подальше, но в этот самый момент до меня доходит громогласный голос с властными интонациями:

– Что здесь, черт возьми, происходит?!

Каменею вся. Голос доносится со спины, но… мне и оборачиваться не нужно, чтобы понять, кто там стоит…

– Лева, эта ненормальная чуть с ног меня не сбила! Из-за нее я повредила сумочку от Биркин… Я эту сумку пять лет в очереди ждала!

Фурия на моих глазах превращается в обиженную невинную овечку, глаза, которые за мгновение до этого будто искры метали, сейчас наполняются влажным блеском, как если бы любовница моего мужа сейчас готовилась пустить крокодиловы слезы…

Даже в моем шоковом состоянии не могу не отметить про себя талант актрисы погорелого театра.

Так и хочется сказать: не волнуйся, мой бывший муж по одному звонку тебе новую сумочку купит этого бренда. Еще и посмеется глупости бабской натуры…

Был один случай… Прикрываю веки. Запрещаю себе вспоминать.

Дергаю локоть, хочу все же встряхнуть пальцы девицы и исчезнуть, пока она занимает все внимание Льва, но не успеваю дернуться, потому что он оказывается рядом. Буквально за мгновение, за которое мое сердце успевает умереть и воскреснуть.

– Агата… – слышу его тяжелый голос с легкой долей удивления.

Не поднимаю глаз. Меня внутренне колотить начинает. Слезы закипают на дне глаз, но я не позволяю им скатиться. Вскидываю подбородок и встречаюсь с самыми глубокими глазами небесно-голубого цвета, которые когда-либо видела…

Лев смотрит на меня мгновение, но… его лицо остается все таким же серьезным. Ни один мускул не дрогнул даже, бровь не заломил. Только вот холодные глаза скользят по моему лицу, будто ощупывая, проскальзывают вниз и тут… я буквально ощущаю ярость, которая волной идет от Льва ко мне.

– Ты беременна, – не спрашивает, а утверждает мой бывший муж, глядя на мой объемный живот, который я прикрываю рукой, отчаянно желая защитить свою малышку…

Сглатываю ком. Заставляю себя стоять ровно и не убегать, вместо этого отвечаю укоризненно:

– А у тебя, смотрю, новые отношения. Где же старая возлюбленная?

Бросаю взгляд на вульгарную спутницу моего бывшего мужа, которая смотрит на меня со всем своим высокомерием.

– Вообще-то, между мной и Львом все серьезно! – парирует девица.

Где-то внутри меня зарождаются слезы, но я их душу, а сама произношу с иронией:

– Ну раз все серьезно, поздравляю, а мне пора!

Кажется, мне помогает эффект неожиданности, потому что рука девицы слабнет, и я разворачиваюсь резко и лечу вперед.

У меня сердце с ума сходит в груди, наконец я открываю дверь ресторана и выбегаю на улицу, где вовсю метель, и чувствую, как сердце выпрыгивает из груди, слезы кипят внутри огромным непролитым водопадом.

Я хочу добраться до дома, хочу скрыться в своей квартирке от всего мира и вдоволь наплакаться! Потому что это чертовски больно – видеть мужчину, которого считала любовью всей своей жизни, с другой…

Убираю длинные прядки с лица, вижу такси, которое останавливается прямо рядом со мной, в голове щелкает, я уже понимаю, что это мой шанс на быстрый побег… только я и шага ступить не успеваю по направлению к машине, когда сильная рука ложится мне на плечо и меня разворачивают резко.

Один вдох. Один удар сердца, и я сталкиваюсь взглядом с пронзительными голубыми глазами моего бывшего мужа, который цедит зло:

– Какой у тебя срок, Агата?! Это мой ребенок?!

Глава 10

Сыплет вопросами Лев, а я в его лицо смотрю, в глаза, которые испепеляют меня на месте.

Бывший муж зол. Даже не просто зол, он в бешенстве. Ощущение такое, что Царев едва сдерживается, чтобы не придушить меня, или же чтобы не начать крошить все вокруг.

Я вижу, как у него кадык на бычьей шее дергается, сейчас, когда хлопья снега падают на него, он похож на самого настоящего снежного барса, готового напасть на глупую лань и растерзать ее в пух и прах.

Откуда такие ассоциации? Не знаю. Я просто улавливаю, как воздух между нами накаляется и искрит. И даже холод, который окутывает нас, не охлаждает пыл.

Наоборот, снежинки, которые ударяют по моим щекам, тают, а Лев… он без пальто, стоит под ледяным ветром и, кажется, ничего не ощущает.

Сильный. Матерый. За время, что мы не виделись, он еще злее стал, еще агрессивнее. Ветер теребит его прядки и припорашивает снежной крошкой и… если бы мне не было сейчас до зубного скрежета обидно, я бы, как человек, обожающий искусство, восхитилась бы необузданной красотой этого мужчины…

Лев погнался за мной…

Мозг переваривает эту информацию… и это пугает не меньше, чем его вопросы, которые он задает, не сводя с меня своих льдистых глаз:

– Ответь на мой вопрос, Агата, – выговаривает глухо, при этом я вижу, как у него вновь кадык дергается.

– Моя личная жизнь тебя не касается, господин Царев.

Отвечаю как можно более холодно, но взгляд, которым меня награждает бывший, просто пугает. Кажется, что его глаза буквально испепеляют меня на месте.

– Твоя. Личная. Жизнь?! – переспрашивает, акцент буквально на каждом слове в этом предложении ставит. И в этот самый момент зловеще как-то бровь заламывает.

А я лишь киваю, как чертов отчаянный воин, который знает, что в этом сражении ему не выиграть, но назад дороги нет. Только вперед.

Сглатываю горькую слюну. Меня знобит и трясет, но я… я не позволяю себе проявить слабость. Я знаю, что Царев, как и любой матерый зверь, способен чувствовать страх. Поэтому выпрямляю спину и вскидываю подбородок.

– Да. Моя личная жизнь не твоего ума дело, Лев Борисович. Если ты не забыл, мы в разводе!

Цежу слова не хуже самой настоящей гадюки, подмечая, что взгляд моего бывшего мужа меняется. Тяжелеет. Его голубые глаза сейчас экранируют. Я не могу прочесть его, не могу понять, что именно сейчас он готовится предпринять.

Лев в бизнесе просто дьявол и умеет манипулировать людьми, умеет скрывать свои чувства и эмоции. Он может выводить конкурентов из игры, умеет уничтожать противника в пух и прах, а мне, дуре, когда-то казалось, что эту сторону своего мужа я никогда не познаю, но… как говорится, на собственной шкурке пришлось ощутить.

– Не забыл, – отвечает ровно, – но ты не ответила. Какой срок беременности, Агата?!

Мне кажется, что Лев загоняет меня в угол. Он, как самый настоящий хищник, чувствует, что идет в верном направлении. Я же пытаюсь уйти от его внимания, ускользнуть, но он цепляет главное и не отпускает.

– Это ведь так просто. Скажи мне. Срок…

Я понимаю, что слишком близка к разоблачению, и сейчас… я не готова к этому!

Просто не готова!

Я хочу домой. В свою квартирку. В свой островок спокойствия, чтобы уже там зализывать раны, скрывать свою боль!

Я хочу убежать, чтобы поплакать вдоволь, потому что я сегодня увидела бывшего мужа спустя столько месяцев разлуки, а у него… другая женщина…

Могла бы сейчас сказать, что с любовницей застукала Льва, но мы… в разводе.

Он мне не принадлежит, как и я ему. Мы свободные люди, и мне нечего ему предъявить, хотя душа буквально у меня рвется в клочья из-за всего, что прямо сейчас происходит в моей жизни, и я готова просто биться головой об стенку и кричать, что это он изменщик и предатель, что недостоин того, чтобы знать, кто отец моего малыша!

Я готова сейчас придумать какую-нибудь утопичную историю любви. Потому что это чертовски больно: видеть мужчину, который стал у тебя первым и оставался единственным, с другой!

Я ощущаю этот удар, как тогда, когда застала Льва в кабинете с другой…

Меня буквально выворачивает наизнанку из-за воспоминаний, из-за боли, которая не отпускает, из-за тех событий, которые случились в прошлом!

И это прошлое, как скоростной поезд, прямо сейчас настигло меня и ударило со всей скоростью несущегося на всех парах локомотива.

Мне кажется, что я ощущаю, как хрустят мои кости, как меня буквально выворачивает наизнанку.

Лев делает еще один шаг в мою сторону, нависает надо мной, подобно огромной скале, застилает весь мой взор. Я только его вижу, даже запах его парфюма ощущаю…

Этот проклятый аромат, который снился мне долгими и одинокими ночами, когда я просыпалась в слезах и с воем, потому что никак забыть не могла человека, который растоптал меня, предал и вычеркнул из собственной жизни!

Мне кажется, что я этот парфюм по нотам с закрытыми глазами разобрать могу!

Терпкий. Холодный. Остро-сладкий.

Так только он пахнет. Мой бывший муж!

И мне хочется сделать глоток этого аромата, который навеки отпечатался во мне каким-то узнаванием, потому что так пах… только он… мой первый мужчина, мой муж, мой… бывший.

Человек, который вывернул мою душу наизнанку, вырвал мое сердце и размозжил его…

Предательство. Вот что он совершил. Он предал нас. Наши чувства. Любовь нашу предал!

А я… я только начала жить, только в себя пришла! Нашла свою нишу, вернула радость в свою жизнь…

И вот… опять! То, что я холила и лелеяла, что по кусочкам собирала после страшного события, которое так сильно подкосило… Лев вновь врывается в мою жизнь и ведет себя так, словно у него права на меня есть!

Словно он… все еще значит для меня то, что значил!

– Агата. Ответь.

Теряет терпение, нависает надо мной, а я… я дыхание задерживаю, потому что оказываюсь совершенно не готова к этой атаке, я не могу ощущать его так близко, чувствовать дорогой парфюм моего мужа, я вообще смотреть на него не могу!

Мне больно. Физически и морально. Непереносимо просто!

– Кто отец твоего ребенка?! – рычит зло.

В этот момент мне страшно становится, хотя, казалось, куда уж больше.

Но… этот взгляд. Эта суровая линия губ. Брови, которые сейчас сведены на переносице.

Красивый. Опасный. Безжалостный.

Вот он, мой персональный хищник, способный уничтожать и ломать все, к чему прикоснется.

– Ответить?!

Растягиваю губы в улыбке, пытаюсь спрятать свои чувства за бравадой и замечаю, как дверь открывается, выпуская наружу спутницу моего мужа!

Успела надеть серебристую шубку стоимостью в миллион, выходит медленно, хотя у меня четкое ощущение, что до этого девица бежала, потому что грудь под шубой вздымается сильно, как после скоростного забега.

Злость поднимает голову. Ярость.

Это он у меня еще допытывается?! Хочет правду узнать, когда за его спиной очередная любовница?!

Наглец!

Любовница моего бывшего мужа цепляет нашу замершую пару взглядом, враз оценивает как расстояние, которое нас почти нас отделяет, так и руку Царева, которая, кажется, замерла в воздухе, как если бы мой бывший муж просто не решался меня схватить.

– Ты… так быстро ушел… – щебечет эта ушлая девица как ни в чем не бывало и самым наглым образом залезает под руку к моему бывшему мужу.

Лишь на доли секунды мое сердце дрогнуло. Лишь в какой-то момент мне захотелось поведать правду, но… эта сцена рушит все.

Вернее, возвращает на места, потому что Лев…

Вот он, его выбор модельной внешности, а мы… мы с дочуркой сами по себе, поэтому я раздвигаю губы в улыбке и выговариваю со всей иронией, на которую способна:

– Успокойся, Царев. Ты к этому не имеешь ни малейшего отношения…

Глава 11

Мне кажется, или в этот момент в глазах Льва будто молнии проскальзывают?!

Словно в этих голубых озерах зарождается самая настоящая буря, которая спустя мгновение превращается в лютый штиль?

– Что?! Что хочет сказать эта женщина?! – спрашивает немного удивленно любовница, давая мне понять этим глупым вопросом, что у нее как минимум есть право голоса в присутствии Царева, а это мне самой уже о многом говорит…

Я знаю Льва. Я была за ним замужем… Я помню тот проклятый день, когда он подошел ко мне в клубе и буквально перевернул всю мою жизнь в ту ночь…

Я знаю каким он может быть с посторонними, более того, я знала, что женщины до меня не имели для него никакой ценности.

По крайней мере, Царев так говорил…

У него женщин для утех как раз было много, но все они понимали рамки, которые ставил бизнесмен, и никогда не переходили границы.

Я видела, как он умеет держать эти самые границы, как никто не осмеливается слово лишнее сказать в его присутствии, а тут… эта вот ухоженная и дорогая на первый взгляд в плане стоимости осмеливается задавать мне подобный вопрос.

При этом лицо у этой хищницы буквально перекошено, а в глазах вспыхивает злость…

Ну что же…

Как вижу, у Царева с ней все серьезно. Надо же… Кто бы знал… Сейчас меня тянет просто запрокинуть голову и расхохотаться. Смеяться до слез, до икоты… Потому что, возможно, для этой женщины именно я – любовница… которая покушается на то, что она считает своим.

Больная логика, извращенная, но… если бы у нее не было никаких прав на Льва, вышла бы она за ним?!

Более того. Осмелилась бы задавать свои вопросы?!

Нет. У эскорта, который сопровождает и прочее, нет права голоса. Есть заказ и исполнение. Не более. А здесь… стоит только осознать очередную истину из жизни Царева, как мне опять плохо становится.

Я никогда не принадлежала к его миру, мы всегда были полярны, мы с ним как ночь и день, свет и тьма и… мне казалось, что этим мы дополняем друг друга, потому что казалось, что между нами есть это светлое чувство, взаимное, огромное…

Столько всего можно вспомнить при одном лишь взгляде на мужчину, который был моим мужем, и почему-то мне прямо сейчас вспоминается вечер за городом, когда мы сидели у камина, Лев работал, как всегда, в своем ноутбуке, а я вернулась с холода и просто скинула куртку и обувь и прошла вперед, заставила мужа отложить ноутбук и залезла на его колени греться…

Лев посмотрел на меня, и хоть на мгновение в глазах проскользнуло недовольство из-за того, что ноут пришлось захлопнуть, но уже в следующий момент муж меня обнял и прошептал:

– Замерзла, кошечка моя?

Я лишь прижалась к широкой груди, которая всегда казалась мне печкой, моим личным обогревателем.

– Сейчас согрею, малыш…

Согрел. Действительно. Да еще так, что прямо сейчас я ношу нашу малышку…

Только вот тогда у Льва уже была другая… а я и не знала, и после этой самой важной ночи в нашей жизни наша семейная жизнь рухнула.

Вернее, это Лев все уничтожил. Разрушил. Вырвал с корнем, а я… ушла…

Лев не отвечает девице, которая жмется к нему со всей силы, а я… я опускаю взгляд на тонкие женские пальцы, которые, подобно клешням, вцепились в руку моего бывшего мужа…

Длиннющие алые ногти.

Вновь поднимаю взгляд на девицу и улыбаюсь ей. Прямо сейчас я защищаю себя и своего ребенка. Малышку мою, потому что я не знаю, чего ждать от Царева, не знаю, что может предпринять олигарх.

Я этого мужчину совсем не знаю. Никогда не знала. Как выяснилось. Я просто в своем воображении нарисовала образ мужчины, в которого влюбилась всем сердцем.

И тот мужчина, тот Лев Царев, которого я знала, никогда бы не предал, никогда бы не поступил так, как поступил, но… он сделал все и даже больше.

Более того. Он стер меня из своей жизни. Зачистил так, что нет ни одной точки соприкосновения…

Будто и не было меня вовсе…

Это больно. Это удар, сильный и сокрушительный, когда осознаешь, что настолько ничего не значила для человека, что он напрочь стер тебя из своей биографии.

– Лев? – вновь подает голос девица, давая понять, что у нее есть права предъявлять что-то моему мужу, который продолжает молчать.

Все это длится буквально секунду, но мне кажется, что проходит целая вечность, поэтому, встрепенувшись, я перевожу взгляд на выряженную куклу, эффектную и красивую. Ухоженную. В отличие от меня, лицо этой женщины умело отшлифовано хирургами и сейчас сияет из-за обилия дорогой косметики, я же… рядом с ней я замухрышка, но… красота, она внутри.

Мы то, что мы из себя представляем, и никакая мишура не прикроет уродство моральное и духовное.

От этой женщины я ощущаю какой-то вызов, поэтому вновь растягиваю губы в очередной фальшивой улыбке и отвечаю уже ей:

– Я хочу сказать ровно то, что сказала. Хорошего вам вечера!

Моя рука при этом машинально все еще прикрывает живот, я буквально готова рвать и метать, защищая свою малышку.

Краем глаза я замечаю какое-то движение сбоку и пользуюсь промедлением Льва. Разворачиваюсь резко и быстрым шагом иду прочь от этой пары.

При этом взгляд мужа ощущаю буквально затылком, Лев смотрит на меня, придавливает своей темной энергетикой, а я ничего не слышу, у меня пульс стучит в висках, и единственная мысль подгоняет вперед со страшной силой, сигнализируя бежать!

Бежать и не оглядываться, потому что в этом случае я просто не знаю, что может быть…

«Ничего хорошего!» – вопит интуиция! Все рецепторы обостряются, и я улавливаю в воздухе какое-то потрескивающее напряжение, как если бы прямо сейчас вокруг меня заворачивалась самая настоящая буря!

Я решаю бежать от бывшего мужа как можно быстрее и дальше, только спустя долю секунды, когда мне кажется, что мне все же удалось уйти… я краем глаза замечаю движение по мостовой… и осознаю, что прямо сейчас тонированный черный внедорожник явно следует за мной…

У меня на принятие решения уходит буквально несколько секунд, понимаю, что если сейчас встану на пешеходном переходе в ожидании зеленого, то меня просто скрутят и запихают в этот огромный автомобиль.

Откуда такая уверенность, что этот гелик именно по мою душу?!

Я не знаю! У меня просто интуиция конкретно в эту секунду сходит с ума. Я ощущаю напряжение, которое у меня буквально натягивает каждый мускул. Напрягает еще то, что черный внедорожник, который должен промчаться мимо меня, тащится со скоростью улитки, буквально подстраиваясь под мой шаг.

Это выводит из себя и не оставляет сомнений в том, что ничего хорошего мне ждать не стоит, поэтому я резко дергаюсь и ухожу влево. На маленькую улочку, по которой огромный внедорожник не протиснется. Дорогу до автобусной остановки я не осилю, она проходит аккурат по пешеходному, откуда меня можно легко поймать и затолкать в машину. Уйти по узкому проулку мне будет легче, а вот у громоздкого внедорожника возникнут проблемы, учитывая, с какой огромной скоростью сейчас валит снег, будто решая скрыть все под своим белым пухом.

На моей стороне только внезапность и погодные условия, которые стремительно ухудшаются, делая видимость крайне плохой, поэтому я огибаю здание как можно быстрее, подмечая вход в метро, до которого еще несколько метров, но именно в эту секунду автомобиль останавливается, и я слышу, как за моей спиной хлопают двери.

Я бегу по проулку в сторону спасительных лестниц, которые уходят вниз, именно в этот момент они открываются, выпуская наружу толпу, что говорит мне о том, что поезд прибыл.

Киваю своим мыслям и ныряю в эту толпу, не оглядываюсь и не поворачиваюсь. Я четко ощущаю преследование. Ощущаю себя загнанным в угол зверьком, на ходу роюсь в сумке и достаю проездной, прикладываю и прохожу дальше, спускаюсь и именно в этот момент замечаю поезд. Вместе с толпой я просто залетаю внутрь, даже не замечая, на какую именно ветку села.

Для меня сейчас это неважно. Двери закрываются, а я остаюсь стоять и вглядываюсь в толпу, которая осталась на перроне в ожидании следующего поезда.

Только вот никого подозрительного я в этой толпе не замечаю, не вижу никаких гонящихся за мной людей или амбалов, которые в охране моего мужа обитают.

Там все с бывшим военным прошлым и выправкой, высоченные и выделяющиеся в толпе, как черные вороны. Раньше я шутила, что Лев ничем не отличается от своей охраны. Такой же высокий и мощный в плечах.

Он смеялся и говорил, что на него работают только профессионалы высшего уровня и у него все как в армии…

Так что я знаю, кого именно мне нужно искать в толпе, и… никого подходящей наружности я не нахожу. Обычные люди, такие же, как я, спешащие по своим делам, с рюкзаками и сумками, и ни одного мужчины, который хоть как-то подходит под привычное описание сотрудников Царева.

– Неужели показалось?!

Задаю свой вопрос в пустоту и прислоняюсь лбом к двери.

– А? Что? Девушка, вы мне?!

Рядом встрепенулся старичок, поворачиваю голову и смотрю в лицо пожилого человека, не совсем понимая, что он ко мне обращается.

Старик же замечает мой живот и цокает языком.

– Ай, молодцы, тут девушка беременная, а никто место не уступает?

Старичок разворачивается и начинает читать нотацию толпе, при этом еще как-то в этой толкучке умудряется своей палочкой размахивать.

Инцидент заставляет меня покраснеть, прийти в себя и, наконец, понять, что я не на тот поезд села.

– Дед, да кто же заметил, что девушка беременная?! С лица же не видно, – отвечает грузный мужчина и поднимается, пытаясь уступить мне место.

– Спасибо, но я не на тот поезд села. Сейчас выхожу.

Пытаюсь хоть как-то решить конфликт мирно, и в этот самый момент двери распахиваются. Я выскакиваю на перрон и пересекаю его, встаю в ожидании другого поезда, который идет в мой район.

На этой станции уже не столь многолюдно, поэтому я встаю у колонны и принимаюсь наблюдать за людьми. Не знаю, у меня какая-то, может, мания преследования сработала. Или что-то в этом роде, но я… отчаянно взглядом ищу привычных мужчин из охраны Льва, но здесь перрон полупустой, если не считать парня и девушку, которые держатся за руки, и парочки женщин разных возрастов.

Нет за мной погони. Это понимание заставляет немного расслабиться.

Дуреха. Чего я ожидала?!

Не знаю…

Наконец поезд подъезжает, и я занимаю свободное место, прикрываю веки и откидываюсь на сиденье.

Возможно, встреча со Львом буквально вышибла меня из колеи, и я просто испугалась, но… бывший муж не бросился за мной, не стал останавливать, да и вообще уже спустя какое-то время, трезво глядя на произошедшее, я начинаю убеждать себя в том, что просто накрутила себя до невозможного.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.