Галина Гончарова
Бюро магической статистики. Перевал

Иллюстрация И. Кругловой

© Гончарова Г. Д., текст, 2026

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2026

* * *

Пролог

Свадьбу рента Эдгара Рателя и ренты Даны Эрдвейн по праву можно было назвать свадьбой сезона. Приглашено было примерно полстолицы, конечно из тех, кто что-то значил в обществе.

Его величество присутствовать не смог, но вот его высочество Дамиан время выделил и наблюдал, как Эдгар Ратель ведет невесту к алтарю, который ради этого вынесли из центрального храма и установили на площади. Чтобы все видели, значит.

Да и не поместится в храме столько народа.

Эдгар был воплощением красоты и мужественности. Давно признанный одним из первых красавчиков столицы, сегодня он был особенно хорош. Белый костюм с золотом отлично сидел на высокой мускулистой фигуре, подчеркивал золотые волосы, переливался золотой же вышивкой и драгоценными камнями, и Эдгар был похож на ледяного принца. Прекрасного и невыразимо печального – даже в день своей свадьбы.

И Дана Эрдвейн отлично смотрелась рядом с женихом. Изящная и миниатюрная, но с роскошными формами, темные волосы уложены в сложную прическу, белое платье сияет огнями сотен бриллиантов, на руку жениха она опирается с видом королевы…

Дамиана это только позабавило.

Он о сестрах Эрдвейн знал лишь то, что прочитал в досье. Вечером и читал, раз уж идет на свадьбу, и кто будет присутствовать, и чего от кого ждать – а то как же? У принца голова не безразмерная, он все королевство помнить не будет, да и не тем он сейчас занят.

Мастер Константин Нойрет хоть и сдал что мог, но гадюшник за ним еще не один год разгребать. Кто ж его знает, это ж целый университет доверия лишился. Вангардский! И чистить там теперь не перечистить. Кого-то уже уволили, кто-то под следствием… ничего, лучше здесь и сейчас, чем потом бы все это… с-содержимое всплыло в неподходящий момент. А сейчас, считай, все тихо и спокойно, войны нет, катаклизмов никаких нет, можно уделить внимание делам. Перебрать преподавательский состав, разобраться с аспирантами и студентами, да-да, кое-кто из них тоже во всем замешан, если и не участвовали лично, то знали, догадывались…

На свадьбу его высочеству тоже идти не хотелось. Но – надо.

Человек – существо общественное, и в жизни общества надо участвовать. Особенно с его-то даром. Нравится Дамиану, не нравится, он ОБЯЗАН производить благоприятное впечатление. Улыбаться, шутить, радоваться сам, радовать остальных и вообще выглядеть милым мальчиком. Потому что дар ему применять придется, рано или поздно, так или иначе… и никто не должен верить.

Реакция должна быть такая.

Его высочество Дамиан? Да вы шутите, он этого просто НЕ МОЖЕТ сделать! Бред!

Тогда будет все правильно и хорошо, а вот если будет звучать так: «Его высочество Дамиан? Мы так и знали, он на все способен…» – это уже намного хуже.

Способен-то Дамиан на все. Но зачем об этом знать посторонним людям? Так что улыбаемся и производим впечатление, и опять улыбаемся, и выглядим как можно более безобидно в костюме цвета крем-брюле. Еще и с розовым шейным бантом вместо галстука. И со вторым таким же бантом на длинных пепельных волосах, собранных в хвост. Вы видели некроманта со склонностью к проклятиям – с розовым бантиком? Нет? А зря…

Клятва, вторая…

Молодые смотрят друг на друга с любовью, тянутся для поцелуев… красиво, конечно. Только вот и тут Дамиан нашел к чему придраться. Ему-то тоже невесту себе подбирать.

Нет, не пугала его свадьба, и верность не пугала, и семья, и дети…

Скорее его это нервировало. Найти женщину, которая подойдет некроманту, сложно. Еще сложнее найти ту, которая сможет выдержать тяжесть короны. Вот отцу чуточку попроще, его сила – вода.

Он и в жизни такой же, текучий, чуточку насмешливый, изворотливый и неуловимый. Кто не верит – милости просим поймать воду.

И в личной жизни примерно так же дело и обстоит. Ему легко с людьми, ему приятно с ними общаться, играть, изворачиваться и обтекать препятствия, а может, и уносить их за собой… И горе тем неосторожным, которые позабудут о грозной силе воды. Это ведь не только игривый летний ручеек, это и шторм, и сель, и волны, которые поднимаются друг за другом, идут строем на берег, сворачивают вековые скалы…

Но, глядя на его величество Риберто, так не подумаешь никогда. Нет, в памяти невольно всплывает что-то легкое, звенящее, уютное… людям легко рядом с ним, и отца это устраивает: когда человек расслабляется, им легче пользоваться в своих целях.

А вот Дамиан так не сможет, нравится ему, не нравится, его сила будет давить. Он некромант, но не просто сам по себе некромант, нет. Он может позвать призрака, он может поднять мертвецов, но настоящая его сила проявится в другом. Дамиан – мастер проклятий.

Он может все, что могут некроманты, но лучше всего и легче всего у него получаются именно проклятья. Так что Дамиану приходится быть вдвойне внимательным и контролировать себя. А то так пожелаешь человеку всего хорошего, да полной горстью, а он как все это возьмет да и получит! Запросто! От простого «чтоб тебе опаршиветь» до более приятного «чтоб ты сдох». И ведь сдохнет же! Так что контролируй себя, держи себя в руках и работай над собой. Да не раз в год, а каждый день, каждый час…

Магия мертвых – это не просто так. Это не красивые слова, это граница между двумя мирами. А пограничникам сложно всегда. Будет пограничник тренироваться раз в год – его и суслик одолеет. Так что… улыбочку, Дамиан! Вон журналист пасется!

– Фьий-й-й-йю-у-у-у-у-у-у!!!

Задорный свист прорезал площадь, заставил вздрогнуть людей, испуганно ойкнула невеста.

И было отчего.

Брошенный меткой рукой прямо на роскошное платье, прилетел помидор.

Большой, красный, подгнивший! Расплескался так, что половину подола заляпал, еще и окружающим чуток досталось.

– Предательница!

– Шлюха!!!

– Соблазнила жениха сестры!!!

Молодые голоса рвали тишину на части. Откуда они взялись – эти бесстрашные ребята, стоящие на крыше храма? Дамиан не знал, но… ловить он их точно не будет.

– Кобель и сучка – вперед на случку!

– Рогов молодым!!!

Второй помидор прилетел в Рателя – и все стихло. Словно и не было ничего. Метко прилетел, кстати, прямиком в спину. Если бы в грудь, Эдгар бы увернулся, а в спину он даже и не понял сначала. Продуманные личности.

Куда делись ребята?

Дамиан сощурился. С его силой он отлично чуял магию, но тут ее – не было?

Как ни странно, но так! Помидоры летели с помощью магии, голоса ею точно усилили, а вот все остальное…

Надо потом будет узнать, как они это устроили.

Истошный визг Даны Эрдвейн прорезал площадь:

– Поймать!!! Схватить!!!

– Догнать!!! – не хуже невесты, разве что более низким тоном, надрывался Ратель.

Дамиан даже и не сомневался, что никого не догонят. Но свадьба определенно стала оживленнее.

* * *

Продолжение история получила уже на площади столицы, где и гулялась свадьба. Площадь была огорожена, сколько Ратель и Эрдвейны заплатили за это мэру? Много, очень много.

И магам за хорошую погоду, и на само мероприятие потратились… наверное, они себе как-то иначе это представляли. А сейчас невеста, точнее, уже молодая супруга, сверкала красными от слез и злости глазами, а Ратель зло озирался по сторонам, словно ища, на ком сорвать злость.

Не нашлось.

Одежду им отчистили кое-как, но память-то не очистишь! Особенно репортерам. Вон какие довольные бродят, кого и хочется проклясть регулярно – так это акул пера. Нельзя, разве что чуть-чуть… хоть поноса пожелать вон тому, самому противному!

А может, и жениху с невестой добра и счастья… вот не просто так те ребята за них взялись. Интересно, это все – или еще что-то придумают изобретательные личности?

Дамиан огляделся по сторонам. Нет, ничего не летело, не визжало, было тихо и спокойно, разве что оркестр наигрывал что-то такое, модное и популярное.

Зато на стене одного из зданий медленно начал проступать рисунок рогов. Подарочек новобрачным?

Таких ветвистых, красных, отчетливо ярких…

Дана возмущенно завизжала.

Эдгар попробовал кинуть в стену какое-то заклинание, но иллюзия не развеялась. Куда там!

Еще и четче стала!

Дамиан быстро кинул прощупывающее заклинание вперед. Интересно же!

И от души расхохотался.

Вот наглые паршивцы!

Кто бы это ни сделал, ни капли магии сюда он не вложил! Не считая, конечно, краски, которая благополучно исчезнет сама.

Есть такие, на магической основе, конечно, но вполне доступные. Не в каждой лавке купишь, но, пожалуй что, в каждой третьей. Сначала нарисовали рога, краской, которая будет исчезать следующие сутки. А потом закрасили их краской, которая исчезла на двенадцать часов раньше. И ведь рассчитали же время, паршивцы![1]

– Вам смешно, ваше высочество?

Дамиан повернул голову.

На него смотрела с укором матушка невесты, Лорена Эрдвейн. Невысокая темноволосая женщина с таким кислым лицом, словно она весь день жевала только лимоны, модно и дорого одетая. Только вот ей это совершенно не помогало. Кстати, копия Даны, только более взрослая. Сразу видно, на кого будет похожа милая девушка спустя несколько лет… м-да. Дамиан бы на такой точно не женился. Мозг сожрет и нервы вымотает.

– Я должен плакать, рена Эрдвейн? – ослепительно улыбнулся мужчина. И подумал – как хорошо, что он весь такой безобидный. Иначе бы эта баба с него не слезла, пока он тех ребят не проклянет. Нет-нет, он хороший! Вот, видите бантик?

– Я не знаю, кто эти негодяи, которые так опозорили мою девочку, но я надеюсь, ваше высочество, вы разберетесь?

Дамиан поднял брови.

– С удовольствием, рена Эрдвейн. Могу начать прямо сейчас. Скажите, пожалуйста, то, что они говорили, – это правда? Эдгар Ратель считался женихом старшей сестры?

– Ларисия…

– Это – правда? – надавил голосом и аурой Дамиан.

Даже с розовым бантом получилось внушительно, Лорена сделала шаг назад, но додавить ее до признаний Дамиан не успел. И до нервного тика тоже. А жаль.

– Оставьте, ваше высочество.

Хрипловатый голос заставил Дамиана улыбнуться и обернуться к подошедшей рене в зеленом платье с черным кружевом. Почему-то оно придавало ей потрясающее сходство с ящерицей. Такой большой, хищной ящерицей.

– Рена Морган! Рад вас видеть!

Рена Морган была хорошей подругой равно как короля, так и королевы. Этой экстравагантной даме было лет шестьдесят, чувствовала она себя лет на сорок, выглядела на все сто (да-да, не процентов, а лет, но и процентов тоже), и плевать хотела на свой внешний вид. А вот тем, кто попался к ней на язычок, оставалось только посочувствовать, увы.

– И я рада, ваше высочество. Лора, да ты не переживай, я сейчас все расскажу как есть. Данка Лиске всегда завидовала. Просто потому, что Лиска талантливая, умненькая, маг одаренный, характер у нее золотой – счастье, а не девка. А Данке только мордочка посмазливее досталась, ну и зависти втрое от магии. Сама-то она – что? Пшик да маленько, даже второй уровень получить не смогла.

– Генриетта!!! – прошипела Лорена Эрдвейн, но куда там!

– Старшая – папашина любимица, младшая мамашина, вот и сговорили старшую за Рателя. А у того земли есть да морда смазливая, и только! Лиска, понятно, влюбилась, Данка позавидовала, уж не знаю, как она хвостом крутила, а только жениха сестриного в кровать затащила. Там их Лиска и нашла. Как девчонка это пережила, даже представлять не хочу, маг-то сильный, сорвалась, выгорела, чудом прелюбодеев не убила. Так что ребята эти хоть и паршивцы, а сказали как есть правду. Особо их и карать не за что.

– Платье!!! – взвыла возмущенно Лорена. – И костюм!

– Это все уже отчистили магией, – отмахнулась Генриетта.

– С-с-с-с-с-стена!

– Тоже исчезнет. Уже завтра с утра чистенькой будет, еще и покрашенной.

– Они мою дочь опозорили на всю столицу!

– Тем, что правду сказали? Ты сама не позорься, Лорка! Девку воспитывать надо было розгами, чтобы дурь выбить, а ты ее в зубах таскала, мол, младшенькая, любименькая… ну и получи! Была б ты умнее, в жизни б не выдала Данку за этого петуха! Или думаешь, он от одной гулял, а от второй не будет? Ха!

Дамиан молча поцеловал рене Генриетте руку.

– Пожалуй, я поищу этих ребят, рена. Не затем, чтобы наказать, просто мне нужны такие таланты на службе Короне. Вы не знаете, как они удрали?

– Закрепили на крыше храма веревки – с карабинами. Минута, они на земле, оттуда в переулок и ноги в руки.

– Таланты!

– Я не ожидала от вас такой черствости, ваше высочество!

Лорена зря решила напомнить о себе. Генриетта сощурилась.

– На себя оборотись. – Голос у рены был громкий, хриплый и отлично разносился вокруг. – Довели Лиску до нервного срыва, спихнули виверна знает куда, считай, на дочкиных костях свадьбу играешь! Ничего не дрогнуло внутри? Лишь бы Даночка счастлива была, а как там старшая дочь – плевать?

– Смею вас заверить, – о, а вот и рент Эрдвейн подошел, сверкая глазами, – с моей дочерью все в порядке! Она в Кловере! Прекрасный город, у нее там свой особняк, отличное содержание, Ларисия сама изъявила желание там отдохнуть!

– Следующие лет двадцать? Пока скандал не уляжется?

– С вашего позволения, рент Эрдвейн, – Дамиан улыбнулся, как никогда напоминая здоровущего голодного кота, – я зайду в гости к вашей дочери. Когда буду в Кловере. Поговорю с ней, осведомлюсь о самочувствии. Может быть, я смогу ей чем-то помочь. Как известно, выгорание мучительно для мага, но я знаю тех, кто это пережил. Думаю, рента Ларисия будет не против помощи…

– Сделайте это, ваше высочество. – Генриетта прижала руку к груди. – Пожалуйста! Лиска – милая девочка, очень добрая, очень спокойная, очень умненькая, не то что Данка! Уверена, что она сейчас едва жива от отчаяния… такая подлость, да от всей семьи и от любимого…

Дамиан кивнул.

– Обещаю, рена Генриетта.

– Вы камень с моей души снимаете, ваше высочество.

Дамиан подумал, что в Кловер ему все равно надо будет заехать по делам, вроде бы именно там живет одна из выбранных отцом невестушек… ну и отлично! Заедет, примерно через месяц-полтора! Поговорит с Ларисией Эрдвейн, предложит помощь, но сначала – дела.

– Гхм. – Рент Эрдвейн все же решил обратить на себя внимание. – Ваше высочество, вы не уделите мне пару минут для приватного разговора? Умоляю!

Судя по взгляду жены, это аукнется бедняге, и достаточно быстро, но Дамиан решил, что ему лично плевать на скандалы в семействе Эрдвейнов. Одним больше, одним меньше – так что же?

– Слушаю?

Дамиан без особого труда поставил заглушку, чтобы их не подслушивали все, кому не лень, и рент Эрдвейн, почуяв это, благодарно склонил голову.

– Ваше высочество, вы действительно собираетесь в Кловер?

– Да.

– Не могли бы вы передать моей дочери это письмо? Я не запечатываю его, там нет никаких особых секретов, но… Ларисия очень гордая девочка. За это время она ни разу не написала, даже телеграмму не прислала… я волнуюсь за нее.

– Полагаете, она сейчас счастлива от происходящего?

Рент Август Эрдвейн опустил глаза. Вот ведь и так бывает!

Прекрасный специалист, отличный финансист, и такой беспомощный в бытовых вопросах! Не знает толком, что у него дома творится!

Увы, это часто случается, и умение делать деньги хоть и из воздуха не делает человека лучше или сообразительнее в некоторых вопросах.

– Я осознаю, что это подло. Но… у меня не было выбора, ваше высочество. Дана была беременна, она потеряла ребенка, но…

– Сразу после того, как объявили о свадьбе?

Несколько секунд рент Эрдвейн смотрел непонимающими глазами.

– Ваше высочество?

– Ребенка она потеряла после того, как объявили о ее свадьбе с рентом Рателем? Восхитительно!

Рент Эрдвейн молча опустил глаза.

– Я… я не лучший отец, ваше высочество.

– Я вижу, – без особой жалости отозвался Дамиан. – Я поеду в Кловер и встречусь там с рентой Ларисией. Просто ради нее самой. И ради того, чтобы сказать ей – у нее есть друзья.

– Благодарю вас, ваше высочество.

* * *

Какой уж там скандал будет сегодня в семействах Эрдвейнов и Рателей, Дамиан не знал, да и знать не хотел. А письмо действительно прочитал.

Интересно, зачем Эрдвейн носил его при себе?

Собирался отправить?

Думал что-то еще сделать? Что-то вложить в письмо и потом отправить? А что ему помешало? Непонятно.

В любом случае оно было весьма коротким.

«Прости меня, Лисенок. Я тебя люблю. Папа».

И номер счета на Ларисию Эрдвейн.

Дамиан даже не сомневался, что денег там достаточно. Только вот смогут ли деньги уравновесить предательство? Подлость? Обман?

Дамиан бы не простил, но он мужчина. И характер у него другой, и вообще… если представить на месте Даны и Рателя, к примеру, своего брата и невесту Дамиана…

Убил бы обоих. Медленно, проклятием убил, потом поднял – и опять убил, душу бы призвал и мучил… лет двадцать точно. А может, еще и побольше. Сколько получилось бы!

Увы, некромантам свойственна мстительность.

Что сделает Ларисия Эрдвейн?

Да кто ж ее знает? Хорошо бы ее еще лечить не пришлось, а то хоть и жалко… а, ладно! Будем считать актом благотворительности! Авось Корона не обеднеет!

К тому же он знает уже двух магов, которые успешно преодолели потерю силы и далее собираются жить полноценной жизнью… будет три. Возможно.

Интересно, кто эти молодые люди? Кто это все устроил?

Приказ Дамиан отдал, но заодно оговорил – их ищут просто чтобы пообщаться. Никаких наказаний, репрессий, никакого давления, ни-че-го! Кто бы им ни была Ларисия Эрдвейн, они защищали… подругу?

Но вроде бы в Идлорском университете Ларисия не сильно дружила с однокурсниками? Зубрилка, синий чулок… в предоставленной ему папке значилось именно так.

С фотографии смотрела серьезная девушка с плотно сжатыми губами. Пожалуй, чисто внешне Дана Эрдвейн и правда была красивее, а Ларисия интереснее.

Дана более такого, домашнего, округлого типа, мягкая, достаточно плавная, этакая пышечка, которая рискует превратиться в кадушечку.

Ларисия более резкая, сразу видно – закрытая, себе на уме. Глядя на фото… вряд ли эта девушка стремилась искать общий язык с людьми. Скорее она похожа на человека, который проводит дни и ночи за книжками, такой рачок-отшельник в своей раковинке. Но в то же время у нее есть друзья, которые не побоялись такое устроить? В центре столицы, в присутствии принца, и ведь рассчитали, что будет больнее всего для Рателя и Эрдвейнов. И выполнили, и до сих пор не попались. Ладно, ищут их плохо, но дураков бы нашли сразу.

И та же Генриетта Морган, она ведь тоже вступилась за Ларисию?

Да старуху Морган Дамиан и сам побаивался временами, если уж Генриетта его не постеснялась в тринадцать лет за уши оттаскать, застав за предосудительным занятием… не надо было подговаривать скелет из учебной комнаты хватать девушек в объятия, но они так потешно визжали, пищали и падали в обморок! А что?

Скелет же!

Вполне себе покорный некроманту!

Уши до сих пор помнили жестокую хватку пожилой дамы. Там и некромантия не помогла, оттрепала как маленького!

И вдруг такая поддержка Ларисии?

Даже странно.

Что же в тебе такого интересного, Ларисия Эрдвейн?

Почему родные так к тебе относятся? И почему совсем другой видят тебя посторонние люди? В семье тебя явно в медяк не ставят, вот и отец твой считает, что извинений с подачкой хватит, и матери плевать, и сестре. А кто-то за тебя готов в лепешку расшибиться? И не стесняется принца носом тыкать? Один и тот же человек, но какое разное отношение! Обычно с посторонними отношения выстроить сложнее, чем со своей семьей, а тут наоборот? Семья гнобит, а чужие люди поддерживают, помогают, руку протягивают… Ага, с помидором!

Дамиан чувствовал загадку – и не мог от нее отказаться. Определенно, он заедет в Кловер! Жаль, что клевер уже отцвел, говорят, туда надо ехать летом, там цветут целые его поля, и пчел там несметное множество, и пасек… мед из Кловера на все королевство ценится. И запах такой… когда цветет клевер, там медвяный воздух и аромат потрясающий. Сейчас уже поздно, все, что могло, – все отцвело, а жаль. Хотя не стоит ни о чем жалеть!

Меда он попробует в любом случае, и загадку разгадать попробует. А клевер… клевер никуда не денется. Будет еще время…

Глава 1

Лето шло своим чередом. Дейрену доставалось и за своих, и за чужих, и за проходящих мимо – так, на всякий случай. Там перетрясли всё и всех, частой гребенкой прочесали всю верхушку, оставив на своем месте хорошо если каждого десятого. Причастных тащили в тюрьму, кого сажали, кого вешали. Его высочество принц Дамиан в Дейрене бывал чаще, чем в столице.

Да и понятно!

Такое дело! Государственное, считай! Покушение на основы и законы!

Левенсберг тоже бурлил, хотя и не слишком сильно, можно сказать, сюда долетали брызги от кипящего котла! Горожане развлекались сплетнями, слухами, а всерьез пострадал только рент Шандер Свелен. Его высочество, не глядя ни на какие связи и браки, отправил проверку в бюро магстата. Обнаружилось, что половину вычислений делала Леа Даларвен… а половину – именно что рент Свелен! Подписывал точно он!

А если так…

Элисон оказалась точна в своем определении. В ее бюро не было никакого злого умысла, им с лихвой достало и обычного разгильдяйства. Леа Даларвен если и замечала что-то необычное, то списывала это на собственную слабость. Ну бывает же так!

Проектор старый, сил магических у нее нет, может она что-то прочитать не так?

Запросто!

Так частенько бывало, вообще-то… а уж такое выпадение точек резкое… ну не думала она, что это и правда так! Не сообразила! А проверить кого-то не попросила, тоже побоялась, что слишком она старая стала… про-о-о-о-ости-и-и-и-ите-е-е-е-е-е!

Так что Леа размазывала по лицу сопли и слезы раскаяния и страдала, страдала… пока на пенсию ее не отправили, но пригрозили, и неплохо так. Да и выкинули бы с медвежьей печатью, остановило только то, что до следующего выпуска еще почти год, люди из этого выпуска все по местам распределены, брать абы кого с улицы… нет уж! После Дейрена лучше так не рисковать, его высочество шкуру снимет, если узнает. Пусть уж немного еще поработает, теперь-то, после взбучки, авось постарается не валять дурака!

Элисон сказала бы, что это напрасные надежды.

Если раньше Леа хоть как-то старалась, то теперь, зная, что впереди все равно будет увольнение, она занималась именно что вязанием. Ну и так, немножечко, работой. Когда очень уж давить начинали и орать. Особенно рена Глент.

А вот рент Свелен попал.

Да так лихо, что просто ой! Считал? Подписывал? Как – не считал?

Ах, скинул все на подчиненных и даже не проверял? А зачем тебя, такого-рассякого, начальником поставили? Чтобы ты тут на красивой лошадке на работу ездил? Чтобы из бюджета зарплату получал? Ну-ну…

В чем-то связи, конечно, сработали. Рент Свелен не попал в тюрьму и даже уволен не был. Просто он слетел со своей должности в рядовые статисты, а на его место поставили рента Якоба Видрича. И оговорили – год на испытательный срок, потом посмотрим на твою работу.

Стоит ли говорить, что Якоб рьяно взялся за дело, гоняя всех сотрудников туда, сюда и еще куда-то? При этом сам он теперь не ездил, Леа и раньше в горы выгонять было, как черепаху летать учить, Шандера Якоб сам не рисковал сильно задевать, и кому оставалось отдуваться за всех?

Правильно, Элисон и Лукасу.

Элисон сильно и не возражала. Атмосфера в бюро и раньше-то была не так чтобы чистой и прозрачной, а сейчас дружный коллектив сильно напоминал клубок гадюк. Таких, которые между собой переплелись, а распутаться не могут. Лучше уж в горы.

Единственной, кто не пострадал от карающей длани его высочества, была рена Глент. В бухгалтерии все оказалось в идеальном порядке, а статистические данные – она тут кто? Правильно, она считает деньги.

Хоть один корель пропал? Нет? Тогда какие к ней претензии?

Проверяющие вылетели из бухгалтерии быстрее ветра.

Рена Глент вернулась к своим отчетам и балансам, а бюро продолжало потряхивать.

Рент Якоб, при всей его пронырливости, не был уверен, что задержится на этом месте. Не те у него связи, вот женился бы он на ком-то посильнее, точно бы попробовал Шандера свалить, а сейчас… то ли получится, то ли связи у Свелена крепче окажутся. Вот и надо вертеться, и чтобы самому из бюро не вылететь, и чтобы все идеально было, и чтобы прежнего своего начальника не обидеть… а рент Свелен не собирался помогать. И работать тоже не рвался.

Вот и получилось два начальника, и оба нервные. И что печально – на двух подчиненных. Ладно, на двух и восьмушку, за которую Элисон считала Леа Даларвен.

Так что помогать Робину Элисон просто не могла. Вообще. Никак.

Куда тут выбраться? Вообще сил к выходным не оставалось, она просто падала в кровать… ладно, на домашние дела, с которыми она помогала рене Астрид, у нее силы оставались. Но куда-то ехать и делать что-то еще?

Робину она рассказала обо всем честно, и мужчина проникся. Ладно уж, осенью пройдет отчет за третий квартал, а там, может, и полегче станет. Тем более пока они с Матео даже не представляли, как подступиться к проблеме.

Есть довернцы. Из тех, которые не нужны у себя.

Есть леоний. Большой кусок его активировал способности у несчастного паренька, но… как?! Что именно с ним случилось?

Мало того что данных почти нет, так еще и предположения…

Чем этот паренек отличался от других? Может, у него и правда был активный магический канал? Или что-то еще?

То ли Робин с Матео плохо знали планиметрию, то ли что-то еще забыли из институтского курса, но посчитать у них ничего не получалось.

– Ничего у нас не выйдет!

Робин запустил в стену чернильницей, и та отскочила обратно. Нет, не в лоб неудачливому метателю, хотя летела точно туда. Не смогла.

Все же кусок бронзы не обладает достаточной упругостью.

Зато чернилами она в ответ плюнула щедро, на половину кабинета.

– Ну вот. – Матео посмотрел на черную лужицу. – Хью нам головы открутит.

Повод для отчаяния у Робина был. Даже не так чтобы отчаяния, а…

Для вычислений маловато данных! Вот и все!

Матео сидел за учебниками, повторяя то одно, то другое и стараясь уместить в голове все то, что… ладно, не прогуливал, но уж точно и не учил как надо бы во времена институтские. Робин пытался прикинуть, какая должна быть сила.

Первый всплеск, из-за которого подонки и решились спустить лавину на беззащитный город, он отследил по данным Матео и теперь кое-как раскладывал его на составляющие. Насыщенность, векторы, стихия… получалось так паршиво, что Робин вот уже четвертый раз получал разные результаты.

Дверь в кабинет скрипнула, и внутрь прошел Хью. Огляделся вокруг, Робин полез под стол – не успел.

– Рент Робби, это что за поведение такое – чернильницами швыряться? Их для того делали, чтобы вы их ломали? Да еще и кабинет весь засвинячили, и сами в чернилах! Вас что – из зоопарка выпустили?

Робин опустил глаза вниз. Может, ему и за тридцать, но когда тебя начинает распекать такой вот Хью, который тебя еще на горшке помнит… стыдно как-то становится.

– Хью, я уберу. Честное слово!

– Договорились, – тут же поймал его на слове старый слуга. – Я сейчас ведерко с тряпками принесу… да-да, рент Матео, и вы никуда не денетесь. Извольте все это оттирать, и пора обедать.

Робин застонал.

Слуга иногда становился настоящим домашним тираном, но ведь и дом весь на нем, и уборка, и закупки… с легкой руки Хью слуг все же прибавилось, но кто смотреть-то за этими безмозглыми косоручками будет? Опять Хью.

Ну и свой расчет у слуги был.

Знаете, как хорошо уборка разрабатывает руки, ноги и спину? Нет? А вы наймитесь куда-нибудь полы мыть, через полгода и фигура улучшится, и одышка пропадет, а уж какое терпение появится – святые позавидуют! Так что пусть парни убирают, а заодно и разминаются, вместо зарядки. Вместе с зарядкой.

Не важно!

Пусть работают! И не только головой. Хотя и вот такие приступы лучше, чем отчаяние, запои, спрятанная под матрасом веревка… мальчишки начинают оттаивать и оживать.

Но это не повод кидаться чернильницами в приличном доме!

* * *

– Дом, милый дом!

Адриан Вебер чуть ли не с умилением оглядывал свой особняк.

Когда началось все это бурление, он решил поджать хвост, чтобы не оторвали. А что?

Вы знаете, какой у него бизнес? Вот, то-то и оно, любого человека притянуть можно, а уж Адриана-то сами боги велели! За что?

За шкирку!

Так что собрался Адриан, прихватил сыновей, супругу и бодренько отправился на курорт! Подлечить печень. Не болит? А, не важно, это профилактика!

И лечил он печень все то время, пока в Левенсберге были королевские следователи. Кто их знает, чего им понадобится? Он еще и указание своим управляющим дал – потише быть и спокойнее. Конечно, следователи – мужчины, а любовь и ласка всем нужны, но… лучше не нарываться.

Это понимали все, а потому бордели старались работать тихо и мирно, вокруг клиентов буквально на цыпочках ходили, а тем девкам, которые попробуют сейчас кого-то опоить и обобрать, пообещали самые страшные кары.

Привлеки еще внимание к борделю, зар-раза!

Вняли все. Идиоток в борделях не держат, идиотки клиентов на улицах ловят, там же и подыхают от дурной болезни. А в борделе, где и врач, хоть какой, и вышибала, и клиентов стараются фильтровать, каждая понимает: надо выполнять приказы бордельной мамки. А то ведь и поучить могут…

Не обязательно плеткой.

Только вот и клиент клиенту рознь, и платят они по-разному, и девками тоже пользуются по-разному… после иных и по десять дней отлеживаться приходится. Вот будут тебе только таких давать – через месяц волчицей взвоешь!

Нет, лишних проблем у Адриана не было, так, проверили его, больше для галочки, и отмахнулись. В его борделях самое большее – это дурачков-рабочих на ТУ шахту приглядывали. Но это-то и на вокзале, и в поезде, и в трактирах, и в борделях – где угодно можно. Так что Адриан отсиделся и теперь возвращался домой. К своей коллекции книг.

Марко думал про Элисон Баррет. Интересно, что с ней?

Так бы ему и наплевать на девушку, но… упущенная добыча манит. Сначала сама девчонка отворачивалась, потом этот военный вмешался, потом уехать пришлось… да что ж такое? Если б Марко ее на спину уложил, поди, и интерес бы через два дня потерял. А он – никак!

Это куда такое годится?

Да он в жизни за девушкой дольше двух дней не ухаживал! Исключение составляли девицы Груберов и Хаасов! С этими Марко просто старался не связываться, так, любезничал, раскланивался и уворачивался. Может, на ком-то из них и придется жениться, чтобы объединить капиталы, но… это – потом! Он еще слишком молод! Он не нагулялся!

Так что в ближайшее время ему есть чем заняться.

Пол посмотрел на брата.

– Марко, может, на охоту съездим? Надо Фабиану сказать, да и остальные…

Марко подумал пару минут и кивнул.

– Да, я бы не возражал!

Охота – это хорошо, в горах кого только не водится! Трофеи Марко не слишком интересовали, но вот это ощущение, когда ты сильный, когда перед тобой зверь, когда ты – повелитель его судьбы, и все будет по твоей воле… убьешь или отпустишь… пусть это просто животное, они тоже умеют чувствовать! И бояться умеют. Именно это Марко в охоте и привлекало.

По другую сторону прицела он еще никогда не оказывался. А жаль…

* * *

Ее величество Лидия внимательно смотрела в зеркало.

Кто-то мог бы увидеть в нем моложавую и вполне-вполне симпатичную женщину, которая выглядит моложе своего возраста, особенно если седину закрасить, а брови и реснички подчернить.

А кто-то…

Лидия видела и морщины, и поплывший овал лица, и уставшую постаревшую кожу, и складки на шее… она не видела человека. Она воспринимала только недостатки.

Боролась с ними, мужественно и отчаянно, но проигрывала, безнадежно проигрывала…

Люсиль Брайт, одна из доверенных дам королевы, смотрела сочувственно.

Она, конечно, тоже старела, но у нее ситуация другая. У нее муж – обычный человек, и стареют они вместе, и муж чуточку постарше, так что и выглядит похуже, а вот королеве не позавидуешь. У нее-то сил нет, а супруг – маг.

Что именно король может, особенно никто не знает, Риберто свои возможности не афиширует. А вот внешность его видят все.

Ему уж под шестьдесят, а выглядит он в два раза моложе, чуть не старшим братом своего сына кажется. И рядом с ним Лидия…

Которая – увы! – выглядит как тетка или даже мать своего же мужа!

И ничего с этим не поделаешь, маги живут дольше, а стареют медленнее, таков закон природы. Риберто еще лет сто может прожить, ну лет восемьдесят точно, а стариком он начнет выглядеть уже ближе к смерти.

А время идет, оно беспощадно, и через десять лет Лидия будет выглядеть еще хуже.

Могла бы она сохранить красоту и молодость?

Нет, не обманешь природу. И массажи, и купания, и магические притирания можно использовать только до какого-то предела, потом это становится вредно для здоровья, и Риберто жестко запретил супруге убивать себя во имя красоты.

Несправедливо?

С точки зрения Лидии – ДА!

Легко ему говорить, что он ценит в ней друга, супругу, спутницу жизни, легко, когда сам-то он сейчас находится в расцвете зрелости, а она?! Она увядает!

И где тут справедливость?!

И ведь не вчера это началось, еще с первым ребенком Лидии пришлось ужасно тяжело, Дамиан оказался магом, а она-то обычный человек. Она тоже может и выносить, и родить мага, но ей подпитка нужна, и сильная, и здоровья это много отнимает.

Вот и вышло, что после первого ребенка Лидия очень долго восстановиться не могла, тогда и стареть начала… тошно ей сейчас, плохо, больно…

– Ох, Люси, как же несправедлива жизнь!

– Да уж чего в ней справедливого? – поддакнула Люси. – Я слышала про новаторский метод омоложения, кстати. Хотела сходить, попробовать.

– Какой же?

– Вроде бы есть маг, который может воздействовать на кожу. Я слышала мимоходом, так-то он маг воды, вот вроде бы он напитывает кожу влагой, делая ее более молодой и упругой, и морщинок становится меньше. Если это регулярно повторять, будет лучше, конечно.

Глаза Лидии вспыхнули яркими огнями.

– Узнай подробнее! Я хочу к нему сходить!

Люси кивнула. Узнает, конечно. Королеву она понимала, дело-то житейское, хочется ей продлить молодость! Ах, как же ужасно несправедлива эта жизнь!

Вот если бы беременность омолаживала, но и обычная-то все из организма высасывает, а уж с ребенком-магом и вовсе жуть! Сразу на десять лет, считай, постареешь!

– Конечно, ваше величество. И узнаю, и сходим.

Лидия кивнула и опять вернулась к зеркалу.

Один крем нанести и подождать, когда впитается, второй на веки, третий на лоб, четвертый на щеки, кожа везде разная… и это еще шея и руки не охвачены… ах, руки! В этой мерзкой, проклятой старческой «гречке»!!!

Так бы и сорвала с себя всю кожу!

Увы, данная операция могла закончиться только смертью королевы, поэтому Лидии ничего не оставалось более. Сиди и ухаживай за собой.

Хотя бы так.

Хотя бы чуть-чуть!

А слезинку обиды Лидия ловко стерла еще в зародыше.

Нельзя ей плакать, совершенно нельзя! Это вредно для кожи! Вот!

* * *

– Киса, я рада тебя видеть! Вот, держи!

Элисон вытащила из сумки копченую форель и протянула кошке на открытой ладони. Кошка царственно оглядела приношение и аккуратно взяла его зубами. Откусила примерно треть, остальное подвинула малышу.

Котенок задорно мяукнул – и вгрызся в рыбину.

Элисон улыбнулась, глядя на этот концентрат очарования. Ну хорош же!

Котенок достаточно быстро рос. Сейчас это был уже подросточек, немного нескладный и неуклюжий, но компенсирующий свою неловкость взглядом очаровательных золотых глаз.

Такой серьезный, пушистый, такой… познающий мир. Впрочем, дети животных практически все очаровательны.

Элисон видела кошку далеко не каждый раз, когда отправлялась в горы. После событий двухмесячной давности кошка откочевала чуточку в сторону от найденной шахты.

Да, у каждой кошки или кота есть своя территория, они ее отлично метят, и охотятся на ней, и стараются к другим кошачьим не вторгаться, но тут уж была безвыходная ситуация. В горы пришли люди. Убивать кошка не хотела, но и терпеть рядом вот этих? Шумных, вонючих и вообще?

В горах и так бардак был!

Из рудника вывозили мертвые тела, их везли сразу к железной дороге, откуда уже и путь проложили, и щебнем засыпали. Там, на свежеоткрытой станции, их отдавали некроманту, который опрашивал и записывал данные у тех, до кого мог дозваться.

Туда же прибывали родные. Там же рядом устроили временный морг. Если родные у человека были, им отправляли письмо и интересовались, что сделать с телом. Остальных просто хоронили на городских кладбищах Дейрена и Левенсберга.

Шахту с леонием спешно переоборудовали, завозили туда оборудование, строили домики для шахтеров, ограду, шумели так, что, наверное, в Дейрене слышно было… нет, кошке это не нравилось.

Она откочевала чуть подальше, как там у них складывалось с территорией, Элисон не знала, но если она ехала в направлении Орлиного пика, то кошку она видела. Сначала – издали.

Потом кошка решила подойти поздороваться. А потом Элисон начала прихватывать для нее всякие вкусности, благо денег теперь хватало. Выделенные ей коронеты она отправила в банк и теперь жила уже спокойно. Зарплаты хватало на съем комнаты и самое необходимое, а второй зарплаты, то есть снятых процентов – на разные приятности и вкусности. Впрочем, все Элисон не тратила, так что капитал будет прирастать. А это приятно.

Но как не побаловать кошку копченой рыбиной?

В горах, поди, такого нет! Может ли горная кошка наловить себе форели?

Наверное, может[2].

Но закоптить ее точно уже никак, а кошка проявляла интерес к бутербродам с копченостями, которые Элисон иногда брала с собой. Ну и как тут не поделиться?

Девушка и так ей обязана по конец жизни, если б не кошка, сколько бы они тут ходили и искали? Так что… кошке награду не выдадут, но Элисон ей точно рыбки купить может, это брешь в бюджете не пробьет.

Вежливо скушав рыбину, кошка подошла к Элисон, посмотрела девушке в глаза и мявкнула, подзывая к себе котенка. Иди сюда, маленький, нам пора.

Котенок бодро поскакал за мамой.

Элисон проводила их взглядом и полезла на велосипед. Данные сами себя не снимут, этим заниматься надо. Р-работа!

* * *

Завтрак – это прекрасно! Но ведь к нему и совершенно неотложные дела прилагаются, и попробуй отвертись! Арисса точно знала, мужчину надо атаковать, когда он не сбежит, поэтому разговоры о важном вела во время приемов пищи. Куда сыночка денется от полной тарелки?

Правильно, никуда. Вот, пусть кушает и слушает! А что рот занят, так это и неплохо, молча маму послушает, молча сделает… ах, не молча? А зря.

– Мама, мне надо на работу!

– Симочка, не упрямься, пожалуйста! Мирочка приезжает послезавтра, она очень милая девочка, очень умненькая, и вообще, вы родственники, что тебе стоит встретить двоюродную сестренку? Ты же понимаешь, родные – это самое главное, что есть в жизни!

– У меня дежурство, мама!

– И что? Договорись с рентом Ноэлем. – Имя рента любящая мамочка произнесла с легким придыханием, но Симочка не обратил на это внимания. – Пусть он встретит Мирочку вместе с тобой!

– Может, нам еще и служебный рамбиль взять? – ехидно уточнил Симон. А зря, сарказма Арисса не замечала, она даже не подозревала о его существовании. Тарану полутона неведомы.

– Отличная идея! Симочка, так можно? Почему ты мне раньше не сказал?!

Симон Слифт застонал и тихонько (голова родная, а столешница твердая) побился головушкой об стол. Правда, тарелку с яичницей и жареным беконом отодвинул в сторону, чтобы кудрями в сало не попасть. Да, Арисса Слифт славилась не только своим чадолюбием. Она еще и родных своих любила.

Правда, любовь ее была настолько своеобразной, что родственники дольше трех дней не выдерживали и сбегали куда подальше… ну или посылали туда рену Слифт. Но любила ведь!

Любила принимать, кормить, объяснять, как надо жить, поучать, делиться своей мудростью, тыкать в чужую глупость… а кто лучше Ариссы объяснит, как надо жить?

Она-то пожила, она знает…

У нее вон какой опыт!

Ах да!

Еще родственники обязаны были восхищаться бесподобным Симочкой. Понимать же надо! В их семье родилось сокровище! Нет, даже не так!

В их семье родилось СОКРОВИЩЕ! Настоящее чудо, которым надо гордиться. А вот Симочка вырастет и обязательно прославит род Слифт! Станет великим ученым, или личным королевским магом (тут мечтам немножко помешала полнейшая неодаренность Симочки), или гениальным… кем-то! Не важно, кем именно! Гениальный малыш будет гениален во всем, куда бы он ни пошел, ему везде будет открыта прямая дорога! Мамочка постарается!

Правда, в последнее время Арисса определилась с направленностью.

Симочка будет Великим Сыщиком. И раскроет Преступление Века. Да-да, именно так.

И ведь оно-таки случилось в Левенсберге!

Ладно, неподалеку в горах! И только это помешало Симочке его раскрыть! Арисса же не отпустит свое солнышко в горы?! Там холодно, грязно, там ветер дует, там дикие животные бегают… там не место для мальчика из приличной семьи! Вот не могли эти негодяи совершить свое преступление где-то поближе, к примеру, на окраине Левенсберга?

Тогда бы Симочка обязательно все раскрыл и всех арестовал! Ну ничего! Всему свое время, и гениальности Симочки тоже. А пока…

Пока приезжает кузина Мирочка! То есть Миранда Цоффер. Дочь брата Ариссы.

У бедной девочки ТАКАЯ проблема, это просто ужасно! В нее влюбился мальчишка из совершенно неподходящей семьи! Какой-то бедняк… Алан Юрлих?

Отвратительное имя! И наверняка отвратительный тип!

Конечно, брат поступил наилучшим образом! Отправил девочку туда, где Арисса сможет ее защитить! Пусть только этот Алан сюда заявится, уж она ему…

Женщина воинственно покосилась на швабру.

Даже помощь Симочки не понадобится! Или все-таки?

Надо же будет смести останки несчастного Юрлиха в совочек и выкинуть из города!

– МАМА!!! – простонало сокровище на повышенных тонах. Печально звякнула оконная рама, привыкшая к потрясениям. Арисса с любовью посмотрела на сы́ночку.

– Симочка, да, возьми рамбиль, может, у девочки большой багаж!

– Мама, мне его НЕ ДАДУТ!!!

– Почему?

Действительно, почему это мальчику не дадут воспользоваться служебным рамбилем в личных целях? Совсем совесть потеряли?!

– Мама, потому что он занят!

– Но тебе же НАДО!!! – с абсолютной уверенностью топнула ножкой любящая мамочка. – Вот, можешь дать начальству письмо Дорика, пусть прочитают и поймут!

Симон только головой покачал. Начальство у него вообще отличалось крайней вредностью и непонятливостью. Вот сколько он им говорил про эту Баррет?!

Не понимают!

И мама еще… ничего, сейчас все успокоилось, и он ей точно займется! Пусть эта сомнительная девица не причастна была к прошлому делу, но… может, и причастна! Вот откуда она приехала? Из столицы?

А главный заговорщик как раз в столице и сидел!

Ну почему, почему никто не видит так же ясно, как он! Ах, такова судьба всех великих – терпеть гонения от современников. Ничего, он всем еще докажет!

И покажет! Два раза!

– Мама, я пошел на работу. Попробую отпроситься, надеюсь, получится.

– А рамбиль?

– Я спрошу, но не думаю, что дадут, – вздохнул Симочка. – Я пока еще стажер, вот буду настоящим полицейским, тогда можно будет, а пока могут и отказать.

И смылся раньше, чем любящая мама еще что-то произнесла.

Арисса проводила сыночка любящим взглядом.

Ах, КАК хорош!

Как умен, красив, даже странно, что от ее никчемного мужа такое сокровище получилось! Впрочем, Симочка копия своего дедушки, так что… можно считать, что никакой муж тут и мимо не пробегал, только фамилию дал, а так – Симочка полностью пошел в семью Цофферов…

Да, семья – это важно.

Арисса достала еще раз письмо брата, перечитала.

«Дорогая Аричка!

Как твои дела? Как Симочка?

Ты писала, что он устроился работать в полицию! Я надеюсь, скоро мы будем праздновать его повышение? Такой умный мальчик, как у тебя, быстро пробьется наверх, я более чем уверен, что рано или поздно он будет генералом».

Ах, Доричка! Арисса в этом даже и не сомневалась! Конечно, генералом! Если магом не получилось… Арисса даже зажмурилась, представляя себе Симочку в генеральской форме, с вышивкой золотом… просто восторг!

«У нас все более-менее хорошо. Я здоров, супруга, конечно, ворчит, то ей денег не хватает, то еще чего-то… ты сама знаешь, как трудно найти достойную женщину».

Да, Арисса знала! Кругом одни сволочи и вертихвостки! Прямо хоть ты мальчика из дома не выпускай, так и норовят впиться, гидры мерзкие! Вот и Доричка… женился, а жена все ему покоя не дает! И пилит, и пилит… сожрала, гадина!

«К сожалению, есть у нас и небольшая проблема. Моя дочь, Мирочка, ты ее безусловно помнишь, попала в настоящую беду. Ты помнишь, она с малолетства дружила с Леоном Ройером, и мы уже собирались их поженить, к большой радости обеих семей. И тут начался какой-то кошмар!

Где уж дочка взяла этого Юрлиха – не знаю. Подозреваю, что это он ее нашел, Мирочка – девочка не бедная, умненькая и вообще настоящее сокровище, ты же понимаешь, вокруг нее так и будут крутиться всякие проходимцы!»

Арисса вздохнула еще раз.

Да, Дорик своих детей обеспечил, в чем-то не без помощи супруги. Он удачно женился, с помощью тестя вложил приданое жены в доходные дела. Сам он был врачом, и весьма неплохим, занятие его приносило доход, но, конечно, не миллионы! Впрочем, его заработок, плюс доход от вложений, а у деток и вообще получилось свое приданое. Два сына уже были женаты, а вот Мирочка, дочка…

Да, сложно выдать детей замуж. И женить тоже сложно!

Жаль, что Симочке и Мирочке нельзя пожениться, слишком близкое родство! Храм такое не одобрит! А жаль, отличная была бы партия, милая девочка, из хорошей семьи…

«Чем уж он задурил дочке голову, я даже не представляю, но Мирочка решительно отказалась выходить замуж за Леончика! Якобы она любит этого нищеброда Юрлиха и пойдет только за него! Надеюсь, у нее это скоро пройдет, а пока пусть она месяц-полтора побудет у тебя? Пожалуйста? Дай мне время что-нибудь придумать, а Мирочке опомниться. Я уверен, что все будет хорошо. И тебе-то можно доверить девочку, ты за ней приглядишь. Я тебя еще раз прошу приютить Мирочку, а я тебе еще напишу в ближайшее время.

Твой любящий брат Дорик!»

Арисса спрятала письмо и решительно кивнула.

Родне не отказывают! Уж она-то сумеет наставить девочку на путь истинный! С ее умом, опытом… она справится! Обязательно!

* * *

– Добрый день, рента!

Прием отличался разительно, как день и ночь. Если прошлый раз рент Вальдес был чем-то недоволен, то в этот раз он улыбался так, что солнышко смотрело и завидовало. Мужчина аж светился.

И то!

Элисон ему не просто жизнь спасла с этим кайдашем, она ему еще и карьеру спасла. Это уж рент Вальдес задним числом сообразил, когда подумал! Если есть опасная хищная тварь, она ж рано или поздно вылезет и начнет жрать людей, раз уж они у нее на руднике, под самым носом… то есть пастью. А кто за это ответственный?

Правильно, рент Вальдес.

Начались бы поиски, разбирательства, даже если бы кайдаша нашли, все равно, считай, карьера управляющего рудником, да не самым плохим, закончена.

А так он даже и рапорт подавать не стал наверх – зачем?

Разобрались же, своими силами. Явление ликвидировано, виновные наказаны, казна не пострадала, рудник работает – все отлично? Да!

Правда, двух из трех дурачков вроде как потом змея покусала, или еще что-то… ну рент Вальдес и не удивился сильно. Ясно же, когда в такое лезешь… будут последствия!

Ты можешь верить или не верить местным жителям! Ты можешь оскорбить водяного духа – пожалуйста, может, ты даже безнаказанным уйти сможешь. Это твое право.

Но лучше так не делай. Целее будешь. И проживешь подольше.

– Здравствуйте, рент Вальдес. – Элисон тоже улыбалась вполне доброжелательно.

– Прошу вас, рента, я уж чаек приказал поставить…

Элисон покачала головой.

– Рент Вальдес, давайте сначала работа? А потом уж можно и чаек?

Борегар утвердительно кивнул. Ему такое отношение нравилось, сам предпочитал сначала работу сделать, а уж потом поесть. В крайнем случае можно одновременно.

– Тут вы, рента, правы. Просто мне поговорить с вами хотелось…

– Вы будете со мной к датчику подниматься, рент? Заодно бы и поговорили?

Борегар подумал пару минут.

– А почему нет? Давайте так и поступим. Но чаек потом – обязательно.

– Не откажусь, – кивнула Элисон. Она успела с утра проголодаться, да и холодало уже потихоньку, к горам осень подкрадывалась, а когда холодно – есть хочется больше.

Разговор рент Вальдес начал, когда они отошли от рудника на достаточное расстояние и их уже никто не мог слышать.

– Рента Баррет…

– Можно просто рента Элисон.

– Вот и ладненько, я вам как раз в дяди гожусь по возрасту, или в отцы, так что рент Борг – в самый раз будет, да, рента Элисон?

– Хорошо, рент Борг, – Элисон улыбнулась. – Что случилось?

– Да это не у меня, это у знакомых, рента. Дело такое… у них четыре дочки. Две старшие пристроены уже, младшая еще в силу не вошла, а вот средняя задурила.

– Задурила?

– Рента Элисон, вы ж из столицы, там, наверное, по-другому. А у нас тут дело такое, ежели парень за девушкой ухаживать хочет, да с намерениями, – слово рент выделил голосом, – он сначала к ее родителям идет. А не по углам с девчонкой прячется.

– Ага – сощурилась Элисон, припоминая кое-что из своего опыта. – А тут девчонка явно с кем-то встречается, а к родителям никто не идет?

– Все вы правильно понимаете, рента. Нет, мои друзья не сволочи какие, они запрещать не станут. Даже не так… им бы знать, что с девкой и кто на нее глаз положил. Если человек с хорошими намерениями, так он, поди, прятаться не станет. Если боится, тут тоже по ситуации смотреть надо. Не всегда ж со зла люди прячутся, когда и причины на то есть. А если что плохое?

Элисон кивнула.

Так-то логично. Даже если родители не станут вмешиваться, ЗНАТЬ они должны. Обязаны даже.

– А от меня что надо?

– Я понимаю, вроде не мажеское это дело, но, может, есть какие способы? Чтобы посмотреть, с КЕМ?

Элисон прикусила губу.

– Есть… способы.

– А вы их знаете, рента? А то, может, вы бы поглядели, а? Вроде как в полицию с таким не пойдешь, магов у нас на город тоже… таких, чтоб знающих, поди да найди, а как девчонке жизнь испортят? Может, этот тип с тремя сразу крутит, воду му́тит? Сами понимаете, люди разные встречаются, девчонка еще молодая совсем, неопытная, гадину и не распознает, ему смешочки, а ей потом боль какая будет? Да и позора нахлебается. В столице-то народу всяко больше, а тут все ж на виду!

Элисон выдохнула, медленно разжала кулаки.

– Рент Борг, когда мне бы к вашим знакомым приехать? Только так, чтобы девушки самой дома не было, а лучше и сестер? Чтобы мать дома была или отец… лучше, конечно, мать.

– Почему?

– А мне вещи девушки понадобятся, мать-то лучше знает, где и чье платье? Что у нее в доме и как?

– Это верно, рента. Послезавтра? Вы ж против не будете? Я с Альдо поговорю, он дочек повезет куда-нибудь, а мать дома останется. Как раз Алина вам все и покажет, и поговорите?

– Можно и так.

Получив согласие, рент Вальдес расцвел, пообещал послезавтра с утра заехать за Элисон и уже спокойнее принялся рассказывать о своих знакомых.

Выходило так, что семья у них небогатая, отец, Альдо Эрмерих, портной, мать ему помогает, золотых гор в семействе как нет, так и не было, с четырьмя-то дочками…

И кому понадобилось крутить голову Лизе?

Старших, и Анну, и Магду, замуж выдали, остались Лиза и Мария, вот, Лизе восемнадцать, правда, девка красивая, такая, кровь с молоком, всё при ней, всё при всем… хороша – невероятно!

Старшие тоже не страшненькие, но чуточку поплоше получились, младшая еще в силу не вошла, а вот Лиза – ух-х-х-х!

Размер «ух-х-х-ха!» рент Вальдес показал на себе, Элисон молча позавидовала. С такой-то красотой, поди, и жевать сложно! Да уж!

Некоторые вещи и магия не исправит! Точнее, здесь и сейчас можно, но потом будут проблемы.

Хочешь грудь побольше?

Пожалуйста, магией можно ее увеличить, но лет через двадцать она или безнадежно обвиснет, или ты по лекарям забегаешься, потому как к магически измененному органу все болезни цепляются, какие можно, ребенка выкормить не сможешь… много оговорок.

Магически измененный нос через двадцать лет запросто или искривится, или будут наросты, или сопли замучают… там вариантов – сорок магов смогут магистрами стать на этой теме. А сформулировать-то можно одним предложением.

Природа не прощает вмешательства и мстит за него. Или учись принимать себя таким, какой ты есть, или готовься к большим проблемам.

Кого-то это не останавливает. Но дураков хватает во все времена.

Элисон собой была вполне довольна… раньше. Но это сейчас не важно, вот помочь девушке – дело другое. Если парень и правда пакость какую-то хочет устроить… жалко же! Восемнадцать лет, как она там в людях-то разбирается? Да никак!

Определенно, надо съездить и посмотреть.

* * *

– Дорогой мой, мы должны что-то сделать!

– А что именно ты хочешь сделать?

Рент Лейтнер с подозрением смотрел на супругу.

Жозеф жену любил и уважал, и до сих пор у них все было замечательно, во всех смыслах, но… Фели – она такая, как огонь! Подхватит, вспыхнет – и вперед! И поди останови этот лесной пожар!

Она и с мужем поругается сорок раз, и помирится, и сама его простит, и сама все объяснит, и сделает… только вот с Робином сейчас так – нельзя.

Чего уж им с Хью стоило удерживать супругу подальше от сына – кто скажет?

Фели-то рвалась помочь сыночку наладить жизнь. И сразу после катастрофы рвалась, и сейчас хотела вмешаться, но… вы слышали про деликатный вулкан? Вот и Жозеф не слышал, а его супруга именно таким вулканом и была.

Раньше она могла сделать Робину только хуже. Если бы речь шла о болезни, да, Фели бы справилась. Но когда человек потерял столько… Робина просто нельзя было окутывать заботой, жалеть и лелеять. Фелиция сделала бы ему только хуже.

Они с Хью делали все возможное.

Плохо было, когда сын пил.

Когда он впал в апатию, стало чуточку получше. По крайней мере он перестал активно убивать себя и не перешел с вина на сонное зелье. Уже лучше. И мысли о самоубийстве оставил, тоже хорошо.

А сидеть и страдать… ну это занятие такое, рано или поздно надоест. Тут-то Хью и подскажет, и поможет. Жозеф уж и дело для сына придумал… не пригодилось.

Хью рассказывать не мог, сказал, что Робин будет работать на Корону, вот и слава богам. Только вот… и сейчас ему Фелиция могла нарушить складывающееся равновесие.

Робин потерял все, из чего состояла его жизнь. Он залез в берлогу, он заново выстроил себя и свой мир… выстраивает. Нужна ли ему рядом мать с ее кипучей энергией?

Сложно сказать.

Жозеф считал, что, если бы мальчик хотел, он бы задержался в столице.

Нельзя, как хотите, нельзя парней кутать в вату!

Дайте им возможность стоять на своих ногах, дайте возможность самим справляться с неудачами и невзгодами… Да, подстраховать! Это Робин, наивный мальчик, думал, что семья его оставила в покое, а Хью обо всем писал так-то. Раз в неделю – точно.

Сейчас сын начал оттаивать, принял свои увечья или хотя бы начал относиться к ним спокойнее, но все равно – рано. Для урагана по имени Фелиция время еще не пришло.

Вот когда надо будет размести осколки старой жизни и старых страхов ради чего-то нового – дело другое. А пока не ко времени.

– Конечно, в столицу Робину пока еще рано. Но для начала я заказала на его адрес доставку журналов. Пусть будет в курсе столичных дел.

– Зачем, Фели?

– Пусть привыкает. Рано или поздно он вернется в столицу.

– Допустим. А что еще ты сделала?

Нет ответа. Только очень невинный взгляд. Точь-в-точь, как у кошки, которая слопала всю колбасу и вовремя удрала.

– Фели!

– Когда ты кричишь, ты такой… у меня даже колени дрожат!

– Фели, что именно ты сделала?

– Ну…

– ФЕЛИЦИЯ!!! – Прорычать имя без единой рычащей было сложно, но рент Жозеф справился!

Жена топнула изящной ножкой.

– Прекрати на меня кричать! Ничего такого я не сделала, просто у моей подруги есть дочка, милейшая девочка, тоже маг, хотя только третьего уровня, и она ТАК восхищается Робином… так трогательно говорила о его подвиге!

– И?!

– Я дала ей адрес Робина. Она обещала написать мальчику.

Жозеф застонал.

Вот экзальтированной романтической идиотки мальчику точно не хватало! С другой стороны, письма – это не так страшно. Ну разозлится сынок. Так что же? Позлится, да и успокоится, может, оно и полезно.

– Только написать?

– Да, милый.

– Ну… ладно! Но Фели, такие вещи надо обсуждать с Робином!

– Зачем?

Удивление на лице супруги было неподдельным. Действительно, зачем о таких мелочах с мальчиком разговаривать? Он же не согласится!

– А со мной?

– Я и не подумала, дорогой!

– В следующий раз думай!

– Конечно-конечно, милый.

Увы, это согласие никого из них не обмануло.

* * *

– Ух ты!

Элисон была совершенно не готова к увиденному.

Перед ней, на пороге дома, стояла… такая… что вот просто ух! И нет других слов!

Алина Эрмерих улыбнулась.

Она отлично знала, что хороша собой, она привыкла к такой реакции, и вообще, Элисон была не первой, кто вот так ахал.

Причина была.

Алина впечатляла, иначе и не скажешь.

Высокая, стройная, статная, с фигурой, которая не оставила бы равнодушным никого. Классические «песочные часы», причем выдающиеся грудь и тыл соседствовали с тончайшей, несмотря на четверо родов, талией. Пшеничные косы толщиной в руку, аж до пояса, громадные голубые глаза, нежная бело-розовая кожа… и это в сорок с хвостиком, почти в пятьдесят. Ей нельзя было дать даже тридцать пять, с расстояния в несколько шагов она казалась ровесницей своей старшей дочери. Контрольным выстрелом – грудь не менее пятого размера.

Элисон оставалось только завистливо вздохнуть.

– Добрый день, рент Борг. Рента…

– Баррет, – подсказал рент.

– Проходите, рента Баррет.

А вот голос у красотки подвел. Увы, ей бы что-то нежное, а вместо этого очаровательное создание изъяснялось низким басом. Но и так голос был роскошным, этакое густое, низкое звучание струны.

Кто бы выдержал на месте Элисон?

– Вам бы с такой красотой не в Левенсберге, за портным, а в столице, при дворе блистать!

Алина улыбнулась краешками губ.

– У меня семья не из богатых, рента Баррет. Жениться на мне никто бы не женился, а в блуд… у меня отец был старой закалки. Выдал замуж за Альдо, я и глазом моргнуть не успела. И ведь не прогадал, как с другим, не знаю, а с мужем я счастлива. Нужен ли мне тот двор?

Элисон задумчиво кивнула.

Действительно, что дороже? Материальный достаток – или обычное счастье? Пусть у Алины нет бриллиантового колье, но, судя по всему, ей хватает. Она умеет быть счастливой имеющимся, и это главное. Была бы она так спокойна в столице? Или там бы ее попросту сожрали?

– Простите, рента. Я была бестактна.

– Ничего страшного. Я привыкла. Пойдемте, рента, я покажу вам комнату Лизы.

– А еще, пожалуйста, сразу. Мне нужны вещь вашего мужа, вещь Лизы и вещь Марии. И объяснить, где что.

– Зачем?

– Если в ее комнате есть что-то чужое… – Элисон не сразу подобрала подходящие слова. – Человек обладает аурой. Его аура, как запах, оставляет на всем свой отпечаток. Вот если есть чужой запах…

– Ах вот оно что? Сейчас принесу, – согласилась рента Алина, и действительно через несколько секунд вернулась со шляпками в руках.

– Мужа, моя, Лизы, Марии. Вот комната Лизы.

Элисон коснулась дверной ручки, помедлила немного и шагнула вперед.

Комната Лизы была невелика. Обычная комната, ничего такого. Кровать, накрытая белым покрывалом, шкаф, сундук, он же стул, стол – все. Никакой особой роскоши, но все беленькое, чистенькое, на окнах занавески…

Элисон медленно коснулась одной шляпы, кожаной и с пушистым пером. Аура хозяина была видна совершенно четко, словно след… прикрыть глаза, обвести взглядом из-под ресниц комнату…

– Ваш муж тут не бывал. За последние несколько месяцев точно.

– Да…

Вторая шляпа легко погладила руки. Соломенная, с вуалью…

– А вот вы часто заходите сюда. Я бы сказала, очень часто…

– Конечно.

– Мария здесь бывает нечасто. Может, раз пять или шесть…

– Да, рента. Вы правильно говорите.

– Я не увижу то, что было давно. Но недавно…

Элисон творила несложное заклинание. Теперь каждая аура для нее виделась своим цветом. Черный, белый, синий, красный… будут другие цвета? Элисон медленно переводила взгляд с предмета на предмет.

Ничего особо важного, но почему столько красного в том углу? Кровать сияет красным цветом, сундук, стол, но полы почему?

Лиза не так чистоплотна, прошлась – и все, а тут прямо-таки алое в спектре, такое, ядовитое…

Элисон шагнула вперед, провела рукой по доскам пола… где ярче? Здесь, здесь и вот тут…

Тихонько щелкнул, открываясь, тайник. Да и не такой уж тайник, если рассудить.

Просто кто-то аккуратно вытащил два гвоздя, и доска стала приподниматься. Немного, ровно настолько чтобы засунуть под нее… письма?

Скорее даже записочки. Небольшие такие и отчетливо фонящие чем-то зеленым, так отразилась для Элисон чужая аура.

– Мне кажется, это оно?

– Вам определенно не кажется, рента.

Элисон открыла глаза. Пошатнулась, переключаясь на обычное зрение, рент Вальдес поддержал ее под локоть.

– Так просто?

Элисон пожала плечами.

– Видеть ауры у людей и предметов – это первый курс. Для этого не надо быть особо умной, я же ничего такого и не сделала.

– Выпорю заразу!

Рена Алина едва зубами не скрипела.

– Можно? – Рент Вальдес протянул руку за записочками.

Алина помедлила несколько секунд, а потом подумала, что все равно их магу показывать придется, наверное… да и чего там скрывать? Там вещи неприятные…

Элисон взяла записку, вчиталась…

Некто Аарен признавался девушке в любви. Причем клялся он горячо, а вот остальное…

«Твои родители никогда меня не одобрят…»

«Уедем от всех, начнем новую жизнь в глуши, там, где нас никто не будет знать…»

«Никто другой не будет тебя так любить и понимать, как я…»

И почему Элисон это не нравилось?

Рент Вальдес тоже читал, кривился, но молчал, прорвало его чуточку позднее:

– Алина, я б такого умника поленом приветил!

Судя по лицу женщины, она бы в стороне не осталась, там бы и ухватом прилетело, и поленом, и вообще чем придется.

– Откуда этот гад взялся, девке голову кружить?

Элисон покривила печально губы.

– Откуда угодно. Вы мне лучше скажите, вы этого Аарена знаете? Имя какое-то…

– Странное?

Элисон качнула головой.

– Нам курс географии читали, политологии… мы же все это обязаны знать, хотя бы в осях. Мне одной кажется, что имя на довернское похоже?

– Вот довернца мне еще не хватало, – кошкой зашипела Алина. – Чем хочешь клянусь, рента, не слышала ни разу, дочь мне про него ни слова не сказала!

– Да не надо клясться, – отмахнулась Элисон. – Это понятно, другое хуже. И до чего у них дошло? И почему он так себя ведет? Довернцы же… они не так чтобы на наших женщинах женятся.

Трое людей переглянулись с пониманием.

Довернцам вера не позволяет брать больше одной жены. Они ее и берут, из своего народа, но… в Доверне разрешено рабство. Почти официально.

Это называется «кабальный договор», человек его заключает – и все. Разорвать можно, только если выплатить неустойку, а она такая… и чем должен отслужить человек по этому договору?

То-то и оно…

Элисон приводили примеры из практики.

Семья, в ней шестеро или девятеро детей, да всяко случается… много! И срочно нужны деньги! Скажем, кто-то заболел или еще какая беда. Заключает семья кабальный договор с довернцем и оставляет ему в услужение одного из своих детей. И все…

И сам ребенок уже довернцу принадлежит, и его дети, долг-то на потомков перейдет…

Не раб?

А договор кровью заверен, вздумаешь сбежать – мигом найдут, любой маг с тобой по этой крови такое сделает – на пузе обратно приползешь. Умолять будешь, чтобы приняли и отработать хоть как позволили.

Сказать, как и чем в Доверне красивые девушки такие договора отрабатывают?

В Элларе тоже всякое случается, но такие договора официально запрещены. Человек с кабальным договором на территории Эллары по умолчанию считается гражданином, пусть другой страны, но имеющим право на помощь. Только до полиции дойди.

Иногда и доходят.

А иногда их доносят. Или… всякое бывало, и о таком Элисон тоже рассказывали, и не радовали ее те рассказы.

– Шкуру спущу! – рыкнула Алина. – У меня Лизка из дома год не выйдет!

Элисон пожала плечами.

Уж как там мать будет разбираться со своим чадушком, ее не касается. Ответ на вопрос получен?

Она свою работу сделала.

А вот рент Вальдес был задумчив.

– Рента Элисон, а найти этого Аарена никак нельзя?

К чести Элисон, она не стала спрашивать – зачем? Конечно же, рент Вальдес будет с ним беседовать о поэзии. Или о прозе… да не важно! Два рента (или больше) всегда найдут общие темы для разговоров.

– Вряд ли. Для поискового амулета или чего-то такого нужна кровь объекта. И то не всегда срабатывает.

– А как-то… другими способами?

– В полицию пойти или расспросить по трактирам, где он остановился. Вряд ли особенно далеко, ему ж надо как-то с Лизой видеться?

Рент Вальдес едва себя по голове не хлопнул.

Вот ведь… дурак старый! Мог бы и сразу сообразить, и сам додуматься…

– Вы правы, рента Элисон! Алина, ты запирай девку. А я и правда поищу, кто тут воду му́тит! Он у меня навсегда заречется к нашим девкам подходить.

– Спасибо, рент Борг.

– Элисон спасибо, она это нашла. Я б и не подумал, что тайник…

– Я бы тоже не подумала, я дочери доверяла. Вот не в меня она, – опустились руки у Алины. – Внешность моя, а вот ума боги не додали…

Элисон промолчала.

А что тут скажешь? Можно подумать, она тут самая умная…

* * *

«Сегодня состоялось бракосочетание ренты Эрдвейн-младшей с рентом Рателем.

На свадьбе разразился безобразный скандал…»

Рена Шафф отвлеклась от заметки в газете и перевела взгляд на Элисон.

– Лисси, детка, вернулась?

– Да, рена Шафф.

– Сядь, чайку выпей. И вот, пирожка скушай.

– Спасибо, рена.

Элисон опустилась на стул, плеснула себе чая, взяла небольшой ломтик пирога.

– Я смотрю, рена Кирстен пишет?

Астрид заулыбалась, широко и искренне.

– Будешь смеяться, Лисси, она замуж собралась.

– Как?! – искренне удивилась Элисон.

– А вот! Догулялись по столице. Пишет, что очень приличный мужчина, вдовец, вроде как начал ухаживать, так что рена Кирстен собирается оставаться в столице. Составит брачный контракт, по которому все наследует ее старший сын. Ты, кстати, не знаешь в столице хорошего стряпчего? Чтобы состряпал?

Элисон побарабанила пальцами по столешнице. Что-то не нравилось ей такое…

– Рена Шафф, скажите, а к вам рена Кирстен прислушается? Как вообще зовут ее ухажера?

– Рент… Диль… Даль… а, вот! Дальмен!

Элисон отчетливо расслабилась.

– Рент Рене Дальмен?

– Да, так она и пишет. Ты его знаешь?

– Да вы что, рена! Где я, а где он? Так, слышала кое-что! Столица, она ж где-то и тесная…

– И кто он такой?

– Вроде как дальний родственник тех же Эрдвейнов, о которых вы сейчас читали, – показала Элисон на газету. – Но если это он, то вроде как человек порядочный. Ничего плохого я о нем не слышала, никогда.

– А о других Эрдвейнах? – поинтересовалась рена Астрид.

Элисон качнула головой.

– Они меня не так чтобы интересовали. Если скандал какой или подлость, тогда да. Я же хотела в столице оставаться после института, поневоле знать кое-что будешь, да и нарочно узнавать. Мало ли с кем столкнуться придется.

– Это верно, – Астрид кивнула с пониманием дела. Работать тебе не только с бумагами, работать тебе с людьми. И лучше о них что-то узнать ДО того, как вляпаешься. – Значит, ничего?

– Нет…

– Кстати скандал там таки случился. Дана Эрдвейн и Эдгар Ратель поженились, так вот, вроде бы их на свадьбе обозвали прелюбодеями и предателями, нажелали рогов, облили красной краской, а потом еще стену в особняке исписали скабрезными надписями.

– Что вы говорите?

– Представляешь? Вот, почитай. – Газетчики, конечно, соврали кое в чем, но даже имеющегося было достаточно. – Свадьба получилась на редкость скандальная, теперь эти двое век не отмоются…

Элисон протянула руку, взяла газеты, побежала глазами по строчкам.

– Хм-м-м… действительно, серьезный скандал. Думаю, им это год припоминать будут, да и потом… забудут ли?

– Положим, эта младшая Эрдвейн и правда дрянь, жениха у сестры уводить подло!

– А если у нее любовь случилась? Она же может быть не виновата?

Асрид пожала плечами. Элисон она уже узнала достаточно хорошо и ни на минуту не поверила, что та спрашивает серьезно.

– Лисси, детка, дело в другом. Если бы этот Ратель хоть одну из девчонок любил, дело другое. Тогда он бы или младшей отказал, или, если бы уж так младшую любил, пошел бы к отцу, кинулся в ноги, так и так, с невестой поговорил бы… уж точно не тянул бы в постель сестру невесты. Это – гадко. Грязный это поступок, и мужик грязный, старшей сестре повезло, что она от него вовремя избавилась. А с другой стороны, и младшенькая там хороша́! Прыгать к чужому жениху в постель? Да ладно бы к чужому, сестру вот так в спину бить? Дрянная девка, и пара там получится мерзкая, и поделом им. Сами еще втрое наплачутся, да поздно уже… детей только жалко. А с другой стороны, от гадюк ежи и не родятся, такие же гаденыши небось будут. Старшую Эрдвейн жалко, конечно, а остальным в семейке – поделом!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Сноски

1

У нас есть достаточно интересные аналоги. Не буду говорить про симпатические чернила, но вот термохромные краски – штука прикольная. (Здесь и далее – прим. авт.)

Вернуться

2

Курильский бобтейл, к примеру, отличный рыболов. А крапчатая или рыбья кошка вообще плавать умеет.

Вернуться