Г.И. Тронина
МИФ В ЭВОЛЮЦИИ ДУХОВНОСТИ

Духовность мифа появляется в его основной функции быть объединяющей людей силой, дающей единое  понимание ими места в мире, единое устремление их жизнедеятельности. Необходимость социально-духовного объединяющего начала присутствует на всех этапах развития общества.  Проявляется она, начиная с создания самых ранних мифов и кончая современными мифами с их постоянной социальной направленностью на стабилизацию духовной жизни общества, усиливая уверенность людей в устойчивости бытия. Миф выступает общим мироощущением и общим миропониманием современников, укрепляет их сотрудничество в жизнедеятельности, вселяет чувство личной сопричастности и благожелательности ко всем членам общества.

В ходе эволюции духовности миф предстает первым синтезом возникающих элементов духовности. Он участвует в их становлении и  вызревании. Они, становясь самостоятельными ее областями,  не порывают связь с мифом. Эволюция духовности со всеми достижениями научного прогресса отодвигают миф с центрального места в жизни общества, но не снижают его объединяющей социально духовной значимости.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ. МИФЫ В ДУХОВНОСТИ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

1. МИФ И ДУХОВНОСТЬ

На первый взгляд духовность и миф не взаимосвязаны. В духовности человека и духовности общества не просто увидеть их социальность. К тому же следует отметить, что нет устоявшегося, общепринятого определения как духовности, так и социальности. Обратимся к понятию «социальность». Латинское понятие «социо» («общий, связывающий) отразило совместность, общность жизнедеятельности взаимосвязанных людей, подчиняющих себе природную реальность, совместно выстраивающих взаимоотношения с нею и ставящих ее себе на службу. Социальность предков «вырастала» на почве совместного стадного существования приматов ради биологического сохранения популяции вида. Социальность существует в двух видах – индивидуальном (свойств человека как члена общества) и коллективном (взаимодействий сообщества людей). Социальность личности проявляется в групповых, коллективных формах общественной самоорганизации бытия людей, определена ими, невозможна вне их. Социальность не противостоит духовности, а порождает ее. Духовность отражает и «обслуживает» социальность.

Эволюции социально-духовной жизни человечества отражает процесс его самореализации. Создаваемая в ходе совместной жизнедеятельности духовность дает людям чувство уверенности, стойкости, полноты существования, стабильности, целостности, устойчивости бытия. Человек (с его природным организмом) – существо социально духовное.

Духовность в «узком» смысле определяют как идеальное, субъективное «внутреннее» состояние личности со всей противоречивостью переживаний, ощущений и восприятий действительности. Иногда духовность человека определяют по горизонтали и ограничивают повседневной жизнью индивида, а по вертикали включают его стремления выйти «за горизонт» повседневного бытия в поиске «высшего» смысла жизни, ценности существования и деятельности.

В «широком» смысле духовность определяют как коллективное сознание общества, включая сего мораль, науку (идеи политики, права, эстетики), религию и философию. Эти области духовности имеют различные социальные причины появления и взаимодействия. Духовность в наши дни подчас пытаются втиснуть в рамки религии, ограничить ею, считая религию синонимом духовности. Необходимость религии чаще всего обосновывают необходимостью нравственности. Но религия и нравственность – разные области духовности, не смотря на то, насколько тесно они взаимосвязаны.

Возникновение видов духовности (начиная с самых первичных нравственных правил, изначального понимания пригодности растений в пищу, повадок животных, ранних эстетических и религиозных представлений) сопровождается появлением самых примитивных элементов первобытной культуры. «Чувственное» сознание, глубина ощущений природной среды обитания далеких предков с их восприятиями бытия в первобытных коллективах – исток духовности. Она медленно эволюционизировала, доходя до современных форм, начиная от становления человечества, появления членораздельной речи, дающей возможность духовно общаться, делиться умениями, мыслями, впечатлениями, действовать совместно и жить. Она постепенно изменялась, совершенствовалась в ходе многих тысячелетий истории человечества.

Человечество претерпело медленное длительное «угасание» этапа дикости с едва заметными сдвигами в становлении духовности, сменившееся значительно более «коротким» временем варварства и переходом к цивилизации. «Чувственная» опора духовности постепенно усложнялась, замещалась, «дополнилась» рациональным мышлением – способностью находить и закреплять в сознании общее и тем приближаться к пониманию объективных связей между явлениями и своими действиями в природе и обществе, а намного позднее – выражать их в абстрактных представлениях. Медленный многотысячелетний период развития духовности с неизменным господством мифов на довольно поздних этапах (последнего периода дикости) эволюции привел к появлению качественно новых духовных достижений. Первые философские суждения «вырастали» на почве мифов и превзошли их в попытке раскрыть сущность бытия человека в мире. Срок существования философии в эволюции духовности человечества очень мал. Философии менее трех тысяч лет. Чрезвычайно молоды в истории духовности открытия классической науки эпохи Просвещения – им всего три сотни лет. Высшая ступень духовности – творческое воображение ученых ХХ века (почти секунда на шкале существовании духовности человечества) – привела к глубоким открытиям тайн природы Вселенной, что воплотилась в научные достижения «атомного» века, электроники, приведшие к появлению новых видов деятельности людей, требующей постоянного интеллектуального труда. Он становится двигателем жизнедеятельности. Духовность человечества – плод сознательных интеллектуальных и эмоциональных усилий в социально обусловленной духовной жизнедеятельности многих поколений.

Феномен духовного реализуется в процессе эволюции самопознания и понимания человеком себя как члена сообщества людей. В каждый исторический период существует соответствующий «вариант» сочетания элементов системы духовности, истолкования сущности бытия, выбора смысла жизни, нравственной оценки поведения и деятельности, понимания красоты, способов определения человеком своего предназначения, личностной меры причастности к социальному и природному, миру людей и миру вещей. Изменяются глубина и способы понимания высших духовных ценностей, проявления духовной свободы и творчества личности. Свет огня сознания, усилия души и желания сердца человека, живущего и действующего в обществе, поддерживают горение очага духовности. Духовная жажда достижений в творчестве отдельной личности невозможна без опоры на духовность общества его времени существования, без общения с сочувствующими ему, разделяющими его взгляды или противостоящими им современниками, без знакомства с социальным опытом и духовными достижениями предыдущих поколений. Опыт прошлого (явно или скрытно, не всегда осознаваемо творцом) служит опорой творчества нового. Неумолимая любознательность, смекалка, воображение, искания и научные открытия, находки иногда опережают социальную действительность, но они дают толчок поиску и созиданию нового творчества личности, а результат – открытия нового вносят вклад в духовность человечества.

Все области духовности существуют в специфических формах, не сводимы друг к другу, но связаны между собой, пронизывают друг друга, взаимодействуют. Реальное бытие духовности человека есть процесс нахождения им смысла жизни, создания замыслов, планов, проектов, идей, рождающихся в его индивидуальном сознании и выражающихся в создании предметов духовного творчества, которые могут «опережать» духовные потребности современников и становятся значимыми в следующих поколениях людей. Творцы нового духовно оснащают устремления и действия людей каждой исторической эпохи. Предметное бытие духовной культуры усваивается каждым новым поколением, развивается и передается следующим поколениям, влияет на формирование духовности каждого последующего поколения – такова историческая спираль ее функционирования и эволюции. Эмоционально ценностный аспект сознания, социально-нравственные побуждения человека влияют на создание предметов духовного богатства общества на каждом этапе его исторического развития. Духовная жизнь общества – «производство» всей совокупности духовных образований и ценностей. Она влияет на развитие духовных способностей и потребностей людей, на мир их чувств и переживаний, на моральные и правовые, научные и эстетические, мировоззренческие, политические, правовые, идеологические взгляды и идеалы.

Духовность – порождение социальной жизнедеятельности людей и воздействие на нее. Эта обстоятельство проявилось уже в период создания ранних мифов, отражающих становление самосознания древних охотников на этапе «созревания» элементов начальной системы духовности, включающей, прежде всего ранние проявления нравственности (заботы о детях и стариках, взаимопомощи, добрых поступков для жизни племени).

Первоначальный этап возникновения духовности и место в них мифов трудно воссоздать, как и возникновение простейших исходных норм поведения.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ НРАВСТВЕННОСТИ

Жизнь сообща медленно, но неуклонно потребовала и закрепляла устойчивые общие правила совместного проживания и деятельности людей. Необходимость совместной эффективной жизнедеятельности выразилась в правилах, обязательных для каждого члена возникающих устойчивых групп людей, связанных родственными отношениями. Их соблюдение поддерживалось силой возникающего единого общего для рода мнения, требующего от каждого родственника неуклонно их соблюдения.

Правила совместной жизнедеятельности – забота о детях (продолжателей рода) и стариках (накопивших и передающих опыт, чрезвычайно значимый для бытия), взаимопомощь и другие нормы поведения возникали, уточнялись, усваивались, испытывая давление процессов эволюции общественных отношений. Шел «естественный» отбор нравственных правил поведения и закрепления в памяти поколений зачатков духовного развития, ослабляя, подавляя зоологический эгоизм, агрессию. Они позволяли оценивать, предвидеть последствия личных поступков ради сохранения благополучия родовой общины.

Существует различное понимание причин происхождения морали. Адам Смит полагал, что мораль возникла самопроизвольно из-за свойства человеческой натуры обладать симпатией к другим людям под влиянием социальных условий. В «Теории нравственных чувств» он писал, что нам приятно делать людей счастливыми и детей приобщать к морали. Люди создают собственный моральный закон путем поиска взаимной симпатии в обществе, а затем моралисты регистрируют эти нравственные законы и преподают их в виде нисходящих постулатов.

Имеются три концепции происхождения морали.

1) РЕЛИГИОЗНАЯ концепция наиболее распространена и безоговорочно принята всеми верующими в Бога, в существование сверхъестественных сил, определяющих жизнь людей. Верующие убеждены: Бог дал людям вечные моральные заповеди. Моисей услышал голос Бога, записал Его заповеди на скрижалях. Заповеди эти общезначимы для всех и на все времена, обоснованы авторитетом Бога. В Ветхом Завете заповеди: не убий, не кради, не лги, чти отца и мать свою…. Но заповеди не появились одновременно. Исторически каждая из них появлялась и закреплялась в первобытнообщинный период духовной жизни человечества на всех континентах. Вероятно, потому простейшие нормы нравственности сходны у всех народов планеты, начинавших путь в сходных социальных обстоятельствах жизни. Правило не убивать человека, члена своего рода не распространялось на чужака (его могли убить и съесть). Позднее чужаков стали усыновлять, признавая значимость «вливания» новой крови, устранения близких родственных связей, ведущих к появлению слабого, больного потомства. Другая сторона заповеди – убей врага рода, племени. Она, возможно, соблюдалась ради сохранения существования рода. (В христианстве она преобразовалась в требование убивать всех неверующих в Иисуса Христа, а у мусульман – неверующих в Аллаха). Заповедь «не кради» возникала ради защиты частной собственности, когда распадалась общинная собственность. Ложь и воровство сопутствовали появлению социального неравенства при ослаблении первобытнообщинных отношений.

2) НАТУРАЛИСТИЧЕСКАЯ концепция строится на том, что мораль вытекает из природы вообще и природы человека как части природы. Моральные нормы выводили из преодоления инстинктов, присущих поведению высших животных. Инстинкты преодолевались, а нормы поведения достигли у человека степени «ясности», отчетливости понимания их значимости в выживании рода. Добрые поступки человека якобы обусловлены биологически. Ч. Дарвин полагал, что человека с его способностью следовать добру и избегать зла порождает его природная особенность посредством естественного отбора по принципу целесообразности жить сообща, испытывая симпатию, помогая друг другу. (Зачатки такого поведения присущи высшим животным – китам, слонам, обезьянам.) С. Спенсер выводил мораль из присущего всему живому стремлению к сохранению рода. Мораль связана с пользой и следование ей дает удовлетворение. Т. Гоббс исходил из того, что человек по природе зол. Человек – эгоист, ориентирован на выгоду, пользу для себя, на власть. Мораль выросла на инстинкте самосохранения естественного человека, а в гражданском обществе держится на общественном оговоре. Ж. Руссо утверждал, что человек по природе добр, делает его порочным жизнь в несовершенном обществе. Чтобы все поступали по-доброму, следует вывести общество из состояния всеобщей испорченности. Тем самым он связывал натуралистическую концепцию с социальной концепцией.

Эволюция морали – процесс изменения понимания добра и зла на каждом этапе становления человечества. Нет абсолютного добра и зла. Различие между ними социально и имеет исторический характер, причем то, что входит в требования соблюдения некоторых правил нравственности одного народа, недопустимо у другого с его духовной культурой.

На натуралистической концепции морали строятся гипотезы улучшения нравственности человека посредством генной инженерии, нейрохирургии, способных якобы устранить «ген» агрессии, злобности, гнева, преступности и т.п.

3) СОЦИАЛЬНО – ИСТОРИЧЕСКАЯ концепция строится на понимании морали как важнейшем виде социальных связей, регулируемых социальными ценностями, пониманием добра и зла. Золотым правилом морали является постулат: «Относись к другим людям так, как ты хочешь, чтобы они относились к тебе». «Поступай с другими так, как хочешь, чтобы поступали с тобой».

В основе морали лежит социальная потребность в совместном существовании, согласовании, регулировании и кооперации совместных действий людей в их жизнедеятельности. Эта социальная потребность сталкивается с изменяющимися конкретными личными интересами индивида в ходе эволюции общества. Предполагается, что по преимуществу мотивы поведения личности определяются потребностями семьи, рода, социальной группы, а в классовом обществе – классовой принадлежностью. Нравственные запреты изначально выражают защиту общих интересов общества и требуют от человека неуклонного им следования. Мораль выступает проявлением общей воли, общей потребности сообщества людей.

Николо Макиавелли на первое место ставил потребности индивида. Он призывал подчинить мир воображения, мир искусства, мир политики миру реальному, который дан нам через опыт и наблюдение: ибо человеком двигает не мораль, а общественно-личный интерес.

О. Дробницкий полагал, что специфика морали состоит в ее способности улавливать историческую необходимость социального развития до того, как эта необходимость становится действительностью, тем самым способствовать реализации возможности.

МИФ И МОРАЛЬНЫЕ НОРМЫ

Исторически первым способом, связывающим воедино возникающие элементы духовной жизни древних охотников, оказались мифы. И прежде всего в них отложились начальные «простейшие» нормы совместной жизнедеятельности людей. В мифе воплотилось первоначальное проявление понимания духовной жизни людей. Миф запечатлел, обосновал, санкционировал, опирающиеся на возникающие обряды первые правила поведения членов рода, «отшлифовал» до предельной отчетливости значимость для рода моральных правил, выразил этические потребности человека периода поздней дикости.

Мифы охотников как первые акты их самосознания включали представления о трудовых навыках, повествования о возникновении нравственных устоев, одобряли добрые поступки и осуждали те, что приносили вред роду, племени. Возникновение моральных норм жизнедеятельности пастушеских племен, земледельцев, людей классового (рабовладельческого и феодального) общества также отразились в мифах,

Миф укреплял духовное единство членов родовой общины, получал поддержку общественного мнения рода, племени. Возможно, духовное единство родов охотников первоначально испытывало сильное влияние исчезающего «стадного» инстинкта совместного бытия собирателей, привычки каждой особи в группе поступать, действовать «как все». Миф осуждал эгоизм, поведение тех, кто не желал поделиться находкой с другими членами рода. Индивидуальная самостоятельность действовать вопреки требованиям родовой общины проявлялась редко. «Стадность» примитивной жизнедеятельности дикаря тысячелетиями закрепляла неизменность повторяющегося из поколения в поколение способа повеления и потребность отдельного индивида подчиняться требованиям рода, проявлять заботу о других, «забывая» о себе, преодолевая зоологический эгоизм. Инстинкт идти за вожаком (отцом семейства, главой рода, вождем племени, жрецом, князем) не требовал индивидуальных духовных усилий проявлять инициативу, нести личную ответственность за происходящее. Глава рода обладал абсолютным духовным авторитетом, поскольку он принимал лучшие решения во благо всего рода, показывал пример, вел за собой. Отец в семье выступал безусловным духовным лидером, образцом поступать по справедливости, все делать для блага семьи.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ЗНАНИЙ, ИХ СДЕД В МИФАХ

Любознательность характерна для высших животных. Установлено, что в ходе эволюции мозга приматов усиливалось действие биологического субстрата жажды нового, любознательности, что отчетливо проявилось у появившегося Человека Разумного. В мозгу человека ныне найдены нейроны, определяющие реакцию на новизну. Возможно, эти нейроны проявлялись более интенсивно лишь у отдельных особей в «стаде» ранних собирателей, способных заметить, запомнить, передать другим особям нечто новое, пригодное для питания в среде обитания. Накопленные «новинки» сведений о растениях, о повадках животных, примет о состоянии погоды становились достоянием следующих поколений сородичей. Постепенно складывалась система первых сведений о явлениях окружающей людей природы, о целебных свойствах растений и животных. Знания накапливались и передавались из поколения в поколение. Выделились среди родичей «профессионалы», устойчиво сохраняющие в памяти, собирающие и накапливающие знания. Самые любознательные собиратели и хранители знаний многих поколений – ведуны, травники, знахари, врачеватели – особо чтились в каждом племени.

Необходимость сохранять и передавать знания и трудовые умения вызывалась потребностью рода выжить в природной и возникающей социальной среде. Собиратели и охотники тысячелетиями медленно по крупицам накапливали и передавали следующему поколению личный опыт и представления о полезных для жизни свойствах растений, повадках животных, сведения о погоде, природных явлениях, обобщенный в мифе.

Объем знаний о природе далекими предками постепенно возрастал, расширялся, повседневно непосредственно применялся потомками в их жизнедеятельности. Он обслуживал повседневную жизнедеятельность людей и принципиально отличался от будущей системы знаний цивилизованного человека. В «набор» знаний входили конкретные, подтверждающиеся «прогнозы» изменения погоды и поведения животных. «Прогнозы» выводились из повседневных личных наблюдений за состоянием растений, направлением ветра, поведением насекомых, птиц, животных, «Знание» всего этого было чрезвычайно значимым для сохранения существования людей в природных условиях. Человек, изнывающей в пустыне от нестерпимой жары, умел найти местонахождение воды. По тени от скалы или дерева определял точное время суток. Конкретное, детальное понимание явлений среды обитания сохранилось, например, у оленеводов тундры, которые и ныне определяют двести состояний снега в своем быту. Знание среды обитания было ежедневно практически значимым. Всем состояниям снега оленеводы дали конкретные красочные, точные определения, но у них не возникло потребности в абстрактном общем понятии «снег».

При переходе от кочевого к оседлому образу жизни накапливались знания огородничества о выращивании растений. Они пригодились в возникающем земледелии. Приручение животных «привело» к скотоводству. Знания и умения пастухов получать устойчивый приплод с нужными свойствами позволяли создавать большие отары овец, стада крупного рогатого скота. Появление и развитие ремесел расширило объем знаний металлов, использования руд для получения бронзы и намного позже железа. Увеличивался и изменялся «набор» необходимых для жизни реалистических конкретных представлений о природе и совместной жизни, переплетаясь с суевериями и предрассудками.

Мифические сюжеты вобрали возникающие элементы духовности. В отличие от фантазии мифы оставались «правдой» жизнедеятельности их сочинителей в своеобразном измерении, Правда мифа не была правдой адекватного отражения образа жизни людей, но не вступала в конфликт с действительностью их первобытнообщинных отношений. Миф и возникающее реалистическое понимание действительного бытия сообщества родичей совершали свой путь одновременно. В мифе вымысел переплетался с практически необходимыми слушателям сообщениями о свойствах природных явлений. В нем закреплялись и передавались знания действительных повадок животных, особенностей местности, свойств растений, минералов, умений жизнедеятельности охотников. Миф учил человека осознавать себя членом рода, помогал накоплению и передаче следующим поколениям конкретных реалистических представлений о природе. Через миф в памяти поколений закреплялись знания, практически необходимые в деятельности собирателей, охотников, рыболовов, пастухов, земледельцев. Возможно, развитию любознательности и передаче знаний способствовали не только мифы, но и другие «продукты» умственного труда – загадки, меткие пословицы, поговорки о явлениях природы и жизни людей. В мифах запечатлелся результат духовного творчества, когда человек осознал свою способность явлениям природы давать названия. Знания «принадлежали» всем сородичам, были значимы для повседневной жизни каждого члена племени, носили «коллективно личностный» характер употребления, выступали результатом многовекового опыта жизнедеятельности людей. Авторы открытий новых знаний остались анонимными. В мифах духи предков, тотемные животные «передавали» людям знания, «научили» людей добывать огонь., сообща действовать.

Миф явился первой системой понимания мира, объяснения явлений природы и обстоятельств жизни людей. Человек в нем запечатлел первоначальные сведения о природе и, своем внутреннем мире и социальном бытии. Он мифологически «объяснял», сохранил память поколений о действительных исторических событиях в истории племен. Например, о переселении австралийских племен с островов на материк, их перемещении по материку с севера на юг, о действительных войнах между племенами, но описывал их как битвы тотемных животных. Мифы шумеров и греков запечатлели появление государственных объединений. Раскопки археологов своеобразно «подтверждают» достоверность отдельных событий, сохранившихся в сюжетах мифов.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ ЭСТЕТИЧЕСКИХ ПОТРЕБНОСТЕЙ

В начале становления эстетических способностей человечества, возможно, проявлялись неосознаваемые биологические потребности воспроизведения потомства, сходные с «эстетически» сопровождаемым биологически закрепленным окраской и поведением животных для привлечения особей противоположного пола. У животных существует биологически устойчивое привлекательное обличие и «изысканное» брачное поведение чаще всего самца для привлечения внимания самки. Самцы своей «эстетической» привлекательностью («приемами» ухаживания, «пением», (трели соловья), танцем (журавлей, аистов) привлекают самок. Они в ходе естественного отбора закрепили яркую окраску, «внушительный» вид. Самки остались с более незаметной скромной окраской подчас под цвет особенностей местности при устройстве мест для скрытного вскармливания потомства. Выделение привлекательных партнеров восприятием органами чувств давало выигрыш в скорости установления отношений между полами. Феномен выделения партнера содействовал биологической эволюции видов теплокровных животных. Сущность феномена «красивого» (привлекательного и вызывающего чувственное удовлетворение, наслаждение) в развитии биологических видов состоит в эволюционной полезности «эстетического» восприятия особями в инстинкте продолжения рода. Красоты самой по себе нет. Она возникает, начинает существовать во взаимодействиях, предполагающих выбор и оценку, постоянно усложняется по мере становления человечества. Для привлечения внимания и наслаждения «красотой» обличия партнеров древние люди стали украшать себя цветами, перьями, раковинами и т.п. Украшения привлекали, доставляли удовольствие, вызывали восхищение, оценивались. Позднее стали украшать тело раскраской, сложной татуировкой, обозначавшей принадлежность к роду, племени (выделились среди них «профессиональные» татуировщики). Усложнялись эстетические потребности выразить себя, что привело к изготовлению браслетов и бус сначала из ягод, плодов, ракушек, камешков, зубов, бусин из вулканического стекла (появлялись наиболее талантливые умельцы их создавать – будущие профессиональные ремесленники). Эти предметы одновременно служили оберегами, защитой от злых духов и привлечения добрых. Появились профессиональные толкователи воли духов, значения амулетов, изготавливаемых лично каждым членом рода для себя. Особо значимые амулеты изготовлялись знахарками, знахарями, жрецами. Оттачивалась «эстетика» движения тел танцоров, возрастала эмоциональная сила хорового пения во время «художественного» воспроизведения сюжета мифа в пении и танце, проведении особых ритуалов обрядов на устраиваемых праздниках племен. Сохранились рисунки наскальной «живописи» безымянных художников, воспроизводящие сцены охоты, наблюдения за переплывающими реку оленями, демонстрирующие прекрасное знание «анатомии» животных. Изображения дикого быка во всей его мощи и неукротимости на сводах пещерных галерей настолько реалистичны, что вызывает восхищение мастерством древнего художника. Из бивней мамонта, слона, моржа вырезались фигурки животных, женщин – «Венер» – родоначальниц рода. Разными способами воплощения эстетического мастерства удовлетворялось желание человека выразить себя, привлечь к себе внимание, упрочить общность совместной жизни. В песне, танце выражалось ощущение радости жизни, восхищение природой, собой, желание эмоционально воздействовать друг на друга. Ранний миф «художественным» словом доносил до сознания слушателей и зрителей первое понимание красоты мира природы и человека. Сами мифы как эстетические шедевры устного творчества прекрасны.

На общинных праздниках племен укреплялись социальные связи, навыки совместной жизнедеятельности. На них эстетически в художественных формах проявлялись интеллектуальные, нравственные, культовые потребности членов племени, происходило погружение в таинство мифа.

Возникающие элементы системы ранней духовности (нравственные, эстетические, интеллектуальные) пронизывали друг друга. Их взаимосвязь, взаимная проникновенность отразилась в мифах. Мифом передавались первичные знания жизни природы. Он укреплял общественные отношения, учил жить сообща, вбирал первые навыки нравственности, приобщал к ним, учил ценить достоинство людей, высмеивал ленивых. Помогал различать добрые и вредоносные поступки, развивал эстетический вкус.

Мифы отражали социальное бытие предков и вбирали в себя начала зарождающихся видов духовного освоения мира – знаний, своеобразно примитивно реалистическое понимание явлений мира, возникающих общепринятых обязательных образцов поведения, верований и объяснение ритуалов, способов хуэстетического самовыражения. В ходе дифференциации в мифологическом комплексе постепенно вызревали, а в дальнейшем развитии духовности относительно отдалялись друг от друга различные сферы духовной культуры – мораль, искусство, религия, философия, наука, не переставая быть специфически взаимосвязанными.

Миф (повествование, рассказ) изначально воплощал яркими лаконичными словесными образами понимание бытия каждого поколения и передавал это понимание следующем поколениям в духовной эволюции человечества. В сюжет мифа анонимный автор вкладывал свои ощущения, восприятие мира и понимание смысла жизни. В мифе человек запечатлевал представления о себе и природе, и невольно отразил «начальный» этап духовности на этапе младенчества человечества, передал духовную эстафету и донес» память о прошлых поколениях до наших дней. Человек в мифе осмысливал себя и мифом духовно «преобразовывал» себя. Сказители мифов выступали «редакторами», «доработчиками».

Как продукт устного народного творчества миф отразил потребность человека осознать себя и определить свое место в мире как части социального сообщества – рода, племени. Миф поддерживался силой безоговорочного одобрения общественным мнением первичного сообщества людей. Сходство образа жизни первобытных людей разных частей планеты воплотилось в сходстве сюжетов и образов героев мифов, схожести начал знаний о явлениях природы, возникающих нравственных требований и эстетических пристрастий. Мифы духовно аккумулировали повседневный опыт жизнедеятельности людей, передавали его последующим поколениям, «закрепляли» традиции, а слушатели не сомневались в их «достоверности».

В мифах отражалась практика повседневного человеческого поведения и мыслительной деятельности (осознание ощущений, создание первообразов, скрытых в глубине души, «охват мира в целом и своего места в нем как члена рода, племени).

Миф – уникальный начальный способ осознания человеком своей причастности становящемуся социальному бытию. Он оказался первым обобщением их социального опыта и первым видом выражения и осознания духовности.

«Объясняя» мир и место человека в нем, миф дал первую систему единых мировоззренческих координат для всех членов общества, систему духовных ценностей, благодаря чему обеспечивалась сплоченность первобытных коллективов. Миф духовно объединял членов рода, учил совместно жить и действовать сообща.

Миф удовлетворял потребность сохранения духовного единства рода в постоянно повторяющихся условиях жизнедеятельности охотников многих поколений. Он тысячелетиями освящал, духовно обеспечивал стабильность социального бытия в «неизменном» настоящем, но не устремлял человека в неведомое будущее. Миф усиливал у человека чувство единства с родовой группой, слитность с ней, осознание личной общности с ней. Родоплеменная общность жизнедеятельности охотников в мифе представала как их общность с окружающей природной средой. Признание всеобщей родственности оказывалось первым шагом духовного «очеловечивания» природы. При мифологической духовности человек переносил на окружающий мир свойства, которые он замечал в самом себе: предметы и явления природы воспринимал одушевленными, имеющими волю, желания, мысли и чувства подобные всем сородичам. Мифом «переносил» понимание жизни рода на понимание жизни природы, которую отождествлял с собой.

А.Ф. Лосев писал, что сущность мифа составляет перенос на природу и на весь космос тех видов человеческих отношений, что возникали в начальный период человеческой истории. Мир в мифе предстает целостным, устроенным по образу и подобию жизни рода, и каждый из сородичей «находился» в родстве с миром природы. Антропоморфизм – наделение свойствами человека значимых для жизни человека растений, животных и явлений природы. Все вокруг человека действует, живет и «думает» подобно человеку. Принцип антропоморфизма определял духовное единство коллективного мировоззрения людей первобытного общества. Для мифического сознания все, что существует, происходит «сейчас и здесь» подобно жизни рода. Человек жил в мифе, духовно обслуживал свое бытие мифом. События мифа воспринимались подлинной реальностью и помогали осмыслить среду обитания, явления природы, деятельность людей, отношения между ними. Миф охватывал весь мир бытия человека с его обычаями и правилами жизни. Рассказ «истории» происхождения предмета принимался за его сущность. Объяснить вещь в мифе означало рассказать, как она делалась подобно тому, как им самим что-то изготовлялось, вырезалось из кости, камня и дерева, лепилось из глины (миф отражал те умения, которыми уже обладал человек). Местность кормления племени запечатлевалась в повествованиях «сделанной» конкретным духом именно той горы, холма, реки, участка леса с их растениями и животными, которые были важны в жизнедеятельности «позднего» собирателя, охотника. В мифах сам себя человек представлял частью мира, который представал большой общиной, в которой все были родственниками, Весь мир воспринимался родственным человеку. Мифологическими моделями понимания мира он духовно «удваивал» мир, первичным пониманием себя «надстраивал» мир собой над собой, подобием мира себе «поднимал» свой социальный этаж над природой, наделяя ее своими свойствами и отношениями. С помощью мифов человек осознавал себя. Мифы служили практически значимыми, нужными для людей «моделями» реальности. (М. Элиаде) Воспринимая самого себя как обитателя сакрального космоса, человек черпал в мифе духовные силы для решения повторяющихся в каждом поколении житейских проблем. Благодаря мифу жизнь человека обретала единый для всех членов рода смысл. Парадокс мифа в том, что в нем одновременно проявилась духовная сила и социальная слабость человека. Миф – особый способ организации и конструирования человеческих сил, духовно восполняющий реальность и созидающий главную особенность человеческого бытия – его социальность. Миф – духовный инструмент семантического моделирования мира, одновременно способ самоидентификации субъекта в обществе.

Миф дает человеку эмоциональную возможность причастности событий жизни общины процессам космического масштаба. Особо значима важнейшая особенность ранних мифов. В них содержатся элементы будущих великих движущих сил культуры – зачатки знаний (реальных свойств растений, животных, способностей самого человека действовать), морали, искусства. И все области духовности уходят корнями в почву игрового духовного действия, порожденного мифом, (Л.В. Лесков)

ОСОБЕННОСТЬ ВОСПРИЯТИЯ МИФА сородичами древних племен состояла в том, что каждое слово мифа не отделяли от действительно происходящего события. Все услышанное в мифе принимали безоговорочно. Самые невероятные образы воображения воспринимались за реальность бытия. Соплеменники не нуждались в доказательствах истинности повествования. Миф возбуждал единые для всех слушателей эмоции восторга, сопричастности, желания действовать сообща. Персонажи мифов со всеми обстоятельствами их жизни считались действительно существующими родственными людям. Реалистичность фрагментов знаний, вошедших в миф, подтверждала «правдивость» обстоятельств сюжета мифа. Создатель ранних мифов не отделял объект мысли от мысли об объекте, отождествлял слово и вещь, вымысел и правду. Безымянный автор и последующие сказители мифа выражали в нем свои переживания, желания, надежды, радость и печаль, эстетические пристрастия. Из поколения в поколение сюжет мифа «оттачивался», шлифовался, получал все большую выразительность и убедительность.

Мысленные конструкты мифов развивали у современников не только способность представить предмет через услышанное слово, но все в большой степени развивали способность понимать, осмысливать обстоятельства общественной жизни и явлений природы, воспринимать их, истолковывать их согласно общественному мнению рода, племени. Слушатели мифов не сомневались в реальном существовании вымышленных существ и событий. Без принятия подлинности рассказа миф бы потерял духовную силу. Элементы мифологической рефлексии располагались на полпути между единицами чувственного восприятия свойств образов и концептами (единицами мышления) – начальными образами будущих абстрактных обобщений на основе конкретных практически значимых знаний свойств животных, явлений природы. Мифические представления слабо дифференцированы, синкретичны. Неоспоримость их для слушателей держится на их вере и тысячелетней традиции воображения наделять вещи человеческими чертами.

Выражая в мифе достижения духовной жизни сородичей «авторы», как и воспринимающие миф слушатели, все воспринимали действительно происходившим, бесспорным, соответствующим их алогичности мышления. Слушатели раннего мифа были убеждены, что на самом деле некоторое время Луна действительно болеет, голодна, умирает, а затем, получив пищу, выздоравливает. А в другом мифе безлуние объяснялось тем, что Ягуар убил Луну, но она возрождается.

Миф оказался первым социально-духовным проявлением общинной человеческой самодостаточности, единения людей с природой, когда человек наделял ее собственной человеческой духовностью, представляя, что все в мире являются родственниками, живут семьями, действуют как люди. Ворон – имеет жену, сыновей, дочерей, внуков. Заботится он об их благополучии, пропитании и дружественных отношениях с другими воронами. В мифах все явления природы, животные, птицы, как и человек, одушевлены, имеют способности и потребности проявить себя заботливыми родственниками, получить уверенность в неизменяющемся, изо дня в день неизменным, повторяющемся существование.

«Сюжеты» мифов сохраняют следы «архетипов» души и силы духа древних людей. Они выступают своеобразным и по своему беспристрастным свидетельством начал общечеловеческого духовного развития, отзвуком желаний, стремлений, проявления воли, решимости действовать на благо сородичей.

Встречается определение мифа как виртуальность – значимость желаемого возможного. Человек воспринимает социальную действительность не такой, какой она существует сама по себе, а через призму своих представлений о ней (в том числе мифических и иллюзорных), систему ценностей, личных убеждений, ожиданий и желаний. Воображение человека конструирует образы виртуальной реальности, насыщая ими собственный духовный мир. Мифические образы виртуальны, например, в том смысле, что «наделяют» всё родственностью с человеческим обществом, видят родственными себе все явления природы своей среды обитания, значимые для жизни людей.

В ранних мифах эмоционально волевые, нравственные, эстетические и интеллектуальные элементы духовности слиты. Мифический мир для древнего человека имел статус объективной реальности, в е существовании он не сомневался, ею он жил, с ней он действовал. Действительная жизнь людей в период создания ранних мифов недалеко отошла от их жизни подобно стадным животным. Главное, что через миф человек начал осознавать себя человеком в мире природы, хотя отождествлял мир с собой и себя с миром. Самые первые мифы до нас не дошли. Возможно, их осколки сохранились в некоторых фрагментах дошедших до нас мифов, но их сложно выявить.

Мифом удовлетворялась духовная потребность упорядочить бытие, не допустить разобщенности людей. Мифотворчество – специфический процесс осознания себя и мира, упорядочения расплывчатых, смутных чувственных впечатлений все более отчетливыми представлениями через призму мировосприятия и жизнедеятельности сообщества членов рода и племен. Ранний миф – первичное понимание взаимодействия между родовым коллективом и природой.

ФУНКЦИИ МИФА:

– духовного обеспечения единства действий единством образа мысли, общественных устремлений, единым духовным обоснованием мифологически «объяснением» событий жизнедеятельности,

– укреплять уверенность в неизменности стабильного существования,

– гасить негативные социальные явления, увлекая мифическим умонастроением, пониманием устойчивости бытия,

– объяснять бытие людей, духовно оснащая жизнь членов общества, укрепляя чувство единения человека с обществом,

– способствовать усвоению единого, всеми принятого понимания мира и себя в нем, делая все «понятным», «своим», родственным себе (в ранних мифах),

– наделять отдельного человека смыслом, необходимым в повседневной жизнедеятельности, вдохновлять, заряжать энергией для действий сообща.

– обеспечить единство действий рода, племени, государства по достижению общей цели.

– влиять на формирование национального самосознания народов, вставших на путь независимости.

– участвовать во всех сферах духовной деятельности человека.

Создание эмоционально ярких, чувственно воспринимаемых слушателями мифических образов, связанных на основе представлений о всеобщей родственности, способствовало появлению логического мышления. Человечество созданием мифов училось находить общие свойства конкретных, единичных предметов, выявлять последовательность, расчленять целое на элементы, находить значение и смысл. Оно двигалось от эмоциональной чувственности к сущностному мышлению – умению найти общее, сущностное, за отдельными элементами видеть целое. Умение выявить и показать значимое для каждого члена рода, племени возникало постепенно и вызывало глубокий эмоциональный отклик, вдохновляло на действия во имя блага соплеменников.

Миф духовно «вооружал» слушателей, так как удовлетворял их социальные, интеллектуальные, нравственные потребности, представляя собой одну из самых значимых эстетических, художественно непреходящих духовных ценностей. Духовно оснащая стабильность общества, миф обеспечивал единство устремлений и действий людей на каждом этапе исторического развития, начиная с обеспечения духовного единства рода, племени. Все элементы духовного развития посредством мифа наследуются последующими поколениями. Возникают новые мифы, характерные для каждого этапа истории человечества, но в наши дни новые мифы подчас оказывают духовное влияние на современников. Современное человечество порой оказывается под воздействием идеологических видов мифов, Миф не исчезает, он модифицируется в новых социальных реалиях

2. ЭВОЛЮЦИЯ МИФА В ЭВОЛЮЦИИ ОБЩЕСТВА

Эволюция мифов определяется социально духовным развитием человечества с изменяющимся пониманием человеком самого себя. Усложняются общественные отношения и мифы вбирают в себя и преобразуют в себе новые продукты духовного творчества – сведения о природе, животных, жизни людей, их нравственные и правовые нормы общежития, эстетические пристрастия, элементы религиозности. Основные аспекты духовной эволюции постепенно отпочковываются, преобразуясь в относительно самостоятельные области духовности: Мораль, Искусство, Религию, Философию, Науку. Но и эти области, сохраняя связь друг с другом, содержат «собственные» мифологические моменты, сохраняя нечто от ранних мифов – ранние элементы духовности.

ВОЗНИКНОВЕНИЕ МИФА. Появление духовности затерялось в «тумане» первоначального этапа истории человечества, В первобытном сознании далеких предков предметно-практические представления теснейшим образом были переплетены с миром их чувств, страстей, эмоций, желаний, что и выразилось в мифе – первом коллективном продукте духовного творчества, достигшим позднее высокого художественного уровня. Восприятие мира первобытным человеком сопровождалось глубокими душевными переживаниями, получившими эмоциональный отклик в мифах. Яркие, большой силы эмоционального воздействия повествования выступали сильнейшим средством сплочения соплеменников на позднем этапе собирательства. Именно тогда, вероятно, зародился миф.

ПЕРИОД СОБИРАТЕЛЬСТВА

Период собирательства длился сотни тысяч лет. Родственные группы перемещались по местности, переходя из одной кормовой территории в другую, собирая ягоды, семена, листья, плоды диких растений, яйца птиц, грибы, насекомых. Люди все чаще держали в руках палки, чтобы добыть съедобные корни, постоянно брали камни, чтобы отогнать хищника, убить дичь и мелких животных. Не отказывались они употребить в пищу застрявших в трясине крупных животных. И тогда у туши устраивалось многодневное пиршество. Всеядность – изначальное свойство людей. В совместной групповой жизнедеятельности первичного «стада» древнейших собирателей пригодной еды на кормовой территории чрезвычайно медленно зарождались первые проявления духовности. Накапливались первичные знания о съедобных растениях, закреплялся опыт и умение находить места, где пищи оказывалось на некоторое время достаточно. Усиливалось чувство привязанности к группе родственников. Забота о потомстве, исходившая из биологического инстинкта и опирающаяся на него, медленно приобретала социальный характер. Становление сознания сопровождалось эволюцией речи, появлением представлений, отражающих необходимость совместной жизнедеятельности.

50 тысяч лет тому назад язык «поздних» собирателей, живущих родственными группами, доходившими по численности до 150 человек, возможно, был схож с языком бушменов Эфиопии – самой древней сохранившейся популяции человеческой расы. Ныне живущие собиратели – бушмены племени бхонг на собирание еды тратят от 12 до 21 часа в неделю, не делают запасов пищи. При истощении кормовой базы они меняют место жительства, проходят за год расстояние в две тысячи километров. Женщины на руках несут детей, воду, груз. Образ жизни бушменов почти не изменился за последний десяток тысяч лет.

Становление духовной жизни предков периода собирательства останется неизвестным. Некоторое представление о началах духовности можем получить при рассмотрении жизни сохранившихся племен собирателей в затаенных дебрях джунглей.

ТАСАДАЙ – одно из примитивных племен, ныне изолированно живущее в джунглях одного из островов Филиппин. Племя собирателей тасадай состоит из14 взрослых и 12 детей – людей каменного века, которые продолжают жить без какого-либо контакта с внешним миром. На них в 1960 году набрел охотник Дефал. Он в 1971 году сообщил об этом племени остальному миру, когда узнал, что лесозаготовители решили проложить дорогу через джунгли и тем нарушить их первобытное бытие. У племени тасадай существует табу – не удаляться от пещер обитания далее, чем на 1,5 км. Живут они в благоприятной для них природной среде джунглей. Дефал в дневнике писал: «С утра несколько человек обычно отправились на поиск пищи: съедобных корней, плодов, ягод. Двое мужчин умчались в лес. Весело смеясь, они перепрыгивали через сучья и корни деревьев, с ловкостью газелей спускались по почти отвесным склонам. Другая группа мужчин и подростков вошла по колено в воду ручья, переворачивая большие камни, отыскивая съедобное, хватая рыбу руками. Единственная женщина, которая пришла с ними, терпеливо стояла посреди ручья и держала кулек, сделанный из большого листа растения, растущего на берегу. В него мужчины бросали пойманную рыбу. Иногда, стоя в ручье, они проглатывали лакомый кусочек, приглянувшейся пойманной рыбы. Вернувшись к пещерам, рыбу на палочках поджаривали над костром. Пекли в золе костра собранные другими членами племени плоды. Насытившись, все отдыхают, далее им делать нечего». Большую часть дня члены племени проводят в пещерах – в одной большой и в нескольких маленьких. В пещерах сухо, прохладно и не донимают насекомые. С наступлением сумерек один мужчина взял две палочки и вместе с другим принялся вращать их, прижимая к дощечке. Спустя некоторое время палочки загорелись. Разожгли костер. Тасадай очень дружелюбны, приветливы и добры. Они никогда не ссорятся, не имеют личных имен. Им не случается впадать в ярость или проявлять агрессивность. До знакомства с охотником Дефалом они считали, что весь мир состоит из джунглей, люди живут в пещерах, и так было и будет всегда, но об этом они не размышляют. Их интерес к увиденному неизвестному растению вызван желанием выявить годится ли оно в пищу или нет. Если оно неприятно на вкус, его выбрасывают. Тасадай не знают ценности вещей. Их у них просто нет, кроме набедренных повязок из листьев. Женятся они на лицах своего поколения – юноши женятся на сестрах, девушки выходят замуж за братьев. Отцу не разрешено брать в жены дочь. Никаких представлений о прошлой жизни племени, рассказов о предках у них нет. Они просто об этом не задумывались, считая, что все всегда все останется таким, каким они встречают каждое утро. /(/За рубежом, № 35, 25 августа – 1 сентября 1977г.) Речь их примитивна. Мало разговаривают друг с другом. У них уже существуют некоторые правила поведения. Они честны, доверчивы. Настолько «проста» забота о пропитании и продолжении потомства, что никакого мифа они не сложили, нужды в нем не имеют. В 1971 году племя тасадай посетил Джон Нэнс, за ним последовали антропологи и изучали это племя в течение 20 лет. В 21м веке место проживания племени тасадай – охраняемый заповедник. Лесозаготовки и разработка залежей минералов в нем запрещены.

Древние люди с их возникающими проблесками духовности при почти полнейшей слитности их жизни с природой не имели потребности в мифах, не могли их создать, настолько был мал их духовный опыт, примитивен уровень жизни собирателей пищи. Доказательством этому является жизнь племен с самыми примитивными общественными отношениями и жизнедеятельностью на грани вымирания, существования ради появления потомства. Одно из таких племен существует в джунглях Амазонки. Племя пираха не изолировано от других соседних, более развитых племен. Но пираха не знают, как давно их племя обитает на своей реке, не желают уйти с ее берегов, узнать от соседних племен прошлое своего племени. Они упорно сохраняют свою самобытность, не желая принимать никаких новшеств, не желая изменять образ жизни, хотя и находятся на грани вымирания.

ПЛЕМЯ ПИРАХА («народ реки») живет в верховьях реки Манаса, притока Амазонки. На пологом песчаном берегу реки их семьи располагаются в 10 – 50 шагах друг от друга. Во время полнолуния в этом племени секс свободен, одни семьи распадаются, и новые семьи свободно создаются новыми парами. (Одна женщина оказалась очень обиженной тем, что ее бывший супруг ушел в джунгли с другой женщиной, а ей достался нежеланный мужчина.) Мужчины пираха занимаются охотой и рыболовством (на рыбную ловлю уделяют 40 часов в неделю), женщины на сбор съедобного (семян, плодов, насекомых) для семьи из 4-х человек тратят не более 12 часов в неделю. Запасов еды не делают, съедают без остатка все что добудут. В сезон дождей строят укрытия из ветвей. Во время сухого сезона пираха спят на песчаном берегу под палящим солнцем, делая легкие навесы из листьев для младенцев. Спят урывками – от 15 минут до 2-х часов и днем, и ночью. Всю ночь в селении слышится гул голосов – боятся укусов змей. Шумом, звуком голосов отгоняют змей от себя, когда те из джунглей ползут к воде. Одежды у них нет. Пираха делают мало вещей. И всегда эти вещи временные. Нужна корзина чтобы нести собранное, то прямо на месте, где она нужна, плетут ее из пальмовых листьев. Высохнут листья и корзину выбрасывают. На изготовление 2-х метрового лука уходит три дня: один день уходит на поиск годного деревца, два дня уходит на то, чтобы придать луку правильную форму и обтесать его. Жена готовит тетиву из волокон мягкой части древесной коры, плотно скручивая их полоски у себя на бедре. На изготовление стрелы уходит три часа – находят деревцо для заготовки древка, прогревают его на огне и выпрямляют. К стреле приделывают наконечник: из бамбука для охоты на крупную дичь, из заостренной щепки из твердой древесины – на обезьяну, из длинной узкой щепки или осколка кости – на рыбу. Делают каноэ из коры. Каноэ принадлежит одному человеку, но его могут одолжить и получить за это долю рыбы. Не умеют делать лодки – дубленки (которые есть у соседних племен Амазонки) и не хотят научиться их делать.

Вера в духов у нираха связана со страхом перед джунглями. Для того, чтобы отгонять духов делают ожерелья. На грубую нитку (из волокон растения) в случайном порядке нанизывают семена, яркие перья, клыки зверей, бусины из ракушек, ключи от пивных банок – результат обмена за рыбу у соседей. Ожерелья грубы и некрасивы по сравнению с изделиями соседних племен. Для пираха красота не главное – лишь бы отпугивали духов, которые, по их мнению, сразу заметят яркие перья и отойдут. Считают, что духи и дикие звери не нападут, испугаются, увидев ожерелье. Духов они «видят» и слышат едва ли не каждодневно. У духов есть имена, у каждого духа свой характер и поведение духа довольно предсказуемо. Злые духи подстерегают слабого человека.

Пираха наслаждаются каждым днем своего бытия, прикладывая минимальные усилия для поддержания жизни, не планируют будущего. Едят мало и не каждый день. Когда еда есть, то ее съедают все в тот же день, не делают запасов. Пираха – крепкие жилистые люди. Средний взрослый мужчина ростом 1,5 – 1,6 метра, весит 40 – 60 кг.

Танцуют они всем племенем, не имея музыкальных инструментов. Танец сопровождается пением, хлопками рук и топаньем ног. Все встают в круг и непрерывно движутся по кругу. Танец учит быть выносливым, может три дня продолжаться без перерыва. Умершего тотчас хоронят на берегу в яме в позе сидячего человека. Кладут в яму те вещи, что принадлежали лично ему. Яму закрывают банановыми листьями, затем засыпают землей. (//Дэниэл Л. Эверетт. Не спи – кругом змеи! Быт и язык индейцев амазонских джунглей. М.: Издательский Дом АСК, 2016. С.С. 88 – 98)

У пираха просты отношения друг с другом в привычном изо дня в день повторяющемся существовании. Пираха чувствуют, ощущают причастность к своему племени, но у них не возникло потребности осознания своей родоплеменной общности, которую хотели бы выразить в мифе. В духовной жизни преобладает страх перед джунглями и духами. Мифы соседних племен их не интересуют.

ОХОТНИКИ. Все «события» мифов древними охотниками воспринимались как действительно происходящие. Свидетельством этого служит современная духовная жизнь существующих доныне племен охотников Амазонки, Африки, Австралии, Новой Зеландии, находящихся до сих пор на этапе «поздней» дикости – поры, когда складывались ранние мифы. В них человек все окружающее уподоблял самому себе – все в мире было родственным и «жило, действовало, чувствовало и думало точно таким же образом как сородичи племени, Семейно-родственные отношения людей переносились на все явления природы. В мифах солнце, ветер, вода, звери, птицы – все родственники и живут семьями. Явления природы «наделялись» человеческими свойствами: радоваться, сердиться, благодарить, наказывать. Все в мире вело жизнь, похожую на жизнедеятельность людей.

Возможно, самые ранние мифические представления содержали первичное понимание древних людей самих себя как собирателей, существ, еще не отделившихся от кормовой территории обитания. Перейдя к охоте, племя предоставило занятие собирательством женщинам и подросткам. В мифических повествованиях о подобной людям «жизни» всего окружающего заключались представления о самих себе в теснейшем родстве со всей природой. Вся действительность наделялась человеческими свойствами, но тем самым отражалась слитность отдельного человека с общностью родового коллектива, родственного окружающей природной среде обитания.

Древний охотник, как и все члены его рода, ежедневно видел, что животные, как и люди, нуждаются в пище, воде, избегают опасности, защищают и заботятся о потомстве. В мифе выражалась причастность отдельного человека к совместной жизнедеятельности с сородичами, с заботой о безопасности рода и потомства. Чувство единства, слитности с родом, племенем было настолько глубоким, что человек совершенно не мыслил себя вне рода. Изгнание из рода, изоляция обрекало человека на смерть.

МИФЫ ОХОТНИКОВ – РАССВЕТ ДУХОВНОГО ТВОРЧЕСТВА ЛЮДЕЙ

Неизвестны обстоятельства жизни самых древних охотников и то, как в их духовности появлялись первые повествования, ставшие мифами. На позднем этапе дикости охотники к непосредственному восприятию природы «добавили» представления о сходстве отношений между людьми и природными явлениями как родственными. В космологических представлениях охотников Солнце представлялось Великим Лосем, Оленем, Медведем, которые, как и старейшина в роду, следят за порядком, за неизменно повторяющимися событиями в мире природы и людей. Смену времен года, (наступление засушливого или дождливого сезона) охотники связывали с временным уходом из мест охоты одного Духа зверя и приходом другого Духа зверя. В мифах рассказывалось, что подобно тому как люди изготовляют орудия охоты, так и духи «сделали» горы, холмы, реки, леса, растения, животных и самого человека.

Сходство жизнедеятельности охотников нашло отражение в сходстве мифов племен, ныне живущих на разных континентах. Миф как древний пласт духовности человечества настолько «един», что сохранился в неизменяющейся тысячелетиями жизнедеятельности сохранившихся на планете племен охотников.

АФРИКА.

В африканской мифологии Солнце, Луна, звезды действуют как человеческие существа. Охотники племени нама верят, что все небесные тела некогда были людьми. В племени банту сохранился миф о том, что Солнце и Луна захотели устроить пир. Солнце убило своих детей и съело их, угостив Луну. Луна же спрятала своих детей в огромном кувшине для воды и позволяла им выходить только по ночам. Вот почему Солнце до сих пор бездетно, а отпрысков Луны – звезды можно видеть каждую ночь. В мифе готтентотов Луна посылает Зайца к людям с важным сообщением. Бушмены считают Луну существом, приносящим несчастье, и верят, что лучше не смотреть на Луну, когда охотишься: медвяная роса на листьях стекает с Луны и может нейтрализовать действие яда на наконечниках стрел и потому зверь оживает и убегает. Но эта роса не помешает охотнику, если тот не смотрит на Луну. У бушменов существует обычай приветствовать нарождающуюся луну. Они закрывают глаза руками и обращаются к Луне: «Кабби-а! Возьми мое лицо, а взамен отдай мне свое! Отдай мне свое лицо, с которым ты, умерев, возрождаешься к жизни! Дай мне мое лицо, чтобы я мог заменить тебя, когда ты исчезаешь!»

У бушменов большее количество мифов о небесных телах, чем у племени банту. В одном мифе повествуется, что Луна некогда была кожаной сандалией, принадлежащей Богомолу, который зашвырнул ее на небо. По другому мифу Луна – это человек, который навлек на себя гнев Солнца, и оно поразило его ножом (своими лучами). Солнце кромсала, кромсало Луну, пока от нее не остался крошечный кусочек. Человек жалобно просил Солнце пощадить Луну ради детей. Солнце смилостивилось, но, когда Луна становится полной, Солнце снова начинает наносить удары. В мифе племени банту Луна – мужчина, а вечерняя звезда (планета Венера) его жена. В мифе племени аньянджей Луна (мужчина) имеет двух жен – одна на востоке и кормит своего мужа так плохо, так что он чахнет с того самого дня, как приходит в ее дом. Когда он является на западе к другой жене – Пункани, та кормит его хорошо и супруг начинает полнеть.

В мифе племени банту созвездие Орион – охотник с псом. Охотник следует за своей собакой, а та преследует пальмовую крысу. Крыса взбирается на пальму и ее уже не достать.

Бушмены называют планету Юпитер Сердцем Рассвета, Его жена Коньиуентару (созвездие Рысь). Однажды Сердце Рассвета принес ребенка, спрятал его под листвой, думая, что жена найдет младенца, когда выйдет собирать коренья. Но еще до того, как пришла его жена, младенца обнаружили животные и птицы. Каждый по очереди предлагал себя в качестве матери, но ребенок отказал всем. Наконец пришла Гиена и очень обиделась, что ребенок не выбрал ее. В отместку она отравила «бушменский рис» (личинки муравьев – излюбленную пищу бушменов). Коньиуентара, найдя ребенка, взяла его на руки и отправилась со своей младшей сестрой на поиски муравьиных яиц. Найдя отравленные яйца, она отведала их и превратилась в львицу, убежала в заросли тростника. Гиена, приняв облик жены, заняла ее место в доме. Младшая сестра дважды приходила в заросли тростника и умоляла накормить ребенка. Коньиуентара на второй раз сказала: «Больше не приходи, я не узнаю тебя». Сестра вернулась домой и тем же вечером, когда зять попросил ее сыграть в игру (в которой женщины хлопают в ладоши), она сердито сказала: «Оставь меня в покое! Пусть твоя жена, старая Гиена, хлопает для тебя!» Мужчина вскочил, схватил копье, чтобы убить Гиену, но та успела выскочить из хижины. Убегая, Гиена наступила в костер, горевший у хижины, потому гиены до сих пор хромают. На следующее утро Сердце Рассвета и его свояченица отправились в заросли тростника, взяв с собой стадо коз. Девушка позвала сестру, львица выпрыгнула из зарослей, подбежала к сестре, а потом бросилась к козам. Она схватила одну из них, но муж поймал львицу. Затем забил коз, содержимым их желудка обмазал львицу, тер ее, пока не удалил все волоски с ее кожи, и она снова обрела человеческий облик.

Млечный Путь в мифах бушменов – это дым от очагов «древнего народа». Дым очагов появился благодаря девушке, принадлежавшей к тому древнему народу. Она зашвырнула на небо пригоршню золы, бросала съедобные коренья – появились звезды. Старые красные коренья стали красными звездами, молодые коренья – белыми звездами.

В другом мифе Солнце и Луна некогда были людьми и жили на земле. Солнце прятал свет под мышкой, когда поднимал руку – вокруг светлело, когда опускал – на землю опускалась тьма. Однажды дети по наущению матерей подкрались к Солнцу, когда оно спало, совместными усилиями забросили его на небо, чтобы освещалось все вокруг. После этого оно уже больше не было человеком. Племена нанди и чага употребляют присловье: «На закате Вождь Солнце отдает свой щит жене (Луне)».

АВСТРАЛИЯ.

Самые древние фрагменты сказаний живущих ныне 90 племенных союзов аборигенов Австралии уходят корнями в прошлое на 40 -30 тысяч лет, когда континент населяли в период «мегафауны» – существования гигантских животных – трехметровых кенгуру, трехметровых сухопутных крокодилов, 17-метровых питонов. По неизвестной причине гиганты внезапно вымерли. Но память о них сохранилась, и гиганты оказались в мифах аборигенов всех областей Австралии, что показывает, что эти животные были частью среды обитания древних жителей континента. О гигантских животных до сих пор вспоминают со страхом и благоговением, рассказывают о них в устной традиции сохранившихся мифов, «воссоздают» их облик в рисунках на скалах и стенах пещер.

О жизни одного племени охотников узнаем из записок Поппер Майерса 1789 – 1800 годов. «В кочевом австралийском племени насчитывается 35 человек (мужчин, женщин и детей) во главе с вождем по имени Вининувуи. Несмотря на всю их первобытность, члены племени не так уж и просты. Их жизнь подчиняется системе правил, более стройной, чем наша. С детства их учат послушанию, а кто осмеливается перечить, наказывают. Правила один для всех и люди представляют для племени одинаковую ценность. По характеру они миролюбивы. Племя кочует с одной кормовой территории на другую и только при непогоде устраивает временные укрытия из ветвей деревьев и пучков травы. Чтобы такую постройку не сдуло сильными ветрами, используют камни или привязывают ее к деревьям. Время они точно определяют по теням от скал и деревьев. Пища их разнообразна: они едят все, что попадается на пути. Мужчины охотятся на кенгуру, эму, опоссумов, коала, различных птиц и ловят рыбу, когда оказываются у воды. Кроме того, они едят всяких насекомых и гусениц, Женщины собирают семена, ягоды, орехи, плоды, сердцевину пальм, выкапывают корешки, клубни батата (увесистыми палками-копалками, способными стать оружием защиты), Основным продуктом питания является своеобразный хлеб. Это запеченные в золе лепешки из пресного теста, изготовленного из различных размолотых семян, смешанных с водой. Все свое имущество держат при себе, и сводится оно к самому необходимому. У мужчин это копье и праща, один или два бумеранга, каменный нож, бурдюк для воды, сделанный из шкуры опоссума или желудка кенгуру и заветный мешочек с личными вещами. В нем помещаются обычно смола для жевания, веревка, пчелиный воск, сухожилия, а также заостренные костяные или каменные наконечники для копья, камень для заточки кости, украшения для волос из перьев, желто-коричневая краска для разрисовки тела и, конечно же, магические талисманы для защиты от злых духов и помощи добрых. У мужчин привычка носить копье ногой. Копье зажимают большим и средним пальцем ноги и таким образом волочат его по земле, при этом правая рука остается свободной, чтобы при необходимости быстро схватить нужное оружие. Передвигается, он должен быть готов отразить любую опасность. Через правое плечо у него перекинута сетка для ловли дичи и в той же руке он держит щит и пращу. Дубинка, бумеранг и каменный топор на поясе охотника. Мешок из шкуры опоссума и мешочек, в котором личные вещи, тоже привязаны к поясу. Горящую головню, представляющую кусок плотной древесины, которая может медленно тлеть в течение многих часов, и острый нож обычно втыкают в повязку на голове. Мужчины племени великолепные охотники и следопыты.

Веру в добрых и злых духов в племени поддерживает колдун, который всегда находится на некотором расстоянии от основного лагеря. Считают, что он очень силен в своем деле, и потому пользуется всеобщим уважением. Он носит древний амулет, который мне не довелось увидеть. Именно этот амулет и издает устрашающий раскатистый рев. Когда я слышу этот звук, я четко осознаю расстояние, отделяющее меня от мира, называемого цивилизованным, и у меня возникает непреодолимое желание молиться, только я не знаю какому богу. Люди племени считают священными определенных животных и птиц, некоторые деревья и даже целые рощи. Верят, что когда муж посетит священную рощу, там найдет душу ребенка, а затем «поместит» ее во чрево жены, то тогда у нее родится дитя. Священны кое-какие камни. Верят в существование «мира видений», в котором смешиваются прошлое, настоящее и будущее. Эти «видения» для них очень важны. Они верят, что с помощью «видений» может появиться все что угодно, даже дети. Это единственное племя из всех, о которых я слышал, где половые отношения никак не связывают с зачатьем. Удивительны их рисунки, выполненные в весьма необычной манере и обладающие своеобразной строгой красотой. Это выцарапанные на камне и коре сложнейшие узоры, орнаменты на копьях. Из музыкальных инструментов у них больше всего распространены очень длинные трубки, издающие громкий, пронзительный звук. Обычно они звучат в паре с «ударными инструментами», представляющими собой два куска твердого дерева, которыми постукивают друг по другу. Под музыку они с удовольствием танцуют и поют. Они часто устраивают праздники, называемые корробори. Еще они любят игры, которых у них много. Несмотря на то, что много сил уходит на охоту и добычу пропитания, у них е остается достаточно времени на то, чтобы наслаждаться музыкой, танцами, многократным рассказыванием историй и рисованием». //Из записей 1789 – 1800 годов – Питер Майерс был принят в племя, прошел инициацию, получил право охотиться, женился по решению племени на вдове, у которой при стычке с другим племенем погиб муж. Когда кончилась тетрадь, он прекратил вести дневник. Жаль, что он не записал ни один миф этого племени.

Наиболее распространенные австралийские мифы имеют характер местных преданий, объясняющих происхождение значимых природных мест на кормовой территории – холмов, озер, источников, ям, больших деревьев. Многие мифы повествуют о странствии предков в эпоху «Сновидений, Темных времен», бредущих по тропам с севера на юг, что свидетельствует, вероятно, о действительном движении древнего заселения по материку. Различные особенности рельефа до сих пор считаются свидетельством созидательной деятельности мифического предка, который указал место устройства поселения людей. Холм, скала, озеро, излучина реки выступают священными местами почитания предков, где и ныне изготавливаются чуринги для защиты от злобы духов.

Со времен раннего неолита, возможно, сохранились фрагменты мифов охотничьих племен о «прародителях». В мифах первопредки – животные племен Кенгуру, Вомбат, Эму, Орла, Варана, Ромбического Питона наделялись человеческим разумом, способностью вещать о своих чувствах, но все они «сохранили» привычки и поведение обычных животных.

Каждое племя охотников сохранило мифы о тотемных предках – прародителях людей и создателях определенной породы животных (реже растений), которых считали своими родичами, своей «плотью». Прародители племен Кенгуру, Эму, Черная цапля, Морской котик особо почитаемы. Мясо тотемного прародителя становилось табу для охотников. Прародитель племени Кенгуру одновременно считался прародителем всех кенгуру и людей племени Кенгуру. Соблюдалась экзогамия (запрет жениться на членах своего тотема) и табу (запрет употреблять в пищу мясо тотемного животного за исключением особых ритуалов в честь этих животных.) Существовали и своего рода индивидуальные субтотемы у женщин и у мужчин. Тотемные предки представали в мифах существами зооантропоморфными с преобладанием человеческого начала, способными превращаться в соответствующий вид животных. Мифы племен (например, племени муринбата) начинались одним и тем же зачином – «Когда звери были людьми…»

Мифы о «прародителях» природных явлений и животных содержали представления о действительных свойствах растений и животных. Почитание прародителей требовало строгого соблюдения моральных правил и племенных ритуалов.

Веками оставались неизменными «специальные» мифы только для девочек и мифы для мальчиков, рассказываемые во время обрядов «посвящения» достигших половой зрелости. Не прошедшие этого обряда не считались членами рода, удалялись из него. Сюжеты мифов из поколения в поколение «воспроизводятся» в танцах и пении во время племенного празднования – корробори. Соплеменники хором распевают один миф за другим. Восхищают фрагменты мифов, демонстрируемые в танцах, в играх в присутствии всех родов племени. Пение мифов рода Койота включает три сотни песен, и длится оно часами, а то и днями. Хранительницей «песен» – мифов и преданий племени Койота является самая пожилая женщина. Она своей властью определяет, куда и в какое время будет перемещаться племя, заботится о том, чтобы на прежнем месте оставалось для восстановления достаточное число животных и растений, и на покинутое место можно было бы вернуться через некоторое время. Тем самым аборигены дают природе время восстановиться. Хранительница «песен» назначает время «посвящения» подростков в члены рода, следит вместе с вождем за соблюдением всех табу, а они сопровождают всю жизнь человека от рождения до смерти. Считается, что умерший член рода уходит «назад» – в далекое прошлое времен Мечтаний, когда первые люди ходили по земле и своей «песней» давали всему название. Верят, что умерший человек, «ушедший» в прошлое (к предкам) невидимо остается среди живых.

Мифы племени аранда и поритья содержат сказания о небесных светилах. Луна предстает мужчиной, первоначально принадлежащим к роду Опоссума. Движение месяца по небу объяснялось тем, что Опоссум поднялся на верхушку дерева, перешел на небо, побрел на запад, затем спустился на землю, чтобы научить членов племени охотиться с каменным ножом на опоссумов. Наевшись опоссумов, Опоссум стал большим (полнолуние), утомленным, принял вид Серого Кенгуру и в таком виде его убивают юноши (новолуние), но один охотник сохранил кость кенгуру, из которой снова вырастает Месяц. Солнце в мифе предстает девушкой, также поднявшейся по дереву на небо.

В мифах о Далеком Рубеже Дух пустыни – Мункабиллас нагоняет страх странным вибрирующим звуком (возникающем от порывов ветра, перебрасывающего песок с места на место) Верят, что своим диким воем Дух Белого Динго предвещает смерть. Прежде Дух Динго считался другом и спутником охотников.

Аборигены верят, что Великая Мать Земля – Ямакуна наказывает людей за вероломство, за раздор между племенами. Великая Радужная Змея проложила путь реке, изгнала неугодных в пустыню на раскаленные земли Мааратжура – пустыню площадью в 50 тысяч квадратных миль. По верованиям аборигенов все духи, как и люди, живут племенами. Австралийцы до сих пор показывают места, где живут духи и поклоняются им.

МИФ О ПРОИСХОЖДЕНИИ МИРА и ЧЕЛОВЕКА

«Долгое – долгое время спокойствие царило над всем. Однажды Великий Дух Отец всех Духов прошептал Духу Рождения – Матери Солнцу: «Ты долго спала, теперь просыпайся и подари жизнь Вселенной и всему, что в ней заключается. Сначала разбуди траву, затем растения, затем деревья. Когда они пробудятся, засели их насекомыми, ящерицами, змеями, птицами и животными. На Земле нет места тому, что не приносит пользу другим частям творения». Мать Солнце открыла глаза, и все ее существо заполнил яркий свет. Мигом она преодолела огромное расстояние до Земли. Там, где ступали ее ноги, появлялась трава, кусты, деревья».

Возникновение людей произошло, когда Богиня Рождения закончила свои дела. Она обратилась к Отцу Всех Духов с просьбой завершить работу по сотворению. Великий Дух взял частичку своего разума, чтобы помочь животным обустроить свою жизнь и заботиться о слабых. Эта частичка стала в них развиваться. Все получившие частичку разума стали знающими и мудрыми, начли терять перья, хвосты. Так появилось человечество разных племен – Орла, Кенгуру, Ромбического питона и других.

В более поздних мифах северных австралийских племен предком выступает «Старуха – Мать», рождающая землю, дающая всему плодовитость. В мифах племен юго-восточных аборигенов преобладает патриархальный образ «Всеобщего Отца».

На острове Миллингимби в наши дни австралийцы сюжеты мифов воспроизводят в рисунках на древесной коре. Для этого тщательно выбирают подходящее дерево. Художник бродит по джунглям, подрезает молодые эвкалипты, у которых кора не растрескивается, когда ее сдирают. Затем кору нагревают на слабом огне, раскладывают на земле для просушки. Высохшую кору обязательно натирают соком диких орхидей – иначе краски высохнут и осыплются. Для раскраски используют глину трех цветов – красную, желтую, белую, а для черного цвета берется древесный уголь. Готовые картины раскладываются для просушки на камнях. Старейшина художников этого острова на картине величиной пять футов на четыре нарисовал разбушевавшийся тропический циклон, который уносит маленькое каноэ с мужем и женой, а на берегу изобразил удивительных морских чудовищ, выброшенных морем. Картины художников этого острова экспонируются в музеях Парижа, Лондона, Нью-Йорка.

МИФЫ ПАСТУШЕСКИХ ПЛЕМЕН

Истощение охотничьих ресурсов на Аравийском полуострове и в Индии вызвало необходимость приручения животных пастушескими племенами с последующим переходом к скотоводству и земледелию. Предки охотников от присваивающего хозяйства перешли к производящей экономике, изменили свою жизнедеятельность. Постоянная в достаточном количестве пища, новый образ жизни значительно увеличили численность населения. В духовной жизни появились новые мифы, и существующие в двадцать первом веке пастушеские племена бережно их хранят.

ЮЖНАЯ ИНДИЯ.

Племя тода, как и тысячи лет тому назад, в наши дни пасет буйволов в горах Нилгири («Голубые горы»). Племя тода в 2000 году насчитывало 600 человек. Люди этого племени резко отличаются от соседей. Они высокого роста, светлокожие, с рыжеватыми волосами, с зелеными и коричневыми глазами. Тода извечные вегаторианцы и потребляют молоко буйволов, собирают мёд диких пчел, фрукты, растения для еды и для лечения. Молоко буйволиц обменивают на рис и овощи. Площади пастбищ, на которых они пасут буйволов, быстро сокращаются, поскольку на земли племени тода расселяются дравидские племена мудугаров, бадало, кота, которые занимаются огородничеством и земледелием. Эти племена считают тода «хозяевами земли», оказывают им почести, так как с доброго согласия тода живут на землях этого племени, снабжают тода рисом и овощами.

Тода верят в существование двух тысяч духов – духов огня, каждой горы и холма, духов двух горных рек. Они поклоняются солнцу, луне, звездам, водам, горам. У них существует верование, что новорожденный должен находиться в хижине. Его лицо и лицо матери закрывают куском ткани для предотвращения недоброжелательного света звезды Кейрт. Имя мальчику дается дедом перед храмом, крыша которого украшена рогами буйвола и изображениями созвездия Быка. Женщинам не разрешается близко подходить к этому храму. Днем мужчины и женщины занимаются своими делами (мужчины пасут и доят буйволиц, женщины занимаются домашним хозяйством и детьми), и вместе они встречаются лишь вечером в жилище, где на очаге из двух камней варятся рис и овощи.

МИФЫ ПЛЕМЕНИ ТОДА О БУЙВОЛЕ. В одном мифе говорится, что буйвола создал Великий Ён («Тот, кто находится наверху»). Ён следит за всеми и все видит. В более раннем мифе буйвола создала богиня Тейкиридж. Она разделила племя тода на две фратрии, а фратрии на роды. Каждый род имеет храм на месте дойки буйволиц. Жрецы проводят моления на древнем языке тода, который лингвисты не могут отнести ни к одному из известных языков. Все тода его понимают, но говорят на упрощенном диалекте тамильского языка. Богиня Тейкеридж принадлежит к фратрии изначального Творца. Она, войдя в водоем, мановением руки сотворила первых буйволов. Их было 18 тысяч. Существует миф, что люди появились тоже из того водоема, держась за хвосты буйволов, когда те выходили на сушу. Когда-то буйволицы умели говорить, причем болтали так много, что забывали давать молоко и производить телят. Животных становилось все меньше. Встревожился жрец и попытался их образумить. В ответ буйволицы стали его ругать и оскорблять, да еще в присутствии женщин. Жрец не стерпел и воззвал к богине Тейкеридж. Та не замедлила явиться. Услышав непристойные слова, она вырвала языки у буйволиц и заменила их другими. Теперь провинившиеся могли только мычать.

Женщины тода близко не подходят к буйволицам, поскольку по верованию однажды при дойке одна женщина случайно задела буйволицу по носу. Та взбрыкнула и убежала. С той поры их доят мужчины, получая по 1 – 2 литра молока от одной буйволицы. Однако на шею буйволиц вешают колокол – символ Гурьи – девы. Тейкеридж влияет на изменения местности. Когда она разгневалась на юношу, увидевшего ее купающейся в реке, то отвела течение горной реки Кунда, и появился изгиб реки. К Тнйкеридж обращаются за помощью и утешением.

ТИГР – ПЕРВОПРЕДОК. Тода и люди соседних племен считают, что тигры на людей племени тода не нападают, так как те никогда на них не охотились, поскольку тигры – родственники племени тода. Умершего тигра как сородича оплакивают женщины тода. У тода многомужество – по подсчетам женщин тода в 12 раз меньше, чем мужчин. Женщины вступают в отношения с мужчинами по своему выбору. На пятый или седьмой месяц беременности муж вручает жене лук и стрелу и тем самым объявляет себя отцом будущего ребенка в глазах членов племени.

КОРОВА. В мифах пастушеских племен отразилась их особенность восприятия мира. Существует верование, что Солнце – золотой теленок, рожденный огромной небесной коровой с рассыпанными по всему ее телу звездами. Представления о великой корове-созидательнице мира и всего живого широко распространены в фольклоре многих народов. У африканского племени иллуков существует миф о том, что великая белая корова, появившаяся из воды, принесла с собой тыкву, из которой вышли все звери и прародители людей, а в легенде американского племени шонов корова, выходящая из воды, производит на свет вождя племени. У египтян верховный бог Ра в виде младенца сосет молоко Небесной Коровы, а став взрослым мужчиной находится под защитой Всемогущей Коровы-Матери, кормилицы. В других мифах Солнце как солнечное дитя рождается из растений. Например, из цветка лотоса, выросшего на Гелиопольском холме у Нила. Возвеличивание роли растений относится ко времени перехода к земледелию.

МИФЫ ЗЕМЛЕДЕЛЬЦЕВ

10 – 9 тысяч лет тому назад в разных частях планеты происходило окультуривание растений, В Юго Восточной Азии постепенно сложились первые мифы о рисе и до нашего времени дошли многочисленные варианты его происхождения, как и других злаков, по воле божеств. Рис наделялся душой. Духу риса поклонялись, как и рисовым полям.

АМЕРИКА.

МИФЫ О КУКУРУЗЕ. Племена пауни ныне живут вдоль рек Миссури, Плат, в Небраске и в Оклахоме. Они поклоняются Великому Духу – Атиаса Тираву («Наш отец наверху»), который научил охоте, разведению огня, ремеслам и земледелию (выращиванию кукурузы, табака), татуировке и жертвоприношениям. Его жена Атира – Мать Кукуруза. Початок кукурузы до сих пор ее символ и хранится до нового урожая.

В мифах ирокезов Га-гаах – Ворон принес из солнечной страны кукурузное зерно. Ха-гвех-ди-ю с помощью духов посадил зерно кукурузы в тело своей матери. Из ее лица сделал Солнце, из ее груди Луну и Звезды, чтобы охранять ночное небо. И поныне Ворон парит над кукурузными полями, охраняя их от вреда, но также требуя за охрану свою долю кукурузы. Дух грома Хе-но – дедушка, воин с волшебным пером на голове и с корзиной камней на спине – бросает камни в злых духов и ведьм, вызывает дождь, чтобы был высокий урожай кукурузы. Ему помогает дух зерна О-на-тах.

В мифах племен чароки (живут на Юго-востоке США) Сепу – Мать Кукуруза, когда растирает свой живот, то корзины наполняются кукурузой, а когда она растирает бока, то в корзинах появляются бобы. Потому до сих пор их сажают вместе на земляных грядах. Кукуруза дает опору бобам, а бобы удобряют почву и тем «кормят» кукурузу. Между грядами сажают тыкву, чтобы сохраняла влагу и не давала расти сорнякам. Чероки поклоняются этим трем сестрам – кукурузе, бобам и тыкве. Они считают, что в природе сохраняется баланс тогда, когда женщины уравновешивают мужчин, лето уравновешивает зиму, растения – животных, а земледелие – охоту. В мифе об охотнике Канати, тот время от времени подходил к священной пещере, пел песню. Пещера открывалась, выпускала одно животное, которого он убивал. Мальчики узнали об этом, рассказали о пещере, и та навеки закрылась. Сепу – Огородница сказала мальчикам: «Мы теперь умрем, и умрет легкая жизнь. Однако если мальчики смогут протащить тело Сепу семь раз по кругу и затем семь раз по земле внутри круга, то утром появится урожай кукурузы. Мальчики всю ночь должны не спать, а наблюдать». Но мальчики не смогли сделать это, и потому кукуруза растет не везде, а только в определенных местах и ее приходится выращивать, так как урожай не появляется в одночасье.

Современные индейцы племени абенаки верят в духов Алом-бетви-есис, которые опрокидывают каноэ сборщиков озерного риса, имеют порошок, превращающий несколько зерен кукурузы в огромное ее количество.

В мифологии черноногих – племен, живущих на Великих равнинах, Дух Нами создал землю из грязи, добытой Черепахой во время наводнения. Нами создал людей и животных, растения. Он показал, какие из растений для людей съедобны, и как охотиться на животных, считая главным из них буйвола. Когда Нами застал на вершине горы ураганный ветер, то он смог удержаться, только ухватившись за березу. Потому на березе и ныне видны следы его пальцев.

В мифе племени чокто о тысячелетнем переходе от исконных земель на западные земли (на реку Миссисипи) говорится: «Каждую ночь чокто втыкали шест-посох в землю. Утром они отправлялись в путь в ту сторону, куда указывал, наклонившийся посох. Остановились чокто там, где шест остался стоять вертикально. Дошли! В этом месте на земляном валу – кургане «успокоили» кости предков, которые принесли в мешках из шкур буйволов».

АФРИКА. В египетских мифах Осирис – дух плодородия природы представал человеком с телом зеленого цвета, с короной из стеблей папируса. Его знак власти «джед» (жезл) состоял из вставленных одна в другую связок тростника. Рядом с Осирисом всегда растения – лотос, гроздья винограда, деревья. Его душа изображалась в виде феникса. В «Книге мертвых» Осирис говорит: «Я живу как Зерно, расту как Зерно, Я – ячмень». В разговоре с Сетом он говорит: «Я делаю всех сильными, это я сотворил ячмень и полбу, чтобы питать богов». В «Тексте Пирамид» река Нил свежей водой вытекает из ноги Осириса.

АЗИЯ. Миф о Хоу Цзи – Князе Просо китайского племени чжоу, живущего, возможно, при династии Сяо. «Князь Просо был сыном девушки племени чжоу и Верховного Предка, который не признал мальчика. Хоу Цзи вскормили молоком буйволицы, защитили от волков две птицы и унесли в свое гнездо. Кормили его, принося зерна. Окрепнув, он спустился из гнеда на луг, нашел палку с сучком и вскопал землю. В рыхлую почву бросил зерна и собранные косточки плодов, семян тыквы. Пришедшие на луг люди увидели необычайно высокие и плотно стоящие стебли пшеницы, гаоляна, большие тыквы. Особо людей порадовало просо. Хоу Цзи, владычествующий над просом, Князь Просо научил людей пахать, сеять, жать, очищать зерно от плевел, хранить его. Века люди племени чжоу поклонялись Хоу Цзи – божеству, покровителю земледелия.

ЕВРОПА. В мифологии карел Укко – Воздушное пространство – Мать всего, Ильматар. Каве – дочь Воздуха. На ее колене Утка снесла 7 яиц, и из них появилось небо, солнце, луна, звезды и земля. Вайнямейнен – сын Воздуха и Воды. По его приказу из моря появился мальчик и посадил деревья, кустарники, травы. Расцвели цветы, созрели ягоды. Сам Вайнямейнен посеял семь зерен и выращивал ячмень.

ЯПОНИЯ. МИФ О БОГИНЕ ПИЩИ. «А еще /бог Суса-но-о/ попросил еды у Оо-гэцу-химе-но-ками – Девы-богини Великой пищи. Тогда богиня Оо-гэц-химе достала /у себя\ из носа, изо рта, а также из заднего места разные аппетитные яства, и когда, по-всякому их приготовив, поднесла. Бог Сусано-о-но никакого яства не узрев, подумал, что /она\ осквернив /еду\, ему подносит, и ту богиню убил. И вот то, что в теле убитой богини имелось – в голове шелковичные черви родились, в обоих глазах рис-рассада родился, в обоих ушах просо родилось, в носу фасоль родилась, в тайном месте пшеница родилась, в заднем месте соевые бобы родились. Потому-то Камимусубити-но-ми-оя-но микото – Богиня Божественного Творения – Священная мать все это подобрала и превратила в семена». /«Кодзики». Глава 13. Этот фрагмент – синтез мифических представлений разных народов, оказавшихся в Японии. Пришельцы из Индонезии, Китая, Кореи слились с коренными японскими племенами. Взаимодействуя с чужеземцами, японцы занялись равнинным и горным земледелием, возделыванием различных сельскохозяйственных культур обучались у «пришельцев». Ранние мифы самих аборигенов Японии не известны.

МИФЫ НА ПУТИ СТАНОВЛЕНИЯ КЛАССОВОГО ОБЩЕСТВА

Мифы усложнялись, отражая возникающее социальное расслоение родов, социальное неравенство членов племени. Усиление власти вождя племени, возможно, в мифах привело к возвышению Верховного Духа. Он повелевал множеством других духов, прежде равноправных, ставших подчиненными, второстепенными. В мифах Верховный Дух считался покровителем вождя, помогал в войне за территорию. Тотем племени «враждовал» с тотемами других племен. Племя Лягушки воевало с племенем Сокола, Орла. Война племен отражалась в мифах как война между тотемными животными. Сокол побеждал Лягушку, пленников превращали в рабов Племя, попав в зависимость от победившего племени, слабело. Новые мифы духовно отражали закат первобытнообщинного строя. Эстафету ранних мифов подхватили мифы зарождавшейся цивилизации периода бронзы. Сюжеты некоторых мифов запечатлены в текстах появившейся письменности, и потому дошли до следующих поколений на новом витке социального развития.

Общность духовного восприятия мира людьми первобытного общества периодов дикости и варварства была утрачена с распадом родового строя, появлением социальной розни в городах – государствах. Общезначимые мифы духовного равенства членов рода видоизменяются, забываются с появлением классов, возвышением власти меньшинства – имущих частную собственность, подчиняющих большинство населения, Вера в Верховного Духа покровителя рода сменилась мифом о Небесном Отце Творце.

С появлением частной собственности ее владелец заинтересован в том, что она сохранилась, перешла к его сыновьям, наследникам, а не была раздроблена, разделена между членами рода. Новыми мифами духовно оправдывалось экономическое и социальное неравенство. Появились профессиональные защитники социального неравенства в лице новой касты жрецов. Духовный авторитет вождя племени (зачастую бывший одновременно жрецом) опирался на его собственность как владельца большей части общинной земли племени, пастбищ, на которых паслись его «личные» отары овец. Большинство членов племени постепенно попадало в экономическую зависимость от владельца частной собственности, главы племени. Соплеменники с небольшим количеством скота и «клочков» пастбищ вынуждены были наниматься пасти скот крупных частных собственников. Детей малоимущих семей, не способных их прокормить или за долги продавали в рабство. Войны между племенами велись с целью захватить исконные земли родов, пленных обратить в рабов, а не делать как в прошлые времена равноправными общинниками-охотниками. Изменившиеся социальные условия принижали духовную значимость прежних мифов. Они постепенно забывались. Иное социальное бытие породило мифы рабовладельческого общества. Обратимся к мифам древних народов, вставших на путь цивилизации.

МЕСОПОТАМИЯ

Примерно к шестому тысячелетию до нашей эры племена, живущие между Тигром и Евфратом, начали заниматься ирригационным земледелием. Они возделывали мотыгами почву и засевали ее, одомашнивали животных. Стали изготавливать глиняную посуду, из сырого кирпича возводить здания и крепостные стены городов. Ремесленники добивались технологических успехов в обработке металлов. Ирригационное земледелие обеспечивало людей достаточным количеством пищи, что привело к росту населения, укрепило самостоятельность городов-государств, успех торговли и расцвет искусства.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.