Ева Розина
Босс – Дед Мороз. Начнем сначала, Дымов?

1 Глава

Праздничное настроение катастрофически испорчено всего за неделю до Нового года. Ранним утром, когда земля спит, укрытая снежным пухом, а ёлки в витринах гламурно переливаются шарами и сверкают мишурой, моя жизнь превращается в ад на земле.

– Да быть не может! Зря ты, Машенька, сплетни слушаешь.

Слегка отстраняюсь в попытке прервать поток глупостей, обрушившийся на меня от секретарши нового босса.

– Светлана Петровна, почему вы мне не верите? – Машенька обиженно надувает пухлые губки и становится похожа на ученицу средней школы. – Наш новый шеф – красавчик, богач, учился за границей, не женат. Зовут Антон Сергеевич, фамилия Дымов, сегодня приступил к работе. Вы в командировке были, поэтому не знаете.

Двери лифта открываются, и телефон, неловко подпрыгнув в моих руках, летит в шахту.

– Ой, как же так? – секретарша изумлённо смотрит вслед телефону.

– Повтори, как его зовут?

Почему я вообще нервничаю? Это не может быть он, разве мало людей с одинаковыми именами?

Телефон только купила, дорогущий. Вздыхаю и стучу в дверь кабинета генерального директора. Надо представиться как следует и сразу наладить хорошие отношения с новым шефом. Жаль, я прямо из командировки в офис и не успела привести себя в порядок, маникюр облупился, на голове осиное гнездо. Хотя это неважно, ведь я отличный специалист.

Кресло повёрнуто к окну. Ну ясно, этаж у нас высокий, стёкла до пола, любуется видом из своего нового кабинета.

– Доброе утро, Антон Сергеевич. Я главный менеджер по планированию, Светлана Морозова. Надеюсь на успешную работу с вами. – Слегка наклоняюсь, пытаясь заглянуть за спинку кресла. Надо было юбку погладить, а то как-то неуютно.

– Да, Светка, помотала тебя жизнь. Давай я премию выпишу, хоть маникюр сделаешь, а то выглядишь, конечно, не очень.

Знакомый голос раздаётся откуда-то сбоку. Резко поворачиваюсь. Стоит, гад, возле полок с документами, руки на груди скрестил, ухмыляется, меня рассматривает.

– Морозова, что с лицом? Не рада встрече с бывшим?

Открываю рот и хватаю воздух, как рыба, выброшенная на берег. И постепенно, глядя в эти наглые смеющиеся глаза, во мне закипает злость.

– Дымов, тебя какого чёрта сюда принесло? – От моего крика трясутся стены.

– Светик, ну разве можно так с новым боссом разговаривать? Могу ведь и уволить. – В насмешливых глазах промелькнул стальной холод.

– А давай! Неужели ты думаешь, я буду с тобой работать? – Выхожу, громко хлопнув дверью. Секретарши резко отскочили в стороны. Подслушивали, как всегда. Завтра весь офис будет знать, что произошло. Стремительно направляюсь к лифту. Слышу, как за спиной распахивается дверь, ускоряю шаг, но сильная рука, словно железные тиски, сжимает моё запястье.

– Ты с ума сошла? Забыла условия контракта?

Он кричит так, что закладывает уши, а сотрудники, побросав свою работу, не стесняясь, смотрят на нас.

Пытаюсь вспомнить, что же такое подписывала и покрываюсь холодным потом. Я имею право уволиться, только если закрыты все проекты, которые курирую. В ином случае должна выплатить миллионную неустойку. А сейчас их у меня целых три и сдача ближайшего только через полгода.

Говорят, безвыходных положений не бывает, а значит, если я не могу уйти сама, надо сделать всё возможное, чтобы он меня уволил. Зря ты решил поиграть со мной. После расставания прошло десять лет, и я сильно изменилась.

– Антон Сергеевич, тут же люди, не все знают про ролевые игры. Давайте отложим это до вечера.

Изворачиваюсь, воспользовавшись тем, что хватка ослабла и кладу руку ему на грудь. С кокетливой улыбкой смотрю в лицо, позеленевшее от злости.

– Морозова, ты…! Да я тебя…!

– Конечно, Антон Сергеевич, Вы меня, только позже вечером, в нашем любимом отеле.

Вырываю руку и влетаю в лифт, трясусь, словно испуганный олень, пытаюсь широко улыбнуться, видя изумлённое лицо Дымова, но выходит кривоватая ухмылка. Как только двери лифта закрываются и ноги перестают меня держать, оседаю по стенке на пол.

Шикарный вид на заснеженную Москву из прозрачного лифта больше не радует. Я не боюсь потерять работу, но вот месть Дымова, после позора на всю компанию, гораздо страшнее фильма ужасов. До Нового года осталось пять дней, астролог обещала карьерный рост и свадьбу в январе, а теперь, мне конец!

2 Глава

Ну, Дымов, подожди у меня! Раз я не могу уволиться, изведу тебя и опозорю на весь Питер. Пожалеешь, что пришёл к нам директором.

Едкий запах акрила неприятно проникает в нос. Наблюдаю краем глаза за быстрыми движениями маникюрши и обдумываю, как быть. Рядом парикмахер старательно смешивает платиновый блонд. С сожалением смотрю на свою рыжую шевелюру, но месть требует жертв. Лишь бы мои огненные густые волосы не отвалились после такого.

– Ты пили поострее. – Ловлю на себе удивлённые взгляды работников салона, и лишь маникюрша, стараясь ещё усерднее, соглашается со мной.

– Конечно, чтоб морду хорошо расцарапать, острые коготочки нужны, как у кошки. Сейчас сделаю. Вы уж посильнее его, козла этого.

Удивление окружающих сменяется одобрительным поддакиванием, а я с отсутствующим видом рассматриваю стильную, высокую ёлочку в углу. Росла она на опушке, пышная, красивая, и вот, пришёл какой-то лесоруб, и под самый корень её, гад. Принарядили знатно, шарики, сосульки, гирлянды, но простоит она недели две – и на свалку.

Вот так и я. Мой лесоруб – это Дымов. Теперь мне нужно продержаться до конца всех проектов и уволиться. Но перед этим я ему ещё покажу!

Это же надо было прийти к нам в конце декабря. Всё настроение новогоднее убил. Из-за него сижу в этом салоне уже четвёртый час и на шопинге оставила две зарплаты. В общем, завтра ему несдобровать.

Будильник сработал предательски рано, и я, сонная, устраиваюсь на диване с чашкой кофе. Смотрю на себя в зеркало и пытаюсь отойти от шока. Белые волосы, тройной объём ресниц, ногти неоново-розового цвета. Должно быть, я вчера сошла с ума.

Надеваю купленную одежду и крашу губы яркой помадой, окидываю себя взглядом в зеркале. Очень вызывающе! Бывший оценит.

– Морозова, что за вид, ты перепутала наш офис с другой работой? И, ради бога, сними этот парик, ты же не снежная королева!

Хм, а он неплохо научился управлять эмоциями, даже бровью не повёл. Сторож Семён при виде меня вылил стакан кофе себе на брюки. До сих пор слышу его стоны, наверное, обварил что-то важное.

– А вы все, чего возбудились? Не отвлекаемся, работаем. Берите пример с госпожи Морозовой. Она даже переодеться не успела и с ночной подработки, в чём есть, в клоунском парике, приехала.

Чувствую, как жар поднимается по телу и окрашивает щёки в свекольный цвет. Никогда в жизни мне не было так стыдно. И обидно. Главное – не расплакаться.

– Это не парик. – Шепчу чуть слышно дрожащими губами.

– Светлана Юрьевна, что вы там бормочете?

Он, конечно же, прекрасно понял мои слова, но решил поиздеваться.

– Итак, отвлечёмся от внешнего вида коллеги, которая явно встала на скользкий путь. У меня для вас важное объявление. Я недавно заступил на эту должность и хочу поближе со всеми познакомиться. Рад сообщить, что новогодние праздники мы проведём вместе.

Хлопаю своими новыми ресницами и пытаюсь понять, не ослышалась ли я.

– Я снял коттеджи под Питером на берегу Финского залива на неделю. Присутствие на празднике по желанию, но кто-то один обязательно поедет со мной завтра утром, помочь с организацией. Пусть всё решит жребий.

Шанс, что это буду я очень маленький, не о чем волноваться. К тому же от моей кандидатуры Дымов, конечно, откажется.

– У всех на бейджике есть номер. Я написал их на бумажках и сейчас вытащу одну. Этот человек со мной завтра и поедет, без обсуждений.

Дымов делает умное лицо и объявляет жертву.

– Мой помощник – номер семнадцать.

– Что?! Да быть такого не может!

Все смотрят в мою сторону. Я что, вслух это крикнула?

– Ну вот и определились. В восемь утра я заеду за вами, Светлана Юрьевна.

Ухмыляется гад. Как же я его ненавижу.

– Мне ведь можно сегодня не работать? Поеду домой, подготовиться к моей миссии. Всем пока.

Посылаю воздушный поцелуй и иду к лифту. Дежавю какое-то, опять я в шоке и даже через закрытые двери слышу крик Дымова.

– Морозова, ты с ума сошла?!

Вечер провожу в сборах и жалобах подруге на судьбу. Решаю, что должна испортить ему праздники и стереть самодовольную улыбку с лица. Засыпаю около четырёх часов утра, а в семь уже звонит будильник. Совершенно разбитая, укутанная в тёплый шарф, без пяти минут восемь стою на улице с двумя огромными чемоданами.

Новенький джип влетает в мой двор, и из машины выходит свежевыбритый, отдохнувший Дымов. От его вида у меня окончательно портится и без того плохое настроение.

– Светик, ты что в круиз собралась? Зачем столько вещей? – Показывает в недоумении на мои чемоданы.

– Мало ли что может случиться так далеко от дома. – Рядом с ним, без офисных стен и коллег чувствую себя ужасно неловко. Пытаюсь открыть багажник, чтобы положить первый чемодан.

Неожиданно Дымов подходит сзади, и меня окутывает древесно-мускусный аромат уверенного в себе мужчины. Легко выхватив чемодан из моих рук и аккуратно положив в машину, он опирается на капот, зажав меня между собой и холодным железом. Чувствую его дыхание за спиной, а ноги сами подкашиваются, словно и не было этих десяти лет. Неужели я не смогла забыть мои чувства к нему?

– Морозова, почему ты так странно сложила губки в трубочку, будто собираешься меня поцеловать?

3 Глава

Безумная харизма Дымова всегда лишала меня связи с реальностью.

– Как-то неважно ты выглядишь, Светик. Не выспалась? Я купил твой любимый кофе, выпей и взбодрись.

Раздаётся смешок, и Дымов садится в машину. Тёплый и уютный кокон его обаяния оставляет меня, я остро чувствую мороз, зимний холод и, нога за ногу, плетусь к дверце машины.

Удобно устраиваюсь на сидении, отпиваю горячий кофе и ловлю недоумевающий взгляд босса.

– Ну ты даёшь, Морозова! Я тебе что, таксист?

Замечаю, как задумавшись, привычно уселась на заднее сидение.

– Ну не рядом же с тобой мне ехать? Давай отправляться уже. Путь долгий, вздремну по дороге.

Понимаю, что он ещё больше разозлится, но не могу остановиться. Поворачиваю голову набок и закрываю глаза. Чувствую мягкое и пушистое нечто, обволакивающее со всех сторон.

– Можешь ехать, где нравится, просто я тебе спереди плед приготовил. Поспи в дороге, рано же пришлось встать из-за меня.

Приоткрываю глаза и вижу, как Дымов аккуратно подворачивает плед, чтоб мне было уютно спать.

Странное поведение. Я уже и не помню, каким внимательным он может быть. Интересно, что он задумал?

Смотрю в окно на пролетающие мимо заснеженные осинки и берёзки. Совсем скоро природа сменится и вокруг будут сплошные сосны. Вспоминаю, как в наше единственное лето, ещё студентами экономического, ездили на залив загорать. Грустно, и слёзы наворачиваются. Не хватало расплакаться, тогда Дымов решит, что мне место в психушке.

– Ты чего там притихла? Спишь? – Спрашивает тихими шёпотом, чтоб не разбудить, если и правда сплю.

– Нет, разве уснёшь, в одной машине с врагом. Включи музыку лучше. И не болтай много. Раньше ты не был таким разговорчивым.

– А почему это вы, госпожа Морозова, так фамильярно общаетесь с начальством?

Слышу металлические нотки в голосе и выпрямляюсь на сидении. И правда, почему я так с ним разговариваю? Он всё же мой босс, и работа не должна быть связана с личной жизнью.

– Извините, Антон Сергеевич, это я от недосыпа, больше такого не повторится.

Снова отворачиваюсь к окну. Почему у меня чувство, что я на этом джипе лечу прямо в пасть снежного чудовища?

– Можно вопрос?

– Задавай, Морозова.

– Вы всё подстроили, когда вытаскивали бумажку с номером?

Молчит. Смеётся. Стоп! Смеётся? Значит, это правда.

– Ну что ты, Светочка, чистая случайность. Всему виной твоё знаменитое невезение.

Это он верно подметил, мне никогда в жизни не везло. На экзаменах я вытягивала билет, который знаю меньше всего, опаздывала на последний автобус, и в ответственный момент обязательно ломался каблук. Только три месяца лета, проведённые с Дымовым, удача сопутствовала мне, и рядом с ним никогда не происходило ничего плохого.

– Я вот не удивлюсь, если машина сломается. Поэтому пораньше время назначил, с тобой вообще доехать бы до Нового года.

– До него целых три дня. – Вот ведь шутник нашёлся. Возмущённо кручу головой.

– И я об этом. Всего три дня, а со мной бомба замедленного действия.

Опять смеётся. Я ему вместо развлечения, что ли?

– Вы, Антон Сергеевич, лучше бы на дорогу смотрели внимательнее, а то на самом деле не доедем.

– Уже недолго осталось, скоро заправка будет. Куплю ещё кофе, потом минут десять, и мы на месте.

Смотрю на удаляющуюся фигуру через заиндевевшее окно и в сотый раз думаю, почему у нас ничего не получилось.

Дымов с широкой улыбкой и двумя стаканами кофе быстро возвращается.

– Холод на улице, лучше не выходить из машины лишний раз. Давай, Светик, взбодрись, а то сидишь какая-то невесёлая.

Отпиваю горячий кофе. Чему радоваться-то? Вместо уютного Нового года с друзьями я должна организовать праздник на пятьдесят человек, да ещё и с Дымовым. Как странно он на меня смотрит. Я что, кофе на себя пролила?

– Может, поедем уже, Антон Сергеевич?

– Я бы с радостью, да машина не заводится.

– Что случилось? Всё же в порядке было.

– Это я как раз у тебя хотел спросить. Ты своё невезение другим научилась передавать?

Дымов снова выходит из машины, куда-то звонит и жестикулирует во время разговора.

– Ремонтники сюда часа три ехать будут. Выходи, пешком пойдём. Мы уже рядом с турбазой, километров пять осталось.

– Сколько?! По обочине шоссе с сугробами по колено? Ты издеваешься?

– Если не хочешь, оставайся в машине. К вечеру кто-нибудь приедет за тобой.

С ума сойти. Да что вообще творится? Он на самом деле собирается идти?

– Подожди, я здесь не останусь, но как же вещи?

– Позже с базы кого-нибудь попросим забрать их из машины. Бери сумку дамскую, документы, телефон, больше ничего не надо. Выдвигаемся.

– Антон Сергеевич, а что, если я не смогу столько пройти? – Выйдя из машины, пытаюсь приноровиться к широким шагам Дымова и понимаю, задачка будет не из простых. Хорошо хоть тёплые зимние ботинки надела.

– Тогда я понесу тебя на руках. И, зови меня как раньше, Антон.

4 Глава

Не знаю, какой рождественский эльф его укусил, пока он ходил за кофе, но Антон, так Антон.

– Поторопись, чего ты там топчешься. Выдвигаемся.

И вот, Дымов идёт по снегу широкими шагами, а я, еле поспевая, бреду за ним, пытаясь наступать след в след, но, всё равно глубоко проваливаюсь в снег.

Метров триста мы преодолеваем вполне успешно, но затем поворачиваем на боковую дорогу, ведущую к турбазе. Идти становится трудно, асфальт и обочины покрыты толстым слоем снега. Метель мела всю ночь, но в городе последствия не так заметны, как здесь.

Судя по всему, сегодня не проехало ни одной машины. Это странно. В интернете написано, что турбаза большая и популярная, коттеджи нужно бронировать за неделю.

– Антон, это точно наш поворот? Может, ты ошибся? Дорога вся занесена, наверное, ведёт в глухой тупик. Машины здесь совсем не ездят.

– Ты меня за дурака принимаешь? Конечно, это наш поворот. Я позавчера заезжал, смотрел все коттеджи и ресторан. Что, если бы мы приехали, а места для пятидесяти человек мало?

Надо же, как старается устроить праздник. Сам лично приезжал, не поленился.

– Всё замело, потому что сейчас там нет постояльцев. Я на неделю забронировал полностью всю базу. Сегодня и завтра мы там будем только вдвоём.

Вот зря он это сказал. Горячий босс на холодном снегу, что может быть лучше? Моё буйное воображение уже рисует мне картинки для взрослых.

– Ой! – Больно ударяюсь носом в спину Дымова, который почему-то остановился, а я этого не заметила, пребывая в эротических фантазиях.

– Морозова, о чём ты вообще думаешь?

Дымов смотрит на меня широко распахнутыми, как у ребёнка, синими глазами. Вспоминаю наше лето, жару в съёмной квартире, горячие объятия и слова, что он мне шептал.

Неожиданно теряю равновесие, хватаюсь за пуговицу на куртке Дымова, но это нас не спасает, и мы летим кубарем в глубокий овраг. Крепко зажмуриваюсь и чувствую, как он прижимает меня к своей груди изо всех сил.

Прихожу в себя от поцелуя. Горячее дыхание Дымова, на морозе, в заснеженном лесу, обжигает меня и будит воспоминания. Пытаюсь понять мои чувства и расстраиваюсь.

Мне нравится. Я хочу, чтобы этот поцелуй никогда не заканчивался, но от неожиданности и испуга моя ладонь ложится звонкой пощёчиной на щёку Дымова.

– Вот ведь психованная, ты же без сознания, я жизнь твою спасаю.

– Сам ты ненормальный! Я не тону, зачем делать искусственное дыхание?

Окончательно понимаю, что этот новогодний праздник будет стоить мне кучу нервов, – вздыхаю и выкарабкиваюсь из оврага, с сожалением оставив тёплые объятия Дымова.

Наверху нас ждёт мужик возле старенькой машины.

– Вы там целы? Я сторож с базы отдыха. Антон Сергеевич звонил, просил подхватить вас по дороге. – Обращается ко мне, так как мой босс ещё на дне оврага.

– У нас всё нормально. – Дымов выбирается вслед за мной.

Я начинаю смеяться, глядя на его забавный внешний вид. Волосы всклокочены, куртка порвана, снег облепил со всех сторон.

– Не вижу ничего смешного. – Хмурится и зло смотрит на меня. – Я, кажется, руку сломал. Правую.

Мой смех обрывается так же внезапно, как и начался.

– Ты серьёзно? Тогда нам к врачу нужно, в город.

– Здесь рядом деревенька есть, и там ветеринар местный живёт. Давайте он сначала посмотрит, может, обойдётся. – Сторож суетится вокруг Антона.

– Вот это правильно, его как раз к ветеринару надо. – Больше мой смех не остановить, и он летит над заснеженными ёлками, распугивая птиц.

– Это от шока. Видимо, головой ударилась при падении. – Дымов объясняет сторожу моё состояние, делая характерное движение рукой у виска.

– Эх, бабы, вечно от них не знаешь, чего ожидать. – Сторож презрительно смотрит на меня и сочувствующе на Дымова.

– Ты держись, мужик, зато красивая.

Я слегка приосанилась, хоть комплимент и вышел сомнительным. На старом пикапе сторожа мы доехали до деревни, и ветеринар, оказавшийся молодым парнем, с широкой улыбкой, осмотрел руку босса.

– Перелома нет, просто ушиб. Лучше два дня не делать ей ничего и не поднимать тяжёлого.

– Доктор, это точно? Всё-таки вы ветеринар, а он человек, хоть и непохож. – Хихикаю, глядя на Дымова, старательно вытаскивающего из волос пожухлые веточки.

– Я всё слышу!

Ну вот, насупился. В таком виде на мальчишку похож, а не на генерального директора.

– Я шучу. Просто выглядишь забавно, Антон Сергеевич.

Мне показалось или он улыбнулся? Странно, что не злится на меня.

Через полчаса мы, наконец, добрались до места, и вот, на совершенно пустой турбазе я держу стакан кофе из автомата. Предвкушаю удовольствие от горячего напитка после морозной улицы, делаю неловкое движение, и всё содержимое выливается на Дымова. По рубашке и брюкам расползаются коричневые пятна, а сам Антон хватается за голову руками.

– Морозова, ты опять?!

5 Глава

– Дымов, прости, я не хотела. Это случайно вышло. – Неуклюже вытираю пятна салфеткой, отчего они становятся ещё больше.

– И что мне теперь делать? Одежда вся в джипе осталась, а сторож нас встретил и в город поехал, здесь всего несколько работников без машины.