Охотник. Тени прошлого

Посвящается

Посвящается всем, кто осмелился противостоять судьбе, следуя зову сердца.

И судьбе, что сплетает воедино нити наших судеб, не спрашивая позволения.

Предисловие автора

Перед вами – не история о любви.

Прошу вас запомнить это с самого начала, чтобы не обмануться в ожиданиях. Не ищите здесь нежных признаний, трепетных встреч под луной или трогательных расставаний. Всё это – не про эту книгу.

Эта история – о другом.

Она о тьме, что живёт в каждом из нас, и о хаосе, который правит миром, пока мы пытаемся выстроить порядок. О зле, которое порой носит лицо друга, и о добре, которое может оказаться самым жестоким испытанием. О предназначении, что давит грузом неотвратимости, и о судьбе, которая смеётся над нашими планами.

Она о разочаровании – горьком, как пепел на губах, – и о надежде, хрупкой, как первый весенний лёд. О горе, что ломает даже самых сильных, и о счастье, безграничном, как океан, способном поглотить целиком. О предательстве, режущем глубже любого клинка, и о доверии, которое дороже золота.

Она о жертве.

О жертве добровольной и вынужденной, о жертве, которую приносят во имя долга, веры или иллюзорного блага. О том, как легко отдать самое дорогое – и как невозможно вернуть утраченное. О мгновениях, когда ты понимаешь: чтобы что-то сохранить, нужно что-то безвозвратно уничтожить.

И, конечно, она о смерти.

Не только о физической кончине, но и о смерти надежд, идеалов, веры в справедливость. О тишине, которая наступает после крика, о пустоте, заполняющей пространство ушедшего. О том, как смерть становится не концом, а лишь поворотным пунктом – для тех, кто остаётся жить.

А ещё – о безысходности.

О том липком чувстве, когда каждый выбор ведёт в тупик, когда все дороги оборачиваются кругами, а горизонт навсегда скрыт туманом. О минутах, когда кажется, что борьба бессмысленна, а свет – лишь обман зрения. О состоянии, где даже дыхание становится усилием, а мысль – пыткой.

И, разумеется, она о выборе.

О том самом мучительном выборе между долгом и сердцем, когда ни одно решение не будет правильным, а любое – необратимым. О моменте, когда ты стоишь на краю пропасти и понимаешь: шаг вперёд – это смерть, шаг назад – это не ты.

Но – ещё раз, прошу вас, – это история не о любви.

Любовь здесь – лишь тень на стене пещеры, лишь отблеск далёкого огня, лишь случайный попутчик в долгом пути. Она не цель, не награда и не спасение. Она – всего лишь ещё одна грань того, о чём я пытаюсь рассказать.

Так что, если вы открыли эту книгу в поисках сказки о двух сердцах, бьющихся в унисон, – закройте её. Вам здесь не место.

Если вы готовы шагнуть в мир, где тьма поглощает свет, хаос торжествует над порядком, Дьявол и демоны носят человеческие лица, добро и зло неразличимы, судьба играет человеческими жизнями, выбор всегда стоит между двумя безднами – тогда добро пожаловать.

Ваш путь начинается здесь.

Пролог

Я очнулась от холода. Камень под спиной был твёрдым, неровным, будто вырубленным топором. В нос ударил резкий запах гари, смешанный с металлическим привкусом крови. Голова раскалывалась – будто кто-то бил молотом изнутри, от затылка к вискам.

Я приоткрыла глаза, но мир расплывался, словно я смотрела сквозь мутную воду. Силуэты, тени, полосы света – всё сливалось в хаотичную мозаику. Я попыталась сесть, но тело не слушалось, будто налилось свинцом. Руки дрожали, пальцы нащупали грубую ткань – куртка. Я с трудом провела ладонью по груди, ощутила внутренний карман. Что-то твёрдое лежало там, холодное, знакомое.

– Очнулась? – голос прозвучал справа. Низкий, сдержанный, с едва уловимой ноткой настороженности.

Я повернула голову, движение отозвалось новой волной боли. Рядом, в полумраке, сидел молодой мужчина. Тёмная форма, резкие черты лица, каштановые пряди. Его глаза – стальные, холодные – изучали меня, будто пытались прочесть мысли.

– Где… Где я? – мой голос звучал чуждо, хрипло, будто не принадлежал мне.

Он медленно поднялся, шагнул ближе. Теперь я разглядела его лицо: ни улыбки, ни сочувствия. Только расчётливый взгляд.

– На аванпосте охотников. Ты была на задании – охота на ведьм. Одна из них… применила тёмное заклинание. – Он сделал паузу, будто взвешивая слова. – Ты потеряла память. Но ты жива – и это уже победа.

«Тёмное заклинание». Эти слова отозвались в голове вспышкой боли. Я попыталась вспомнить – хоть что-то, – но в сознании лишь пустота. Ни имён, ни лиц, ни даже собственного отражения.

– Кто я? – спросила я и сама удивилась своей настойчивости.

Он чуть склонил голову, будто решал, стоит ли отвечать.

– Тебя зовут Маршал. – Он указал на мою куртку. – Видишь нашивку? «А. Маршал». Это твоё имя теперь.

Я опустила взгляд. С левой стороны куртки действительно была вышита надпись: «А. Маршал». Буквы чёткие, будто только вчера нанесённые. Но почему «А»? Что это значит?

– А… раньше? – я запнулась, пытаясь ухватиться за обрывки воспоминаний. – Как меня звали до этого?

Он помолчал. Слишком долго.

– Этого я не знаю. Заклятие… оно не просто лишило тебя памяти. Оно стёрло прошлое. – Его голос стал тише. – Но ты всё ещё ты. И ты – одна из самых способных охотниц, что я видел. Даже в пятнадцать лет.

Пятнадцать лет. Я мысленно повторила цифру. Так мало… И так много, если учесть, что я не помню даже себя.

Я сжала кулаки, пальцы наткнулись на что-то холодное в кармане. Вытащила. Серебряный кинжал. Слишком красивый, с неизвестными мне камнями, а лезвие блестело так, словно было выковано из лунного света.

– Это… моё? – я подняла кинжал, повертела в руках. Металл холодил кожу, но в то же время будто пульсировал, отзываясь на моё прикосновение.

– Думаю, да. Он был при тебе, когда мы нашли тебя. – Мужчина снова сел за стол, скрестил руки. – Считай, это твой талисман. Или оружие. Как пожелаешь.

Я провела пальцем по лезвию. Острое. И я точно знала – он может убивать. Почему? Откуда?

В голове вспыхнули обрывки: огонь, крики, тёмные фигуры, бегущие сквозь ночь. Я вздрогнула, картинка исчезла.

– Сколько времени прошло? – спросила я.

– Пара суток. – Он встал, подошёл к окну, за которым клубился туман. – Ты была без сознания. Мы боялись, что не вернёшься. Но ты… Ты сильнее, чем кажется.

Пара суток. А ощущение, будто прошла вечность. Я сжала кинжал крепче. Металл задрожал в ладони, будто пытался что-то сказать.

– Почему я не помню тебя? – я спросила прямо, глядя ему в глаза.

Он обернулся. В его взгляде мелькнуло что-то неуловимое – то ли вина, то ли сожаление.

– Потому что иногда забыть – это единственный способ выжить.

И в этот момент я поняла: он знает больше, чем говорит. И его роль в моей судьбе… она не случайна.

ОРДЕН

Глава 1. Осколки сознания

Память – это то, что делает нас людьми. Она хранит наши победы и поражения, радости и печали, знания и опыт. Но что, если память становится не благословением, а проклятием?

2021 год. Новый Орлеан. Январь.

Я двигалась с минимальной скоростью и максимальной осторожностью, сливаясь с узостью и мраком коридоров благодаря своей тёмной униформе. В левой руке я бережно удерживаю Barrett M98B – высокоточную снайперскую винтовку, являющуюся вершиной моего арсенала.

Внезапно впереди раздался шум, за которым последовал взрыв, служивший мне условным сигналом. Глубоко вдохнув, я покинула коридор и оказалась в просторном складе.

– Группа Альфа, мы на месте. – Донёсся голос из динамика в моем ухе.

Я прислонилась к стене и стала оценивать обстановку. Склад оказался пустым, здесь даже негде было пригнуться для лучшего настраивания винтовки. Чёрт.

С крыши раздался очередной взрыв, и я поняла, что медлить больше нельзя. Я присела на одно колено и уткнула винтовку в него, прицелилась. Прицельный выстрел требует полной концентрации. Я проверяю настройки оптики, убеждаюсь, что все механизмы работают безупречно. Сердце бьётся ровно – адреналин ещё не пришёл.

Они уже рядом, совсем близко. Я чувствую их приближение.

Но вдруг появляются они. Словно из эфемерной субстанции материализуются две фигуры: маленькая девочка и юноша постарше. Их силуэты напоминают тени, скользящие в границах реальности, почти призрачные, как воздушные потоки. Девочка заливисто смеется, убегая от юноши, который, в свою очередь, изо всех сил пытается ее догнать. Их присутствие столь же мимолетно, как и появление: мгновение назад они были здесь, и вот уже растворились в воздухе.

Я продолжаю фиксировать взглядом пространство, ожидая их возвращения, как будто это событие имеет для меня сакральное значение. Однако, подобно всем остальным фрагментам утраченного прошлого, которые преследуют меня, как навязчивые галлюцинации, они не возвращаются. Это странные призрачные осколки моего забытого «я» или что-то иное?

Спустя секунд тридцать из узкого коридора выбегают трое оборотней. Три фигуры скользят между тенями. Я закрываю глаза, прогоняя странное видение, и поднимаю винтовку. Прицеливаюсь, дыхание замедляется. Монстры быстры, но я быстрее. Выстрел! Первая цель падает, не успев даже вскрикнуть. Пуля попала точно в сердце. Остальные замирают, пытаясь определить источник атаки. Быстрый перехват – второй оборотень уже бежит к укрытию. Выстрел – и он валится на землю. Безупречная работа, как всегда. Последний пытается скрыться, но от моего прицела не уйти. Точный выстрел – и всё кончено.

Подняв голову и проведя обзор окружающей обстановки, я задалась вопросом: какова была цель столь масштабной операции по осаде целого склада, если в итоге предстояло уничтожить всего трёх оборотней? Указания, полученные от нашего капитана, остались для меня загадкой.

Нашей группе было поручено провести осмотр склада, расположенного на окраине Нового Орлеана, с целью выявления и нейтрализации находящихся там монстров. Однако, учитывая, что с тремя оборотнями мог бы эффективно справиться и один охотник, возникает вопрос о целесообразности направления целой группы для выполнения этого задания.

Я тряхнула головой и поднялась, из коридора впереди уже шли другие охотники мне навстречу.

– Быстро ты их! – радостно воскликнул Сэм, останавливаясь в метре от меня.

– Она как всегда! Даже размяться не дала! – вклинилась в разговор Энди.

– Не стоит преувеличивать её способности! – вмешалась Джо. – Она всегда действует молниеносно, не давая нам даже времени на подготовку.

– Оставьте свои комментарии при себе! – закатила глаза Марина.

Меня уже сложно чем-либо удивить, за годы работы я привыкла к различным ситуациям и их последствиям.

– Уберите тела. – За их спинами раздался мрачный голос нашего капитана.

Охотники расступились, позволяя капитану подойти ко мне. Капитан, являющийся инквизитором и охотником на сверхъестественные сущности, обладал внушительной фигурой и ледяным взглядом, способным как заморозить, так и сжечь. Несмотря на относительно молодой возраст, его личность вызывала ассоциации с классическим злодеем из древних легенд.

Николас обладает яркой и харизматичной внешностью. У него густые каштановые волосы, уложенные в стильную прическу, которая подчеркивает его мужественность. Лицо с четкими чертами, выразительные глаза и уверенная улыбка делают его образ запоминающимся. Высокий рост и спортивное телосложение добавляют ему силы и уверенности.

Как человек, который любит всё контролировать, капитан проявляет решительность и целеустремленность. Его взгляд и осанка говорят о внутренней силе и уверенности. Он всегда тщательно планирует свои действия, стремится к порядку и не терпит хаоса. Такой человек может быть перфекционистом, который уделяет внимание деталям и не боится брать на себя ответственность. Всё это я узнала о нём за пять лет нашего знакомства.

Одним словом, настоящий инквизитор.

– Порядок? – спросил он меня, после того как закончил пристально меня осматривать.

– Как всегда. – Равнодушно ответила я, не отрывая взгляда от тел поверженных оборотней.

Они хоть и были чудовищами, но также они проживали обычную жизнь. У них была семья или даже работа. Вопрос о причинах их трансформации и мотивах остаётся открытым и, вероятно, останется таковым на долгие годы.

– Отличная работа, Маршал! Твои навыки всегда на высоте. Возвращаемся.

Капитан отвернулся и присоединился к охотникам, поджигающим тела.

Каждый выстрел – это спасённые жизни обычных людей. Каждая победа – шаг к более безопасному миру. Завтра будет новое задание, новые монстры. А на сегодня я могу отдохнуть, зная, что сделала свою работу хорошо. Винтовка ждёт следующего задания, а я – заслуженного отдыха.

В конце концов, быть лучшей – это не просто слова. Это ответственность, дисциплина и бесконечная практика. И я несу это бремя ради безопасности нашего мира.

***

«Отличная работа, Маршал», – слова капитана, как раскат грома, еще долго звучали в моей голове.

Маршал.

Мы уже выехали на шоссе, после того как другие охотники подожгли целый склад, чтобы не оставлять следов. Впереди долгий путь домой.

Я прикрыла глаза, сидя на переднем сидении рядом с капитаном. Сейчас начало января, и в это время года в Новом Орлеане достаточно тепло, хоть и пасмурно. Мне же больше по душе осень, я люблю дождь и грозы. Звук капель, стучащих по крыше или подоконнику, создаёт особенную атмосферу уюта. Я нахожу в этом шуме успокоение и умиротворение. А еще дождливый день – это неплохой повод остаться дома с книгой, заняться творчеством или просто поразмышлять над тем, что происходит в моей голове. Поэтому да, осень – моё любимое время года.

Моё имя… Пять лет назад я потеряла память из-за несчастного случая. На охоте я столкнулась с тёмной ведьмой, которая применила заклинание, стёршее пятнадцать лет моей жизни. Николас, наш капитан, рассказал мне об этом.

«Это было тёмное заклинание, Маршал, – голос Николаса до сих пор звучит в ушах. – Оно стёрло пятнадцать лет твоей жизни. Но не сломило тебя».

Моё имя… Он нашёл меня на опушке леса – без сознания, сжимая в руке серебряный кинжал. Рассказал, кто я, объяснил, что охотники – это стражи между миром людей и тьмой. Начал обучать заново, будто ребёнка. Но оказалось, что тело помнило больше, чем разум: мышцы сами находили верные позиции в бою, пальцы привычно смыкались на рукояти оружия, а взгляд безошибочно выхватывал слабые места противника.

Моё имя… В семнадцать лет я впервые убила ведьму. Помню холодный блеск клинка, её расширенные от ужаса глаза, последний вздох. Все ожидали от меня слёз, истерики, шока – я же ощутила лишь странное, почти сладостное удовлетворение. Как будто восстановила нарушенный порядок, вернула миру равновесие. Николас тогда посмотрел на меня иначе – не как на ученицу, а как на равную. В его взгляде читалось восхищение, но ещё – настороженность.

Моё имя… Со временем я стала лучшим охотником в отряде. Никто не осмеливался оспаривать мои решения, никто не сомневался в моих навыках. Я никогда не промахивалась. Ни один монстр, ни одна тварь из тьмы не уходила живой после встречи со мной. Каждый удар был точен, каждый шаг – расчётлив. Я превратилась в легенду: в шёпоты за спиной, в страх, сковывающий врагов при одном упоминании моего имени.

Моё имя… Куртка с нашивкой «А. Маршал», серебряный кинжал, безжалостная эффективность. Но за этой оболочкой – пустота. Пустота, которую я заполняю охотой, кровью и победой. И всё же… Иногда по ночам мне снится что-то далёкое, тёплое. Лицо, которое я не могу вспомнить. Голос, зовущий меня настоящим именем.

Моё имя… Всем я известна под прозвищем Маршал. И я не помню своего имени.

***

– Маршал, – позвал меня Николас. – Зайди ко мне.

В этот момент я остановилась посреди коридора, наблюдая за тем, как остальные члены группы Альфа расходятся по своим помещениям. Я, как одна из немногих, приняла решение покинуть аванпост и обосноваться в городе, где имела в распоряжении просторную квартиру в самом сердце Алтая.

Каждый аванпост оснащён многоуровневой системой защиты. Священные печати не только блокируют выход для нечисти, но и создают особую энергетическую сеть, предупреждающую о приближении опасных существ. Стены укреплены специальными рунами, которые усиливают защитные свойства места.

Внутри убежища скрывается целый комплекс помещений: хранилище артефактов с древними реликвиями и оружием, лаборатория для анализа магических следов и создания защитных амулетов, архив с секретными знаниями и летописями Ордена, тренировочный зал для отработки боевых навыков.

Особое внимание уделяется системам маскировки. Снаружи аванпост выглядит как большой особняк, но внутри скрывается целый лабиринт защитных механизмов.

В стенах убежищ встроены древние кристаллы, накапливающие магическую энергию. Они не только усиливают защитные свойства места, но и служат источником силы для проведения сложных ритуалов.

Существует негласное правило: любой охотник, обнаруживший новое подходящее место для аванпоста, обязан сообщить об этом инквизитору. После этого начинается сложный процесс освящения и установки защитных систем, который может занять несколько месяцев.

Однако только в нашем аванпосте в Горном Алтае, который считается главным, есть священный колодец, вода из которого обладает особыми свойствами – она способна очистить от тёмной энергии и восстановить силы после тяжёлых боёв.

Некоторые аванпосты имеют дополнительные функции: лечебные базы с особыми зельями и травами, исследовательские центры для изучения новых видов нечисти, тренировочные полигоны для подготовки молодых охотников.

Несмотря на все меры предосторожности, ни один аванпост не считается абсолютно неуязвимым. Именно поэтому охотники всегда готовы к быстрой эвакуации и имеют запасные планы на случай прорыва защитных барьеров.

На протяжении всей поездки мои мысли были сосредоточены исключительно на возвращении в своё жилище, где я планировала принять душ и абстрагироваться от событий прошедших дней.

– Ты отлично справилась с этими оборотнями.

Капитан отложил бумаги и пристально смотрел на меня.

– Как и каждый раз до этого.

Признаться честно, я устала слышать это каждый раз, когда я отлично справлялась. Для меня это стало чем-то обыденным, в то время как все остальные придавали слишком большое значение моим успехам. Это раздражало. Я обычный охотник, я ничем не отличаюсь от других.

– Рад, – он слегка улыбнулся, и его взгляд сменился с холодного на более теплый. – Ты усердно тренируешься, у тебя лучшие показатели среди всех охотников, что я знаю.

– Не лучше твоих.

– Я беспокоюсь за тебя.

– Почему? – спросила я, нахмурившись. Это что-то новенькое, обычно охотники не проявляют тёплых чувств друг к другу. С первых дней нас учат тому, что каждый наш день может стать последним, поэтому мы не должны не к кому привязываться.

– Ты знаешь почему. Тебя до сих пор тяготит случившееся тогда. Я бы честно хотел тебе чем-нибудь помочь, если бы у меня была возможность.

– Николас, это событие уже стало частью прошлого. Оно больше не имеет для меня значения.

И это самая настоящая ложь. Я внушаю её себе и всем остальным, чтобы никто не знал, как на самом деле внутри меня разрывает на мелкие осколки это неведение. Первые два года мне казалось, что я схожу с ума. В голове была адская пустота, и мне было нечем ее заполнить.

Поэтому всю себя я посвятила охоте, я не знаю иной жизни, не знаю, могла бы заниматься чем-то другим. Я не знаю, кто я, если я не охотник.

– Хорошо. Раз так… У меня есть просьба. И тебе это может не понравиться.

Я прикрыла глаза. Только одна просьба могла мне не нравиться, это…

– Мне нужно, чтобы ты обучила новую группу охотников. Они прибудут через два дня.

Я открыла глаза и уставилась на него. Он же не серьезно? Снова?

– Николас… – я должна отказаться.

– Это очень важно, ты ведь знаешь, что я доверяю только тебе. Ты мой лучший охотник, никто кроме тебя не справится с этим. Ты уже обучила два отряда, и они потрясающие!

Внешне я казалась хладнокровной, но внутри меня бушевал гнев. Обучать новых охотников несложно, почти… Нужно лишь быть полностью сосредоточенной. А я была безрассудной, бросалась в бой, не думая о себе. Но иметь команду – значит нести за неё ответственность, которой мне часто не хватало.

– Я могу подумать? Может, я и не говорила об этом вслух, но, Николас, это нелегко – обучать новобранцев. Почему сам не займешься этим?

Он откинулся на спинку кресла и устремил на меня взгляд. Это было его привычкой – пристально смотреть на меня, будто пытаясь разглядеть что-то глубже. Он искал во мне ту, прежнюю меня?

– Ты сделаешь это лучше, Маршал. – Его голос был спокойным и нежным.

Мне хотелось скорее вернуться в квартиру, и я понимала, пока не соглашусь – он меня не отпустит. Я поднялась.

– Ладно, но это последняя группа.

Через час я уже стояла под холодным душем. Ледяная вода медленно смывала с меня кровь и воспоминания о последних пяти днях, которые мы провели в Новом Орлеане на задании. Мне казалось, что с каждым разом, с каждым новым убийством я теряла осколок своей души.

Ладно, признаюсь, первое убийство действительно повлияло на меня – я не спала почти неделю и плохо питалась. Со следующим убийством стало легче, со следующим – еще легче. И вот, спустя эти годы, я уже почти ничего не ощущаю, когда отбираю чью-то жизнь. Мои навыки и движения были отточены до идеала, поэтому чаще всего мои руки делали, а только потом мозг начинал анализировать, какие действия нужно предпринять.

Я выключила воду, обернулась в халат и вышла из ванной. В коридоре тускло горел свет, а в спальне уютно мерцал торшер. Вероника, моя кошка, встретила меня у порога спальни, её золотистые глаза блеснули в полумраке. Она всегда чувствовала, когда мне плохо, словно маленький компас, указывающий на мои эмоции.

Я легла в кровать, а Вероника запрыгнула следом, устроившись у меня под боком. Её тёплое мурлыканье немного успокаивало, хотя обычно я говорила, что не боюсь темноты. После всего, что я видела за эти пять лет, казалось, что бояться нечего. Но кошмары… Они были хуже любой тьмы.

Снова эти сны. Убитые мной монстры преследовали меня, их искажённые лица появлялись в каждом углу моего подсознания. Они тянули ко мне свои когтистые лапы, шептали что-то на своём языке теней. И от них не было спасения, даже с Вероникой рядом.

Кошка пошевелилась, устраиваясь поудобнее, и я машинально погладила её мягкую шёрстку. Её присутствие было единственным, что давало мне ощущение нормальности в этом безумном мире. Она не знала о монстрах и охотниках, о чудовищах, прячущихся в тенях, и о крови на моих руках. Для неё существовал только её мирок, где были еда, сон и я.

Может быть, именно поэтому я так дорожила ею. В этом хаосе Вероника оставалась единственной константой, напоминанием о том, что где-то есть место простым радостям и невинности. Даже сейчас, когда кошмары терзали мою душу, её присутствие давало мне крошечную надежду на спокойный сон.

Но я знала – этой ночью мне не уснуть. Монстры ждали за гранью реальности, готовые снова наброситься на меня, как только закроются глаза. И даже Вероника не могла защитить меня от них. Никто не мог.

Глава 2. Группа Альфа

Каждый охотник обязан передавать свои знания и опыт следующим поколениям, сохраняя тем самым целостность и эффективность Ордена. Кодекс является живым документом, который может изменяться с учетом новых угроз и вызовов, но его основные принципы остаются неизменными на протяжении веков.

– Кодекс охотников.

Вдыхание свежего воздуха наполняет лёгкие, пока я наблюдаю за группой новобранцев, находящихся на начальном этапе подготовки. Они ещё не готовы к настоящим испытаниям, но каждый день приблизит их к тому, чтобы стать настоящими охотниками. Все они были возраста от шестнадцати до двадцати пяти лет, парни и девушки, неопытные и слабые. Зачем они выбрали путь охотника?

– Моё имя – Маршал, – ответила я, сложив руки за спиной. – Вы – группа Альфа, и я ваш командир, – мой голос звучит твёрдо и уверенно. – Сегодня вы узнаете, что значит быть охотником. Не просто человеком с оружием, а воином, готовым защищать мир от тьмы.

Новичок Даниил выглядит напуганным, а Мира пытается скрыть своё волнение за бравадой. Но я вижу их истинные чувства.

– Начинаем с основ. Кодекс Ордена является основополагающим документом для всех охотников на монстров. Он определяет правила поведения, обязанности и принципы деятельности охотников в их борьбе со злом.

Быть наставником – значит не только учить. Это значит нести ответственность за их жизни, за их души. Готова ли я к этой ноше? Потому что каждый из них может стать тем, кто спасёт мир от тьмы.

Я продолжила, внимательно смотря каждому в глаза:

– Защита человечества от сверхъестественных угроз является главной целью каждого охотника. Мы обязаны поддерживать сохранение баланса между миром людей и миром монстров. Проявлять беспристрастность в оценке угроз и принятии решений. Сохранять конфиденциальность информации о сверхъестественном мире.

Я осмотрела их лица. Насколько они осознают серьезность нашей цели?

Всю следующую неделю я учила проходить их тренировочную зону препятствий, помогала выбрать свое оружие, делала всё, чему меня научил Николас Скарсгард.

– Со временем каждый из вас выберет своё оружие, которым он овладеет в идеале, но при этом вы обязаны обладать всеми видами.

После сказанных мною слов появляются маленькая девочка и мужчина, словно фантомы.

– Со временем ты выберешь оружие, которое будет продолжением тебя, оно будет идеально подходить только тебе. – Произнёс мужчина, когда девочка взяла в руки серебряный кинжал.

Они оба подходят к тренировочным мишеням, и девочка практикуется в метании оружия. Девочка, взяв в руки серебряный кинжал, демонстрирует мастерство в его использовании. Её действия у тренировочных мишеней вызывают у меня восхищение. Она так похожа на меня.

Но вдруг видение прерывается, когда через них проходят Мира и Лиза, занимая место у мишени. Словно их здесь никогда и не было, словно всё это случилось очень давно и требовало выйти наружу.

Я прикрыла глаза и посчитала до десяти, пытаясь успокоить ускорившийся пульс. Такое у меня часто происходит. Я вижу эти странные фантомные видения, будто они пытаются мне что-то сказать. Но что именно? Может, они являются моим прошлым, которое желает вернуться?

Я открываю глаза, возвращаюсь в реальность и продолжаю тренировку охотников.

Пока они разбирают оружие и делятся на пары для спарринга, я рассказываю несколько личных историй: как спасла целую деревню от нашествия упырей, как потеряла товарища в бою с оборотнями, как научилась доверять интуиции.

– Мира, не теряй концентрацию! – кричу я, когда она пропускает удар тренировочной дубиной. – Лиза, не стой как вкопанная! – кричу я, видя, как та замирает перед тренировочным монстром. – Двигайся, думай, действуй!

Каждый из новобранцев неплохо справлялся, они прекрасно понимали, что от них требуется, и поэтому обучение проходило легче, чем я предполагала.

– У каждого охотника есть ряд обязанностей.

Каждое утро мы начинали с инструктажа. Охотники выстраивались в линию, и я рассказывала им правила Кодекса.

– Первое: постоянное обучение и совершенствование боевых навыков. Второе: слежение за активностью монстров в зоне ответственности. Третье: нейтрализация угроз, представляющих опасность для людей. Четвёртое: сбор и анализ информации о новых видах монстров. Пятое: сотрудничество с другими охотниками и аванпостами.

– Ничего сложного. – Прозвучал голос Глеба. Я остановилась и посмотрела на свой отряд.

– Думаете, я стала охотницей ради славы? – спрашиваю группу. – Нет. Я делаю это, потому что кто-то должен защищать мир от тьмы. И если не мы – то кто?

Им всем нужна хорошая мотивация.

– Вы думаете, что быть охотником – это круто? Нет. Это тяжело, больно и страшно. Но когда вы спасаете чью-то жизнь… это стоит всего.

Закончив занятия на сегодня, я заполняю данные на каждого охотника в их личном деле. Даниил – проблемы с дисциплиной. Мира – недостаток концентрации. Остальные – слабые места в защите.

Глядя на эти имена, я думаю о том, сколько из них выживет. О том, сколько жизней они спасут. И о том, что каждый из них может стать таким же, как я – защитником мира от монстров.

Через неделю Николас позвал меня в кабинет и попросил приготовить мой отряд, включая новеньких, для задания. Тогда мы сильно поругались, потому что я не могла отправить в бой толком неподготовленных охотников.

– Николас, это исключено!

– Это приказ.

– Они не готовы! Прошло всего две недели! Мы отправим их на верную смерть!

– Ты будешь рядом, а значит, с ними ничего не случится.

Капитан был непреклонен. На следующий день мы были отправлены в Новый Орлеан первым рейсом. Вновь этот город, который уже неоднократно становился ареной наших операций.

Зима в Новом Орлеане – странная, непохожая на северные морозы: вместо снега – ледяная изморось, вместо хрустящего наста – скользкие от влаги тротуары, а в воздухе висит тяжёлая, сырая пелена, пробирающая до костей. Редкие капли дождя то и дело срывались с почерневших ветвей, барабаня по капюшонам и плечам.

Ведьмы с вампирами не могли поделить несчастный французский квартал, и Николас часто меня туда отправлял для решения проблем. Но на этот раз понадобился целый отряд, чтобы разогнать беспорядки с улиц.

Я ненавидела ведьм.

Я шагала в середине процессии, окруженная охотниками. Каждая из этих ведьм знала меня, но боялась об этом говорить вслух. Я подошла к Мае, верховной ведьме Нового Орлеана.

– Снова ты, Мая.

– Охотница… – руки Маи дрожали.

– Я думала, в крайний раз мы обо всем договорились, Мая, – я скрестила руки на груди. – В чем дело? Почему нужно вынуждать меня приходить сюда снова и снова?!

– Я… – ведьма сделала шаг вперед, и охотники за моей спиной моментально опустили на нее прицелы. Ведьма замерла, испугавшись. – Мне жаль, Маршал. Король…

– Меня не волнуют твои отговорки! – я сделала шаг вперед.

– Я ничего не нарушила. Наш договор…

– Довольно! Это моё последнее предупреждение! В следующий раз, когда я окажусь в Новом Орлеане, будет для того, чтобы убить всех вас.

Я развернулась, не дожидаясь ответа. Мои охотники последовали за мной, держась настороженно. Новенькие нервно переглядывались, явно впечатлённые моей тирадой.

– Держать строй! – приказала я, направляясь к машине. – Отряд, рассредоточиться по периметру квартала. Наблюдение вести постоянно.

Пока мои люди занимали позиции, я достала рацию:

– Центр, докладывает Маршал. Ситуация стабилизирована. Требуется патрулирование территории в течение суток.

– Принято, Маршал, – ответил Сэм. – Подкрепление выслано.

Я окинула взглядом квартал. Французские окна, кованые балконы, запах магии в воздухе… Ненавистный город. Ненавистное место.

– Даниил, – окликнула я одного из новичков, – возьми двоих и проверь западную сторону. Доложить о подозрительной активности.

– Да, командир.

Пока отряд занимался делом, я отошла в сторону. Внезапно мой взгляд упал на тень, метнувшуюся между домами. Инстинкты сработали мгновенно.

– Всем внимание! – прошипела я в рацию. – Возможная угроза на северо-востоке.

Из-за угла показалась фигура в чёрном плаще. Вампир. Один из приспешников альфы.

– На прицел! – приказала я, доставая винтовку.

Но фигура остановилась, подняв руки:

– Охотник, прошу выслушать!

– Говори быстро, – процедила я, не опуская оружие.

– Альфа хочет встречи. Он знает о конфликте с ведьмами и готов обсудить мирное решение.

– Вряд ли у него есть то, что он способен мне предложить.

– И всё же он готов рискнуть.

Я усмехнулась:

– Слишком поздно для мирных решений. Передай своему альфе, что у него есть сутки, чтобы убраться с территории квартала. Иначе я устрою здесь такую зачистку, которую он не забудет до конца своих дней.

Фигура кивнула и растворилась в тени. Я оглядела своих людей. Они смотрели на меня с восхищением и страхом. Ещё бы – их командир только что противостоял двум целым кланам.

– Отряд, продолжаем патрулирование, – приказала я. – Мы здесь, чтобы навести порядок. И мы это сделаем.

Но внутри меня грызло неприятное чувство. Что-то было не так. Слишком легко Мая отступила. Слишком быстро появился посланник от вампиров. И я знала – это ещё не конец. Совсем не конец. Тем же вечером мы вылетели обратно домой.

***

Холод пробирает до костей. Я стою на краю обрыва, глядя вниз, в бездну, которая кажется бесконечной. Тьма клубится внизу, словно живое существо, извиваясь и пульсируя в своём зловещем танце. Она поднимается медленно, неотвратимо, словно прилив тёмного океана, готового поглотить всё живое.

Ветер воет вокруг меня, принося с собой запах смерти и разложения. Мои волосы развеваются, словно пытаясь убежать от этой тьмы, но она неумолимо приближается. Каждый шаг назад отдаляет меня от края, но не спасает от надвигающейся угрозы.

В руках я чувствую тяжесть оружия, но оно кажется бесполезным перед лицом этой тьмы. Она поглощает свет, искажает звуки, превращает реальность в кошмарный сон. Я вижу, как тени обретают форму, как из них рождаются чудовища, жаждущие моей крови.

Сердце колотится в груди, готовое вырваться наружу. Паника захлёстывает меня, но я не могу пошевелиться. Тьма уже здесь, она окружает меня со всех сторон, проникает в каждую пору кожи, заполняет лёгкие вместо воздуха.

И вдруг я понимаю – я в самом эпицентре этого кошмара. Я – та, кто должен противостоять тьме, кто должен стать её светом. Но как можно победить то, что поглощает сам свет?

Тьма накрывает меня с головой, и я растворяюсь в ней, становясь частью этого бесконечного мрака. Последнее, что я чувствую – это холод, проникающий в самое сердце.

А потом… ничего. Только тьма и тишина. Я резко открываю глаза. В последнее время такие мрачные сны стали моими частыми гостями ночью. Вот только мне не удаётся выяснить, к чему все эти кошмары.

***

Захожу в «Венеру» после очередного задания – это местный бар в Горном Алтае для охотников. В воздухе витает запах хмеля, кожи и оружейной смазки. Знакомый гул разговоров, смех и звон бокалов встречает меня у порога.

За центральным столом собралась группа Бета – Аксель, как всегда, рассказывает о своей последней схватке с вампиром. Его слушают, затаив дыхание, особенно новички из моей группы. Афелия тихонько улыбается в свой бокал, она-то знает, что половина истории – это приукрашивания.

В углу Мира с Лией играют в дартс. Стрелы вонзаются в мишень с характерным щелчком. Лия сегодня в ударе – её последняя стрела пришпиливает к доске чью-то старую карту монстров. Народ аплодирует.

– Маршал! – приветствует меня Аксель, когда я прохожу мимо.

За барной стойкой Григорий разливает напитки, его борода сегодня особенно лоснится от пивных паров. Он подмигивает мне и ставит передо мной кружку с кофе.

– С возвращением, Маршал, – говорит он. – Слышала последние новости? Влад вернулся с задания с огромным шрамом на плече.

Киваю и устраиваюсь рядом с Лизой, которая что-то оживлённо обсуждает с группой охотников. Её голос то и дело прерывается взрывами хохота – она мастерски умеет рассказывать истории о своих промахах на тренировках.

– Эй, Маршал! – окликает меня Аксель, размахивая кружкой пива. – Присаживайся к нам, расскажешь про своё последнее задание!

Я устраиваюсь за столом, чувствуя, как тепло бара обволакивает меня после холодного вечера. Афелия тут же пододвигает мне тарелку с закусками.

– Да особо рассказывать нечего, – начинаю я, но все знают, что это лишь прелюдия. – Обычная работа – стая упырей на окраине леса.

– Обычная работа? – фыркает Григорий. – Да ты же одна пошла!

– Ну… Я привыкла охотиться одна, – пожимаю плечами. – К тому же у меня был план.

Лия хихикает:

– И как, сработал?

– Почти, – признаюсь я. – Пришлось импровизировать, когда вожак решил, что я вкусный десерт.

За столом раздаются смешки. Григорий приносит мне свежую порцию кофе. Всем известно, что я не пью алкоголь.

– А что с трофеями? – интересуется Лиза.

– Клыки упырей уже высушиваются, – отвечаю я. – Отдам их Владу для его коллекции.

– О, он будет в восторге! – восклицает Афелия. – Кстати, слышала про Макса? Он вчера притащил в город целого лешего!

– Не может быть! – удивляюсь я.

– Ещё как может! – подхватывает Аксель. – Правда, половину пути леший тащил его самого.

Все смеются, и я чувствую, как напряжение после охоты постепенно уходит. В такие моменты я понимаю – мы не просто охотники. Мы почти семья. Семья, которой у меня никогда не было.

– А что у вас намечается? – спрашиваю я, переводя разговор на других.

– Завтра идём на группу оборотней, – говорит Аксель. – Нужна будет помощь.

– Считай, что я в деле, – киваю я. – Но только если пообещаете не лезть вперёд без плана.

– Договорились! – улыбается Лия. – Хотя бы один здравомыслящий человек в команде будет.

Вечер продолжается, разговоры льются рекой, и я понимаю, что нет ничего лучше, чем вот так сидеть с соратниками, зная, что завтра снова ждёт битва, но сегодня мы просто люди, делящиеся историями и смеющиеся над общими приключениями.

– Маршал, а как там новобранцы? – спрашивает Афелия, подливая себе ром. – Слышала, ты их тренируешь.

Пожимаю плечами, вспоминая последние тренировки.

– Ну… – начинаю я. – Даниил делает успехи. У него природный талант к обращению с арбалетом. Вчера даже подстрелил вервольфа с тридцати шагов.

Григорий усмехается:

– А что с остальными? Слышали про Веру? Она опять перепутала порох с солью для мяса.

Все смеются, вспоминая недавний инцидент.

– Да, с Верой всё непросто, – соглашаюсь я. – Но она быстро учится. Главное – не давать ей готовить.

Лиза наклоняется ближе:

– А как там Макар? Всё ещё боится собственной тени?

– О, Макар удивил меня на последней тренировке, – отвечаю с улыбкой. – Правда, больше всех удивил себя. Теперь у него появился боевой дух.

Аксель поднимает бровь:

– Неужели? И что же произошло?

Рассказываю историю о том, как Макар случайно столкнулся с группой гарпий во время разведки и умудрился отпугнуть их своим криком.

– Теперь он считает это своей маленькой победой. – Заканчиваю я.

Лия качает головой:

– Главное, чтобы он не начал специально кричать на монстров.

Смех за столом становится громче. Григорий приносит новую порцию напитков.

– А что с их подготовкой? – интересуется Афелия. – Сколько ещё им нужно тренироваться?

– Думаю, ещё пара месяцев интенсивной работы, и они будут готовы к настоящим заданиям без моего присутствия, – отвечаю серьёзно. – Нужно больше практики с разными видами монстров.

Жаль, Николас не разделяет моего мнения.

Григорий кивает:

– Верно. Но главное – научить их работать в команде. Без этого никуда.

Задумчиво кручу кружку с кофе в руках.

– Да, командная работа – это ключ к успеху. Мы должны подготовить их как следует. От этого зависят не только их жизни, но и наши.

Разговор плавно перетекает к обсуждению новых тренировочных программ и методов обучения. В этом баре, среди друзей, мы не просто отдыхаем – мы планируем будущее нашего Ордена охотников, заботясь о том, чтобы новое поколение было готово к любым испытаниям.

Здесь, среди своих, можно ненадолго забыть о монстрах, охотах и крови. Можно просто быть собой – усталой, но довольной охотницей, которая знает, что завтра снова выйдет на тропу войны, но сегодня она дома.

Кто-то включает музыку, и вскоре несколько пар уже кружатся в танце. Я наблюдаю за ними, допивая кофе, и думаю о том, как повезло нам – иметь такое место, где можно быть собой. Где каждый шрам – это история, каждая улыбка – это победа, а каждый тост – это память о тех, кто не вернулся.

В «Венере» время течёт иначе. Здесь настоящее смешивается с прошлым, а усталость растворяется в дружеском общении. И пусть завтра снова ждёт битва – сегодня мы празднуем жизнь.

Глава 3. Предчувствие

Их встреча была написана в книгах судеб огненными письменами – охотница стала той искрой, что могла либо уничтожить тьму, либо разжечь её ещё ярче.

Проснувшись утром, я обнаружила два пропущенных звонка от Николаса, и это в семь утра. Я всегда отключаю звук на телефоне: связаться с президентом проще, чем со мной. Я закатила глаза и направилась на кухню.

С утра я обычно ничего не ем, а вот от кофе никогда не откажусь. В это время моя шотландская кошка Вероника уже ждёт на кухне, рассчитывая получить свою порцию внимания и, конечно же, угощение. Она знает все мои привычки и всегда точно определяет, когда я проснусь – будь то семь утра или гораздо позже.

Как у охотника, у меня весьма странный режим жизни. Я могу сутками не спать, могу спать всего пару часов или проваляться в постели несколько дней. В такие моменты Вероника становится моим верным компаньоном: то терпеливо ждёт, пока я наконец-то встану, то будит меня, когда ей нужно внимание. Её присутствие делает мой непредсказуемый образ жизни немного более упорядоченным и уютным.

– Ну что, дорогая, пора завтракать.

Она в ответ лишь мурлычет и трётся о мои ноги, словно подтверждая, что её кошачье сердце не может ждать ни минуты.

Я запускаю кофемашину и в ожидании своего латте листаю ленту новостей в социальных сетях. Эти люди выглядели такими счастливыми: их жизнь была беззаботной, и никто из них даже не подозревал о том, что происходит за их мыльным пузырем, которым они прикрываются. Никто из них не знает, что прячется в тени. Пока они развлекаются, влюбляются и отрываются на полную катушку, мы, охотники, убиваем монстров в ночи.

Я выпила латте, прочитала пару глав своей любимой книги и направилась в мастерскую. Здесь были расположены мои холсты, кисти и всё, что предназначалось для моего хобби – рисования. На следующей неделе мои картины должны быть выставлены в картинной галерее «Хан-Алтай».

Сейчас передо мной стояла картина в чёрных и серых тонах, на которую я потратила последние несколько дней, и сегодня планировала её закончить. Вероника, как обычно, устроилась на подоконнике и внимательно наблюдала за моими движениями, иногда издавая тихое мурлыканье, словно одобряя каждый мазок.

– Тебе нравится, верно? – обращаюсь я к кошке.

Искусство помогает мне выразить эмоции и чувства. Через картины я могу передавать свои мысли и переживания, а также кошмары. Веронике, кажется, нравится атмосфера творческого процесса – она часто ложится рядом с холстом и следит за тем, как рождаются новые образы. Мне нравится выражение Кита Харингтона: искусство должно освобождать душу, провоцировать воображение и вдохновлять людей идти дальше. Иногда мне кажется, что Вероника понимает это не хуже меня.

Просидев до самого вечера, я пропустила ещё несколько звонков от Николаса. Моя пушистая спутница уже начала проявлять признаки беспокойства, периодически подходя к двери и прислушиваясь.

– Последний штрих.

В момент завершения нанесения лака на поверхность произведения искусства раздался настойчивый стук в мою дверь. Учитывая характер стука, можно было предположить, что это был капитан. Вероника насторожилась и зашипела, видимо, не одобряя внезапных визитов.

Я не смогла сдержать лёгкого раздражения, которое выразилось в закатывании глаз, после чего я поднялась и направилась к двери, чтобы открыть её. Моя кошка тем временем продолжала наблюдать за происходящим из своего укрытия, готовая в любой момент дать знать о своём недовольстве громким мяуканьем.

– Что с твоим телефоном?! – инквизитор молниеносно оказался внутри квартиры и стал бегло осматриваться, затем его взгляд остановился на мне. Его горящие гневом глаза не говорили мне ничего хорошего.

– Я… – подняла руку, в которой держала кисть, – занята.

Его взор переместился с моих глаз на мои руки, покрытые следами краски. Через мгновение его выражение лица смягчилось, и он издал глубокий, расслабляющий выдох.

– Могла просто ответить.

– Могла, – я покачала головой и пошла обратно в мастерскую, вернувшись к картине.

Иногда Николас ведет себя слишком странно по отношению ко мне, он может резко накричать, а через секунду похвалить.

– Рад, что хоть у кого-то есть своя жизнь за пределами Ордена. – Сказал Николас, встав за моей спиной.

Вероника, увидев Николаса, недовольно мяукнула и села возле моих ног.

– А что, у кого-то ее нет?

– Я всем всегда стараюсь об этом напомнить. У охотника должна быть своя жизнь, своё хобби, чтобы в случае чего он мог найти себе алиби. Ты справляешь с этим лучше всех. Когда выставка? – Николас подошел к картинам, которые стояли возле стены, и присел, разглядывая их.

– Через неделю. Эта последняя. – Я встала и поставила картину к остальным.

Мы целую минуту молча смотрели на мрачные картины перед нами. Их было всего семь, но каждая из них была особенной. Первым отмер Николас.

– Мы собираемся в «Рим», ты с нами? – спросил Николас.

«Рим» – это ночной клуб, куда наш отряд охотников часто ходит. Каждые выходные, если быть точнее.

– Надо подумать, – ответила я, поглаживая свою Веронику, которая уютно устроилась на подоконнике. – У меня есть выбор? – усмехнулась я, глядя на него с приподнятой бровью.

Вероника, услышав моё раздражение, подняла голову и мяукнула, словно поддерживая мой скептицизм.

– Помнишь, как в прошлый раз я сказала, что не хочу идти, а вы меня связали и отвезли в клуб? – спросила я, улыбаясь.

– И что? Мы же отлично провели время! – рассмеялся Николас.

– Да, как обычные люди. – Согласилась я.

Пока мы болтали, Вероника спрыгнула с подоконника и начала тереться о мои ноги, будто напоминая, что ей тоже нужно внимание.

– Кстати, слышала про новую выставку современного искусства в центре? – вдруг спросил Николас, меняя тему.

– Нет, не слышала. Расскажешь? – заинтересовалась я, присаживаясь на диван рядом с кошкой.

– Там будут представлены работы молодых художников, в том числе и твои коллеги. Говорят, очень интересно. – Пояснил он.

Вероника, услышав незнакомый голос, настороженно подняла уши, но быстро успокоилась, поняв, что опасности нет.

– Нужно найти время посетить это место. – Ответила я, вставая с дивана.

По привычке я начала надевать ботинки и форму, но потом остановилась перед зеркалом.

«Нет, в этом меня не пустят», – подумала я, снимая куртку и доставая чёрный топ. Вместо ботинок я выбрала туфли на тонкой шпильке. Из формы на мне остались только тёмные камуфляжные карго. Тёмные волосы собрала в хвост. Перед выходом я насыпала Веронике корм и наполнила её мисочку водой.

– Не скучай, моя любовь. – Прошептала я, целуя её в макушку.

Когда мы с Николасом приехали в клуб, отряд охотников уже был там и занял нам столик. Вероника, наверное, сейчас спит и даже не подозревает, какие приключения ждут меня этой ночью.

При входе в клуб «Рим» нас встречает величественная атмосфера древнеримской архитектуры, гармонично вписанная в современный интерьер. Просторное фойе с высокими потолками создаёт ощущение торжественности и уюта одновременно.

– Народу многовато. – Я не любила такое количество людей. Казалось, в этом клубе собралось не меньше тысячи человек – они толпились и были готовы забраться друг другу на голову.

– Ты всегда так говоришь! – сказала Афелия и потянула меня танцевать.

– Я не люблю танцевать, ты же помнишь!

– У тебя нет выбора, ты же помнишь!

За эти пару часов мне удалось расслабиться и снять напряжение. Мы хоть и были охотниками, но умели легко проживать обычную жизнь. Конечно, Афелия не смогла утянуть меня на танцпол, и я просто наблюдала за ней вместе с остальными охотниками.

– Ну что, ребята, сегодня можно расслабиться. Неделя выдалась та ещё. – Заявил Александр. Он не местный охотник, часто путешествует, и сейчас он приехал на Алтай для отдыха. Если это можно назвать отдыхом.

Мы с несколькими охотниками сидели за баром и беседовали.

– Ага, особенно когда этот упырь решил поиграть с нами в прятки по всему городу! – улыбнулась ему Марина.

– А помнишь, как ты влетела в ту мусорку, пытаясь за ним угнаться? – смеётся Виктор.

Марина и Виктор уже много лет служат Ордену, они говорили, что помнят меня совсем маленькой, но не помнят ни моего имени, ни мою семью. Марина и Виктор стали одними из первых охотников в моей группе Альфа.

– Эй, это было один раз! И вообще, без меня вы бы его так просто не поймали. – Обиженно ответила ему Марина.

– Да ладно тебе, мы все знаем, что ты – наша главная приманка. – Александр подкалывает девушку, и все они смеются.

– А вы уже слышали про новую активность в северной части города? Говорят, там что-то серьёзное. – Вклиниваюсь в разговор я, и все замолкают.

Виктор напрягается:

– Что именно?

– Пока неясно, но местные жалуются на странные звуки по ночам и пропажу домашних животных на фермах.

Марина морщится:

– Опять придётся лезть в эту историю. Может, просто отправить новичков? – она смотрит на меня с надеждой.

– Нет, это может быть серьёзно, – я отрицательно качаю головой. – Нужно проверить самим.

К нам подходит бармен:

– Ребята, у меня есть информация.

– Что? – восклицает Марина.

– Мой дядя работает в морге. Он говорит, что там появились странные следы на телах животных. Как будто их разорвали изнутри. – Тихо рассказывает бармен.

Это может быть кто угодно: от вервольфа до упыря.

– Это серьёзно, нужно доложить капитану, – заявляет Виктор, глядя на меня.

– Согласен, – поддерживает его Александр, – но сегодня мы всё-таки должны отдохнуть. Завтра будет тяжёлый день.

Музыка становится громче, кто-то включает танцевальную мелодию. Марина встаёт:

– Кто со мной потанцевать?

Я качаю головой, и к ней присоединяется подошедшая Ольга. Девушки уходят на танцпол, парни переглядываются.

– Знаешь, иногда я забываю, что они не только крутые охотницы, но и обычные девушки. – Виктор поворачивается ко мне.

– Да, но только когда они не охотятся. Тогда лучше не стоять у нас на пути. – Я подмигиваю ему.

Мы продолжаем разговор, наслаждаясь моментом покоя, и я наблюдаю за другими охотниками.

Сэм и Энди танцуют вместе, периодически целуются, а на утро они даже не посмотрят в сторону друг друга, как это бывает обычно. Влад ушел в вип-комнату с какой-то блондинкой. Александр, Глеб и Елена играют в бильярд. Николас… Николас вел себя, как Николас. Его взгляд прожигал меня насквозь, потому мне стало неуютно, и я решила выйти на свежий воздух.

– Я выйду наружу, – предупреждаю охотников и поднимаюсь.

Ночной воздух ударил в лицо пронзительной зимней прохладой, отрезвляя. Кожа мгновенно покрылась мурашками – я вышла из клуба в спешке, забыв про куртку, и теперь тонкий материал топа неприятно лип к телу. Под ногами хрустел едва заметный на тёмном асфальте иней, а дыхание вырывалось белыми клубами пара, растворяясь в морозном воздухе.

Я пошла вперёд по улице, прокручивая в голове будущий план тренировок для новых охотников. Ступни в лёгких туфлях на тонкой шпильке быстро начали неметь от холода. От разрозненных мыслей меня отвлёк странный шум из проулка за клубом.

Я обернулась к темноте и сделала несколько осторожных шагов вперёд. В проулке царила густая тьма, но лунный свет выхватывал из мрака четыре силуэта. Трое мужчин окружили четвёртого, что-то яростно ему выговаривая. Один из них схватил несчастного за воротник, резко дёрнул.

Ну уж нет! Это уже слишком! Тихо присев, я вытащила из-под низа карго свой верный маленький кинжал. Я никуда не хожу без оружия – это мой главный принцип. Поднявшись, я прицелилась.

– Найдите себе равного! – произнесла я и метнула кинжал в голову одного из нападавших. Я не терпела несправедливости.

Всё вокруг словно замерло, когда тот упал. Решительным шагом я подошла к телу, наклонилась и вытащила кинжал из головы человека. Нет, не человека.

– Кто следующий? – спросила я, глядя на двух оставшихся противников.

Моё безрассудство снова взяло верх над разумом. Меня не волновало, что я была на шпильках, что их было двое, что за моей спиной стоял ещё один человек, который мог оказаться опасным.

Они переводили взгляды с меня на человека позади.

– Ты… – произнёс мужчина справа, и на мгновение мне показалось, что он узнал во мне охотника. Они начали отступать, и я инстинктивно потянулась назад, касаясь руки мужчины позади меня. Это прикосновение будто вызвало миллионы мурашек на моей коже.

– Ты… ты в порядке? – спросила я, всё ещё наблюдая за убегающими фигурами.

– В порядке, – от тембра его голоса я вздрогнула и отпустила его руку.

Не желая показывать своё замешательство, я присела и стала разглядывать тело перед собой. Его аура была очень похожа на оборотня, а в воздухе витала странная, мрачная энергия.

– Что они хотели? Почему напали на тебя? – поинтересовалась я.

Ответом мне была тишина. Я нахмурилась и обернулась. Я была единственной живой душой в этом проулке. Мужчина исчез, не сказав больше ни слова.

Через пять минут я уже стояла с остальными охотниками, прячась в теплой куртке, и рассказывала о случившемся. С каждым моим словом лицо Николаса становилось всё мрачнее. Всё в этой ситуации казалось странным. Но больше всего меня беспокоил взгляд капитана – холодный и отстранённый, словно он знал что-то, чего не знала я.

– Это не просто случайность, – наконец произнёс он, его голос звучал уверенно и спокойно, но в глазах читалась тревога. – Здесь что-то большее. Нам нужно быть осторожнее.

Я кивнула, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Что-то тёмное и опасное приближалось, и я знала, что это только начало.

***

Стоя у дальней стены художественной галереи, я немного нервничала. Пространство искусства встречает посетителей мягким светом и тишиной, которая словно хранит в себе дыхание гор и шелест алтайских лесов. Каждый шаг здесь – это путешествие в мир красоты и гармонии.

Мои семь картин были развешаны на стенах этого прекрасного места, и люди подходили, любовались ими. Людей становилось больше, и я посильнее натянула кепку на лицо и шагнула глубже в тени.

Центральный зал – сердце галереи, где представлены работы известных алтайских художников и не только. Воздух галереи наполнен особым духом творчества. Здесь можно услышать шелест страниц каталогов, тихие разговоры ценителей искусства, звуки природы, доносящиеся через открытые пространства.

Я хотела, чтобы мои картины оказались именно здесь. Галерея «Хан-Алтай» – это не просто выставочное пространство, а место, где искусство встречается с природой, где современность переплетается с традициями, а каждый посетитель становится частью большого культурного диалога. Здесь время замедляется, позволяя в полной мере насладиться красотой и глубиной алтайского искусства.

Однако внутреннее предчувствие заставляет меня нервничать. То ли на меня так влияло, что люди видят мои картины, то ли тот неприятный разговор с организатором час назад.

Девушка подошла ко мне, чтобы зарегистрировать мои картины, пока их развешивали по местам.

– Ваше имя? – спросила меня организатор, и я растерялась.

– Что? – я в замешательстве смотрела на нее.

– Для регистрации мне нужно ваше имя и название для выставки. – Она смотрела на меня большими голубыми глазами, держа планшет в руках.

– Моё имя…

Как моё имя? У меня не было имени! Я не помнила его, как и всю жизнь до этого.

– Маршал. Назовите выставку Маршал – нити судьбы. Имя – анонимно. Это всё. – Я разозлилась и отвернулась.

С тех пор я целый час стою у этой стены и наблюдаю за присутствующими. Почему у меня нет имени? Почему я не решила взять себе новое? Или я так просто привыкла слышать «Маршал» в свой адрес, что не считаю иметь имя чем-то важным? Нет, конечно, я прекрасно знаю, почему у меня нет имени. Но почему я не могу взять себе новое имя? А кем я была до прихода в Орден?

Эти и многие вопросы беспокоили меня. Я дождалась момента, когда одна из моих любимых картин осталась без зрителей, и подошла к ней. Хоть Николас и сказал, что мы должны иметь собственную жизнь и хобби, я понимала, что мы не можем себе этого позволить. Если кто-то из этих чудовищ узнает наши имена, то они могут прийти за нами. Может, поэтому у меня нет имени?

Все семь картин передавали целую историю. На них были изображены двое людей. Каждая картина передавала детали, как они преодолевали препятствия. Их жизни пытались разделить другие люди, время, миры, но они всё равно каждый раз находили путь друг к другу. Судьба не знает случайностей – каждая встреча, каждая разлука, каждое знакомство имеют своё предназначение. Это история была не о…

– Неужели кто-то в действительности подумал, что эта история о любви? – слева от меня послышался знакомый голос.

У меня перехватило дыхание. Что-то в его тоне было такое, что заставило меня задержать дыхание. Я не собиралась реагировать ни на чьи комментарии касательно моих картин, так как не должна была выдать себя. Но этот человек буквально вырвал мысль из моей головы. И я обернулась к нему.

– О чем же еще эти картины? – спросила я дрожащим голосом.

Что-то было в нём такое знакомое и волнительное. Я чувствовала, как моё сердце забилось быстрее, волоски под одеждой встали дыбом, а глаза не могли оторваться от профиля этого мужчины.

– Ну как же… Они о судьбе… О предназначении… – И тут он повернулся в ответ.

Наши взгляды встретились. Передо мной был мужчина с золотистыми волосами, уложенными мягкими волнами, которые придают его образу элегантность и утонченность. Его лицо отличается выразительными чертами: высокие скулы, прямой нос и глубокий взгляд, который кажется пронизывающим и наполненным внутренней силой. Он одет в чёрный костюм, который подчеркивает его стройную фигуру и добавляет образу драматичности.

Его холодные изумрудные глаза впились в мои. Я не могла это объяснить, но от него исходила сильная, волнующая и опасная энергия. Мне захотелось сбежать.

Затем он продолжил:

– Некоторые встречи настолько важны для судьбы мира, что время останавливается в момент их наступления.

Я чувствовала, как мои ладони вспотели от волнения, и поспешила убрать их в карманы куртки, чтобы скрыть дрожь.

– Но, думаю, вам виднее, – он улыбнулся лишь одним уголком губ, и в его взгляде что-то неуловимо изменилось – словно тень тайны скользнула по изумрудной глубине его глаз.

Его улыбка была особенной – не открытой, не наигранной, а какой-то… понимающей. Будто он знал что-то, чего не знала я.

– Рад, что сегодня вы в более удобной обуви, – продолжил он, и в его голосе проскользнули игривые нотки.

И тут я поняла, почему он казался мне таким знакомым. Это его я спасла в том проулке неделю назад. Почему он был здесь?

– Боже… – его взгляд стал ещё более озорным, в уголках глаз появились весёлые морщинки. – Это вы!.. – выдохнула я громче, чем следовало в стенах галереи. Мой голос эхом отразился от высоких потолков, заставив нескольких посетителей обернуться.

Щеки мгновенно вспыхнули от смущения. Я попыталась взять себя в руки, но его улыбка – лёгкая, понимающая – выбивала из колеи.

– Простите, – прошептала я, опуская взгляд на него. – Просто… не ожидала вас здесь увидеть.

Он сделал шаг ближе, его присутствие заполнило пространство между нами.

– Галерея – отличное место для размышлений, – тихо произнёс он, его голос звучал почти интимно в этой тишине. – А вы часто здесь бываете?

Я подняла глаза, встречаясь с его пристальным взглядом, и отрицательно покачала головой. В этот момент время словно замедлило свой бег, оставляя нас наедине с искусством и невысказанными словами.

Что-то в его присутствии заставляло моё сердце биться чаще, а разум – терять привычную остроту. И я не могла понять, пугает меня это или… возбуждает.

– Рад, что с вами всё хорошо, – продолжил незнакомец.

Его голос такой нежный и обволакивающий, как туман над прекрасным озером. В нём слышались отголоски древних тайн и шёпот забытых пророчеств. Каждое слово, слетающее с его уст, было пропитано властью и обещанием. Меня окутало волнительное предостережение.

– Вы часто посещаете выставки? – спросила я, пытаясь сохранить самообладание.

– Только те, которые заслуживают внимания, – ответил он, и в его глазах промелькнуло что-то загадочное. – Ваши картины определённо заслуживают.

В этот момент моё наваждение улетучилось, когда ко мне подошла организатор.

– Все картины проданы, – шепнула она мне на ухо.

– Что?!

Я отреагировала слишком открыто. Что значит проданы? Кому? Я обернулась к ней, чувствуя, как незнакомец отступает в тень, но его присутствие всё ещё ощущалось где-то рядом.

– Что значит проданы, кому? – поинтересовалась я.

– Покупатель аноним. Он оплатил в два раза больше за анонимность и скорость доставки.

– Где он? – я стала осматриваться по сторонам, чтобы понять, кто мог быть моим покупателем.

– К сожалению, я не владею более информацией. Вот ваш чек.

Я взяла из ее рук бумажку и увидела семизначную сумму на чеке. Чего-чего? Кто был готов заплатить такие деньги за семь чёрно-серых картин? Это безумие! Среди гостей я заметила Николаса, спешащего ко мне.

– Я горжусь тобой, – капитан улыбнулся мне.

– Организатор сказала, все картины проданы.

Только мне казалось это странным?

– Это же отлично, разве нет? – улыбнулся Николас.

– Да, наверное.

Через час моих картин уже не было в галерее, и она закрылась.

– На Чемале что-то произошло, позвонил Влад, сказал, это срочно, – обратился ко мне капитан, когда мы уже вышли из галереи.

– А конкретнее?

– Вроде вурдалаки.

– Я справлюсь, – с готовностью ответила я.

– Нет, собери Альфу на всякий случай, – возразил Николас.

Я не любила охотиться группой и даже парой. Мне было надёжней в одиночку, но противиться капитану я не могла.

– Так точно, капитан.

Я набрала Мире сообщение и проследовала к своему внедорожнику. Проверила наличие всего нужного для охоты на вурдалака и созвонилась с остальными.

Горный воздух Чемала пьянил не хуже крепкого кофе. Мы расположились на окраине посёлка, в старой охотничьей избушке, которую местные жители любезно предоставили в наше распоряжение. Николас разложил на столе карту, испещрённую пометками и схемами.

– Вурдалак замечен в районе Катуни, – его голос звучал непривычно серьёзно. – Местные говорят, что он выходит на охоту только в полнолуние и всегда выбирает одиноких путников.

Я внимательно изучила карту. Крутые склоны, густые снежные леса, быстрые реки – идеальное место для твари, которая умеет прятаться.

– Разбиваемся на группы по двое, – продолжил Николас. – Я с Маршалом беру северное направление, Мира с Александром – восточное. Марина, ты идёшь с Виктором на юг. Держим постоянную связь через рации, не рискуем.

Я кивнула, проверяя арсенал. Серебряные пули, винтовка и серебряный кинжал – всё на месте.

Мы вышли на позицию. Горы окутывал туман, и в его молочной пелене звуки казались неестественно громкими. Где-то вдалеке ухал филин, а может, и не филин вовсе…

– Слышишь? – шепнул Николас, прижимая палец к губам.

Я замерла, вслушиваясь в ночь. Да, точно. Тихий, почти неслышный хруст снега под чьим‑то неосторожным шагом там, где не должно быть посторонних. И запах – сладковатый, металлический запах крови, едва уловимый на фоне морозного воздуха.

– Приготовились, – одними губами произнесла я, готовя винтовку. – Он близко.

В этот момент луна вышла из-за туч, осветив силуэт твари. Вурдалак был больше, чем я ожидала, – массивный, с серой шерстью и горящими красными глазами. Он почувствовал наше присутствие и оскалился, обнажив острые клыки.

Внезапно рядом с ним оказалась девочка-подросток. Она натянула тетиву лука и выстрелила. Но не в вурдалака, а куда-то дальше. Стрела прошла сквозь монстра, словно она была призрачной, и воткнулась в грудь огромного оборотня. Он с ревом завалился на землю, а девочка, убрав оружие, пошла в его сторону. Этот фантом испарился так же, как и появился. Снова.

– Маршал? – Николас толкнул меня в плечо, заметив, что я отвлеклась.

Я обернулась на него и поняла, что он смотрел на меня всё это время. Я сделала глубокий вдох и сосредоточилась на происходящем. Охота началась.

Мы двигались осторожно, стараясь не выдать своего присутствия. Вурдалак был хитёр и опасен, но мы были готовы к встрече с ним. Каждый из нас знал своё дело, и это давало надежду на успешное завершение задания.

Александр связался с нами через наушник:

– Внимание, Альфа! Вижу движение на севере. Возможно, это наш клиент. Будьте начеку!

Мы с капитаном переглянулись. Время пришло. Пора показать этому созданию, что охотники не зря носят своё имя.

– Давай, – прошептала я, и мы двинулись вперёд, готовые встретить опасность лицом к лицу.

Вурдалак бросился на нас с невероятной скоростью. Николас выстрелил первым, серебряная пуля просвистела в сантиметре от твари. Монстр увернулся, метнувшись в сторону, его когти рассекли воздух там, где только что была моя рука.

– Держись! – крикнул Николас, отступая.

Я вскинула винтовку, но вурдалак был слишком быстрым. Он кружил вокруг нас, выбирая момент для атаки. Его красные глаза горели жаждой крови, а из пасти капала слюна.

Внезапно я почувствовала странное дежавю. Казалось, что всё это уже происходило со мной раньше. Каждый шаг твари, каждый её рык – всё было знакомо до боли.

– Сюда! – крикнула я капитану, заманивая монстра в ловушку между двумя огромными валунами.

Вурдалак купился на уловку. Он бросился за мной, не подозревая о засаде. Я резко остановилась, и в тот же миг инквизитор метнул серебряный кинжал. Тварь взвыла, но было поздно – остриё вошло точно в сердце.

Монстр начал трансформироваться, его тело покрылось серой коркой, глаза потускнели. Я знала – это ещё не конец. Достала свой серебряный кинжал и отсекла твари голову.

– Сдохни, тварь! – прошептала я, и тело вурдалака начало рассыпаться в прах.

Победа была за нами, но чувство дежавю не отпускало. Что-то в этой охоте казалось до боли знакомым. Внезапно перед глазами промелькнуло размытое воспоминание: тёмный лес, похожий на этот, и я, сражающаяся с огромным монстром. Но кто был рядом? Это не просто дежавю.

– Ты в порядке? – спросил Николас, подходя ближе.

– Да, – ответила я, тряхнув головой, чтобы прогнать наваждение. – Просто… странное чувство.

Капитан внимательно осмотрел меня, прежде чем продолжить:

– Отличная работа, Маршал. Возвращаемся на аванпост. Нужно составить отчёт.

Пока мы шли обратно, я не могла избавиться от мысли, что это не последнее моё столкновение с чем-то подобным. Воспоминание, едва промелькнувшее перед глазами, обещало вернуться, раскрыв свои тайны в самый неожиданный момент.

Разве это было возможным? Какой была моя прошлая жизнь? В голове крутились слова того незнакомца из галереи: «Некоторые встречи настолько важны для судьбы мира, что время останавливается в момент их наступления». Может ли это быть связано с моими видениями? Вопросы множились, а ответов не было.

Глава 4. Знамения опасности

Охотник не знает отдыха, пока последний монстр не будет повержен, пока последний долг не будет исполнен. Мы не выбираем этот путь – он выбирает нас. Это наш крест, наша судьба, наш священный долг.

– Кодекс охотников.

Солнце нещадно палило, отражаясь от полированного металла тренировочных мечей,но его тепло едва пробивалось сквозь пронизывающий горный ветер. На поле собрались новички группы Альфа – бледные, неуверенные, с дрожащими руками. Я стою в центре, наблюдая за ними сквозь прищуренные глаза.

– Сегодня вы научитесь не просто махать клинком, – мой голос звучит твёрдо, разносясь над полем. – Вы научитесь выживать.

Они выстроились в шеренгу, тяжело дыша после утренней пробежки по заснеженной тропе. Некоторые уже обливаются потом, несмотря на мороз, – контраст горячего усилия и ледяного воздуха делает своё дело. На куртках и шарфах оседают кристаллики инея, а на ресницах мерцают крошечные льдинки.

– Монстры не ждут, пока вы придёте в себя, – продолжаю я, обходя строй. – Они не дают второй шанс. Каждый ваш промах может стать последним.

Я останавливаюсь перед молодым охотником, который нервно сжимает рукоять меча.

– Смотри сюда, – говорю я, перехватывая его оружие. – Защита – это не только щит и броня. Это умение предугадать атаку, почувствовать опасность за мгновение до того, как она случится.

Мои пальцы помнят вес каждого клинка, каждый удар, каждый бой. Я видела, как падают неосторожные, как храбрость без опыта становится смертным приговором.

– Разбейтесь на пары! – командую я. – Начнём с базовых приёмов. Помните: в настоящем бою у вас не будет времени на раздумья.

Они начинают отрабатывать движения, поначалу неуклюже, но с каждым повторением всё увереннее. Я хожу между парами, корректируя их стойки, поправляя хваты.

– Быстрее, Кристиан! – кричу я, когда вижу, как один из учеников медлит с блоком. – В реальном бою эта заминка будет стоить вам жизни!

– Чёрт! Я совсем не скучала по твоим приказам! – за спиной раздаётся знакомый голос, и я оборачиваюсь.

Кейт Армстронг собственной персоной.

– Кейт!

– Ну привет!

Я подхожу к ней и протягиваю руку для приветствия. С Кейт мы общаемся последние пять лет. Она единственная из всех охотников была мне близка. Она на пару лет старше меня, и у нас оказалось достаточно общего, чтобы мы сдружились.

Кейт – это воплощение силы и грации в одном лице. Стройная, с решительной походкой и острым взглядом, она никогда не теряет бдительности. Её светлые, слегка вьющиеся волосы обычно собраны в практичный хвост, чтобы не мешали в бою.

Характер у Кейт поистине огненный. Она не боится бросить вызов даже самым опасным противникам, всегда идёт до конца и никогда не отступает перед трудностями. Её смелость граничит с безрассудством, но именно это качество часто спасает жизни её товарищей. Наверное, поэтому мы с ней так сдружились?

– Я рада тебя видеть, ты давно не посещала наш аванпост, – ответила я.

Крайний раз мы виделись месяца четыре назад.

– Верно, – девушка пожала плечами. – Я была с семьёй, а сейчас мы проезжали мимо, и я подумала, почему бы не навестить тебя.

– Мы? – поинтересовалась я.

– Ага, вместе с братом.

Кейт не очень любила делиться историями о своей семье, зная, что у меня её нет, поэтому мы в основном разговаривали на нейтральные темы.

– Когда закончится ваша тренировка? – Кейт кивнула в сторону новеньких охотников. – Я бы не отказалась от чего-нибудь вкусненького.

– Я бы не отказалась от кофе! – поддержала я охотницу и обратилась к группе. – На сегодня мы закончили! Но не советую расслабляться, впереди у нас еще много работы!

Мы с Кейт отошли от тренировочного поля, чтобы продолжить разговор.

– Я только переоденусь, и мы сможем заехать в то кафе в центре, – предложила я, когда мы вошли в фойе аванпоста.

– Конечно.

Я пересекла длинный коридор и поднялась на второй этаж. Я хоть и предпочла жить отдельно в городе, но у меня всё равно была своя комната на аванпосте. В конце коридора открылась дверь, и оттуда вышел Николас.

– Маршал, я тороплюсь, отнеси, пожалуйста, эти документы в архив, – обратился ко мне капитан, протягивая папку с бумагами.

– Конечно.

Наш архив находился на цокольном этаже. В нём мы хранили все отчёты о выполненных заданиях, личные дела на каждого охотника, кое-какие книги и всю прочую документацию.

Документы, которые мне передал Николас, нужно было убрать на верхнюю полку, и для этого мне понадобится лестница. Я подкатила её на нужное место и стала подниматься на первую ступеньку, вторую. Немного не рассчитав расстояние, я поставила лестницу недостаточно близко, и мне пришлось тянуться до нужного отсека.

Еще немного, и я теряю равновесие и падаю вниз. Я уже приготовилась к неизбежному удару об пол, но ничего не ощутила. Вместо этого меня поймали чьи-то крепкие руки и удержали за талию.

– Ты в порядке, звёздочка? – раздался голос моего спасителя.

– Что? – я нахмурилась.

Передо мной был совершенно незнакомый парень с слегка вьющимися светлыми волосами и голубыми глазами. Откуда он здесь?

– Ну, ты буквально упала с неба, – он улыбнулся и перевёл взгляд на лестницу, с которой я споткнулась минуту назад.

– А, ты об этом, – опомнилась я и поторопилась выбраться из его рук, всё ещё державших меня.

– Не каждый день мне приходится ловить девушек.

Я вновь посмотрела на него и насторожилась.

– Ты охотник? Я тебя здесь раньше не видела.

Я знала многих охотников, но были и те, которых встречала впервые. Но такие охотники обычно были представлены перед всеми Николасом, а этот взялся неизвестно откуда.

– Я здесь проездом со своей…

– Вот вы где! – Кейт прервала парня, войдя в архив. – Я тебя уже заждалась! Николас сказал, что отправил тебя в архив.

Девушка скрестила руки на груди, переводя взгляд с меня на парня рядом.

– Ты уже познакомилась с моим братом? Это Артур!

Брат? Я нахмурилась.

– Артур, познакомься, это та самая моя подруга, о которой я столько тебе рассказывала, – Маршал! – улыбнулась Кейт, подходя к нам ближе.

– Маршал? – он перевёл озадаченный взгляд на меня.

– Брат? – я посмотрела в ответ.

– Неожиданно, – чуть тише сказал он.

– Ну раз вы уже познакомились, может, тогда поедем в центр? – охотница недовольно оглядела нас, будто ей пришлось ждать целую вечность.

– Конечно, идём, – я поспешила первая выйти из архива.

До кафе «Сосны» мы ехали под нескончаемый поток слов Кейт. Она всю дорогу рассказывала о своих заданиях и паре любовных интрижек. И всё это за каких-то четыре месяца.

Я взяла свой любимый латте и направилась к столикам на улице. Вскоре ко мне присоединился Артур.

– Маршал, значит, – он задумчиво посмотрел на меня. – Не думал, что когда-нибудь лично встречу этого охотника. Охотницу, – он улыбнулся.

Я внимательно его изучала. Артур заметно выше своей сестры, его фигура излучает силу и уверенность. Светлые волосы аккуратно подстрижены, а пронзительные голубые глаза словно сканируют всё вокруг в поисках угрозы. Его внешность обманчиво спокойна, но в ней чувствуется скрытая напряжённость.

– А я думала, Кейт много говорила обо мне, – я пожала плечами.

– Да, но она ни разу не назвала твоего имени.

– Наверное, она просто не хотела делиться, – я выдавила подобие улыбки, отпив латте. – Кейт всегда была немного… собственницей.

Артур усмехнулся, но его глаза оставались серьёзными.

– Вы давно знакомы? – спросил он, внимательно разглядывая меня.

– Несколько лет, – ответила я, вспоминая наши первые встречи. – Мы столкнулись на одном из заданий. Тогда я только начинала свой путь охотника.

Это официальная версия для всех. Я не рассказываю на каждом углу о том, что не помню себя.

– И как? – Артур наклонился вперёд, проявляя искренний интерес. – Тяжело было?

– Очень, – призналась я. – Но каждый день приносил новый опыт. А вы с Кейт часто работаете вместе?

– Чаще, чем хотелось бы, – признался Артур. – У нас разные подходы к охоте. Она действует импульсивно, я предпочитаю планирование.

– Но вы всегда прикрываете друг другу спины, – заметила я.

Артур кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то тёплое.

– Да, – просто ответил он. – Мы семья. А как ты стала охотницей?

Я задумалась, вспоминая свой путь. Серая комната аванпоста. Пустота. Потеря себя. Желание сбежать. Монстр. Убийство.

От ответа меня спасла Кейт, сев справа от меня.

– Сегодня такая большая очередь! О чём вы разговаривали?

– Не о чём серьёзном, просто ближе знакомились, – ответил Артур.

Вдруг его телефон, лежащий на столе, завибрировал от входящего звонка. Артур нахмурился и перевернул телефон экраном вниз. Он раздраженно выдохнул. Интересно.

– Тебе придётся рано или поздно с ней поговорить, – прервала тишину Кейт.

– Я не собираюсь с ней ни о чём разговаривать, – Артур с гневом посмотрел на сестру.

– Что-то не так? – может, это и не моё дело, но я спросила из вежливости.

– Девушка Артура оказалась вампиром. Теперь он её динамит, – ответила Кейт, прежде чем это сделал Артур.

– Бывшая девушка! – прошипел он, глядя на сестру.

– Вампир? – удивилась я.

Его телефон снова завибрировал, он поднялся и отошёл от нас.

– Он переживает больше, чем показывает, – начала Кейт, когда брат скрылся за углом кафе. – У них вроде всё было хорошо, но на крайней охоте он узнал, что его девушка – вампир. С тех пор она названивает ему, а он не знает, что делать.

– Не знает, что делать?

– Он разрывается между долгом и чувствами. Говорит, она монстр и её нужно убить, но при этом он страдает. Винит себя, что был так слеп и не видел очевидного. Я, если честно, не понимаю его. Нужно брать из всего этого пользу! Помню, однажды в клубе я подцепила красавчика, и мы провели горячую ночь вместе.

Я кивнула, очередная её любовная история.

– А потом я выяснила, что он был колдуном. Но его навыки в постели были так высоки, что я переспала с ним еще раз! – Кейт засмеялась, отпивая кофе.

– Не может быть! Тебе понравилось?

– Да! Но я всё равно потом убила его. Зато секс был отличным! А что насчёт твоего парня? – неожиданно спросила охотница, когда её брат уже возвращался к нам.

– У меня… – я замялась. – Нет парня.

Это было странным ощущением, будто я упускала какую-то возможность.

– А как же тот, о котором ты мне говорила? Тот, кто покорил твоё холодное сердце одним взглядом? – Кейт подмигнула мне.

И сейчас я поняла, что совершила ошибку, когда поделилась своими мыслями касательно того незнакомца из галереи. Я невольно посмотрела на Артура, который напряжённо смотрел на меня. Что-то в его взгляде настораживало меня, и мне совсем не хотелось говорить о своих чувствах при посторонних.

– Ты же знаешь, там ничего особенного! – поспешила я оправдываться. – Мы толком не разговаривали, и я даже не знаю его имени.

– Как и он твоего! – ответила Кейт.

И никогда не узнает, потому что у меня нет имени.

Я поспешила перевести разговор на другую тему, об охоте, чтобы скрыть своё волнение, когда я вновь вспомнила изумрудные глаза.

После ещё часа разговоров мы распрощались. Кейт, как обычно, умчалась по своим делам, а Артур задержался на мгновение:

– Будь осторожна, – тихо сказал он, словно прочитав мои мысли. – И не доверяй незнакомцам.

Я кивнула, не понимая, откуда у него такое предчувствие. Дорога домой прошла в размышлениях. Когда я открыла дверь квартиры, меня встретила Вероника. Она мурлыкала и тёрлась о ноги, словно чувствуя моё смятение.

– Привет, малышка, – улыбнулась я, поглаживая её мягкую шерсть. – Опять я вернулась поздно.

Вероника запрыгнула на подоконник и уставилась в окно, будто наблюдая за чем-то невидимым. Я приготовила себе кофе и села в кресло, пытаясь расслабиться в компании моей любимой книги.

Сон не шёл. Тревожные мысли крутились в голове, а перед глазами всё время всплывал образ изумрудных глаз. Зачем я вообще о нём думаю? Ближе к полуночи я всё-таки уснула, но сон оказался беспокойным.

Мне снилось тёмное помещение, наполненное тенями. Они двигались, шептали что-то на непонятном языке, а в центре зала стоял он – незнакомец из галереи. Только теперь его лицо было скрыто в тени, а глаза светились зловещим серебристым светом.

Проснулась я в холодном поту. Вероника сидела рядом, настороженно глядя на дверь. Её шерсть встала дыбом, а уши были прижаты к голове.

– Что такое? – прошептала я, прислушиваясь.

Тишина. Только сердце колотилось как сумасшедшее, а предчувствие надвигающейся беды не отпускало. Я знала – это только начало. Что-то тёмное и опасное приближалось, и на этот раз оно могло оказаться сильнее, чем всё, с чем я сталкивалась раньше.

***

Первые лучи солнца пробиваются сквозь густую листву. Влажный воздух наполнен ароматом пробуждающейся природы. Мы расположились на опушке леса в Северной Америке, провинции Онтарио – я, Кейт и моя группа Альфа.

– Зима – самое опасное время для охоты на вендиго, – шепчу я, проверяя арсенал. – В этот период они особенно агрессивны.

Даниил раскладывает карту, отмечая места последних нападений. Лиза настраивает специальное оборудование для отслеживания следов. Макар проверяет наши защитные амулеты.

Вендиго – древнее существо из мифологии индейцев, воплощение голода и жестокости. По легенде, когда-то это был человек, который ради выживания съел человеческую плоть, и жажда мяса превратила его в монстра.

Николас, как обычно, отправил мою группу новеньких на безумное задание.

– Существо выглядит как высокий, истощённый человек с неестественно белой кожей. Конечности непропорционально длинные, зубы острые, как лезвия, глаза светятся в темноте, шерсть покрывает тело клочками, рост достигает трёх метров, – произношу я для новеньких.

Вендиго обладает сверхъестественными возможностями: сверхчеловеческая сила и скорость, способность к регенерации, мастерство маскировки, телепатическая связь с другими вендиго, умение вызывать метели. Монстр охотится в основном зимой. Он предпочитает глухие леса и заснеженные равнины, выслеживает добычу часами, может имитировать голоса людей и приманивает жертв криками о помощи.

Вендиго остаётся одним из самых пугающих существ в мифологии, воплощая первобытный страх перед голодом и предательством. Его образ до сих пор вызывает трепет и уважение, напоминая о силе древних легенд.

– Следы ведут к старому кладбищу, – сообщает Даниил, указывая на карту. – Там он чаще всего появляется.

Январский лес полон звуков: скрип снега, треск мороза, карканье ворон. Но мы знаем – за этой идиллией скрывается опасность.

– Держимся вместе, – предупреждаю я. – Вендиго любит использовать природные звуки как маскировку.

Существо появляется неожиданно – высокая фигура с искажённым лицом, покрытая клочьями шерсти. Его глаза светятся неестественным зелёным светом, словно два изумруда, вырезанные из самого сердца тьмы. Взгляд этих глаз пронзает насквозь, вызывая необъяснимый ужас и трепет.

– Не стрелять! – кричу я. – Это может быть иллюзия!

Лиза создаёт густую дымовую завесу, используя редкие травы, собранные в горах. Её движения точны и уверенны, а дым поднимается вверх, скрывая нас от глаз противника. Макар устанавливает сложные сигнальные ловушки, используя современные технологии и древние знания. Он расставляет ловушки по всему периметру, чтобы они сработали в нужный момент. Кейт, облачённая в чёрный костюм, отвлекает внимание существа, используя свои навыки в боевых искусствах и актёрском мастерстве. Она двигается грациозно и непредсказуемо, создавая хаос и отвлекая существо от основной группы.

– Работаем по плану! – командую я. – Ждём момента для атаки.

Вендиго проявляет свою истинную сущность – он становится больше, его когти удлиняются, а пасть наполняется острыми клыками.

– Огонь! – мой голос звучит твёрдо.

Серебряные пули свистят в воздухе, но существо уворачивается, используя свои сверхъестественные способности. Вендиго пытается разделить нас, создавая иллюзии. Но мы готовы к этому – каждый знает свой манёвр.

– Маршал? – окликает меня Кейт, ожидая следующей команды.

– Вместе! – кричу я, направляя группу в атаку.

Командная работа приносит успех. Даниил выпускает в вендиго специальную серебряную стрелу, и она пронзает сердце монстра. Но мы понимаем, что это только начало. Макар передаёт мне мощную газовую горелку с длинным шлангом, и я направляю её на вендиго. Из горелки вырывается поток яркого пламени, который охватывает монстра. Вендиго издаёт пронзительный, оглушительный вой, его глаза начинают гореть, а кожа чернеть и дымиться. Он начинает распадаться на куски, превращаясь в пепел. Огонь оказывается единственным, что способно полностью уничтожить этого злобного существа.

Зимний лес снова становится безопасным. Мы стоим, тяжело дыша, но довольные результатом.

– Отличная работа, Альфа, – говорю я, осматривая всех. – Каждый из вас проявил мужество и профессионализм.

– Мы убили монстра! – восхищённо произносит Лиза.

– Мы убили монстра, чёрт возьми! – радостно подхватывает Макар.

Возвращаясь к лагерю, я думаю о том, что зимняя охота требует особой осторожности и слаженности. Природа замирает в ледяном плену, и вместе с ней затаились тёмные силы. В эту пору они особенно опасны – холод делает их хитрее, а снег скрывает следы. Но пока есть охотники, готовые противостоять им в лютые морозы, мир может спать спокойно, укутавшись в белоснежное одеяло зимы.

Эта победа – результат не только силы и мастерства, но и доверия друг к другу, умения действовать как единое целое. И в этом наша главная сила.

Я проверяю время на наручных часах, почти десять утра.

– Кто-нибудь хочет кофе? – с умоляющим взглядом я смотрю на охотников. Соглашается одна Кейт, которая так же, как и я, не может жить без этого тонизирующего напитка.

Мы с Кейт зашли в первое кафе и заказали латте, обсуждая нашу поездку.

– Ты молодец! Эти новенькие отлично справляются, не понимаю, почему ты так не хотела брать новую группу? – Кейт пожала плечами и взяла свой кофе.

– Всё прошло на удивление хорошо, ты права, но…

– Но?

– Как тебе объяснить… Иногда я чувствую неуверенность… – мне было сложно выражать свои чувства, наверное, из-за того, что они у меня в основном отсутствовали.

Кейт недоумённо посмотрела на меня:

– Маршал способна испытывать неуверенность? Не верю!

– Всё из-за случая в Монсеррате, – тихо ответила я.

Я мало кому говорю об этом, но после случившегося со мной я часто чувствую опасения подвести группу. Кейт прекрасно осведомлена этой историей и знает про мои переживания по поводу отсутствующей памяти.

– Маршал… – она сочувственно посмотрела на меня. – Мне жаль.

– Мне тоже. Но я не хочу подвести группу, поэтому часто работаю в одиночку, – мы направились на выход из кафе.

Меня тяготит то, что я ничего не помню.

– Предлагаю отвлечься от этих мыслей и сходить куда-нибудь развеяться! Что скажешь? – Кейт улыбнулась, и я засмотрелась на неё, и не заметила, как столкнулась с чем-то твёрдым. Что-то еще более твёрдое обхватило мои руки. Мой кофе чудом остался в стакане, и я медленно подняла глаза. Передо мной были те самые изумрудные глаза мужчины из проулка и галереи. Что он делал здесь, в Онтарио? Я должна поверить в такое совпадение?

И только потом я поняла, что это он спас мой кофе, держа меня за руку.

– Чёрт, – тихо выдохнула я.

– Доброе… утро, – незнакомец казался растерянным.

В ответ я не нашла, что сказать, поэтому лишь попыталась улыбнуться, а поскольку делала я это максимально редко, думаю, вышло не очень.

– Что это? – его взгляд переместился на стаканчик с кофе.

– Кофе, – теперь я нахмурилась. Он не знает о существовании кофе? – Я всегда начинаю свой день с латте.

– Я бы предпочитал начинать свой день иначе.

– И как же? – спросила я, чувствуя дрожь в руках.

Он ухмыльнулся и с интересом посмотрел мне в глаза. Он что, флиртует со мной? Я понятия не имела, что ему ответить. Я в принципе понятия не имею, как правильно себя вести рядом с противоположным полом, а тем более не знаю, о чем разговаривать, кроме оружия. Но мне определённо это нравилось, хотелось тоже сказать ему что-то особенное.

Ситуацию исправила Кейт.

– Эй! – она смотрела на меня. Кейт тут же замешкалась, не зная, как ко мне обратиться. – Нам уже пора! – она улыбнулась и кивнула в сторону выхода.

– Я спешу.

– Хорошего дня!

– И тебе.

Он отпустил меня, и я сделала шаг, чтобы обойти его, как вдруг он притянул меня к себе за талию.

– Судьба сталкивает нас снова и снова, а я даже не знаю твоего имени, – его голос звучал серьёзно, но в нём слышалась нежность. Его рука чуть сжалась на моей талии, и я взволнованно сглотнула.

Я не могла назваться Маршал обычному человеку, но и настоящее имя раскрыть не могла – его просто не существовало. Ситуация казалась абсурдной, почти комичной.

После долгой паузы я наконец ответила:

– У меня нет имени, – в ту же секунду его брови удивлённо взлетели вверх. – Но ты можешь придумать его для меня, – добавила я с лёгкой улыбкой, пытаясь смягчить странность ситуации. – До встречи!

Развернувшись, я поспешила уйти, пока он не успел задать ещё больше вопросов. В его глазах читалось искреннее недоумение, смешанное с любопытством. Возможно, это было к лучшему – тайна всегда притягивает сильнее, чем откровенность.

Я догнала Кейт.

– Кто это? – спросила она, когда я сравнялась с ней.

– Это тот самый парень, о котором я тебе говорила! – шёпотом ответила я.

– А он ничего! Такой симпатичный и опасный! – девушка подмигнула мне.

– Думаешь?

– О да! А еще он смотрел на тебя, готовый увести с собой хоть на край света! Кажется, он тебя преследует, – она пыталась пошутить, а я серьёзно задумалась.

Мы вышли из кафе, и наше веселье прервал звонок моего телефона. Николас.

– Слушаю, – ответила на звонок.

– Маршал. Срочно готовь группу, я высылаю тебе координаты стаи упырей. – Гремит голос инквизитора из динамика телефона.

– Так точно, капитан.

– Упыри? – спросила Кейт.

– Ненавижу их.

Я вздохнула и стала звонить участникам своей группы Альфа для общего сбора.

Вурдалак – мифическое существо из славянской мифологии, разновидность нежити, близкая к вампирам и упырям. Происхождение связано с проклятием или неправильным погребением. С этими тварями охотники встречаются чаще всего.

Тьма окутала старый заброшенный хутор. Запасы серебряных пуль и стрел наготове, мы приближались к точке координат.

– Они уже знают о нашем приходе, – шепчет Кейт, настраивая тепловизор. – Готовьтесь к яростному сопротивлению.

Ледяной ветер пронизывает до костей, принося с собой резкий запах разложения. Из темноты выныривает первый вурдалак – его силуэт кажется размытым, а глаза горят зловещим алым огнём, словно два раскалённых угля. Лиза, не теряя ни секунды, вскидывает оружие и стреляет, но тварь с молниеносной реакцией уворачивается, исчезая в ночи. Её движения настолько быстры, что её силуэт едва различим в тусклом свете луны.

– Следуйте плану, работаем командой! – напоминаю я охотникам.

– Они окружают нас со всех сторон! – кричит Даниил, перезаряжая винтовку.

Кровь заливает землю, образуя густую, вязкую лужу, которая медленно расползается в стороны. Вурдалаки продолжают атаковать волнами, их глаза горят безумным огнем, а когти, покрытые гнилью и кровью, рвут воздух в сантиметрах от наших лиц. Их визг и хрипы наполняют воздух, вызывая ужас и отвращение. Даниил получает глубокую рану, его грудь вздымается от тяжелых вздохов, но он продолжает сражаться, используя лишь одну руку. Его движения становятся более резкими и отчаянными, он знает, что каждый миг может стать последним.

– Держать строй! – кричу я, отбивая атаку серебряным клинком.

Твари не отступают – их вой разрывает тишину. Орудия дымятся от непрерывной стрельбы. Лиза падает, но успевает активировать светошумовые гранаты.

Вижу вожака стаи – огромного вурдалака с изуродованной мордой. Он бросается на нас, его клыки целятся в горло. Макар прикрывает меня, принимая удар на себя.

– Маршал, порядок?

– Порядок, – я киваю. – За мной! – кричу я, бросаясь в атаку.

Вожак оказался сильнее, чем мы предполагали. Его острые когти разрывают броню, оставляя глубокие раны, из которых сочится кровь.

– Дерьмо! – шепчу я.

Мы сражаемся изо всех сил, но его мощь не знает границ. Даже когда Макар пронзает серебряным клинком тело вожака, чудовище не умирает. Его глаза, полные злобы, горят ярче, а движения становятся еще более яростными.

– И почему их всегда нужно обезглавливать… – ругаюсь я про себя, уворачиваясь от смертельного удара.

Мои пальцы крепко сжимают рукоять кинжала, металл холодит ладонь. Я бросаюсь на вурдалака, движения отточенные, безжалостные. Сталь рассекает воздух с пронзительным свистом – одно точное движение, и голова твари отделяется от тела, фонтанируя чёрной жижей.

Остальные вурдалаки падают под ударами моих охотников. Их тела корчатся в агонии, разлетаются в стороны клочья шерсти и ошмётки плоти. Вожак издыхает с жутким воем – его массивное тело извивается в конвульсиях, а затем рассыпается в прах, оставляя после себя лишь горсть серой пыли.

Тишина опускается на поле боя тяжёлым одеялом. Слышно только хриплое дыхание выживших. Где-то вдалеке каркает ворон, словно отмечая конец битвы. Ветер играет с пеплом, оставшимся от вожака, разнося его по заснеженной земле.

Моя форма покрыта кровью и грязью, дыхание тяжёлое, но победа сладка. Мы снова справились, снова успешно выполнили задание.

– Это было круто, – Лиза с восторгом смотрела на меня.

– Соберитесь, – командую я охрипшим голосом. – Нам нужно уходить.

Рассвет окрашивает небо в кровавые тона. Израненные, но живые, мы уходим с поля боя. Опыт этой ночи навсегда останется в их воспоминаниях. Новобранцы практически готовы к самостоятельной охоте.

– Запомните: мы выжили, – говорю я команде, когда мы прибываем на аванпост Горного Алтая. – Но эта победа далась слишком дорогой ценой.

Каждый шрам на наших телах – напоминание о том, что мы выполнили свой долг. Каждая потеря – цена, которую мы заплатили за безопасность обычных людей. И мы готовы платить эту цену снова и снова.

Когда я вошла в квартиру, Вероника встретила меня у порога. Её янтарные глаза светились в полумраке, а хвост нервно подрагивал. Она всегда чувствовала, когда я возвращалась с опасного задания.

– Привет, малышка, – прошептала я, опускаясь на колени, чтобы погладить её мягкую шерсть. – Знаю, ты волновалась.

Кошка запрыгнула ко мне на колени, мурлыча и теребя лапкой мою руку. Её присутствие немного успокаивало, помогало вернуться к реальности после ночного кошмара охоты.

Я прокручивала в памяти события дня, пока Вероника устраивалась поудобнее у меня на груди. Её тёплое дыхание и уютное мурлыканье создавали ощущение безопасности.

Мысли заполонил незнакомец: его голос. Нежный, приятный. Он пускал вибрации, и по телу пробегали мурашки. Я перебирала в воспоминаниях наши встречи. Он никогда не отрывал от меня глаз, они были похожи на два магнита, приковывающие к себе. В кафе я позволила себе посмотреть на него чуточку дольше положенного. Глаза в глаза.

Люди упоминают о любви с первого взгляда. Часами могут спорить о том, существует ли она и что означает это понятие. Но мне всегда казалось, любви с первого взгляда не существует. А потом я встретила его. Неужели это то самое? Это чувство называют любовь?

Ночью меня преследовали глаза цвета изумруда. Они появлялись в каждом сне, смешиваясь с образами битвы и крови. Незнакомец из моих снов не был угрозой – напротив, его присутствие давало странное чувство защищённости.

К рассвету я наконец уснула глубоко и спокойно, прижимая к себе Веронику. Кошка, словно чувствуя важность момента, не двигалась, охраняя мой сон своим присутствием.

Глава 5. Тьма над Осло

Охотница идёт сквозь мрак и страх,

Не зная страха, не ведая преград.

В её душе – огонь, в руке – кинжал,

И тьма отступит, как бывало встарь.

Но что таится в глубинах памяти?

Какие тайны прячет древний бой?

И почему так близко эти тени,

Как будто встречены давным-давно судьбой?

Тренировочный зал аванпоста гудел от напряжённой работы. Я собрала свою группу Альфа для срочного задания. Ситуация требовала немедленного вмешательства.

– Внимание всем! – мой голос эхом отразился от стен. – У нас срочный вызов из Осло. Местные охотники сообщают о катастрофе. Детали неизвестны, но ситуация критическая.

Мира подняла голову от автомата:

– Какие у нас временные рамки, командир?

– Минимальные. Нужно быть готовыми к вылету через четыре часа. Мира, займись тактическим планированием и проверкой стрелкового оружия. Даниил, тебе поручаю тяжёлое вооружение и снайперские винтовки.

Даниил кивнул:

– Понял, приступаю.

Лиза, раскладывая взрывчатку, спросила:

– Маршал, какие предполагаемые угрозы?

– Пока ничего конкретного. Но Осло – не тот город, который просит помощи просто так. Готовьте всё, что может пригодиться. Вера, проверь медицинские комплекты и подготовь дополнительные аптечки.

Вера быстро ответила:

– Уже занимаюсь. Сколько предполагаемых пострадавших?

– Неизвестно. Будьте готовы ко всему. Кристиан, настрой все каналы связи и проверь резервные системы. Кейт, подготовь полный комплект маскировочных средств. Артур, проверь холодное оружие и подготовь спецсредства ближнего боя.

Кристиан поднял голову от оборудования:

– Связь проверена, жду дальнейших инструкций по частотам.

Кейт добавила:

– Маршал, может, стоит взять дополнительные комплекты? Ситуация неясная.

– Хорошая мысль, Кейт. Добавь в список два дополнительных комплекта. И подготовь варианты для разных типов местности.

Артур подошёл ближе:

– Охотники ничего не сообщили? Какие предполагаемые сценарии?

Сообщили, и мне это не понравилось. На это задание приходится брать новобранцев, которые обучаются всего месяц, если я сообщу им подробности, которые мне передали из Осло, боюсь, ничем хорошим это не закончится.

– Ситуация может оказаться опаснее, чем на первый взгляд. И мы должны быть готовы ко всему. Проверяйте оружие, экипировку, связь. Каждая деталь может оказаться решающей.

Часы тикали, а мы продолжали подготовку. В воздухе витало напряжение, но никто не показывал страха. Мы были командой, готовой к любым испытаниям. И хотя подробности задания оставались не до конца известными, я знала одно: Осло нуждается в нашей помощи, и мы прибудем туда, чтобы выполнить свой долг.

Вскоре все были погружены в работу. Каждый знал свои обязанности, и подготовка шла полным ходом. Мы были готовы встретить любую угрозу лицом к лицу.

Два часа полёта пролетели незаметно, словно миг. Наш самолёт мягко приземлился в Осло, и, выйдя из салона, мы оказались в полной тишине. Город выглядел заброшенным – ни единого огонька в окнах высоток, ни души на улицах. Лишь редкие окна домов светились слабым, призрачным светом, будто кто-то забыл выключить ночник. Тишина была настолько плотной, что её можно было разрезать ножом. Она давила на уши, заставляя нас напрягаться и оглядываться по сторонам. В воздухе витало странное предчувствие беды, и каждый шаг по пустому тротуару казался шагом в неизвестность. Разве в Осло не должно быть много снега?

– Держимся вместе, – тихо приказала я, активируя ночное видение в своих очках. – Кейт, разверни тепловизоры. Нам нужно видеть всё.

Кейт кивнула и быстро настроила оборудование. На мониторах появились размытые контуры зданий, но живых теплосигналов не было.

– Чисто, – прошептала она. – Никого.

– Что здесь вообще произошло? – поинтересовался Макар.

– Это нам и предстоит выяснить, – ответила я. – Вперёд.

Мы двинулись по указанным координатам. Пустые улицы казались бесконечными лабиринтами. Даниил шёл впереди с тяжёлым пулемётом наготове, Мира прикрывала тыл, держа в руках детонатор. Артур постоянно сверялся с картой, корректируя маршрут.

– Чувствуете это? – спросила я, останавливаясь. Тишина здесь какая-то неправильная – слишком плотная, давящая. Я останавливаюсь, прислушиваюсь к собственному дыханию и… к чему-то ещё. – Тёмная энергия… Она здесь повсюду.

Вера настороженно огляделась:

– Что это значит, Маршал?

То самое чувство, которое я не могу объяснить другим. Будто тысячи невидимых игл покалывают кожу, а волосы на затылке встают дыбом. Тёмная энергия здесь, она пропитала каждый камень этих улиц, каждое здание.

– Это значит, что мы столкнулись с чем-то древним, – ответила я, сжимая рукоять кинжала. – С чем-то, что выходит за рамки всего, с чем мы сталкивались раньше.

Охотники переглядываются между собой, но я не могу им рассказать большего. Не могу объяснить, как именно чувствую приближение опасности, как мой организм словно настраивается на эту зловещую частоту. Это похоже на шестое чувство, обострённое до предела.

В воздухе витает запах гари, хотя нигде нет огня. Металлический привкус появляется на языке. Я знаю – это знак. Что-то ужасное произошло здесь совсем недавно, и теперь тьма ждёт своего часа, чтобы нанести удар.

Артур активировал свои датчики:

– Показатели зашкаливают. Это не просто тёмная энергия – это что-то… иное.

Мои пальцы непроизвольно сжимают рукоять кинжала. Дар, который я не понимаю до конца, сейчас кричит об опасности. Каждый нерв натянут как струна. Я чувствую, как тьма клубится в переулках, как копится в заброшенных домах.

Мы двигаемся дальше, и с каждым шагом напряжение растёт. Кристиан поддерживал связь с базой, но в его наушниках слышался только белый шум.

– Связь пропадает, – сообщил он. – Как будто что-то блокирует сигналы.

Мы достигли древнего храма, чьи стены хранили тайны веков. Здание выглядело так, будто его построили задолго до появления христианства. Резные узоры на стенах рассказывали истории, которые лучше было бы оставить забытыми.

– Осторожнее, – предупредила я, когда мы вошли внутрь. – Здесь что-то не так.

Воздух внутри храма был густым, почти осязаемым. Символы на стенах светились тусклым, неестественным светом. Они двигались, словно живые, меняя свою форму в ритме, понятном только им.

– Что это? – спросила Кейт.

Я почувствовала, как тёмная энергия становится плотнее, концентрируется в центре зала. Моё тело реагировало на неё – каждый нерв звенел от напряжения.

– Смотрите, – прошептала Мира, указывая на пол. – Эти символы… Они образуют какой-то узор.

Я подошла ближе, изучая рисунок. Что-то в нём казалось знакомым, но я не могла понять, что именно. Внезапно мои пальцы зачесались, словно их тянуло к центру узора.

– Не прикасайтесь! – крикнул Артур.

– Невероятно, – прошептала Мира, глядя на приборы. – Показатели засекли уменьшение тёмной энергии.

– Как это возможно? – резко спросил Артур, подходя к Мире.

– Разберёмся с этим позже, мы должны вернуться к заданию, – твёрдо произнесла я, направляясь к выходу.

Лиза достала планшет:

– Маршал, координаты ведут нас к центру города. Туда, где концентрация энергии была максимальна.

Я кивнула:

– Тогда вперёд. Но теперь мы должны быть вдвойне осторожны. Мы столкнулись с чем-то, что требует особого подхода.

Тьма сгущалась вокруг нас, а воздух становился всё тяжелее. Мы приближались к эпицентру катастрофы, и я чувствовала, как древняя сила пробуждается, ожидая нашего появления.

Что бы ни ждало нас впереди, мы были готовы встретить это лицом к лицу. Потому что такова судьба охотников – сражаться с тьмой, какой бы древней и могущественной она ни была.

Напряжение в группе нарастало с каждой минутой. Я заметила, как дрожат руки у некоторых охотников, как участилось их дыхание. Все, кроме Артура, – он словно не замечал сгущающейся тьмы, будто был готов к этому моменту всю свою жизнь.

– Спокойно, – прошептала я, чувствуя, как сама энергия города проникает в каждую клеточку тела. – Мы справимся.

Достигнув координат, мы замерли, словно окаменев. Перед нами открылась площадь, залитая неестественным серебряным светом, который казался жидким и почти осязаемым. В воздухе витало ощущение чего-то чуждого и завораживающего. В центре площади, словно из ниоткуда, начало проявляться нечто…

– Что это? – голос Лизы дрогнул.

Из густой темноты медленно проявилось нечто, напоминающее сгусток чёрного, вязкого дыма. Он пульсировал, словно живое существо, меняя форму, извиваясь и становясь то больше, то меньше. Его очертания были зловещими, а присутствие вызывало трепет. Это была демоническая сущность, древняя и могущественная, окутанная мистическим ореолом.

Следом за первым сгустком из мрака начали появляться другие. Их было много – целая армия. Они возникали один за другим, словно из ниоткуда, образуя стройную, зловещую процессию. Их формы были размытыми, но в них угадывались очертания существ, внушающих ужас. Они двигались синхронно, словно подчиняясь невидимому ритму, и их присутствие наполняло воздух ощущением неизбежности.

– Не паникуем! – мой голос прозвучал твёрдо и уверенно. – Держим строй! Мира, план «Б»!

Сущности начали принимать очертания – острые, угловатые формы, искажённые в своей демонической красоте. Они двигались медленно, словно наслаждаясь нашим страхом.

– Что это? – спросил Даниил.

– Демоны, – прорычал Артур.

– Огонь! – крикнула я, первой открывая стрельбу из винтовки.

Даниил выпустил очередь из пулемёта, но пули проходили сквозь дымные тела, не причиняя вреда. Лиза активировала светошумовые гранаты, создавая ослепляющие вспышки. Кейт развернула защитные экраны, прикрывая группу.

– Железо! – приказала я. – Оно должно их задержать!

Артур шагнул вперёд, вскинув клинок. Лезвие мерцало странным, неземным светом, будто поглощая солнечные лучи и отражая их обратно в виде ослепительных искр. Сущности, до этого тихо копошившиеся в тени, зашипели, почувствовав приближающуюся угрозу. Их дымные тела задрожали, а воздух вокруг наполнился густым смрадом разложения и древних заклинаний.

– Что за… – прошептала я, глядя на Артура.

Взмахнув клинком, я наблюдала, как Артур прорезает не только плоть, но и саму ткань реальности. Лезвие рассекло пространство, оставив за собой мерцающий след. Существа, которых он разрубил, рассыпались в пыль, а их крики растворились в пустоте. Но на их месте тут же появлялись новые, словно из ниоткуда.

Железо оказалось бессильным перед ордой демонов. Пули проходили сквозь их дымные тела, словно через призраков. Только клинок Артура продолжал наносить урон существам. Что это значило? Неужели он знал о предстоящей битве заранее?

Вопросы роились в моей голове, но времени на размышления не было. Сущности приближались, их количество росло с каждой секундой.

– Маршал! – крикнула Лиза, её голос дрожал от страха. – Нам нужно отступить! Их слишком много!

Я парировала удар демона, чувствуя, как мой клинок проходит сквозь дымное тело. Демон надвигался на меня, его демоническое тело извивалось в воздухе, словно живое облако тьмы. Остальные охотники были заняты своими противниками, и я оказалась один на один с этим порождением мрака.

– Думаешь, смертная, что сможешь меня остановить? – прошипел демон, его голос был соткан из тысячи голосов, эхом отражающихся от стен.

Я не ответила. В моей руке блеснул клинок, отражая тусклый свет. Тёмная энергия существа окутывала меня, пытаясь проникнуть в разум, но я держалась. Существо взмахнуло дымной рукой, пытаясь схватить меня, но я увернулась, скользя по мокрому асфальту. Клинок рассекал воздух, оставляя за собой светящийся след.

– Не так быстро, тварь! – прорычала я, уворачиваясь от очередного удара.

Демон атаковал снова и снова, его дымные щупальца тянулись ко мне, пытаясь схватить, разорвать на части. Но я была быстрее, я была готова. Собрав всю силу, я бросилась вперёд, уклоняясь от смертоносных щупалец. Клинок в моей руке загорелся ониксовым светом, словно сам металл ожил.

– Сдохни! – закричала я, вкладывая в удар всю свою ярость, весь свой гнев, – удар пришёлся точно в центр существа. Клинок вошёл в дымное тело, и произошло нечто невероятное – демон начал распадаться, словно его поглощал сам свет. Тёмная сущность истошно вопила, её крик разрывал барабанные перепонки.

Существо рассыпалось в прах, оставляя после себя лишь едкий запах серы и густой, тяжёлый пепел. Я стояла, словно в трансе, не в силах поверить в то, что видела. Воздух вокруг был наполнен странным, тревожным ощущением, а сердце колотилось так, что, казалось, готово было выскочить из груди. Как такое возможно? Это был обычный клинок, самая обычная сталь, которую я держала в руках, и вдруг она оказалась способна уничтожить демона? Я не могла осознать это, не могла поверить, что такое возможно.

Или всё дело в рунах, которые всегда были выведены на рукояти кинжала? В этот момент я поняла – в этой войне есть что-то большее, чем просто оружие. Есть сила, о которой мы даже не подозревали.

Вдруг из теней показалась вторая группа охотников из Осло. Они были измотаны, их лица были искажены усталостью и страхом.

– Помощь пришла! – прохрипел их командир. – За мной!

Вместе мы образовали единый фронт. Объединённые силы позволили нам оттеснить демонов. Я нанесла ещё один решающий удар, чувствуя, как клинок проникает в самую суть тёмного существа.

– У нас получается! – восторженно кричал Макар.

Битва постепенно стихала. Демоны отступали, рассеиваясь в воздухе, оставляя после себя лишь запах серы и пепла. Но победа далась дорогой ценой – город остался безжизненным. Ни одного жителя не осталось в Осло. Куда они делись? Были ли они похищены или превратились в нечто иное?

– Все целы? – спросила Кейт, оглядывая охотников.

– Это было ужасно, – дрожащим голосом ответила Лиза. – Эти твари – демоны?

– Проверить город! – приказала я, мой голос звучал глухо в мёртвой тишине. – Нужно найти выживших!

Но поиски оказались тщетными. Только пепел и следы борьбы напоминали о том, что здесь когда-то кипела жизнь. Тишину нарушали лишь наши тяжёлые шаги и дыхание.

Артур подошёл ко мне, его глаза словно светились в темноте:

– Маршал, неплохой удар.

– У тебя тоже, – я кивнула, чувствуя, как холод пробегает по спине. Это задание только начало раскрывать свои тайны. Я чувствовала, что впереди меня ждали новые загадки и опасности, а главное – вопросы о природе моего кинжала и его истинной силе.

Тьма отступила, но не исчезла полностью. Она затаилась, ожидая момента для нового удара. И мы должны были быть готовы к этой встрече. Но теперь я знала одно – в этой войне всё не так просто, как казалось изначально. И, возможно, мы только что вступили в конфликт, который изменит всё, что мы знали о мире.

– Маршал, что теперь? – окликает меня Кейт.

– Для начала вернёмся на аванпост, и я поговорю с Николасом, – твёрдо и уверенно отвечаю я. – Но вы правы, эти монстры – демоны. Мы столкнулись с чем-то, с чем не сталкивается обычный охотник.

Мрак сгустился над городом, словно празднуя свою победу. Мы стояли посреди этого безмолвия, понимая, что это только начало. Начало чего-то гораздо большего и гораздо более опасного.

– Поэтому готовьтесь, – продолжила я. – Я чувствую, что мы на пути к чему-то важному и опасному.

Обратный путь к аванпосту проходил в тяжёлом молчании. Я сидела в вертолёте, погружённая в свои мысли. События в Осло не выходили из головы. Демоны… Их сущность, их поведение – всё казалось таким знакомым, словно я уже встречалась с подобным раньше.

Тёмная энергия, которую я чувствовала, была мне знакома. Будто где-то в глубинах памяти хранились воспоминания, но они ускользали, словно дым на ветру. Я пыталась ухватиться за них, но они растворялись, оставляя лишь смутное ощущение дежавю.

Демонические сущности… Их формы, их движения, даже их запах – всё это казалось частью моего прошлого. Но какого прошлого? Я не могла вспомнить. Словно кто-то стёр важные фрагменты моей памяти, оставив лишь смутные тени воспоминаний.

Бесстрашие всегда было моей чертой. И даже демоны не могли напугать меня, но то, что произошло в Осло, тревожило до глубины души. То, как мой клинок оказался способен их убивать… Это не было случайностью.

Я провела рукой по рукояти, ощущая знакомые изгибы, разглядывая символы – древние, могущественные. Они пульсировали в такт с моим сердцем, словно были частью меня самой.

– Маршал? – голос Артура вывел меня из размышлений. – О чём задумалась?

Я посмотрела на кинжал Артура, тот был сделан из чёрного металла, мой же был простым, серебряным. Так как такое возможно? Два совершенно разных оружия, но имеют одинаковый эффект?

– О том, что нам предстоит, – ответила я, переводя взгляд на мелькающий за окном пейзаж. – Эти демоны… Они не последние. Я чувствую это.

Остальные охотники переглянулись между собой. Они не знали о моих странных особенностях, поэтому мои слова только сбивали с толку.

– Но нам удалось с ними справиться, – продолжил Артур. – И еще не ясно, что произошло в том храме, что это были за символы.

– Что-то странное, – начала я. – Эти существа… Они кажутся мне знакомыми. Словно я уже встречала их раньше.

Мира нахмурилась:

– Может, в архивах есть что-то? Старые записи, легенды?

– Возможно, – согласилась я. – А возможно, это такие же обычные монстры, с которыми мы сталкиваемся каждый день. Не берите в голову.

Вертолёт приземлился на площадке аванпоста. В который раз я убедилась – моё прошлое хранит тайны, и эти тайны могут оказаться ключом к пониманию того, что происходит сейчас.

***

Николас развернул на столе карту мира, испещренную красными точками и пометками. Я наклонилась ближе, вглядываясь в символы.

– Что это? – спросила я, указывая на странные знаки.

Он провёл пальцем по одной из точек.

– Это отчёты со всего мира. За последние шесть месяцев количество аномалий выросло в геометрической прогрессии.

Я пробежала глазами по пометкам:

– Увечья скота, неурожаи, электрические бури… Это же обычные природные явления.

Николас покачал головой.

– Не в таком количестве и не с такой частотой. Посмотри сюда, – он указал на график. – За последний месяц количество молниевых ударов увеличилось на сорок пять процентов. А это… – его палец переместился к другой колонке. – Необъяснимые случаи гибели скота в десяти разных странах.

Я нахмурилась, пытаясь сложить картину.

– Но как это связано с тёмными силами и демонами?

Капитан вздохнул, откидываясь на спинку стула.

– Тёмные силы всегда оставляют след. Они питаются энергией мира, нарушают природный баланс. Электрические бури – это проявление их присутствия в атмосфере. Увечья скота… – он замолчал, подбирая слова. – Это их способ пометить территорию, показать, что они здесь.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– А неурожаи?

– Они высасывают жизненную энергию из почвы, из растений. Это как раковая опухоль – сначала незаметно, потом всё больше и больше.

Я обвела взглядом карту. Красные точки словно образовывали невидимую сеть, охватывающую весь мир.

– И что мы можем сделать?

Николас посмотрел мне прямо в глаза.

– Мы должны найти их логово. Определить центр этой аномалии. Но они умны – действуют через посредников, через существ низшего порядка. Нам придётся искать следы, читать между строк.

– Низшего порядка?

– Монстры.

Он помолчал, затем добавил:

– Наш враг невидим. Он прячется за масками обычных существ, маскируется под природные катаклизмы. Но мы знаем правду. И мы должны быть готовы встретить его лицом к лицу, когда он проявит себя.

Я кивнула, чувствуя, как внутри растёт решимость. Мы столкнулись с чем-то большим, чем просто отдельные нападения. Это была война – тихая, незаметная для обычных людей, но от этого не менее опасная.

– Когда начинаем? – спросила я, уже зная ответ.

Николас улыбнулся уголком рта.

– Мы уже начали, Маршал. И останавливаться не собираемся.

– Но почему сейчас? – спросила я, чувствуя, как внутри нарастает тревога. – Почему раньше мы не сталкивались с такими масштабными проявлениями?

Капитан задумчиво провел рукой по щетине.

– Потому что враг стал смелее, – ответил он наконец. – Тёмные силы всегда были здесь, Маршал. Всегда. Просто раньше они действовали осторожнее, прятались за завесой тайны.

Я нахмурилась, пытаясь осмыслить его слова.

– Но почему сейчас они решили показать себя?

Николас тяжело вздохнул, словно взвешивая каждое слово.

– Возможно, они чувствуют, что время пришло. Возможно, они нашли способ обойти наши защитные механизмы. А может… – он сделал паузу. – Может, они просто стали сильнее.

Я обвела взглядом карту, испещренную красными точками.

– Но как мы можем противостоять силе, которая, судя по всему, растёт с каждым днём?

Капитан посмотрел мне прямо в глаза.

– У нас есть то, чего нет у них, – сила и знание. Мы знаем, с чем имеем дело, а они не знают наших планов.

Я указала на одну из точек на карте:

– А что, если это только начало? Что, если это лишь разведка перед главным ударом?

Николас кивнул, его лицо стало серьёзным как никогда.

– Именно поэтому мы должны быть готовы. Каждая аномалия, каждое происшествие – это подсказка. Мы должны собрать все кусочки мозаики, чтобы увидеть полную картину.

Я помолчала, обдумывая его слова.

– И что теперь? Просто ждать, пока они сделают следующий шаг?

– Нет, – твёрдо ответил Николас. – Мы будем действовать на опережение. Изучим каждый случай, проанализируем каждую деталь. Мы найдём их слабое место.

Он помолчал, затем добавил:

– И помни: даже самые тёмные силы имеют свои ограничения. Они могут быть древними и могущественными, но они не всесильны.

Я кивнула, чувствуя, как решимость наполняет меня.

– Тогда давайте найдём их ахиллесову пяту.

Николас улыбнулся уголком рта.

– Именно это мы и собираемся сделать, Маршал. Вместе.

Его слова прозвучали как обещание, как клятва. И я знала – мы действительно справимся. Потому что вместе мы сильнее любой тьмы.

Глава 6. Пророчество

В её крови течёт сила древних богов,

В его душе – тьма тысячелетий.

Их встреча изменит ход судеб,

И мир увидит новый рассвет, когда тьма придёт.

– Из древних свитков Хранителей.

Тьма леса обступала со всех сторон. Ветви вековых деревьев, словно когти чудовища, царапали небо. Я бежала, зная, что за спиной – смерть. Но страха не было. Только холодный расчёт и жажда победы.

Они настигали меня – адские гончие, порождения самой тьмы. Их было двенадцать, и каждый шаг приближал их к моей спине. Их рычание эхом разносилось между стволами, но я не останавливалась.

Опушка появилась внезапно. Я знала, что они здесь. Ждали. Готовились к последнему прыжку. Но они не учли одного – я привела их в ловушку.

Вспышка разорвала тьму. Световые гранаты ослепили гончих, заставив их потерять концентрацию. Они взвыли от ярости, но было поздно. Мой клинок уже нашёл свою первую жертву.

Сталь рассекала тьму, оставляя за собой следы света. Один за другим падали адские псы, не в силах противостоять моей ярости. Их тёмная сущность не могла противостоять силе обсидианового оружия.

Винтовка в моих руках стала продолжением меня. Каждая пуля находила свою цель, каждая пуля была смертельна. Гончие корчились в агонии, но я не останавливалась.

Победа была сладкой. Никто не мог противостоять им в одиночку. Никто, кроме меня. Я стояла среди их останков, чувствуя, как сила наполняет меня.

Пробуждение было резким. Но не было ощущения сна. Только смутное чувство – может быть, это было воспоминание? Или просто игра подсознания?

Я сидела на кровати, чувствуя, как пульс стучит в висках. Может быть, это просто отражение моих страхов и желаний? Или эхо чьей-то чужой истории?

Тени в комнате словно замерли, наблюдая за мной. В их изгибах чудилось что-то знакомое, но непостижимое.

Может быть, это просто сон. А может быть… Где-то в глубинах памяти скрывается ответ, который может изменить всё.

Оставалось только ждать. И быть готовой к тому, что может прийти следующей ночью. К тому, что может раскрыть завесу над моим прошлым. Или, возможно, над чьей-то чужой судьбой, переплетённой с моей собственной.

Уснуть теперь вряд ли получится, я переворачиваюсь на спину и тяжело вздыхаю. Ненавижу такие сны. Они всё больше похожи на воспоминания.

В этот момент Вероника, спавшая у меня в ногах, поднимает голову и смотрит на меня своими умными глазами. Она всегда чувствует моё настроение, словно маленький компас, реагирующий на перемены в моём эмоциональном состоянии.

– Что, малышка, я тебя разбудила? – шепчу я, поглаживая её мягкую шерсть.

Кошка мурлычет в ответ и трётся о мою руку, словно пытаясь утешить. Её присутствие немного успокаивает мои расшалившиеся нервы.

Беру телефон, проверяю уведомления и вижу дату: 23 февраля.

Чёрт! Сегодня же день рождения Николаса! Со всеми этими тренировками и охотой я совсем забыла об этом. У меня и подарка нет. Что вообще можно подарить человеку, у которого всё есть? Нужно проверить в его кабинете какие-нибудь подсказки. Может, подарить ему книгу или скетчбук для записей?

Вероника следует за мной по пятам, когда я направляюсь на кухню. Она запрыгивает на столешницу и наблюдает, как я запускаю кофемашину. Её хвост ритмично покачивается в такт моим движениям.

– Без кофе я всё равно не начну логично мыслить, – бормочу я, наливая себе первую чашку.

Кошка издаёт тихое мяуканье, словно соглашаясь с моими словами. Она всегда рядом, когда мне нужно собраться с мыслями, и сейчас её присутствие особенно ценно. Пока я пью кофе, она сидит рядом, иногда потягиваясь и снова устраиваясь поудобнее, будто понимая, что мне нужно время, чтобы привести мысли в порядок.

Уже через час я паркуюсь около аванпоста за городом. Алтайские горы – это настоящая жемчужина Сибири, чьи вершины словно созданы кистью искусного художника. Золотые горы – так поэтично называют их на тюркском языке, и это название неслучайно. На закате солнце окутывает пики тёплым золотым сиянием, превращая их в сказочные творения природы. Тот, кто выбрал однажды это место для главного аванпоста Ордена, был определенно гением и ценителем красоты.

Я огляделась. Для девяти утра здесь было уже достаточно оживленно: на парковке я заметила три машины, не считая моей. В холле первого этажа охотники грузят серебряные стрелы и пули в ящики. Я что-то пропустила? Николас отправляет Бету на задание?

Прогоняю подозрительные мысли, пересекаю лестницу до второго этажа и иду прямо к кабинету капитана. Инквизитор обычно в это время делает обход по арсеналу с оружием, значит, у меня есть отличная возможность осмотреть его кабинет на предмет идеи для подарка.

Открываю дверь своим ключом, который однажды дал мне капитан, сказав, что доверяет мне больше, чем себе. Кабинет встретил меня пугающей темнотой и тишиной.

Включаю свет и решаю быстро осмотреться, нельзя терять ни секунды. Подхожу к книжным стеллажам, провожу пальцами по корешкам книг.

– Что ты любишь читать? Кодекс охотников? – размышляю я вслух. Вряд ли ему нужна еще одна книга, он не настолько одержим ими, как я.

Отворачиваюсь от книг и осматриваю интерьер кабинета. Может, подарить ему картину? Нарисовать его портрет? Нет, это будет долго. Стол! На столе должны быть подсказки.

Подхожу к его столу, и глаза разбегаются по разному хламу на нём. На столе чего только нет: личные дела охотников, фолианты, клинки, лампа, кружка с недопитым чаем, канцелярия. Чёрт. Так я точно ничего не придумаю.

– Ну давай же, должно быть хоть что-то! – бормочу я себе под нос.

Сажусь в кресло и решаю проверить ящики в столе. В первом и втором тот же хлам, что и на столе, а третий ящик оказался заперт. Ну разве для меня это проблема? Беру шпильку из пучка и вскрываю замок. Ящик оказался пуст. Хм.

– Зачем запирать пустой ящик?

Проверяю его стенки, стучу по задней крышке, а затем ощупываю дно. Странно. Там точно что-то есть. Встаю с кресла и присаживаюсь на пол. Прислушиваюсь к шуму в коридоре, кто-то из охотников прошел мимо. Возвращаюсь к потайному дну, беру со стола один из клинков и аккуратно поддеваю им дно. Оно открывается, и там я замечаю множество бумаг и книг. Что всё это?

На самом дне я нахожу несколько личных дел охотников, которых я не знаю или не помню. В каждом деле указано, что все они ликвидированы. Следом достаю из ящика очень старый фолиант. Почему Николас хранит его здесь, а не на полке с остальными книгами?

Судя по выцветшим буквам на обложке, смею предположить, что ему очень-очень много лет. Приглядываюсь и понимаю, что название на книге: «Кодекс Хранителей». Ого! Это какая-то древняя версия Кодекса Ордена охотников?

Аккуратно раскрываю его, боясь повредить пожелтевшие страницы. Почти все чернила стёрты, можно различить лишь отдельные слова. Страницы очень странные на ощупь, слишком толстые и грубые для обычной бумаги, может, специальный пергамент XVIII века?

Я долистала почти до самого конца и наткнулась на жуткие письмена: по краям были выведены чёткие руны и символы, они очень были похожи на те, что красовались на моём кинжале. Каждое слово выведено красивым каллиграфическим почерком, а после всего следовал текст:

В час, когда истончится грань миров,

Когда живых и мёртвых путь готов,

Родится та, что тьму в себе несёт,

Чей путь предрешён, чей час уж бьёт.

Из коридора раздался шум, и я задержала дыхание. Было нечто волнительное в этом, будто я держу в руках то, что не должно было в них попасть. Однако я продолжаю читать:

В её крови – погибель и рассвет,

В её душе – любви и смерти свет.

Звёзды сошлись, начертав судьбу:

Охотница встретит тьму в бою.

Король беззвёздной ночи тёмной,

Судьбой с ней навеки он знаком.

Их встреча…

На этом текст обрывается, словно кто-то специально оторвал часть страницы, не желая, чтобы кто-то узнал конец этой истории. Я полистала еще немного, но на этом всё. У меня было странное предчувствие. Почему Николас хранит эту странную книгу, и почему нам ничего не известно о существовании Кодекса Хранителей?

Думаю, завтра спрошу у него об этом, а сегодня мне нужно сконцентрироваться на другом. День рождения.

Убираю всё на место, поправляю всё, что могла случайно задеть, чтобы капитан не понял, что кто-то был в его кабинете. Прислушиваюсь ко звукам в коридоре. Тишина. Делаю глубокий вдох и выхожу. В коридоре никого. Поэтому решаю пойти на поиски Кейт, может, у нее есть идея с подарком?

Охотницу я нашла возле дверей арсенала, она разговаривала о чём-то с Николасом. Увидев его, у меня сразу затаилось чувство внутри, что он что-то скрывает, если не от всех, то от меня точно.

– Маршал! Мы как раз говорили о тебе! – воскликнула Кейт, как я подошла к ним.

– Что-то случилось? – спокойно ответила я, стараясь не выдать своё раздражение.

– Ты напряжена. Всё в порядке? – с волнением спросил Николас и посмотрел мне в глаза.

Может ли он читать мысли? Было ощущение, что именно это он и пытался сделать.

– Сегодня мы празднуем день рождения капитана в «Риме», – Кейт, как и я, проигнорировала вопрос Николаса. – Мы собираемся там в восемь вечера, будет много выпивки и танцев! – ее глаза сверкали от восторга. – Можешь пригласить своего парня, – охотница подмигнула мне.

Своего парня… У меня никогда не было парня. Я никогда не ходила на свидания, никто меня не обнимал, и я ни разу ни с кем не целовалась. По крайней мере, я помню именно это.

Иногда я смотрю на других девушек, на то, как они смеются и флиртуют, как держатся за руки со своими парнями, и чувствую себя чужой в этом мире. Словно я из другого измерения, где нет места нежности и любви.

В моей жизни всегда было только одно – охота. С самого начала я посвятила себя этой миссии, этому долгу. Но иногда, когда ночь особенно тёмная, а тишина давит на плечи, я задумываюсь: а что, если бы всё сложилось иначе?

Может быть, где-то там, в параллельной реальности, я бы училась в университете, ходила на вечеринки, влюблялась и страдала от неразделённой любви. Может быть, у меня были бы подруги, с которыми можно было бы поделиться секретами, или брат, который защищал бы меня от всех невзгод. Или сестра…

Но вместо этого у меня есть только кинжал, только долг и только монстры, с которыми я борюсь каждый день. И иногда мне становится так одиноко, что хочется закричать.

Интересно, о чём я мечтала в детстве? О принце на белом коне? Представляла ли я себе свадьбу, семью и детей?

Может быть, это к лучшему. Может быть, моё предназначение требует полной самоотдачи, не оставляя места для личной жизни. Но иногда… иногда я не могу не думать о том, чего лишилась. И в эти моменты я крепче сжимаю рукоять клинка, напоминая себе, что у меня есть цель, что я нужна этому миру. Что мой долг важнее личных желаний и мечтаний. Жизнь охотника не подразумевает романтические отношения или привязанность к кому-либо. Каждый наш день может стать последним.

Но глубоко внутри, там, где прячется настоящая я, живёт маленькая девочка, которая всё ещё верит в сказки и мечтает о простом человеческом счастье. О том, чтобы кто-то просто обнял её и сказал, что всё будет хорошо. Возможно, именно поэтому я так привязана к Веронике.

– Какой парень? – мрачный голос капитана вырвал меня из раздумий.

– Ничего серьёзного, просто парень из кафе. Я видела его всего один раз и даже не знаю его имени.

– Она скромничает! – возразила Кейт.

Нужно срочно менять тему, потому что взгляд Николаса был готов прожечь во мне дыру.

– Я приду одна. В восемь, – ответила я и повернулась к Кейт. – Можно тебя?

– Да, одну минуту, – Кейт обратилась к Николасу, передавая ему бумаги и давая какие-то пояснения. Вскоре мы покинули территорию аванпоста и направились в город для поиска подарка Николасу. По пути я заметила, что за нами увязалась тень – Артур. Он держался на расстоянии, но я была уверена, что это он.

– Вообще-то я думала спросить у тебя совета, что дарить капитану, – обиженно сказала Кейт, когда мы проходили мимо полок с разными мелочами в торговом центре.

– А я у тебя, – пожала я плечами.

– Может, ему вообще ничего не нужно?

– Для приличия мы должны хоть что-то выбрать.

На третьем этаже мы нашли небольшой магазинчик старых артефактов. Это навеяло меня на мысли о той старой книге и пророчестве. Пока мы рассматривали полки с сувенирами, амулетами и книгами, я заметила, как Артур остановился у витрины напротив и делает вид, что изучает витрину с антиквариатом.

Моё внимание привлёк кинжал, искусно сделанный из серебра. То, что нужно. Пока продавец упаковывал сувенир, я предложила Кейт выпить кофе. В кафе я заметила, как Артур занял столик неподалёку, делая вид, что читает газету.

– Извини, не стоило при Николасе говорить о том парне, – заговорила Кейт, когда мы расположились за столиком.

– Это просто парень. Я его не знаю.

– Мне казалось, он пытался познакомиться с тобой, – Кейт удивлённо выгнула правую бровь.

Я пожала плечами:

– Пытался, ну и что? Он спросил моё имя, а я… даже назвать его не смогла.

– Маршал… – девушка резко замолчала. – Извини, но почему за пять лет ты не выяснила своё прошлое имя?

– Все эти годы мне казалось, что Маршал – этого достаточно, – я попыталась сохранить равнодушный тон голоса, хоть и вышло не очень.

– Откуда оно вообще?

– Когда я очнулась пять лет назад, на мне была форма охотника, а на куртке нашивка: «А. Маршал». Так что, по сути, это часть моего имени.

– И ты не пыталась ничего выяснить о себе?

– Пыталась. Но это всё очень сложно.

– Как скажешь! Но я даже рада, а вдруг мы в той жизни не стали бы друзьями? – Кейт засмеялась, и мы продолжали пить кофе.

В этот момент Артур отложил газету и направился к нашему столику.

– Не помешаю? – спросил он, приподнимая бровь.

– Нет, конечно! – оживилась Кейт. – Присоединяйся!

– Спасибо, – кивнул он, усаживаясь напротив меня. – Раз уж мы все здесь, может, обсудим кое-что? – его взгляд остановился на мне. – Николас хочет…

– Позже, – отмахнулась Кейт. – Сейчас мы выбираем подарок Николасу.

Артур усмехнулся:

– И как успехи?

– Только что купили кое-что интересное, – улыбнулась я, доставая упакованный кинжал.

Артур внимательно осмотрел подарок:

– Неплохо. Капитану должно понравиться.

– Кстати! – неожиданно воскликнула Кейт. – Ты так и не рассказал о Бритт, – охотница уставилась на своего брата.

Артур глубоко вздохнул, прежде чем ответить:

– А о чём тут можно говорить? Всё просто: я согласился на встречу, выслушал её и убил.

Я нахмурилась:

– Бритт – это твоя бывшая девушка-вампир?

– Именно, – холодно ответил Артур.

– И ты ни разу не пожалел об этом? – тихо спросила я, чувствуя, как внутри всё сжимается от его спокойного признания.

Кейт переглянулась с братом, словно пытаясь прочесть его истинные чувства.

– Жалеть о выполнении долга – значит предать всех, кого мы защищаем, – ответил Артур, но в его голосе проскользнула нотка горечи. – Она была вампиром. Этого достаточно.

– Но она была твоей девушкой, – настаивала я. – Разве чувства ничего не значат?

Кейт покачала головой:

– Когда ты охотник, у тебя нет права на чувства. Особенно к тем, кто по другую сторону.

– Но разве не может быть исключений? – не унималась я.

Артур посмотрел мне прямо в глаза:

– Именно поэтому мы и становимся охотниками – чтобы не приходилось делать выбор между чувствами и долгом. Чтобы не позволять себе привязываться.

Его слова повисли в воздухе тяжёлым грузом. Я вдруг осознала, насколько одинока жизнь охотника. Без права на любовь, без возможности позволить себе слабость.

– Знаешь, – медленно произнесла я, глядя Артуру в глаза, – ты прав. Полностью прав. Наша работа требует жертв, и чувства здесь действительно могут только помешать.

Кейт заметно расслабилась, словно мои слова были именно тем, что она хотела услышать.

– Именно так, – кивнула она. – Мы не можем позволить себе слабость. Особенно когда речь идёт о безопасности невинных.

Артур слегка улыбнулся:

– Рад, что ты это понимаешь. Многие не могут принять эту истину, и это часто заканчивается плохо.

В его голосе прозвучало что-то похожее на одобрение, и впервые за всё время я увидела, как его напряжённое лицо немного расслабилось.

Я обдумала его слова и добавила:

– То, что ты смог принять такое решение… Это показывает твою силу, Артур. Не каждый способен поставить долг выше личных чувств.

Он пожал плечами:

– Это не гордость. Это необходимость. Мы все делаем то, что должны.

Кейт вмешалась:

– И именно поэтому мы команда. Потому что каждый из нас понимает важность этого выбора.

Я кивнула, чувствуя, как внутри что-то меняется. Возможно, я всегда знала это глубоко внутри, но сейчас эти истины стали ещё яснее.

К восьми вечера мы с Кейт, как и планировали, вместе переступили порог «Рима».

При входе в клуб словно попадаешь в параллельную вселенную, где реальность переплетается с фантазией. Многоуровневые потолки с встроенной подсветкой создают ощущение космического пространства, а мерцающие огни – словно звёзды на ночном небе.

VIP-зоны оформлены с особой роскошью: мягкие диваны из чёрного бархата, столики с хромированными элементами, приглушённое освещение создают атмосферу уединённости и комфорта. Стеклянные перегородки мягко рассеивают свет, создавая загадочную игру теней.

В этом пространстве время словно останавливается, а реальность растворяется в потоке света и музыки, превращая обычный вечер в незабываемое путешествие в мир развлечений и ярких впечатлений.

В клуб я решила надеть что-то простое, но элегантное. Волосы оставила ниспадать волнами, нанесла макияж, подчеркивающий мою естественную красоту. Надела чёрную кожаную куртку и такие же кожаные брюки, подчёркивающие мою фигуру и создающие современный и дерзкий стиль.

Мы разместились в VIP-зоне, здесь собралось порядком двадцать охотников, некоторые уже танцевали в общем зале.

– Что ты сегодня пьешь? – Николас присел рядом и положил свою руку на спинку дивана за моей спиной.

– Сегодня я упиваюсь кофе, – я выдавила из себя подобие улыбки.

В памяти были еще свежи слова из того фолианта и то, что Николас что-то от меня скрывал. Или я всё это придумала?

– В последнее время я взвалил на тебя слишком много обязанностей, – капитан покачал головой. – Нужно устроить тебе разгрузочные дни, может, посетим кино?

Я внимательнее оглядела его. В глазах Николаса блестели огоньки от прожекторов, а его языком управлял коктейль. Или как еще объяснить то, что он предлагает мне сходить в кино?

– Если я не буду защищать наш мир каждый день, то кто тогда это сделает за меня? – ответила я ему.

– Ты права. Ты лучшая, – его взгляд замер на моих губах. – Лучшая охотница. Я уже говорил тебе, что горжусь тобой? Ты особенная, Маршал.

– Я знаю это, – я отвернулась, желая сбежать. Меня спасла Кейт, которая утащила меня на танцпол.

Я осталась у барной стойки, наблюдая за тем, как Кейт и Мира растворяются в музыке. Их смех и радостные крики доносились даже сквозь грохот динамиков. Свет прожекторов играл на их лицах, делая их почти неземными.

Здесь, в этом оживлённом клубе, царила атмосфера веселья и беззаботности. Музыка гремела, люди смеялись, танцевали и общались, создавая впечатление, что все вокруг живут полной жизнью. Но я чувствовала себя чужой, словно попала сюда случайно. Не то чтобы я не хотела веселиться – напротив, в глубине души мне очень хотелось присоединиться к этой энергии, стать частью этой шумной и яркой компании. Однако я никогда не умела расслабляться и радоваться так, как это делали они.

Моя жизнь, проведённая в одиночестве на охоте, научила меня быть всегда начеку, даже когда вокруг царило веселье. Каждый звук, каждое движение казались мне подозрительными, как будто за каждым углом могла поджидать опасность. И в этом клубе, среди беззаботных лиц и громкой музыки, я продолжала чувствовать себя настороже, как дикая кошка, готовая в любой момент броситься в укрытие.

Мои пальцы машинально сжимали рукоять кинжала под курткой. Бармен, заметив моё напряжение, поставил передо мной стакан воды.

– Первый раз здесь? – спросил он, протирая стойку.

Я покачала головой:

– Нет. Просто не люблю шумные места.

Он понимающе кивнул:

– Понимаю. Некоторые люди созданы для тишины.

Я улыбнулась его словам. Он был прав. Тишина и одиночество всегда были моими верными спутниками.

Из толпы вынырнула Лиза, её волосы были растрёпаны, а на губах играла улыбка.

– Почему не танцуешь? – спросила она, присаживаясь рядом.

– Не моё это, – честно ответила я. – Предпочитаю наблюдать.

Лиза оглянулась на танцующих:

– Знаешь, иногда нужно позволять себе быть обычной.

Я усмехнулась:

– Обычной я была недолго. Теперь у меня другая роль.

Она не стала спорить. Просто кивнула и перевела взгляд на танцпол.

– Они счастливы, – заметила она. – Важно позволять себе такие моменты.

Я проследила за её взглядом. Кейт и Мира действительно выглядели счастливыми. Может быть, именно этого им и не хватало – простого человеческого веселья.

– Я охраняю их счастье, – тихо произнесла я. – Это тоже важно.

Лиза улыбнулась:

– Да. И ты делаешь это лучше всех.

В этот момент музыка сменилась, и на танцпол вышло ещё больше людей. Я продолжала наблюдать, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. Может быть, Лиза права. Иногда нужно просто позволить другим быть счастливыми, даже если сам ты не можешь присоединиться к их веселью.

Мой взгляд скользил по толпе, отмечая каждого подозрительного человека, каждую тень, каждое движение. Это было моё призвание – защищать их счастье, даже если оно означало оставаться в тени.

Внезапно Кейт появилась рядом, её глаза горели каким-то особенным блеском.

– Пойдём! – схватила она меня за руку. – Там сейчас начнётся что-то невероятное!

Я попыталась сопротивляться:

– Но я…

– Никаких «но»! – перебила она. – Просто следуй за мной.

Кейт буквально вытащила меня на улицу. Ночной воздух был прохладным и свежим после душного клуба. Я зажмурилась от яркого света, но когда открыла глаза…

Небо расцветало тысячами огней. Фейерверки взрывались один за другим, рисуя в темноте причудливые узоры. Красные, синие, зелёные вспышки озаряли всё вокруг, превращая ночь в день.

– Что это? – прошептала я, заворожённо наблюдая за представлением.

– Городской фестиваль, – улыбнулась Кейт. – Он проходит каждый год, но в этом году я попросила его перенести на более позднее время специально для Ника.

Я не могла оторвать глаз от этого великолепия. Огненные цветы распускались в небе, осыпая землю искрами. Каждый взрыв сопровождался аплодисментами случайных прохожих.

Кейт стояла рядом, не говоря ни слова, позволяя мне насладиться моментом. Впервые за долгое время я чувствовала себя… свободной. Не охотницей, не защитницей, а просто человеком, любующимся красотой.

Когда последний фейерверк рассыпался в небе, оставив после себя лишь дымный след, Кейт тихо сказала:

– Иногда нужно останавливаться и смотреть на звёзды. Даже охотникам.

Я повернулась к ней, чувствуя, как тепло разливается в груди:

– Ты права.

В этот момент Николас подошел ко мне и положил руку на моё правое плечо. Я не привыкла к любым видам прикосновения, мне хотелось сбросить его руку, но тут я вспоминаю о своём подарке.

– Николас… – обращаюсь к капитану.

Он переводит взгляд на меня и убирает свою руку с плеча.

– С днём рождения! – я протягиваю ему аккуратно упакованный клинок. Он принимает подарок и улыбается в ответ, взяв мою руку.

– Спасибо.

Капитан подносит мою руку к своим губам и оставляет на моей кисти лёгкий поцелуй, а в его глазах читается неведанное мне раннее желание.

Моё сердце пропустило удар. Такой простой жест, но он заставил меня замереть от неожиданности. Я никогда не испытывала ничего подобного – это чувство было чужим, но в то же время… волнующим.

Глава 7. Клинок судьбы

В каждом клинке скрыта своя история. Одни рождаются из огня, другие – из древних тайн. Мой кинжал – не просто оружие. Он – хранитель памяти, проводник между мирами, связующее звено с прошлым, которое я не могу вспомнить. Его узоры хранят секреты, а рукоять хранит тепло чьих-то чужих ладоней. И пока я не узнаю его историю – не узнаю и свою.

– Маршал. Охотница на тьму, командир группы Альфа.

Тёплый свет лампы падал на страницы моей любимой книги. Я уютно устроилась в кресле, а Вероника свернулась клубочком у моих ног. Её бархатный взгляд был устремлён на меня, словно она действительно понимала каждое слово.

– Так я и потерял себя. Свой покой. Стоило ей оказаться достаточно близко, и моя стена, которую я веками возводил вокруг сердца, обрушилась в одно мгновение. Я поддался её чарам, хотя знал: это путь в бездну. Никогда прежде я не испытывал ничего подобного. Я избегал всего этого – избегал привязанности, близости, уязвимости. Считал, что чувства лишь ослабляют, делают мишенью. Но, встретив её, пропал. Безвозвратно. Когда я посмотрел на её губы… – читала я, когда тишину разорвал резкий звонок телефона.

Вероника подняла уши и настороженно посмотрела на источник звука. Я вздохнула, отложила книгу и взяла трубку.

– Маршал.

– Привет, это Сара. Мы встречались на последнем собрании Ордена в прошлом месяце. У меня проблема, и мне нужна помощь опытного охотника, – её голос звучал напряжённо, почти панически.

– Что случилось? – я мгновенно переключилась в рабочий режим.

– В старом лесу на западе творится что-то странное. Местные охотники заметили группу джиннов. Они не просто появляются – они крадут энергию из природных источников.

– Ты уверена? – я нахмурилась, припоминая особенности этих существ.

– Абсолютно. Я пыталась справиться сама, но их слишком много. Они словно чувствуют, когда я приближаюсь.

Я помолчала, обдумывая просьбу. Вероника тихо мяукнула, будто чувствуя моё колебание.

– Хорошо, я помогу. Но мне нужно время собраться. Вышли мне координаты.

Положив трубку, я посмотрела на кошку.

– Похоже, наша спокойная вечерняя программа отменяется, – сказала я, поднимаясь с кресла. – В горах Алтая снова неспокойно.

Вероника лишь зевнула, но в её глазах читалось понимание – она привыкла к моим внезапным исчезновениям. А я уже доставала из шкафа форму охотника, проверяя, на месте ли винтовка и серебряный кинжал. Ничего лишнего – только то, что нужно настоящему охотнику.

Джинны – сверхъестественные существа из арабской мифологии. У них весьма интересные особенности. Джинны имеют способности к трансформации: могут менять свой облик, размер и даже внешность людей. Часто принимают человеческий вид или облик полупрозрачных существ. Они способны создавать иллюзии, красть энергию из природных источников, насылать болезни.

Эти существа обитают в заброшенных местах – лесах, пещерах, руинах. Могут вселяться в людей, вызывая странные состояния. Но, как и у большинства монстров, у них одна слабость: серебро. О! И самое главное – они не исполняют желания.

Горный Алтай встретил меня пронзительным холодом и кристально чистым воздухом. Лунная ночь раскинула над тайгой свой серебристый полог. Заснеженные вершины гор, укутанные в белоснежные покрывала, казались призрачными в свете полной луны. Морозный воздух искрился в её лучах, создавая миллионы крошечных бриллиантов, которые мерцали в темноте.

Зимний лес погрузился в таинственную тишину. Снег хрустел под ногами, рисуя причудливые узоры на склонах, а вековые сосны, склонившие под тяжестью снега свои ветви, создавали естественный лабиринт теней. В воздухе витал особый аромат – смесь хвои и морозной свежести, которая становилась ещё более ощутимой в ночной тиши.

Лунный свет играл на заснеженных ветвях, создавая причудливые блики и тени. Каждая снежинка, падающая с неба, казалась крошечной звездой, освещающей путь. Тишина была такой густой, что, казалось, можно было услышать, как падает снег.

Я двигалась осторожно, внимательно прислушиваясь к каждому звуку. В этой ночной тишине любой шорох мог означать присутствие чего-то опасного. Природные источники, о которых говорила Сара, сейчас выглядели особенно загадочно – их энергия, обычно невидимая днём, в темноте ночи словно пульсировала, привлекая внимание.

Каждый шаг приближал меня к месту, где, по координатам Сары, обитали джинны. И хотя ночь скрывала многое от моего взгляда, она же делала некоторые вещи более явными – особенно для опытного охотника.

Тени вокруг становились всё гуще, словно живое существо, обволакивающее лес. Моё чутьё становилось всё ярче, указывая верное направление. Я двигалась осторожно, стараясь не выдать своего присутствия.

Внезапно воздух наполнился странными, едва уловимыми звуками – будто шелест тысячи крыльев и тихий смех. Джинны были рядом. Их присутствие искажало пространство, создавая причудливые оптические иллюзии.

Впереди показалось их логово – небольшая поляна, окружённая древними деревьями. Здесь энергия природных источников была истончена до предела, создавая вокруг неестественную ауру. Тёмные силуэты скользили между деревьями, их полупрозрачные тела мерцали в лунном свете.

Я замерла, наблюдая за их действиями. Трое джиннов кружили вокруг источника, вытягивая из него последние капли энергии. Их движения были плавными, почти танцевальными, но в них чувствовалась зловещая сила.

Один из них внезапно остановился, будто почувствовав моё присутствие. Его глаза – два огненных угля – уставились прямо на меня. Остальные мгновенно обернулись, образуя полукруг.

– Кто осмелился нарушить наш ритуал? – прошипел старший джинн, его голос эхом разнёсся по лесу.

Я не ответила. Мои пальцы крепче сжали винтовку. Пришло время показать этим существам, что не все охотники боятся их тёмной силы.

В воздухе запахло озоном – верный признак того, что джинны готовятся к атаке. Но я была готова. Годы тренировок и опыт не прошли даром. Пришло время действовать.

Медленно, почти незаметно, я начала окружать их, используя тени деревьев как прикрытие. Они были сильны, но я знала их слабости. И сейчас пришло время использовать это знание против них.

– Посмотрим, чья магия окажется сильнее, – прошептала я, готовясь к схватке.

Выстрел разорвал ночную тишину, словно молния, разрезавшая чёрное полотно неба. Первая пуля, словно невидимый смертоносный снаряд, нашла свою цель с устрашающей точностью. Один из джиннов, воплощение древних сил, рассыпался серебристой пылью, его тело исчезло, не успев даже издать звука. Второй джинн последовал за ним почти мгновенно, его фигура растворилась в воздухе, оставив лишь слабый след мерцающего света. В этот миг ночь стала ещё более зловещей, наполнившись ощущением неизбежности и рока.

Но старший джинн оказался значительно проворнее, чем я ожидала. Он двигался с невероятной, почти мистической скоростью, словно тень, плавно скользя между деревьями, как призрак. Его движения были настолько быстры и точны, что я не успела даже моргнуть, как он оказался за моей спиной.

Мощный удар выбил винтовку из рук, отправив её в полёт. Оружие, словно бесполезная игрушка, утонуло в глубоком снегу. Мы оказались лицом к лицу, разделённые лишь сантиметрами. Его горящие, словно угли, глаза оказались в опасной близости от моих, заставляя сердце биться быстрее.

– Думаешь, сможешь победить меня, охотница? – прошипел он, обнажая острые зубы.

– А ты сомневаешься? – ответила я с холодной усмешкой, не отводя взгляда. – Думаешь, зря Орден называет меня лучшим охотником? Твои иллюзии и трюки не сработают против меня. Я видела таких, как ты, и сильнее. И каждого отправила обратно в Ад.

Мой голос звучал спокойно и уверенно, несмотря на бешено колотящееся сердце. В этот момент я была воплощением смерти для него – хладнокровной, расчётливой и беспощадной.

– Маршал? – изумлённо спросил джинн.

– Верно. А ты всего лишь очередной монстр, решивший поиграть с судьбой. Но сегодня твоя игра закончится, – добавила я, делая шаг вперёд и перехватывая кинжал поудобнее.

Началась схватка. Джинн был силён и ловок, его движения были плавными, почти танцевальными. Но я не уступала ему в мастерстве. Мы кружили по поляне, обмениваясь ударами.

Он пытался использовать свои магические способности, создавая иллюзии и пытаясь дезориентировать меня, но я видела сквозь его обман. Каждый раз, когда он пытался нанести решающий удар, я уворачивалась, чувствуя, как адреналин бурлит в крови.

Внезапно мне удалось перехватить его руку. В другой руке я всё ещё держала серебряный кинжал. Собрав все силы, я вонзила клинок прямо в его тёмное сердце.

Джинн издал пронзительный крик, его тело начало искриться, источая голубоватое сияние. Через мгновение от него осталась лишь горсть пепла, развеянного ночным ветром.

Тяжело дыша, я огляделась вокруг. Поляна была очищена от тёмных сил. Природные источники начали медленно восстанавливаться, их энергия вновь стала пульсировать в нормальном ритме.

«Это снова произошло», – подумала я и покрутила свой кинжал в руках. Он был со мной последние пять лет – всё, что я помню.

– Откуда же ты взялся? Кто дал мне тебя? – спросила я, обращаясь к пустоте, – память отказывалась отвечать на эти вопросы, оставляя лишь пустоту.

«Может быть, это часть моего прошлого? – промелькнула мысль. – Того прошлого, которое я не могу вспомнить?»

Мой кинжал всегда казался мне чем-то большим, чем просто оружием. Его изящный клинок, длинный и узкий, словно создан для того, чтобы пронзать тьму. Когда я впервые увидела его, он уже был со мной – часть той пропавшей памяти, которую я так отчаянно пытаюсь восстановить.

– Какие секреты ты хранишь? – прошептала я.

Каждый раз, проводя пальцами по выгравированным узорам на лезвии, я чувствую странное дежавю. Эти линии, эти руны… Они кажутся такими знакомыми, словно хранят в себе тайны, которые я должна вспомнить. Декоративные элементы на клинке не просто украшение – они пульсируют силой, когда я вступаю в бой с монстрами и тьмой.

Рукоять из тёмного дерева идеально ложится в ладонь, словно создана специально для моей руки. Металлические детали в готическом стиле, украшенные сложными узорами, кажутся частью древнего ритуала. Крестовина и навершие, инкрустированные неизвестными мне символами. Они точно хранят в себе какую-то тайну.

Я уверена, этот кинжал не просто инструмент для убийства монстров. Он мой верный спутник, мой защитник и, возможно, ключ к разгадке моего прошлого. Его красота обманчива – за изящным дизайном скрывается смертоносное оружие, способное противостоять самым тёмным силам.

Иногда мне кажется, что этот кинжал выбрал меня, а не я его. Что он ждал меня где-то в глубинах времени, чтобы однажды оказаться в моей руке. И каждый раз, когда я смотрю на его изысканный дизайн, я задаюсь вопросом: кто создал это оружие? И почему оно оказалось именно у меня?

Собравшись с мыслями, я убрала кинжал в ножны. Сейчас не время для размышлений. Хотя в глубине души я знала – вопросы о моём кинжале и моём прошлом никуда не денутся. Они будут преследовать меня, пока я не найду ответы.

Подняв свою винтовку, я посмотрела на наручные часы.

– Почти семь утра, – прошептала я. – Пока доеду, кафе уже откроется. Мне срочно нужен кофе.

Я направилась к выходу из леса, крепко сжимая рукоять своего таинственного оружия. Оно было не просто инструментом – оно было ключом к разгадке моей истории. И я была намерена узнать его секреты, чего бы это ни стоило.

Взяв свой любимый латте, я расположилась на улице возле кафе, вдыхая морозный аромат зимы и горячего напитка. Я наблюдаю за ними последние пять лет – за обычными людьми, которые даже не подозревают о том, что происходит рядом с ними. Для них мир – это работа, семья, бытовые заботы. Они не знают, что по ночам улицы заполняются монстрами, которых лучше не встречать в темноте.

Сидя возле моего любимого кафе, я вижу, как они спешат по своим делам. Молодые влюблённые, держащиеся за руки, не подозревают, что в тени за ними следит древний дух. Старушка, выгуливающая собаку, не чувствует, как рядом с ней проскальзывает тень демона. Дети, играющие в парке, не замечают, как в кустах прячется нечто, чего лучше не видеть.

Каждый день охотники проверяют старые заброшенные здания, ищут следы их присутствия. Иногда мне удаётся предотвратить беду – спасти человека от проклятия, изгнать призрака из квартиры, уничтожить опасное существо, прежде чем оно наберёт силу.

Они живут в своём мире, полном иллюзий и надежд. Они не знают, что за каждой дверью может скрываться опасность, что в каждой тени может прятаться зло. Они не видят того, что вижу я – как реальность переплетается с кошмаром, как обычный мир соседствует с миром тьмы.

Я завидую им. Их простоте, их незнанию. Они могут спать спокойно, не думая о том, что происходит за пределами их понимания. Но я знаю – именно поэтому я здесь. Чтобы они могли продолжать жить в своём мире, не подозревая о том, что я каждый день сражаюсь за их право на эту иллюзию безопасности.

И пока они смеются, любят, мечтают – я буду стоять на страже, невидимая охотница в мире, который они никогда не увидят.

Телефонный звонок прервал мои мысли. В последнее время этот гаджет стал слишком активным. Звонил капитан.

– Слушаю, – ответила я, готовясь к тому, что Николас может сказать.

– Если у тебя есть время, мы можем попробовать пару ритуалов, я нашёл кое-что, думаю, это должно помочь, – уверенно произнёс Николас.

Каждый раз, когда речь заходит о моей памяти, всё внутри сжимается. Николас помогает мне последние пять лет вернуть воспоминания, но было ощущение, что становилось только хуже.

– Скоро буду, – отключаю звонок и направляюсь в сторону машины.

Мы расположились в тренировочной комнате. Николас расчертил мелом круг на полу, внутри которого разместил древние руны. Их символы мерцали в полумраке, отбрасывая причудливые тени на стены.

– Готова? – спросил он, проверяя правильность начертания каждой линии.

Я кивнула, хотя внутри всё сжималось от тревоги. Мы уже пытались восстановить мою память раньше, но все попытки заканчивались неудачей.

Я пыталась найти ответы. Боже, как я пыталась! Перерыла все архивы, расспросила каждого, кто мог что-то знать. Но каждый раз натыкалась на глухую стену молчания. Словно кто-то специально стёр все следы моего прошлого, оставив меня блуждать в темноте собственных воспоминаний.

Иногда мне кажется, что я схожу с ума. Эти обрывочные сны, эти странные ощущения дежавю… Будто где-то глубоко внутри меня живёт другая личность, запертая в клетке амнезии. Я чувствую, что знаю больше, чем помню, но не могу добраться до этих воспоминаний.

– Это не обычный ритуал, – пояснил Николас, доставая из сумки старинные книги. – Эти руны помогают проникнуть в глубины подсознания.

– А что, если всё пойдёт не так, как нужно? – мой голос предательски дрогнул. – Каждый раз, когда мы пытаемся это сделать, я чувствую, будто погружаюсь в тёмную бездну, из которой не могу выбраться.

Николас подошёл ближе, его взгляд был полон решимости и заботы.

– Я не позволю тебе потеряться, – тихо произнёс он. – Мы подготовились как следует. Эти руны – не просто символы, они создают защитный барьер вокруг твоего сознания. Ты будешь в безопасности.

Я сглотнула ком в горле, пытаясь унять внутреннюю дрожь.

– А если воспоминания окажутся слишком болезненными? – спросила я, наконец, признавая свой главный страх. – Что, если я не готова узнать правду?

Кто я? Откуда я родом? Есть ли у меня семья, которая ищет меня? Или я действительно сирота, как говорят официальные документы? А моё имя…

Я ненавижу себя за эту слабость. За то, что не могу вспомнить. За то, что позволяю этим вопросам терзать мою душу. Но ещё больше я ненавижу тех, кто отнял у меня право знать своё прошлое.

Иногда я ловлю себя на мысли, что боюсь узнать правду. Что, если она окажется страшнее того, что я могу себе представить? Что, если я не захочу принять то, кем являюсь на самом деле?

Но больше всего меня пугает то, что моё прошлое может найти меня само. И это знание может стать либо моим спасением, либо погибелью.

Я чувствую, как тьма прошлого тянется ко мне своими ледяными пальцами. И я не знаю, готова ли я встретиться с ней лицом к лицу. Но знаю одно – я должна. Потому что правда, какой бы горькой она ни была, лучше, чем вечная неизвестность.

Николас взял меня за руку.

– Мы остановимся, как только ты попросишь. Обещаю. Но ты должна знать – правда всегда лучше неизвестности.

Я глубоко вздохнула, пытаясь собраться с мыслями.

– Хорошо, – наконец произнесла я.

Он помог мне сесть в центр круга, расправил складки на моей одежде. Его прикосновения были осторожными, почти нежными.

– Расслабься, – прошептал он, зажигая свечи по периметру круга. – Дыши глубоко.

Я закрыла глаза, чувствуя, как тепло свечей окутывает меня. Николас начал читать древние заклинания на языке, который я не понимала, но который странным образом успокаивал.

В моей голове начали всплывать обрывочные образы: тёмный храм с колоннами, маленькая девочка с кинжалом, женщина в чёрном – всё это являлось мне в видениях.

Но каждый раз, когда я пыталась ухватиться за эти образы, они растворялись, словно дым. А затем исчезли даже они, я уже не могла вспомнить слова, которые говорила та женщина, или во что была одета девочка.

Николас положил свои руки мне на виски, усиливая поток энергии. Я почувствовала, как по телу пробежала дрожь.

– Не отпускай эти образы, – прошептал он. – Держись за них.

Но всё было тщетно. Через час попыток все видения рассеялись, оставив лишь головную боль и чувство разочарования. Николас помог мне подняться, его лицо выражало искреннее сожаление.

– Дерьмо, – тихо выругалась я.

– Прости, – сказал он. – Я надеялся, что на этот раз получится.

– Ничего, – ответила я, стараясь скрыть свои эмоции. – Ты и так делаешь всё, что можешь.

Он взял меня за руку, его прикосновение было тёплым и успокаивающим.

– Мы продолжим, – твёрдо сказал он.

Я лишь кивнула, понимая, что вряд ли что-то может мне помочь. Каждый день я просыпаюсь с одной и той же мыслью: что же случилось той ночью? Почему ведьма решила лишить меня памяти? Было ли это случайностью или частью чьего-то плана? Эти вопросы крутятся в моей голове, как заезженная пластинка, не давая покоя ни днём, ни ночью.

Иногда я смотрю в зеркало и не узнаю себя. Словно смотрю на незнакомку, которая носит моё лицо, но не помнит своего прошлого. Пять лет – целая вечность, чтобы забыть, кто ты есть на самом деле.

– Я хотела спросить кое о чём, – начала я, меняя тему.

– Да? – Николас напрягся, словно предчувствуя, что разговор примет неожиданный оборот.

– Что за оружие у Артура? Я никогда не видела ничего подобного. Оно словно создано для борьбы с чем-то… иным.

Николас замер, его глаза потемнели. Он долго молчал, словно взвешивая каждое слово.

– Его кинжал… – начал он медленно, – это не просто оружие. Он сделан из редкого сплава, который передавался в его семье поколениями. Но это лишь часть его истории.

– Но у Кейт я не видела подобного оружия, – не унималась я. – Как кинжал может быть способен вредить самим демонам?

Николас сделал шаг ко мне, его голос стал тише:

– Некоторые вещи лучше оставить в тайне, Маршал. Не всё, что мы знаем, предназначено для чужих ушей.

– Но это важно! – настаивала я. – Мы сражаемся с тьмой, и каждое преимущество может спасти жизни.

Капитан вздохнул, его взгляд стал отстранённым.

– Тогда ты не тому охотнику задаёшь вопросы, Маршал. До встречи.

Он развернулся и ушёл, оставляя после себя больше вопросов, чем ответов. Я смотрела ему вслед, чувствуя, как внутри растёт тревога. Что он скрывал? И почему так упорно избегал этой темы?

О своём кинжале я так никому и не рассказала. Я не доверяю никому настолько, чтобы раскрыть эту тайну. Даже Николасу, который помогает мне восстановить память. Он бы сразу начал исследовать клинок, задавать вопросы, пытаться понять природу его силы. А я должна разобраться сама. Должна понять, кто я такая, прежде чем позволю другим узнать о моих способностях и о кинжале, способном убивать монстров. Это моё право – знать правду без чужих интерпретаций.

Я внимательно посмотрела на календарь, висящий на стене. На календаре было начало марта. Два месяца пролетели так быстро, что казалось, будто это был всего лишь один миг. За этот короткий промежуток времени я успела обучить новобранцев группы Альфа всему, что знала сама об охоте на монстров.

Это были не просто знания – это был опыт, накопленный за долгие годы борьбы с чудовищами. Я объясняла им, как выслеживать и обезвреживать монстров, как использовать оружие и как не попасться в их ловушки. Каждый день был наполнен тренировками, испытаниями и совместными миссиями, и я видела, как мои охотники растут и становятся всё более уверенными в своих силах.

Мои ученики показали себя с лучшей стороны. Они быстро схватывали основы, учились работать в команде и применять навыки, которые я им передавала. Особенно хорошо у них получалось обращаться с оружием и распознавать следы нечисти.

Вечером я сидела в архиве, просматривая их личные дела. Показатели были не просто в норме – они значительно превышали все ожидания. Особенно поражало, как слаженно и эффективно они работали в команде. Их взаимодействие было настолько гармоничным, что казалось, будто они понимают друг друга без слов. Это вызывало восхищение и уважение к их профессионализму и взаимопониманию.

На следующий день я собрала группу Альфа. Я стояла перед строем своих охотников, внимательно вглядываясь в каждое лицо. За эти два месяца мы прошли через многое вместе – победы и поражения, радость успеха и горечь неудач.

– Охотники, – начала я, стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо и уверенно. – Сегодня особенный день. День, когда вы становитесь полноправными членами нашего Ордена.

Я обвела взглядом стройные ряды охотников. Каждый из них заслужил право стоять здесь.

– Начну с тебя, Даниил, – обратилась я к высокому блондину с решительным взглядом. – Твоя меткость в стрельбе из лука превзошла все ожидания. Ты не только освоил базовые техники, но и разработал собственные приёмы.

Даниил слегка покраснел от похвалы, но сохранил серьёзное выражение лица.

– Лиза, – продолжила я, поворачиваясь к хрупкой на вид девушке. – Твоё умение обращаться с ядами и зельями поразительно. Ты доказала, что даже самые слабые могут быть смертельно опасны.

Лиза улыбнулась, впервые за всё время, показав свои эмоции.

– Кристиан, – обратилась я к молодому человеку с шрамом на щеке. – Твоя способность оставаться спокойным в самых опасных ситуациях спасла не одну жизнь. Ты прирождённый лидер.

Кристиан кивнул, принимая похвалу.

– А ты, Мира, – я повернулась к девушке с острым умом. – Твоё стратегическое мышление не раз выручало нас в сложных ситуациях. Ты умеешь видеть то, что другие пропускают.

Мира скромно опустила глаза, но я заметила блеск гордости в её взгляде.

– И наконец, все вы вместе, – сказала я, обводя взглядом всю группу. – Ваша способность работать в команде, поддерживать друг друга, доверять – это то, что делает вас настоящими охотниками.

Я сделала паузу, давая каждому осознать сказанное.

– Вы научились не только сражаться с монстрами, но и преодолевать собственные страхи, сомнения, слабости. Вы стали сильнее не только физически, но и духовно.

В строю раздались негромкие аплодисменты. Я улыбнулась.

– Отныне вы свободны в выборе пути. Но помните – знания, которые вы получили здесь, должны служить добру. Защищайте невинных, сражайтесь со злом, но никогда не забывайте о человечности.

– Командир, ваши слова много значат для нас. Мы никогда не забудем всё, чему вы нас научили. И можете быть уверены – мы будем применять эти знания только во благо, – произнесла Мира.

– Помните всё, чему я вас учила, – сказала я, обводя взглядом группу. – Знание – сила, но ещё важнее – умение применять его в нужный момент.

Каждый из них шагнул вперёд, чтобы пожать мне руку. В их глазах я видела благодарность и уважение.

После прощания с охотниками я решила, что пришло время углубиться в изучение тёмных сил. Интуиция подсказывала – ответы на мои вопросы могут скрываться в архивах. Когда я спустилась вниз, то обнаружила там Миру, которая увлечённо изучала какие-то документы.

Мира – новенькая охотница лет двадцати с яркой и запоминающейся внешностью. У неё каштановые волосы до плеч, которые обрамляют её лицо мягкими волнами. Её взгляд глубокий и сосредоточенный, а в глазах читается решимость и внутренняя сила.

Она предпочитает кожаные вещи, которые подчёркивают стройность фигуры, её уверенность и готовность к любым испытаниям. Мира – человек, который привык действовать решительно и не боится трудностей. Её стиль – это сочетание элегантности и функциональности, что идеально подходит для нашей опасной профессии.

– Маршал! – улыбнулась она, заметив меня. – Не ожидала увидеть тебя здесь.

– Решила изучить материалы о тёмных силах, – призналась я. – Чувствую, что недостаточно владею информацией об этом, и мне это не нравится.

Мира понимающе кивнула:

– Мудрое решение. Я могу тебе помочь?

– Если тебе интересно, – ответила я, пожав плечами.

– Знаешь, – задумчиво произнесла Мира, откладывая бумаги в сторону, – на самом деле я слишком увлечена изучением истории и древних текстов. И во многом благодаря своим родителям.

Я подняла бровь, заинтересованная её признанием.

– Мои родители были историками-исследователями, – продолжила она, видя моё замешательство. – Они посвятили свою жизнь изучению древних цивилизаций и их наследия. Помню, как в детстве они брали меня с собой в экспедиции, показывали старинные манускрипты, учили читать древние языки.

Её глаза заблестели при воспоминаниях.

– Они всегда говорили, что прошлое – это ключ к пониманию настоящего, – улыбнулась Мира. – И что каждая деталь, даже самая маленькая, может рассказать целую историю.

Я внимательно слушала её рассказ, чувствуя необъяснимую горечь от её слов. Ведь у меня не было семьи.

– Именно поэтому я так хорошо ориентируюсь в архивах, – призналась Мира. – Это семейное наследие. И я рада, что наконец-то могу с кем-то поделиться этим. Ну знаешь, охотники не особо любят раскрывать душу.

Она посмотрела на стеллажи архива.

– К тому же, – добавила она тише, – у тебя есть особое чутье. Ты словно интуитивно находишь то, что важно. Как будто уже встречала эти знания раньше.

Её слова снова заставили меня задуматься о своём прошлом. Может быть, у меня тоже есть какое-то семейное наследие, о котором я просто не помню?

Слова о семейном наследии и любви к знаниям задели что-то глубоко внутри, но одновременно напомнили о моей собственной утрате.

– Знаешь, – тихо произнесла я, отводя взгляд, – мне бы тоже хотелось рассказать тебе о своей семье и о том, как я полюбила знания. Но… Я не помню своего прошлого. Совсем.

Мира замерла, её улыбка медленно угасла.

– О, прости, – прошептала она, мгновенно меняя тон. – Я не знала…

– Ничего, – я заставила себя взять в руки. – Это нормально. Просто… Иногда такие разговоры напоминают мне о том, чего я лишена.

Сделав глубокий вдох, я решила сменить тему:

– Но ты права в одном – я действительно люблю книги и разные древности. Может, это часть того, кем я была раньше. Мне нравится изучать новые вещи, разгадывать загадки, погружаться в древние тексты.

Я взяла один из свитков, рассеянно проводя пальцами по старинным символам.

– Возможно, именно поэтому я так одержима поиском ответов о своём прошлом. Знания дают мне чувство контроля, даже когда всё остальное кажется туманным и неопределённым.

Мира понимающе кивнула:

– Ты можешь доверять мне. Если захочешь поговорить или понадобится помощь с исследованиями – я всегда рядом.

– Благодарю, – искренне поблагодарила я. – Твоя поддержка значит для меня больше, чем ты думаешь.

Мира улыбнулась:

– Для этого и существуют друзья – чтобы помогать друг другу раскрывать тайны. А у нас тут тайн хватает, не правда ли?

Мы приступили к изучению документов, но теперь я смотрела на Миру другими глазами, понимая, что за её увлечённостью стоит целая история семьи исследователей и искателей знаний.

Мы начали с самых древних записей. Мира оказалась настоящим экспертом в навигации по архиву. Она знала, где искать конкретную информацию и как быстро находить нужные документы.

– Вот, посмотри сюда, – я протянула Мире старинный фолиант. – Здесь описаны ритуалы, похожие на те, что мы пытались провести с Николасом.

Я внимательно изучила записи. Некоторые символы казались смутно знакомыми, хотя я не могла вспомнить откуда.

– А что это за руны? – спросила Мира, указывая на странный узор.

– Это древний язык, – пояснила я. – Им пользовались первые охотники. Эти руны обладают особой силой.

Мерцающий свет старинных ламп отбрасывал мрачные тени на стены архива. Мои пальцы бережно переворачивали пожелтевшие страницы древнего манускрипта. Я искала ответы на вопросы, которые мучили меня последние дни.

В центре стола лежала карта, испещрённая моими пометками и схемами. Я изучала записи о каждом появлении демонов на земле.

– Интересно, – пробормотала я, разглядывая текст очень старой книги. – Все древние источники сходятся в одном: демоны появились не просто так.

Мира подняла голову:

– Маршал, ты нашла что-то новое?

– Возможно, – ответила я, указывая на отрывок текста. – Здесь говорится о «разломе между мирами», который позволил им проникнуть сюда.

– Что-то вроде врат в Ад? – спросила Мира.

– Похоже на то.

– Звучит жутко, – Мира нахмурилась.

Мы провели еще несколько часов в архиве, сравнивая различные версии происхождения демонов. Каждый источник давал свою версию: древние свитки рассказывали о восстании против высших сил, греческие манускрипты описывали падение ангелов, а восточные тексты говорили о пробуждении тёмной энергии.

Я создала специальную систему классификации.

– Нам нужно разделить их по типам, – объясняла я Мире. – Вот здесь будут физические характеристики, здесь – магические способности, а здесь – уязвимости.

– Но какие уязвимости могут быть у демонов? – тихо спросила Мира.

– Это мы и должны выяснить.

Мы работали над созданием подробного каталога: иерархия демонов, их способности и слабости, методы обнаружения, тактики противодействия. В одном из древних фолиантов я обнаружила упоминание о «первородных» демонах.

– Смотри, – показала я Мире страницу. – Здесь говорится, что они отличаются от обычных.

Мира внимательно изучила запись:

– Обычных? Значит, у демонов есть иерархия?

– Именно, – кивнула я. – Я думаю, те демоны из Осло были низшими, обычными. Нам нужно понять, как с ними бороться.

Мы начали анализировать артефакты, связанные с демонами: изучали следы их присутствия, исследовали магические следы, анализировали последствия их появления.

Я выдвинула теорию:

– Демоны не могут просто взять и появиться, кто-то или что-то призвало их в наш мир. Они – следствие какого-то события.

Мира задумчиво кивнула:

– Может, это событие и есть «разлом между мирами»?

– Мне нужно больше информации и времени, слишком много пробелов.

Часы слились в дни, пока мы изучали всё новые и новые источники. Я вела подробные записи: хронология появлений, география распространения, связь с астрономическими событиями. У меня складывалось ощущение дежавю, будто подобную работу я уже проводила.

Однажды вечером, разбирая особо древний свиток, я сделала открытие.

– Ого, ты должна это увидеть! – воскликнула я. – Здесь говорится о «печати», которая сдерживала их.

Мира внимательно прочитала перевод:

– Значит, когда-то существовала защита от них?

– Именно, – подтвердила я. – И нам нужно найти способ восстановить её. В Осло были символы, руны на древнем языке. Что, если именно это там и произошло? Кто-то взломал печать, и демоны вырвались, а разрушение города – это своего рода последствия.

– Звучит логично. Но кто мог сломать эту печать?

Мы продолжали углубляться в изучение древних текстов, и каждая новая находка только усиливала наше любопытство. Архив казался бесконечным лабиринтом знаний, где каждая страница могла хранить ключ к разгадке.

– Это невероятно, – прошептала Мира, внимательно изучая очередной манускрипт. – Все эти записи указывают на существование некой высшей силы.

Я замерла, чувствуя, как по спине пробежал холодок. Мои пальцы дрожали, когда я переворачивала очередную страницу.

– Вот, – я указала на древний текст, написанный символами, которые с трудом поддавались расшифровке. – Здесь говорится о Верховном Владыке Тьмы.

Мира наклонилась ближе:

– Но это же…

– Да, – прервала я её. – Все признаки указывают на то, что существует не просто иерархия демонов, а кто-то, кто стоит над всеми ними. Кто-то, кто обладает силой, превосходящей всё, о чём мы знали раньше.

Король Тьмы, Владыка Преисподней, Повелитель Демонов – все эти титулы принадлежали одному и тому же существу.

Дьявол.

– Если это правда, – тихо произнесла Мира, – то мы столкнулись с чем-то гораздо более серьёзным, чем просто демоническими вторжениями.

Я кивнула, чувствуя, как тяжесть осознания давит на плечи:

– Возможно, именно он контролирует разломы между мирами, врата в Ад и управляет всей тёмной энергией. И, возможно, именно он ответственен за разрушение печати.

В одном из свитков мы нашли упоминание о Великом Противостоянии. Древние воины света вели битву против сил тьмы, и именно тогда была создана печать, сдерживающая демонов.

– Я нашла кое-что, смотри, – Мира протянула мне чей-то дневник.

Это был личный дневник какого-то охотника, он описывал различные столкновения с демонами, победы и поражения.

– Запись от 31 октября 1949 года.

«В далёкие времена, когда мир был молод и чист, а свет и тьма существовали в совершенном равновесии, появился он – Король Тьмы. Могущественный дух, рождённый из зависти и ненависти к совершенству мира.

Король Тьмы собрал вокруг себя тех, кто разделял его взгляды, – падших духов, отвергнутых небесами. Они стали первыми демонами – существами, чья суть была пропитана ядом злобы и разрушения.

Однажды ночью, когда звёзды выстроились в особом порядке, Король Тьмы нашёл слабое место в защите мира. Он создал Тёмный Разлом – портал между мирами, через который хлынули полчища демонов.

Но не все смирились с приходом тьмы. Группа отважных воинов, наделённых особой силой, встала на защиту мира. Они стали первыми охотниками – стражами света, поклявшимися истреблять порождения тьмы.

Долгие века длилась война между светом и тьмой. Охотники учились распознавать демонов, находить их слабые места, создавать оружие против них. Король Тьмы же совершенствовал своё войско, создавая новых существ из самых тёмных уголков души.

Шёпотом передавались легенды о том, что однажды появится тот, кто сможет закрыть Тёмный Разлом навсегда. Говорили, что только объединённые силы охотников смогут одолеть Короля Тьмы.

У каждого демона был свой знак, у каждого охотника – свой символ защиты. Руны света противостояли меткам тьмы, заклинания охотников разбивались о щиты демонов.

И по сей день, когда ночь сменяет день, а тьма борется со светом, охотники несут свою службу. Они хранят древние знания, передают их из поколения в поколение, защищая мир от порождений тьмы.

Но говорят, что Король Тьмы не дремлет. Он ждёт момента, когда охотники ослабят бдительность, чтобы вновь попытаться захватить мир. И только от силы духа защитников света зависит, наступит ли этот день.

Так живёт эта легенда в памяти тех, кто знает правду о мире, напоминая всем нам о вечной борьбе света и тьмы, добра и зла, охотников и демонов».

– Джозеф Скарсгард.

– Скарсгард? – переспросила Мира.

– Прадед Николаса, – задумчиво ответила я. – Он рассказывал, что вся его семья была охотниками. Они противостояли этой тьме десятилетиями. Многие наши книги были переписаны его предками, отсюда Николас так хорошо знаком с нашей историей и основами Ордена.

Мира подняла глаза:

– И что дальше?

Холодок пробегает по спине, когда я осознаю масштаб открытия. Все эти годы мы сражались с монстрами, даже не подозревая о том, кто стоит за всем этим.

В памяти всплывают образы битв, победы и поражения. Мы были на волоске от смерти, сражаясь с демонами, даже не подозревая об их истинной природе. Теперь всё становится на свои места.

– Нам нужно вернуться, – решаю я, закрывая дневник. – Эти знания слишком важны, чтобы хранить их в тайне.

Мира кивает, собирая остальные документы. Мы обе понимаем – это только начало. То, что мы нашли, может изменить всё. Но вместе с этим знанием приходит и ответственность.

Я чувствую, как тяжесть открытия давит на плечи. Теперь мы знаем слишком много. Знаем о существовании того, кого многие считают мифом. Знаем о силе, которая управляет всеми демонами.

– Мы должны быть осторожны, – говорю я, глядя на свою напарницу. – Они знают, что мы в курсе.

В голове крутятся мысли о Николасе, о том, как он отреагирует на наши находки. Он должен знать. Все должны знать. Или уже знают?

– Пойдём, – говорю я, поднимаясь. – У нас много работы впереди.

Тени прошлого сгущаются вокруг, но теперь у нас есть свет знаний, который поможет осветить путь в этой бесконечной борьбе со злом. И пусть будущее неопределённо, но одно я знаю точно – мы не отступим. Не теперь, когда правда наконец-то открылась нам.

Я поднималась по лестнице из архива, почувствовав, как воздух словно сгустился вокруг.

Сначала я увидела размытое пятно света. Оно постепенно обретало форму, и вот уже передо мной стояла маленькая девочка лет шести-семи. Она была одета в черную форму, что очень напоминала мне форму охотника.

Рядом с ней стоял мужчина. Его глаза светились необычным изумрудным светом, и в руках он держал… мой кинжал. Тот самый, что всегда был при мне.

– Ты должна всегда беречь его, – произнёс мужчина голосом, от которого по спине пробежал холодок. – Это не просто оружие. Это часть твоего предназначения.

Его слова эхом отозвались в моей голове. Девочка протянула руку, и мужчина вложил в неё кинжал. Их руки на мгновение соприкоснулись, и в этот момент видение начало растворяться.

Я стояла неподвижно, пока последние отголоски видения не исчезли. Сердце колотилось как сумасшедшее. Это было не просто видение. Это было воспоминание. Я прислонилась к стене, пытаясь прийти в себя после увиденного. В голове крутились слова мужчины о предназначении. Мой кинжал… Неужели это была я, и кинжал был со мной с самого детства?

Собравшись с мыслями, я поспешила к кабинету Николаса, крепко прижимая к груди древний фолиант. Сердце колотилось в груди – от нового видения и открытия, которое мы сделали с Мирой. Я должна была спросить его, неужели всё это было правдой. Но, идя по коридору, я услышала звуки тревоги.

Глава 8. Тени истины

Он вырвался из бездонных глубин первозданного хаоса, увлекая за собой полчища тёмных сущностей, рождённых в пучине мрака. С тех пор тот, кто когда-то сиял, как утренняя звезда, стал известен как враг или Дьявол.

Тревога нарастала, охватывая весь аванпост. В главном зале, где обычно царила тишина, теперь собирались охотники, их лица были сосредоточены, а в глазах читалась решимость. Николас стоял на возвышении в центре зала, его голос эхом разносился по помещению, заставляя всех присутствующих обратить на него внимание.

– Внимание, охотники! – начал он, и его голос прозвучал твёрдо и уверенно. – У нас есть информация, которая требует немедленных действий. Мы нашли предполагаемый источник тёмной магии. Времени у нас мало, и каждая секунда на счету. У нас есть несколько координат, и мы должны их все проверить. Каждый из вас знает свою роль, и я верю, что вместе мы справимся. Но помните, что на этот раз ставки выше, чем когда-либо. Если мы потерпим неудачу, последствия будут катастрофическими. Будьте готовы ко всему.

– Николас! – Я пробиралась сквозь толпу, пытаясь привлечь его внимание. Но он уже раздавал приказы:

– У нас есть две цели – Нидерланды и Новый Орлеан. Разделимся. Бета – отправится в Новый Орлеан. К вам присоединится эстонская группа охотников из Таллина. Альфа – Нидерланды. К вам присоединится шведская группа из Стокгольма. Мы должны действовать быстро.

Нидерланды? Это место всегда считалось безопасным. Почему именно там? За пять лет я ни разу не слышала, чтобы кто-то из охотников посещал это место. Казалось, Нидерланды были отдельной частью Вселенной, где царили покой и безмятежность.

Николас заметил меня и жестом подозвал ближе:

– Маршал, ты слышала? Мы отправляемся немедленно.

– Но почему Нидерланды? – спросила я, всё ещё держа фолиант. – Там никогда не было активности.

Его взгляд стал острым:

– Именно поэтому. Наши разведчики обнаружили аномалию. Что у тебя?

Я показала книгу:

– Мы нашли упоминание о Короле Тьмы…

Но он уже не слушал:

– Позже. Сейчас у нас есть задача. Приготовь свой отряд к вылету.

– Николас, это важно, выслушай меня!

– Я вижу, что ты уже многое узнала, Маршал, – его голос стал холоднее обычного. – Но сейчас не время для теорий. Нам нужно действовать.

Что-то было не так. Он не слушал меня, словно нарочно. Его взгляд был отстранённым, а голос – холодным и безразличным.

– Дьявол. Ты ведешь нас на войну с Дьяволом, – проговорила я, глядя ему в глаза.

Выражение лица Николаса мгновенно изменилось. Его черты лица словно застыли, но это было лишь мгновение. Тем не менее, этого оказалось достаточно, чтобы я почувствовала: он знает. Его глаза, обычно ясные и спокойные, потемнели, как небо перед грозой. Губы сжались в тонкую, почти незаметную линию, и на мгновение мне показалось, что он с трудом сдерживает эмоции.

Он молчал. Его молчание было напряжённым, почти угрожающим. В его взгляде промелькнуло что-то, что я не могла полностью понять. Это было словно смесь предупреждения и признания. Я не знала, что из этого преобладало, но чувствовала, как воздух между нами стал тяжелее.

– Я знаю больше, чем ты думаешь, – тихо произнёс он. – И поверь, у нас нет времени на обсуждения.

Не дожидаясь ответа, он развернулся и направился к выходу. Его уверенные шаги эхом отражались от стен, оставляя меня в замешательстве.

Теперь я была уверена – Николас знал о Короле Тьмы. Знал гораздо больше, чем показывал. И его внезапный интерес к Нидерландам теперь казался неслучайным.

«Что ты скрываешь?» – мысленно спросила я, глядя ему вслед.

Собравшись с мыслями, я направилась в коридор, всё еще держа фолиант в руках. Времени на размышления не было. Нужно было готовиться к заданию. Но теперь каждый шаг казался частью гораздо более масштабной игры, правил которой я пока не знала.

Я упаковала фолиант, свою винтовку, несколько кинжалов, арбалет, топорик и пару глушилок. Я взяла в руку серебряный кинжал, в памяти промелькнула ночь, когда я спасла того незнакомца от оборотней.

Прикрыв глаза, я погрузилась в воспоминания. Его лицо было как произведение искусства: идеальные черты, бледная кожа, на которой мелькала едва заметная усмешка – тот самый жест, от которого у собеседников наверняка кровь стыла в жилах. Причёска с небрежной прядью, падающей на лоб, добавляла образу загадочности и харизмы.

Я открыла глаза, ощущая горечь. Я даже не смогла с ним познакомиться, ответив на простой вопрос: как моё имя. У меня нет имени… Наверное, он подумал, что я сумасшедшая. Это ужасно.

Я захлопнула чемодан с оружием и вышла из комнаты. Быстро присоединившись к остальным во дворе, я замерла. Охотники загружали в транспортные машины необычное оружие. Я подошла ближе и увидела, что это были не обычные винтовки и кинжалы – их поверхность отливала странным, почти чёрным металлом, который казался живым.

Пули, которыми заряжали оружие, тоже выглядели необычно – они были покрыты странными рунами, которые я никогда раньше не видела. Кинжалы имели замысловатые узоры на лезвиях, словно выжженные огнём.

Один из охотников заметил мой интерес:

– Новое снаряжение. Говорят, оно специально создано для борьбы с особо сильными демонами.

– Я знаю, – я кивнула, но внутри всё похолодело. Откуда у нас такое оружие? И почему я узнаю об этом только сейчас? – Проверьте, чтобы груз доехал в целостности.

Я почувствовала, как тревога нарастает с каждой минутой. Что-то здесь было не так. Очень не так. И предстоящее задание в Нидерландах обещало раскрыть многие тайны, которые Николас так тщательно скрывал.

Глядя в иллюминатор, я не могла отвести глаз от непривычного пейзажа внизу. После суровых алтайских гор эти равнины казались чем-то невероятным.

Середина марта здесь выглядела совсем иначе: поля пестрели яркими красками тюльпановых плантаций. Красные, жёлтые, розовые цветы раскинулись до самого горизонта, создавая впечатление, будто кто-то рассыпал по земле драгоценные камни.

Мой взгляд скользил по идеально ровным линиям каналов, дамб и насыпей. Всё здесь выглядело настолько упорядоченным, что казалось частью какого-то грандиозного плана. Ветряные мельницы, словно стражи, возвышались над землёй, их крылья размеренно покачивались на ветру.

Небо нависло низко, тяжёлое и серое, готовое в любой момент разразиться дождём. Но даже в этой пасмурности было своё очарование – капли дождя, падающие на молодые побеги, создавали особую атмосферу.

Когда вертолёт начал снижаться, я заметила характерные голландские домики с крутыми черепичными крышами, аккуратные фермерские постройки. Всё здесь выглядело таким… правильным, упорядоченным.

Выйдя из вертолёта, я полной грудью вдохнула влажный воздух.

Оглядевшись, я отметила, как местные жители научились жить в гармонии с природой, не борясь с ней, а используя её особенности. Эти земли, защищённые дамбами от наступающих вод, казались настоящим чудом инженерной мысли.

«Интересное место», – подумала я, готовясь к новому заданию в этой необычной стране.

По прибытии в Нидерланды мы направились к одному из наших секретных аванпостов в лесу. Их местоположение – одна из самых охраняемых тайн Ордена.

Аванпост в Нидерландах оказался пустым, словно в нём десятилетия никто не жил. Дом представляет собой величественное здание в викторианском готическом стиле. Его архитектура отличается асимметрией, стрельчатыми окнами и крутыми скатами крыши. Центральная башня с остроконечной крышей придаёт дому мрачный и загадочный вид. Окна украшены витражами, а фасад выполнен из тёмного камня, что усиливает ощущение таинственности. Дом окружён густым лесом, который создаёт атмосферу изоляции и уединения.

Здесь также расположено кладбище на задней части двора. Дорожки из камней ведут к дому, а вокруг растут высокие деревья, ветви которых словно тянутся к небу. Туман окутывает всё вокруг, добавляя ощущение мистики и тревоги.

После размещения Николас предложил провести дополнительную тренировку. Артур вызвался быть моим партнером. Мы углубились в лес, окружающий аванпост. Здесь, среди вековых деревьев, было идеальное место для отработки боевых навыков.

– Готова? – спросил Артур, доставая свой клинок.

Его голос звучал мягко, почти нежно.

– Всегда, – ответила я, принимая боевую стойку.

Мы кружили вокруг друг друга, словно хищники, выискивая малейшие бреши в защите. Артур был сильным противником, его движения были словно отточенные клинки, каждый взмах и удар – результат долгих часов тренировок. В его глазах не только горел огонь желания победить, но и мелькали искры заботы, словно он беспокоился о том, что может случиться, если он ошибётся.

– Как думаешь, что случилось с аванпостом? Почему он заброшен? – не выдержав, спросила я.

– Охотники обходят эти земли стороной.

Внезапно он атаковал, заставляя меня отступить. Наши клинки скрестились с металлическим звоном.

– Ты что-то узнала, я видел, что ты привезла с собой книги, – заметил он, отступая.

Его дыхание было ровным, но в голосе слышалось восхищение.

– Да, но Николас не стал слушать, – парировала я, уворачиваясь от очередного удара.

Наши тела почти соприкасались в танце боя. В какой-то момент наши взгляды встретились. В его глазах я увидела не только соперника, но и человека, который заботился обо мне. Это отвлекало, но в то же время придавало сил.

– Я готов выслушать, – ответил Артур.

– В древнем фолианте я нашла упоминания о… Дьяволе.

Мы продолжали спарринг, отрабатывая новые приемы.

– Дьявол? – спокойно спросил Артур, уворачиваясь от моего замаха.

– Думаешь, я сошла с ума?

– Я думаю, что в нашем мире всё возможно, особенно Дьявол, – не могла поверить, что Артур так легко поверил мне.

Наши клинки продолжали скрещиваться в воздухе, но теперь разговор отвлекал нас обоих.

– Ты знаешь что-то об этом? – спросила я, делая ложный выпад.

Артур парировал удар с привычной лёгкостью:

– Больше, чем хотелось бы. В моей семье хранятся древние предания… Но не здесь.

Он резко атаковал, вынуждая меня отступить к огромному дубу.

– Нам нужно найти более безопасное место для разговора, – произнёс он, отступая. – Здесь слишком много лишних ушей.

Я кивнула, соглашаясь с его словами.

– Хорошо, но сначала закончим тренировку.

Мы возобновили бой, но теперь движения стали более размеренными. Артур явно сдерживался, давая мне возможность отдохнуть.

Внезапно мы услышали треск веток за спиной. Оба мгновенно развернулись, готовые к атаке.

Из-за деревьев вышел Николас:

– Кажется, тренировка закончена. Я наблюдал за вами.

Его взгляд был серьёзным.

– Что-то случилось? – спросила я, убирая клинок.

– Да. У нас появились новые сведения о том, что происходит в этих землях. И нам нужно поговорить всем вместе.

Артур кивнул:

– Я так и знал, что эта тема требует серьёзного обсуждения.

Когда мы вернулись на территорию аванпоста, Николас провёл нас в его новый кабинет. Атмосфера здесь была напряжённой – чувствовалось, что новости действительно серьёзные.

– Присаживайтесь, – кивнул Николас, указывая на стулья вокруг стола. – У меня есть информация, которой нужно поделиться.

Он открыл старый деревянный шкаф и достал несколько запечатанных конвертов.

– В последнее время мы наблюдаем необычное скопление тёмных сил в этих землях, – начал он, раскладывая на столе карты и документы. – Наши разведчики сообщают о странных явлениях, которые невозможно объяснить обычными причинами.

Артур наклонился над картой:

– Что именно вы обнаружили?

– Нечто, что может быть связано с древними ритуалами, – ответил Николас, постукивая пальцем по одной из точек на карте. – Похоже, кто-то пытается пробудить силы, которые должны были оставаться спящими.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Думаете, это связано с тем, о чём я говорила? С Дьяволом?

Николас посмотрел мне в глаза:

– Возможно. Мы не можем исключать ни одну версию.

В этот момент он сообщил новость, которая заставила нас обоих насторожиться:

– Скоро к нам присоединится группа охотников из Стокгольма. Их возглавляет Артур.

Артур удивлённо поднял брови:

– Не знал об этом. Какова их задача?

– Они привезут важные артефакты и дополнительные ресурсы, – пояснил Николас. – Нам предстоит объединить усилия для выполнения задания.

Я заметила, как напряглись мышцы на лице Артура. Было видно, что эта новость его не обрадовала.

– Нам нужно будет разработать план взаимодействия с новой группой, – продолжил Николас. – Каждый из нас получит конкретные задания.

Внезапно Артур прервал его:

– А как мы можем быть уверены, что новые охотники не представляют угрозы?

Николас выдержал паузу:

– Они из группы Омега, и у меня есть все основания доверять им. Но осторожность не помешает никому из нас.

Когда совещание закончилось, я заметила, как Артур отошёл в сторону, погружённый в свои мысли. Было очевидно, что новость о приезде ещё одной группы охотников вызвала у него беспокойство.

Я подошла к окну и посмотрела на закат. Впереди нас ждали непростые времена, и появление новой группы охотников могло как укрепить наши силы, так и создать новые проблемы. Одно было ясно – спокойствие этих земель находится под угрозой, и нам предстоит бороться за его сохранение.

Вечером, сидя у костра, Артур присел рядом со мной, не слишком близко, но достаточно, чтобы я чувствовала его тепло. Он протянул мне бутылку с водой, и наши пальцы на мгновение соприкоснулись.

– Знаешь, – начал Артур, глядя на танцующее пламя. – Иногда я думаю о том, какой могла бы быть наша жизнь, если бы не эта вечная борьба с тьмой.

Я задумчиво посмотрела на него:

– О чем ты?

Он улыбнулся, поправляя воротник куртки:

– О простых вещах, – продолжил Артур, глядя в огонь. – О том, как было бы здорово просто жить, не оглядываясь через плечо, не ожидая нападения каждую минуту.

Я улыбнулась, но в глубине души знала, что такая жизнь не для нас.

– Думаешь, мы смогли бы? – спросила я, глядя на его профиль. – Жить обычной жизнью?

Артур пожал плечами:

– Может быть. Хотя иногда мне кажется, что мы слишком глубоко увязли в этом дерьме. Мы другие, Маршал. Мы созданы для этой борьбы.

– Но у нас тоже есть право на счастье, – тихо произнесла я.

Он повернулся ко мне, и наши глаза встретились.

– Именно поэтому я всегда рядом. Чтобы ты не чувствовала себя одинокой в этой борьбе.

Я отвела взгляд, чувствуя, как тепло разливается внутри:

– Наверное, ты прав.

Иногда, стоя на краю опасной миссии, я ловлю себя на мысли о том, какой могла бы быть моя жизнь, если бы я не выбрала путь охотника.

Возможно, я бы стала архитектором. Представляю, как могла бы создавать красивые, функциональные постройки, менять облик городов, делая их удобнее для людей.

Или, может быть, выбрала бы путь учёного. Изучала бы древние цивилизации, расшифровывала бы забытые языки, искала бы ответы на загадки прошлого в тиши библиотек, а не в гуще сражений.

А может, стала бы путешественницей. Посетила бы все уголки мира не ради охоты, а ради удовольствия. Научилась бы готовить блюда разных народов, изучила бы их культуру, завела бы друзей в самых отдалённых уголках планеты.

Иногда я мечтаю о простой жизни – уютном доме, небольшом саде, может быть, даже о семье. О том, как могла бы просыпаться не от сигнала тревоги, а от пения птиц. Готовить завтрак, а не проверять снаряжение. Читать книги в кресле-качалке, а не древние манускрипты в поисках способов победить очередного монстра.

Но потом вспоминаю, сколько людей обязаны нам своей безопасностью. Сколько жизней мы спасли. И понимаю – это мой путь. Мой долг.

Хотя иногда так хочется просто быть обычным человеком… Провести вечер за просмотром фильма, а не за изучением отчётов. Погулять в парке, не высматривая признаки тёмных сил. Встретить рассвет, не думая о том, что он может стать последним.

Но это не моя судьба. И, наверное, к лучшему. Потому что кто-то должен защищать этот мир. И если не я, то кто?

– Маршал? – Артур немного наклонился ко мне.

– М?

– Ты и Ник… – он замялся. – Между вами что-то есть?

Я вытаращила на него свои глаза. Он спрашивал это серьёзно?

– Что? С чего ты это решил?

– Просто вы так много времени проводите вместе, вот я и подумал…

Я поспешила перебить его:

– Между мной и Николасом никогда ничего не было, мы друзья, он пять лет помогает мне и заботится обо мне.

– Это лишь твоё мнение.

– Послушай, он капитан. Николас – наш инквизитор, между нами ничего не может быть, – твёрдо ответила я.

– А ты бы хотела? – спросил он с грустной улыбкой. – Хотела, чтобы между вами было что-то или с кем-то другим?

Я медлила с ответом. Как я могла хотеть то, в чём не разбиралась? Я не знала, что означают эти чувства, я никогда не испытывала ни к кому ничего похожего на привязанность, не считая Вероники. Я просто не знала, что означает любить кого-то.

В памяти всплывает образ того мужчины из галереи… Его удивительные изумрудные глаза до сих пор стоят перед глазами.

Могла бы я построить с ним что-то настоящее? Быть просто женщиной, а не охотницей? Представляю, как мы могли бы проводить вечера вместе – за неспешными разговорами, за прогулками по городу. Как я могла бы открыться ему, поделиться своими мыслями и мечтами…

Но реальность безжалостно возвращает меня на землю. Охотница и обычный человек – разве это возможно? Он заслуживает нормальной жизни, а я… Я несу опасность всем, кто оказывается рядом.

Вспоминаю свои видения, предназначение, кинжал и пророчество. Не могу я рисковать счастьем другого человека. Не имею права подвергать его опасности из-за своей природы.

«Может быть, в другой жизни», – думаю я про себя. В той жизни, которой у меня никогда не будет.

Сейчас не время для мечтаний. Тёмные силы не дремлют, и мой долг – защищать этот мир, даже если это означает одиночество.

«Может быть, когда всё закончится…» – мелькает слабая надежда в сознании. Но сейчас – только долг и миссия. Ничего больше.

– Я не уверена, что отношения – это для меня, – просто ответила я.

Мы сидели в тишине, наслаждаясь моментом. Впервые за долгое время я почувствовала, что могу просто быть собой, не думая о надвигающейся угрозе.

– Как можно убить Дьявола? – внезапно спросила я.

Артур вздохнул:

– Это нам предстоит выяснить.

– Если не умрём раньше, – прошептала я.

Он лишь кивнул, и в его глазах я увидела искренность и заботу. Мы ещё долго сидели у костра, обсуждая мечты о будущем, которое казалось таким далёким, но теперь не таким уж недостижимым.

На следующее утро мы выдвинулись на юг, к заброшенным складским помещениям. Наша группа, возглавляемая инквизитором, была собрана и готова к любым неожиданностям. Я сидела рядом с Николасом на переднем сидении, наблюдая за его сосредоточенным лицом. Его руки крепко сжимали руль, а взгляд был прикован к дороге.

«Найдём ли мы там демонов?» – этот вопрос не давал мне покоя. А что, если там будет сам Дьявол? Мысли об этом заставляли сердце биться чаще.

Я украдкой взглянула на Николаса. В его глазах читалось то же волнение, что и у меня. Он словно чувствовал мои мысли. На мгновение наши взгляды встретились, и я увидела в его глазах не только решимость, но и тревогу.

Что, если мы не готовы к встрече с такой силой? Как мы будем сражаться с тем, кто превосходит всех демонов вместе взятых? В моей памяти всплыли слова из древних текстов, которые мы с Мирой нашли в архиве. Методы борьбы с Дьяволом были описаны туманно, а некоторые страницы и вовсе отсутствовали.

«У меня есть кинжал», – напомнила я себе. Но достаточно ли этого? Хватит ли нашей подготовки? А что, если придётся использовать силы, о которых я даже не подозреваю?

Николас молчал, и это молчание давило на меня сильнее, чем любой груз. Я знала, что он тоже думает об этом. О том, насколько серьёзным может быть наше противостояние. О том, что ставки выше, чем когда-либо прежде.

Впереди показались очертания заброшенных складов. Они выглядели зловеще даже при дневном свете. Что ждёт нас там? Сможем ли мы противостоять тому, с чем столкнулись?

Эти вопросы крутились в голове, пока мы приближались к месту назначения. Я чувствовала, как напряжение нарастает с каждой минутой, и понимала – сегодня всё может измениться.

– Указания всё те же. Марина, Виктор – вверх. Альфа – подвал. Маршал, на тебе основа, – дал указания Николас.

– Вперёд! – сказала я своей группе.

– Так точно! – хором ответили охотники.

Я сделала глубокий вдох, ощущая, как прохладный воздух наполняет лёгкие, и поправила винтовку на плече, убедившись, что она надёжно лежит на ремне. Ноги сами несли меня вперёд, словно ведомые невидимой силой. Я знала, что здесь есть кто-то ещё, помимо нас. Это знание не было рациональным, оно приходило откуда-то из глубины моего существа, из того места, где инстинкты сливаются с чем-то более древним и таинственным. Я чувствовала их – всех монстров, которые скрывались в тенях этого места.

Понимание пришло не сразу. Постепенно, шаг за шагом, я начала осознавать, что каждый монстр излучает свою уникальную энергетику, свою ауру. Это было не просто ощущение, а нечто осязаемое, что можно было уловить, если знать, как искать. Я могла различать эти энергии, словно музыкант, распознающий ноты в сложной мелодии. Они были разными: одни – холодными и угрожающими, другие – пульсирующими и зловещими, третьи – медленными и задумчивыми. Но сейчас передо мной была энергия, которая подавляла всё вокруг. Она была властной, как шторм, и одновременно спокойной, как безмятежное море, которое скрывает в своих глубинах бурю.

На мгновение мне показалось, что я уже видела эту энергию раньше. Она была мне знакома, но я не могла вспомнить, откуда. Это чувство было тревожным и одновременно манящим, как что-то, что тянет тебя вперёд, несмотря на страх. Я не знала, к какому виду монстров она относится, но понимала, что это существо не из тех, с кем можно справиться легко.

Николас шел чуть позади меня, мы пересекали тёмные коридоры склада, пока не увидели движение на нижнем этаже. Я присела, настраивая прицел на винтовке.

В ста метрах от нас собралась толпа людей, в основном мужчин. Они окружили мужчину, стоящего на коленях, но слов не было слышно из-за шума и расстояния.

Спиной ко мне стоял высокий мужчина в костюме. Его движения были плавными и уверенными, но в них было что-то знакомое.

В полумраке его фигура казалась высеченной из обсидиана. Она была настолько чёткой и выразительной, что казалось, будто он сделан из чёрного камня. Высокий и стройный, с горделивой осанкой, он держался прямо, как будто весь мир принадлежал ему.

– Николас? – прошептала я.

– Это он. Приготовься, – раздался голос Николаса над моим ухом.

Он? Он – это… Дьявол? Что здесь происходит? Могло ли такое случиться, что я встречусь лицом к лицу с Дьяволом? Я откинула посторонние мысли и сосредоточилась на происходящем.

Главный мужчина приблизился к пленнику, о чем-то они разговаривали, затем он одним ловким движением вырвал ему гортань. Я увидела, как кровь плеснула во все стороны, и не могла сделать даже вдох. За пять лет я должна была привыкнуть к жестокости и крови, но почему-то именно сейчас мне стало не по себе.

– Сейчас, – неожиданно приказал Николас. – Маршал, сейчас!

Тут же монстр поднялся и слегка повернул лицо в профиль. Этого не может быть. Может, это всего лишь игра теней?

Это был он.

Мужчина из проулка.

Посетитель в галерее.

Незнакомец из кафе.

Монстр, преследовавший меня в кошмарах.

Дьявол.

Он стоял с руками по локоть в крови. Теперь я всё поняла, теперь я видела истину. Дьявол был воплощением абсолютного зла, но зла настолько притягательного, что невозможно было отвести взгляд. Его присутствие наполнило пространство напряжением и ожиданием чего-то неизбежного.

Этого не может быть. Я прикрыла глаза, пытаясь ровно дышать. Я чувствовала, как мои руки начали слабеть, и винтовка потеряла прицел.

Он застыл на месте, и мне казалось, что монстр видит, слышит и чувствует нас. В горле образовался ком, а перед глазами поплыло. Глубоко внутри меня захлестнуло разочарованием. Почему монстры всегда так прекрасны? Почему мне было суждено влюбиться именно в чудовище?

– Маршал, стреляй! – рука Николаса сжалась на моем плече. – Сейчас!

Я открыла глаза и задержала дыхание, прицелилась. Мужчина отвернулся, а остальные начали убирать тело. Я не могу его убить, не сейчас. Сначала мне хотелось задать ему тысячу и один вопрос, прежде чем пустить ему пулю в лоб.

Я чуть расслабила винтовку, и она накренилась в сторону. Выстрелила. Мимо. Пуля прошла рядом с его ухом, и я восхищенно уставилась на него.

– Промахнулась?.. – выпалила я с восхищением и надеждой.

– Ты никогда не промахиваешься! Стреляй еще! – прорычал Николас.

– Я не могу. Мне жаль.

Николас закричал, чем привлек к нам внимание. Я встала, желая убраться отсюда как можно дальше. Николас схватил меня за локоть и дернул на себя.

– Стреляй! У нас есть цель!

– Ты с ума сошел?! – Я дернулась назад, но он не отпустил. – Нас заметили! Пора валить, Николас!

– Мы должны…

– Я ничего не понимаю! Ты не сказал мне, что мы встретим здесь это! – выпалила я.

– Хорошо. Извини, идем скорее.

Я вырвалась и пошла в обратном направлении. Сердце бешено билось в груди, я оглядывалась по сторонам, было ощущение, что за мной кто-то наблюдает.

Я подняла винтовку, держа ее наготове, и пошла через тёмный коридор. Где же эта дверь? Я не успела проанализировать момент, как из-за поворота показался он и схватил дуло винтовки, вырвав её из моих рук.

– А я искал тебя. Охотница, – его голос был холоден, а глаза обещали убить.

– Да иди ты к чёрту! – я была зла на него, на себя.

Я достала из ножен кинжал и атаковала его, однако он легко уворачивался от моих ударов.

– Боюсь, дома не так интересно, как здесь.

В следующее мгновение он развернул нас, обхватил мои плечи и прижал меня к стене. Его лицо остановилось в десяти сантиметрах от моего.

Это был он. Тот самый мужчина, который появлялся в моей жизни снова и снова.

Его изумрудные глаза, которые я считала такими прекрасными, теперь казались бездной тьмы. Они смотрели на меня с той же уверенностью, с какой хищник наблюдает за своей жертвой.

– Я слишком долго ждал нашей встречи, – его голос – бархатный, обволакивающий – мог заставить поверить в любую ложь, а мог одним словом разрушить целые империи.

Я вспомнила все встречи – в переулке, в галерее, в кафе. Каждая из них была не случайной. Он наблюдал за мной, изучал, ждал подходящего момента.

– Ждал? – мой голос прозвучал твёрже, чем я ожидала. – Ты следил за мной, появлялся в моей жизни, как призрак, и теперь говоришь о «встрече»?

Дьявол улыбнулся, его глаза блеснули зловещим светом. Я рванулась вперед, выбросив правую руку в молниеносный удар, но он легко уклонился, словно знал каждое мое движение.

Его руки сильнее схватили меня за плечи, прижав к холодной стене. Я почувствовала, как воздух покидает легкие, но не собиралась сдаваться. Подняв кинжал, я прижала его к горлу Дьявола, чувствуя, как лезвие касается его кожи. Он замер, но в его глазах не было страха – только холодный расчет.

– Назови хоть одну причину не прирезать тебя, – продолжила я, чувствуя, как внутри разгорается пламя ярости.

Внутри меня переполняли эмоции. Его глаза – два бездонных колодца, в которых тонули чужие души, – хранили тайну веков, а может, и нечто более зловещее.

– На этот раз не промахнись, – ответил он чуть тише и наклонился так, что кинжал сильнее прижался к его горлу.

– Ненавижу тебя, – прошептала я.

– Это очень хорошо, на меньшее я не согласен.

Я смотрела в его глаза, запрокинув голову вверх. Его взгляд стал блуждать по моему лицу, пока не остановился на моих губах. Где-то рядом послышались крики, но я не могла заставить себя оторваться от его глаз.

– Мне известно, кто ты, – сказала я, чувствуя, как внутри всё сжимается от злости.

Его лицо было так близко, что я чувствовала его дыхание на своих губах. В его глазах читалась смесь ненависти и… чего-то другого, чего я не могла понять. Он наклонился ещё ближе, его губы почти коснулись моего уха:

– Тогда почему ты не боишься меня, маленькая охотница?

– Я боюсь только себя, – призналась я.

Он усмехнулся, и в этой усмешке было что-то почти человеческое. Внезапно его пальцы обхватили моё горло, а в его взгляде промелькнуло раздражение. Прежде чем я успела отреагировать, он резко подался вперед. Его губы оказались на моих губах неожиданно мягко, почти нежно.

Я опустила руки, и мой клинок выпал. Оцепенев, я не могла пошевелиться. Его поцелуй был неожиданным – холодным, но полным какой-то отчаянной жажды. Это был не поцелуй монстра, это был поцелуй существа, которое тоже страдало от своих желаний.

Поцелуй был словно электрический разряд, пронзающий все мои внутренности. Я чувствовала его сущность – смесь мрака и тьмы, что противоречило всему, чему меня учили.

Он углубил поцелуй, а его рука сильнее сжала моё горло, прижимая к себе. Дьявол целовал меня неистово, с напором, будто пытался поглотить меня полностью.

Сколько раз я целовалась в жизни? Один? Или это и был мой первый поцелуй? Самое безумное было то, что я позволяла себя целовать снова и снова.

Шум усилился, и он отстранился от меня, всё еще держа за горло, придавив к холодной стене. На мгновение мне показалось, что его глаза были черны, как ночь, а затем он моргнул, и я увидела изумруды.

Внезапно появился Николас.

– Маршал? – он остановился перед нами, держа оружие наготове.

Дьявол бросил на капитана презрительный взгляд и растворился в тени, оставив после себя лишь холод и запах страха.

Секунду спустя коридор заполонили охотники, Николас, увидев меня, скверно выругался. Я же была совершенно сбита с толку. Николас бросился ко мне, но я отшатнулась:

– Не трогай меня!

Я прижала руку к губам, всё ещё чувствуя его поцелуй. В этот момент я убедилась в одной истине: этот незнакомец был не просто монстром. Он был первородным грехом, Дьяволом.

ПРЕДЧУВСТВИЯ

Глава 9. Король Тьмы

В его присутствии замирает время, останавливается дыхание, а сердце начинает биться чаще. Он – воплощение той части мироздания, которую человечество боится признать, но без которой мир был бы неполным. Король Тьмы – это вечная загадка, тёмная сторона медали творения, чья красота столь же опасна, сколь и притягательна.

Люцифер

Вы когда-нибудь смотрели в бездну собственного величия? Я – да. И поверьте, это зрелище куда более захватывающее, чем жалкие попытки смертных познать себя.

Моё происхождение? О, оно окутано мраком и легендами. Достаточно сказать, что те, кто осмеливался задавать подобные вопросы, уже никогда не смогут поделиться своими впечатлениями.

Моя сила? Она не в мышцах и не в оружии. Она в понимании истинной природы этого мира. В осознании того, что все ваши так называемые «моральные принципы» – не более чем паутина, сплетённая слабыми для удержания сильных.

Мои амбиции? Они простираются дальше горизонта вашего воображения. Я не просто стремлюсь к власти – я жажду переписать правила этой игры, сделать её достойной моего участия.

Моё искусство? Это искусство манипулировать, искусство разрушать иллюзии, искусство создавать новый мир по своему образу и подобию.

Моё будущее? Оно принадлежит мне. И скоро вы все это осознаете. Каждый вздох, каждое сердцебиение, каждый атом этого мира склонится перед моим гением.

А пока… Наблюдайте, как рушатся ваши идеалы. Слушайте, как затихают молитвы. Чувствуйте, как тьма становится всё более привычной.

Потому что я – это будущее. И будущее принадлежит тьме.

Что до этих охотников? Эти самонадеянные глупцы, возомнившие себя вершителями судеб, думают, что могут противостоять моей мощи, моему гению?

Они смешны в своей самоуверенности. Они думают, что сражаются за справедливость, но на самом деле лишь продлевают агонию умирающего порядка.

Веками я наблюдаю за этими смертными, осмелившимися бросить мне вызов. Охотники… Как забавно, они думают, что способны противостоять мне. Смелые глупцы, возомнившие себя вершителями судеб.

Каждый раз одно и то же: они появляются, пылающие праведным гневом, вооружённые своими жалкими серебряными игрушками и святыми символами. Думают, что могут меня победить. Иллюзия власти – вот их главная слабость.

Они изучают мои повадки, составляют карты моих предполагаемых мест обитания, создают целые Ордена. Смехотворно. Я существую вне их понимания, вне их категорий добра и зла. Я – суть мироздания, его тёмная сторона, без которой не может быть света.

Их методы не меняются веками: святая вода, осиновые колья, молитвы. Как будто это может причинить мне вред. Они не понимают, что я – часть их самих, их тёмная сторона, их страхи и желания.

Интересно наблюдать, как они передают своё дело из поколения в поколение. Фанатики веры, убеждённые в своей правоте. Они не видят, что сами становятся такими же одержимыми, как те, с кем борются.

Иногда я позволяю им «победить». Пусть думают, что способны меня остановить. Это делает их борьбу более увлекательной, а жизнь – более осмысленной. В конце концов, разве не в этом заключается великая игра?

Их неудачи – это не просто поражения. Это подтверждение моей силы, моей власти над миром. Они не могут победить то, что является неотъемлемой частью мироздания. Они борются с тенью, не понимая, что без тени не может быть света.

И пока они продолжают свою бесполезную борьбу, я буду наблюдать. Буду наслаждаться их тщетными попытками. Потому что в этой игре есть только один победитель – и это не они.

Охотники для меня – лишь игрушки, пешки в моей великой игре. Они приходят, размахивая своими жалкими оружиями и принципами, уверенные в своей правоте. Но они не понимают, что играют по моим правилам.

Каждый их шаг просчитан, каждое движение предсказуемо. Они думают, что действуют скрытно, но я вижу их насквозь. Их благородные идеалы – лишь маска, скрывающая банальную зависть и страх перед настоящим могуществом.

Они считают себя защитниками мира, но на самом деле лишь мешают естественному порядку вещей. Их попытки остановить меня – как комариные укусы для слона. Бесполезные, раздражающие, но совершенно безвредные.

И знаете что? Я даже благодарен им. Без их существования моя победа не будет полной. Они – топливо для моего величия, кирпичики в фундаменте моей империи. Каждый их провал делает меня сильнее, каждая их жертва – шаг к моей окончательной победе.

Так пусть приходят за мной. Я встречу их с распростёртыми объятиями… и отправлю в небытие, где им и место.

А пока меня ждут бытовые распри. Я стою в центре зала, чувствуя, как трепещут души моих слуг. Тени послушно стелются у моих ног, ожидая приказа. Пламя в моих глазах отражается в испуганных взглядах провинившихся демонов.

– Сегодня вы увидите, что бывает с теми, кто осмеливается нарушать мои приказы, – мой голос эхом отдается от стен.

Цепи из чистейшего обсидиана сковывают предателей. Они знают, что их ждёт, но всё равно молят о пощаде. Слабые создания… Я приближаюсь к первому. Его страх – музыка для моих ушей.

Веками мы жили по строгим правилам. Секретность была нашим главным оружием. Мы скрывались в тени, действовали незаметно, и это делало нас непобедимыми. Но некоторые из демонов забыли об этом. Забыли, кто здесь главный.

В последнее время я наблюдаю тревожные тенденции. Демоны теряют самоконтроль. Они демонстрируют свою силу открыто, словно хотят, чтобы весь мир узнал об их существовании. Они забывают, что наша сила в тайне, в незаметности, в умении действовать исподволь.

Каждый, кто нарушает мои правила, будет наказан. Я покажу им, что бывает с теми, кто забывает своё место. Сегодня эти жалкие демоны станут примером для остальных. Станут предупреждением для тех, кто думает, что может действовать безрассудно.

– Ты думал, что сможешь обмануть меня? – шепчу я, наклоняясь к его лицу.

Мои когти удлиняются, превращаясь в острые клинки. Энергия течёт через мои пальцы, готовая разорвать его сущность.

– Смотрите все! – мой крик разносится по залу. – Это будет урок для каждого, кто посмеет предать меня!

Пламя начинает пожирать его плоть изнутри. Его крики приносят мне каплю удовлетворения. Остальные вжимаются в стены, боясь даже дышать.

Я перехожу к следующему. Его душа трепещет от страха. Мои силы текут через мои руки, разрывая его сущность на части.

– Чувствуешь боль? – шепчу я. – Это лишь начало.

Тени подчиняются моей воле, усиливая его страдания. Крики наполняют зал, эхом отражаясь от стен.

– Запомните этот день! Каждый, кто осмелится предать меня, разделит их участь!

Мучения продолжаются. Я наслаждаюсь каждым мгновением их боли, каждым их криком. Остальные видят, что происходит, и понимают – неповиновение карается смертью.

Когда я подхожу к третьему предателю, в зал входит Кассиан, один из рыцарей Ада, привлекая внимание на себя:

– Король.

Я с разочарованием выдыхаю:

– Надеюсь, у этого важнее причина, чем наказание этих грешников?

Кассиан склонил голову, его голос оставался спокойным, несмотря на атмосферу ужаса в зале:

– Владыка, пришло приглашение из галереи «Хан-Алтай». Они устраивают грандиозную выставку современного искусства, и ваше имя значится в списке самых почётных гостей. Все знают о вашей страсти к искусству и коллекционированию.

Я медленно повернулся к нему, обрывая поток тёмной энергии:

– Продолжай. Что именно представляет эта выставка?

Это была возможность раскинуть своё влияние за пределы одного королевства. Северные земли всегда казались недосягаемыми, это шанс расширить власть.

– Работы самых известных современных художников, редкие экспонаты и, конечно же, аукцион частных коллекций. Для вас это прекрасная возможность не только насладиться искусством, но и укрепить свои позиции в высшем обществе.

Я задумчиво провёл рукой по подбородку:

– Галерея «Хан-Алтай» славится своим безупречным вкусом. Когда открывается выставка?

– Через две недели, мой Король. Организаторы специально подгадали дату, чтобы вы смогли присутствовать.

– Хорошо. Я приму приглашение. Но не забывай: для всех я – просто ценитель искусства Люцифер Кинг, увлечённый коллекционер и меценат.

Кассиан учтиво поклонился:

– Как прикажете. Я немедленно займусь подготовкой. Прикажете узнать подробности о представленных работах?

– Да. Особенно интересуют картины с историей. И организуй встречу с куратором галереи. Нам нужно будет обсудить некоторые детали моего участия.

– Будет сделано, мой Король.

«Искусство – это такая же сила, как и магия, – подумал я, возвращаясь к казни. – А в мире смертных оно порой оказывается даже более могущественным».

Когда всё заканчивается, я оглядываю зал. Страх в глазах моих слуг – лучшее доказательство моей власти.

– Теперь вы все свидетели моей силы. Помните этот день, когда я показал вам, что значит нарушить правила Короля Тьмы.

Тишина опускается на зал. Только эхо криков напоминает о произошедшем.

В обществе я известен под именем Люцифер Кинг. И пусть мир думает, что я всего лишь эксцентричный миллиардер, филантроп и ценитель искусств. Моя резиденция – древний замок, укрытый в глуши северных нидерландских лесов. Ни небоскрёбы, ни шум мегаполиса – лишь вековые деревья, шепчущие тайны, и туман, что стелется по земле, словно мой личный покров.

Мои владения в этой резиденции достаточно обширны: библиотека, где книги шепчут секреты, а страницы меняют текст, когда ты отворачиваешься, винные погреба, где в бутылях хранится не вино, а застывшие мгновения чужих жизней, галерея, где портреты не людей, а сущностей, что когда-то были богами, подземелья, где в клетках томятся те, кто осмелился встать на моём пути, сады, где растут деревья с плодами, дарующими видения или безумие, часовня, где вместо икон – зеркала, отражающие истинную суть заглянувших, башня, откуда открывается вид на лес, который на самом деле – граница между мирами.

В моей столовой, где стол тянется на ползала, меня всегда ждёт завтрак: кофе, сваренный из зёрен, собранных в долинах, где время течёт иначе, фрукты, созревшие под луной, что никогда не касается земного неба, хлеб, замешанный на воде из источников, что бьют у подножия забытых храмов.

Я никогда не сплю. Ночь для меня – не время покоя, а час истинной власти. Пока люди погружаются в забытье, я бодрствую, наблюдая, как мой лес дышит в такт моим мыслям. Тени скользят по каменным стенам, демоны шепчутся в углах – всё это часть моего бесконечного бдения.

Каждое мгновение я ощущаю пульсацию мира: как бьётся сердце далёкого города, как шепчутся души, запутавшиеся в собственных желаниях, как трепещут слабые нити человеческих судеб, которые я могу оборвать одним движением пальца.

Моя «империя» в человеческом мире – лишь изящная маска, сеть нитей, тянущихся из леса к самым верхам власти. Рестораны, фонды, клиники – всё это инструменты, сети, в которые я ловлю души.

В светском обществе меня обожают. Я – воплощение безупречных манер, мастер беседы, чародей улыбок. На моих приёмах собираются сливки общества, и каждый жаждет моего внимания. Они видят во мне образец добродетели, не подозревая, что поклоняются самому искусителю.

Это паутина власти, раскинувшаяся во все стороны: сеть элитных ресторанов, где шепчутся о судьбах мира, инвестиционные компании, что вершат судьбы корпораций, музеи современного искусства, хранящие не только шедевры, но и тайны, благотворительные фонды, раздающие милость из моих щедрых рук, частные клиники, где исцеляют и где решают, кому жить, а кому умереть.

Днём я – светский деятель, чьё имя красуется в газетах. Я раздаю улыбки, автографы, милость. Мои приёмы блистают роскошью, а гости уходят, уверенные, что встретили воплощение добра. Они не знают, что за безупречным костюмом и бархатным голосом скрывается тот, кто однажды бросил вызов самой Вселенной.

Однако некоторые репортёры и политики осведомлены о моей истинной природе. Им известно, что за фасадом благодетеля скрывается Король Тьмы, тот, кто стоял у истоков зарождения мира и знает цену каждой человеческой слабости.

В часы досуга я предаюсь изысканным увлечениям: коллекционирую антиквариат, охочусь за редкими книгами, пополняю винные погреба, чьи сокровища могли бы свести с ума любого сомелье. Моя библиотека – лабиринт древних манускриптов, где между строк спрятаны ключи к забытым силам.

И всё же… Даже в этой маске добропорядочного гражданина я не могу отрешиться от своей сути. Каждая благотворительная акция – тонкий расчёт, каждое вложение – шаг к ещё большему владычеству. Я раздаю милостыню не из сострадания, а чтобы крепче привязать души к своей воле.

И только ночью, когда город тонет во тьме, я полностью сбрасываю личину и возвращаюсь к истинным занятиям. Тогда мои тени оживают, а древние ритуалы наполняют воздух трепетом. Ночью мои демоны выходят из теней, а в тронном зале, где пол выложен из чёрного мрамора, я вершу истинный суд. Здесь законы людей бессильны. Мои приказы не обсуждаются, мои желания – закон.

Моя бессонница – не недостаток, а преимущество. Пока другие отдыхают, я: изучаю древние манускрипты, выискивая ключи к новым силам, наблюдаю за своими «проектами» в человеческом мире – компаниями, фондами, клиниками, что служат моими инструментами, веду переговоры с сущностями, чьи имена люди боятся произносить вслух, плету сети влияния, растягивая их от лесного замка до самых высоких кабинетов власти.

Я не нуждаюсь в сне. Мой разум вечно бдителен, мой дух неутомим. Пока люди отдыхают, я строю империи, разрушаю судьбы, играю с душами. Моя бессонница – это вечность, растянутая на мгновения, где каждое из них принадлежит мне.

И пусть они спят. Пусть верят в сказки о добре и зле. Я знаю правду: мир – это шахматная доска, а я – тот, кто двигает фигуры. И пока они видят сны, я пишу настоящие истории. Истории власти, искушения и вечной игры с судьбой.

Здесь, в лесу, среди теней и шепчущих деревьев, я – не человек. Я – Люцифер, и этот замок – мой истинный дом.

Мои размышления были прерваны появлением Аластора. Он возник в тронном зале, словно сотканный из теней, его обычно невозмутимое лицо сейчас выражало тревогу.

– Повелитель, – произнёс он низким голосом, склонив голову, – у нас проблема. Адские псы… они сбежали.

Я почувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Адские псы были моими верными стражами, созданиями, которых я сам создал. Их побег никогда не оставался незамеченным, но то, что сообщил Аластор дальше, заставило меня насторожиться ещё больше.

– На этот раз они забрались слишком далеко. Не в ближайшие города, как обычно, а… в Сибирь. В Горный Алтай.

Я замер. Горный Алтай? Что могло привлечь их туда? Это место всегда было окутано тайной, даже для меня. Древние силы, спящие в его горах, словно защищали эту местность от тёмных сил. Северные земли, которые я жаждал поглотить.

– Ты уверен, что следы ведут туда? – спросил я, уже зная ответ.

– Да, повелитель. Их след чёткий, но… необычный. Словно что-то зовёт их.

Не теряя времени, я поднялся с трона. Мои демоны знали: когда я двигаюсь, мир меняется. Я протянул руку, и пространство вокруг нас исказилось, поглощая нас тенями.

– Следуй за мной, – приказал я Аластору. – Мы отправимся по их следу.

Перемещение было мгновенным. Холодный воздух Сибири ударил в лицо, а горные вершины нависли над нами, словно древние стражи. Здесь, в этом месте, где земля и небо сливались воедино, я почувствовал нечто странное. Силу, древнюю и могущественную.

– Они где-то здесь, – прошептал я, вглядываясь в горные хребты. – Но что привлекло их?

Аластор молчал, зная, что сейчас не время для разговоров. Мы двинулись вперёд, следуя за едва заметным следом, который оставляли адские псы. Их присутствие ощущалось всё сильнее, а вместе с ним и нечто иное, то, что заставило меня задуматься.

– Мы близко, – произнёс я, чувствуя, как внутри нарастает напряжение. – Очень близко.

И в этот момент я понял: то, что привело адских псов в Горный Алтай, было чем-то большим, чем просто случайность. Это было началом чего-то нового, чего-то, что могло изменить баланс сил в мире.

– Что будет, если кто-то из этих людей увидит, как адская гончая бродит в их миленьком дворике? – ухмыляясь, спросил Аластор.

– Думаю, будет веселье, – ответил я, и в моём голосе прозвучала холодная усмешка. – Но не для них.

Я остановился, подняв руку. Впереди, среди валунов, мелькнул багровый отблеск – след одного из псов.

– Представь: обычный крестьянин выходит утром во двор, а там – адская гончая. Её глаза горят, как угли, из пасти капает пламя, а сама она… улыбается. – Я сделал паузу, наблюдая, как по лицу Аластора пробежала тень ухмылки. – Что он сделает? Закричит? Побежит за вилами? Или упадёт замертво от ужаса?

– Скорее всего, побежит, – хмыкнул Аластор. – А потом будет рассказывать всем, что видел демона. И кто ему поверит?

– Охотники. – Я вновь двинулся вперёд, чувствуя, как след становится горячее. – Люди всегда ищут объяснения. Они придумают легенду, сочинят сказку. Но если таких встреч станет слишком много… охотники проявят свой интерес. А это уже опасно.

След привёл нас в самый центр города. Поздняя ночь укрывала наши появления тенью, и смертные, погружённые в свои заботы, не замечали ни адских псов, ни демонов. Но здесь, среди каменных джунглей, я почувствовал нечто странное – энергию, которая пульсировала в воздухе, словно живое существо.

Я повернулся к Аластору:

– Возвращайся в замок с псами. Я останусь и осмотрюсь.

Мой верный слуга поклонился:

– Как пожелает Король.

Когда они исчезли в тени, я позволил себе немного прогуляться. Любопытство вело меня по узким улочкам, пока не привело в тёмный переулок за ночным клубом. Здесь, в полумраке, я столкнулся с тремя оборотнями. Их глаза светились в темноте, выдавая их природу.

– Тебе здесь не место, ведьмак! – зло воскликнул один глупец из этой троицы и приблизился ко мне. – Проваливай!

Они приняли меня за колдуна, как часто это случалось. Смертные и полукровки редко могли распознать истинную сущность Повелителя Тьмы. Для них я был просто могущественным чародеем, угрозой их территории.

Я медленно повернулся к ним, позволяя тьме вокруг меня сгуститься.

– Да с удовольствием. Находиться в столь отвратном месте нет никакого желания, особенно рядом с такими псами, как вы.

– Что ты сказал? – он сделал шаг и взял меня за ворот рубашки.

– Кто же дал вам право решать, кому здесь быть, а кому нет?

Второй оборотень шагнул вперёд:

– Мы – стражи этих земель. Уходи, пока можешь.

Их уверенность забавляла меня. Они не понимали, с кем имеют дело. Но я решил поиграть с ними, посмотреть, как далеко они зайдут в своей глупости.

– Стражи, значит? – протянул я с лёгкой улыбкой. – И что же вы охраняете в этом переулке?

Третий оборотень сделал шаг ближе:

– То, что не должно касаться таких, как ты!

Я позволил себе рассмеяться. Их храбрость была достойна уважения, но их сила – ничто по сравнению с моей.

– О, поверьте, я видел вещи куда более интересные, чем ваши жалкие секреты, – произнёс я, делая шаг вперёд. – Но раз вы так настаиваете…

И прежде чем я успел вырвать ему гортань, я почувствовал пристальный взгляд на своем затылке. Мгновение спустя маленький нож прилетел между глаз этому оборотню, и он упал. За моей спиной послышался стук, который приближался. Это была девушка.

Я замер, ошеломленный случившимся. Глаза остальных округлились в панике, когда она приблизилась и встала чуть впереди, загородив меня собой.

Мне потребовалась лишь секунда, чтобы разглядеть ее. Тёмные волосы мягкими волнами обрамляют ее прекрасное лицо. Выразительные карие глаза. Чуть приоткрытые полные губы. И фигура. Чёткая, притягательная фигура, которую хорошо видно, ведь она вышла на улицу без куртки зимой. Такая внешность должна принадлежать ангелам, не меньше. Кто же ты, маленькая смертная?

Я даже не сразу осознал, что ей удалось убить оборотня серебряным кинжалом. В следующее мгновение она меня коснулась. Звук ее голоса и прикосновение холодной кожи к моей заставили меня задержать дыхание и замереть на месте. Она беспокоилась за меня. Это чувствовалось не только в ее слегка дрожащем голосе, но и во внутренних ощущениях.

Когда она присела над телом оборотня, я снова посмотрел на нее. Эта маленькая девушка на тонкой шпильке убила оборотня одним взмахом руки! Неужели охотница? Инстинкты внутри велели мне бежать, что я и сделал. Я не мог находиться рядом с ней, не мог дышать с ней одним воздухом, не мог смотреть на нее.

Я развернулся и растворился во тьме, спеша покинуть это место. Её присутствие… Оно выбило меня из колеи. Что-то в этой смертной девушке пробудило во мне чувства, которых я не испытывал тысячелетиями. Притяжение, желание защитить и вместе с тем – первобытный страх.

Путь до замка занял считанные секунды. В подземелье, где содержались адские псы, меня уже ждал Кассиан. Его проницательный взгляд скользнул по моему лицу.

– Повелитель, что-то случилось? – спросил он, склонив голову.

Я не ответил сразу. Мой взгляд блуждал по клеткам с псами, которые беспокойно метались за решётками. Воспоминания нахлынули волной.

Несколько лет назад охотники жестоко расстреляли целую стаю моих адских псов. Эти безжалостные люди, движимые жаждой наживы и кровавым любопытством, уничтожили моих верных спутников. Позже я узнал, что это не была группа охотников, а всего лишь один человек, чье имя – Маршал. Его жестокость и бессердечие оставили глубокий след в моей памяти. С тех пор я неустанно ищу его, чтобы отомстить за своих верных псов и заставить его заплатить за свои преступления.

Невозможно навредить или убить существ, порождённых тьмой. Демонов, адских псов и прочих можно убить лишь с использованием оникса или обсидиана. Такой материал достаточно редкий. На протяжении веков я находил его в разных частях света и уничтожал, но, видимо, что-то я упустил. Если у охотников есть подобное оружие, ничем хорошим это не закончится. Я должен положить этому конец, закончить то, что однажды начали эти охотники. И если для достижения этой цели мне понадобится убить каждого из них собственными руками, именно это я и сделаю.

– Я встретил кого-то… особенного, – признался я наконец. – Думаю, она – охотница. Она убила оборотня одним ударом. И… она защищала меня.

В глазах Кассиана промелькнуло удивление, но он быстро взял себя в руки.

– Прикажете захватить её? – спросил он нейтрально.

– Нет, – ответил я твёрдо. – Пока нет. Но за ней нужно наблюдать. Выясни всё, что сможешь. Имя, происхождение, связи.

Я повернулся к нему:

– И ещё. Никому ни слова об этом. Это останется между нами.

Кассиан поклонился:

– Как пожелаете, повелитель.

Я покинул подземелье, но образ той девушки всё ещё стоял перед глазами. Её смелость, её сила, её забота… Всё это было настолько чуждым для меня, что вызывало почти физическую боль.

– Что же ты такое, незнакомка? – прошептал я, поднимаясь по лестнице. – И почему твоё появление нарушило мой покой?

В моей голове уже зрел план. Я узнаю о ней всё. Но пока что буду держаться в тени. Её защита меня удивила, но это не значит, что я позволю себе быть уязвимым.

– Мы ещё встретимся, – решил я. – И тогда я узнаю все твои тайны.

***

Через несколько дней вечером галерея открылась для избранных гостей. Я прибыл одним из первых, одетый в свой лучший костюм. Маска добродушного мецената сидела на мне как влитая.

– Добро пожаловать, господин Кинг! – встретил меня директор галереи. – Для нас большая честь видеть вас на нашем мероприятии.

– Взаимно, – улыбнулся я, протягивая руку. – Ваши экспозиции всегда впечатляют.

Здание галереи органично вписано в горный ландшафт: натуральные материалы в отделке – дерево, камень, гранит – идеально сочетаются с зимним пейзажем. Панорамные окна открывают захватывающие виды на заснеженные вершины, а террасы, укрытые пушистым снегом, словно растворяются в белоснежном пространстве. Башни, напоминающие древние сторожевые крепости, величественно возвышаются на фоне морозного неба, подчёркивая суровую красоту зимнего горного края.

Меня восхищала вся эта красота. Если я Дьявол, я не могу ценить искусство?

Мои мысли снова и снова возвращались к той ночи, когда я встретил девушку с кинжалом. Почему мои псы сбежали? Они тоже почувствовали ту странную энергию, которую почувствовал я? И как объяснить появление этой незнакомки? Побег моих адских гончих в Горный Алтай, приглашение на выставку в эту галерею – такое чувство, что судьба знает гораздо больше, чем я.

Прогуливаясь между экспонатами, я внимательно наблюдал за другими гостями. Каждый из них имел свои секреты, свои цели. Кто-то пришёл за искусством, кто-то – за связями, а кто-то, как и я, искал нечто большее.

Я скользил взглядом по полотнам, и каждое из них будто шептало мне свои мрачные тайны. Галерея дышала тьмой – густой, осязаемой, словно пар от остывающих углей. И тут моё внимание привлекла одна композиция картин. Семь произведений искусства, семь отголосков вечности, где сквозь тьму и хаос миров мерцала одна истина: их встреча была предначертана.

Я замер, глядя издалека на седьмую картину. Я впитывал зловещую энергетику искусства, когда вдруг заметил движение. Из полумрака появилась она. Девушка скользнула в зал, словно призрак, едва касаясь пола. Её тёмные одежды сливались с тенями, делая её почти невидимой среди бликов и полутонов. Она подошла к картине, на которую я только что смотрел, и застыла, чуть склонив голову, и я внезапно ощутил нечто странное.

В ней было что-то знакомое – не черты лица, не походка, а сама суть, неуловимый отблеск далёкого воспоминания. Я не мог определить, что именно будит во мне это чувство: то ли лёгкая дрожь её пальцев, перебирающих серебряное кольцо, то ли мимолетная морщинка между бровей, когда она вглядывалась в полотно. Её искренность резала глаз, как яркий свет после долгой тьмы. Ни капли наигранности, ни тени притворства – только чистая, почти наивная вовлечённость.

В ней не было ничего от этой напыщенной публики, скользящей между экспонатами с видом знатоков. Она видела. Понимала. Чувствовала то, что скрыто за краской и холстом. Эта девушка была необычной – в ней таилась сила, которую я не мог определить. И я мгновенно узнал её.

Ко мне подошел Кассиан:

– Композиция, на которую вы смотрите, называется «Нити судьбы», жаль, автор неизвестен.

– Я знаю автора. Купи их, – мгновенно отвечаю я.

– Все семь? – уточняет Кассиан.

– Естественно. Купи их, анонимно, и доставь ко мне. Удвой сумму, если потребуется.

Я попрощался с Кассианом и направился к ней. К девушке с кинжалом. По одному ее взгляду я смог понять, что именно она является автором данного искусства. Только творец с таким благоговением может смотреть на своё создание.

Подойдя ближе, я мог лучше ее осмотреть, отмечая детали: лёгкую дрожь ресниц, едва заметный шрам у виска, прядь волос, выбившуюся из пучка. Всё в ней было не здесь – не в этой галерее, не в этом времени. Тёмные волосы были прикрыты кепкой и собраны в низкий пучок. В штанах и куртке она выглядела также изящно, как и на шпильках.

В тот момент, когда она обратила на меня внимание, казалось, мой привычный мир, построенный на лжи и манипуляциях, вдруг показался пустым и бессмысленным. Её опасные карие глаза намертво вцепились в мои и, казалось, не желали отпускать.

Я почувствовал, как что-то внутри меня дрогнуло. Нечасто смертная способна вызвать во мне подобный интерес.

Когда она узнала меня – того человека из проулка – я почувствовал, как её замешательство смешалось с любопытством. Она была смелой, эта охотница. Настолько смелой, что даже не попыталась скрыть своё удивление.

Но что-то подсказывало мне – она не так проста, как кажется. В ней таится сила, способная удивить даже меня. И, возможно, эта встреча изменит больше, чем я предполагаю.

– Что делать с девушкой? – спросил Кассиан, когда мы вернулись в резиденцию. – О ней не удалось найти информации. Вы уверены, что она охотница?

Я смотрел, как ее картины уносят в мою спальню.

Седьмая картина, что так зацепила меня, носила название: «Вечность. Слияние». Она лишена времени и пространства. Герои, изображенные на ней, парят в космосе, где звёзды рождаются из их дыхания. Их одежды превратились в потоки света, лица – в отражения всех прошлых и будущих жизней. Вокруг кружатся фрагменты предыдущих полотен: ледяной фонтан, весенний луг, пустыня, осенний парк, шторм, мост. Но теперь это не преграды, а нити единого полотна. Предназначение – это они.

Её картины… Они рассказывали историю, понятную только им двоим. Двое людей, разделённых временем и пространством, но неизменно находящих путь друг к другу. В этих образах было что-то глубоко личное, что-то, что резонировало с моей собственной природой.

– Убить, – отвечаю я, когда картины скрываются за дверьми моих апартаментов. – И неважно, кто она.

– Предоставить это палачу? – спрашивает Кассиан.

– Нет. Думаю, я сам этим займусь.

– Она может оказаться случайной девушкой, – с сомнением отвечает мой командующий.

Волновало ли меня это?

– Мне всё равно. Я лично этим займусь.

Позже, сидя в своей комнате и разглядывая её произведения искусства, я впервые за долгое время не мог собраться с мыслями. Образ девушки с тёмными глазами не выходил из головы. Я понимал – это начало чего-то нового, того, чего я так долго избегал.

Мне хотелось наблюдать за ней. Изучать. Разгадывать её тайны. Почему я решил убить её? Потому что впервые за много лет я чувствовал, как внутри что-то дрогнуло. Что-то, что я считал давно умершим.

Глава 10. Исповедь охотника

Я – охотник. Я – палач тьмы.

В сердце моём – сталь и лёд,

В венах – не кровь, а яд.

Я клятву дала вперёд:

Тьму победить, что нас ждёт.

Мы вошли в кабинет Николаса, тяжело дыша после недавнего боя с тьмой. Артур прислонился к стене, его лицо было бледным от напряжения. Капитан налил себе виски и сел в кресло.

– Это был он? – мой голос дрожал от напряжения.

Капитан молчал, не отводя взгляда от меня. Мне нужно было знать правду. Не мог мужчина, от которого я была без ума, быть монстром.

– Он, – его голос звучал обманчиво спокойно.

– Мы даже не представляли, насколько он силён, – прорычал Артур, сжимая кулаки. – Этот ублюдок натравил на нас демонов. Крис ранен, Лиза и Кейт напуганы до ужаса.

Я видела, как Николас напрягся и сжал кулаки. Вены на его руках вздулись, а взгляд стал ледяным. Он ударил кулаком по столу:

– Проклятье! Всё еще хуже, чем мы думали.

Артур подошёл ближе ко мне, его глаза горели яростью:

– Он опасен. Чертовски опасен. Если бы не вовремя подоспевшее подкрепление, нас бы уже не было в живых.

В памяти всплыли все детали наших встреч: его глубокий голос, пронизывающий до мурашек, его проницательный взгляд, от которого невозможно было укрыться, его манера двигаться – с такой грацией и уверенностью. Но теперь всё это казалось иллюзией.

– Нужно продумать план, найти его, остановить, – ответил капитан.

Я кивнула, хотя внутри всё кричало от противоречивых чувств. Теперь я знала правду, но она лишь добавила новых вопросов. Я вспомнила каждое слово, каждый взгляд, каждую улыбку. Как я могла быть настолько слепой? Как могла не распознать его истинную сущность?

Он играл со мной… Всё это время я была его игрушкой – понимание этого факта парализовало волю. Он знал, кто я, с самой первой встречи.

Я сжала рукоять своего клинка:

– Его нужно уничтожить. Любой ценой. Этот враг не похож ни на одного другого. Он словно питается от самой тьмы.

– Да, – твёрдо произнёс Николас. – Он должен заплатить за свои преступления.

Артур кивнул:

– Мы выследим его и уничтожим.

Николас достал карту:

– Нужно разработать новый план. Усилить патрули, укрепить защиту аванпостов…

Я смотрела на карту, но видела перед собой его лицо. То лицо, которое когда-то казалось мне прекрасным. Теперь же я видела в нём только зло.

– Ты сказала, что тебе удалось что-то выяснить? – спросил меня Артур.

Я почувствовала, как кровь отхлынула от лица.

– Да. В древних письменах он описывается как древнее существо, чьё происхождение теряется в веках. Он не человек и не демон, он нечто большее. Существо, которое существует за пределами нашего понимания. Тот, кто может манипулировать тьмой, как художник кистью. Словно он и есть тьма.

– Мы все знаем его имя, – Николас склонился над картой, разглядывая ее.

– Люцифер, – пробормотал Артур, подходя ближе к столу с картой.

Моё сердце замерло, а потом заколотилось с бешеной скоростью, словно пытаясь вырваться из грудной клетки. Холодный пот выступил на лбу, когда до меня дошло осознание, что это действительно правда.

Люцифер.

«Это был он… Всё это время я разговаривала с самим Дьяволом», – мысль пронзила сознание острой иглой.

– Он больше не застанет нас врасплох, – прошипела я. – Я лично прослежу за этим.

Николас подался вперёд:

– Он – первородный. Он существовал до появления первых демонов. Его сила настолько велика, что даже Ватикан склоняет перед ним головы.

Я сжала зубы. Больше не было никаких сомнений. В моей душе бушевала настоящая буря. То, что я когда-то считала симпатией, теперь казалось не более чем иллюзией, созданной самим злом. Его образ преследовал меня днём и ночью, но теперь вместо бабочек в животе я чувствовала лишь холодную ярость и жажду возмездия.

– Что он… Что Люциферу нужно здесь? Я имею в виду, какая у него цель?

Помню, как трепетало моё сердце при звуке его голоса. Как я ловила каждое его слово, как мечтала о новой встрече. А теперь эти воспоминания вызывали лишь отвращение к самой себе. Как я могла быть настолько наивной?

Его прикосновения, которые когда-то казались мне нежными и желанными, теперь представлялись мне прикосновением ледяных пальцев смерти. Его улыбка, раньше казавшаяся мне чарующей, теперь выглядела как оскал чудовища.

Николас поднялся из кресла:

– Захватить мир, что же еще, Маршал.

– Это всё? – Я уверена, что я еще многого не знаю. – Почему ты хотел, чтобы именно я стреляла в него? Почему не сделал этого сам, если ты знал, кто он?

Капитан тяжело вздохнул:

– Потому что ты – лучшая охотница. И я уверен, что только у тебя достаточно навыков остановить его.

– Я всего лишь человек.

– Не будь так уверена, что если он само творение тьмы, то он неуязвим. У всех есть свои слабости, – ответил Артур.

– Значит, мы должны выяснить их, – я была настроена решительно. – Впереди у нас много подготовки и тренировок. Мы должны подготовиться к следующей встрече с ним.

Во мне росла жажда возмездия. Желание уничтожить то, что когда-то я хотела оберегать. Эта ненависть стала моей силой, моим топливом. Она придавала мне решимости, делала меня сильнее.

– Поэтому в Нидерланды никогда не отправляли охотников? Я никогда не слышала, чтобы кто-нибудь здесь охотился, – я подумала о заброшенном аванпосте.

– Верно. Оказалось, земля полностью поглощена тёмными силами, – ответил Артур, разглядывая что-то на карте.

– Мы должны его остановить. Ты должна! – Николас поднял на меня свой холодный взгляд.

– Почему именно я? – удивлённо спросила я, глядя капитану в глаза. Откуда у него такая слепая вера в меня?

– Ты – Маршал. И демоны боятся тебя.

– Я всё поняла.

– Будь осторожна. Практически никому не известна личность Маршала, но теперь он видел тебя, он знает о тебе. Знает, кто ты на самом деле. Он будет мстить, – продолжил Николас.

Я сделала глубокий вдох и поймала сопереживающий взгляд Артура.

– Поэтому… – Николас сделал выжидательную паузу. – Это твоё следующее задание – убить Дьявола любой ценой.

Я оцепенела. Мысли закрутились в голове, словно вихрь. Убить Дьявола… Это звучало как бред сумасшедшего. Мне предстояло противостоять тому, кто старше самого времени, кто владеет тьмой, как своим оружием.

– Так точно, капитан. Эта война закончится только тогда, когда его сердце перестанет биться, – я кивнула и вышла из кабинета.

На мгновение в голове образовалась пустота. Такая же, как в день моего пробуждения пять лет назад. Затем мысли прошлись табуном, оставляя после себя катастрофические последствия.

Какое оружие может быть достаточно мощным? Серебряные пули? Святая вода? Может быть, древний артефакт, о котором я даже не слышала? Но разве что-то материальное может навредить существу, которое существует за пределами материального мира?

Я вспомнила его поцелуй – холодный, но полный какой-то отчаянной жажды. Вспомнила его глаза – сначала чёрные, как сама бездна, потом изумрудные, как предгрозовое небо. Он был силён, невероятно силён. Но в его силе была какая-то уязвимость, какая-то человечность.

А что, если Николас прав? Что, если я действительно особенная? Но особенная для чего? Чтобы погибнуть в этой неравной битве? Или чтобы действительно стать той, кто сможет остановить Дьявола?

Опасность холодной змеёй обвивала сердце. Смогу ли я? Смогу ли я действительно поднять руку на существо такой мощи? А если он узнает о моём задании? Что тогда? Он ведь не просто так играет со мной. В его глазах я видела интерес, почти… желание.

Может быть, именно в этом и заключается его слабость? В его интересе ко мне? Но как использовать это? Как превратить его внимание в оружие?

Я представила себе эту битву. Как буду стоять перед ним, держа в руках оружие. Как буду смотреть в его глаза и понимать, что от моего решения зависит судьба мира. Смогу ли я нажать на курок? Смогу ли я вонзить клинок?

Я закрыла глаза, пытаясь собрать мысли в кучу. Нужно было составить план. Нужно было понять, какие силы у меня есть и как их использовать. Но главное – нужно было понять себя. Понять, кто я на самом деле и на что способна. Потому что впереди меня ждала битва не только с Люцифером, но и с самой собой. Битва за право быть той, кто сможет принять решение, способное изменить мир навсегда.

Вернувшись в квартиру, которую я арендовала в центре Амстердама, я бросила сумку у двери и сразу направилась к телефону. Пальцы дрожали, когда я набирала номер Лии – той, кого попросила присмотреть за Вероникой.

– Алло? – раздался в трубке спокойный голос охотницы.

– Это Маршал. Как она?

– Спит. Кажется, сегодня был тяжёлый день.

Я выдохнула с облегчением.

– Спасибо, Лия. Ты не представляешь, как я тебе благодарна.

– Всё в порядке. Мы же одна команда.

Закончив разговор, я медленно подошла к своему рабочему столу. Здесь, среди кистей и красок, я чувствовала себя свободной. Рисование всегда помогало мне привести мысли в порядок.

Открыв ящик, достала холст и любимые масляные краски. Пальцы машинально выбрали оттенки чёрного и красного – цвета, которые последнее время преследовали меня во снах.

Сев за стол, я начала набрасывать контуры. Линии выходили резкими, нервными. Образ сам собой проступал на холсте – его лицо, его глаза, его губы.

Каждый раз, закрывая глаза, я видела его лицо. Но теперь это лицо было искажено злобой и ненавистью. Его глаза, когда-то казавшиеся мне глубокими и притягательными, теперь светились адским пламенем.

Кисть скользила по холсту, передавая каждую черту его лица. Идеальные линии скул, чувственные губы, пронзительный взгляд. Я не могла не признать его красоту – она была такой же опасной, как и он сам.

– Ну почему именно ты? – с досадой произнесла я.

Часы летели незаметно. Я погрузилась в работу, пытаясь выразить то, что не могла сформулировать словами. Его власть надо мной, его притягательность, его опасность и мою ненависть.

Когда холст был закончен, я отступила на шаг. На меня смотрел он – такой, каким я видела его в последний раз, когда наши взгляды встретились. В его глазах читалась не угроза, а что-то другое – может быть, интерес?

Ночь за окном становилась всё темнее. А вместе с ней темнели и мои мысли, наполняясь вопросами, на которые не было ответов. Один вопрос мучил больше других: почему он не убил меня там, в том тёмном коридоре? Почему позволил уйти?

***

На следующий день Николас дал мне новое задание. И, хотя я не была в восторге, он отправил меня в грёбаную Румынию. Просто прекрасно. Как будто здесь мне было мало проблем. Николас, конечно, мастер устраивать сюрпризы. Он подумал, что мне нужна перезагрузка после встречи с Дьяволом – простая охота, чтобы вернуться с новыми силами и продолжить борьбу с демонами.

Румыния встретила меня мрачной и таинственной атмосферой. Старый город с узкими улочками, покрытыми пылью веков, казался живым воплощением легенд. Здесь каждый камень, каждый уголок хранил истории, которые я даже не могла себе представить.

Март в Бухаресте наполнен промозглой сыростью и холодным ветром. Не самое приятное время для охоты на упырей, но кто спрашивает моё мнение?

Аванпост охотников располагался в старом кирпичном здании на окраине города. Место не самое презентабельное, но функциональное. Здесь всегда можно было найти информацию, оружие и, если повезёт, напарника для особо опасной миссии.

Внутри царила привычная атмосфера: запах оружейной смазки, кофе и пота. Охотники сновали туда-сюда, перебрасываясь короткими фразами. Кто-то чистил оружие, кто-то изучал отчёты, а кто-то просто отдыхал после очередной вылазки.

– Я – Рик. Ты новенькая? – грубый голос отвлёк меня от осмотра помещения.

Я обернулась. Передо мной стоял здоровяк лет сорока с густой бородой и шрамом через всё лицо.

– Маршал, – равнодушно ответила я.

– Маршал? Здесь? – в голосе Рика послышалось удивление, смешанное с недоверием. Он явно не ожидал увидеть знаменитого охотника лично.

Я лишь кивнула, не отрывая взгляда от карты на стене. Все в комнате замерли, перестав перешёптываться. Новость о моём появлении распространилась быстрее лесного пожара.

– Простите, я… не узнал вас, – наконец выдавил Рик, опомнившись. – Просто… никто не ожидал, что Маршал когда-нибудь появится здесь.

– Меньше слов, больше дела, – отрезала я, доставая планшет с отчётами. – Что у нас по упырям?

Охотники вокруг начали переглядываться, явно не зная, как себя вести с лучшим охотником Николаса Скарсгарда. Некоторые из них, вероятно, читали отчёты о моих подвигах, но видеть Маршал во плоти – совсем другое дело.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.