Поглощенная желанием
Даниэль де Монако

© Даниэль де Монако, 2026

ISBN 978-5-0064-4079-1

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Начало

Жизнь Дейзи не отличалась от жизни других подростков. Она была непримечательной девушкой со своим внутренним миром, который не стремилась выставлять напоказ. Воспитание и понимание жизни не позволяли ей вести себя иначе.

Она носила серую одежду, брюки и чёрные ботинки. В её гардеробе не было юбок и обуви на высоком каблуке. Она предпочитала практичную и недорогую одежду. Из косметики использовала только гигиеническую помаду, чтобы губы не обветривались в холодное время года. Распущенные волосы не вписывались в её образ. Дейзи всегда была сдержана, как в словах, так и в проявлениях симпатии. Она не любила шумные компании, долгие посиделки с бессмысленными разговорами. Празднования и народные гуляния обходила стороной.

Лучшим другом Дейзи было ее развитое воображение. В детстве она зачитывалась книгами о принцессах и принцах, читала их запоем. Героини этих историй вели роскошную жизнь, устраивали пышные балы в изысканных платьях. Дейзи представляла себя на их месте. Сегодня она могла быть желанной актрисой, которой дарили цветы и драгоценности, приглашали в рестораны. А завтра – окунуться в мир расследований, попробовать дедуктивный метод мышления. Ее не заботили мысли других детей, ведь она выстроила собственный мир, прекрасный и без их участия. Книги менялись, но жизнь Дейзи оставалась прежней.

Как и многие подростки того времени, она жила без отца. Шла кровопролитная война, и отца Дейзи одним из первых забрали на фронт. Он был снайпером и отлично стрелял, мог попасть в небольшую монетку с пятисот метров. Такие люди были нужны там, где шли ожесточенные бои за территории.

Питер, отец Дейзи, был высоким статным мужчиной с широкими плечами. На лице красовался небольшой шрам – глубокий порез, полученный в детской драке и скрытый нижней губой. После армии он не избавился от привычки коротко стричься.

Он ушел на фронт перед тем, как родилась Дейзи. Через полтора года война закончилась, но Питер не вернулся. Его тела не нашли, он числился пропавшим без вести. Возможно, был жив, а может, нет – одному Богу известно. Власти немного помогали таким семьям, но этого было недостаточно.

Воспитанием занималась только мать, которой катастрофически не хватало времени и сил. Горячих пирожков и нормального детства Дейзи не знала, так же, как и своих бабушек. Бабушка по материнской линии была странной женщиной, и Дейзи немного её побаивалась. Она не стремилась видеться с внучкой, не появлялась в их доме даже по праздникам.

Бабушка по отцовской линии умерла, не успев повидаться с внучкой в её осознанном возрасте. Дейзи не помнила её лица, в памяти всплывали лишь тёплые руки. Сердце матери Питера не выдержало известия о его пропаже – для неё это было равнозначно смерти. Ведь пропавших обычно не находили, а те, кто возвращался, были сильно покалечены войной и, по сути, стали уже другими людьми.

Мать винила отца, называя его предателем и трусом, взвалившим непосильную ношу на хрупкие женские плечи. Её не волновала война и причины, почему отец Дейзи не вернулся. Ей нужно было на кого-то свалить вину за свою слабость.

После рождения Дейзи Луиза устроилась на три работы, чтобы любимая дочь ни в чём не нуждалась. Сначала помогала бабушка по отцовской линии, а когда ее не стало, на замену пришла няня.

Из-за постоянной занятости они редко виделись. Луиза была измотана и страдала от нервного расстройства. Она всегда выглядела усталой и нездоровой. Ее руки дрожали, хотя она не злоупотребляла алкоголем. Часть волос на голове отсутствовала, и Луиза скрывала этот недостаток под косынкой, которую меняла каждый день. Дейзи относилась к матери с пониманием и старалась не доставлять ей хлопот.

Дейзи очень рано научилась самостоятельности. Она сама делала уроки, помогала по дому. Уборка была для неё неотъемлемой частью жизни.

Мать не застала её первые шаги и первое слово, но для неё это не было важным. Она считала, что, раз дала жизнь, то должна её сохранить во что бы то ни стало.

В школе Дейзи считали странной, заумной и скучной. Но когда приближались контрольные, все забывали об обидных словах в её адрес и с жалобным видом просили помочь. Конечно, она проучила их, несколько раз отказав и не дав списать, чем нажила себе новых врагов. Но со временем ей удалось выдрессировать своих заносчивых одноклассников, план сработал, и они перестали выражаться в её адрес. Хотя внутреннее нежелание общаться и презрение осталось.

У Дейзи было не много подруг. Ей посчастливилось встретить близкого по духу человека ещё в детском саду. По стечению обстоятельств они оказались в одной школе, но в разных классах. Это нисколько не мешало их крепкой дружбе. Напротив, накапливались истории, которыми они делились, и общение было живым и интересным. А если хотелось чаще видеться, приходилось преодолевать немалое расстояние в пару-тройку кварталов. Поэтому школа была идеальным местом для встреч – она находилась посередине между их домами.

Лейла, подруга Дейзи, была зажатым ребёнком. Родители чрезмерно опекали её и строго контролировали каждый шаг. Эта чрезмерная опека давила на Лейлу, но она ничего не могла с этим поделать. Она пыталась брать пример самостоятельности с Дейзи, чтобы однажды проявить себя во всей красе.

Лейла своим видом напоминала запуганную собачку, казалось, её сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Мир в её глазах был огромным, а сама она – маленькой и беззащитной. Собственное восприятие не давало ей покоя. Лейла считала, что у неё слишком длинный нос и большие уши, хотя на самом деле это было не так. Но разве переубедишь запуганную собачку?

Она была самой младшей в классе, хотя разница в возрасте между учениками составляла всего год. Однако её умственный потенциал значительно превосходил сверстников. Родители отдали её в школу немного раньше положенного срока, считая, что у таких, как они, не может быть глупого или не способного ребёнка. Отец обладал несколькими научными степенями, а мать, написав не одну десятку работ, удостоилась звания кандидата наук.

Хоть в этом они не ошиблись. Лейла схватывала всё на лету и всегда получала высшие баллы, радуя родителей своими отметками. Её любимым предметом была история. Ей нравилось узнавать что-то новое, и история предоставляла возможность изучать предыдущий опыт предков, чтобы не допускать таких же ошибок в будущем, будь то экономических или политических. Благодаря сохранившимся рукописям и современным книгам можно узнать всё: от одежды до народных рецептов. Лейла жадно поглощала знания, словно акула, вгрызаясь в гранит науки, и надежно хранила их в глубинах своего разума.

Лейла очень дорожила дружбой с Дейзи. Ей многое в ней нравилось, и она пыталась перенимать те качества, которыми восхищалась. Дейзи была самостоятельна, отважна, умна, её поведение говорило о независимости. К тому же она была красива: тёмные волосы, выразительные брови и её уникальная особенность, глаза разного цвета, но это не выглядело как гетерохромия, а было еле заметно и то, если всматриваться. Эту уникальность она получила от своей бабушки по материнской линии. Такое сочетание одновременно привлекало и отпугивало. Лейла считала, что если Дейзи начнёт хотя бы немного следить за своим внешним видом, у неё не будет отбоя от поклонников, и она сможет затмить первую красавицу школы, Бьянку.

Для Дейзи же всё это было не важно. Её интересовало другое. Этот мир не устраивал её полностью, ведь большинство людей, по её мнению, были мерзкими и наглыми существами. Она мечтала стать депутатом, чтобы внести поправки в законы и улучшить мир, а лучше королевой, чтобы нести в мир ещё больше добра. Но это были детские мечты, обреченные разбиться о реальность.

Лейла, или «малютка Лейла», как её иногда называла Дейзи, была для неё как младшая сестра, которой нужен хороший пример и добрые руки. И она была не прочь побыть в роли наставника.

Школьные годы летели незаметно, и много происходящего Дейзи даже не запоминала. Жизнь казалась ей колесом, в котором нельзя останавливаться. Изо дня в день она вставала, чтобы начинать соревнование, в котором нет победителей. Этот путь всегда вёл по одним и тем же исхоженным дорожкам. Но некоторые события всё же нельзя было вырвать из памяти, как бы сильно этого ни хотелось.

Иногда, когда Дейзи сильно злилась на кого-то, с обидчиками случались несчастья. Карма настигала их очень быстро. Вчера, например, её обозвали «серым ничтожеством» и «зубрилкой», а на следующий день этот человек не появлялся в школе, потому что, переходя дорогу в неположенном месте, попал под машину. По сути, вина была полностью на нём, ведь нельзя пренебрегать правилами дорожного движения, даже если хочешь доказать друзьям свою смелость.

Подобные странные совпадения случались неоднократно. Дейзи стала следить за проявлениями своих чувств, поняв, что искренняя ненависть и злоба могут иметь реальные последствия.

Это были не единственные странности, которые Дейзи заметила. Однажды её мать серьёзно заболела, и в больницу неожиданно пришла бабушка Дейзи, хотя никто не сообщал ей о болезни дочери.

Она явилась ночью. Дейзи спала на раскладной кровати в углу палаты, так как других родственников, готовых приютить её, не было. К тому же ей приходили в голову ужасные мысли, когда она оставалась одна в доме. Ей удалось убедить главного врача позволить ей остаться, аргументируя тем, что это могут быть последние часы жизни её матери. Врачи не давали утешительного прогноза. Мать напоминала живой труп: белые безжизненные руки, кожа да кости вместо ног, осунувшийся живот, будто обнажающий внутренности.

Дейзи разбудил сквозняк – тонкое одеяло не согревало от пронизывающего холода. Но она не подала виду, что проснулась, и стала прислушиваться к каждому слову своей бабушки.

Та была одета в какие-то лохмотья черного цвета, на голове – причудливая шляпа, сдвинутая набок так сильно, что казалось еще немного, и она спадет с ее головы. Обод этой шляпы был из хвоста какого-то животного. Подобный наряд вряд ли купишь даже на блошином рынке.

Поверх одежды были наброшены какие-то тряпки. На запястьях красовались кольца с кристаллами и одинаковым знаком, похожим на звезду с иероглифами по кругу. На шее висел громоздкого вида медальон с изумрудом в виде руки, а внутри неё глаз.

После того как Роуз, бабушка Дейзи, закрыла дверь, теплее не стало. Возникло ощущение, что холод идет изнутри, на лбу выступили капельки пота. Всё нутро сжалось и стало не по себе, отвратительное чувство, словно с бабушкой вошёл кто-то еще, недовольный присутствием гостей.

Роуз, не обращая внимания на кровать с лежащей на ней Дейзи, подошла к дочери. Обхватила свисающую с койки руку, подержала в своих ладонях, наклонилась, прислонившись головой, и стала что-то шептать. Потом положила руку ей на лоб, продолжая нашёптывать непонятные слова.

Дейзи заметила книгу, висевшую у бабушки на поясе. Она не была похожа ни одну из тех книг, которые доводилась видеть Дейзи. Одна часть была выполнена из плотной бумаги, другая – из тёмной кожи. Даже без особых знаний было ясно: это древняя и необычная книга, в ней явно таилась какая-то сила. На плотном корешке под лунным светом переливаясь древние руны с надписями.

Роуз пододвинула к себе стул и уложила на него книгу. Сама встала на колени, открыла светлую часть и стала быстро листать, но ничего не нашла и негромко выругалась. Обратилась к тёмной части, плотно приложила палец к центру, и книга раскрылась. Она спросила в воздух с закрытыми глазами, положив руку на книгу: «Чего ты хочешь?» В ответ молчание. Она ответила самой себе: «Да, я знаю, хорошо, согласна!» Её голос звучал резко и возмущённо.

Дейзи всё это казалось очень странным. Ей в голову начали закрадываться разные мысли. Одна из них была, что бабушка оказалась здесь неслучайно. Часы посещения давно закончились, на дворе ночь, освещаемая лишь полной луной. Мать не раз говорила: «С бабушкой лучше не видеться, она несёт несчастья, к тому же больна. Шепчется с кем-то и постоянно носит с собой чёрную книгу. Плохой пример для ребёнка».

Чем дольше Роуз шептала, тем слабее становилась Дейзи, пока, наконец, не провалилась в сон.

Этот сон прочно въелся в память Дейзи, ведь ничего подобного она никогда не видела. Пережить его довелось лишь раз, но впечатался он навечно. В любой момент, спустя годы, она могла бы пересказать его в деталях.

Она очнулась внутри чего-то живого. Всё пространство было заполнено жидкостью. Поняв это, она инстинктивно схватилась за горло, думая, что не может дышать, но поняла, что кислород ей не нужен. Невесомость стала её завораживать. Чтобы перемещаться, приходилось плыть. Стенки пульсировали словно сердце. Дейзи попыталась приблизиться к одной из них, и чем ближе подплывала, тем сильнее та колебалась. Протянув руку, она отпрянула, увидев силуэт существа по ту сторону.

Осмотревшись, Дейзи заметила необычной формы нож, прикреплённый к её поясу. Он был с гравировкой и раздваивался на конце. В воздухе появился знакомый металлический запах, а под ногами виднелись прожилки, напоминающие кровеносную систему. Всё было странно, но, к своему удивлению, Дейзи чувствовала себя здесь как рыба в воде. Страха не было, лишь любопытство и вопрос: как она сюда попала? В конце этого организма виднелись две статуи. Дейзи поплыла к ним и… проснулась, не досмотрев сон до конца.

На улице ярко светило солнце, и его лучи отражались от ледяной поверхности, создавая отблески, похожие на солнечных зайчиков. Пели птицы, кто-то резвился, играя в снежки. Удивительно, но мать выглядела намного лучше. И хоть её лицо также оставалось осунувшимся, по улыбке можно было понять, она идёт на поправку.

Конечно, обо всём этом знала её лучшая подруга Лейла. Она верила, что у Дейзи есть силы, передавшиеся от безумной, но чертовски сильной бабушки.

– Пойми, просто так ничего не происходит. Если бы это случилось однажды, я бы поверила в совпадение, но когда это происходит постоянно, это называется закономерностью. Так что вполне вероятно… – Лейла задумчиво посмотрела на подругу, словно заново осмысливая, кто такая Дейзи.

Дейзи возмущённо возразила:

– Не говори глупостей! Я не ведьма, сколько раз повторять. Уверяю, я совсем не похожа на бабулю. Разве я ношу лохмотья, делаю татуировки и надеваю перстни? О чем говорить, если мы её даже не знаем толком.

– А ты ни разу не расспрашивала маму о ней? – Лейла изумлённо посмотрела на подругу.

– Почему же, спрашивала. Но она неохотно отвечает. Я же не глупая, понимаю, что она мне врёт, даже не моргнув глазом. Взрослые так умеют, словно сами верят в тот бред, которым пытаются нас пичкать, – Дейзи вздохнула.

– Да уж, замкнутый круг какой-то… – задумчиво протянула Лейла.

– Точно! Замкнутый круг! – неожиданно для самой себя вскрикнула Дейзи.

– Что с тобой? О чём ты? – Лейла нахмурилась.

– Помнишь, я рассказывала о татуировке бабушки? – воодушевлённо продолжила Дейзи.

– Да, припоминаю. Сможешь изобразить? – перебила ее Лейла.

– Постараюсь… – Дейзи, опустив глаза, словно пыталась перенести картинку из памяти на пол.

– Может, это поможет понять, кто твоя бабушка. Для меня она – сектантка какая-то, судя по одежде и образу жизни.

– Брось, это что-то посерьёзнее. Пошли в библиотеку, попробуем разузнать.

– Нас не пустят во взрослую библиотеку, нам нет четырнадцати, – засомневалась Лейла.

– Кто не рискует, тот не пьёт шампанское! – решительно заявила Дейзи.

Они направились в библиотеку, чтобы побольше разузнать об этой татуировке на запястье Роуз. Но внутрь попасть не удалось. Тогда они решили поискать информацию дома, надеясь, что кто-то из домочадцев мог увлекаться подобными знаниями.

На следующий день Лейла принесла книгу, в которой на одной из страниц был изображён этот знак. В этой книжке описывалась история правления царя Соломона. Больше ничего интересного найти не удалось.

И лишь спустя время, когда Дейзи проводила очередную уборку, ей на глаза попался мамин библиотечный талон. Он валялся внутри дивана, под подушками, на самом дне. Этот диван редко раскладывали, ведь комнат, где можно было разместить гостей, хватало. Вот только гости бывали нечасто, а если и удавалось провести какое-нибудь празднество, то ближе к ночи все расходились по домам.

Дейзи удивило то, что она нашла библиотечный талон в доме покойной бабушки Аланы. Это была бабушка по линии отца.

У Аланы не было детей, кроме Питера, и по её завещанию она решила оставить свой дом любимой внучке. Она составила его сразу после её рождения. Её сын был на фронте, а любящее сердце требовало именно такого решения. Такова была воля покойной бабули. Поскольку Дейзи ещё не была совершеннолетней, владение домом временно перешло к её опекуну – матери Луизе.

До смерти бабули они с матерью жили в съёмной квартире. Причём, насколько знала Дейзи, мать с отцом достаточно давно снимали её. Дейзи никак не могла понять, откуда в доме Аланы взялся этот талон. «Нужно спросить у мамы, – подумала Дейзи. – Кто, если не она, сможет объяснить его появление». Но сейчас это не так важно: мать на работе и вернётся нескоро, а Дейзи уже не терпелось разгадать эту загадку.

Лейла заставила Дейзи надеть каблуки и накраситься, чтобы выглядеть старше. Лейла переживала, что даже с билетом их могут не пропустить из-за юного возраста. Чтобы избежать лишних вопросов, подруги решили подстраховаться.

У Лейлы было множество косметики и одежды – родители не жалели ничего для своей принцессы. Поэтому не пришлось долго подбирать обувь, которая пришлась бы впору. Красились девочки, конечно, не как дамы. Их внешний вид напоминал женщин из мест недалеко от бульвара Сен-де Мортен. Но только так, по их мнению, можно было прибавить лет 12, чтобы избежать вопросов.

Лейла показывала не только, как краситься, но и как ходить на каблуках, соблюдая осанку. Она выглядела неуклюже, словно выпила не один фужер шампанского. Но стоило признать, у Лейлы получалось лучше, чем у Дейзи. Можно сказать, что им приходилось заново учиться ходить. Времени на это не было, и подруги пошли на хитрость: заметив, что куда лучше сохраняют равновесие, если держатся друг за друга, решили поддерживать друг друга за локоть. Это не выглядело вульгарно и соответствовало манерам того времени. Врозь же в них будто вселялся дух Бахуса, славившегося отменным вином и силой забвения.

Воспользовавшись билетом, подруги беспрепятственно вошли во взрослую библиотеку. Никто на входе даже не задал им вопросов. Огромное здание в несколько этажей поразило их. Библиотека насчитывала огромное множество книг. В узких коридорах, состоящих из стеллажей, было неудобно ходить под руку.

Но в этом неудобстве были и плюсы. Благодаря каблукам девочки легко доставали до верхних полок, что избавляло от необходимости просить кого-то подать книгу или, что еще хуже, пользоваться лестницей, передвигая её от стеллажа к стеллажу.

Брать книги домой запрещалось, и охранники тщательно проверяли каждого выходящего. Подруги искали книгу с изображённым Дейзи знаком среди самых старых изданий. Поиски заняли много времени, но увенчались успехом: в разделе «история древнего мира до нашей эры» они нашли книгу с этим знаком на корешке. Внимательно изучив ее, девушки были поражены тем, что узнали.

Печать Соломона

В Иерусалиме 1035 г. до нашей эры жил царь Давид. Произвёл он на свет четырёх законных детей: Авассалома, Соломона, Нафана и Фамари.

В то время не все дети царя имели право на наследование трона. Для этого требовалось признание Верховного Совета Иерусалима, в который входили политики и духовенство. Мать ребёнка должна была быть еврейкой, а вероисповедание должно было соответствовать вере царя, почитающего лишь истинного бога. В противном случае ребёнок считался незаконнорожденным и не имел никаких прав, несмотря на царскую кровь в его жилах.

Повзрослев, Авессалом восстал против отца, но был разгромлен. Во время бегства его настигла смерть – длинные волосы запутались в ветвях дерева, там он и нашел свою кончину.

О дочери Давида Фамари известно немногое, кроме того, что её изнасиловал сводный брат Амнон. Ему пришлось прибегнуть к хитрости, чтобы завладеть желанным телом. Притворившись больным, Амнон попросил Фамари принести еду. Когда та вошла в покои, он потребовал от неё плотских утех. Получив отказ, Амнон взял сестру силой. После насилия он возненавидел Фамари ещё сильнее, чем любил прежде.

Вскоре о случившемся узнал Давид. Несмотря на гнев, никаких действий он не предпринял. Авессалом, брат Фамари, затаил обиду на Амнона за унижение сестры. Лишь через два года ему удалось подобраться к обидчику и убить его, после чего Авессалом бежал в Гессур.

Соломон никогда не желал трона, считая себя недостойным. Мягкость и доброта, по его мнению, несовместимы с правлением государством. Власть и царские регалии были ему чужды. Однако Давид видел в нём своего преемника, и Версавия, его любимая жена, поддерживала мужа в этом решении.

Версавия была умной, проницательной и дальновидной женщиной. Она видела людей насквозь, стоило им только заговорить. Это касалось всех, включая ее собственных детей. Версавия помогала править мужу, а после его смерти стала советницей Соломона, вместе с ним обдумывая последствия принимаемых решений.

Нафан был хитёр, непредсказуем, решителен и нетерпелив. О его дерзости и целеустремлённости ходили легенды. В нем видели больше качеств будущего правителя, чем в Соломоне. Он считал себя истинным правителем и был уверен, что именно он должен повести за собой Иерусалим. Так думал и военачальник Иоаф, который не видел силы и мудрости в Соломоне. Иоаф, сын сестры Давида Саруии, тридцать лет возглавлял армию Иерусалима во время царствования Давида. Он был верен царю, но опасался за судьбу государства при Соломоне. Поэтому, набравшись смелости, решил вмешаться в политику.

Нафан и Иоаф объединили усилия, разработав простой, но эффективный план захвата власти. Однако, поспешив с его осуществлением, они потерпели поражение.

Судьба вела их своей дорогой. Попытка захватить престол провалилась: Нафана изгнали из города, а Иоафа лишили звания, уважения и власти, превратив в простолюдина без привилегий и богатств. Давид сохранил Иоафу жизнь по доброй памяти, а Соломон, следуя примеру отца, не стал убивать брата, но пообещал уничтожить, если кто-то из них замыслит недоброе.

Верховный священник помазал Соломона на царство, и с его восшествием на трон в истории Иерусалима началась новая эпоха развития торговли и процветания.

Вскоре Нафан вновь решил попытать удачу в борьбе за власть. Прослышав об этом, Соломон приказал незамедлительно убить Нафана и его верного соратника Иоафа.

Перед смертью отец наказал Соломону возвести храм Господень, который станет местом молитвы для прихожан и домом для Всевышнего, где будут Его глаза и уши.

Давид много воевал, захватывая земли врагов и расширяя границы своего правления. На его руках была кровь, а по неписаным законам такие руки не могли прикасаться к строительству храмов Господних.

Соломон помнил предсмертные слова отца и с радостью исполнил его волю. Храм был возведен по чертежам Давида. Первым в него вступил Соломон, и там ему явился голос Всевышнего. Бог выразил благодарность за такой подарок и спросил, чем может отблагодарить Соломона.

Не раздумывая, Соломон ответил, что ему нужны мудрость и сила, чтобы повести народ Иерусалима в светлое будущее. Всевышний удивился такой просьбе, ведь Соломон не возжелал земных благ, и за это дал ему больше, чем тот просил.

Соломон не знал, что этот путь будет нелёгким. Но после всех трудов он останется в веках как истинный правитель Иерусалима.

Всевышний повелел найти старцев, но не сказал, что делать дальше. Соломону были известны только их имена и места пребывания. Каждый из них находился в разных концах света и обладал божественной силой. Всего их было пятеро.

Спустя годы Соломон отыскал мудрецов и повелел им отлить печать, привидевшуюся ему накануне во сне. В центре печати была шестиконечная звезда, символизирующая человеческое тело и душу. Старцы, никогда не занимавшиеся кузнечным делом, не понимали, как выполнить просьбу царя. Кузнечное ремесло было им незнакомо, а руки никогда не держали молота.

Для каждого из них было приготовлено ложе под открытым небом. Соломон верил, что вскоре их посетит вдохновение, и не ошибся. Ночь была светла, как день, а луна наполнялась тёмной материей. Это предзнаменование истолковали как проявление высшей силы на земле.

На утро каждый из старцев записал на пергаменте свой удивительный сон. Объединив эти истории, они поняли, что нужно делать дальше. У каждого была своя миссия:

Один должен был взять песок, наполненный ветрами гор.

Второй – добыть глину из воды и обжечь из неё кирпичи.

Третий – развести огонь из виноградной лозы.

Четвёртый – поддувать воздух, чтобы пламя разгоралось и не гасло.

Пятому надлежало объединить всех, скрепив руки, и читать молитву, пока будет литься печать.

Соломону было предначертано выливать этот символ собственными руками.

Каждый из них нанёс свой символ, который был ему показан в царстве Морфея. Шесть треугольников и шесть символов силы.

Все приготовления были завершены. Амулет божественной силы, отлитый из золота и серебра, был разделен на тёмную и светлую половины, и обе пребывали в гармонии. Вес металла был выверен с точностью до микрограмма. Амулет словно отражал вечное сосуществование добра и зла во вселенной.

Печати Соломона приписывали способность открывать врата в иные миры, призывать и управлять духами, защищать своего владельца и даровать мудрость ангелов и демонов.

Когда дело было сделано, Соломон не хотел, чтобы кто-то прознал о его тайной силе и обретённой мощи. В голову царя закрались страшные мысли: что, если мудрецы воссоздадут артефакт, и тогда не он один сможет управлять миром? Страх овладел Соломоном, и он повелел отрубить руки и отрезать языки мудрецам, помогавшим в изготовлении таинственного артефакта, заключавшего в себе невиданные человеком силы.

Это был первый шаг отречения от Бога. Ведь путь зла лежит через границы, в которых человек, поглощенный своими желаниями, становится чудовищем.

                                     * * *

Время пролетело незаметно. Девочки так увлеклись историей, что не заметили, как библиотека опустела. Ставни на окнах закрыли на засовы, и их попросили покинуть храм науки. Они умоляли взять книгу с собой, но не смогли разжалобить заведующую библиотекой. Более того, она разглядела за косметикой детские лица, отобрала билет и запретила даже заглядывать сюда, пока те не повзрослеют.

Девочкам не терпелось узнать, чем закончится правление царя Соломона и как он применит силы, дарованные ему Всевышним. Они хотели понять, на что способна печать Соломона.

Шло время, и они позабыли об этом инциденте. А если и вспоминали, то как увлекательную историю, в которую уже с трудом верили, объясняя всё детским воображением, которое ярче сияния сгорающей в атмосфере звезды.

Взрослая жизнь

Школьные годы остались позади. Дейзи окончила школу с отличием, и перед ней открылись все двери. Многие учебные заведения боролись за право принять ее без экзаменов, предлагая бесплатное жилье в общежитии или даже квартиру за счет муниципалитета. Ректоры делали все возможное, чтобы привлечь юное дарование в свои вузы. Но Дейзи оставалась непреклонна. Для неё не имело значения, где она будет жить. Главное – правильно выбрать дорогу, по которой она собиралась идти. Её мучили сомнения: кем именно ей хочется стать? Ведь всё, что ей предлагали – это ограничения, рамки, в которые мы сами себя загоняем. Каждая специальность – ничто иное, как узкое направление. Коридор, где нет тех амбиций, о которых пишут в книгах или статьях в газетах.

Дейзи стремилась к большему, её интересовало многое, и она быстро осваивала новые области, достигая уровня специалистов с многолетним опытом. Она колебалась между журналистикой, политологией и генетикой. Это были абсолютно разные области. В журналистике её привлекало раскрытие скрытых от мира фактов. Журналистика напоминала ей работу сыщика: нужно быть упорным, проворным, знать, какие вопросы задавать, чтобы разоблачить правду.

Политолог должен отлично разбираться в обстановке внутри страны и за её пределами. Возможно, это было отголоском её прошлого желания стать политиком и нести новые законы, чтобы изменить обстановку в стране и, возможно, во всём мире. Но с взрослением она поняла, что мир устроен иначе. Детские глаза видят всё в ярких красках, путая одно с другим. В реальности никто не пропустит до чтения закон, который не соответствует представлениям шайки самопровозглашенного сброда. Это люди, которым права на создание и изменение законов передаются по наследству. И что она там будет делать? Бороться с силами, которые, скорее всего, её убьют? Убьют за стремление к лучшему. Нет уж, увольте. Есть и другие пути влияния на власть. Да такие, что им просто придётся смириться с мнением общественности.

Генетика, напротив, казалась ей чем-то за гранью человеческого восприятия. Ведь это наука, которая может возглавить эволюцию и прорвать оборону тайны человечества, связанной с хрупкостью тела, восприимчивостью к болезням и самим временем – единственным ресурсом, которого всегда не хватает.

Дейзи упорно думала, что же ей выбрать. Пока на помощь не пришла Лейла.

– Не понимаю, зачем тебе выбирать какую-то из этих трёх профессий, когда есть одна, объединяющая их все, – с недоумением спросила Лейла, глядя на Дейзи с детской непосредственностью.

– Интересно, есть ли у этого ремесла название? Или это очередная выдумка, которая посетила твой нежный ум? – Дейзи злилась и пыталась задеть Лейлу словами, но та никак не реагировала, что ещё больше выводило её из себя.

Лейла улыбнулась и спокойно ответила:

– Представь себе, есть. Странно, что ты не догадываешься о её существовании, хотя считаешься одной из самых умных девушек нашего времени.

Дейзи неожиданно покраснела. Ей было приятно слышать похвалу, но не в таком контексте.

– Что ж, раскройте мне эту тайну за семью печатями, раз уж Вам доступны такие знания.

– Может, хватит ёрничать? Я ведь пытаюсь помочь, – с намёком на угрозу в голосе произнесла Лейла, давая понять, что, если Дейзи продолжит в том же духе, она просто сменит тему разговора.

Дейзи знала, что Лейла может пойти на принцип, и тогда от неё точно ничего не добьёшься, даже под страхом пыток. Поэтому она сменила тон:

– Извини, в последнее время я сама не своя. На раздумья осталось не так много времени, а я ещё не определилась.

– Конечно, я понимаю твоё поведение. Именно поэтому хочу кое-что предложить, – ответила Лейла, выдержав паузу, чтобы подогреть интерес Дейзи перед тем, как озвучить свою идею. – Давай сыграем в игру. Я опишу, что включает в себя эта профессия, а ты попробуешь угадать, что это за специальность, которая может стать твоим призванием.

– Даже так? Давай попробуем, – с нетерпением согласилась Дейзи.

– Ты сможешь путешествовать по миру, изучать историю и даже переписывать её, если найдёшь неопровержимые доказательства. О тебе будут писать в газетах. Ты будешь работать с древними артефактами, а в твоей сумочке вместо косметики появятся рулетка, кисти, компас, пинцет, стрелка и мастерки. И это лишь малая часть инструментов. Я думаю, ты уже догадываешься, о чём речь, – Лейла улыбалась во весь рот в ожидании ответа.

– Неужели ты хочешь, чтобы я стала археологом, как и ты? – Дейзи приподняла бровь, всё ещё не веря в услышанное.

Для Лейлы всё было просто: она мечтала стать археологом, ведь эта профессия объединяла её любовь к путешествиям и истории – её страсть с детства. На то, что Лейла так настойчиво уговаривала Дейзи поступить вместе с ней в один вуз и на одну специальность, были свои причины: за годы, проведённые с Дейзи, Лейла сильно привязалась к ней и не хотела расставаться даже на эти пять лет учёбы.

Родители хотели, чтобы Лейла пошла по их стопам, но она выбрала другой путь. Для неё это был шанс доказать себе и родителям, что она чего-то стоит в этой жизни и не намерена больше подчиняться их воле. Её не пугала возможность лишиться материальной поддержки родителей. С Дейзи они точно преодолеют любые трудности.

– Да, именно так. Мы сможем помогать друг другу. Если что-то будет непонятно, я подскажу тебе, – Лейла говорила с энтузиазмом, и Дейзи невольно улыбнулась. – Здесь ты сможешь проявить себя во всей красе, показать миру неизвестные страницы истории. Ты всегда хотела привнести в мир что-то новое. Научные работы, открытия, публикации, слава – это то, что тебе нужно. Ты же любишь расследования? Они будут! О жилье не беспокойся, мы обе знаем, что за твою голову объявили большую награду.

Обе девушки улыбнулись.

– Да и вообще вдвоём куда веселее! – Лейла смотрела на Дейзи с воодушевлением, ожидая ответа.

– То есть ты предлагаешь мне посвятить жизнь поиску останков давно умерших людей? – Дейзи сделала паузу.

– Именно! Ты на верном пути. Обещаю, что ты не пожалеешь. С твоим уровнем подготовки тебе не нужно тратить время на учёбу. Иди сразу работать на благо общества! Разве я не права? – Лейла с тревогой смотрела на Дейзи, боясь отказа.

– Я поняла твою позицию. Что ж, смею вас уведомить, вы победили в этой схватке и весьма неплохо отстояли свою позицию. Теперь мой дом – кладбище забытых мифов и историй.

Лейла ликовала, обнимая свою лучшую подругу. Всё это сопровождалось воплями и криками от счастья. Ведь уговорить Дейзи пойти учиться вместе с ней на одну профессию было совсем непросто.

Остаток лета

Лето они провели порознь: Лейла готовилась к поступлению, а Дейзи наслаждалась жизнью, зная, что у неё не возникнет проблем. Лейла разбиралась в археологии гораздо лучше, но Дейзи это не волновало. Она считала, что есть вещи поважнее подготовки к экзаменам, тем более что ей они не грозили.

Дейзи устроилась официанткой в новый популярный ресторан, чтобы накопить денег на жизнь вдали от дома. Несмотря на государственную поддержку студентов, книги, одежда, косметика и еда сами собой не появлялись.

Чтобы получить эту работу, нужно было знать английский, разбираться в столовых приборах, понимать разницу между салатной вилкой и вилкой для мяса, уметь сервировать стол, и вишенкой на торте стало меню этого ужасно дорогого ресторана. Дейзи успешно прошла это испытание, которое многим казалось сложным. Однако со временем появились трудности. Ей было непросто понять, как ходить с одной рукой за спиной и постоянно висевшим на локте полотенцем. Отдельный восторг она испытала, когда начала вскрывать бутылки шампанского и правильно разливать его после фейерверка из пузырьков.

Увидев, как Дейзи работает, управляющий даже задумался о её увольнении. Но сдаваться было не в её характере.

Дома Дейзи тренировалась ходить с подносом в одной руке, а на улице училась вскрывать бутылки. Вскоре она научилась делать это так, чтобы шампанское не вылетало из рук, а поднос стал продолжением её руки. Об увольнении можно было забыть.

Но возникли новые трудности. Жадность старших официантов не знала границ: они забирали себе самые лучшие столы, не давая новичкам шанса на хорошие чаевые. Новенькие вынуждены были обслуживать только оставшиеся столы, что крайне не устраивало Дейзи. Она подняла бунт, обратившись к начальству с просьбой справедливо распределить столы поровну, чтобы каждый мог заработать. Однако её рвение не оценили. Ей объяснили, что лучшие столы всегда достаются старожилам, потому что они давно работают и привлекают постоянных клиентов. Дейзи возразила, что ресторану всего год, и постоянных клиентов ещё нет.

В итоге договорились, что если старшие официанты не будут против, можно попробовать изменить распределение. Начальство понимало, что на опытных официантах держится весь ресторан: они быстро обслуживали клиентов и всегда улыбались, а их осанка напоминала моделей на подиуме. Наблюдать за их работой было сплошным удовольствием. Но Дейзи это не волновало, она искала справедливости. Она организовала собрание новичков и объяснила, что «если хотите зарабатывать, то нужно, чтобы мы им показывали пример, как работать, а не они нам». Она возглавила импровизированные курсы, где на своём примере показывала, как нужно работать. И вскоре добилась того, что многие официанты вышли на новый уровень. Конечно, были и те, кто уволился, не выдержав нагрузки. Новички стали смело брать заказы и зарабатывать хорошие чаевые. Это не осталось незамеченным. Старички жаловались на Дейзи и даже обещали повыдирать волосы, а те, кто покрывал её матом и пытался унизить, вскоре заболевал бронхитом или простудой. Начальство вызвало Дейзи за стол переговоров. Она ожидала увольнения и уже собрала рюкзак. Но ей предложили другую должность – обучение персонала. Начальство узнало, что это её рук дело, провело беседу с каждым официантом и вынесло вердикт.

Дейзи стала получать больше денег, и её зарплата перестала зависеть от количества посетителей. В итоге все остались довольны, кроме старожилов, чей доход немного уменьшился.

Но всё когда-нибудь заканчивается. Лето подошло к концу, и школа уже ждала новых учеников с распахнутыми объятиями.

Этот бесценный опыт многому её научил. Она поняла, что люди не так уж безнадёжны – некоторым просто нужно приложить больше усилий. О Дейзи вспоминали только хорошее, и она завела новые знакомства.

Лейла устроилась на работу лишь в самом конце лета, когда была уверена, что знает ответы на большинство вопросов, которые могут попасться на вступительном экзамене.

Поездка

Лето пролетело, как пуля, не оставив времени на раздумья. Им уже нужно было покупать билеты на поезд, а они ещё собирали вещи, запихивая в сумки всё подряд из гардероба. В такой спешке они даже упаковали детские вещи, которые уже давно стали им малы, но об этом они узнают лишь по прибытии.

Поезд, в котором они должны были провести несколько дней, был забит до отказа. Многие подростки спешили покинуть город, чтобы успеть подготовиться и обустроить свои комнаты перед началом учебного года. Подруги чувствовали себя там как селёдки в железной «банке».

В этом обилии запахов, среди разношёрстных пассажиров, Дейзи и Лейла познакомились со своим соседом. У этого парня было необычное имя, которое сложно выговорить с первого раза, а запомнить еще сложнее. Его звали Иссахим.

Он рассказывал о древнем происхождении своего рода, при этом очень гордился своими еврейскими корнями. Он много жестикулировал, его мимика была очень выразительной. Эти действия привлекали всё больше внимания молчаливых пассажиров. Похоже, Иссахим наслаждался вниманием. Его было слышно в любой части вагона, но все только слушали, и никто не решался задавать ему вопросы, хотя было видно, что его невероятная история многих заинтересовала.

Иссахим был худощавым и напоминал немощного человека, который недоедает. Его голову покрывали тёмные волосы, частично скрытые ермолкой. У него были тёмно-карие глаза миндалевидной формы и выдающийся нос с массивным загнутым кончиком. По цвету кожи – метис. Дейзи отметила про себя на удивление крепкое рукопожатие, которое никак не вязалось с внешним видом тощего парня.

Иссахим рассказывал, что принадлежит к древнему роду коренных евреев – сабров. Он утверждал, что их род не покидал Палестину даже в самые тёмные времена. Сабры – это евреи, жившие в Израиле до возвращения основной массы иудеев на историческую родину.

Лейла рассмеялась, не успев прикрыть рот руками. Это не осталось незамеченным.

– Извини, я рассказываю что-то смешное? Это история моего народа. Что тут смешного? – с вызовом спросил Иссахим.

– Не подумай ничего плохого, просто сабра – это кактус. Меня всегда смешило это. Я ничего не имею против твоего народа, но называться кактусом – это смешно, не находишь? – ответила Лейла, нисколько не смущаясь.

Иссахим серьёзно посмотрел на неё, в его взгляде был вызов.

– Понимаешь, это лишь сравнение. Кактус был завезён из Мексики. Это растение с острыми колючками, которые больно впиваются в каждого, кто попробует напасть или причинить вред. Это растение приспособлено жить в пустыне, в отличие от многих других.

Иссахим говорил с таким напором, что все восприняли его слова как угрозу. Сделав паузу, он посмотрел на Лейлу.

Та не ожидала такого ответа и, восприимчивая к агрессии, покраснела, на лбу выступила испарина.

Похоже, Иссахим понял, что переборщил, и поспешил исправиться:

– При этом они мягкие и сладкие внутри. Их часто используют для приготовления варенья и джемов. Но в древние времена кактус был приманкой для насекомых кошениль, из которых добывали красную краску, причем только из женских особей. Вот такое полезное растение.

Тон Иссахима стал дружелюбным, на лице появилась скромная улыбка. Видимо, решив, что этого мало для успокоения Лейлы, он по секрету рассказал, зачем едет учиться на археолога, чтобы отвлечь её от своего агрессивного выпада. И не ошибся, Лейла смотрела на него с любопытством.

– Моя семья многие тысячелетия была хранителем тайны Соломона. Я хочу найти печать, – продолжил Иссахим, понимая, что привлёк внимание Лейлы.

Многие могли бы счесть его безумцем, умалишённым, выдумывающим всякие небылицы. Но только не Лейла – она верила в древние сказания и искала их отражения в реальности.

Иссахим рассказывал о медальоне Соломона, его силе, дополняя историю, которую они не дочитали в библиотеке. Хотя многие подробности позабылись, но часть крепко осела в памяти.

Начал он не с самого начала:

«Как вы знаете, он убил всех, кто знал его тайну, чтобы никто не мог завладеть этой безграничной властью».

– Нет, он оставил в живых мудрецов, отрезав им языки и руки, – возразила Лейла, словно от этого зависела её судьба. Она отлично помнила эти древние сказания.

– Пойми, то, что пишут в книгах, не раскрывает полной картины, – медленно продолжил Иссахим. – Многие правители описываются в лучшем свете. История – вещь недостоверная. Вам ли не знать, что каждый учебник интерпретирует истоки и решения правителей определённым образом? И зачастую чёрное выглядит белым, а не кроваво-красным. Ведь зачем порочить честь того, кто уже мёртв? Удобно говорить, что в те времена мир был не так жесток, а сейчас одни невежды и разбойники. Хочу вас разуверить – всё далеко не так, как в книжках.

К тому же зачем рассказывать о зверствах прошлого? Нынешним правителям это не выгодно. Тем более сложно поверить в то, о чём я вам сейчас расскажу. История пишется победителями, но правда всегда важнее, – сказал Иссахим. – Моя прабабушка знает те давние времена лучше, хоть и не застала их. Откуда? Её предки были там и передавали сказания из поколения в поколение. Чудо, что эта история дошла до нас. Я перескажу её так, как она дошла до меня.

Поглощённый желанием

После получения артефакта выяснилось, что его сила слишком велика, а извращённый разум не способен её контролировать. Постоянное ношение печати постепенно приводило к безумию её владельца. Сначала эта сила путала мысли, проникая в сознание, а затем начинала управлять и телом. В конце концов носитель становился пленником собственных амбиций, ведь его первоначальные желания, запечатлённые в амулете, находили отражение в реальности.

Соломон жаждал мудрости и могущества. Амулет исполнял это желание, превращая его в раба собственных стремлений. Он пытался обрести власть, используя в качестве подопытных простых людей. Однако люди оказались слишком слабы для энергетики амулета – они годились лишь как временное топливо, ибо человеческое тело было слишком хрупким и не выдерживало мощи артефакта, разрушаясь до превращения в прах.

Тогда Соломон обратился к более мощным существам, желая присвоить их силы. Для обычных людей эти сущности незримы, но носитель амулета мог видеть эти сгустки энергии. У них не было тела, лишь дымка с едва различимыми очертаниями.

Соломон стал общаться с ангелами и демонами, узнавая древние секреты, которые мир позабыл. Но ему хотелось овладеть всеми знаниями и энергией незримых сил. Одного амулета было недостаточно для их заточения. Соломон заключил договор на крови с демоном, пообещав ему души своих подданных. Демон указал местонахождение более могущественного артефакта – «Книги падшего ангела». Как только Соломон завладел этой книгой, он заточил демона в амулет. Это был его первый пленник, даровавший ему ещё больше мудрости и энергии.

Амулет стал проникать под кожу Соломона, становясь его сердцем. И чем больше он захватывал демонов и ангелов, тем глубже проникала в его сердце печать. Вскоре он перестал быть человеком в обычном понимании этого слова.

Его печать насчитывала 72-х демона и 15 ангелов. Ангелы давали мудрость предков, а демоны силу и энергию, которая так необходима для создания тёмной материи.

Но Соломон не учёл одного. Обманув демона, с которым заключил договор на крови, он обрёк себя на долгую и мучительную смерть, которая приближала его к кончине с каждым днём. Благодаря демонам и ангелам он смог прожить намного дольше, но это не отменяло того, что он всё равно умрёт. Это только вопрос времени.

Суть договора заключалась в том, что кровь нарушившего обещание медленно испарялась из тела.

Заметив необратимые изменения, Соломон немедленно начал искать противоядие. Ему удалось частично снять проклятие и отсрочить его действие, но одна форма проклятия перетекла в другую. Ему удалось узнать кое-что. Выяснилось, что для полного выздоровления необходимо проникнуть в царство демонов.

У демонов, как и у ангелов с людьми, есть законы. Их невыполнение влечёт расплату, кем бы ни был нарушитель. Соломону предстояло проникнуть в царство демонов, отыскать свод законов и переписать правило, уже приведённое в действие.

Просто так попасть к демонам нельзя. Либо один из обитателей этого царства должен утащить его туда, но тогда Соломон не сможет выбраться обратно и, скорее всего, погибнет. Либо найти древний артефакт, о котором ходят легенды даже в мире ангелов и демонов. Это нож, способный разрезать пространство и время, но его давно никто не видел. Однако с помощью своих пленников Соломону удалось его отыскать. Он высвободил демонов и ангелов, чтобы они искали нож на земле, в воздухе и под водой, но этим ослабил себя. Покинувшие печать сущности не успели вернуться, и Соломон был обращён в камень. Демоны и ангелы стали пленниками печати в мёртвом теле статуи.

Артефакт нашли глубоко под водой заточённым в камень во тьме и холоде. Ни один человек не способен так глубоко погрузиться под воду, а если бы и смог, то у него не хватило бы сил поднять этот камень.

Иссахим

– Я намерен найти эту печать во что бы то ни стало. Мои предки веками пытались отыскать этот артефакт, но ни у кого из них не было шансов. Все они были обычными людьми из рабочего класса без опыта и образования, к тому же им были недоступны нынешние технологии. Думаю, для них это было своего рода приключением, сулившим богатство и власть. Если не верить в историю, насчитывающую тысячелетия, то всё услышанное останется лишь красивой сказкой. О печати мне известно гораздо больше, чем моим предкам. Каждый из них передавал сведения, которые удавалось разузнать при жизни, из поколения в поколение. Пока это мистическое предание не дошло до моего слуха. Я впитал и объединил всё, что было рассказано за многие сотни лет.

То, что я знаю, не пишут в книгах или научно-популярных журналах. Эта информация закрыта, поверьте на слово. Если сомневаетесь – изучите историю и убедитесь сами.

Конечно, в одиночку мне не найти этот артефакт. На пути к нему придётся преодолеть немало препятствий. Мне нужны друзья, верные люди, увлечённые поисками амулета так же, как и я. Думаю, ты, Лейла, одна из немногих, кто может меня понять и разделяет моё рвение. Вижу это по твоим сияющим глазам, не способным скрыть истинные эмоции.

Лейла действительно смотрела на него так, словно он ангел, явившийся в этот набитый студентами вагон.

Дейзи же с опаской наблюдала за новым знакомым. Кто в здравом уме будет делиться с первыми встречными тайной, которая, словно пазл, собиралась не одну сотню лет?

Видимо, этот увлеченный безумец, начитавшись фантастики, решил проверить красиво преподнесённый рассказ на наивной Лейле, которая впадает в экстаз, услышав невероятную историю. А если получится – можно пользоваться этой историей, чтобы затаскивать молодых девушек в постель, обещая несметные богатства и власть над миром.

Когда Дейзи выдался момент остаться наедине с Лейлой, у них состоялся разговор. Дейзи попросила не верить Иссахиму, по крайней мере до конца, ведь нет объективных фактов, подтверждающих, что он не врёт.

– Да, он складно говорит, но это ещё не повод доверять ему, – размышляла вслух Дейзи. – Видно, что он хорошо знает историю своего народа. Но это не даёт ему права морочить голову моей лучшей подруге, – твёрдо закончила она, ожидая реакции Лейлы.

Та молчала, погружённая в себя. Увидев, что Лейла задумалась, Дейзи продолжила приводить аргументы, пытаясь переубедить её:

– Долг любой подруги – оберегать от шарлатанов, готовых на всё ради внимания. Итог – молодое тело в постели, а потом слёзы и сопли. Нам это не нужно. Пусть глупые девицы ведутся на небылицы. Мы взрослые и умные, знаем себе цену.

Лейла слушала, но не прислушивалась. Она лишь кивала в знак согласия, чтобы не ссориться с подругой, но было видно, что её мысли где-то далеко. Она хотела верить в существование этого медальона, в эту древнюю историю. Но главное – Лейла была готова отправиться на поиски амулета. С юных лет она мечтала о путешествиях в мир неизведанного, меняющего привычное представление о вещах.

Лейла верила, что в древности люди обладали великой силой, могли ощущать и использовать энергию, пропитывающую планету. Её любимый аргумент – пирамиды в пустыне, тайна возведения которых до сих пор не разгадана. В те времена была только физическая сила рабов – не было никаких машин. Как же строили пирамиды? Эта загадка канула в века.

С детства, познакомившись с древней историей, Лейла мечтала прикоснуться к знаниям древних о могущественных силах, позволявших возводить пирамиды, храмы и крепости. Но у неё не хватало духу бросить вызов неизвестности в одиночку. Однако, если найдётся человек, который возьмёт её за руку и поведёт за собой в приключения, она с радостью и благодарностью последует за ним, не задавая лишних вопросов.

Дейзи знала о слабости подруги и опасалась, что та поддастся детским мечтам и совершит необдуманный поступок, о котором будет потом жалеть. И вот случилось неизбежное. Для Лейлы это казалось подарком судьбы, упустить который она не могла. Ведь такой шанс выпадает лишь раз.

Остаток пути в поезде они провели порознь: Лейла, открыв рот, смотрела на Иссахима, а Дейзи лишь изредка с неодобрением поглядывала на них, читая книгу.

Знакомство с городом

Квартира, в которую они заехали, была просторной и могла вместить ещё пару человек. Окна выходили во двор, где резвились детишки, звонко хохоча и шустро бегая друг за другом. Район казался спокойным и обжитым. Густые деревья, как купол собора, скрывали от палящего солнца всех, кто находился во дворе. Приятная прохлада разносилась по округе, предвещая новый сезон опавших листьев, голых крон и обилия снега.

Все эти новые горизонты открывались лишь для них двоих. Денег было достаточно, чтобы полгода, а то и больше, ни в чём себе не отказывать, конечно, в рамках разумного. Остаток года обещал быть интересным, ведь впереди ждали новые знакомства и целая вселенная позабытых человечеством фактов древности.

Несмотря на прекрасную погоду, Дейзи до сих пор сердилась на Лейлу и показывала это всем своим видом. Она молчала и пыталась не обращать внимания на помутневший рассудок подруги, которая ходила по квартире с не сходящей с лица улыбкой. Хотя где-то глубоко в душе Дейзи надеялась, что всё обойдется. Возможно, Лейлу захватит нечто новое в науке, и она перестанет смотреть на этого Иссахима, словно на свет в конце тоннеля.

После того как вещи были разложены, а комната приобрела божеский вид, Дейзи, превозмогая усталость, решила серьёзно взяться за Иссахима. Ей стало любопытно, где скрывается истина в его так складно звучащих рассказах. Она убеждала себя, что её интерес был чисто историческим. Но на самом деле причина крылась в Лейле. Дейзи хотела выставить этого парня в невыгодном свете, чтобы подруга убедилась в своей недальновидности и в конечном итоге разочаровалась в Иссахиме до того, как случится неизбежное. Тогда в следующий раз Лейла точно не станет слушать зов эмоций, ведь на их смену придёт логика, которая всегда поддаётся объяснению.

Выйдя на улицу, Дейзи спросила дорогу к библиотеке у первого попавшегося незнакомца. Им оказался приятный на вид парень. Выяснилось, что городская библиотека располагалась в другой части города. Но так было даже интереснее, подумала Дейзи, ведь можно немного познакомиться с окрестностями города, в котором ей предстояло провести следующие годы своей жизни.

По дороге к библиотеке она разглядывала сооружения, привлекающие своей красотой. Многие из них были выполнены в стиле барокко и классицизма. Каждая постройка притягивала внимание своей изысканностью. Человеческий глаз во все времена интересовала красота и безупречность форм, к которой стремился всякий скульптор и архитектор. И вот оно – величие, созданное для любования и восторга. Элементы плавно перетекали из острого в округлое и наоборот, придавая своими формами величественность зданиям. Но вся эта красота заканчивалась, стоило только оказаться в новых кварталах. Тут царил один пресловутый модернизм, который мерк по сравнению с настоящим искусством градостроения. Странно, что раньше строили намного лучше, чем сейчас. Эти бетонные коробки со стеклами неинтересных прямых форм не задерживали на себе и секунды человеческого взгляда. Они казались пресными и скучными, слишком понятными и простыми, чтобы тратить на них хоть миг. Лучше предаться приятным воспоминаниям или подумать о планах на будущее.

Перейдя подземный переход, выложенный множеством камней, Дейзи увидела вдали городскую библиотеку. Она была внешне так же прекрасна, как и те градостроительные скульптуры, которые попадались ей по пути сюда. И чем ближе она подходила к зданию, тем больше чувствовала эту невесомую энергию мудрости, которой был пропитан каждый выточенный камень, каждый заложенный блок в этом кладезе знаний.

Войдя внутрь, Дейзи взглянула вверх, и у неё невольно отвисла челюсть. На полукруглом потолке виднелись прекрасные картины, словно наблюдающие за тишиной и порядком в зале. Посередине располагались глобусы, выполненные из дерева и покрытые лаком. Там же возвышались огромные часы, смотрящие на все четыре стороны. Несложно догадаться, для чего они были здесь.

Всё остальное пространство было забито книгами. Каждый шкаф насчитывал десять полок в два ряда. Количество шкафов сложно было сосчитать, казалось, что их здесь несчётное множество. А если этого кому-то покажется мало, то на втором этаже ожидало продолжение. Окна были широкими, полукруглыми. Они, словно огромные големы, стояли на страже света. Небольшие фонари подсвечивали потолок, чтобы можно было лучше разглядеть переливы красок и насладиться роскошью живописи.

– Здравствуйте! Чем я могу вам помочь? – окликнул Дейзи незнакомый голос. Она быстро пришла в себя.

– Здравствуйте. Как же у вас здесь чудесно, – восхищённо сказала Дейзи, не отвечая на заданный вопрос. Ей хотелось поговорить о библиотеке, которая так поразила её.

– Благодарю. Таких комплиментов мы ещё не слышали. Вижу, вы у нас впервые?

– Да, я только приехала пару часов назад и решила сразу заглянуть в то место, где буду проводить часы напролёт, не замечая хода времени, – с улыбкой закончила Дейзи.

– Я очень рада, что наша библиотека вызывает у вас восторг. Позвольте полюбопытствовать, какую книгу вы ищете, или просто решили полюбоваться красотами?

– Да, разумеется. Меня интересует 930 год до нашей эры, – быстро ответила Дейзи.

– Любопытный выбор. Второй этаж, край левой стороны, вторая полка снизу, – отчеканил библиотекарь.

Они обменялись любезностями, и Дейзи поднялась на второй этаж. Подойдя ко второй полке, находящейся в крайнем левом углу, она без труда нашла ту самую книгу, которую искала. Дейзи быстро вспомнила, что уже однажды держала в руках точно такую же, только в далёком детстве, когда ей не было и четырнадцати. Единственное отличие – эта книга выглядела более новой.

Дейзи быстро пробежала глазами текст и поняла, что в ней нет никаких зверств, о которых рассказывал Иссахим.

Царь Соломон прославился небывалой мудростью и справедливостью. Те, кто требовал наказания, получали его в полной мере, остальные же испытывали истинный восторг от его судебных решений. В истории насчитывается не одна сотня заседаний, в которых он принимал участие. Но есть одно любопытное, дающее понять, насколько он был мудр.

Однажды к Соломону на суд пришли две женщины. Они обе работали в одной древней профессии, о которой в приличном обществе не говорят или заменяют словом «блуд». Это были лучшие подруги, проживающие на окраине Галаада в одном доме и делившие комнату на двоих. Общее пространство разделялось лишь занавеской. По стечению обстоятельств они забеременели в один день. Роды были тяжёлыми, но они обе справились с этим. На всеобщее удивление, младенцы выглядели здоровыми и крепкими. Это были мальчики. Но через несколько месяцев один из младенцев умер. Одна из женщин подменила мёртвого ребенка на живого, и теперь было сложно разобраться, кто говорит правду, а кто врёт.

На суде каждая мать твердила, что это её младенец. Обе осуждали друг друга, выкрикивая мерзости. Но делу это явно не помогало, а сознаваться в гнусном поступке никто не собирался. Каждой из них нужен был живой ребёнок, которого обе называли своим.

Соломон выслушал каждую мать и в конце сказал:

– Положите младенца на стол. Вот моё решение. Если обе женщины требуют живого ребёнка и ни одна не признаёт мёртвого, то разделим живого между ними обеими. Я рассеку его пополам.

Соломон взял саблю у стражника и занёс над головой, быстро приближаясь к ребёнку. Поняв, на что готов пойти царь, одна из матерей бросилась к младенцу, чтобы заслонить его собой. Вторая же просто смотрела на происходящее, проливая слёзы. Раздались крики и мольбы о пощаде, чтобы тот не убивал ни в чём не повинное дитя. Женщина добровольно передала младенца в руки другой, лишь бы тот оставался жив. Соломон взял ребёнка на руки, поднял вверх и произнёс:

– Да благословит Господь это дитя и потомство его, – и поцеловал ребёнка в лоб. – И более всего, его истинную мать, – с этими словами он передал младенца женщине, которая защитила ребёнка, закрыв его собой. Такой простой хитростью ему удалось узнать, кто нагло врал ему в глаза. Зал ликовал, скандируя в один голос имя Соломона.

Соломон налаживал торговые пути, вёл активную политику, строил храмы, выводя свою страну на новый уровень. Она богатела и становилась могущественной державой, с которой необходимо было считаться.

Дейзи положила книгу на полку, убедившись в своих догадках насчет Иссахима, и направилась к лестнице, чтобы уйти. Но по неведомым причинам, прежде чем её нога коснулась ступеньки, она обернулась и увидела взрослого мужчину, который достал с полки ту же книгу, которую минуту назад она держала в руках. В ней заиграло любопытство, что могло привести этого человека к такого рода литературе. Это очень специфическая направленность в истории.

Не скрывая интереса, она без колебаний подошла к нему. Между ними завязался разговор.

– Здравствуйте. Меня зовут Дейзи, – без колебаний начала она.

– Здравствуй, Дейзи, – произнёс мужчина, не обращая на неё никакого внимания и продолжая перелистывать страницы книги.

– У меня есть к вам вопрос, – настаивала Дейзи, не получив ожидаемой реакции.

– Нет, девушка, спасибо за помощь, я уже нашёл ту книгу, которую искал, – продолжал мужчина ровно и спокойно, по-прежнему не обращая внимания на Дейзи.

– Вы меня слышите? Я к вам обращаюсь. Вы, верно, меня с кем-то перепутали, – возмутилась Дейзи.

Мужчина поднял голову:

– Прошу прощения, я принял Вас за ту девушку, – он кивнул в сторону, намекая на администратора, который помогает в поиске интересующей книги. – Позвольте представиться, Эрон Данго, – он протянул руку. – Я преподаватель археологии в университете на улице Эринстрит.

– О! Так, получается, я ваша студентка! – удивлённо произнесла Дейзи. – Извините за грубость, я, погорячилась, – словно оправдывая свой возмущённый тон, сказала она и тут же покраснела.

Эрон Данго, будто не замечая этого, задумался и стал вслух размышлять:

– Как интересно получается. Вот вам и влияние судьбы…

Он мгновение смотрел на Дейзи, думая о своём.

– Я только что читала эту книгу, – нарушила молчание Дейзи.

– Интересный выбор. Это ведь не художественная литература. И, насколько мне известно, не входит в курс обучения, даже в качестве наказания, – он поднял бровь, ожидая ответа.

У Дейзи появилось ощущение, что они переместились на кафедру и сейчас ей предстоит отвечать пройденный материал.

– Собственно, поэтому я к вам и подошла, хотела кое-что уточнить. Как же мне повезло, что вы, в некотором роде, учёный, специалист по истории и археологии, – быстро говорила Дейзи, то ли чтобы не забыть пролетающие в её голове мысли, то ли от небольшого волнения. – Учитывая эти факты, вы, скорее всего, сможете без труда ответить на любой вопрос, связанный с древностью.

Дейзи с надеждой смотрела на своего возможного спасителя.

– Вполне вероятно, вы правы. Я весь внимание. К чему вся эта интрига? – с недоверием спросил Эрон.

– Совсем недавно в поезде я услышала удивительную историю. И сразу же решила проверить, насколько она правдоподобна. К сожалению, мне не удалось найти ни одного подтверждения услышанному, – осторожно начала Дейзи. Она сама не знала, почему так аккуратно подступалась к разговору. Может, причина во взгляде Эрона Данго – хитром и одновременно проникновенном, одним словом, вызывающем подозрения.

Это было не в её характере, но внутренний голос подсказывал действовать именно так несмотря на то, что она всегда была прямолинейной – это та самая изюминка, которая отличала её от сверстниц.

– И что же это за история такая, которая заставляет окунуться во времена до нашей эры?

Дейзи пересказала услышанное от Иссахима, не упуская ни одной детали. И чем ближе к концу подходила история, тем сильнее расширялись глаза собеседника.

Когда Дейзи закончила, он спросил:

– Вы могли бы назвать мне имя этого рассказчика? Уж больно интересно, откуда такие подробности, – его глаза были недоверчиво прищурены.

– Извините, я не помню, как он выглядит, и тем более не знаю его имени. Это лишь история, которую мне довелось услышать, когда я ехала в поезде. Он был набит студентами, да так сильно, что было просто не протолкнуться.

Дейзи такой вопрос показался странным, поэтому она решила не описывать нового знакомого Лейлы.

– Понимаю. Сам когда-то был студентом, вижу, что за столько лет мало что изменилось. Хочу вам дать бесплатный совет. Не стоит доверять всяким чудным рассказам. И вообще лучше забыть про это, ведь к реальности это не имеет никакого отношения. Прошу меня простить.

Эрон Данго откланялся и быстрым шагом покинул библиотеку.

Всё это очень насторожило Дейзи. Если человек уходит, избегая ответа, значит, он явно что-то знает. Ей стало интересно, в чём же тут дело, и она решила на следующий день отправиться в музей древностей в надежде найти хоть какие-то ответы.

Печальная весть

Вернувшись домой, Дейзи увидела Лейлу. Её волосы были растрёпаны, а глаза красные, как у подопытных мышей. На полу лежал вскрытый конверт, а в руках – письмо, залитое слезами.

– Что случилось? – спросила Дейзи, не понимая происходящего.

– О, Дейзи! – Лейла бросилась ей на шею, продолжая рыдать. Она повисла на Дейзи, обхватив её руками.

– Ты можешь сказать, что случилось? – в голову Дейзи закрадывались недобрые мысли, гнев медленно поднимался.

Лейла запиналась, захлёбываясь слезами:

– Твоя бабушка… Она, она… – набрав побольше воздуха, Лейла продолжила: – Умерла.

– Что, умерла? – переспросила Дейзи, не до конца вникая в услышанное.

– Её нашли мёртвой в своей кровати, а крыша была пробита насквозь, – рыдания Лейлы усилились. Она протянула письмо. Оно было влажным, некоторые слова расплылись, чернила растеклись, но всё же Дейзи смогла разобрать написанное.

«Дорогая Дейзи,

Спешу сообщить печальную весть. Сегодня из жизни ушла твоя бабушка Роуз. Сейчас ведётся следствие, поскольку крыша в доме была пробита. Вполне вероятно, что это грабители. Лично я сильно сомневаюсь, это лишь первые догадки следствия. Никто ведь в здравом уме не будет жить с пробитой крышей в доме, моя мать, как ты знаешь, к таким людям не относится. Следов насильственной смерти обнаружить не удалось. Вроде ничего не украдено, все вещи лежат на своих местах, но вот пробитая крыша сбивает всех с толку.

Похороны пройдут в четверг. Все мы знаем, какая у нас была бабушка. Я не хочу, чтобы ты заставляла себя приезжать сюда. Доченька, если считаешь нужным этого не делать, никто тебя винить не станет. Ты уже девочка взрослая, сама решай, нужно ли тебе это. Если что станет известно, я уведомлю тебя. Сейчас будет целая волокита с документами. Как же это некстати. Но ничего. Не забивай голову. Хорошо учись и передавай привет Лейле.

Твоя мама Луиза.

P.S. Люблю».

Дочитав письмо до конца, Дейзи сразу поняла, в чём тут дело. Казалось бы, смерть близкого родственника хоть немного должна огорчать или вызывать сочувствие, но Дейзи не испытывала подобных чувств к своей покойной бабушке. Эта новость промелькнула сквозь неё, не задев ни одной струны души. Но всё же кое-что произошло: ей стало намного легче, и гнев в отношении плачущей Лейлы улетучился, словно его никогда и не было. Стало проще дышать и легче думать.

– Лейла, всё в порядке. Люди умирают каждый день. И в конечном итоге, как ты понимаешь, это неизбежное окончание одного пути и начало другого. О котором, к сожалению, нам ничего не известно.

– Как ты можешь так говорить? Она ведь твоя бабушка! – Лейла возмущённо отстаивала свою точку зрения.

– Вот именно, моя бабушка, не твоя. Не понимаю, чего ты ревёшь. Ни я, ни тем более ты с ней даже не общались. Лично для меня она просто числилась в списке родственников. Юридически она была моей бабушкой, но фактически Роуз ничего не сделала, чтобы отстоять этот статус.

– Почему ты такая злая? О мёртвых нельзя так, – Лейлу уже было не остановить.

Если тебе неизвестно, то я скажу: о них говорят либо правду, либо ничего. Зачем лукавить? Ты ведь, и сама знаешь, какие у нас были отношения.

Дейзи стала успокаивать Лейлу, и в конечном итоге ей это удалось. Через пятнадцать минут Лейла уже была прежней – весёлой и беззаботной. То событие, как страшный сон, покинуло её воспалённое сознание, оставив лишь мимолётный след. Этой ночью Лейла спала без задних ног, а Дейзи думала, как же ей лучше поступить и стоит ли ехать на похороны своей нелюбимой бабули.

Дейзи мысленно представила лист бумаги, разделённый на две колонки: в одной части был плюс, в другой – минус. Спустя несколько минут один столбец заполнился десятью пунктами, а второй так и остался пустым. Дейзи поняла, что ехать ей попросту незачем. Решение было принято.

Начало учебы

Следующие несколько дней пролетели быстро и оказались насыщеннее, чем первый. Дейзи на время позабыла о своей затее пойти в музей, ведь нашлись дела поважнее. Они познакомились с соседями-студентами с другого курса, которые выглядели уставшими и потрёпанными после бурной ночи. Прогулялись по городу, чтобы лучше изучить окрестности, узнали, где находятся ближайшие магазины, прикупили продукты и приготовили поесть. Пришли в университет, чтобы заполнить юридические формальности касаемо жилья, увиделись со своим куратором и сделали еще много мелких дел.

Лейла блестяще сдала несколько тестов, чего уже давно никто не видел. Директор очень обрадовался, что под его крылом будут учиться такие самородки, восхвалял их несколько минут, а потом удалился.

Дейзи как бы невзначай спросила куратора, как зовут преподавателя по археологии, и была сбита с толку, узнав, что это женщина – Лиатрис Де-Вен, единственный преподаватель по этому направлению, работающая здесь очень давно. Её возраст превышал полвека. Дейзи не хотелось думать о причинах, почему джентльмен в библиотеке представился преподавателем, но её пытливый ум сам подкидывал разные варианты ответов, которые она отметала.

Настало 1 сентября. Дейзи и Лейла оделись по правилам: белый верх, чёрный низ. Им обеим очень шли платья, но правила писаны для всех, даже для тех, кому выделяется целая квартира.

Вокруг входа в университет собрались все студенты. Трибуна стояла посредине, а позади неё в ряд выстроились преподаватели. Каждый по очереди подходил к кафедре, чтобы представиться и сказать напутственные слова. Среди них Дейзи увидела того самого мужчину из библиотеки. Директор представил его отдельно от остальных:

– Дорогие студенты, хочу представить вам нашего нового преподавателя по археологии, Эрона Данго. Он совсем недавно прибыл к нам из путешествия, которому посвятил не один год своей жизни. Перед вами не только преподаватель, черпающий знания из книг, но и исследователь, идущий по цепочке событий. Эрон Данго подтверждает или опровергает факты истории. Под его началом была организована не одна экспедиция и написано множество замечательных работ, две из них вошли в тройку лучших этого года. Он заменит ушедшую на пенсию миссис Лиатрис Де-Вен.

Директор обратился к Эрону Данго:

– Я очень рад, что такой человек, как вы, будет обучать наших студентов и расширять их горизонты познания. Надеюсь, вам будет у нас комфортно.

Они обменялись рукопожатиями. Эрон Данго попросил микрофон, чтобы произнести слова напутствия:

– Спасибо, мистер Лакриз Пон-Дэлон, замечательная речь, – он посмотрел на директора, после повернулся к студентам. – Я пришёл в храм мудрости не просто так. Хочу, чтобы студенты смогли получить достойное образование и достоверные знания, которые пригодятся тем, кто решит продолжить путь исследований вне вуза. Жизнь, которую мы проживаем, интересна и загадочна. Я здесь, чтобы отыскать ключи и открыть все двери, которые когда-то были заперты. У каждого человека есть ресурс в виде времени, и он ограничен, хотим мы этого или нет. Каждая новая жизнь – это очередной ключ к замкам истории. Вы все – наше будущее и надежда на открытие ранее забытых знаний. Спасибо за внимание.

– Вот это речь! – воскликнула Лейла, поддерживая сказанное аплодисментами.

Дейзи же, в отличие от всех остальных, лишь смотрела на этого хитреца, не отводя взгляд. Она заметила, что у него в руке небольшой блокнот, который он всегда носит с собой. Дейзи не терпелось взглянуть, что же там внутри.

– Какой же он симпатичный, этот Эрон Данго. Дейзи, ты уже видела расписание? – не дожидаясь ответа, Лейла продолжила: – Спешу сообщить, мы будем достаточно часто встречаться с ним, – по её лицу растеклась улыбка.

Действительно, Эрон Данго был хорош собой: подтянут, гладко выбрит, с ярко-голубыми глазами, при свете дня казавшимися безоблачным небом, и взглядом опытного и своевольного человека. Пшеничного цвета волосы блестели в свете солнца, как перламутр. Из нагрудного кармана выглядывали очки, которые он, скорее всего, надевал при чтении. Пальцы у него были длинные, как у пианиста, способного дотягиваться до нескольких клавиш одновременно. Его нельзя было назвать низким человеком, его рост немного выходил за привычные пределы роста большинства людей около 190 сантиметров.

Он не был похож на преподавателя археологии, скорее на актёра или фотомодель. Среди других преподавателей он сильно выделялся, и когда Эрон Данго встал обратно в ряд, стало понятно, что он самый молодой из всех.

– Смотри, девчонки уже слюну пустили. Как думаешь, он женат? – кокетливо спросила Лейла.

– Какое мне дело до этого? Он преподаватель, и всё, – нервно ответила Дейзи.

– Ты чего злишься? Я ведь просто спросила, – Лейла непонимающе взглянула на подругу. Та молчала. Лейле было знакомо это выражение лица, она сразу всё поняла: её лучше какое-то время не беспокоить. Дейзи не любила, когда её отвлекали от мыслительных процессов, и непреднамеренно грубила, сама того не замечая.

После торжественной части начались занятия, и все направились в кабинеты. Первые дни в университете больше напоминали знакомство, а не обычные пары.

Поэтому Дейзи, найдя свободное время, отправилась в музей, как и задумывала. Но там её ожидало разочарование: эпоха Соломона была непопулярна среди посетителей. Большую часть экспозиций отдали теме Египта, Древнего Рима и различным картинам – чему угодно, но только не тому, что она искала. Дейзи была раздавлена, ведь проделанный путь никуда не вёл. Опустив голову, она отправилась домой.

Настоящий актёр

Пройдя немалую часть пути, Дейзи услышала знакомый голос, который невозможно было ни с чем спутать – он жужжал, словно муха, все дни, пока они ехали в поезде. Парень шёл в окружении девушек, которые, как завороженные, следовали за ним. Приглядевшись, она узнала в юноше Исаахима, подонка, морочившего голову её подруге.

В одно мгновение сердце Дейзи наполнилось гневом. У неё и так было паршивое настроение, а увидев Исаахима, она вышла из себя и направилась в его сторону, чётко понимая, что хочет высказать ему всё, что думает.

Настигнув группу во главе с Исаахимом, Дейзи стала плестись сзади, чтобы услышать, о чём он говорит. И действительно, опять эта злополучная история, звучавшая в поездке.

– Смотрю, ты льёшь эту историю по секрету каждому, кого хочешь затащить в постель! – громко заговорила Дейзи, чтобы её было слышно всем.

Рассказчик опешил, прервав свой рассказ. Толпа обернулась и расступилась, из середины вышел Исаахим. Ему ничего не оставалось, кроме как солгать.

– О чём ты говоришь? – Исаахим сделал непонимающий вид. Как оказалось, он был отличным актёром. Если бы Дейзи не встретила его однажды, то, скорее всего, поверила бы в его лжеискренность.

Словно не замечая его, она продолжила давить аргументами:

– Неужели ты не понимаешь? Ну переспишь ты с парой десятков девушек, а что потом? Твоя история будет уже не такой интересной, ведь её будут знать все вокруг, и твоё двуличие станет очевидным.

Девушки переглянулись, недоумевая, что происходит. Одна из них вышла из круга со словами, что ей пора домой, и, не дожидаясь ответа, двинулась в неизвестном направлении. Другие последовали её примеру. Через пару мгновений толпа рассеялась. Осталась лишь одна девушка. Дейзи сразу поняла, что её присутствие объясняется не искренним желанием, а отчаянием. Она была неказистой, в очках, больше напоминавших линзы. Передние зубы были очень крупными, и верхней губы не хватало, чтобы их прикрыть. Они торчали, как отдельный элемент лица.

Исаахим, увидев её, поморщился. Хотя, по сути, это был единственный человек, который остался с ним до конца и верил ему больше, чем здравому смыслу.

Дейзи обратилась к девушке:

– Этот козёл тебя недостоин. Поверь, его место рядом со свиньями, которые валяются в грязи.

– Да что я тебе сделал? Неужели поимел твою подругу, и ты пришла мне мстить? – Исаахим повернулся к Дейзи, посчитав, что можно выяснять отношения и при этой девушке. Ведь кто ей поверит, даже если она направо и налево будет кричать правду?

Эта девушка ещё какое-то время стояла и молча слушала их разговор, но, поняв, что ошибается насчёт Исаахима, не вымолвив ни слова, повернулась и ушла прочь.

– Нет, ты этого не сделаешь! Я тебе не позволю. Ты думаешь, что вокруг одни дуры, готовые вешаться тебе на шею? Мне знаком такой типаж, у него даже есть подходящее название – балабол. Мой тебе совет: держись подальше от нас, а то сильно пожалеешь.

– Я вспомнил тебя! – вскрикнул Исаахим. – Ты была с симпатичной подружкой, которая заценила мою историю. Да, точно. Мы тогда ехали в поезде. Тебя зовут Дейзи, а твою подругу – Лейла. Знаешь, я даже не планировал с ней спать, потому что позабыл о ней. Но раз пошла такая карта и ты решила мне всё испортить, что ж, принимаю вызов. Она будет в первом списке, так что готовь платки, они пригодятся твоей подруге. Спасибо, что напомнила о ней. Знай, в случившемся будешь виновата только ты.

– Ты не посмеешь! – воскликнула Дейзи.

– Ха-ха, ты в этом так уверена? – Исаахим смотрел на Дейзи с вызовом. – Постой, у меня к тебе предложение. Есть шанс всё исправить. Сегодня ночью ты можешь ко мне прийти, и так уж и быть, я позабуду о твоей подружке, – на лице Исаахима появилась недобрая ухмылка.

Дейзи не верила своим ушам. Впервые в жизни она почувствовала отчаяние. Но не в её характере было позволять себе такую роскошь.

Словно не замечая наглости, Дейзи продолжила:

– Я тебя предупредила. Замечу твою задницу рядом с моей подругой – увидишь, как твоя жизнь начнёт рушиться, как карточный домик.

Дейзи повернулась и направилась домой, не обращая внимания на крики Исаахима ей вслед.

Придя домой, Дейзи злилась на себя, думая, что запустила неизбежную цепочку событий. С другой стороны, если это случится сейчас, то она будет уверена, что никто больше не пострадает от рук этого напыщенного болвана. Она подумала о том, чтобы направить негативную энергию на Исаахима, но тут же остановила себя. Ведь он ещё ничего не сделал, и надежда, что Исаахим одумается, не покидала её. В конце концов, разговор, хоть и неприятный, но с серьёзным посылом. Кому нужны враги в самом начале учебного года?

Чёрное пятно

Последующие несколько недель пролетели подобно порханию крыльев колибри. Дейзи не успевала закончить одно домашнее задание, как следом за ним появлялось другое. Лейла же плавала как рыба в воде, помогая Дейзи разобраться с заданиями, которые подступали, как змеи в густой траве. Знаний Дейзи не хватало для того, чтобы быстро выполнять домашние задания, и она, как порядочная студентка, читала дополнительную литературу в поисках ответов. На это уходило больше всего времени. Лейла предлагала списывать готовые ответы с её тетради, но Дейзи была категорически против такого подхода, объясняя это бессмысленной тратой времени. Ведь когда будет контрольный срез, все знания останутся на тетрадных листах, которыми точно не дадут воспользоваться, а голова так и останется пустой. Поэтому нужно самостоятельно выполнять домашние задания – ведь оставшиеся в голове знания и есть залог успеха после проделанной работы.

Лейла по вечерам гуляла, общалась с новыми людьми, оставляя Дейзи наедине с книгами. Дейзи не грустила и не осуждала подругу – этот путь она выбрала сама.

Как-то вечером раздался звонок в дверь. Лейлы не было дома, а Дейзи точно никого не ждала. Подойдя к двери, она взглянула в глазок и увидела незнакомого человека, который держал в руке непонятные ей вещи.

– Здравствуйте, вы по какому вопросу? – настороженно спросила Дейзи, не открывая двери.

– Я от вашей покойной бабушки Роуз. Она поручила мне кое-что вам передать, – прозвучал женский голос за дверью.

Эта женщина выглядела загадочно. На ней был балахон с капюшоном, скрывавшим лицо. Казалось, это говорящее чёрное пятно.

– Как вас зовут? – продолжила Дейзи, не открывая дверь.

Молчание. Дейзи ещё раз взглянула в глазок, но там уже никого не было. На пороге виднелись лишь оставленные вещи. Дейзи ещё какое-то время стояла и смотрела в глазок, ожидая, что женщина выскочит из-за угла. Но нет, тишина. Дейзи слышала лишь собственное дыхание.

Приоткрыв дверь, она вышла и осмотрелась. Никого не было, только книга и небольшой сундук непонятной формы. Она взяла эти вещи и занесла в квартиру. Сундук положила в шкаф, где из-за обилия вещей он затерялся, став невидимым.

Сложив все тетради в стопку и убрав на подоконник, Дейзи положила книгу на письменный стол и стала внимательно разглядывать её. И тут в памяти всплыл эпизод из далёкого детства. Она однажды видела эту книгу, когда была в палате с матерью, которая сильно болела.

В голове против её воли стали возникать непонятные образы. Но как только она отпустила книгу, они прекратились. Дейзи стало не по себе. Она списала это на усталость, которую испытывала уже несколько дней. После этого она пошла на кухню, приготовила себе чашечку горячего чая с лимоном и, выпив его, легла спать пораньше, перед этим положив книгу туда же, куда спрятала сундук. Она решила разобраться с этим позже.

Сон или явь?

Дейзи открыла глаза и оказалась в университетской аудитории. Она подумала, что немного вздремнула, пока никто не видел. Оглядевшись, Дейзи поняла, что в её окружении не студенты, которым положено сидеть и учиться, а близкие родственники, ушедшие из жизни. Тут были и бабушка Алана, и её супруг, дядюшка Фрэнк, покинувший этот мир уже двадцать пять лет назад, и многие другие. Были здесь и люди в странных одеяниях, которые не носили даже сотни лет назад. Многих Дейзи не то что не знала, но даже никогда не видела. Во главе этого собрания ушедших душ сидела бабушка Роуз. Она отличалась от всех находящихся в этом зале. Силуэты присутствующих были подобны мутной воде, но только не Роуз. Она стояла и смотрела на Дейзи, словно живая. Сверху, вместо люстры, сиял ярко-белый свет, расходившийся дымкой по этому огромному круглому помещению.

Дейзи не понимала, что происходит, её пульс начал учащаться.

– Постой, не волнуйся, пожалуйста, а то проснёшься, и я не смогу тебе всё объяснить, – Роуз выглядела встревоженной, но пыталась держать себя в руках.

– Объяснить что? Как я здесь очутилась? – Дейзи крутила головой, наблюдая за множеством душ, приходившихся ей родственниками. Все они молчали, не замечая её.

– Понимаю, у тебя много вопросов, я попытаюсь ответить на большинство, лишь бы хватило времени, – Роуз стала бледнеть.

– Какого времени, о чём ты говоришь? – Дейзи продолжала испытывать волнение, слова Роуз не возымели должного эффекта.

– Если ты дашь мне пару минут и не будешь перебивать, то узнаешь намного больше. Я трачу очень много энергии, когда ты нервничаешь, чтобы удержать тебя здесь, и боюсь, мне её не хватит. Я потратила последнюю возможность, чтобы вызвать тебя сюда. Прошу, успокойся, иначе всё будет напрасно, и тебе придётся искать ответы самой.

Дейзи глубоко вздохнула и умолкла, позволив Роуз продолжить.

– Как ты знаешь, меня уже нет в живых, но мой дух ещё какое-то время способен бродить по земле. Сейчас ты находишься в зале «Родственных Душ», сюда попадает каждый, кто является тебе близким по крови. Более того, ты всегда способна призвать одного из нас, если в этом есть необходимость. Мы как ДНК заложены в тебе. Книга, которую ты получила, – это сильнейший артефакт. В недобрых руках он способен на невероятные вещи. С помощью него можно исцелять или сеять хаос. Эта книга досталась мне очень давно. Она принесла в мою жизнь много возможностей, но и хлопот, куда же без них. Хочу, чтобы ты знала: я не выбирала себе такой судьбы. Мне было предрешено стать хранителем добра и зла, запечатанных в этой книге, так же, как и тебе. И куда бы ты ни пошла, что бы ни делала, судьба тебя настигнет. Поэтому не повторяй моих ошибок, прими её как часть себя. Крыша в моём доме пробита не просто так, я ведьма, и по окончании жизни, чтобы высвободиться из тела, нужно её пробить. В ином случае я буду гореть изнутри, но, несмотря на невыносимую боль, так и останусь в теле. Это намного хуже смерти. Представь, каково быть запертым внутри жестяного сосуда с водой, которая кипит, но так и не выпускает пар. Эта книга выбрала тебя, когда ты была маленькой. Думаю, причина в том, что ты тоже ведьма, как и я. Сила, которой мы обладаем, передаётся через поколение, поэтому твоя мать так далека от меня. Ответь, деточка, бывало ли, чтобы с тобой происходили необычные вещи? Скажем, твои обидчики сильно болели или с ними случались неприятности после того, как ты сильно злилась на них?

Дейзи кивнула.

– Вот мой тебе совет: пользуйся книгой с умом и не дай тёмной стороне завладеть твоим сердцем. Моё время и силы на исходе. Прощай!

– Постой, у меня ещё есть вопросы! – закричала Дейзи, но уже было слишком поздно.

Роуз стала растворяться и через секунду исчезла, словно её никогда здесь и не было.

Разочарование

Дейзи проснулась, соскочила с кровати и закрыла лицо руками. По щекам текли слёзы, смешиваясь с потом, словно она только что вышла из бани. Кровать была влажной, очертания её силуэта виднелись в лунном свете. Посмотрев в окно, она поняла, что на дворе предрассветный час. Часы на тумбе показывали 4:20.

Дейзи взглянула на свою подругу. Лейла крепко спала, слегка посапывая. Почему-то она была одета в верхнюю одежду, а не в пижаму. Веки Лейлы были опухшими, тушь на ресницах превратилась в комочки. Под глазами виднелась размазанная чёрная краска, свидетельствующая о недавних слезах. Дейзи грустно покачала головой, но будить Лейлу не стала. Ей и так было понятно, в какую историю та ввязалась. Кому-то нужен собственный опыт, а не советы подруги.

Дейзи с трудом встала и поплелась к столу. Взяла тетради, которые откладывала на подоконник, и продолжила заниматься, но мысли были заняты увиденным сном. Всё выглядело реалистично, она отчётливо слышала голос Роуз, пока та не растворилась без следа. Дейзи не могла поверить в увиденное. Её мозг привык доверять фактам, которые имеют под собой логическое объяснение. А тут небылицы какие-то. Это отвлекало от учёбы. Выпив успокоительное, она смогла наконец укротить назойливые мысли, сконцентрироваться и закончить домашнюю работу до будильника.

Когда Лейла проснулась, она сразу отправилась в ванную, не пожелав Дейзи доброго утра. Обычно Лейла всегда просыпалась с улыбкой на лице и поднимала ей настроение. Сегодня её словно подменили. Дейзи приготовила завтрак для них двоих, но Лейла даже не притронулась к еде, она лишь молча болтала ложкой в кружке с кофе.

Дейзи хотела с ней поговорить, но как только открыла рот, та сразу вышла из кухни и направилась собираться в университет. Весь день она игнорировала Дейзи, и в скором времени терпение Дейзи лопнуло. Она считала, что такое поведение недопустимо – лучшие подруги должны поддерживать и полагаться друг на друга, а не вести себя словно тень.

В середине дня, когда они направились в буфет, Дейзи не выдержала и подошла к Лейле, пытаясь завязать разговор. Та стояла в очереди за булочкой с чаем. Дейзи втиснулась в ряд.

– Ты не хочешь сказать, что случилось? Может, хватит меня игнорировать? – настойчиво спросила Дейзи.

Лейла взглянула на подругу отрешённым взглядом и растягивая слова ответила:

– А что тут обсуждать, ты ведь всё знаешь.

– Знаю о чём? Что кто-то воспользовался твоей наивностью? – уточнила Дейзи утвердительно-вопросительным тоном.

Лейла не произнесла ни слова, по её щекам потекли слёзы. Не выдержав, она выскочила из столовой и побежала в сторону университетского парка. Дейзи последовала за ней.

Дейзи догнала Лейлу, уже когда та сидела на лавке и плакала. Она аккуратно подсела и продолжила разговор:

– Понимаю, тебе больно. Но не стоит принимать всё близко к сердцу. В жизни всякое случается. Я хочу тебе помочь, поддержать. Расскажи, что случилось, и мы вместе всё преодолеем, – с уверенностью сказала Дейзи.

– Я никогда не думала, что парни на такое способны, – Лейле было сложно говорить, голос дрожал, делая речь неразборчивой.

Дейзи молчала, думая о том, что не существует на свете человека более наивного, чем Лейла. Лейла относилась к чувствительным натурам, которые познают этот мир немного иначе. Она стала быстро говорить, пересказывая все, что было у нее на сердце:

– Иссахим стал за мной ухаживать. Я знала, как ты относишься к нему, и поэтому не рассказывала, как провожу вечера. Но думаю, ты и так обо всём догадывалась и просто решила избавить меня от неудобных вопросов. А может, ты была полностью погружена в учёбу. Знаю, с тобой такое бывает. Но это уже не так важно. Всё было хорошо, даже замечательно, – Лейла перевела дух, высморкалась в платок, который всегда носила с собой в качестве аксессуара, никогда не задумываясь, что у него может быть другое предназначение. Пока ситуация не подсказала. – По вечерам мы встречались, гуляли, общались. Ничего не предвещало беды. Он пригласил меня к себе, я согласилась. В квартире было уютно, обстановка располагала. Иссахим предложил мне выпить. Очевидно, что я отказалась, но он стал настаивать, сказав, что так будет веселее. От нескольких глотков ничего не бывает, подумала я и попробовала. Напиток мне понравился, а через время стало хорошо, даже слишком. Раньше мне никогда не приходилось пить, ты ведь знаешь. Голова закружилась, и я потеряла ощущение времени, а потом и ощущение пространства стало подводить меня. Всё, что помню – это минутные вспышки. Даже сейчас сложно восстановить картину происходящего. Но учитывая, что у меня болит живот и то, что находится ниже, думаю, всё случилось. Понимаешь, я даже этого не помню, – Лейла снова заплакала. Но через несколько минут взяла себя в руки.

– За это время Иссахим столько всего успел мне наобещать. Говорил, будем вместе путешествовать, вести раскопки, и он поделится всеми знаниями мира, лишь бы я была с ним. Как же это мерзко, – Лейла снова высморкалась.

– Он мне что-то дал выпить, и я стала быстро приходить в себя. И тут он выдал то, чего я точно не ожидала. Слова Иссахима: «Это всё игра, а причина, по которой я начал её – твоя подруга Дейзи. Она начала вставлять мне палки в колёса, вот я и решил ответить ей взаимностью».

– Получается, что всё это была постановка, а я ведь верила в него. Дейзи, ты знаешь, насколько сильно я хочу путешествовать, приключения – моя мечта. И ради неё я на многое готова. Но не так же всё должно быть, – Лейла снова заплакала.

Дейзи успокаивала подругу, объясняя, что первый опыт может быть горьким, но не все люди такие. Есть и хорошие парни. Порой необходимо пережить такой опыт, чтобы научиться разбираться в людях.

– Но у тебя ведь такого не было, – нервно возразила Лейла.

– Да, не было. Я слишком недоверчива. Людям сложно со мной. Еще не было ни одного парня, который бы смог растопить моё логически мыслящее сердце. Порой мне кажется, я лишена сердца, у меня вместо него насос для перекачки крови по телу, и не более того. Что ж, грустить не приходится, я всегда была такой. Тебе повезло гораздо больше. Ты умеешь доверять, любить и отдавать. В то время, когда я воспринимаю это как нечто инородное. Но я учусь, и всё благодаря тебе. Мне никогда не приходилось говорить… – Дейзи на мгновение замолчала, собираясь с силами.

– Ты самый дорогой для меня человек, я сделаю всё, чтобы ты была счастлива. Хорошо, что ты не помнишь этого стручка, думаю, он маленький и неказистый.

Лейла улыбнулась и через секунду засмеялась. Но вскоре снова вернулась в реальность.

– Поверь мне, этот парень получит своё. И кстати, если ты так сильно грезишь путешествиями, то с превеликим удовольствием обещаю, они будут. Мы выучимся и вместе отправимся на поиски артефакта, о котором слышали в поезде. Если хочешь, конечно. Только давай переставай лить слёзы, они точно делу не помогут.

Лейла стала понемногу успокаиваться, поверив, что её сокровенная мечта начнёт сбываться, как только они окончат учёбу.

Дейзи негромко, почти шёпотом произнесла:

– Ты знаешь, и со мной кое-что произошло той ночью.

Лейла затихла, окончательно перестав плакать, и стала прислушиваться к каждому слову подруги.

Дейзи рассказала о незнакомке в чёрном балахоне. О книге и сундуке, который она оставила за дверью после своего исчезновения. О сне, который ей привиделся.

Лейлу настолько это заинтересовало, что она позабыла обо всём и слушала, широко раскрыв глаза. А в конце спросила:

– Не врёшь?

– Я когда-нибудь тебя обманывала? – с недоумённым видом спросила Дейзи.

– Это настолько невероятно, мне сложно поверить, – оправдываясь, отвечала Лейла.

Дейзи засмеялась, а после добавила:

– Ты удивительная, сомневаешься в моей правде, но при этом веришь первому встречному.

Но тут же пожалела о сказанном. На глазах Лейлы снова стали поблёскивать слёзы.

– Прости, я не хотела напоминать, – Дейзи обняла подругу. Лейла вскоре успокоилась.

Идя обратно к университету, Лейла с нетерпением спросила:

– Покажешь мне эту книгу?

– Конечно, тут и говорить не о чем. Можешь изучать её хоть сутки напролёт.

Лейла заулыбалась, глаза блестели, но уже не от слёз.

Они немного опоздали на занятия, но нисколько не жалели об этом.

Пантомима

Придя домой, Дейзи занялась домашними заданиями, а Лейла углубилась в изучение книги с педантичностью бухгалтера.

Через пару дней наступили долгожданные выходные, и Дейзи решила хорошенько выспаться. Лейла, как обычно, находила время и на учёбу, и на себя, и на изучение всего, что ей было интересно. Сейчас вместо ночных прогулок она увлеклась книгой, доставшейся Дейзи от бабушки Роуз. Лейла тратила всё свободное время на расшифровку рун и текста книги. По её словам, язык книги очень древний, и лишь в некоторых рукописях, которые дошли до нашего времени, вскользь упоминается о нём. Словно его и не существовало.

Дейзи не особенно заботила эта книга, она не верила в её силу. Её целью было отвлечь Лейлу от неприятных событий, случившихся недавно. Она не ожидала, что книга так увлечёт Лейлу.

Выходные пролетели незаметно. В воскресенье вечером Дейзи собиралась пораньше лечь спать, чтобы набраться сил на всю предстоящую неделю. Но её планы нарушила громкая музыка и голоса из соседней квартиры. Дейзи ворочалась, пыталась закрыться подушкой, но всё безуспешно, музыка постоянно её будила. В час ночи, когда Лейла уже крепко спала, она решила попросить соседей быть потише.

Выйдя в коридор, Дейзи постучала в дверь напротив, но музыка играла так громко, что заглушала стук. Никто не открывал. Тогда Дейзи застучала ногой по этой «чертовой двери», отделяющей её от ночных гуляк, забывших о соседях. Дверь распахнулась, и на пороге появился пьяный парень, еле держащийся на ногах. Дейзи подумала, что он сейчас упадет, но ошиблась: парень, видимо, был «привычный» к такому состоянию. В глаза сразу бросились его красные трусы – ничего другого на нём не было. За его спиной танцевали полуобнажённые девушки, не стесняясь демонстрировать свои прелести. «Видимо, это вечеринка для любителей ходить в одном нижнем белье» – подумала Дейзи.

Она стояла в пижаме. Лицо её мгновенно залилось румянцем.

– Ты к нам? Как же долго я тебя ждал! – парень попытался схватить её за руку, но Дейзи вовремя отпрянула. Он промахнулся и, если бы не держался за косяк, рухнул бы, как та банка, о которую он споткнулся, пятясь назад.

– Я ваша соседка, живущая напротив. Хочу, чтобы Вы убавили музыку. И вообще ложитесь спать. Мне завтра на учёбу, так же, как и Вам, полагаю. Так что прекращайте это веселье. Надеюсь, мы поняли друг друга.

– Постой, не уходи, пошли к нам, у нас весело. Ты когда в последний раз отдыхала?

– Сейчас речь не обо мне. Музыку убавьте, я не могу уснуть! – раздражённо ответила Дейзи.

– Ты всегда такая зануда? – парень посмотрел на неё исподлобья.

– Боюсь, мне придётся вызвать полицию, если мы не договоримся.

– Я тебя понял, – парень с обидой посмотрел на Дейзи. – Прощай! – он закрыл дверь перед её лицом.

Дейзи вернулась в квартиру. Через пару минут она поняла, что музыка не стала тише, напротив, звучала на порядок громче, чем до этого.

Ещё какое-то время Дейзи пыталась уснуть. Но ей это не удавалось, тогда она решила не терять времени зря и почитать книгу. Стучать на соседей ей категорически не хотелось.

Взяв книгу, доставшуюся от покойной бабушки Роуз, она начала перелистывать страницы. Удивительно, но она понимала, о чём там написано, хотя Лейла утверждала, что эти загадочные иероглифы невозможно прочитать.

В книге было много интересного: заклинания, которые не требовали никаких ритуальных предметов и особых навыков. Всё написанное казалось Дейзи логичным и понятным. Некоторые заговоры нужно было повторять несколько раз для большего эффекта.

Все внимание Дейзи захватило одно интересное заклинание под названием «Траутишь», которое ей удалось найти на страницах книги. В нём пошагово описывалось, как заставить людей, на которых направлено заклинание, замолчать и не издавать ни звука.

Не думая о последствиях, она решила испробовать его. Дейзи перенесла иероглифы в тетрадь, как требовалось. Заклинание можно было направить на одного человека или группу людей, в зависимости от перенесённых рун. Дейзи выбрала квартиру напротив.

Прочла заклинание семь раза, для пущего эффекта. И как только её уста произнесли последние слова, неожиданно для неё самой стало тихо, как на дне океана. Дейзи сильно удивилась и, не поверив в случившееся, посчитав это случайным совпадением, направилась в квартиру, откуда минуту назад доносилась музыка. Подошла к соседской двери и прислушалась.

Было слышно, как люди перешагивают с ноги на ногу словно пританцовывая, но при этом они не издавали не звука. Дейзи принялась колотить в дверь, как в прошлый раз. Дверь открылась, и её взору предстал всё тот же парень. В его руке он держал бутылку с каким-то алкогольным напитком. Дейзи посмотрела, что происходит в комнате у него за спиной и была поражена. Всё те же ребята продолжали двигаться под отсутствие музыки, девчонки целовались с парнями.

Молодой человек, который открыл дверь, отпил из бутылки и стал шевелить губами, не издавая ни звука, словно немой.

– Не понимаю, это что, шутка такая?! – Дейзи смотрела на него, как на идиота, который потерял дар речи. Она попросила его повторить.

Всё повторилось, его губы шевелились, но при этом голоса не было.

Дейзи махнула на парня рукой и вернулась к себе в комнату, посчитав этот розыгрыш совсем не смешным. Она лишь попросила вести себя тише, но никак не играть пантомиму, да ещё так реалистично.

Добравшись до кровати, Дейзи улыбнулась, вспомнив лицо парня, который пытался выдавить из себя хоть слово. Со спокойной душой и тишине Дейзи быстро заснула.

Полезный совет

Проснувшись, Дейзи с удивлением обнаружила, что все её мысли заняты Иссахимом. Точнее, то, что произошло между ним и Лейлой. Когда Лейла рассказала ей о случившемся, Дейзи испытала искреннюю злость – те самые чувства, которые способны привести к необратимым последствиям.

Дейзи и Лейла опаздывали на занятия, и носились по квартире, как угорелые. Первой парой была археология с Эроном Данго. Они уже посетили несколько его занятий, и каждый раз в конце лекции все присутствующие аплодировали ему стоя. Его манера преподавания, то, как он преподносил материал, захватывала внимание аудитории и не отпускала на протяжении всего полуторачасового занятия, без перерыва, и всем этого казалось мало. Посетив его пару однажды, уже никто не хотел опаздывать.

Конечно, поначалу многие студенты с других курсов, услышав о новом преподавателе, не воспринимали его всерьёз, думая, что он похож на Лиатрис Де-Вен. Её монотонная речь убаюкивала студентов, и они засыпали на её лекциях. Она была как радио, которое тщетно пытается поймать волну. Из-за возраста ей так и не удалось найти общий язык со студентами.

Несмотря на опоздание, их никто не ругал. Эрон Данго жестом пригласил их занять свободные места. Все первые ряды были заполнены до отказа. Многие заранее занимали места, чтобы лучше слышать, о чём говорит преподаватель. Дейзи и Лейле достался последний ряд. Но благодаря соблюдавшийся в аудитории тишине даже на последнем ряду его было неплохо слышно.

Лекция была посвящена Древнему Египту. Эрон Данго рассказывал о важности изучения этапов зарождения и развития каждой эпохи.

И тут в аудиторию ввалился Иссахим. Он немного пошатывался и, не дожидаясь реакции преподавателя, прошёл на последний ряд. Увидев Лейлу, он прошёл мимо, словно не замечая её. Его лицо не выражало никаких эмоций. Он сел на самый край ряда, положив руки на стол и уткнувшись в них. По его виду было ясно, что он пьян и не способен воспринимать никакую информацию.

Когда Иссахим проходил мимо, Дейзи заметила, что на его шее болтается какая-то безделушка. Она решила спросить у Лейлы, думая, что ей известно происхождение этой вещицы.

– Ты не знаешь, что это за медальон на шее Иссахима? – прошептала Дейзи.

Медальон напоминал два сплавленных между собой треугольника. В каждом из углов можно было различить символы, а в центре – изображение ладони с открытым глазом.

– Это сейчас не так важно, давай после пары, – шёпотом ответила Лейла.

Ребята, находящиеся рядом с ними, стали шикать на них, приложив указательный палец к губам. Дейзи поняла, что даже если она попытается продолжить, то фанаты Эрона Данго просто загрызут её заживо прямо на заднем ряду, и решила подождать окончания пары.

Прозвенел звонок, задания на следующее занятие были уже получены и записаны в тетрадь. Студенты стали расходиться, но Дейзи не торопилась. Она не любила торопиться и толкаться. Она просто сидела, наблюдая, как пустеет аудитория.

Спускаясь по лестнице, она заметила тот самый дневник, который Эрон Данго всегда носил с собой. Она не смогла устоять перед искушением заглянуть в него. Отсутствие людей подтолкнуло её к действию.

Она подошла к столу, взяла дневник и, открыв его, стала быстро пролистывать страницы, ища что-нибудь интересное. Каково же было её удивление, когда она обнаружила руны и надписи, похожие на те, что были в книге, доставшейся ей от бабушки Роуз. Через несколько страниц она нашла ошибки в записях и автоматически стала их исправлять.

Пролистав ещё немного, она увидела тот самый амулет, который назывался печатью Соломона.

– Вижу, вас не учили хорошим манерам. Тогда я вам это скажу. Чужие вещи без спроса брать нельзя. Думаю, вы это запомните, в противном случае у нас с вами возникнут неприятности, – сказал Эрон Данго.

Его лицо не было ни злым, ни строгим. Напротив, он говорил всё это как-то по-отцовски, словно с неопытным ребёнком, которого нужно учить простым вещам.

В голове Дейзи пронеслось несколько вариантов действий:

Сбежать, бросив дневник. Но это было глупо, ведь Эрон Данго знал её в лицо, к тому же она училась в его группе.

Сказать, что она искала владельца дневника и поэтому открыла его, чтобы вернуть забытую вещь. Но это было неправдой и не к месту.

Остаться верной своему принципу всегда говорить правду, которым она так гордилась, даже если это приведёт к неловкой ситуации.

– Извините, что взяла ваш дневник, – сказала Дейзи, глядя ему прямо в глаза. Ей было совсем не стыдно за свой поступок, она извинялась лишь из вежливости. – Признаюсь, мне всегда было любопытно, о чём пишут такие люди как вы. Ведь в ваших головах хранятся знания целых тысячелетий. Я помню нашу первую встречу, и мне непонятно, почему Вы ушли от ответа, – Дейзи внимательно смотрела на него, пытаясь понять, о чём он думает.

– Ваша позиция мне ясна. Я ценю честность в людях, но давайте договоримся, что подобного не повторится. Что касается моего ухода от ответа, на это есть свои причины, думаю, со временем Вы сами всё поймёте.

Она была огорчена, что не получила желаемого ответа, но в то же время понимала, что находится в проигрышной позиции. Поэтому ей оставалось довольствоваться тем, что она не будет наказана.

– Что ж, извините, мне пора, – сказал Эрон Данго, протянув руку за дневником. Забрав его, он добавил: – Дела не ждут.

Дейзи осталась одна в аудитории, пытаясь осмыслить произошедшее. В этот момент вбежала Лейла.

– Ты чего тут торчишь? Я тебя везде ищу, сейчас начнётся следующая пара! – воскликнула она.

Лейла схватила Дейзи, которая всё ещё находилась в ступоре, за рюкзак, и потащила на следующее занятие.

Щит

Остаток учёбы прошел без происшествий.

По пути домой Лейла рассказала Дейзи, что амулет, который носит Иссахим, достался ему от предков. По его словам, без него он чувствует себя уязвимым.

В детстве с ним постоянно происходили какие-то неприятности: он часто болел, падал с велосипеда на ровной дороге, рвал одежду. Родители объясняли это его худобой и слабым иммунитетом.

Иссахим часто попадал в нелепые ситуации, из-за чего его дразнили ребята постарше и посильнее. Он был вынужден выполнять их требования, чтобы не остаться совсем один.

Но с появлением медальона всё изменилось. Больше никаких бродячих собак, гнавшихся за ним по тёмным аллеям, падений с велосипеда и рваной одежды. Иссахим превратился в обычного мальчишку, у него появились новые друзья, он стал увереннее в себе и даже перестал болеть.

Дейзи, поразмыслив, решила, что родители Иссахима поступили правильно, внушив ему веру в силу амулета. Ведь дети во многое верят, а Иссахим, возможно, сам себе внушал, что он несчастный и брошенный, из-за чего и происходили с ним все эти неприятности. На самом деле это просто психосоматика. А ты что думаешь по этому поводу?

– Лейла, тебе нужно как-то снять с него этот амулет! – взволнованно ответила Дейзи.

– Зачем? Ты тоже в это веришь? – Лейла испытующе смотрела на Дейзи.

– В последнее время я стала задумываться. Может быть, наш мир не так прост, как кажется, и существуют силы, о которых знали наши предки. Они жили по определённым правилам, понимая природу энергии и используя её себе во благо. Возможно, часть этой силы передалась и мне. Ведь когда я искренне злюсь, происходят странные вещи: люди, причинившие мне боль, сами страдают. Как это работает, я не знаю, но на Иссахима почему-то моя сила не действует. Вполне возможно, он не обманывал, говоря о силе медальона. Стоит попробовать его снять, – вполне серьёзно ответила Дейзи.

– Нет, я на это не пойду! Он мне противен! – решительно заявила Лейла. – К тому же, с каких пор ты стала верить в мистику? – Лейла удивилась, ведь Дейзи никогда не признавалась в этом, ссылаясь на волю случая.

– Ты же хочешь, чтобы он получил по заслугам! – возразила Дейзи. – К тому же, если ты пойдёшь на это, то спасёшь множество ни в чём не повинных судеб. Ведь Иссахим больше не будет таскать девчонок для поддержания своего эго, – Дейзи стояла на своём.

– Умеешь же ты уговаривать! А как насчёт тебя? – с хитрым прищуром спросила Лейла.

– Я бы с радостью, но мне к нему не подступиться. Когда я рядом, он насторожен, потому что ожидает какой-нибудь пакости с моей стороны. А ты другое дело, понимаешь?!

– Хорошо, я попробую, – неуверенно пробормотала Лейла.

– Вот и отлично! – обрадовалась Дейзи. – Скоро увидишь, как Иссахим вернётся в своё забытое детство, – подбадривающе закончила Дейзи.

Непредвиденные неприятности

Придя домой, они пообедали и отправились на прогулку. Вернувшись, сели за домашнее задание.

Время летело незаметно. Дни сменяли ночи, но Лейле никак не удавалось снять медальон с шеи Иссахима. Она перепробовала все хитрости, но ни одна не принесла успеха. Иссахим, словно чувствуя опасность, всегда вовремя отступал: то ссылался на отсутствие времени, то пропадал из виду.

«Что ж, раз так, – подумала Дейзи, – не беда. Попробуем воспользоваться книгой от бабушки Роуз, вдруг выйдет что-нибудь путное».

Она несколько часов листала книгу, разыскивая подходящее заклинание.

– Удача на моей стороне! – воскликнула Дейзи, найдя то, что искала.

Заклинание было достаточно мощным, чтобы пробить лёгкий щит в виде амулета, и достаточно простым для исполнения. Для него требовались корень имбиря, свечи, мел и чёрная льняная ткань. В книге говорилось, что имбирь – символ мужской силы и один из главных компонентов, поэтому нужен был максимально свежий корень. Также было важно провести обряд на закате солнца. После этого мужчина несколько месяцев не сможет удовлетворить ни одну женщину.

Дейзи отправилась в магазин, чтобы купить всё необходимое. Придя домой, она расположила имбирь в центре, как было указано в книге. После этого очертила круг мелом на чёрном льняном полотне и расставила вокруг свечи.

Дождавшись заката, она стала читать заклинание. По мере чтения имбирь усыхал прямо на глазах, превращаясь в засохший корж. Дейзи стало не по себе, но она всё же дочитала заклинание до конца.

Взяв имбирь в руки, она стала его рассматривать. Он был полностью высохший, словно из него выжали все соки. Испугавшись, она выбросила его в мусор, чтобы избавиться от мерзости.

Через некоторое время ей стало плохо. Она прошла на кухню, выпила воды, но внезапно почувствовала острую боль и колики в животе. Схватившись за него, она упала на колени. Через мгновение по полу потела кровь.

«Месячные», – подумала Дейзи, хотя это было странно, ведь они закончились несколько дней назад.

Опираясь руками на стену, она добралась до ванной комнаты, чтобы поменять бельё и искупаться. Но кровотечение не останавливалось.

«Если я еще немного помедлю, то упаду в обморок», – подумала Дейзи и стала звать на помощь.

Лейла, услышав крики, вбежала в комнату и, увидев ужасную картину, от страха зажала рот руками. Она никогда не видела Дейзи в таком состоянии.

Дейзи была не просто бледной, а белой как мел, словно альбинос. Кровь окрасила всю ванную в красный цвет и продолжала литься.

Из последних сил Дейзи попросила Лейлу вызвать скорую помощь. Та немедленно выполнила просьбу и оставалась рядом, держа её за руку, пока не раздался звонок домофона.

Вскоре Дейзи доставили в больницу, сделали переливание крови, капельницу и несколько уколов. Не обнаружив угрозы для жизни, врач отправил её в общую палату.

Дейзи была слишком слаба, чтобы полностью осознавать происходящее. На следующий день ей стало намного лучше.

Открыв глаза, она первым делом увидела своих соседей из квартиры напротив.

Наблюдая за ними, она поняла, что ни один из них не может произнести ни слова.

Подслушав разговоры врачей, один за другим приходивших ставить диагноз, она сделала вывод, что эта болезнь неизлечима. Ведь медики не могли понять причину недуга.

По рентгенам и томограммам, висевшим на их кроватях, было очевидно, что все связки целы, головной мозг не повреждён, а тесты не обнаружили нарушений в работе нервной системы. Тогда в чём причина их немоты?

«В чем же дело? Почему они не могут говорить?» – терзалась вопросами Дейзи.

Удивительно, но ребята как-то могли общаться между собой. У них был свой язык, понятный только им, и они без труда понимали мычание друг друга. Это ставило в тупик даже людей с высшим медицинским образованием. Единственный человек, знавший причину этой новой, неизученной болезни, лежал напротив и пытался понять, как избавить ребят от мучений.

Лейла была сильно напугана случившимся и большую часть времени после учёбы проводила рядом с Дейзи. Она делала здесь же домашние задания. Единственное, что ей запрещали, – оставаться на ночь в палате, так как Лейла не была ближайшим родственником, а Дейзи быстро шла на поправку и вскоре должна была выписаться.

Дейзи быстро поняла, в чём дело, и попросила Лейлу принести ту самую книгу, которая привела к этим неприятностям. Лейла повиновалась, но принесла не только книгу. В её руке был чертёж, который Дейзи нарисовала, исполняя первое заклинание. Его последствия сейчас лежали на кроватях и что-то шипели, поглядывая друг на друга.

– Ты не хочешь мне ничего объяснить? – возмущённо начала Лейла.

– Не злись, я просто до конца не верила в силу, заключённую в этой книге. Но теперь, когда я попала в больницу, мне всё стало ясно. Прости, – Дейзи искренне сожалела, что не рассказала Лейле раньше.

– Так что же это? Я вся во внимании, – Лейла нависла над Дейзи, словно торнадо, готовое разрушить всё вокруг.

– Посмотри на тех ребят в противоположном углу.

Лейла взглянула и сразу узнала соседа из противоположной квартиры. Остальных она не знала.

– Это чертёж к заклинанию Траутишь.

– И что делает это заклинание? – с интересом спросила Лейла.

– Я думаю, оно заставляет их забыть слова или не даёт им говорить. Но они понимают нас и слышат друг друга. Я ещё до конца не разобралась. Знаю только, что теперь они как немые рыбы, общающиеся на своём языке.

– Почему не говорила, что разгадала манускрипт? – удивлённо спросила Лейла.

– Я не разгадывала, – спокойно ответила Дейзи.

– Как это – не разгадывала? – лицо Лейлы выразило недоумение.

– Мне всё понятно и без дополнительной литературы.

– Этого не может быть! – с недоверием воскликнула Лейла, думая, что Дейзи врёт и не хочет раскрывать тайну. – Ты понимаешь, язык, на котором написана книга, мёртв! Он забыт и скрыт под пластами времени. На нашей планете нет человека, способного прочесть этот манускрипт. У нас только обрывки, указывающие на давнее существование этого языка, – Лейла, словно младенцу, объясняла Дейзи невозможность прочесть этот текст.

– Я не могу этого объяснить. Я просто понимаю текст. Не спрашивай откуда, я и сама не знаю, – повысив голос, ответила Дейзи. – Помнишь, как ты застала меня одну в аудитории? —

Лейла кивнула.

– Тогда я взяла дневник мистера Данго.

– Зачем? Ты ведь могла… – Лейла не успела договорить, как Дейзи перебила её.

– Он что-то скрывает, я уверена. В его дневнике я видела тот же манускрипт, что и в книге у меня. Более того, я заметила ошибки в его записях. Думаю, это отрывки из его путешествия, которому он посвятил много лет. Он что-то искал, но так и не нашёл. Мне бы понять, что именно, – Дейзи перешла на шёпот, сама того не замечая.

– Не понимаю, зачем тебе это?

– Ты и не понимаешь. Вспомни о своих мечтах о путешествиях и раскопках. У нас есть отличная возможность понять, откуда эта книга и что искал Эрон Данго.

– Я знаю способ, как безопасно узнать эту тайну. Более того, он сам тебе всё расскажет, – заигрывающим тоном прошептала Лейла.

– Да? И как же? – Дейзи напряглась.

– Эрон Данго дал задание описать эпоху зарождения Египта. Это задание для тех, кто ищет ответы на вопросы, которые не найдёшь в книгах. Мистер Данго пообещал тому, кто выполнит эту работу, ответить на любой вопрос по истории. А если не сможет удовлетворить любопытство, готов заплатить 500 долларов. Представляешь, насколько он уверен в себе? Где ещё ученик может получить деньги за работу?

– Ты должна выиграть этот конкурс, – воскликнула Дейзи.

– Зачем? У меня нет вопросов по истории.

– Вот именно. Ты знаешь только то, что написано в книгах. А нам нужно понять, что это за манускрипт в его дневнике и как он связан с книгой, доставшейся от бабушки Роуз.

Лейла смотрела на Дейзи, словно та говорила что-то непонятное.

– Только не задавай этот вопрос при других студентах, тогда он точно не ответит. Подожди, когда все уйдут, и тогда спроси. Он может отпираться, но ты не отступай, настаивай на своём. Уверена, он расколется.

Так они и решили. Дейзи отправила Лейлу домой, чтобы та как можно скорее начала готовить доклад на тему зарождения эпохи Египта, волнуясь, что Эрон Данго может изменить условия или вовсе передумать.

Полезное чтение

После выписки из больницы Дейзи посвятила всё свободное время изучению книги, которую принесла Лейла. Читая манускрипт, она многое поняла о том, что произошло за последнее время.

Она узнала, что дар речи вернётся к ребятам, которые лежали с ней в палате, через семь дней. Дело в том, что количество дней, в течение которых они не смогут говорить, напрямую связано с количеством повторений заклинания. Дейзи вспомнила, что повторяла его ровно семь раз. Значит, наложенное заклинание перестанет действовать сегодня, примерно между двумя и тремя часами ночи.

Врачи, которые лечили Дейзи, сообщили, что причиной обильного кровотечения стал разорвавшийся тромб во влагалище. Хотя причин для его возникновения не было: Дейзи редко нервничала, стрессовые ситуации в её жизни практически не происходили, она тепло одевалась и не переохлаждалась, а её график сна был в пределах нормы.

Из манускрипта Дейзи узнала истинную причину появления и разрыва тромба: это был результат отражённого заклинания.

Амулет, который носит Иссахим, гораздо древнее, чем кажется. Ему уже тысячи лет, и он может отражать многие заклинания, даже те, которые приносят средний вред здоровью. Сильные же заклинания, способные убить, отражаются с вероятностью в пятьдесят процентов.

За время, проведённое в больнице, Дейзи успела многое понять о мироздании. Она решила впредь относиться к заклинаниям более осторожно, ведь есть те, что могут привести к непоправимым последствиям. Это урок, который она усвоила на всю жизнь.

На следующий день, когда ребята вновь заговорили, Дейзи нисколько не удивилась этому чудесному событию, в отличие от врачей, которые ходили по палате в замешательстве, не понимая, как это возможно.

Пока она лежала в больнице, в её голове проносились разные идеи, одна безумнее другой. Дейзи нашла в книге раздел со снадобьями, и её осенило, где стоит попробовать полученные знания.

Признания себя

Когда Лейла в очередной раз пришла навестить Дейзи, та с ходу заявила ни о чём не подозревающей подруге, что нужно заставить Иссахима выпить снадобье, которое отправит его в царство снов на несколько часов, а она тем временем снимет с него медальон.

– Неужели ты готова на все ради своих целей? – воскликнула Лейла, не веря своим ушам.

– Я же для нас стараюсь! – ответила Дейзи. – Тебе ничего не грозит. Он будет спать как сурок, и стянуть амулет станет проще, чем плюнуть в колодец с полуметра. Тем более ты уже снова успела втереться к нему в доверие.

– А если он заявит в полицию? Это же воровство! – Лейла пыталась найти отговорки, чтобы не делать то, что предлагала Дейзи.

– Кто поверит парню с репутацией алкоголика и бабника? – ухмыльнулась Дейзи. – Полиция решит, что он его где-то потерял. Не забывай, что после снятия амулета Иссахим превратится в растяпу, что дополнительно подорвёт его авторитет и сыграет нам на руку.

– Почему ты в этом так уверена?

– Просто верь мне. Вместо того чтобы всю жизнь бегать от своих способностей, я решила разобраться в них и теперь могу сказать точно: ты была права, когда в шутку называла меня ведьмой. Как видишь, я могу читать неизвестный манускрипт и колдовать, если так можно выразиться. Это мой крест, и я буду нести его достойно. А те, кто попытается сделать больно моим близким, сильно пожалеют. И никакой медальон их не спасёт, даже если он старше планеты Земля. Кстати, ребята уже расколдованы и снова могут говорить, – с улыбкой закончила Дейзи.

– Смотрю, ты здесь зря время не теряла.

Лейле было бы проще думать, что подруга понемногу сходит с ума, но, наблюдая за проявлениями способностей Дейзи, она уже сама начала ловить себя на мысли, что всё то, во что она верила с юных лет, существует.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.