Алена Арнерио
До конца света

Глава 1

Элис никогда не задумывалась над тем, как бы она вела себя во время конца света. Когда все вокруг разрушается, растения умирают, люди погибают, а выживших угнетает не самое радужное будущее. Многие ли в принципе задумываются о таком? Вероятнее всего, люди бы делились на три вида.

Паразиты – они пытаются урвать для себя хоть какие-то блага и так в умирающем мире, совершая отвратительные поступки, воруя последнее у слабых или даже убивая. Не самый приятный тип, тем более в таких условиях.

Герои – само слово говорит за себя, они хотят изменить мир, предотвратить смерть, повернуть время вспять и успеть все изменить до того, как их постигнет ужасное, на них бы смотрели как на идиотов, которые пытаются высушить руки в воде, ведь все и так понятно – миру конец. Но они бы не сдавались, действительно бы сделали все возможное.

И самые обычные, наверное, большинство – смиренные. Они, может, и не приняли бы свою ближайшую смерть, но их постигло отчаяние, веры в лучшее уже нет, они попытаются затаиться, отсрочить свою погибель, но смерть всегда быстрее.

Куда бы отнесла себя Элис? Пока не побываешь в этой ситуации, ты не сможешь узнать наверняка. Все бы хотели быть героями, каждый считает себя особенным, что он послан в мир для чего-то могущественного, великого. Элис думала, что, возможно, она бы тоже не сдавалась, нельзя опускать руки, всегда можно все поменять. Но так ли это легко, когда ты оказываешься на алтаре у палача и понимаешь, что тебя сейчас постигнет? Никто не может знать, как он себя проявит в тяжелой ситуации. Может, она стала бы воровать еду, а может, спряталась бы в тихом месте, чтобы пожить еще какое-то время.

Например, бог оружия Роус по легенде был отважным героем, когда наступил конец света в его мире, он защищал слабых, помогал нищим, пытался предотвратить чудовищные деяния, но что-то в нем сломалось в один миг, будто кто-то отнял у него последнюю надежду, и он начал приближать конец света, творить ужасные вещи: насиловать женщин, воровать детей и сжигать их на костре, будто сама вселенная увидела бы такое поведение и предотвратила существование его мира вмиг, ужасаясь его деяниям.

Девушка посмотрела на настенные часы, которые тихо тикали, оповещая о каждой секунде прошедшего времени. Тик часов словно одурманил ее и ввел в транс. Элис слегка встряхнула головой, чтобы освежить мысли, все-таки встречать покупателей нужно с улыбкой, а не с кислой миной.

– Элис! Подойди сюда, нужно еще одну коробку с сувенирами разобрать, – сообщила из кладовой преклонных лет женщина. Это была Лорис, владелица магазина сувениров, где работала Элис.

Девушка немедля поспешила к ней, аккуратно проходя мимо стендов через узкий проход, чтобы не задеть вещи. Элис работала здесь уже около полугода, нашла она магазин случайно, когда, проходя мимо, увидела милый браслет с розовыми камушками. Оказалось, что здесь требуется продавец, а Элис как раз искала себе подработку после защиты диплома. Владелица магазина показалась ей очаровательной, они сразу нашли контакт, так что собеседование прошло буквально за пять минут.

Работа не была сложной, единственное – стоять целый день на ногах, это очень утомляло. Но был и минус: когда Элис трогает какую-либо вещь, она видит прошлое этой вещи, все, что было вокруг предмета. Если поступает только созданный товар, это не страшно, как правило, у таких вещей маленькая жизнь, да и произойти что-то страшное с ней не могло. А если этот сувенир был каким-то антиквариатом (такие товары тоже имелись), здесь как повезет. Она уже видела жестокую смерть мужчины, который жил, наверное, век назад. Тогда она притронулась к золотому амулету, он же висел у того мужчины на шее, в нем была фотография его жены. Сейчас же он пуст. Мужчина молил о пощаде, но убийца был непреклонен. По итогу мужчина умер от потери крови. Такое зрелище, слава богам, редкость, в основном у вещей простая история: любовные неурядицы, проблемы с учебой, родными. Но ужасные вещи тоже происходят. Хорошо, что девушка научилась хоть как-то контролировать свою способность, когда она сконцентрирована на своей силе, то может решать – видеть события или нет. Но от такой концентрации очень быстро устаешь, поэтому в основном Элис смиренно принимает все события прошлого, связанные с предметом.

Присев на корточки, Элис раскрыла коробку, чтобы начать разбирать товар.

– Опять что-то плохое увидела? – спросила Лорис.

Женщина была в курсе ее дара, это не такая редкость, чтобы кто-то обладал силой. По истории богов каждый ребенок проходит, что в какой-то момент боги решили разделить свой дар, поэтому каждый в пару взял человека, так смешивалась кровь, силы богов начали распространяться и менять свою форму. Но у Лорис их не было, зато она каким-то образом до сих пор продолжала держать свой магазинчик на плаву, Элис иногда считала, что у женщины все-таки есть какой-то дар, просто она о нем не рассказывает. Иначе как объяснить такой большой поток покупателей за какими-то безделушками? При район, где жила Элис и находился магазин, не являлся туристическим. У нее явно была сила заманивания, как сирена.

– Нет, все в порядке, засмотрелась на настенные часы, – ответила Элис.

– Ко мне недавно приходил Боб, снова пытался позвать на свидание, – резко сменила тему Лорис. – Говорил о судьбе, мол, дар ясновидения у него, предначертана я ему, – рассмеялась женщина.

Лорис была одинокой, своей семьи у нее не было. Как рассказывала сама Лорис, слишком уж дурной характер у всех мужчин, время тратить ей не хотелось впустую. Мужчины хотят получить все, при этом ничего для этого не делая.

Когда впервые у них зашел разговор о любви, Элис пыталась намекнуть, что, скорее всего, проблема не в мужчинах, а в самой Лорис, раз она выбирала безответственных. Но та лишь свела к тому, что любовь между людьми не самое главное, ее можно также преобразовать в любовь к своему делу (что и произошло в ситуации с Лорис) или домашним питомцам, уж если тебе совсем не хватает внимания.

Что же касается самой Элис, то кавалеров у нее было не так много, чтобы прийти к какому-то умозаключению касаемо мужчин. Но один пункт все-таки у нее был – отношения это такая же работа. В начале у всех все красочно, внутри бабочки, а расставание на какое-то время – мука. Потом начинается разгром: прекращаешь быть удобным, домашние дела съедают вас, свидания прекращаются, взаимопонимание уходит, во главе каждый ставит лишь себя, а вместо влюбленных появляется два эгоиста, которые думают, что любовь ушла и пора прощаться. Но не у каждого есть понимание, что настоящая влюбленность как раз перерастает в любовь в этот момент, главное пройти этот тяжелый этап. Нет гарантии, что у вас снова появятся бабочки, при этом можно восстановить желание общаться и делать друг для друга что-то приятное. А если скакать от одного партнера к другому, то серьезных отношений не получится.

– Попробуй сходить с ним куда-нибудь, он уже не первый раз пытается привлечь твое внимание, – сказала Элис, продолжая разбирать коробки.

– Ой, ко мне просто так не приходят, значит, нет цели у него в жизни, да и предначертанное он еще не исполин, того и гляди, через месяц-другой уже и не вспомнит обо мне, – с какой-то грустью в голосе сказала Лорис. – Ты, между прочим, тоже пока не нашла свою цель, поэтому и возишься со мной, – сказав это, женщина слегка рассмеялась, то ли от горечи, то ли это действительно ее это позабавило.

– Мне нравится здесь работать, – Элис вертела красивую брошь в руках, задумываясь о словах Лорис. – Мне нравится видеть старые вещи, многие из них прекрасны.

Элис повернулась к Лорис и как-то грустно улыбнулась. Женщина улыбнулась ей в ответ.

– А продавать как можно больше покупателем, надеюсь, тоже нравится? А то зачем ты мне здесь, если не для продаж, – резко сменила тему Лорис, уходя.

Раньше с непривычки Элис обижалась на резкие высказывания женщины, но потом поняла, что в этом нет злого умысла, она пыталась в основном перейти с неудобной для нее темы. Для Элис это было взаимно, потому что не каждый захочет обсуждать свое бездумное существование. А такая тема поднималась не раз.

Элис продолжила разбирать коробки с товаром, в одной из них она нашла красивый золотой медальон, он уже был сильно потертый, что указывало на его древность, но красоты это не отбирало. Вероятно, раньше он принадлежал кому-то из богатых особ. Элис покрутила его в руках, не совсем понимая, почему не получается увидеть историю медальона, сейчас она не концентрировалась на силе, поэтому видения должны были нахлынуть сразу. Но этого не происходило. Тут же Элис заметила маленькую защелку, которая должна была помочь открыть украшение. Она положила большой палец на край верхней крышки медальона и, о, чудо, он открылся.

В этот же миг перед глазами потемнело, тело забила мелкая дрожь, а руки продолжали держать медальон. В ушах послышались ужасные крики людей, звук ярого пламени и разрушение зданий. Темнота перед глазами спала, Элис оказалась на площади города Аратос, вокруг ревели женщины и мужчины над бездыханными телами своих детей, в нос ударил запах металла. Элис посмотрела вокруг, сотни тел лежали на земле в крови. Девушка забыла как дышать, страх ее парализовал, ком в горле не подпускал крик, который хотела издать Элис из всех сил, а по глазам потекли слезы.

Здания чуть дальше были разрушены, будто их снесли огромной глыбой. Издалека были видны торчащие ноги людей, которые хотели явно убежать подальша от падающего со всей скорости сооружения. Элис не понимала, действительно ли она находится в центре этого апокалипсиса, или же это все видение. Казалось, что она может сделать шаг и притронуться к земле, крови, людям, которые стояли недалеко от нее. Скованность начала отступать, девушка подняла руки и взглянула на них. Они были в крови, в порезах. Это не может быть прошлым, она никогда не умела видеть от чьего-то лица, видения были со стороны, будто она была призраком, а тут она явно ощущала свое тело, боль в руках, дрожь в ногах. Все было таким явным, что не могло быть сомнений, она действительно здесь находится. Но только пару секунд назад она стояла в подсобке сувенирного и антикварного магазина, а сейчас она здесь. Нет, это неправда, она не может быть здесь, находиться в этом ужасе, наблюдать множество смертей.

Вдалеке послышалась новая волна крика, Элис подняла глаза. Она увидела, как падало здание, толпа людей бежала в разные стороны, пытаясь спастись от смертельной участи. Нет! Очнись! Это все неправда!

Нет, нет, нет! Это не может быть настоящим, это все видение, Элис, очнись!

Вернув себе контроль над телом, Элис резко закрыла медальон и откинула его в угол. Пытаясь справиться с дрожью в руках, девушка облокотилась на стул, который стоял рядом с ней. Она села на него, оперлась локтями в колени, и закрыла лицо ладонями. Это был просто кошмар, неистовый кошмар. Неужели это было в прошлом? Кто мог отнять столько жизней у людей? С какой целью, и какая в принципе цель может оправдать такие средства?!

Элис стало безмерно жаль людей, которых затронула эта участь, не представляя, какой страх на самом деле испытывали именно они. Если Элис испугал сам вид происходящего, то какие же чувства были у людей, которые пытались спастись от своей гибели, а родители, которые оплакивали своих детей на площади… Это ужасно.

– Элис, там начинают приходить первые покупатели, поэтому стоит поторопиться, – вошла в подсобку Лорис, неведующая, что увидела сейчас Элис. – Все в порядке? – испуганно спросила женщина, заметив состояние своей сотрудницы, и подошла на несколько шагов ближе.

– Д-да, все хорошо, просто… увидела страшное прошлое, – честно призналась Элис. Скрывать было незачем, Лорис поймет ее в любом случае.

– Ох, милая. – Лорис подошла к ней ближе обычного и обняла слегка одной рукой. – Прошлое может быть страшным, но незачем за него переживать, оно уже прошло. Твои нервы и переживания не помогут исправить его. Лучше заботься о себе в настоящем.

Лорис погладила Элис по спине и ободряюще улыбнулась. Девушка встала на ноги, дрожь начала утихать, владелица магазина была права, ее тревога не поможет исправить былое.

– Спасибо, – поправив свои волосы, Элис поблагодарила за поддержку.

– Ну, а теперь пора за дело, покупатели ждут.

Лорис слегка подтолкнула девушку, чтобы та направилась на кассу.

Прошлое может и не исправишь, но оно может повлиять на будущее.

Глава 2

Смена в магазине подошла к концу, посетители сегодня были крайне специфичные. Один требовал предоставить скидку 50% на старое кольцо, утверждал, что это его бабушки и по наследству оно должно принадлежать ему, но так как его выкупил магазин, то так и быть, он готов отдать 50% от суммы, чтобы магазин не был в сильном убытке. Лорис изначально пыталась говорить с ним вежливо, но дошло уже до угроз органами правопорядка, однако мужчина не сдавался и стоял на своем. В итоге женщина прогнала его веником, да крикнула ему вслед, чтобы сюда больше не возвращался. Тот испугался «сумасшедшей» женщины, поэтому незамедлительно ушел. Больше он не вернулся.

Была также особа, которая требовала предоставить оригинал деревянных часов с выскакивающей кукушкой. Сообщила, что это творение искусства какого-то там Робса, а в магазине же продают подделку, сам оригинал скрываем где-то в кабинетах. Здесь уже пыталась Элис отстоять честь магазина, утверждая, что они не покупают произведения искусства, а продают старинные вещи, которые сейчас у некоторых людей могут пользоваться спросом, а если ей нужно искусство, то она может отправиться в любой музей и наслаждаться им сколько захочет. Женщина назвала Элис грубиянкой, пригрозила закрытием «подлой конторы» и ушла в закат.

      Впрочем, обычный день, почти на каждой смене появляются какие-то чудики, в основном тогда, когда Лорис находится в магазине. Без нее магазин обычно пустует. Это самые спокойные и расслабляющие смены для Элис.

Девушка зашла в квартиру, где проживает с момента выселения из общежития, положила свой рюкзак на комод справа от входа и сняла обувь. Ноги гудели из-за длительного стояния на работе, поэтому не медля девушка сразу направилась к креслу, чтобы присесть.

Как только тело почувствовало мягкое наполнение кресла, оно расслабилось. Элис прикрыла глаза и начала прогонять сегодняшний день в памяти. Это ее стандартный обряд, когда после длинного дня она оказывается дома, девушка анализирует каждое свое действие, вспоминает забавные и даже странные моменты, которые произошли за день, пытается также придумать корректный ответ не самым приятным покупателем, чтобы в следующий раз быстрее поставить того на место или же быстрее закончить конфликт, но в стрессовой ситуации обычно мысли всегда теряются, поэтому сказать что-то твердо бывает тяжело.

– Эй.

      Мужской голос раздался так близко, что Элис показалось – он стоит прямо у нее над ухом.

      Крик вырвался сам собой. Она резко дернулась, судорожно шаря рукой по стене, пока пальцы наконец не нащупали выключатель. Свет вспыхнул, больно ударив по глазам.

Перед ней стоял незнакомый парень: высокий, темноволосый, явно не старше ее самой. Элис снова закричала, вскакивая с кресла. Сердце колотилось так, что заглушало собственные мысли. Она схватила первую попавшуюся вещь – пустую чашку со стола, которая стояла здесь уже несколько дней. После чего она забралась на кресло ногами, словно это могло ее спасти и придать угрожающий вид.

– Тихо! – выкрикнул парень, выставив ладони перед собой и слегка согнув колени, показывая, что он не сделает ничего плохого. – Я ничего не собираюсь с тобой делать, я лишь пришел поговорить.

– Кто ты?! – Элис уже стояла на кресле, взяв в руки пустую чашку, которая стояла рядом на столе уже несколько дней. – Не подходи!

Парень слегка улыбнулся, но не двигался. Его глаза были напряжены, словно хищник охотился за своей добычей, одежда плотно сидела на его подтянутом теле, то есть сила имелась, из-за этого Элис напряглась еще сильнее, если бы это был хрупкий парень, то было бы проще вырваться в случае захвата. Темные волосы растрепаны, а на подбородке проглядывалась щетина. Одет он был достаточно дорого и стильно, на вора явно не похож. Да и как он мог сюда пробраться, не взламывая дверь? Звуков до его появления Элис не слышала.

– Как и сказал, я лишь пришел поговорить, поэтому прошу тебя больше не кричать, к хорошему это не приведет. Я из Ордена Защиты, ищем артефакт. Насколько я знаю, он у тебя.

– Мне плевать, из какого ты Ордена! – голос надорвался. Элис слегка замахнулась чашкой, пытаясь сделать угрожающий вид, парня это лишь позабавило, он снова улыбнулся краешком губ. – Я сейчас закричу!

– Уже кричала. – Парень выдохнул. – Никто не пришел. Послушай, – он немного смягчил тон. – Я пришел из-за медальона. Он нам нужен для предотвращения конца света, апокалипсиса, армагеддона – называй как хочешь.

Парень отошел подальше, не отводя взгляд от Элис, возможно, хотел дать понять, что опасность он не предоставляет..

– Меня зовут Ривер. Я просто проследил за тобой из магазина, где ты работаешь. – Он тут же слегка стукнул себя по лбу ладонью, явно понимая, что сболтнул лишнего. – Черт.

– Так вы еще и следили за мной?! Уходите! Я снова закричу! – Колени подкашивались от страха, но Элис старалась держать грозный вид, чтобы не показать свой страх.

Ривер замолчал. Лицо его потускнело, плечи едва заметно опустились. Все явно шло не так, как он планировал. Из-за чего в комнате повисла долгая тишина, они словно замерли в стоп-кадре, каждый боялся сделать первый шаг. Она – потому что не знала, как незнакомец себя поведет. Он – потому что боялся сделать что-то лишнего.

Наконец он заговорил снова – в этот раз еще медленнее и осторожнее:

– Я из Ордена Защиты, он был создан еще задолго до нашего с тобой рождения, он существует больше двух тысяч лет. Мы предотвращаем катастрофы, о которых обычные люди даже не подозревают. Сегодня поступил сигнал об активации артефакта. Медальона.

– Да, – только сказала Элис.

– Что «да»?

– Я видела сегодня какой-то медальон. – Элис начала прогонять событие, которое произошло с утра. Крики людей, разрушения, кровь… – Да, я видела, речь, наверное, о нем. Я увидела страшные вещи, поэтому надеюсь, что больше к нему не притронусь.

– Где сейчас медальон? – не отставал Ривер. – Значит, он тебе показал будущее…

Элис спустилась с кресла и поставила чашку на стол, понимая, что опасности на самом деле нет, этот парень ничего не сделает ей.

– Это не может быть будущим, я не умею его видеть, только прошлое предметов. События могли происходить за несколько тысячелетий до нашего времени. Это какая-то ошибка.

Парень потер свой лоб, а потом задумался на некоторое время, в комнате снова повисла звенящая тишина.

– Значит, умеешь видеть прошлое, прикасаясь к предметам? – спросил Ривер. Элис нерешительно кивнула. – Что ты увидела, когда прикоснулась к нему?

– Я-я… я не хочу этого говорить, даже вспоминать не хочу.

– Элис, это древний артефакт. Он не показывает прошлое. Он показывает то, что еще не случилось. Потому что ты – ключ.

Девушка вздрогнула. Откуда он знает ее имя? Хотя если он следил за ней, возможно, видел, как Лорис обращается к ней.

Ривер на эмоциях сделал несколько шагов в сторону Элис, но та, испугавшись нападения, резко потянулась к кружке, намереваясь уже ударить противника.

– Прости, – быстро сказал он. – Я не хотел напугать тебя. Я ничего тебе не сделаю, прошу просто поверить мне. У нас большая команда, которая из года в год пытается найти этот артефакт и помочь вернуть будущее людям. Нам правда нужна твоя помощь.

      В его голосе искрилось какое-то отчаяние со смесью безнадежности.

Вся его речь для Элис казалась каким-то бредом сумасшедшего. С чего вдруг мир должен постигнуть конец света?

– Что произойдет? – Чтобы дать какой-то ответ парню, Элис должна была узнать, из-за чего человечество обречено, не может же быть такого, что ни с того, ни с сего люди просто погибнут, даже не зная, как бороться с концом.

Ривер опять длительное время молчал, будто не зная, что ей ответить.

– Мы… не знаем, поэтому нам нужен артефакт и ключ, – на последнем слове он мотнул голову в сторону Элис, опять намекая, что ключ – это она.

Элис резко засмеялась, то ли истерично, то ли ее действительно позабавила эта ситуация.

– Забавно выходит, – подытожила девушка. Ривер поджал губы, снова не зная что ей ответить. План провалился.

– Это не шутка, Элис. Я не пришел бы сюда без причины, тем более в чужой дом. Орден давно пытается решить вопрос катастрофы. Ты, вероятно, единственная, кто может помочь.

– У меня нет таких способностей, которые вам нужны. Это больше похоже на бессвязный бред. Я всего лишь вижу прошлое.

– Ты видишь больше, чем думаешь – не сдаваясь, продолжал Ривер. – Твои силы намного мощнее. То, что ты видела – мы пытаемся этого избежать. Мы не знаем, как использовать медальон, но знаем, что с помощью него мы можем изменить будущее.

Элис молчала, лишь изредка моргая. Нет у нее никаких особенных сил, они ошиблись.

Ривер тяжело вдохнул воздух носом, понимая, что у него не получилось, не справился с заданием.

– Скажи хотя бы, где медальон.

Сейчас парень уже не выглядел угрожающим, он больше стал похож на брошенного кота на улице, взгляд погрустнел, а глаза уперлись в пол, словно он провинился в чем-то.

– После видения я отбросила его куда-то в угол в магазине, должен лежать где-то в подсобке.

      Ривер слегка поклонился и сказал напоследок:

– Спасибо.

В этот же миг он исчез, будто он и не стоял тут пару секунд назад. Из рук Элис выпала кружка, а сама она с грохотом упала на кресло, чувствуя, как напряжение наконец отпускает.

      Если бы все это было правдой, он бы не ушел так просто. Какой странный день…

Глава 3

С утра Элис была уже в магазине на смене, сегодня именно тот день, когда Лорис не работает, то есть девушка будет одна, а значит, меньше странных покупателей. Элис не знала, с чем это связано, но закономерность за полгода работы здесь уже выявила. Можно не торопясь разобрать оставшиеся коробки в подсобке.

Когда она зашла в подсобку, то сразу заметила блеск на полу, это оказался вчерашний медальон. В голове моментально прошлась картина катастрофы, которую она видела, а следом встреча с Ривером, который каким-то образом из ниоткуда появился, а потом так же исчез. Накопившийся страх внутри девушки никак не получилось сбросить, от этого она начала злиться на ситуацию и на себя. Подойдя к медальону она со всей злости его пнула в стену, тот отрекошетил и залетел под шкаф, стоящий на противоположной стороне.

«Чтоб глаза мои больше не видели эту дикость», – заключила Элис и решила, что расфасовка товаров сегодня подождёт. Лучше она приберется в покупательской зоне, а то скопившаяся пыль скоро перерастет в отдельную цивилизацию.

Она взяла из подсобки тряпку с моющим средством и отправилась к полкам, чтобы протереть их и тщательно помыть.

Заиграла музыкальная подвеска на двери, оповещая о новом посетители, девушка не отвлекалась от своей работы, но не забыла поприветствовать вошедшего:

– Добро пожаловать! Если возникнут вопросы, обращайтесь, с радостью вам помогу, – с улыбкой на лице проговорила вошедшему, даже не смотря на него.

– Привет, – раздался за спиной знакомый мужской голос. – Да, мне бы помочь, ищу медальон.

Элис повернулась в его сторону, убрав с лица улыбку. Уж кому-кому, но на него свою доброжелательность она тратить не собиралась. Пробрался в чужой дом ночью без спроса, требовал какой-то помощи, говорил чепуху о конце света, а теперь ещё и сюда заявился. Наглости ему не хватать.

– У тебя совести совсем нет? Не хватило вчерашнего проникновения в частную собственность? Так ты ещё меня и продолжаешь преследовать! – со всем недовольством протараторила Элис.

Ривер лишь слегка улыбнулся, не показывая настоящие эмоции, начинать разговор с ругани он явно не хотел.

– Я пришел за медальоном, но рыться в чужих вещах не планировал изначально. С тобой я тоже хотел поговорить еще раз.

Парень убрал руки назад, полностью открываясь Элис. Он надеялся, что сейчас, когда они находятся в общественном месте, где есть пути отхода, а также среди белого дня, Элис будет чувствовать себя безопаснее и увереннее, но эти факторы девушку, видимо, не успокоили.

– Разговаривать я с тобой не буду, медальон сейчас принесу, стой здесь.

Ривер утвердительно кивнул, оставаясь на месте, когда Элис снова пошла в подсобку. Она заранее собрала все концентрацию над силой, чтобы не видеть ужасы медальона. Подойдя к шкафу, под которым лежал медальон, девушка наклонилась и потянула неуверенно руку, боясь, что сейчас снова почувствует вчерашние эмоции, увидит кучу безжизненных тел, разрушенные дома и плачущих раненых людей. Но когда она прикоснулась к нему, ничего не произошло. Внутри себя Элис слегка заликовала, концентрация сработала.

Она взяла в руки медальон, поднялась и направилась в зал к Риверу, тот все так же стоял на том месте, где и был до ухода Элис. Она протянула ему руку, чтобы отдать медальон, парень неуверенно его забрал, будто сомневался, стоит ли оно того.

– Взял, теперь уходи, – твердо произнесла Элис.

Ривер стал крутить медальон в руке, словно проверяя на подлинность.

– Это точно он? – чтобы убедиться, спросил Ривер.

– Да, он.

– Что ты сделала для видения? – начал расспрашивать парень.

Элис попыталась незаметно закатить глаза, но от Ривера это не ускользнуло, поэтому он приподнял одну бровь в немом вопросе, будто не понимая, что такого он спросил.

– Я открыла его и потом увидела…

Ривер снова начал крутить медальон, нашел защелку и попытался открыть, но тот не поддался. Парень пытался просовывать ногти, намеревался даже открыть его зубами, но остановился в нескольких сантиметрах от рта, понимая, что затея не самая удачная.

– Как ты его открыла? Он не поддается. – Он повертел медальоном перед глазами у Элис.

Понимая, что просто так он не отстанет, девушка снова сконцентрировала все силы и отобрала у него медальон. Она резко открыла его, хотела уже показать артефакт Риверу, но перед глазами снова появилась та темнота, а тело забила дрожь.

Нет, нет, пожалуйста! Прошло мгновение, она снова увидела свет, опять Элис оказалась не в магазине, а на разрушенной площади. Но сейчас не было огромного количества мертвых тел, некоторые здания были разрушены, а какие-то ещё стояли целые, были слышны крики о помощи, но события будто происходят до того, как она в первый раз открыла медальон. Голова не по ее желанию повернулась направо, рядом стоял… Ривер! Его глаза были полны ярости, но в то же время они были печальны, а блеск подсказывал о подходящих слезах.

– Это началось, мы не смогли предотвратить…, – он не смог продолжить, ком застрял в горле. Его волосы были сильно взъерошены, лицо было в пыли и грязи.

– Это я виновата, – по всей видимости это произнесла Элис, но сейчас она себя не контролировала, была лишь наблюдателем. – Надо было догадаться с самого начала! Его сила активировала апокалипсис…

Девушку резко развернули, это был Ривер, он держал ее руками за плечи, слегка потряхивая.

– Нет! Ты не виновата, ещё не конец, у нас есть время, чтобы все исправить, Лис! – он кричал, пытаясь заглушить остальные крики. Парень резко обхватил Элис руками и прижал к себе, по ее щекам потекли слезы, она чувствовала отчаяние и горе, внутри было переживание за этого малознакомого ей парня.

Элис резко очнулась от видения и уставилась вперед. Напротив стоял Ривер, только сейчас его взгляд был бодр, а одежда чистая. Через секунду до девушки дошло, что то было видение, а не явь. А на ее ладонях были руки Ривера, который помог закрыть медальон.

– Я…, – окутавшие эмоции с трудом получилось перебороть, но дальше построить предложение у Элис не получилось.

– Что ты видела? – С жадным интересом он смотрел ей в глаза.

– Там был ты, мы стояли с тобой на площади города и смотрели на разрушающиеся здания, где-то вдалеке слышались крики о помощи. Ты сказал, что мы не успели, а я почему-то винила в этом себя.

Ривер широко распахнул глаза от удивления, продолжая держать ладони Элис. Он точно так же не знал, что сказать ей, так как этого еще не произошло, поэтому деталей он не мог знать. Но важно одно – есть шанс на то, что Элис все-таки к ним примкнет.

– Так это правда? – со слезами на глазах спросила Элис, пытаясь найти ответ в глазах Ривера, который все-таки был немного в шоке. – Конец света будет? Это не шутка? Я думала, что у тебя не все дома… – честно призналась Элис, Ривер на это тихо усмехнулся, комментарий в его сторону, конечно, не был приятным.

– Это можно предостеречь, поэтому нам нужны ты и артефакт, с помощью него можно все изменить! Я не врал тебе, Элис. И сейчас врать не собираюсь. Надо отвезти тебя в Орден, познакомишься с остальными участниками, а мы тебе расскажем всю информацию, которая у нас есть.

Элис все еще не могла отойти от шока, она не знала, верить или нет, глаза вроде сами все видели, но она никогда не умела смотреть будущее! Ей подвластно было только прошлое, неужели действительно ее сила не так проста? Она попыталась успокоиться и подавить слезы, которые намеревались хлынуть из глаз, но одна слеза успела прокатиться по ее щеке, ей стало стыдно за это перед стоящим парнем. Она резко убрала его руки от своих ладоней, отвернулась от него и стерла слезу.

Если действовать нужно незамедлительно, то ехать нужно сейчас, у Элис не было сомнений, что как минимум ей нужно во всем разобраться. Даже то, что Ривер не смог открыть артефакт, а ей он поддался – говорит о многом.

– Мне надо закрыть кассу и магазин, потом можем ехать.

Ривер согласно кивнул, хотя Элис этого не видела, ей и не нужен был ответ, она поставила его перед фактом. А насчет магазина, то Лорис сегодня нет, если бы сегодня и были покупатели, то порядка пару человек, от них магазин не разбогатеет, а если терять время, то можно упустить жизнь…

                                    ***

Через двадцать минут магазин уже был закрыт, а Элис сидела в машине Ривера, отправившись в прибежище некоего Ордена. Мысли в голове сплетались, но какую-то одну цельную нить у Элис сформировать не получилось. Есть две задачи: узнать подробности своих видений и понять, как это все предотвратить. Но что, если это обман? Элис все равно была начеку, так как особого доверия к незнакомцу не было. Но он был в видении… Казалось, что они с девушкой были достаточно близки. Может, это очень давнее прошлое? А они лишь похожи на тех людей из видения, но парень назвал ее сокращенно Лис, хотя ранее он такого себе не позволял… Не может быть такого совпадения и во внешности, и в имени. Да и город не был похож на древний, достаточно современная инфраструктура. В любом случае стоит во всем разобраться и найти ответы.

– Расскажи подробнее об Ордене, – прервала тишину в машине Элис. Ривер спокойно управлял машиной, изредка барабаня пальцами по рулю.

– Орден был создан почти две тысячи лет назад, так как прошло достаточно длительное время, создание Ордена покрыто мифами и легендами. Кто-то утверждает, что сами боги направили людей к цели спасения мира, кто-то говорит, что Орден создали потомки Рекьявы – богини судьбы. Они увидели не самое радужное будущее, в нем был медальон, который может предотвратить конец света, так они пророчили нам о спасении мира. По крайней мере именно такая информация в дневниках. Мы верим во второе.

– Как ты в нем оказался? – Вопросов становилось все больше, а главных ответов не было.

Ривер аккуратно повернул на перекрестке, но ответа пока не давал. Он что-то скрывает? Или эта темы для него не самая приятная? Ривер поджал губы, видимо, раздумывая, рассказывать или нет.

– Меня нашли на улице в 4 года. Тогда Орден искал людей с полезными способностями, мне стало страшно, и я попытался убежать от них, тогда я впервые воспользовался своей силой и телепортировался сзади одного члена Ордена.

– Так вот как ты попал бесшумно в мою квартиру. – Наконец-то узнав о способностях Ривера, Элис закивала головой, будто все пазлы сложились. – Это ведь способность бога Ласена? – задала риторический вопрос Элис. – Он являлся богом пространства и воздуха. Я впервые узнаю о таком даре, обычно людям достается какая-то крупица сил, с которой мало что можно сделать полезного: чтение мыслей животных, управление водой в малом количестве, я даже видела, как у одного одногруппника получалось поднять выкопанную землю, но там вообще были крохи. В основном у людей нет сильных способностей, а ты получил напрямую силу бога в полном объеме. Значит, исходя из легенд. ты можешь быть его потомком?

– Я могу телепортироваться только к людям, которых знаю или видел в лицо. Да, это может быть полезным, если человек далеко находится от тебя, но телепортация подразумевает изменение самого места. Я не могу телепортироваться просто на гору, если мне вдруг захочется, или же ежесекундно вернутся домой после рабочего дня. Поэтому телепортация к человеку достаточно опасная штука, ты не можешь знать, где он сейчас находится, а тем более что рядом с ним.

Элис прищурила глаза, что-то обдумывая, Ривер этого не заметил, так как продолжал следить за дорогой. Да и смотреть друг на друга все равно было неловко, тем более после того, как снова поднялась тема о вчерашнем вечере.

– Для тебя вчера она оказалась полезной, – то ли с упреком, то ли просто хотелось подтвердить мощность способностей, сказала Элис.

– Извини, – однотонно произнес эти слова Ривер. – Да, было глупо приходить в чужую квартиру без спроса, но ситуация требовала таких мер.

Элис промолчала и уставилась в окно, смотря, как сменяются одни деревья на другие. Люди не спеша куда-то шли, у них были свои проблемы и заботы, они не знали, что их может постигнуть мучительная участь. Элис начала им завидовать. У каждого были свои переживания, но ценны ли они, если в скором времени никого не останется?

– То есть тебя забрали насильно? – продолжила Элис разговор о попадании Ривера в Орден.

– Можно сказать и так, мне некуда было податься, поэтому приживался в их условиях. Они растили меня, ухаживали, помогали развивать способности, тогда я мог телепортироваться только к человеку, которого вижу перед собой, даже если он находился далеко от меня, самое главное, чтобы он был в поле зрения. Потом по мере тренировок хватало лишь вспомнить лицо человека, и вот я уже стоял рядом с ним. А когда подрос, то рассказали мне о главной цели Ордена, тогда я, если честно, тоже не поверил, – на этом моменте Ривер улыбнулся, когда осознал, что был на месте Элис. – Но мне показали все пророчества, предоставили дневники прошлых участников Ордена, которые были написаны тысячу лет назад, все они хранились под строгим наблюдением. Да и нет смысла врать о таких вещах.

Ривер посмотрел по сторонам, когда оказался на перекрестке, убедившись, что машин нет, он нажал на газ и повернул направо. Сейчас они проехали мимо площади, на которой стояла Элис в видении. Огромное пространство, с выложенной плиткой витиеватого узора, по бокам от тротуара были посажены деревья, которые скоро начнут сбрасывать листву. А в конце площади стоял огромный фонтан, внутри которого был шар, он олицетворял силу богов. Из шара под сильным давлением поднималась вода, а когда она падала, то омывала маленькие кольца по краю фонтана, кольца же олицетворяли людей, которые получили дары в виде способностей от богов, напоминая, что над людьми есть кто-то сильнее и могущественнее.

– А что… с твоими родителями? – боясь узнать правду, Элис спросила очень тихо. Наверное, не самая приятная тема.

– Не знаю, я их не помню. Есть отрывки из памяти, где я плачу и меня жалеет светловолосая женщина, возможно, это была мама. Она обнимала меня и пыталась успокоить. Это единственное воспоминание до того, как меня нашли на улице. Возможно, я тогда потерялся, а может стал не нужен, поэтому меня и оставили. Правды я уже не узнаю.

– Я тоже не знаю своих родителей. – Элис повернулась в его сторону, пытаясь предоставить хоть какую-то поддержку, так как знает, каково это быть одиноким, когда не знаешь своих родных. Элис росла в детском доме, ее подбросили туда совсем малышкой, поэтому даже малейших воспоминаний о родных у нее нет.

Ривер на слова Элис кивнул, вероятно, он уже знал всю информацию о ней, не сложно пробить всю жизнь по базам. Больше они не разговаривали оставшуюся часть дороги, у каждого были свои мысли после общения, над которыми нужно подумать.

Через несколько минут парень остановился и заглушил машину. Лицо его все-таки помрачнело, он не скрывал свою историю, но и рассказ не принес ему удовольствия.

– Приехали.

Ривер повернулся в сторону Элис и показал пальцем на рядом стоящий корпус справа от машины. Это было полностью остекленное высотное здание, которое больше походило на офисное, чем на жилое. Современная архитектура, которая не позволяла отвести глаз. Элис, конечно же, не первый раз видела здание, но так близко она ещё к нему не подходила.

– Я думала, вы обитаете где-то в берлоге медведя, скрываясь от чужих глаз, а у вас целое дорогущее здание, так ещё и в центре города! – На этой фразе Ривер громко усмехнулся, ее реакция явно позабавила парня. – Не думали повесить плакат: Орден Защиты – предостерегаем от конца света, звонить по такому-то номеру? Может, помогло бы, – рассмеялась Элис. К ней снова подкатывала истерика, поэтому как реагировать на увиденное, она не совсем понимала.

– Не язви, в нашем распоряжении всего несколько этажей. Пойдем. – Он ушел вперед, а Элис поплелась сзади, попутно передразнивая его за спиной. Всего лишь! Несколько! Этажей! Вырастили его явно с золотой ложкой во рту.

Когда они вошли внутрь, Элис увидела стойку администрации и стоящих девушек, одетых в офисный костюм с бейджами на пиджаках. Холл был просторным и декоративно украшен различными картинами, статуэтками, дорогущими шелковыми диванами со стеклянными журнальными столиками. По центру стояли белые столбы, создавая вид опоры для потолка. Девушки за стойкой поприветствовали Ривера, назвав его господин, тот лишь кивнул им головой. Ривер не остановился, а сразу пошел к лифту, Элис продолжала быстрыми перебежками за ним следовать. Она не знала, что ее сейчас ждет, какие люди там будут, может, на нее сейчас нападут, а потом продадут на органы. Хотя вряд ли кто-то сейчас занимается таким черным бизнесом, есть дела и попроще для получения денег.

Когда они зашли в лифт, Элис сразу обратила на количество кнопок. 35 этажей!

– И какие этажи ваши?

Ривер приложил какую-то карточку, напоминающую пропуск, к терминалу и нажал на 35 этаж.

– С 30 этажа и до конца здания.

Элис наигранно открыла рот, будто шок не давал ей покоя. Она уставилась на парня нахмуренным взглядом. Ривер потянул руку к лицу Элис, дотронулся указательным пальцем до нижней челюсти и сделал вид, что закрыл ей рот.

– Прикрой, а то муха залетит. – Его лицо стало более спокойным по сравнению с тем, какое оно было за рулем машины. Взгляд уже не был грустным, а стал более сосредоточенным и серьезным.

Элис не ожидала такого действия, поэтому смутилась и встала сбоку от него прямо напротив дверей лифта.

Добрались они до нужного этажа быстро. Пока двери открывались, Элис показалось, что прошло несколько часов, сердце быстро забилось, тело покрыл холодный пот. Нервы были на пределе. Когда двери окончательно открылись, девушка увидела перед собой длинный коридор, вдоль которого были также двери в кабинеты, а в конце коридора оказался спортивный зал, наполовину остекленный.

– Нам прямо, – сказал Ривер и первым вышел из лифта. Элис снова поплелась за ним как маленькая собачка, которая нуждалась в помощи и защите.

Из зала стали доходить звуки борьбы, чей-то смех и разговоры людей. Сколько же их там? Элис на всякий случай шла прямо за спиной Ривера, пусть доверия еще в нем нет, но за время знакомства он пока не сделал ничего плохого, в случае чего он ее сможет защитить… наверное.

Когда они дошли до входа в зал, то девушке открылся вид на остальных людей. Справа были разложены маты, на которых дрались два молодых парня, рядом с ними на полу сидела девушка, занимавшаяся растяжкой. В самом центре зала стоял ещё один парень с пожилым мужчиной, они о чем-то общались, но в этом шуме тяжело было различить тему разговора. Слева же были различные тренажеры: беговая дорожка, эллипсоид, велодорожка и т. д.

Как только они остановились, все сразу забыли о своих делах и обернулись в сторону Элис и Ривера.

– О, дружище, вернулся наконец-то, – первым обратился парень, который ранее разговаривал с пожилым мужчиной в центре зала. У него были светло-русые волосы, такое же подтянутое тело как у Ривера, голубые глаза отдавали искорку лукавства, коротко подстриженные волосы небрежно лежали. Парень был достаточно элегантно одет, будто хотел впечатлить этим окружающих: хорошо сидящая рубашка, заправленная в клетчатые брюки. Он сразу подошел к Риверу легкой походкой и приобнял его, похлопав по спине. В этот момент он заметил незнакомую для него девушку. – А ты Элис, я так полагаю.

Он отодвинул Ривера в сторону и подошел к девушке ближе, взял ее руку и слегка поцеловал. Возможно, он думал, что это как-то привлечет ее внимание и зацепит, но Элис лишь быстрее отобрала свою руку и встряхнула ее, показывая свое недовольство. Парень либо не заметил этого, либо не понял ее движения, поэтому внимания не обратил.

– Меня зовут Лиам. Также являюсь членом Ордена. Надеюсь, Ривер тебе рассказал некоторые детали, пока вез тебя сюда. – Лиам посмотрел в сторону Ривера хищной улыбкой, будто пытаясь подколоть своего друга. Тот же его нападка не оценил, поэтому скрестил руки перед собой и продолжил стоять, наблюдая за развитием событий. – А то бывает у него такое, о важных моментах умалчивает.

В этот момент Элис поняла, что между этими двумя что-то произошло, а Лиам не мог отпустить ситуацию, поэтому пытается напомнить Риверу о промахе.

– Знакомься, главный выскочка Ордена, – будто поясняя, сообщил Ривер Элис. По взгляду парня было похоже, что он готовится к перепалке со своим другом.

– Кто ещё тут выскочка! Я лишь пытаюсь доброжелательно отнестись к новоприбывшей, – пояснил свои действия Лиам.

– Ага, а в мыслях уже завел ее в свою комнату и планируешь воплотить свои пошлые фантазии в жизнь, – ответил Ривер, скептически восприняв слова друга.

Да уж, Элис думала, что здесь все более серьезно, а выходит, что дети не поделили что-то, теперь цапаются.

– Сколько раз вам говорил, что спокойствие разума порождает спокойную душу. Вы за столько лет ничему не учитесь, – поставил их на место строгим тоном пожилой мужчина, который ранее стоял вместе с Лиамом, а сейчас тихим шагом подошел к ребятам. – Элис, добро пожаловать, мы давно тебя ждали, но не могли найти. Меня зовут Маркел. – Он наклонил голову в сторону Элис. Мужчина вблизи был еще старше, кожа на лице была в глубоких морщинах, но осанка была прямая, тренировки для него явно были обыденностью, так как тело все равно было мускулистым и крепким. Маркел был ниже Элис на полголовы, но под его взглядом казалось, что Элис маленький ребенок . В правой руке он держал посох, хотя при ходьбе он не опирался на него и даже не хромал, вероятно, он ему нужен больше для вида, чем для помощи. – Я являюсь наставником и учителем для этих оболтусов. – Он ловко перекинул палку в другую руку и быстро ударил Лиама и Ривера по заднице. Эти двое не были удивлены, будто не в первый раз получали от старика, но недовольство на их лицах появилось. Зато теперь понятно, для чего ему нужен посох.

Маркел снова встал прямо, словно ничего и не произошло. Он оглядел Элис с ног до головы, несколько секунд раздумывал и сказал:

– Пока непонятно, о тебе ли речь была, но первоначальные карты сходятся. – Старик повернулся в сторону остальных ребят, которые тренировались, но не забывали краем уха подслушивать. – Все, тренировка окончена, пора заняться делом.

Все сразу остановились и будто с облегчением выдохнули. Вероятно, этот старик действительно проводил выматывающие тренировки.

Маркел спокойно зашагал на выход из зала, все остальные ребята также последовали за ним. Элис в непонимании, что ей делать, продолжала стоят на том же месте. К ней аккуратно подошла запыхавшаяся от занятий розоволосая девушка.

– Привет, Элис, – ярко улыбнувшись, поприветствовала ее девушка. – Я Рози, тоже часть Ордена. – Рози махнула рукой в сторону выхода, подзывая идти за всеми остальными. Розоволосая девушка светила своими красными щеками, показывая усталость от тренировки. Ее какая-то детская радость казалась действительно искренней, вероятно, это единственный человек здесь, который мог улыбаться от всего сердца, даже несмотря на проблемы будущего. – Ты вторая девушка теперь в нашей компании, после меня, конечно, – она смущенно засмеялась.

– Приятно познакомиться, – сказала Элис, продолжая идти вдоль коридора.

– Какой у тебя дар? – продолжила разговор Рози.

Было странным услышать этот вопрос, учитывая, что Элис приняла теорию о том, что все уже о ней знают.

– До сегодняшнего дня думала, что умею видеть прошлое, прикасаясь к вещам. Оказывается, что не только это.

Рози зашагала в ногу с Элис, спокойно о чем-то раздумывая.

– Интересно… Из тебя получился бы отличный сыщик, могла бы раскрывать преступления, – с максимальной серьезностью произнесла Рози.

Элис спокойно восприняла идею об использовании ее силы, так как сама в подростковом возрасте думала об этом, хоть способности действительно могут помогать в реалиях ее мира, но люди все равно пытаются решать вопросы самостоятельно, полагаясь только на свои знания, умения и интуицию. Своим даром мало кого удивишь. К тому же она не могла контролировать, какое именно прошлое она хотела бы увидеть, поэтому выходит, что ее дар – бессмыслица. Был бессмыслицей до появления медальона.

– Наверное, – сухо отреагировала Элис. Отчего-то ей не хотелось развивать разговор о ее способностях, поэтому перевела тему в сторону Рози: – А у тебя какой дар?

Тут глаза Рози загорелись, будто ее первый раз спрашивают об этом и она очень хотела похвастаться этим.

– Вообще я очень обаятельная и притягательная, – сообщила Рози, слегка хихикнув, показывая, что это всего лишь шутка.

– Притягиваешь людей взглядом? – на полном серьезе спросила Элис, так как шутку она не поняла.

Рози слегка нахмурилась, не до конца осознавая, как реагировать.

– Нет, как слагают легенды, моя сила пошла от Петиши, богиня животных и природы. Я умею исцелять людей.

– Так ты незаменимый участник Ордена получается! – с восторгом выкрикнула Элис. Такая способность действительно была редкостью, можно даже сказать, что за всю историю целителей было только человек пять.

Рози стушевалась, будто теперь стеснялась говорить о своей силе.

– Возможно, но хирурги справляются лучше меня. Я ещё не совсем идеально освоила свои силы, могу заживить неглубокую рану или ускорить регенерацию. При переломе руки обычно заживление происходит в течение трех месяцев, я могу ускорить это, и через месяц твоя рука будет как новая.

– Это правда здорово! Насколько мне известно, такая способность очень редкая, – эта тема очень заинтересовала Элис, она действительно восхищалась таким даром.

– Так и есть, поэтому Орден до сих пор и не прогоняет меня. Надеются, что смогу сделать что-то большее. По правде говоря, мне иногда кажется, что они верят в воскрешение человека с помощью дара исцеления. Но никто ранее не смог такого достичь, вряд ли это вообще возможно.

Команда дошла до лифта, они вошли вовнутрь все вместе, после чего Маркел нажал на кнопку 34-ого этажа.

Ривер продолжал молчать, стоя спиной перед Элис, а Лиам что-то бурно объяснял старику, будто тот его слушал. Внутри Элис было какое-то странное чувство, то ли страх находиться в этом окружении, то ли трепет перед командой Ордена. Хоть и видела всех людей она впервые, кроме Ривера, но в душе все равно была благодарность этим людям, ведь они решают действительно важный вопрос мира.

Через пару минут они уже были в огромном зале: на стене висел телевизор, посередине расположился диван на несколько мест, перед ним стоял журнальный столик с газетами и журналами. Сзади дивана были барная стойка и маленькая кухня с холодильником и микроволновкой. Элис была уверена, что если откроет холодильник, он точно будет набит до отвала, причем как полезной едой, так и вредной. Проверять она, конечно, не стала, а прошла за всеми и села на край дивана, когда остальные также удобно расположились, кроме Лиама. Он сначала подошел к холодильнику, открыл его и взял оттуда воду. Элис захотелось вытянуть голову, чтобы проверить свою гипотезу о наполненности холодильника, но неловкость брала свое.

Она держалась очень скованно, движения были деревянными, да и лишний раз она старалась не шевелиться. Ривер, который сидел через одного человека от Элис, понял это, поэтому иногда искоса посматривал на девушку, проверяя, не упадет ли та в обморок. Но как только Маркел, который уселся на поднесенный для него стул, начал говорить, Ривер внимательно стал слушать.

– Элис, – сразу обратился к девушке старик, – как я уже говорил, мы не знаем, ты ли являешься человеком из пророчества, но медальон откликнулся именно на тебя, поэтому упускать возможность получить какие-то знания мы не можем.

Элис покачала утвердительно головой, внемля каждое слово.

Маркел продолжил:

– Ты уж должна понимать, учитывая, что ты видела все своими глазами, нам же достается лишь информация из третьих уст. – На этих словах по коже девушки пробежались мурашки от страха, в голове снова начали появляться моменты из увиденного. Они, даже не видя, что произойдет, столько лет верили в это и создали Орден, а Элис до сих пор после увиденного металась в сомнениях.

«Держи себя в руках!» – сказала себе Элис.

К Маркелу подошел парень, который ранее тренировался в зале, Элис его запомнила, но имя не знала. Выглядел он так, будто готов испепелить тут все своим взглядом.

– Спасибо, Мартин, – поблагодарил Маркел, принимаю из рук парня огромную кипу тетрадей и бумаги. – Вот это, – старик потряс полученным, – часть сохранившихся записей и дневников членов Ордена, которые ранее жили. Во многих текстах используются старые буквы, мало кому известные сейчас, но мы его уже перевели, поэтому, когда начнешь читать, на каждой странице есть прикрепленные листы с переводом. Пока прочитай пророчество.

Маркел достал из кипы старый пожелтевший свиток, который был свернут в трубочку. Он казался настолько хрупким, словно взяв его в руки, весь рассыпется. Старик потянул свиток Риверу, тот принял его и передал Элис.

Когда свиток был уже в руках, девушка аккуратно его развернула, боясь повредить. Буквы действительно были незнакомы ей, но снизу текста была уже аккуратно приклеена новая бумага с понятными для нее буквами, явно перевод, поэтому Элис начала читать его про себя.

«Не каждый сможет увидеть свое будущее, прикоснувшись к медальону, так как зачарован он от посторонних глаз. Но лишь кровь, объединенная силой судьбы и оружия, сможет остановить конец света, который покажется только избранному. Его кровь должна быть терпкой, сила воли непоколебима, разум чист и непреклонен перед разрушающими чарами».

Элис глупо ухмыльнулась, по тексту вообще непонятно, как это может быть отнесено к ней. Что значит «разум чист»? О каких разрушающих чарах вообще речь?

– Кровь, объединенная силой судьбы и оружия. Это же два человека должно быть, – наконец-то высказала свое мнение Элис. Остальные продолжали молчать, ожидая, какие ещё выводы сможет она сделать. – Роус – бог оружия, а Рекьява – богиня судьбы. Моя сила от Рекьявы, значит, должен быть ещё человек с силой от Роуса.

Маркел утвердительно покачал головой, словно хваля за догадку Элис.

– Да, у нас были такие же мысли, только есть одна загвоздка, – сказал Ривер, немного держа интригу. – Способностей с силой Роуса не было никогда. По крайней мере, по тем данным и сводкам, которые имеются.

– Да и не нужен он нам, – что-то жуя во рту, проговорил Лиам, привлекая к себе внимание. – Если Элис действительно та, я думаю, ее одной вполне достаточно.

Элис распахнула глаза от заявленного, что она может сделать одна, не зная ничего об Ордене, конце света, да и о ее способностях?! Ее к такому не готовили.

– Люди были не глупы, Лиам. Пророчество не строится на каких-то догадках или вымыслах, – поставил на место парня Маркел. – Пророчество могут создавать только провидцы, то есть те, кто пошел от богини Рекьявы. Если написано, что нужна кровь еще силы оружия, значит, так и должно быть. Одно дело, считайте, мы сделали. Нашли человека с нужной кровью.

Элис задрожала, слова старика были жуткими, словно ее сейчас осушат полностью, чтобы забрать всю кровь для спасения всего населения. Логично, что лучше пожертвовать одной жизнью, чем миллиардами, но спокойнее от этого не становилось, так как под угрозой ее жизнь. Элис начала нервно теребить пальцы.

– Также была мысль, что этот избранный обладает сразу двумя способностями: оружия и судьбы. Но такого невозможно, все знают, что боги между собой не заводили отношений и не рождали детей, чтобы не было междоусобиц и сверх бога, который был бы сильнее их, – рассказал Ривер, опершись локтями на колени. Он смотрел куда-то в пустоту, видимо, анализируя уже не первый раз пророчество.

Элис была уверена, что каждый из них за свое нахождение в Ордене размышлял об этом миллионы раз, надеясь все-таки найти ту правду и истину.

Сказанное Ривером Элис уже знала, это преподают в школе в классе пятом на уроках истории о богах. Боги действительно не хотели вражды за власть, было очень опасно рожать ребенка от двух богов, так как неизвестно, чем это могло закончиться. Они переживали как и за свой трон, так и за обычных людей. Поэтому был принят компромисс: каждый бог может найти себе пару среди людей, чтобы оставить потомство, при этом чтобы дети не были сильнее богов. Так и появились способности у людей.

– Ривер мне сказал, что был сигнал об активации медальона. Что за сигнал и как вы узнали? – поинтересовалась Элис.

Маркел косо посмотрел на Ривера, будто он не должен был этого рассказывать. Но старик быстро взял свои эмоции под контроль и умиротворенным взглядом повернулся в сторону Элис.

– Изначально медальон передавался по наследству в семье Валтер, но после в семье произошел раскол, они не могли поделить медальон между собой, в итоге в попытках его спрятать одной частью семьи, он был утерян, после его находили люди, перепродавали за огромные деньги, воровали и снова перепродавали. Поэтому для его поисков было принято создать Проводник. Это устройство, которое настроено на сигнал медальона, с помощью него все это время велись поиски. В одном из дневников, – он указал пальцем на лежащие бумаги у него на коленях, – есть эта информация, ты сможешь с ней ознакомиться. Там также есть даты и места, где были сигналы ранее.

– То есть медальон уже подавал сигналы? – перебила старика Элис, потянувшись вперед. Поняв, что это было неуважительно, девушка извинилась и снова уселась на место, стараясь совладать с эмоциями.

– Кхм, да. – Маркел не стал упрекать Элис в ее поведении, за это она мысленно его поблагодарила. Не хотелось бы, чтобы перед чужими людьми ее унижали, она и так не в своей тарелке. – Но каждый раз Орден не успевал вовремя, поэтому медальон не получалось найти. После прибытия в место, где был сигнал, там никого не было, как и самого артефакта.

– Возможно ли, что кто-то видел уже будущее, кто-то жил с такими же способностями и мог тоже быть избранным? – быстро произнесла Элис, пытаясь зацепиться хоть за что нибудь.

– Мы этого не узнаем. Не только же должна быть сила у избранного, но и непоколебимость, спокойствие разума, – напомнил ей Маркел.

– Точно… – разочарованно и очень тихо сказала девушка. – Но это значит, что, может, и не я вам нужна? Такая же вероятность тоже может быть.

– Может, – односложно ответил Маркел. Он взял кипу бумаг в руки, встал на ноги и положил на журнальный столик, который стоял прямо перед диваном. – Мы будем цепляться за каждую надежду, которая у нас появляется, поэтому будем работать с тем, что есть, и продолжать исследования. Я получил все вопросы, которые хотел от тебя услышать, теперь можешь ознакомиться с дневниками и записями.

Старик взял свой посох в руки, позвал Мартина и вместе с ним ушел, даже не сказав ничего не прощание.

Элис хотела понять суть силы и найти хоть какую-то зацепку, в итоге клубок заплелся ещё больше. Это больше походило на показательную встречу, где Маркел мог оценить Элис, а вовсе не на помощь и решение ситуации. Они сами не знали, подходит она или нет, не знали, как дальше действовать, что предпринимать. Надеются, что она смогла бы найти отгадку самостоятельно. Но они с этим работали уже столько лет, а Элис знала об этом лишь второй день! О каком предотвращении конца света сейчас может идти речь?

– Все в порядке? – Перед ней встал Ривер мощной тенью, на лице ни намека на переживания или страх, абсолютное спокойствие. Чем их тут кормят? Элис готова взорваться от десятиминутной беседы и информации, которая по сути ей ничего не дала.

– Не знаю. Ничего непонятно, – с тяжким вздохом сказала Элис. – Ваш Маркел ничем не помог, вопросов только больше.

– Воды? – Справа неожиданно появилась Рози с бутылкой в руках. Элис не стала отказываться, поэтому приняла такой способ поддержки. Она открыла бутылку и сделала несколько глотков.

– А мы так живем почти всю жизнь здесь, загадок все больше, а ответов все меньше, – сказал Лиам, который уже уселся на другой край дивана и закинул ноги на столик, совсем недалеко от дневников. Уважению его, видимо, не учили. Без Маркела все себя чувствовали свободнее.

– Прочитаешь оставшееся, пока будешь здесь жить, того и гляди, какая-нибудь мысль появится. Еще одна голова не будет лишней. – Рози подошла к холодильнику, открыла его и внимательно начала изучать содержимое, пытаясь подобрать, что ей сейчас больше хочется.

– В смысле жить? – удивилась Элис, повернувшись в сторону Рози. Хорошо, что она это сказала после того, как вода была выпита, а то личный конец света наступил бы для нее прямо сейчас.

– С этого дня ты становишься участником Ордена, а участники живут здесь. – Ривер сел на стул, на котором ранее сидел Маркел. Видимо, в отсутствие старика главным был Ривер. – К тому же все записи нельзя выносить ниже 30 этажа, поэтому тебе в любом случае нужно находиться здесь, чтобы с ними ознакомиться.

– Я не давала согласие на вступление в Орден! – Внутри закипела какая-то ярость и несправедливость. Элис и так попала туда, кудаине хотела, так ещё и без согласия ее принуждают тут жить и участвовать в Ордене! Она не против была помочь им, возможно, нашла бы какие-нибудь ответы, но жить здесь, с чужими людьми, в чужом месте? А работа?

– Твое согласие и не требуется, Маркел тебя не отпустит в любом случае, – как-то очень сухо было сказано Ривером.

– Так поговори с ним! Я не останусь тут! – Элис встала на ноги. Осталось только разъяренно топнуть ногой.

– Мы здесь не принимаем решения, маленькая провидица, – откликнулся уже Лиам, включив слащавую и ни в коем разе не искреннюю улыбку.

Элис села от безнадеги. По сути, ей дали шанс прийти сюда добровольно, а если бы Элис продолжала отказываться, то ее в любом случае затащили силком… Они не могли так рисковать всеми жизнями. Что для них один человек, когда на кону целый мир?

– А моя работа? – последняя надежда на какую-то свободу.

– Работать тебе никто не запрещает. Но здесь всего в достатке, поэтому ты можешь уволиться, если захочешь. Тем более лучше время уделять записям, – Ривер на последнем слове мотнул головой в сторону бумаг.

– Откажусь. Моя работа меня устраивает.

Ривер искоса на нее посмотрел, пытаясь понять, что именно может устроить девушку быть продавщицей. Он слегка ухмыльнулся краешком губ и добавил:

– Кстати, забыл, тренировки у тебя также начинаются в свободное тогда от работы время, поэтому стоит подумать насчет увольнения. Твое тело достаточно слабое, а мы не знаем, с чем нам нужно будет столкнуться, поэтому будем приводить тебя в форму.

Спорт не пугал ее, у нее часто появлялись мысли записаться в зал, но как-то до этого не доходило. Но когда Ривер опять заикнулся про увольнение, Элис сердито на него посмотрела, намекая, чтобы тот больше не заводил на эту тему разговор.

– Понял-понял. – Он поднял руки перед собой, словно принимая поражение. – Лиам, что там по поводу школы? Доклад готов? – перевел тему Ривер, разговаривая уже о рабочих моментах.

– Ну-у, – не зная, видимо, как именно сказать, затянул Лиам. – В общем, пока следим за ними, они все собираются в разных местах, поэтому главное логово не получается найти. Работаем над этим, – закончил он.

– Плохо, – все равно как-то нейтрально произнес Ривер.

– О чем речь? – решила поинтересоваться Элис.

Ривер сидел несколько секунд, не зная, рассказывать или нет. Элис уже думала, ответ ей не дадут, поэтому потянулась к верхней тетради на столике, чтобы начать читать, но тут Ривер сказал:

– Недавно начали образовываться школы одаренных, по закону объединение одаренных запрещено, поэтому Орден решает вопрос по их устранению.

Элис удивительно вскинула брови, ей казалось, что одаренные поняли – лишний раз злить правительство не стоит, сейчас и так максимально лояльные законы, которые почти никак не регулируют способности, не то что было раньше, несколько десятилетий назад.

– А почему этим занимаетесь вы?

Лиам тихо засмеялся, будто девушка задала максимально глупый вопрос.

– Хоть Орден изначально и был создан, как предотвращение конца света, но после он стал развиваться, мы стараемся следить за способностями, чтобы не было доминирования одаренных или убийств простолюдин. К тому же это как раз-таки все может привести к концу света, мы же не знаем, в чем именно причина, а ещё может усугубить законы, а если есть контроль над одаренными, то могут и узнать об Ордене, что навредит всем, не только нам.

– Логично, – вынесла вердикт Элис. Теперь работа Ордена казалась более серьезной, чем сидеть над предсказаниями целыми днями, разбирая один и тот же текст.

Девушка наконец-то взяла в руки дневник некой Орос Валтер, о чем указывалось на обложке. Сама тетрадь также была очень старой и ветхой, страницы были по несколько раз зашиты, чтобы не отрывались, углы сглажены, а внутри между страниц виднелись белые листы, что указывало на перевод.

Элис открыла первую страницу и прочитала написанное:

«Дневник Орос Валтер, вторая ветвь семьи, продолжательница рода Рекьявы, участница Ордена Защиты. Свои рукописи передаю в виде фамильной наследственности семье Валтер второй ветви».

Значит, здесь уже указывается, что семья Валтер разъединилась на две ветви. По какой причине? Если кто-то из их семьи был создателем пророчества, что повлияло на раскол? Элис надеялась, что сможет найти ответы на эти вопросы.

В это время Рози рассказывала какую-то забавную историю о парне, который хотел к ней подкатить на днях, но потерпел неудачу, так как разнервничался и случайно поджег себе волосы, когда решил закурить сигарету. Лиаму понравилась история и попросил Рози познакомить его с этим парнем, чтобы он, как «ас в любви и флирте», по его словам, поднатаскал парня.

В целом, их разговоры были максимально непринужденные, даже Ривер, который в основном сидел серьезный, иногда посмеивался и вставлял какие-то реплики для поддержания разговора. Вывод сложился один: ребята достаточно дружные, хоть Лиам явно имел какую-то обиду на Ривера, но это не мешало им быть близкими товарищами, а может даже и лучшими друзьями.

Пока Элис читала, мозг устал от бытовых историй, Орос описывала почти поминутно каждый день своей жизни, хотя тетрадь была довольно тонкой. Здесь явно должно быть несколько томов. Но с ее именем ничего больше не было.

Элис дочитала дневник за полчаса и отложила его в сторону. Закончился он на том, что кавалер Орос подарил ей изысканное бархатное платье, которое она описывала целую страницу. А дальше ничего – пустые листы.

– Почему у Орос Валтер такой маленький дневник? Тут ничего важного даже не написано… – разочарованно проговорила Элис, прерывая беседу ребят.

– Ее убили на следующий день после последней записи, об этом написано в дневнике Троя Валтера по первой ветви, – сообщил Ривер.

– Оу, – только и смогла выдать Элис. По записям нет никаких важных данных, зачем ее тогда убивать?

– А дневник хранится, так как любая деталь важна. У нас не все записи участников Ордена, что-то утеряно, что-то сожжено. В любом случае есть отряд, который занимается поиском других частей, поэтому кто знает, какие пазлы смогут сложиться, если что-то найдем, – закончил Ривер.

– Ясно.

Элис хотела потянуться уже к следующему дневнику, но Ривер ее прервал.

– У нас перерыв закончен, поэтому нужно показать тебе комнату, где будешь жить. Рози тебя отведет. – В этот момент розоволосая девушка заулыбалась, радуясь уединению с Элис, учитывая, что она до ее появления была в окружении только одних мужчин. – А вечером, когда освобожусь, отвезу тебя на квартиру, заберешь свои вещи.

Элис встала с дивана и отправилась за Рози, которая завела ее в лифт. Внутри нее продолжали метаться мысли от одной к другой, зацепиться хоть за что-нибудь не получалась. Из-за одной случайности жизнь Элис начала меняться уже за один день! Уж насколько там человек мог быстро приспабливаться, но такие изменения чересчур. Элис даже не знала, размышлять ей о том, как ее жизнь будет развиваться здесь, или же думать над пророчеством. Если бы этот медальон не попал ей в руки… Она бы умерла в неведении, как и все остальные.

«Хватит! Зачем ты себя загоняешь?! Они… мы сможем все исправить!», – поставила сама себя на место Элис.

– 31-ый этаж у нас жилой, женского корпуса нет, так как до тебя я была единственной девушкой, но попросила, чтобы комнаты у нас с тобой были смежные, – продолжала ярко улыбаться Рози. Элис тихо ее поблагодарила, ей в принципе без разницы было, с кем рядом жить, тем более если у них один коридор. А уж в случае, если возникнут вопросы, ей не тяжело дойти до нужной комнаты. – Раньше твоя комната принадлежала Риверу, но я настояла его переселиться в самую дальнюю, все-таки девушки должны держаться вместе. – Рози слегка коснулась рукой до локтя Элис, пытаясь как-то поддержать. Розовласка понимала, каково было Элис, неужели ее тоже силком притащили в Орден?

– И когда он переехал? – решила уточнить девушка.

– Вчера днем после сигнала Проводника. Не переживай, там уже убрано и проветрено, следа от Ривера не осталось. – Будто Элис волновало это. Ей нужно было подтвердить свою догадку. Никто даже не пытался скрывать, что ее все равно бы прибрали к себе в сообщество, возможно, если бы не такая покорность со стороны Элис, ее держали бы взаперти… Но почему же они не сразу решили забрать ее? Ривер приходил к ней дважды, насильственных действий с его стороны не было, хоть он и телепортировался к ней в дом незаконно, но даже так он был вполне дружелюбен. Что-то не сходится.

Когда двери лифта открылись, оповестив нас о нужном этаже, Рози вышла первая, ведя за собой. Коридор был вполне обычным, сильной роскоши не наблюдалось, стены в бежевых тонах, на полу лежал паркет, а двери были в цвет светлого дерева, между некоторыми дверями были стеклянные столики с фарфоровыми вазами сверху. Пройдя мимо первой двери, Элис увидела надпись «Лиам О’Шей», оповещая о владельце комнаты.

– О’Шей?! – резко остановилась Элис, громко вскрикнув. – Тот самый О’Шей?!

– Нда, именно он, – будто с презрением сказала Рози, поворачиваясь в сторону Элис. – Лиаму не повезло больше всех, так как он сын Стива О’Шея, ему, кстати, и принадлежит это здание, поэтому мы можем распоряжаться несколькими этажами.

Фамилия О’Шея была на слуху у каждого человека в стране. Бизнесмен, имеющий на своем счету чуть ли не больше денег, чем бюджет у государства. А то что Лиам его сын – это вообще новость, которую Элис точно не ожидала.

– Почему не повезло? Я думала, здесь все добровольно остаются. – Ну, кроме Элис, но это она умолчала. – По нему не скажешь, что он недоволен своим нахождением здесь.

Рози никак не отреагировала на слова о добровольности, она не хотела поднимать эту тему.

– Если бы ты была ребенком самого крупного бизнесмена, который состоит в Ордене, как думаешь, у тебя был бы другой выбор, кроме как вступить в Орден? – задала вопрос целительница, давая пищу для размышления. Но ответа она не стала ждать. – Нас хоть и взяли сюда не по своей воле, но нам и некуда было податься, для нас Орден стал домом, даже если не самым лучшим, а у Лиама уже был дом. Но ему не повезло родиться под этой фамилией, так как за него изначально было всё предрешено. Хоть все мы тут боремся за благое дело, но иногда появляется чувство, что лучше бы мы жили в неведении, как и остальные, – печально закончила Рози.

Какие ещё удивления Элис ожидают впереди? Казалось, что конец света – единственное, что может ее впечатлить, а по итогу фамилия О’Шей является частью Ордена. И никто даже об этом не подозревает.

Девушки продолжали стоять около двери Лиама, внутренний шок не давал Элис пойти дальше, а Рози и не торопила.

– Ты за что-то ненавидишь Стива О’Шея? – рискнула спросить девушка у целительницы, заметив ранее ее реакцию. Та же сжала со всей силы ладони в кулаки, что костяшки побелели, в ней начала прорастать жгучая ярость.

– Этот говнюк не имеет права называться отцом, даже несмотря на то, как он пытался помочь Лиаму в трудных ситуациях. У меня нет к нему никакого уважения, я лишь благодарна, что он до сих пор остается верен Ордену и спонсирует его, но не более. Это моя ненависть, но история принадлежит Лиаму. Если сблизитесь, думаю, он сам тебе все расскажет. Пошли. – Она поставила точку в этой теме, разжала кулаки и скрыла свою ненависть за маской улыбки. Сейчас она была не искренней.

Они прошли ещё три двери: две справа и одна слева. Надписи гласили: «Мартин Скорос», «Рональд Пирсен», «Розеллина Лэнгли». А потом Рози остановилась, подняв ладони, демонстрируя, видимо, дверь в комнату Элис с левой стороны, рядом с комнатой «Розеллины Лэнгли». Девушка поняла, что эта комната принадлежала целительнице. Действительно оказалось, они будут соседками.

Элис подняла глаза и увидела надпись: «Элисон Блейк». Не удивительно, что они знали ее полные имя и фамилию. Теперь, когда Элис знала, что в этом замешан ещё и О’Шей, ей не казалось странным, что они смогли найти всю информацию о ней. Такой влиятельный человек мог за пару минут вычислить не то что нахождение любого человека на планете, но и потаенные страхи и секреты.

– Заходи, не бойся, – Рози приоткрыла дверь, приглашая войти внутрь, но первая не стала проходить.

Элис долго не ждала, взяла решительность в руки и вошла внутрь. Найдя справа от входа выключатель, она нажала на него, и комнату озарил свет.

– Ого…, – только и вымолвила Элис.

Пространство, которое теперь принадлежало Элис, поражало. Да это была даже и не комната, а больше зал с панорамными окнами. Слева на стене висел огромный телевизор, под ним стоял узкий комод, на противоположной стороне у стены был длинный кожаный диван, перед ним, как и во всех других помещениях здесь, стоял журнальный столик. Без него, видимо, никуда, самая нужная вещь. У окон был расстелен длинный коврик, явно для растяжки и занятий по йоге.

– Слева твоя комната, а справа туалет, – Рози показывала рукой на каждую дверь, пока говорила. Улыбка не слезала с ее лица. Сейчас ее смешила реакция новоприбывшей, скрывать это она не собиралась.

Элис не стала стоять истуканом, поэтому пошла налево в спальную комнату. Открыв дверь, большего удивления не последовало. Комната была меньше зала, слева от входа был длинный шкаф для одежды, выполнен из темного дерева с гладкой матовой поверхностью. Он возвышался от пола до потолка, внушительный и массивный, добавляя солидности интерьеру. Двери шкафа – раздвижные, украшенные тонкими металлическими вставками, которые добавляли элегантности. Напротив двери в углу стоял письменный стол, а справа от входа в самом центре кровать огромного размера, по бокам прикроватные тумбы. Вдоль стены, где стояла кровать, были мягкие стеновые панели приятного коричневого цвета. Панорамные окна также присутствовали. Хоть девушка и стояла от них далеко, но дух уже захватывал, представляя, какая высота, если подойти ещё ближе.

– В туалете есть как душевая, так и ванна. Можешь выбрать то, что тебе по душе, – завершила таким образом показ Рози. Элис утвердительно кивнула, продолжая оглядывать помещение. Ее квартира точно не сравнится с такими хоромами. Рози подошла к шкафу и отодвинула дверцы в сторону, показывая одежду, которая почему-то была внутри. – Это, – она достала первый костюм на вешалке,– спортивный костюм.

Такой же комплект одежды сейчас был и на Рози. Верх – куртка на молнии с высоким воротником и узкими манжетами, защищающие от ветра. На левом плече и груди красовалась эмблема Ордена, как догадалась Элис. Она была аккуратно вышита: в центре изображен круг, внутри него щит с изящными резными краями, а на щите изображен длинный меч. Под курткой висели брюки прямого кроя, которые немного сужались к щиколоткам. Вся форма была в одной темной расцветке глубокого графитового серого.

– Этой формы два комплекта. – Рози достала ещё один и кинула оба на кровать. – Это, – она достала следующую вешалку, – официальная одежда, ее надеваем на собраниях или официальных мероприятиях, если нет иного дресс-кода.

Форма состояла из приталенного кителя с высоким воротником-стойкой и брюки, которые явно облегали ноги. На кителе также была эмблема, вышита серебристыми нитями, как и узоры на рукавах, сам костюм был уже в темно-синих тонах. Рози потом достала длинную темно-серую накидку с капюшоном, уточнив, что это для плохой погоды: дождя, снега и т. д. Все вещи она снова кинула на кровать. Следом она достала сапоги из темной кожи для официального наряда и кроссовки для спортивного костюма. Обувь она не стала кидать, а положила рядом со шкафом.

– Здесь также есть ремень для кителя, несколько комплектов рубашек и спортивных футболок. А, и нижнее белье находится в комоде в зале под телевизором, если что, – она потрясла рукой в сторону большой комнаты, чтобы было яснее.

– Эт-то…, – запнулась Элис, эмоции били через край, они успели даже одежду подготовить за такое короткое время? – Это чересчур, конечно. А свою одежду носить нельзя?

Рози засмеялась во весь голос, уж очень ее забавляла Элис своим удивлением и вопросами.

– Можно, кроме официальных мероприятий, где нет своего дресс-кода, а также спортивных занятий, которые устанавливает тебе Орден. В остальное время можешь ходить в чем угодно. Когда заберешь свои вещи, их можно развесить как раз в шкафу.

В этот момент Элис слегка выдохнула. У нее не было претензий к одежде, которую ей подготовили, но это все походило на какую-то армию, а уж она не солдат, и им становиться не планировала, как и становиться участником Ордена впрочем. Но кто спрашивал ее согласия?

– Ривер, вон, постоянно ходит в чем ему захочется. Хоть звезд у него столько же, сколько и у меня, но задач у него больше, как и свободы от пятых звезд, поэтому тренируется он в основном отдельно и самостоятельно, а вот нас с Лиамом иногда приходится подгонять, – улыбнулась Рози, не скрывая свою лень.

– Что за звезды? – уточнила Элис. Это точно не армия?

– Звезды указывают твоё положение в Ордене, твои знания и возможность участвовать в секретных собраниях. У нас с Лиамом и Ривером по три звезды. Максимально можно получить пять. Одна звезда указывает на то, что ты новичок, который прочитал все дневники и другие бумажки о прошлом Ордене. Две звезды показывает, что ты прошел спортивную подготовку, но не дает тебе участие в секретных заданиях. Третья звезда дается на доверии от старших, у которых по пять звезд. Они самые главные тут, например, Маркел, – не забыла уточнить Рози. – С тремя звездами ты можешь участвовать в собраниях, к тебе уже могут прислушиваться и даже требуют, чтобы ты высказывал свое мнение. Дают тебе секретные задания по соблюдению законов. Тебе Ривер сегодня рассказал об одном из них, что, по сути, было нарушением. Но мы его не сдадим. – Целительница поднесла указательный палец к губам, намекая о появившемся секрете между ними, а потом начала развешивать обратно вещи, которые ранее скинула на кровать. – Четвертая звезда показывает, что ты успешно прошел несколько секретных заданий. В основном, с четырьмя звездами позволяют уже заниматься поисками других дневников, но меня это как-то мало интересует, поэтому остаюсь с тремя. Ну, а пять звезд, как можно понять, достаются тем, кто начинает управлять Орденом и выдавать задания четвертым и третьим звездам, а вторым и первым – различные указания.

Рози закончила убирать вещи, она задвинула двери шкафа, будто и не устраивала мини погром, прошла мимо Элис в зал и села на мягкий диван у стены. Элис же смиренно пошла за ней и села чуть дальше от розовласки. Целительница чувствовала себя максимально раскрепощенно, она вальяжно облокотилась о спинку дивана и выпрямила ноги. Усталость после тренировки у нее присутствовала.

– Сейчас, насколько мне известно, нет ни первых, ни вторых звёзд, так как новеньких у нас не было уже несколько лет. Поэтому тебе придется дослужиться. С прочтением у тебя проблем не будет, а вот что касается физической подготовки… – Рози оценивающе прошлась глазами по телу Элис. – Трудиться, трудиться и ещё раз трудиться. – вот и весь ее вердикт.

Элис сама понимала, что в драке она не сможет постоять за себя. Ей бы только собак отгонять палкой, да и это только в лучшем случае. Она никогда не занималась спортом, все ее увлечения были связаны либо с мыслительным процессом, либо творческим.

– Неизвестно, сколько времени у нас осталось, но тебя ждут очень тяжелые тренировки, это однозначно. Мы не можем терять ни дня, поэтому пятые звезды сделают все возможное, чтобы дотянуть тебя до трех звезд. Иначе о какой помощи от тебя может идти речь, если ты даже не сможешь участвовать в собраниях, не говоря уже о том, что тебя не допустят к артефакту. – Тут Рози осенило, она резко встала на ноги и подошла чуть ближе к Элис. Взгляд целительницы напрягся. – Кстати, где медальон?

Элис не стала скрывать его или отнекиваться, она засунула руку в карман и аккуратно взяла за цепочку, чтобы случайно его не открыть, на сегодня видений для нее достаточно. Она подняла медальон перед собой, чтобы показать Рози. Та в свою очередь резко его выхватила, не боясь каких-либо последствий от прикосновения с ним, повертела в руках и попыталась открыть, но безуспешно.

– Ожидаемо, – сказала Розеллина. – Его я забираю с собой, надо отнести его в охраняемую зону, чтобы он больше не пропал. Повторные поиски могут отнять время, которое нам нужно.

Элис не стала спорить, держать при себе то, что может нанести психологический вред, она не намеревалась. Рози же сунула артефакт в карман спортивных штанов и снова ярко заулыбалась.

– Если будут вопросы, не стесняйся, заходи. Можешь не стучать, дверь моя открыта всегда, если я свободна. Если занята, то зайти не получится.

Этим она подвела к окончанию их разговор. Элис, кроме как спасибо, не смогла ничего сказать. Благодарность была искренней, хоть кто-то смог разжевать ей все и не оставить наедине на какое-то время. Этого хватило, чтобы девушка как-то смогла успокоиться и хоть немного привести мысли в порядок.

Целительница, приняв благодарность, спокойным шагом вышла из комнаты, куда она направилась дальше – неизвестно. И тут настигла тишина. Рози хоть и любит поболтать, но этим она могла успокоить и эмоционально притянуть к себе. Девушка была каким-то солнцем среди серьезных мужчин, которые больше казались тучной тенью, чем людьми. Хотя Лиам не вписывался в стандарты мужчин Ордена, которые Элис для себя смогла выделить. Он был таким же болтуном, как и Рози, но она могла промолчать, когда нужно, а по Лиаму такого не скажешь. Ему будто всегда нужно вставить свою реплику, чтобы его заметили или же чтобы кого-то побесить. Скорее всего, от него быстро устают люди, если он действительно такой постоянно.

Ривер не дал точного времени, когда он заберет Элис, чтобы они смогли съездить за ее вещами, поэтому она решила дальше изучать дневники. Для этого она вышла из комнаты и направилась к лифту. Проходя мимо двери Лиама, она не остановилась, но в голове снова промелькнула фамилия О’Шей. Что же все-таки за человек такой его отец? Рози на первый взгляд казалась крайне дружелюбной, а при упоминании Стива О’Шея ее настолько сильно охватили негативные эмоции.

«Хватит, Элис. Нечего копаться в чужих жизнях, нужно заняться делом, и так загадок хватает».

С этими мыслями она зашла в лифт, нажала на кнопку 34-го этажа и встала в ожидании закрытия дверей. Когда они почти соприкоснулись друг с другом, в маленьком проеме между ними появилась рука. Элис громко вскрикнула от испуга и отошла в угол лифта. Ситуация напоминала какой-то фильм ужасов.

В итоге двери под напором раскрылись, внутрь вошел Лиам, хоть страх пропал, но напряжение внутри осталось. Волосы парня были слегка влажные, говоря о том, что он недавно вышел из душа. Сейчас вместо спортивной формы на нем был костюм, похожий на тот, который висел в шкафу у Элис. Значит, идет на какое-то собрание.

– Какие люди-и! – с изумлением протянул Лиам и встал рядом с девушкой в пол-оборота, намереваясь завести диалог. – Ну, как тебе наша база «отдыха»? – решил пошутить парень, после чего скрепил руки за спиной, полностью открываясь.

– Красиво, но слишком богато, – честно призналась Элис. Такую роскошь она бы вряд ли увидела когда-нибудь, если не сложившаяся ситуация.

С Лиамом было трудно чувствовать себя свободно, он будто своей энергией намеренно давил на человека, хотя даже не прикасался.

– Спасибо моему папуле, – на этих словах он сделал сердечко из пальцев и показал его в камеру, которая находилась на потолке лифта. Элис немного развеселила такая подача, поэтому она посмеялась в кулак, чтобы это не было так заметно. После чего вспомнил, что зашел он сюда не просто так, поэтому нажал кнопку 33-го этажа.

– Сейчас будет собрание, пятые звезды будут обсуждать тебя, – открыто сказал Лиам, будто в этом нет ничего такого, а камеры за ними не следили. – Интересно, какие выводы сделает Маркел.

Парень слегка покачивался на каблуках, будто ему тяжело стоять смирно на одном месте.

– Разве собрание не должно быть тайным? Зачем ты мне рассказываешь? – Хоть информация о том, что собрание проводится только из-за нее, сбило ее из своих мыслей, но виду старалась не подавать. Здесь слабость не терпят, это она смогла выяснить.

– Это будет наш секрет, – лучезарно улыбнулся Лиам, словно не растрепал то, что ей не нужно знать.

– Так здесь камеры, секреты обычно рассказываются наедине без посторонних.

– Они без микрофона, поэтому говорить можно что угодно, – рассказал парень и снова повернулся к камере. В этот раз он натянул улыбку ещё шире и помахал рукой. Камера начала слегка двигаться, словно напоминания, что за ними смотрят. – Может, даже расскажу тебе потом после собрания, что о тебе думают здесь.

Лиаму, видимо, было плевать на все регламенты, которые действуют в Ордене. То ли это из-за его влиятельного отца, то ли он не переживал, что с ним будет за раскрытие тайн. А возможно, он просто над ней издевался. Что-то явно из трех.

– Не нужно, переживу, – отчеканила Элис. Не хотелось знать, какие мысли у пятых звезд. Там явно ничего приятного, потрясений пока хватает.

– Как хочешь, – ответил ей парень.

Через несколько секунд лифт остановился, двери раскрылись и Лиам перешел порог лифта.

– Пока-пока, маленькая провидица! – в этот раз он помахал рукой уже ей. Парень стоял до тех пор, пока двери полностью не закрылись.

«К нему точно нужен определенный подход», – вынесла вердикт Элис, ожидая нужного этажа.

Глава 4

Элис вышла на 34-ом этаже, прошла через коридор на кухню, где все еще лежали дневники и остальные записи. Их количество на какой-то момент заставило запереживать: это напомнило об университетских годах, когда приходилось за день прочесть несколько книг для подготовки к экзаменам. Хоть здесь никто не будет принимать у нее зачеты, но количество букв напрягало в любом случае.

Так как теперь это место стало для нее неким убежищем, Элис не стала церемониться и подошла к холодильнику в поисках газировки. Найдя нужный лимонад со вкусом вишни, она подошла к дивану и села на него, пробегая параллельно по бумагам на столе. Схватила самый дальний дневник, принадлежавший Немесии Валтер, вторая ветвь семьи. Она была двоюродной внучкой Орос Валтер. Видимо, у Орос была сестра. Немесия по своим рассказам отличалась боевым характером, высшее общество ее не интересовало, большую часть времени она посвящала Ордену в поисках ответов. Способность к видению не было, из-за чего та чувствовала себя обделенной, но могла считывать мысли людей при прикосновении, что играло для нее в плюс, Орден ценил ее за это. Немесия находила много нужной информации, но почти ничего не связано с концом света. В дневнике она рассказала как именно был потерян медальон. Были две сестры – Зария и Альберо, которые окончательно разделили семью. Зария верила в то, что медальон нужен для предотвращения апокалипсиса, Альберо же пришло видение, что именно медальон будет виноват в этом. Она пыталась доказать это семье, хотела решить все мирным путем, но большинство ее не поддержало, а меньшинство все-таки примкнуло к ней. Они украли медальон в надежде его уничтожить, но он не поддавался той магии, которая у них была, физическая сила не действовала тем более. По итогу, после четвертой попытки уничтожить артефакт, их нашла ветвь Зарии, началась драка, в ходе которой медальон выпал в реку. В тот день его не нашли.

В панике две ветви озверели еще больше, они чуть не поубивали друг друга, использовалась и магия, и оружие, и даже рукопашный бой, но благо убитых не было. Вот так и произошло разделение. Каждая сторона была убеждена в своей правоте, отказываясь слушать друг друга. Жили они порознь, в тайне пакостили друг другу и пытались уничтожить свою же родню. Спустя несколько поколений гнев поутих, отношения больше стали нейтральными, некоторые даже начали видеться друг с другом. Например, как Орос и Трой.

      После разделения сразу же был создан Орден, изначальная цель Ордена была – найти медальон и уничтожить его, спустя длительные и неудачные поиски сменился вектор цели: нужно было найти и изучить артефакт, чтобы понять, как предотвратить ужас конца света. А потом Орден стал параллельно заниматься вопросом дарованных, так как законы стали ужесточаться, начались частые бунты со стороны одаренных, нужно было предотвратить гражданскую войну, которая надвигалась. Таким образом, образовался тот Орден, который есть и в данное время.

– Много прочитала?

Элис резко подскочила от неожиданного присутствия человека рядом. Она так углубилась в чтение, что забыла о том, где находится.

Ривер тихо засмеялся, уж в его планах не было напугать девушку.

– Я… Э-э-м-м, – запнулась Элис. – Только прочитала дневник Немесии.

Элис отложила дневник на стол, пытаясь утихомирить свой пульс после испуга. Ривер стоял в верхней одежде у входа на кухню, оперевшись о дверной косяк. Волосы небрежно лежали, не мешало бы их расчесать. То ли он откуда-то бежал, то ли собрание выдалось максимально «жарким». А наспех надетое пальто на нем прямо кричало, что собирался он впопыхах, карманы забавно торчали по бокам, низ пальто завернут, словно его не успели расправить.

– Все в порядке? – Элис не стала упоминать о том, что знала про собрание, поэтому решила задать вопрос издалека.

– Вполне, пришел выполнить свое обещание.

Девушка непонимающе на него посмотрела, все еще стоя рядом со столом. Была какая-то неловкость в этом. Между ними было около пяти метров. Обычно люди не общаются на таком большом расстоянии. Но Ривер не двигался с места, Элис же тоже не считала это нужным.

– Забрать вещи, – напомнил парень. – Или они тебе уже не нужны?

– А! – слишком глупо пришло на нее озарение. В этот момент она посмотрела по сторонам в поисках сумки или ещё чего-нибудь, что могла принести с собой, но ничего не увидела. – Я готова, можем ехать.

– Отлично. – Он развернулся к Элис спиной и вышел из кухни, направившись к лифту. Девушка сразу побежала за ним, чтобы не отставать.

Через пару минут Элис снова сидела в машине Ривера, тот в свою очередь проверял что-то в своем телефоне. Некая неловкость продолжала витать в воздухе, девушка не знала, как ее спугнуть и перевести в более комфортную атмосферу. Хотя по виду Ривера складывалось впечатление, что ему было плевать. Он точно умел скрывать свои эмоции за маской безразличия, когда ему это было нужно.

Машина плавно двигалась по вечерним улицам, освещенным тусклым светом фонарей. Элис сидела на пассажирском сидении, уставившись в окно. Ее мысли были заполнены всем, что произошло за сегодняшний день: медальон, видение, Орден, дневники… Она чувствовала себя так, будто попала в водоворот событий, из которого нельзя выбраться.

Ривер, сидя за рулем, время от времени бросал на нее взгляд, но молчал. Казалось, он давал время Элис прийти в себя. Но тишина становилась более тягостной.

– Ты всегда так молчишь? Или это только со мной? – прервала тишину Элис.

– Просто думал, что тебе нужно время, чтобы все осмыслить.

Пальцы Ривера стали нервно постукивать по рулю, но лицо оставалось без эмоций.

– Осмыслить? Ты серьезно? Меня втянули в какую-то жуткую историю, принудили жить в вашем офисе, а теперь я должна «осмыслить»?

– Принять, подстроиться – называй как хочешь. – Ривер искоса посмотрел на девушку, чтобы проверить ее состояние. Конфликт за рулем не входил в его планы. – Но если хочешь, можешь задавать вопросы, я постараюсь ответить.

Элис не устроила его формулировка. В каком смысле «постарается»? Миру нужна помощь, а они хотят ещё скрывать какую-то информацию?

– О, спасибо за разрешение! – Элис саркастично поклонилась насколько это возможно в положении сидя. – Ну ладно, начну с простого: почему ты пришел ко мне в квартиру? Разве не было бы проще забрать медальон и уйти?

– Потому что ты стала частью всего этого, когда медальон откликнулся на тебя. – Голос его продолжал быть спокойным и размеренным, в то время как Элис чуть ли не переходила на истеричный тон. Сегодняшний день ее явно потрепал. – Ты видела то, что никто другой не мог увидеть. И если бы я просто забрал артефакт, ты бы все равно была втянута в эту историю, только уже без всяких объяснений.

Взгляд Элис помрачнел. Слова Ривера снова подтверждали тот факт, что ради своей цели Орден использовал бы людей: с их согласия или нет – неважно. Оно и понятно, в данной ситуации цель оправдывает средства, но должна же быть какая-то человечность в людях…

– Ты должна понять – это не просто твоя жизнь под угрозой. Это жизни всех людей, в том числе тех, кто тебе дорог: друзей, коллег, Лорис.

Ривер нервно выдохнул. Происходило то, чего он изначально и боялся: Элис начала окутывать паника. Членам Ордена было проще воспринимать информацию об апокалипсисе, они знают информацию только исходя из рукописей, Элис же видела все своими глазами.

– Не трогай Лорис. – Внутри девушки начало что-то закипать, словно дикий зверь стал пробуждаться. Хоть она и не была близка с Лорис, но этот человек ей не чужой, да и зла ей никогда не желала.

– Я не хочу никого трогать. Но ты должна понять, что это больше, чем ты. И если ты можешь помочь, то…

– А если не могу? – перебила Ривера Элис. – То что? Просто найдете кого-то другого и выкините меня, как ненужную вещь? Ведь сам Маркел даже не знает, тот ли я человек вообще.

Ривер резко затормозил перед светофором. Оба – Ривер и Элис – из-за этого дернулись вперед, но ремни безопасности сократили их клевок. Разговор заставлял терять внимательность на дороге. Парень замолк на какое-то мгновение, его пальцы слегка сжали руль. Он не ожидал такого вопроса.

– Мы не бросим тебя. Я верю, что ты справишься. – Загорелся зеленый, Ривер снова нажал на газ.

– Почему? Ты ведь даже не знаешь меня.

– Потому что я видел, как ты справляешь с тем, что другие не смогли бы вынести. Ты увидела конец света своими глазами, но не сломалась. Никто из нас его не видел, даже не представлял, как это могло бы выглядеть. И ты все равно держишь себя в руках, когда все кажется безнадежным. Это… впечатляет.

Элис замолчала. Его слова помогли ей взглянуть на все с иной стороны. В голосе Ривера звучала искренность, которую она не могла игнорировать. Продолжать этот диалог уже не было смысла.

Первый квартал, второй, третий. Они все сменялись, а молчание затягивалось

– Не забудь ничего, чтобы потом не ездить ещё по несколько раз, – прервал молчание Ривер.

– Ничего страшного, если что-то останется. Возможно, я здесь не надолго.

Ривер искоса посмотрел на нее, он надеялся, что эта тема уже закрыта.

– Хочешь ты или нет оставаться с нами, но так будет безопаснее. Первая ветвь Валтер, которая никогда не являлась участниками Ордена, возможно, все еще существует. Нам неизвестно, что они могут натворить. – Раскрыл маленькую тайну Ривер. В этот момент Элис почувствовала облегчение от того, что он наконец-то рассказал ей хоть и маленькую, но часть информации, которая по сути являлось важной. – Я могу представить, каково тебе. Не думай, что все мы тут бессердечные, просто жизнь закаляет. В любом случае ты привыкнешь, я тоже не сразу освоился. – На губах парня появилась улыбка поддержки, на долю секунды Элис засмотрелась, не смогла сразу оторвать взгляд.

– Это мало утешает, адаптация не всегда равно комфорт, в большинстве случаев это лишь смирение.

Улыбка Ривера стала ещё шире, он повернулся в сторону девушки, осмотрел ее лицо сверху вниз и остановился на губах. Взгляд долго не держал, поэтому вернул свое внимание на дорогу и сказал:

– Улыбнись. Пока жизнь не окончена, еще можно ставить цели, а тем более все исправить. Тебе нужна будет помощь с вещами?

– Думаешь, могу не справиться? – Элис хмыкнула. Ривер умел перескакивать с темы, это она учла на будущее.

– Вдруг их так много, что ты не унесешь. – Ривер в воздухе взмахнул правой рукой, показывая наглядно, как много может быть у нее вещей.

– Ты всегда такой галантный или только с новичками?

– Только с теми, кто это заслуживает.

В этот момент машина остановилось. Элис посмотреть в окно и увидела знакомый многоэтажный дом – здесь ее квартира.

***

На сборы вещей ушло примерно сорок минут. Ривер же остался ждать в машине, так как Элис решила, что справится сама. И это действительно было правдой. Девушка еле собрала одну сумку. Казалось, что вещей за два года проживания в квартире станет в разы больше. Она даже сидела несколько минут на кресле и вспоминала, нет ли еще чего-нибудь, что ей понадобится.

Буквально вчера она уходила из квартиры с утра на работу, а теперь все перевернулось вверх дном. Элис запустила руки в волосы, отчаянно пытаясь прийти в себя. Возможно, это лишь сон, и все происходит не наяву. Прикрыв глаза, девушка сделала глубокий вдох и выдох. А когда открыла, увидела чьи-то ботинки. Сердце сразу подскочило, а рука машинально потянулась к тому самому журнальному столику в надежде снова схватить кружку.

– Все в порядке?

Это был Ривер.

– Хватит уже так появляться! Что за странная мания у тебя! – не выдержав, крикнула Элис. Она никогда не была пугливой, но когда кто-то резко перед тобой появляется из ниоткуда, мозг сразу заставляет тело напрячься и обороняться.

– Тебя просто долго не было, решил проверить. Вдруг что случилось.

Скорее начал переживать, что она могла сбежать, вот что первое пришло в голову девушки. В любом случае он смог бы ее найти, дар телепортации все-таки.

Элис встала с кресла, подняла с пола сумку и всучила ее Риверу, который стоял напротив.

– Вот хотел помочь – можешь понести.

Это застало врасплох Ривера, но он ничего не сказал, только улыбнулся и пошел вслед за Элис. Она даже не взглянула последний раз на свой когда-то дом. Возможно, ей больше не суждено сюда вернуться.

      Когда они вышли из квартиры, прохладный воздух ночи слегка остудил горячие мысли Элис. Она шагала вперед, а Ривер молча шёл рядом, легко неся её сумку, будто она ничего не весила.

– Ты даже не спросил, что там, – неожиданно сказала она.

Ривер бросил на нее короткий взгляд.

– Если это что-то незаконное, лучше не знать.

Элис хмыкнула.

– Значит, не любопытно?

– Было бы, если бы ты начала таскать с собой что-то странное. Типа камней или коллекции ножей.

– Жаль, что у меня нет коллекции ножей, – задумчиво протянула Элис.

Они добрались до машины. Ривер открыл багажник и закинул сумку внутрь, затем обошёл машину и сел за руль.

Пока он заводил двигатель, Элис уставилась в окно, провожая взглядом улицу, по которой когда-то каждый день возвращалась домой.

– Ты правда не хочешь попрощаться? – вдруг спросил Ривер, следя за ней краем глаза.

Элис сжала губы, а потом покачала головой.

– Это просто стены.

– Да, но ты там жила. У людей есть привычка привязываться к местам.

Она опустила голову, разглядывая свои руки.

– У меня и не было такой привычки.

В машине повисла тишина. Только гул мотора и приглушённые звуки ночного города заполняли пространство.

– Значит, ты готова идти дальше? – спросил он мягче.

Элис повернулась к нему.

– А ты?

Этот ответный вопрос прозвучал как-то очень глупо.

Ривер скользнул взглядом по её лицу и слегка усмехнулся.

– Я давно ни за что не держусь.

Элис задумалась над его словами. Почему-то в них чувствовалась какая-то горечь.

– Ты был бы не против… – начала она, но осеклась.

– Что?

Она покачала головой.

– Неважно.

Ривер чуть нахмурился, но больше не стал настаивать. Он просто увеличил скорость, увозя Элис прочь от её прошлого – в новую, неизвестную жизнь.

Глава 5

Прошло несколько дней, и Элис погрузилась в рутину, которую ей предоставил Орден. Бессонные ночи за чтением чередовались с работой и изнуряющими тренировками с Рози, которые стали обязательными. Поначалу все выходило так себе, спортивная подготовка была отвратительна. Выносливости никакой, силы уж тем более. За час тренировки она успевала сделать ту норму, которую Рози делала за 20 минут. Элис нужно было время отдыха после каждого упражнения, желательно минут на десять, что позволить ей не давали.

Один раз их зашел проведать Маркел, он было немногословен, сначала просто наблюдал за Элис, под конец лишь цыкнул, явно не радуясь увиденному. Это лишь сильнее подкосило девушку, которая и так старалась изо всех сил. Вместо тренировок могли бы предложить что-то более важное по спасению мира.

После этого с каждым днем тренировки становились только интенсивнее, Элис постоянно вытягивала из себя последнюю каплю энергии. К ней начало приходить понимание, что это может быть необходимо, неизвестно, с чем ей придется столкнуться в будущем, однако проще от этого не становилось. Из-за такой нагрузки Элис все-таки приняла решение покинуть на какое-то время магазин. Прощаться с Лорис было слишком горько, но та лишь радостно пожелала удачи, хотя Элис сообщила лишь о перерыве на месяц. Внезапный отпуск, так сказать. Женщина же не была против, а наоборот с радостью поддержала идею. Хотя при прощании ее выдала грустная улыбка, словно она понимала, что Элис сюда больше не вернется.

К медальону ее не подпускали, да и не было такого желания. Двух видений хватило, чтобы понять страх и боль людей. Тем более непонятно, что артефакт мог показать ей еще.

Вчера Элис закончила читать дневники. Теперь в ее голове хранилось почти все генеалогическое древо семьи Валтер, а также время и места, где Проводник видел медальон, как был создан сам Проводник и еще много информации, которая никак не могла помочь в расшифровке конца света.

Тут в дверь комнаты постучали. Не дождавшись приглашения, зашла Рози.

– Элис? Ты сегодня вечером идешь с нами. Твое первое официальное мероприятие как участника Ордена

Целительница как обычно была в хорошем настроении и ярко улыбалась. Было бы даже странно увидеть ее когда-нибудь хмурой.

Элис, лежа на диване, отложила книгу, которую почти успела дочитать, если бы ее не потревожили. Она почувствовала раздражение, так как чтение для нее было отдушиной, медитацией, возможность отпустить собственные мысли и расслабиться. А когда такое прерывается, тем более на самом интересном месте, все внутри начинает сходить с ума. По итогу медитация просто провалилась.

– Куда – с вами?

– На прием к Лоуренсу Мобилу.

Рози прошла вглубь зала, после чего Элис наконец-то заметила ее наряд. Теперь на ней была не тренировочная форма, которая между прочим тоже неплохо на ней смотрелась, а светлое платье, которое аккуратно обтягивало ее фигуру и по ощущением стройнило ещё больше, от чего целительница казалась настолько хрупкой, словно фарфор. Только вот Элис уже давно поняла, что за стройной фигурой прячется настоящий боец, который не уступит по силе даже мужчине. Интересно было бы даже посмотреть на бой между Лиамом и Рози. Если бы принимались ставки, то Элис обязательно бы поставила все на свою новую подругу.

– Он тот самый богач-коллекционер, который считает нас просто группой антикварных фанатов. При этом мы получили от него официальное приглашение. Будет пышный фуршет и, о боги, бал! – Рози радостно похлопала в ладоши. – Так что надевай что-то приличное.

– Бал?.. – Элис чуть не задохнулась. – Можно я лучше останусь здесь – на мягком диване с книжкой? Я не умею танцевать.

Рози ничего не ответила, по взгляду все было понятно.

***

Зал особняка Мобила был роскошным, почти вызывающе блестящим. Люстры сверкали, как застывшие молнии, по залу текли потоки шелковых платьев и черных смокингов. Элис чувствовала себя потерянной. Её лёгкое синее платье, подобранное Рози в последний момент, казалось слишком скромным и одновременно слишком откровенным. Ткань цеплялась за кожу, а взглядов вокруг было слишком много.

Она держалась ближе к стенам, наблюдая за членами Ордена. Маркел стоял рядом с Лиамом, обсуждая с кем-то выставленный антиквариат. Рози смеялась с каким-то военным, изредка поглядывая в зал и оценивая обстановку. Остальные ребята, которых Элис и не пыталась запомнить, развлекались по мере возможности. Фуршет был действительно изысканным, а атмосфера крайне непривычной. Девушка чувствовала себя ненужной частью всего этого блеска. Такие мероприятия для нее были в новинку. Да в принципе и все, что было за последний месяц.

– Нравится? – знакомый голос прозвучал сзади.

Ривер. Он был в тёмном костюме, который сидел на нём почти преступно хорошо. Его волосы были чуть растрепаны, но это только добавляло ему шарма. Элис отвела взгляд, но он уже подошёл ближе.

За эти несколько дней они обменялись только парами фраз, какого-то глубокого диалога между ними не вышло. При этом в какой-то из дней Ривер не забыл упомянуть, что он говорил об увольнении с самого начала, а Элис не прислушалась. Тогда она решила ему напомнить, что увольнения фактически не было, это был лишь длительный отпуск. Ривер на это усмехнулся, но ничего больше не сказал. Его сомнения в словах Элис были и так понятны.

– Слишком шумно, слишком ярко, слишком… много всего, – решила пожаловаться Элис.

– А ты всё равно выглядишь так, будто создана для этого бала, – сказал он тихо, и его слова задели что-то теплое внутри неё.

– Ты шутишь.

– Я никогда не шучу, – Ривер чуть склонил голову. – Потанцуем?

Она не знала, почему кивнула.

Под мягкую музыку они оказались в центре зала. Элис положила руку ему на плечо, вторая – в его ладони. Она мельком посмотрела ему в глаза и сразу же пожалела об этом. Её дыхание сбилось, сердце гулко стучало. Его пальцы были теплыми, сильными, но касались её руки осторожно, будто он боялся сделать ей больно.

Их взгляды снова пересеклись. На мгновение все исчезло – и шум, и музыка, и люди. Остались только они двое, и то, как его глаза смотрели на неё, будто искали что-то большее, чем просто ответы.

– Ты хорошо двигаешься, – прошептала Элис от неловкости.

– А ты плохо врешь, – усмехнулся он. – Но мне нравится.

Она не знала, что ответить. Их шаги совпадали, дыхание синхронизировалось. С первой встречи было и ежу понятно, что Ривер красив собой и ухожен. Было бы даже странно, если бы у Элис не возникла симпатия. И именно в этот момент она поняла, что парень, который держал ее ладонь, словно это хрусталь, который может разлететься на мелкие осколки, если надавить чуть сильнее, действительно ей нравится. Не как союзник или друг, а как мужчина.

Элис всегда принимала свои чувства к кому-то без всяких отказов внутри себя. Это всего лишь симпатия, которая не несет за собой никакую ответственность. Но на ее душе стало как-то неприятно от этого осознания. Сейчас абсолютно не то время, чтобы в принципе думать о таком, чтобы создавать какие-то любовные романы. Это также и расстраивало.

Ривер уверенно кружил ее в танце, лавируя между другими парами. Он действительно двигался очень неплохо. Неужели даже такому Орден обучает своих людей? Без опыта ни один человек не смог бы так легко вести свою партнершу и аккуратно ловить ее движения, чтобы та не растоптала партнеру все ноги.

Когда музыка стихла, Ривер медленно отпустил ее руку.

– Мне нужно поговорить с Мобилом, – тихо сказал он. – Будь осторожна.

Ривер глазами прошелся по залу, находя всех членов Ордена. Когда убедился, что все на месте, он ушел. Элис оставалось только проводить его взглядом, ощущая на своей коже его прикосновения.

Каждый был чем-то занят, кто-то пытался набить до отвала желудок, кто-то пытался флиртовать, при этом не всегда успешно. Одна Элис все еще не могла найти себе место. Она уже выпила несколько бокалов, к сожалению, лимонада. Алкоголь здесь был почему-то под запретом. Очень жаль, ведь так она смогла бы расслабится и, возможно, найти новые знакомства.

– Скучаете? – внезапно раздался мужской голос сбоку, что заставило девушку вздрогнуть от неожиданности.

Элис повернула голову в его сторону, чтобы убедиться, что обращаются к ней. Мужчина в идеально выглаженном синем фраке, зачесанными назад цвета шоколада волосами и сдержанной улыбкой. Пахло от него приятно дорогим шоколадным одеколоном. А глаза цвета неба выдавали какую-то холодность, словно в них скрывалась тревожность.

– Нет, – как-то даже сухо ответила Элис. Учитывая, что буквально пару секунд назад она была не против обзавестись новыми знакомствами.

Незнакомец ухмыльнулся, подойдя чуть ближе и встав плечо к плечу. Элис стало неуютно, что неизвестный ей человек стоит так близко к ней, поэтому сделала один шаг в сторону.

– Сложно быть частью того, чего не совсем понимаешь, – продолжил мужчина.

– Простите? – переспросила она, стараясь сохранить спокойствие.

– Ничего, просто наблюдение, – ответил он, отпивая лимонад из бокала. – Видно, что ты не любишь подобные вечера.

– А Вы, выходит, профессиональный наблюдатель?

Он усмехнулся, почти беззлобно.

– Скорее человек, умеющий отличать тех, кто здесь ради цели, от тех, кто здесь по долгу.

Элис опустила взгляд, чувствуя, как внутри нарастала тревожность.

– Значит, вы тоже по долгу?

– Не совсем. Я, скажем так… интересуюсь. – Незнакомец сделал паузу, словно выбирая, как сказать мягче. – Некоторыми организациями, которые слишком увлеклись поиском ответов.

Элис застыла, чувствуя, как пальцы крепче сжали бокал.

– Ответов?

– Удивительно, сколько людей думают, что истина – это линия, по которой можно просто идти вперед. – Его взгляд стал серьезнее. – Но есть дороги, по которым лучше не ходить. Особенно тем, кто даже не знает, что ищет.

Он смотрел прямо на нее, и в этом взгляде не было дружелюбия. Ни одной эмоции, кроме предупреждения.

– Иногда уверенность – худший советчик, – продолжил мужчина. – Особенно для тех, кто привык верить в легенды. Они красиво звучат… но редко совпадают с реальностью.

– Вы хотите что-то сказать напрямую? – голос Элис прозвучал тише, чем она ожидала.

– Я просто советую… быть осторожной. Особенно с теми, кто думает, что знает, как устроен мир. – Он приблизился, не вторгаясь в личное пространство, но явно давая понять, что его слова не случайны. – Ты кажешься умной. Жаль будет, если ошибешься в выборе стороны.

С этими словами он сделал глоток и, даже не дождавшись ответа, спокойно развернулся и растворился в зале, словно тень.

Элис осталась стоять, едва дыша. Его лицо было незнакомым, но каждая интонация, каждое слово – будто прорезали внутреннюю оболочку.

Что он знал?

И, главное, почему говорил с ней именно так?

Она выдохнула и быстро направилась прочь, ей нужно было найти Ривера. Немедленно.

Она пробиралась сквозь зал, чувствуя, как каждый шаг отдается гулким эхом в груди. Смех, звон бокалов, оркестровая музыка – всё звучало как-то приглушенно, будто сквозь стекло. Слова незнакомца продолжали крутиться в голове, его голос будто прирастал к ней изнутри, шепча, путая.

«Жаль будет, если ошибешься в выборе стороны».

Что он знал? Кто он вообще такой? Почему говорил с ней, как с участником какой-то игры, в которой она даже не понимала всех правил?

Элис металась взглядом по залу, но Ривера нигде не было видно.

«Где ты?»

Каждое лицо казалось лишним, каждый взгляд чужим. Её дыхание сбивалось – не от паники, не совсем. Это было другое. Чувство, что она потерялась. И вдруг – одна. Среди людей, среди дорог, смысл которых ей пока не объяснили.

И тогда она его увидела – в самом конце галереи, у застекленной витрины, где Лоуренс с кем-то спорил, активно жестикулируя. Ривер стоял рядом, спокойный, сдержанный, словно всё под контролем.

Элис двинулась вперед, но ноги будто не слушались. И всё же подошла. Он не сразу заметил её, но когда повернулся, его взгляд сразу стал внимательнее.

– Всё хорошо? – спросил он тихо, шагнув к ней ближе.

Элис не знала, что сказать. Горло сжалось.

Она покачала головой, пытаясь подобрать слова. Её рука непроизвольно потянулась к нему, коснулась его руки – так, будто ей нужно было за что-то зацепиться.

– Мне… нужно было тебя найти, – прошептала она, и голос чуть дрогнул.

Ривер нахмурился, но не отстранился. Его ладонь сжала её пальцы – крепко, уверенно. Он разглядывал ее лицо так пристально, пытался найти то, что ее напугало и заставило бежать за ним.

– Что-то случилось?

Она хотела сказать, что всё в порядке. Что просто разволновалась. Но не смогла.

– Я не знаю, что именно. Просто… – она отвела взгляд. – Мне стало страшно.

Он молчал несколько секунд. Затем мягко кивнул, будто понял больше, чем она сказала.

– Я здесь, – только и сказал.

И это было всё, что ей сейчас было нужно.

Ривер всё ещё держал её руку, но, словно почувствовав, что она немного пришла в себя, отпустил.

– Мне нужно закончить разговор с Мобилом, – сказал он спокойно, мягко. – Подожди меня здесь. Это займет немного времени.

Элис кивнула, хотя ей совсем не хотелось снова оставаться одной. Всё же она позволила ему уйти, наблюдая, как он снова направлялся к Лоуренсу, что-то говорит, вставая боком к хозяину вечера, сохраняя в голосе спокойствие и уважение.

Лоуренс Мобил – мужчина в дорогом костюме и с идеально уложенными волосами – выглядел так, будто вся ситуация его тяготит. Он то и дело поглядывал на гостей. Ривер говорил чётко, спокойно, вежливо, но по выражению лица Лоуренса было ясно: тот не собирался уступать.

– Эти записи – часть моей частной коллекции, – проговорил он с натянутой улыбкой. – Я их не продаю. Особенно организациям, которые отказываются объяснить, зачем они им.

– Мы уже говорили, – ровно сказал Ривер. – Мы не коммерческая структура. Мы изучаем редкие источники, и именно в этих записях может быть…

– Нечто чрезвычайно важное? – перебил Лоуренс с ухмылкой. – Исторический прорыв? Тайна столетия? Простите, я такое слышу каждый раз, когда кто-то хочет вытащить что-то у коллекционера.

– Нам не нужна огласка.

– Всем так кажется в начале, – сухо ответил Лоуренс.

Элис не выдержала. Ей было ужасно обидно видеть безвыходность ситуации, в которой оказался Ривер. Она медленно подошла ближе.

– Простите, мистер Мобил, – вмешалась она, подойдя с другой стороны. Он повернулся к ней, скользнув взглядом по платью, по лицу. Его выражение стало чуть мягче.

– Мисс…?

– Элис.

– И вы хотите убедить меня лучше?

– Нет, – спокойно сказала она, хотя внутри все переворачивалось от нервов. – Я не собираюсь вас убеждать.

Лоуренс скрестил руки, но не прогнал ее. Его это заинтересовало.

– Вот как?

– Вы вправе отказать. Но мне показалось… вы не просто храните их.

Мужчина напротив нее нахмурился, не совсем понимая, к чему незнакомка клонит.

– А что, по-вашему я делаю?

– Сохраняете голоса, – ответила она. – Люди писали дневники не для витрин. Они писали, чтобы быть услышанными, даже если никто не прочтет. – Она чуть перевела дыхание. – Иногда предметы тяготятся молчанием. Они будто ждут, когда смысл станет ясным.

      Лоуренс внимательно посмотрел на нее.

– Вы романтизируете бумагу и чернила.

– Возможно, – согласилась она. – Но вы ведь не романтизируете деньги, и все равно их собираете.

На его лице мелькнуло что-то почти похожее на улыбку.

– Вы слишком молоды, чтобы так уверенно говорить о мотивах других людей.

– Я достаточно долгое время работала с вещами, чтобы видеть, когда к ним относятся как к трофеям… и когда – как в ответственности.

      Молчание стало плотнее, шум бала будто отдалился. Лоуренс поджал губы, словно раздумывая, что ответить. А его брови слегка нахмурились, в этот момент Элис начала нервничать, боясь, что сказала что-то лишнее.

– И вы считаете, что я обязан передать эту ответственность вам? – достаточно мягко и без насмешки спросил мужчина.

– Нет, – ответила Элис. – Я считаю, что вы сами решите, что для них лучше.

Ривер, который стоял по другую руку от Лоуренса, внимательно слушал и не вмешивался. Его взгляд был сосредоточен только на лице Элис, он словно пытался контролировать ее эмоции, не давая ей показать слабину перед Лоуренсом Мобилом.

– Знаете, – медленно произнес Лоуренс, – я приобрел эти записи у семьи, которая не понимала, чем владеет. Они хранили их на чердаке среди сломанной мебели. Я спас эти записи от забвения.

– Тогда вы уже сделали важное, – с какой радостью в голосе произнесла Элис, словно гордилась поступком мужчины.

– Возможно. Но спасение – это не всегда завершенное действие.

Он посмотрел на девушку иначе – оценивающе, но без прежнего раздражения. Будто ее слова зацепили в нем какую-то тоненькую нить, которая висела над пропастью недопонимания со стороны окружающих.

– Я показывал эти записи нескольким специалистам. Они не увидели в них ничего особенного. Несвязные заметки, личные страхи, иногда просто неразборчивые каракули. А вы смотрите так, будто ожидаете от них ответа.

Элис на секунду задумалась. Потом заговорила:

– Иногда ответы появляются только тогда, когда их действительно ищут.

Молчание затянулось. Лоуренс опустил глаза на свой бокал, покрутил его в пальцах, будто колебался.

– Здесь находятся копии. Не оригиналы. Настоящие записи остаются у меня, – сказал он наконец. – Я передам вам их после бала.

– Этого достаточно, – вмешался Ривер, и голос его прозвучал теплее. – Мы благодарны.

Лоуренс не ответил Риверу, а взглянул на Элис.

– Не потому что вы меня убедили, а потому что стало интересно, что именно вы там увидите.

Мужчина сделал короткую паузу.

– И, мисс Элис… если окажется, что в этих страницах действительно скрыто нечто большее, чем бессвязные записи, я хотел бы узнать об этом.

– Разумеется, – тихо сказала она.

Элис облегченно выдохнула, а Лоуренс, уходя, бросил через плечо:

– Вашей… конторе повезло, что вы умеете разговаривать, мисс Элис. Не все из вас такие.

Когда шум зала снова заполнил пространство, Ривер повернулся к ней. На его лице не было улыбки, но в глазах теплилось что-то похожее на уважение.

– Ты ничего не просила.

– Я знаю.

– Но он все равно согласился.

– Иногда людям нужно не доказательство, а ощущение, что их выбор – их собственный.

В груди еще колотилось напряжение. Но в глубине души Элис почувствовала – она сделала шаг вперёд. Не просто как участник Ордена.

А как та, к чьим словам прислушались.

***

Гости начали понемногу расходиться. Музыка стала тише, официанты собирали пустые бокалы. Лоуренс, как и обещал, проводил Ривера и Элис в отдельную комнату – просторную, обставленную сдержанно, с книжными шкафами вдоль стен и резным столом в центре.

На столе уже лежала аккуратная папка.

– Обещанные копии, – сказал Лоуренс, поправляя запонки. – Буду надеяться, что вы найдете в них что-то ценное. Хотя я всё ещё сомневаюсь, что вам что-то удастся расшифровать или понять.

Ривер взял папку, раскрыв наугад одну из страниц. Бумага была плотной и новой, а записи черно-белые с неразборчивым почерком. Но в строках… что-то странное. Элис тоже склонилась ближе. Фразы выглядели как обычные размышления, заметки. Но в каждой строчке словно было что-то скрыто. Намеки, зашифрованные символы, обрывки имен. Элис удивилась, но в копиях уже находились не настолько древние записи, потому что написанное она уже понимала.

– Мы попробуем, – спокойно отозвался Ривер. – Спасибо, что согласились.

– Не благодарите, – усмехнулся Лоуренс. – Просто вы оказались… интереснее, чем остальные.

В этот момент раздался звук. Не громкий, но резкий – будто где-то далеко разбили стекло.

Ривер мгновенно напрягся. Его рука потянулась к поясу туда, где под пиджаком был скрыт клинок. Элис почувствовала, как всё внутри сжалось. Звук повторился ближе. На этот раз со стороны главного зала.

– Что это было? – насторожился Лоуренс, шагнув к двери.

Ривер перехватил его за локоть.

– Останьтесь здесь.

Он метнулся к двери, выглянул – и резко захлопнул её обратно.

– Прячьтесь.

– Что происходит?! – Лоуренс резко побледнел.

– Вторжение, – коротко бросил Ривер и посмотрел на Элис. – Сиди здесь. Ни шагу.

Но уже было поздно – снаружи раздался крик, затем выстрел. Грохот, звон стекла, и в следующее мгновение по особняку разнесся вой тревоги. Кто-то отключил свет – лампы мигнули и погасли, зал погрузился в полумрак.

– Ривер! – Элис сделала шаг вперёд. – Там может быть Рози. Или Лиам!

Он закрыл глаза на мгновение, как будто борясь с собой, затем сунул ей в руки папку с копиями.

– Не потеряй это. Что бы ни случилось.

В этот момент дверь с силой выбили. В комнату ворвались трое людей в чёрных масках. Один был с арбалетом, другой с ножом, третий – с выверенной уверенностью шагнул к Лоуренсу.

– Бумаги, – бросил он. – Где они?

Ривер мгновенно оказался между ними и Элис.

– Уже поздно, – процедил он.

И всё закрутилось.

Ривер бросился вперед, сбивая одного из нападавших плечом. Элис, инстинктивно прижимая папку к груди, метнулась за кресло. Лоуренс в панике упал к стене, хватаясь за книжную полку. Один из воров замахнулся на Ривера – тот ловко ушёл в сторону, резко ударив его в колено.

– Элис, беги! – крикнул он, отбивая очередной выпад.

Она колебалась всего секунду. Потом рванула к двери и в коридоре столкнулась с ещё одним из вторженцев, только уже не в маске. Это был тот самый парень, с которым она говорила ранее.

– Ну здравствуй, снова ты, – ухмыльнулся он, преграждая путь.

Но на этот раз Элис не дрогнула. В её глазах был страх, но и решимость. Она ударила его плечом, заставляя отшатнуться, и побежала дальше, прижимая папку к груди.

Коридоры особняка превратились в хаос, в помещении вспыхивали всполохи света. Люди метались в панике, кто-то кричал, кто-то пытался спрятаться за колоннами или под столами. Тревожные сирены начали воем срывать воздух, вспыхнули аварийные огни – тусклый красный свет заливал всё вокруг, делая лица и силуэты зловещими.

Элис мчалась вперед, прижимая к себе папку с копиями. Сердце грохотало в груди. Она не знала, куда именно бежит – лишь подальше от той комнаты, где всё началось. На повороте она почти врезалась в Рози.

– Элис?! – Рози резко остановилась, и ее рука тут же потянулась к оружию. – Ты в порядке?

– Папка! Копии! – выдохнула Элис. – Они напали. Тот парень… он был одним из них!

– Где Ривер?

– Внутри! – Элис кивнула в сторону кабинета. – Он остался с Лоуренсом, их было трое!

Рози стиснула челюсть.

– Ладно. Ты иди вниз, к лестнице. Там Лиам. Я за Ривером. Не дай никому забрать эту папку!

И не дожидаясь ответа, Рози развернулась и бросилась обратно по коридору. Элис побежала в другую сторону, стараясь не сбиться с пути. Внизу слышался шум, значит, она была близко к главной лестнице.

На нижнем этаже она увидела Лиама. Тот стоял спиной к ней, прикрывая нескольких перепуганных гостей, его клинки были уже в крови. Один из нападавших попытался прорваться – Лиам ударом сбил его с ног, отбросив к стене.

– Лиам! – крикнула Элис.

Он резко обернулся, сразу же оценив ситуацию и убедившись, что с ней всё в порядке.

– Сюда! Быстрее!

Элис рванулась к нему, и в этот момент одна из люстр под потолком взорвалась, осыпая осколками пол. Она едва не оступилась, но Лиам подхватил её за локоть.

– Где Ривер?

– Все еще наверху! С Рози! Там напали трое!

– Черт, – выдохнул он. – Тогда готовься. Сейчас сюда кто-то ещё вломится.

Он дал ей короткий нож.

– На всякий. Если что – бей в шею или в пах. Лучше в шею.

В этот момент послышался топот: с лестницы сбежал один из гостей, за ним ещё двое в чёрных плащах.

– Назад! – крикнул Лиам, выдвигаясь вперед.

Началась новая схватка. Один из нападавших вытащил короткое копье, второй же метнул в Лиама кинжал. Но тот успел уйти в сторону и отбить удар, в следующее мгновение пустив встречный выпад в грудь противника.

Элис, стоя чуть в стороне, прижимала к себе папку. Один из воров заметил ее и направился прямо к ней, но не успел. Из бокового коридора вылетел Ривер. Он с разбегу сбил нападавшего с ног, развернулся и вонзил клинок тому в бедро. Мужчина заорал от боли и рухнул.

Ривер посмотрел на Элис.

– Жива?

Она судорожно кивнула.

– Папка у меня, всё цело.

– Хорошо. Уходим.

Позади послышались крики: Рози выбежала из коридора с разорванным подолом платья, но без единой царапины. На ней были следы крови, но явно не ее.

– Лоуренс в безопасности, – бросила она. – Один из них ранен, двое ушли через сад.

– Значит, остался один, – сказал Ривер. – Не дадим им забрать ни строчки.

Лиам, отступивший назад, кивнул.

– Гостей эвакуируют через заднюю лестницу. Нужно добить тех, кто еще остался внутри. И быстро.

Элис тяжело дышала, прижимая к себе папку.

– Я… я могу помочь.

Ривер взглянул на нее пристально, затем покачал головой.

– Ты уже сделала достаточно. Береги эти записи – они важнее, чем ты думаешь.

Он коснулся ее плеча. В его взгляде было что-то новое: благодарность и забота. Элис почувствовала, как дрожь в руках отходит, сменяясь чем-то другим. Спокойствием. Или чем-то похожим на него.

– Ты в порядке? – спросила она в ответ.

Ривер кивнул, хмуро взглянув в сторону, откуда они пришли.

Бойцы Ордена были разбросаны по этажам, гости эвакуировались под крики и лязг оружия. Казалось, все уже пошло по плану – враги отступают, дневники спасены… но тишина длилась недолго.

Раздался глухой грохот. Одна из стен в вестибюле треснула, и сквозь обломки пробились двое новых противников – вооружённые, в боевых масках, в окружении потоков воздуха. Один из них, явно одаренный воздухом, оттолкнул нескольких людей одной мощной волной, разметав тела в стороны.

– Подкрепление! – выкрикнул Лиам. – Чёрт, они вызвали вторую волну!

Из тени вышел Маркел. Сейчас его глаза полыхали ледяным блеском. Он без слов снял плащ, под которым оказался тяжёлый боевой жилет, а за спиной изогнутое лезвие странной формы.

– В сторону! – рявкнул он, и его голос отдался в стенах.

Когда один из вражеских бойцов метнул кинжал в Элис, Маркел буквально метнулся вперед. Одним резким движением он отбил клинок и, в том же темпе, провел молниеносный круговой удар. Воздух всколыхнулся от силы. Враг отлетел к стене и больше не поднялся.

– Что?.. – Элис не скрыла удивления. Она впервые видела Маркела в бою.

Ривер стиснул челюсти, бросив короткое:

– Вот почему он командует Орденом.

Тем временем на другой стороне зала Лиам схлестнулся с одним из одаренных. Каменные осколки летали вокруг – кто-то из врагов, похоже, владел даром земли. Потолок начал осыпаться, колонна треснула.

– Элис, ко мне! – позвала Рози, ранив очередного нападавшего.

Она вела гостей через боковую галерею, отбиваясь на ходу. Рядом один из учеников Ордена ранил врага в бок, но был отброшен в стену и застонал. Маркел подошел к нему, дернул за плечо, проверяя сознание.

– Жив. Отнесите его к восточному выходу, – бросил он остальным.

Сражение полыхало в каждом крыле. Ривер, двигаясь быстро, телепортировался короткими рывками к тем, чьи лица смог увидеть, атакуя из слепых зон. В какой-то момент он оказался рядом с Элис, чтобы прикрыть ее, когда один из врагов поднял руку – энергетическая вспышка, похожая на удар молнии, сорвалась с пальцев нападавшего.

– Берегись! – Ривер закрыл собой девушку. В этот момент Лиам, который подоспел вовремя, выставил руки вперед. Из них просочилось горячее пламя, которое впитало в себя удар врага.

– Ты в порядке? – выдохнул он.

– С тобой, кажется, всегда весело, – пробормотала Элис, вскакивая.

Под напором Ордена враги начали отступать. Несколько тел остались на полу, остальные начали отступление к садам. Маркел пытался врезаться в их ряды как буря, не давая выйти из зала. Его стиль боя был другим: методичным, хищным, он не размахивал оружием зря, каждое движение точно, выверено.

– Они уводят своего одаренного! – крикнул Лиам. – Один из них ранен!

Ривер попытался преследовать их, но Маркел поднял руку.

– Хватит. Пусть уходят. Мы и так показали, что они сюда больше не сунутся.

Тот самый парень, который разговаривал с Элис, в последний момент оглянулся, встретившись с ней взглядом через дым и панику. На его губах была легкая, почти насмешливая улыбка.

А потом он исчез – будто растворился в воздухе.

Глава 6

Офис Ордена был напряженным, как натянутая струна. Воздух казался тяжелым от несказанных слов и неясных подозрений. Члены команды расселись кто где: кто-то в кресле, кто-то стоял у окна. Лиам с грохотом опустился в свое кресло, закинув ноги на подлокотник. Он выглядел как человек, уставший не столько физически, сколько морально.

– Ну что, – протянул он, – первый блин, как говорится, с дымовой шашкой.

– И с мечами, – добавила Рози, прислонившись к стене с перекинутым через плечо пиджаком.

Маркел стоял у стола с копиями дневников в руках. Его пальцы были напряженно сцеплены, взгляд скользил по каждой строке, словно он надеялся найти там больше, чем просто слова.

– Кто-нибудь мне объяснит, что, чёрт возьми, это было? – наконец произнёс он, всё ещё не отрывая взгляда от бумаги.

– Устроенная атака, – коротко ответил Ривер. – Скоординированная, с целью захвата дневников. Их интересовала не еда и не танцы.

– Думаешь, это была первая ветвь? – спросила Рози, опираясь на спинку стула.

– Да они вообще не выглядели как любители, – фыркнул Лиам. – Один из них двигался, как будто воздух был его подружкой.

– Дар воздуха, – пробормотал Маркел. – Значит, Ласен. А среди нас одарен его силой только Ривер.

– Что логично наводит нас на мысль: это не внутреннее предательство, – заметил Лиам. – Это внешняя сила. Старая. И слишком хорошо подготовленная.

– Это однозначно первая ветвь Валтеров, – произнёс Ривер. – У них свои взгляды, свое понимание того, как обращаться с древними артефактами. Радикалы, которые считают, что всё должно быть сделано жестче, быстрее и без сантиментов. Их давным-давно не было видно, но если это они, то у нас большие проблемы.

Элис молчала, прислушиваясь. Она пока не чувствовала себя вправе вмешиваться в разговор, но внутри всё дрожало от тревоги. Она вспомнила странного парня на балу, его холодный взгляд, недосказанные слова. Его предупреждение.

– У них явно иное мнение о вашей… нашей работе, – тихо сказала она. – Один из них говорил, что… мы идем не той дорогой.

Все повернулись к ней. Маркел нахмурился.

– Ты с кем-то говорила?

– Он подошёл ко мне до начала паники. Я подумала, что это обычный гость. Мы немного поговорили. Сначала всё выглядело как обычная светская беседа, но потом… я поняла, что это было предупреждение. Завуалированная угроза.

– Чёрт… – пробормотал Лиам. – У них было время всё спланировать. И даже подойти к тебе. У нас под носом.

– Он не упомянул Орден, – добавила Элис. – Назвал это «вашей организацией». Словно знал, кто я, но не хотел раскрывать свою личность.

– Или специально скрывал, чтобы мы не смогли его вычислить, – сказал Ривер. – Значит, у них есть информация о наших действиях.

– Кто-то слил, – мрачно заключил Маркел. – Или… у них есть способ отслеживать нас. Контакты, наблюдение, может, шпион.

– Они ведь не добились своего, – сказал Лиам. – Дневники у нас. Пусть и копии.

– Копии, – усмехнулся Маркел, – которые мы, кстати, можем теперь спокойно изучить. Хоть это не оригиналы, но, может, в них есть что-то полезное.

Он положил первый лист на стол. Строки были чёткие, хорошо отсканированные. Начали читать вслух. Повествование было путаным, словно автор писал на грани помешательства. Но одна строчка бросилась в глаза:

«Если судьба кружится – ищи, как она потеряла опору в пространстве».

На мгновение все замерли.

– Что за чушь? – пробормотал Лиам. – Судьба кружится… может, это про алкоголь? Я однажды потерял опору в пространстве после трёх бокалов…

Рози прыснула, но тут же прикрыла рот рукой. Даже в напряженной обстановке у Лиама получалось разрядить атмосферу.

– Смысл, вероятно, не буквальный, – произнёс Ривер. – Это либо зашифрованное предупреждение, либо часть пророчества, которое пока нам не раскрыто.

– Или просто паранойя древнего писца, – хмыкнул Лиам, но уже без улыбки.

– Надо изучить остальные страницы, – сказал Маркел. – Может, это всё звенья одной цепи.

Он перевернул следующий лист, а в комнате снова повисла тишина.

На листе не было ровных строк, никаких повествований, только беспорядочно разбросанные по поверхности два слова, повторяющиеся снова и снова:

Судьба. Пространство. Судьба. Пространство. Пространство. Судьба.

Разным почерком, разными чернилами, будто кто-то в агонии возвращался к этим словам снова и снова. Где-то они были написаны чётко, где-то почти сдавленно, как если бы рука дрожала. Некоторые из них были написаны поверх других, создавая ощущение безумия, навязчивости.

Лиам провел пальцем по краю страницы и шепнул:

– Не нравится мне это.

Ривер молча перевернул следующий лист – и там всё стало ещё мрачнее.

ПОТЕРЯ ПРОСТРАНСТВА СЛОМАЕТ СУДЬБУ.

Эта фраза была выведена крупно.

Подчеркнута.

Обведена в круг.

Потом еще раз.

И еще.

Каждое новое кольцо выглядело всё более грубым, будто автор срывался, вдавливая ручку или перо с такой силой, что бумага местами была порвана.

– У них явно были проблемы, – прошептала Рози, отстраняясь.

Элис глядела в центр этой воронки из слов, и её начинало мутить. Ей казалось, что эти слова тянут куда-то внутрь, вглубь, туда, где уже не разделяются понятия жизни и смерти, времени и чувств.

– Пространство… судьба… – пробормотала она. – Что, если они говорят не об идеях, а… о людях?

– Или о тех, кто несёт в себе эти силы, – тихо сказал Ривер, но на девушку он не посмотрел.

Пальцы Маркела перелистывали страницы, но за обведённой фразой ничего полезного не шло, только мазки, расплывшиеся чернила и бессвязные строки, будто человек, писавший это, терял связь с реальностью.

– Мы должны это проверить, – наконец сказал Ривер, нарушая тишину. Его голос прозвучал твёрдо, даже слишком. – Возможно, в архиве Ордена есть другие пророчества, совпадающие по формулировке. Или трактовки, забытые в старых томах.

– Что именно мы ищем? – спросил Лиам, почесывая затылок. – Кто-то буквально писал на бумаге два слова. Пространство. Судьба. Может, это просто поэтическое нытьё на тему похмелья? Потеря пространства, судьба пошла по одному месту…

Он фыркнул.

Никто не рассмеялся. Даже Рози.

Только Элис слабо улыбнулась, но глаза у неё оставались тревожными.

– Это не просто поэзия, – тихо сказала она. – Я… чувствую это. Как будто это важно. Не случайно повторяются именно эти два слова. Пространство и судьба.

Ривер кивнул, не отрывая взгляда от бумаги.

– Это звучит как прямая угроза. Или предупреждение. «Потеря пространства сломает судьбу», если воспринимать это буквально…

– Мы не знаем, кого они имели в виду, – быстро вмешалась Рози. – Может, под пространством они имели в виду место, структуру, магию… мы не можем точно сказать.

– Или кого, – добавила Элис едва слышно. Она ощущала, как будто изнутри что-то тихо клокочет, как будто часть её уже знала ответ, но отказывалась его принять.

Маркел, который всё это время молчал, наконец поднял голову.

– Ладно. Лиам, Ривер, завтра пойдёте в архив. Берёте Элис. Ищите совпадения по формулировкам. Сравните с пророчествами эпохи Обновления, я слышал, там тоже упоминалось слово «пространство». А пока… отдыхайте. Нам ещё может понадобиться каждая капля сил.

– Жаль, это лишь копии, а не оригинал. Возможно, с оригиналом я смогла бы увидеть что-то полезное, – прошептала себе под нос Элис

Ее никто не услышал, кроме Ривера. Он повернулся в ее сторону и грустно улыбнулся.

Маркел встал, сжав копии дневников в руках и отпустив их рядом с Ривером.

– И пусть никто, слышите, никто не говорит об этом за пределами штаба, – добавил он, уже направляясь к выходу.

Когда дверь за ним закрылась, Ривер обернулся к Элис.

– Завтра с утра выдвигаемся. Я разбужу тебя.

– Спасибо, – пробормотала она, хотя и не знала, за что именно. Наверное, за то, что он просто был рядом.

Лиам потянулся, зевая.

– Прям чувствую, как будет весело… Погребенные хроники, пыль, старые символы, древний бред, а в финале – предсказание, что мы все умрём. Классика.

– Заткнись, Лиам, – бросила Рози и встала первой. – И ложись пораньше, если не хочешь снова уснуть с лицом в архивной книге.

– Это был один раз! – фыркнул он, но всё равно поднялся следом.

Когда все начали расходиться, Элис всё ещё сидела, уставившись на слова в дневнике.

Потеря пространства сломает судьбу.

Она знала: эти слова не просто загадка. Это предупреждение. И оно касается её гораздо сильнее, чем она пока готова признать.

Когда за Лиамом и Рози закрылась дверь, Элис поднялась из-за стола, но не пошла сразу. Она медленно провела пальцами по краю стола, будто обдумывая что-то. Ривер остался стоять на месте, его взгляд был прикован к дневнику, но мысли явно были где-то далеко.

– Ривер, – тихо произнесла Элис.

Он обернулся, чуть удивлённо, будто только что осознал, что они остались вдвоём.

– Ты действительно думаешь, что это пророчество о ком-то из нас?

Он не ответил сразу. В его взгляде мелькнула тень. Он подошёл ближе, но остановился на расстоянии вытянутой руки. Элис чувствовала, как в комнате будто сгущается воздух. Он смотрел на неё очень внимательно, как будто хотел что-то сказать, но не мог.

– Я думаю, что мы все часть чего-то, что гораздо больше нас, – наконец сказал он. – И не всё ещё раскрыто. Не всё понятно. Но интуиция подсказывает: да, это касается кого-то из нас.

Он опустил глаза на свои ладони, а потом медленно сжал их в кулаки.

– Я не хочу, чтобы это была ты… – он сначала замолчал, потом продолжил: – Или кто-то другой из команды.

– Или ты, – ответила она. – После всего, что я увидела… и чего ещё не понимаю… Мне просто страшно. Всё это пугает.

Он сделал шаг ближе, уже почти рядом, но не касаясь.

– Знаешь, в тебе есть одна особенность, – тихо сказал Ривер, голос стал чуть мягче. – Ты боишься, но продолжаешь идти вперед. Это не слабость. Это сила.

Элис немного опустила голову, глядя в пол, но затем подняла глаза и встретилась с его взглядом. Они стояли так в молчании, секунды растягивались, будто время замедлилось. Только они двое и полумрак комнаты.

Ривер чуть качнулся вперёд. Казалось, ещё мгновение и он коснётся её руки. Его ладонь дрогнула, но так и осталась в воздухе.

– Элис, – прошептал он, и в этом звуке было слишком много. – Обещай, что если почувствуешь, что что-то идёт не так… ты скажешь мне. Ты не будешь одна.

Она кивнула, не в силах говорить.

Это было всё, что она могла ему дать – хотя знала, что если увидит что-то страшное, то ей не хватить сил рассказать.

Но сейчас…

Сейчас она просто хотела остаться здесь, в этом моменте, рядом с ним, где всё еще было спокойно.

Пусть всего на миг.

Глава 7

Утро было прохладным и затянутым облаками. После вечера полного неясностей, напряжения и едва ощутимых чувств Элис не спала почти до рассвета. Но несмотря на недосып, она пришла в архив первой, он находился на 32-ом этаже, была она здесь уже ни раз, читая дневники.

Хоть Ривер и обещал ее разбудить, но его она не дождалась, так как внутренняя тревога съедала ее изнутри, поэтому вышла она самая первая.

Тяжелая дверь за ней закрылась с тихим скрипом. Помещение было погружено в полумрак, только узкие лучи света пробивались сквозь панорамные окна, а пылинки медленно крутились в воздухе. Здесь пахло старой бумагой, древесиной и чем-то немного пряным – смесь, к которой Элис уже начинала привыкать.

Через минуту зашли остальные – Лиам, зевая и жуя какую-то ореховую смесь, Рози с чашкой крепкого настоя и Ривер – молчаливый, с потемневшим взглядом.

Хоть Маркел и просил прийти в архив троих: Лиама, Ривера и Элис, но Рози не отставала от команды ни на миг, поэтому решила тоже прийти на помощь.

– Мы перебрали почти всё, – пробурчал Лиам спустя длительное время, отодвигая один из увесистых томов. – Если очередной «взгляд в бездну» не даст хоть какой-нибудь зацепки, я официально отказываюсь быть книжным червем.

– Можешь переквалифицироваться в охранника входной двери, – усмехнулась Рози, присаживаясь рядом. – Хотя даже дверь с большей пользой стоит.

– Спасибо, ободрила, – фыркнул Лиам.

Элис молча тянула к себе очередную книгу: потёртую, с выцветшей эмблемой Ордена на переплёте. Она уже не надеялась на откровения, но знала – иногда самые важные подсказки скрываются там, где их не ждёшь.

Ривер, стоявший немного в стороне, перелистывал страницу за страницей, глаза бегали по строчкам с нечитаемой скоростью. Он не говорил ни слова, но по его сжатой челюсти было видно: он напряжен.

Архив был тихим, нарушаемый только шелестом страниц.

– Элис, смотри, – позвал ее Ривер.

Он повернул к ней раскрытый дневник. Чернила были выцветшими, но слова все еще читались. А строчка, выделенная жирнее других, словно нарочно выведена рукой в агонии или порыве гнева, бросалась в глаза:

«Когда двое из восьми нарушат обет, равновесие треснет,

И родится сила, что перепишет линии судьбы».

Наступила тишина. Даже Лиам больше не шутил.

– Двое из восьми… – повторила Рози, морща лоб. – То есть… двое богов? Почему мы никогда не обращали внимание на эту надпись?

– Возможно потому, что когда мы читали дневники, мы были мелкими недоумками? – предложил свою версию Лиам.

– Говори за себя, – с обидой ответила Рози.

– Это нарушает саму суть их договора. Они боялись зачать ребенка от двух богов, неизвестно, какая сила была бы рождена, поэтому договорились, что каждый выберет себе в пару человека, чтобы продолжить божий род без последствий. – пробормотал Ривер. Эта легенда была известна каждому, ее преподавали чуть ли не с младших классов, таким образом они объясняли дары у людей. – Но кто?.. Зачем?

– Может, речь о смертных, о двоих избранных? – предположила Элис, но голос её дрогнул. Слова прозвучали тише, чем она рассчитывала. Архив словно поглотил их. Пыль в лучах света лениво кружилась между стеллажами, а запах старой бумаги и чернил щекотал горло.

Пальцы Элис сами потянулись к дневнику. Стоило ей коснуться бумаги, как мир вокруг словно дернулся.

Вспышка.

Скрип пера. Молодая девушка с растрепанными волосами сидела за столом, заваленным бумагами. Ее глаза блестели нездоровым огнем, а губы беззвучно шевелились, вторя написанному. Пальцы мелькали по странице, чернила ложились неровно, местами расплываясь. Она писала так быстро, будто гналась за мыслью, которая могла в любой момент исчезнуть.

Элис словно завороженная смотрела в текст, но в один момент ее начало затягивать внутрь написанного, как если бы буквы стали дверным проемом. Снова яркая вспышка.

Жёлтый свет факела. Каменные стены, воздух тяжелый и сырой. Мужчина с густыми волосами и серьезным взглядом сидел за грубым деревянным столом. Он держал перо, но писал медленно, почти осторожно, абсолютная противоположность женщины из другого видения. Его лицо было размыто, словно покрыто плотной дымкой. Было невозможно рассмотреть черты, только серьезность во взгляде. Рядом стояла женщина, как-то по-свойски положа руку на его плечо. Ее черный волосы спадали на плечи. От нее веяло чем-то неуловимым, как перед бурей.

Внезапно прозвучал ее голос, такой чужой, но до боли живой:

– Нам нельзя. Это разрушит всё.

– Мы уже нарушили. – Ответил мужчина, не отрываясь от написания. – Осталось лишь дать этому смысл.

Внезапный треск затмил все звуки, будто лед ломался под ногами. И резкая боль: острая и внезапная вонзилась в виски, разрывая видение на клочья.

Элис резко вдохнула и отшатнулась, выронив дневник.Он выскользнул из пальцев и глухо ударился о пол.

– Элис! – Ривер оказался рядом мгновенно, схватил ее за плечи, удерживая чтобы она не потеряла равновесие.

Архив снова стал архивом: запах дерева, полки, тишина.

– Все в порядке? – уточнил Ривер. Его голос был тихим с нотками напряжения.

Элис кивнула, прижав пальцы к вискам. Сердце колотилось так, будто она пробежала несколько пролетов.

– Ты что-то увидела? – осторожно спросила Рози, опускаясь на корточки и поднимая дневник.

Элис сглотнула,, пытаясь собрать видение воедино. В нем как будто бы не было смысла.

– Не знаю… но там было двое. Он писал. Она стояла рядом. И у неё был взгляд… – она замолчала, подбирая слова. – Как будто она знала все наперед. И приняла это. Меня будто из видения кинуло в видение, словно я притронулась в видении к чему-то из того времени. Такого со мной ещё не было.

– Кто они? – Лиам вопросительно поднял брови.

Элис покачала головой.

– Всё было размыто.

Повисла тишина.

– Что бы это ни было, – заговорил Ривер, – эта запись важна. Даже если мы пока не понимаем её смысла.

– И всё же… – Рози медленно оглянулась на полки. – Складывается ощущение, что суть этих дневников – не просто хроники. Кто-то пытался зашифровать в них предупреждение. Кто-то видел прошлое в скомканном виде и хотел передать его нам.

– Тогда пора перестать смотреть на них как на историю… и начать читать как послание.

Элис снова взглянула на пыльные полки. Казалось, страницы этих книг больше не были безжизненными.

Теперь они… смотрели на неё в ответ.

Ривер взял из рук Рози днеыник, пальцы его задержались на обложке чуть дольше обычного. В архиве снова повисла тишина, на этот раз уже не напряженная – скорее, обдуманная. Все чувствовали, что сделали шаг вперёд, даже если пока не знали, куда он приведёт.

– Ну что ж, – наконец выдохнул Лиам, протягиваясь так, что хрустнул позвоночник. – Если кто-то ещё скажет слово «пророчество» – я клянусь, сам стану призраком и исчезну в дымке.

– Только не после того, как ты притащил сюда свою ореховую смесь, – фыркнула Рози. – Мы не переживём второе вторжение, если ты опять решишь кормить живые организмы в архиве.

Элис чуть улыбнулась. Она всё ещё чувствовала остатки видения, пульсирующие где-то под кожей, но голос друзей помогал вернуться в реальность.

– Раз ты уже здесь весь день сидишь, – сказал Ривер, – и, судя по всему, прочла все рукописи… тебя стоит поздравить. Первая звезда.

Элис моргнула.

– Что?

Все замерли на секунду, а потом Лиам театрально ахнул и хлопнул в ладоши.

– Ну вот, – проговорил он, – а я в свои первые дни только потерял ключ от оружейной и случайно поджег тренировочный зал. А она – уже звезда.

– Ты поджег зал не случайно, – вставила Рози, прищурившись. – Ты пытался зажарить хлеб на мечах.

– Это не отменяет факта, что идея была инновационной, – фыркнул он. – Но возвращаясь к теме! Раз Элис теперь звёздная девочка, может, отпразднуем? Сегодня как раз работает тот самый клуб внизу, где музыка такая громкая, что даже пророчества затыкаются.

Элис приподняла бровь, удивлённо глядя на него.

– Разве в позднее время развлечения не запрещены? У нас же штаб, режим, всё строго…

Лиам театрально фыркнул.

– Запрещены – это если шум мешает начальству спать. А если это делать скрытно, то выходит, что это стратегическая релаксация.

Рози закатила глаза, проходя мимо.

– Особенно стратегическая, когда ты потом не помнишь, как добрался до кровати.

– Зато добрался! – гордо вскинул палец Лиам. – А это уже победа.

Ривер молча покачал головой, но уголки его губ всё же дрогнули в лёгкой усмешке.

– Ты идёшь? – спросил он у Элис, взгляд которого был скорее внимательным, чем приглашением.

Она на секунду задумалась, но затем кивнула.

– Почему бы и нет.

– Вот и отлично, – подытожил Лиам, уже направляясь к выходу. – Ночь только начинается, господа Ордена. Или как там у нас это называется – оперативная вылазка в зону морального восстановления.

И в этот момент Элис впервые за долгое время почувствовала, что она – не просто гость в чужом доме. А часть чего-то большего. Может, впервые часть команды.

***

Музыка в клубе качала тела людей, всем было весело: пили, танцевали. Хоть Элис планировала сменить обстановку, но напряжение никуда не отпускало, не только физическое, но и моральное. Мысли бились потоком, словно ударяя каждый раз Элис по голове.

Остальные же развлекались в меру своих возможностей. Рози обошла, наверное, всех парней, но с танцпола не уходила, Ривер же большую часть времени стоял у барной стойки, изредка поглядывая на Элис. Лиам пытался флиртовать с девушками, но сегодня, видимо, был не его день. Он вернулся к забронированному столу, где все это время сидела только Элис, которая потихоньку пила свой коктейль.

– Чего не развлекаешься? – начал первым разговор Лиам, держа бокал в руках. Настрой у него уже не был таким веселым. Отказы он не умел принимать.

– Мышцы не позволяют мне тех движений, которая выдает Рози, – в шутку сказала Элис, допивая бокал. Хотя изнурительные тренировки все еще давали о себе знать.

Лиам пододвинул новый коктейль в сторону девушки, чтобы та сменила пустой бокал.

Элис посмотрела на напиток и подняла на парня взгляд с легким любопытством. Так как напряжение не спадало, она решила выпить все залпом в надежде, что расслабление дойдет быстрее.

Когда второй бокал снова оказался пуст, Лиам ошарашено посмотрел на нее.

– Да ты не промах!

Он тут же пододвинул третий бокал, предлагая осушить и его. Тут по телу расплылось успокоение, мысли потихоньку стали отпускать, а голова разгружаться. Элис втянула полную грудь воздуха, наслаждаясь этим моментом.

– Ривер не пьет, так что можешь напиваться сколько угодно, он нас всех доведет потом.

Элис при упоминании брюнета снова повернулась к барной стойке, чтобы проверить, там он или нет. Когда встретилась с ним взглядом, убедилась в этом. Ривер не спускал с нее глаз, будто пытался занырнуть в душу и увидеть всю изнанку. Она не понимала его мысли, его действия. Была какая-то забота с его стороны. Непонятно, стоило ему доверять или опасаться.

Лиам был открытой книгой, он язвительный, любил ставить людей в неловкое положение, но его больше забавляло, как люди реагируют на него, нежели он это делал, чтобы насолить кому-то. С Рози все понятно – общительная и веселая, в нужный момент готовая собраться и отстоять честь Ордена. Но Ривер… Что у него в голове?

– Ты при первой нашей встрече упомянул, что Ривер любит не договаривать. Что ты имел в виду? – Элис взяла в руки бокал и провела им по кругу, наблюдая за жидкостью внутри.

Лиам хмыкнул, раздумывая над тем, что именно сказать.

– Орден хотел от меня избавиться, Ривер об этом умолчал, – сухо произнес Лиам, словно это был какой-то пустяк.

Элис поставила бокал на стол и подняла взгляд на Лиама. Ей казалось, что за своих ребят Орден будет стоять горой, тем более Ривер. Элис же была для всех никем, а Лиам, который вырос в Ордене… Не укладывалось в голове.

– Разве ты удивлена? У Ордена есть высшая цель, а какими средствами они ее добьются – неважно.

– Я догадывалась, но не думала, что со своими участниками могут так поступить. Тем более Ривер. – Элис снова посмотрела в его сторону, тот уже свой взгляд направил на танцпол. В голове снова началась какая-то каша. – Почему ты ещё жив?

Лиам хмыкнул, опустил свой взгляд на бокал перед собой и аккуратно начал водить по его краям. Это, видимо, не тот вопрос, который стоило задавать.

– Спасибо Риверу. Он хоть и подонок, но вытащил меня из того говна. Орден отправил меня на миссию как пушечное мясо, никто не ждал, что я вернусь. Я должен был отвлекать человека, чтобы Ривер тайком забрал дневники, которые были сворованы бывшим членом Ордена. А на самом деле это была засада. Но миссия удалась, я спасся, поэтому сижу перед тобой, – заключил Лиам.

– Не понимаю, почему Ривер тебе об этом не сказал.

– Боялся, что я откажусь от задания или, чего хуже, взбунтуюсь на пятерку. По его словам он хотел разрулить все сам. Не дал мне выбора.

Элис сидела молча, обдумывая полученную информацию. Лиам ее не отвлекал. Ситуация очень страшная. Что, если Элис до сих пор о чем-то не рассказали и ее жизнь может быть также под угрозой? Только здесь ей придется надеяться на себя, остальные вряд ли будут вступать в бой для ее спасения, если она действительно окажется не нужна.

По жилам потекла разъяренная кровь, злость охватила весь разум. Элис не знала, на кого злиться: на свою глупость, что до сих пор находилась в этом Ордене, или на сам Орден, который готов был пожертвовать своими участниками. Может, тот человек с бала был прав? И именно она выбрала не тот путь?

Девушка резко встала изо стола, ей нужно было проветриться, все тщательно обдумать и взвесить. Лиам ее не остановил, лишь посмотрел ей вслед.

Элис направилась к выходу через танцпол, лавируя между людьми. Свет вспыхивал красным, синим, фиолетовым – лица превращались в маски. Музыка грохотала так, что вибрация отдавалась в груди.

Ей нужно было выйти. Просто выйти. Глотнуть свежего воздуха.

Она уже почти достигла края толпы, как чья-то ладонь сомкнулась на ее запястье. Сердце дернулось, Элис не обернулась, а попыталась вырваться. Сильный рывок, потом второй, но хватка только усилилась.

– Все в порядке? – Голос Ривера прозвучал близки, почти у самого уха.

Вокруг смеялись, танцевали, кто-то выкрикнул что-то неразборчивое. Но для Элис все стало глухим гулом, будто она оказалась под водой. В голове сразу стали пролетать все дни тренировок, как она впахивала, не жалея себя, как ее принудили остаться в этом чертовом Ордене, читать все эти дневники, само видение артефакта и это чертово нападение! Эмоции стали бушевать, как торнадо, сбивая любое спокойствие с ног.

В этот момент от плеча пошла горячая энергия, она спустилась к локтю, затем к кисти и словно передалась таким же путем Риверу от ее кончиков пальцев. Парень опешил, нахмурился и схватился ещё сильнее.

– Элис, что ты…

Она продолжала вырываться. Сейчас абсолютно не тот момент для разговора с ним.

– Что тебе сказал Лиам?

– Предпочту умолчать, – язвительно ответила Элис, давая намек.

Ривер, кажется, понял, но хватку не ослабил, наоборот, потянул девушку на себя, чтобы та наконец-то повернулась к нему лицом и заговорила.

– Лис, это не значит, что я брошу тебя на произвол судьбы.

Лис… Лис. Так он назвал ее в видении. Нет-нет, не может быть. Она думала, что конец света, который она увидела, был абстрактен, но все действительно будет так, как показал медальон! Все это нужно было прекратить, голова начала раскалываться. Нахлынуло какое-то бессилие, следом по щекам начали катиться слезы. Она повернулась к Риверу с абсолютно разбитым взглядом. Ей так не хватало поддержки, от нее только все требовали и требовали. Несколько секунд превратили злость в отчаяние. Горячая энергия снова прошлась по руке.

Ривер притянул Элис ещё ближе, теперь они были в нескольких сантиметрах друг от друга. Он смотрел ей в глаза, видел, как она плачет. Поднял свободную руку и прислонил к ее щеке, попутно вытирая большим пальцем дорожку слеы. Его лицо все еще было напряжено. Он не знал, какие слова подобрать, как правильно поступить. Его брови то хмурились, то расправлялись. В его голове пролетело миллион мыслей.

– Элис, я никогда не подставлю тебя, верь мне. Ты очень сильная и справишься со всем. Слышишь?

Она подняла свой отчаянный взгляд на него. На фоне громкой музыки ее всхлипы были не слышны. Но Ривер все видел глазами. Он наконец высвободил ее руку, после чего окутал в своих объятиях. Элис крепко схватилась за его рубашку, сжимая ткань в кулак, словно это единственный способ не утонуть в лавине эмоций. Ривер будто почувствовал то, что ей нужно было. Неважно было – соврал он о том, что не подставит ее, или нет, неважно было и то, что произошло с Лиамом. Сейчас он дал поддержку, которой ей так не хватало за последнюю неделю. Орден пользовался людьми, она решила сделать так же.

Элис зажмурилась, позволяя себе хотя бы на пару мгновений поверить его словам. Но где-то в глубине души уже поселились сомнения: что, если в следующий раз он не сумеет спасти?

Спустя время пыл утих, слезы перестали идти и казалось, что девушка пришла в себя. Она отстранилась от парня, вокруг стало очень тихо, словно сейчас в ее невидимом куполе отключили все звуки. Элис протерла глаза от слез.

– Теперь тебя можно считать моим телохранителем? – выдавила из себя смешок.

– Если бы я стал твоим телохранителем, ты бы уволила меня в первый же день.

Ривер не отпускал рук, он все еще продолжал ее обнимать, пока Элис терла глаза.

– И правда, не люблю, когда мне не рассказывают важные детали. В своем роде это ложь.

Девушка убрала руки от глаз и уставилась на Ривера в ожидании ответа. Все еще тяжело было просчитать его эмоции и предугадать что он скажет. Ривер на ее взгляд лишь тепло улыбнулся, такую улыбку она видела впервые у него.

– Что смешного?

Мимо проходящий человек толкнул Элис в спину, пытаясь протиснуться через толпу людей. Девушка не успела сообразить, поэтому натолкнулась щекой на грудь Ривера: тихий размеренный пульс бился в груди.

Парень притянул ее ближе, чтобы защитить от других людей, сделал глубокий вдох над самым ухом Элис и сказал:

– Ты очень красивая.

Она замерла. Неожиданный комплимент заставил девушку засмущаться, а сердце стучать, как молоток. Она уже поняла, что Ривер мастер менять темы, но обычно он это делал так, чтобы не вводить других людей в краску, здесь же она не поняла, как отреагировать. Элис снова сжала его рубашку в кулак, дала себе пару секунд на размышление, пока его руки поглаживали ее спину.

Она не нашла ничего лучше, чем оттолкнуть его, чтобы он расцепил свои руки вокруг ее талии и прекратил дурманить мысли.

Ривер нехотя разжал руки, но не стал отходить, сохраняя близкую дистанцию.

– Ты снова меняешь темы. Не нравится, когда тебя в чем-то могут обвинить? – Элис опустила взгляд, все еще пытаясь совладать с собой. Комплимент обычный, но это не то, что должно было прозвучать.

Ривер чуть склонил голову, наблюдая за ней с насмешкой.

– Если бы я избегал обвинений, меня бы здесь уже не было, – спокойно ответил он.

– Очень удобно, не находишь?

– Ты так говоришь, будто знаешь меня лучше, чем я сам.

Элис решила наконец поднять взгляд, Светомузыка заиграла яркими красками на его лице, подчеркивая его ровный нос и длинные ресницы.

– Знаю достаточно, чтобы понимать: ты никогда ничего не говоришь просто так.

– Ты всегда так глубоко копаешь?

– Когда мне кажется что-то подозрительным – да.

Ривер не стал отвечать сразу, раздумывая над ответом, но уголки его губ дрогнули, выдавая намек на улыбку.

– По итогу к какому выводу ты пришла?

Элис немного прищурилась, пытаясь понять его мотив, нащупать хоть что-нибудь, что хоть как-то помогло ей понять его.

– Что ты сказал это специально.

– Может быть, – он пожал плечами, но в его взгляде промелькнуло нечто большее, чем просто игривость.

Элис вздохнула от безвыходности. Если он не хочет поднимать какую-то тему, то легко может заговорить язык людям.

– Ты слишком уверен в себе.

– А ты слишком старательно ищешь во всем подвох.

Их взгляды встретились, каждый пытался прочитать друг друга, у обоих были мысли, которыми хотелось поделиться, но оба молчали. Возможно, боялись узнать что-то лишнее, а может, боялись осуждения. Казалось, что прошло больше десяти минут, как они просто тихо друг на друга смотрели.

Наконец-то их прервала Рози, которая, еле дыша, держала Лиама в полусознании.

– Голубки, я все понимаю, но этот снова напился. Ривер, ты же знаешь, что он не умеет пить! Зачем оставил его без присмотра?

Элис будто дали пощечину, она быстро пришла в себя, когда увидела пьяного Лиама. Больше походило на какой-то обморок. На долю секунды она испытала страх за него, так как не сразу до нее дошли слова Рози.

Пока Элис стояла истуканом, Ривер уже забрал Лиама у девушки, положив его руку к себе на плечо так, что почти весь вес тела был нагружен на Ривера. Брюнет по ощущениям будто и не почувствовал ходячую накаченную мышцу на себе.

Теперь Элис начала осознавать, сколько же времени пролетело с Ривером, раз Лиам успел напиться до такого состояния…

Добрались они до офиса быстро, все-таки клуб находился в том же здании, что и офис, только на нулевом этаже. Больше Элис не общалась с Ривером, так как тому пришлось приводить в чувства Лиама. Поэтому она пошла к себе в комнату, решив, что сегодняшняя ночь могла бы пройти и лучше.

***

Элис уже давно лежала в постели, но сон упрямо не приходил. Мысли крутились вокруг произошедшего в клубе – разговор с Ривером, этот взгляд, который он бросил на нее, а потом… Как легко он снова сменил тему, заставив ее гадать о его намерениях.

Комната была погружена в полумрак, единственным источником света было слабое мерцание уличных фонарей, которое почти не доходило до этажа. Девушка перевернулась на другой бок, закрыла глаза и попыталась сосредоточиться на дыхании.

Но тут в тишине раздался тихий стук. Девушка распахнула глаза. Секунда тишины и снова стук, на этот раз чуть громче. Элис нахмурилась и села в постели.

– Кто? – спросила она, хотя уже догадывалась.

– Открой, – раздался приглушенный голос Ривера.

Элис закатила глаза, но губы предательски дрогнули. Она встала, босиком прошла по холодному полу и приоткрыла дверь.

Ривер стоял в коридоре, освещенным мягким светом настенной лампы. Рубашка все та же, волосы чуть взъерошены, будто он провел по ним рукой не один раз.

Тоже не мог уснуть.

– Ты серьезно? – Элис посмотрела на него с недоумением.

– Да.

Ни оправданий, ни вступлений. И, не дожидаясь приглашения, он шагнул внутрь.

– Невероятная самоуверенность, – пробормотала она, закрывая дверь.

Деревянная створка мягко коснулась косяка, но Элис все равно повернула ручку резче, чем собиралась. Металл тихо щелкнул. Она не обернулась сразу, будто хотела показать, что его присутствие ее нисколько не выбило из равновесия.

– Ты бы все равно меня впустила.

Он произнес это спокойно, без тени сомнения, как будто констатировал очевидный факт. Элис медленно повернулась к нему, прищурившись.

– Вот еще.

 Ривер стоял у двери, на мгновение положил руку на ручку, будто проверяя, не передумает ли Элис его выгонять.

Девушка прошла обратно к кровати в комнату, стараясь наступать на холодный пол только носком. Низ ночной рубашки слегка задел край тумбы. Она села на край кровати и скрестила руки на груди, стараясь выглядеть спокойной и недосягаемой, хотя сердцо после его внезапного появления до сих пор билось слишком быстро. Ривер стоял у двери, на мгновение положил руку на ручку, будто проверяя, не передумает ли Элис его выгонять. После чего последовал за Элис в комнату тихим шагом.

– Ты обычно ко всем вторгаешься посреди ночи или мне повезло?

– Только с тобой, – усмехнулся он, оглядывая комнату.

Его взгляд скользнул по книжной полке, по аккуратно сложенной одежде на стуле.

– О, какая честь.

Элис фыркнула, но уголки ее губ все же едва дрогнули. Она тут же подавила это движение, опустив взгляд.

Ривер прислонился к стене, скрестив руки. Тень от его фигуры вытянулась по полу. Некоторое время он молчал, будто что-то обдумывал.

– Я хотел извиниться, – наконец произнес он.

Элис удивленно моргнула. Ее пальцы, сжимавшие ткань одеяла, ослабли.

– Подожди… ты?

Она чуть подалась вперед, всматриваясь в его лицо, будто проверяя, не скрывается ли за этим очередная очередная игра.

– Я.

Она прищурилась, пытаясь найти подвох, уловить тень иронии, но пока ничего такого найти не могла. Это раздражало больше, чем если бы он просто шутил.

– За что именно?

Ривер хмыкнул, будто ожидал такого вопроса.

– За клуб. За то, что сменил тему. За… неудачный момент.

Последние слова он произнес чуть тише, и в его голосе проскользнуло что-то, похожее на признание собственной ошибки.

Элис внимательно наблюдала за ним, за тем, как напряглись его плечи, как он едва постукивал пальцами по предплечью. Пытаясь уловить фальшь, она думала над тем, что сказать.

– Ты правда редко говоришь что-то просто так, – тихо сказала она.

Ривер медленно кивнул.

– Знаю.

– Тогда зачем?

Он медлил с ответом. Это было непривычно, Ривер редко терял слова, по крайней мере за то время, что Элис наблюдала за ним. Он провел рукой по волосами, будто собираясь с мыслями.

– Потому что ты была на грани, – наконец произнес он. – Ты могла закрыться, я не хотел этого.

Элис почувствовала, как внутри что-то дрогнуло, а дыхание сбилось. В груди разлилось тепло – опасное и тянущее. Снова напряженный момент. Но не тот, от которого хотелось сбежать, а тот, в котором хотелось остаться, прочувствовать напряжение и окунуться в него с головой.

– Значит, это был отвлекающий маневр?

Она попыталась вернуть разговор в безопасное русло, чуть приподняв подбородок.

– Частично.

– Частично? – она подняла бровь.

Он оттолкнулся от стены и сделал шаг ближе, опустив руки. Его глаза сверкали в темноте и манили, словно зов сирены, при котором ты не можешь закрыть уши.

– И еще потому что я так думаю.

– И многим девушкам такое говоришь?

В этот момент Элис почувствовала себя крайне уязвимой, ей было бы приятно услышать такие слова, но не находясь в Ордене. Из-за этого она всех подозревала, а довериться было тяжело.

– Ты часто пытаешься обесценить то, что слышишь? – с долей раздражения спросил Ривер.

Его голос стал жестче, но не громче. Он сделал еще полшага вперед, словно невольно.

– Я просто пытаюсь понять, – ее голос стал тише. – Сегодня ты сказал мне… это. И я не знаю, как это воспринимать. Как шутку? Как способ заткнуть мне рот? Или…

Слова застряли. Она отвела взгляд, боясь увидеть его реакцию.

Он сократил расстояние еще на несколько шагов и остановился рядом на расстоянии вытянутой руки. Элис ощущала его присутствие почти физически: тепло, запах, легкое движение воздуха.

– А ты хочешь понять?

Ривер наклонил голову чуть набок, а голос стал ниже, пробираясь по коже, оставляя за собой мурашки.

– Я хочу, чтобы ты перестал говорить загадками.

Он долго смотрел на нее. В комнате было тихо, только за стеной кто-то прошел по коридору.

– Хорошо, – сказал наконец. Он не усмехался, не играл. – Ты мне небезразлична, Элис.

Слова повисли в воздухе, как хрупкое стекло. Она задержала дыхание. Сердце ударило так сильно, что, казалось, он мог это услышать.

Ривер продолжил уже тише:

– И это не стратегия. Не отвлекающий маневр. И не способ выиграть спор.

Ее пальцы сжались в ткань одеяла. Пульс отдавался в висках, в запястьях, в горле. Парень продолжал смотреть прямо в глаза, не отводя взгляда, позволяя ей увидеть его искренность.

– Я не хотел оставлять тебя сегодня с сомнениями.

– И ты решил добавить новых? – осмелилась спросить, едва слышно.

На этот раз парень улыбнулся – мягко, почти устало.

– Спокойной ночи, Элис.

Он развернулся, и расстояние между ними снова стало ощутимым. Подойдя к двери, Ривер на секунду замер, будто хотел что-то добавить, но передумал. Затем вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Элис осталась сидеть на кровати, глядя в пустоту. Комната снова стала прежней: тихой, полутемной. Только сердце колотилось слишком быстро для ночной тишины. Девушка медленно опустилась на подушку, глядя в потолок. Провела ладонью по лицу, пытаясь успокоиться.

Теперь заснуть будет еще сложнее.

Глава 8

♫Can't Help Falling In Love (Dark) – Tommee Profit, brooke♫

Проснуться для Элис стало непосильной задачей. Она открыла глаза, но еще долго лежала неподвижно, глядя в потолок, где бледный утренний свет расплывался неясным пятном. В груди наполнялась какая-то тяжесть от воспоминаний разговора с Ривером.

«Ты мне небезразлична»

Она перевернулась на бок, уткнулась лицом в подушку, но фраза будто застряла под кожей, не давая ни отмахнуться, ни принять.

Наконец Элис резко села, провела ладонями по лицу и заставила себя подняться. Холод воды в ванной немного привел в чувство. Девушка двигалась быстро, почти механически: собрать волосы, умыться, переодеться. Главное не дать мыслям расползтись.

Коридоры офиса были непривычно тихими. После шума клуба казалось, будто само здание затаилось, мир замер в каком-то ожидании. Воздух был тяжелым, утренним, с легким запахом кофе, доносящимся из кухни.

На кухне уже сидели Рози и Лиам, а также Мартин и Рональд – те члены Ордена, с которыми Элис толком не общалась.

Рози устроилась за столом с книгой, подперев подбородок ладонью, и что-то сосредоточенно перечитывала. Лиам сидел напротив, сгорбившись, обеими руками сжимая голову, будто боялся, что она расколется. Мартин и Рональд стояли у окна и что-то негромко обсуждали, не замечая остальных.

– Доброе утро, – произнесла Элис, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

Она села на свободный стул рядом с Рози, аккуратно отодвинув его, чтобы не привлечь лишнего внимания.

Лиам на это грустно усмехнулся. Добрым для него это утро не было.

– У кого как, – выдавил парень, потирая виски. Его лицо было бледным, под глазами залегли темные круги.

Ривера в комнате не было, и Элис неожиданно почувствовала облегчение. Ей нужно было время, хотя бы несколько часов без его взгляда.

Рози подняла голову от книги и хитро улыбнулась, глядя на Элис поверх страниц.

– А у тебя какой-то особенно задумчивый вид.

Элис бросила на нее недовольный взгляд. Щеки предательски потеплели. Не хватало ещё обсуждать это при всех. Она отвела глаза к столу, делая вид, что изучает царапины на поверхности. Отвечать не стала.

Спокойствие прервал резко ворвавшийся Ривер. Дверь ударилась о стену чуть громче, чем следовало. Все обернулись.

Он выглядел иначе… Волосы были не уложены – торчали в разные стороны. Домашние штаны, белая мятая футболка, черные тапочки. Ни привычной собранности, ни холодной аккуратности. Будто он действительно только что выскочил из кровати и примчался сюда, не тратя времени на образ.

– Все в порядке? Ты выглядишь потрепанным, – поинтересовалась Рози, закрывая книгу..

– Не спал ночью. Много думал.

Он произнес это сухо, но взгляд его сразу нашел Элис. Он словно искал в ее лице реакцию на их ночной разговор. Девушка нервно сглотнула и быстро отвела взгляд к столу. Здесь нельзя показывать, что его слова все еще звучат в голове.

– И к чему пришел? – довольно скучающе спросил Лиам, приоткрывая один глаз..

– Люди все эти годы спорили, существовали ли боги на самом деле или это просто выдумки, а сила задумана природой. Но если допустить, что они действительно были, если их артефакты настоящие… тогда, возможно, мы сможем использовать один из них, чтобы найти хоть какие-то ответы.

– Ты о чем? – непонимающе спросила Рози.

Элис продолжала молча слушать, наблюдая, как Ривер обходит стол. Он сел на самой дальней стороне так, чтобы видеть всех и чтобы все видели его. Это была его привычка: занимать позицию, откуда легче контролировать разговор.

– Меч Роуса.

Элис нахмурилась и решилась спросить:

– Он же в музее Богов, нет?

– Именно! – оживился Ривер, подавшись вперед. – Там хранятся реликвии, которые, как утверждают историки, принадлежали богам. Если это правда, то ты, – он посмотрел на Элис, – со своим даром сможешь увидеть прошлое меча. Так у нас будет шанс узнать что-то важное. В главном пророчестве говорится кровь Роуса и Рекьявы. То есть медальон мог быть создан только богами.

От его взгляда по коже Элис пробежали мурашки. Он уже не выглядел так, будто хочет понять, о чем она думает. Сейчас он вернулся к своему стандартному образу – член Ордена. И Элис для него сейчас лишь сокомандник.

– Ты предлагаешь просто прийти в музей и попросить потрогать меч, так что ли? – вклинился в разговор Мартин.

– Конечно нет, – оживился Лиам, приподнимаясь на стуле. – Но ведь никто не говорит, что мы должны спрашивать разрешения.

Рози покачала головой, нахмурившись.

– Это не просто меч! Это главная достопримечательность музея! Он под защитой.

– Я пока не решил, будем ли мы его красть, – спокойно произнес Ривер. – Для начала нужно понять, есть ли в этом смысл. А уже потом можно приниматься к делу.

– Это абсурд, – снова вклинился Мартин.

Ривер нахмурился на такую категоричность. Он не говорил, что план шикарен, но подумать над ним можно было.

– Почему?

– Потому что ты предлагаешь глупую, неоправданно рискованную операцию, которая может привлечь к нам ненужное внимание.

Ривер скрестил руки на груди, мышцы на предплечьях напряглись. Он сверлил Мартина взглядом, но пытался держать себя в руках.

– То есть ты предлагаешь сидеть сложа руки, когда ответ может быть в здании недалеко отсюда?

– Это не ответ, это меч, который является важнейшим историческим артефактом, Ривер, – прорычал Мартин. – Он охраняется, находится под постоянным наблюдением, и, если ты вдруг забыл, Орден не занимается ограблением музеев. Мы не знаем, принадлежал ли он вообще Роусу. Может, ему просто приписали древнюю легенду! Подставлять так людей и сам Орден, не имея при этом уверенности в результате, глупая затея.

Слова «подставлять людей» ударили Элис почти физически. В висках зашумело.

То есть для них отправлять на миссию Лиама, прекрасно понимая, что он скорее всего не вернутся – допустимо, а украсть чертов меч – нарушение морали и закона? Какой абсурд! Девушка сжала ладони в кулаки, ногти впились в кожу.

– И это говорит человек, который доверяет древним рукописям. – Ривер резко встал и повернулся ко всем напряженной спиной. Он прошел до конца кухни и ударил кулаком о стену. Глухой звук разнесся по комнате.

Мартин даже не вздрогнул.

– Мы не можем рисковать ради призрачной надежды. Нужны какие-то доказательства, прежде чем что-то предпринимать.

– Как мы их получим, если не будем ничего делать?!

Голос Ривера сорвался на крик. В нем звучала не только злость, но и отчаяние.

– Осторожность – то, что нам помогает выживать. Ты слишком быстро и необдуманно принимаешь решения – это твоя слабость, Маркел тебе уже об этом говорил, – спокойно сказал Мартин.

– Моя слабость в том, что я устал слушать вашу нерешительность.

Мартин резко выдохнул, нахмурившись.

– Ты не будешь этого делать, – сказал Мартин, пристально глядя на Ривера. – Это приказ. Обсуждение закончено.

Мартин развернулся и вышел, позвав за собой Рональда. Тот поспешил следом, бросив на всех растерянный взгляд.

Элис задумалась. Если Мартин отдал приказ, значит, он выше по звездам. Четыре? Пять? Но почему он их не носит? И почему Ривер не пошел сразу к Маркелу? Возможно, он смог бы поддержать его идею.

Когда шаги за дверью стихли, Ривер подошел к стулу и резко его толкнул. Тот качнулся, но устоял.

– Ривер, ты же понимаешь, что он в чем-то прав? – осторожно сказала Рози.

– Согласен, это не просто меч, это.. ну, достояние человечества или что-то вроде того, – добавилЛиам.

Ривер сердито покосился на него.

– Не начинай.

Элис тихо продолжала сидеть за столом. Она наблюдала за Ривером, как его грудь вздымалась и опускалась слишком часто, как он сжимал ладони, что костяшки белели, а на шее пульсировала жила резко и рвано.

– Они ничего не делают, а я не собираюсь просто сидеть и ждать, когда станет слишком поздно.

– Что предлагаешь? – поинтересовалась Рози.

Прошло несколько секунд. Ривер провел рукой по лицу, стирая негативные эмоции.

– Нам нужно пробраться в музей, чтобы Элис прикоснулась к мечу, это однозначно. Нужно продумать план и назначить дату, сделаем все тихо, воровать не будем. Нужно минут десять, чтобы Элис все увидела, потом сможем убраться из музея.

Он говорил уже спокойнее.

Обсуждение плана заняло полчаса, сначала все разговаривали шепотом, постоянно оглядываясь на дверь. Но по мере того как схема выстраивалась, страх уступал место сосредоточенности.

Рози вызвалась тайком выяснить у старших, какие меры безопасности установлены в музее. Лиам пообещал достать схемы здания и разобраться с системой охраны. Ривер же решил лично посетить музей, чтобы оценить обстановку.

Элис сидела тихо, ей не дали задания. Ее главная цель – прикоснуться к мечу и увидеть прошлое. Но почему-то именно это казалось самым тяжелым.

***

Музей богов находился в самом центре города, возвышаясь над остальными зданиями своей массивной, словно вырезанной из камня, архитектурой. Его стены были украшены барельефами, изображающими легенды древних времен. Каменные фигуры богов тянулись к небу, а люди внизу преклоняли колени. Широкие мраморные ступени вели к высоким дверям с тяжелыми бронзовыми ручками, отполированными тысячами прикосновений.

Каким-то образом Элис наболтала на то, что пойдет вместе с Ривером. Разговор получился скомканным, она торопилась, путалась в словах, сама не понимая, зачем настаивает. Ривер изначально отнесся к этой идее скептически – его бровь тогда выразительно приподнялась, – но в итоге согласился. И теперь они стояли здесь вдвоем.

Они поднялись по ступеням вместе с потоком людей. День был солнечным, город шумел: сигналили машины, смеялись дети, кто-то фотографировался на фоне фасада. Но между ними царило странное, натянутое молчание.

Они не разговаривали с тех пор, как решили действовать вдвоем. Слишком многое повисло между ними после той ночи.

– Всё ещё считаешь, что мне не стоило идти с тобой? – наконец спросила Элис, искоса взглянув на него, когда они уже подходили к входу.

Ривер на секунду задержал на ней взгляд. Его глаза скользнули по ее лицу, словно интересуюсь, серьезно ли она задала этот вопрос. Затем снова посмотрел вперед.

– Думаю, у тебя были причины передумать, – сказал он нейтрально.

Намек был слишком очевиден. Ночное признание никуда не исчезло.

– Ты не ответил на вопрос.

Он вздохнул и слегка сбавил шаг, позволяя толпе обойти их.

– Считаю, что ты не обязана заниматься такой волокитой. Твоя цель – понять, являешься ли ты ключом. И помочь узнать прошлое меча на текущий момент.

– А ты обязан?

– Да.

Элис почувствовала, как внутри поднимается легкое раздражение. Не злость, а усталость от его постоянной готовности нести все на себе.

– Всё время ведёшь себя так, будто несешь ответственность за весь мир, – сказала она, слабо усмехнувшись, хотя улыбка вышла напряженной.

– Кто-то же должен, – коротко ответил Ривер.

– И ты выбрал себя?

– Или меня выбрали.

Она кивнула, но этот кивок был больше попытной закончить тему, чем согласием.

– Знаешь, не все нужно нести на себе, а тем более принимать сложные решения, – сказала Элис, переплетая пальцы перед собой, пытаясь удержать собственные эмоции.

– Говорит человек, который часами обдумывает каждый шаг.

– А ты, наоборот, всё решаешь за секунду, – парировала она.

– Может, в этом разница между нами, – спокойно заметил он.

Она посмотрела на него дольше, чем следовало бы. Разница. Или пропасть?

– Мы пришли.

Воздух внутри был густым: запах старинных книг, пыли и воска смешивался с легким ароматом полированного дерева. Высокие своды потолком и массивные колонны создавали ощущение величия. Шепот посетителей сливался в гул, который эхом расходился под куполом.

Элис медленно шла вдоль витрин, читая таблички. Она провела пальцами по холодному металлу ограждения, будто проверяя, настоящее ли все это.

– Странно видеть всё это как часть истории, – пробормотала Элис, останавливаясь у одного из экспоната.

– Почему? – спросил Ривер, скользя по залу, отмечая камеры, охранников, выходы.

– Потому что… – она слегка усмехнулась. – Нам с тобой история кажется чем-то живым. А для них это больше легенды.

Ривер скользнул взглядом по людям вокруг: на туристов, делающих селфи, на школьников, скучающе слушающих экскурсовода.

– Может, так и лучше, – спокойно сказал он.

– Ты правда так считаешь?

– Иногда незнание – это защита.

Элис закатила глаза.

– Говоришь так, будто все должны быть счастливы в неведении.

– А ты говоришь так, будто все должны нести этот груз.

Она замолчала, его слова задели ее. Она внимательно посмотрела не него.

– Ты всегда думаешь о том, что лучше для других, но редко о том, что лучше для тебя самого.

Ривер не сразу ответил.

– Возможно, я просто привык к этому, – сказал он, не глядя на неё. В голове была какая-то усталость, которую он обычно прятал.

– Может, пора изменить привычки?

Он посмотрел на неё, будто хотел ответить, но промолчал.

Они перешли в другой зал, где под массивной стеклянной витриной лежал меч Роуса, освещенный мягким направленным светом.

Элис замерла, чувствуя странную дрожь в воздухе.

– Вот он, – тихо сказала она.

Ривер подошел ближе, внимательно рассматривая витрину, крепления, замки. Меч выглядел неожиданно просто. Рукоять из тёмного металла, лезвие с едва заметными рунами, почти стертыми временем.

– Похоже на обычное оружие, – заметил он.

– Но оно не обычное. Возможно, – решила все-таки добавить в конце Элис.

– Как и многое другое в этом мире.

Она украдкой посмотрела на него, улавливая в его голосе что-то скрытое.

– Ты не только о мече сейчас говоришь, да?

Он не ответил сразу, но его пальцы невольно сжались в кулак.

– Мы многое считаем обычным, пока не осознаем обратное.

Элис вздохнула.

– Ты всегда всё так сложно формулируешь?

– А ты всегда хочешь, чтобы всё было очевидным?

Она усмехнулась, но в её глазах читалась грусть. Когда у них будет диалог, где каждый отвечает на вопрос ответом, а не вопросом?

– Иногда хочется, чтобы что-то было… простым. Без заговоров, смертельных миссий и странных пророчеств.

Ривер задержал на ней взгляд, прежде чем тихо сказать:

– Не всё можно изменить, Элис.

Она едва заметно напряглась. На мгновение между ними повисло молчание.

Элис первой отвела взгляд и, сосредоточившись, осторожно провела пальцами над витриной, слегка прикасаясь к ней.

– Здесь будто барьер, – прошептала она.

Ривер нахмурился.

– Как думаешь, какой?

Она замерла, сосредотачиваясь. Перед внутренним взором вспыхнули чужие руки, нити магии переплетались, как паутина. Какое-то сложное и металлическое устройство пульсировала в такт этим нитям. Человек долго работал над ним, проводя ладонями вдоль поверхности, словно вплетая защиту в сам воздух.

Элис резко вдохнул.

– Это не обычная защита. Она… как сеть.

Брюнет снова посмотрел на меч, но на этот раз с явным напряжением. Сейчас Ривер был очень рад, что Элис все-таки пошла с ним.

– Значит, нам придется быть осторожными.

Элис тихо выдохнула.

– Как всегда. – Элис повторно притронулась к витрине. – Этот барьер невозможно взломать. Он привязан к какому-то устройству, пока устройство существует – сеть не сломать. Эта сеть реагирует именно на проникновение за стекло, за которым находится меч. То есть если кто-то вскроет витрину – ничего не произойдет, но если попробует забрать меч, то сработает сигнализация.

С каждым словом ее голос становился тише. План, которые казался продуманным, начинал рассыпаться. Ривер не изменился в лице, он медленно осматривал зал, все выходы, расстояние до дверей, расположение охранников.

– Значит, как я и предполагал, есть минут десять до прихода охранников. Я думаю, нам хватит этого времени.

Элис ошарашено на него посмотрела. Изначально план состоял в том, чтобы все сделать максимально тихо, не привлекая внимания, они даже отказались от кражи самого меча, чтобы не навлекать гнев пятых звезд! А сейчас Ривер сменил тактику!

– Мы же сошлись на том, что сделаем все бесшумно! О чем ты говоришь?

Ривер спокойно посмотрел на нее, скрестив руки на груди.

– Если барьер нельзя взломать, то его придётся обойти. Мы откроем витрину, сигнализация сработает, но у нас будет минут десять, пока сюда не прибежит охрана.

Элис недоверчиво нахмурилась.

– Ты собираешься украсть меч? – уже шепотом спросила Элис, боясь, что кто-то их может услышать. Сердце гулко стучало в груди.

Ривер покачал головой.

– Нет. Я надеюсь, что тебе хватит десяти минут, чтобы увидеть его прошлое.

Она застыла, сердце сбилось с ритма. Всё вдруг стало слишком реальным, не план на бумаге, а риск, шим сирен, погоня.

– А если не хватит?

Ривер чуть подался вперёд, понижая голос:

– Тогда у нас не останется выбора.

Элис сжала кулаки. Всё внутри неё протестовало – страх, сомнения, тревога. Но где-то глубже звучала и другая мысль: это может быть единственным шансом.

И, возможно, они оба это понимали.

***

На следующий день снова начались изматывающие тренировки. Тело Элис еще не успело восстановиться после предыдущих занятий, мышцы ныли тупой болью, но времени на жалость к себе в Ордене не давали. В этот раз был день спарринга – самый сложный и самый честный. Здесь не спрячешься за теорией. Рози, как наставница, билась в полную силу, ни скидок, ни снисхождения к новичку.

Элис уже знала азы боя: как держать стойку, как распределять вес, как уходить в сторону, но до идеальной техники ей было далеко. Рози двигалась увереннее, быстрее, точнее. Она не просто атаковала, она читала соперника.

В очередной раз Элис успела уклониться от удара – кулак Роиз просвистел в сантиметре от ее скулы. Сердце гулко стучало в ушах. Сбив дыхание Элис отступила на шаг назад, сглотнула и попыталась восстановить стойку. Но взгляд ее на мгновение провалился куда-то вниз, в пол, в пустоту, в собственные мысли.

Рози сразу это заметила. Наставница не могла не обратить внимание на последние события. Женская натура так и тянула разобраться и, возможно, немного посплетничать.

Рози медленно выпрямилась, сделала шаг вперед и неожиданно встала по стойке «смирно», давая паузу.

– Ты что-то все витаешь в облаках. Что с Ривером? – решила открыто поинтересоваться Рози.

Все еще пытаясь отдышаться, Элис на мгновение замерла, не сразу понимая, что отвечать. Конечно, она понимала, о чем речь. Но открыто говорить об этом не хотелось. Рози она доверяла больше всех в Ордене, и все же что-то останавливало. Может, страх назвать вслух то, что даже внутри не сформировалось.

– Ничего, мы просто искали информацию в музее, – расправив плечи, решила ускользнуть от вопроса Элис.

Рози приподняла одну бровь, слегка улыбаясь. От ее глаз редко что-то скрывалось, особенно любовные истории.

– Да брось, Элис. Я же не слепая. Сначала клуб, потом бессонница у Ривера, ваши переглядки, музей.

В этот момент наставница встала в боевую стойку, разговор по душам не отменял тренировку. В следующую секунду Рози атаковала, она пыталась вывести Элис из равновесия, но вместо контратаки лишь успешно уклонялась, хотя последний удар чуть не попал ей в лицо.

– В бессоннице я не виновата. В эту ночь я спокойно спала в своей комнате.

Формально – правда.

Спокойной ту ночь назвать было сложно. И она к бессоннице ревира никакого отношения не имела.

Элис решила перестать уклоняться и начала производить ответные атаки. Она ударила правой рукой, целясь в живот, Рози легко уклонилась, скользнула в сторону и за долю секунды оказалась за спиной ученицы. Рука Элис оказалась заломлена.

Элис скривилась от боли, но звука не подала.

– То есть в остальном ты признаешь вину? – прошептала Рози.

Девушка хотела стукнуть себя по лбу за такую опрометчивость. Рози, как и Ривер, умели заговорить зубы.

– Между нами ничего нет, если ты об этом.

И это тоже было правдой.

Рози отпустила руку Элис, размяла свои плечи и снова присела в боевую стойку, пока вторая девушка пыталась снять напряжение со своей руки и развернуться лицом к наставнице.

– Вы не пара, это понятно, но что-то между вами есть, разве нет?

Элис нахмурилась, готовясь к новой атаке.

– Если бы было, я бы знала, – бросила она, делая выпад вперёд.

Рози уклонилась легко, почти лениво, и с усмешкой качнула головой.

– Иногда чувства приходят не с громом и молниями, а тихо подкрадываются. Ты можешь их не замечать, но со стороны видно лучше.

Элис закатила глаза и снова атаковала, но Рози отбила удар и в один момент поставила ее в неудобное положение, заставив потерять баланс.

– Я не думаю об этом, – пробормотала Элис, с трудом удерживая равновесие.

– Ага, конечно, – протянула Рози, отпуская ее. – Вот только я вижу, как ты смотришь на него. И как он смотрит на тебя.

Элис сжала губы. Она и сама замечала моменты, когда Ривер задерживал на ней взгляд чуть дольше, чем следовало. И все же… Больше кажется, что он играется, как маленький котенок, который нашел фантик. А после той фразы о том, что она ему небезразлична, даже и не поднималось какое-либо обсуждение. Ни разговора, ни продолжения. Будто это было сказано между дело. Как забота о напарнике.

– Это неважно, – сказала она, наконец поднимая взгляд. – Всё равно впереди… – она осеклась, не договорив.

Рози внимательно посмотрела на неё.

– Конец света? – спокойно закончила розовласка.

Элис пожала плечами, делая вид, что ей все равно.

– Просто не думаю, что сейчас есть смысл… думать об этом.

Рози вздохнула, сменив тон:

– В этом и проблема, Элис. Мы не знаем, что будет дальше. Может, у нас и правда ничего не получится с этим гребаным апокалипсисом! Зачем себя ограничивать? А если у тебя найдётся способ все изменить, а ты все профукаешь?

Элис молчала, она не могла найти слов. Возразить было нечего.

– Ты ведь… – Рози прищурилась. – Ты ведь можешь видеть будущее.

Элис напряглась.

– Я не вижу будущее, медальон сам мне его показывал. Я не контролирую это.

– И что ты увидела?

Девушки стояли в двух метрах друг от друга. Рози уже расслабилась, Элис все ждала, когда наставница нападет на нее, поэтому бдительность старалась не терять.

– Ничего полезного. И хорошего тоже.

Рози внимательно ее изучала, словно пыталась докопаться до сути.

– Ты боишься того, что увидела?

– Сейчас я боюсь того, чего не понимаю, – призналась Элис.

Наставница кивнула, принимая ответ.

– Тогда разберись с этим. Не отталкивай ответы, если они могут быть у тебя перед носом.

Рози повернулась к своей ученице спиной, подводя к тому, что бой окончен. Она уставилась в окно, о чем-то размышляя.

– Ты так говоришь, будто я могу достать их по щелчку пальцев. Орден тысячелетиями не может найти точный ответ!

– А ты разве не можешь? – усмехнулась Рози. – Если бы у меня был твой дар, я бы трясла каждый артефакт, каждую вещь, пока не узнала бы правду.

Элис затаила дыхание, внутри образовалась какая-то обида, словно ее обвиняют в бездействии. Элис после каждого прочитанного дневника рассказывала Рози, что ей приходилось тратить всю энергию, чтобы увидеть прошлое рукописей, а толку от этого ноль! Она не умеет контролировать, какой период времени ей видеть, воспоминания образуются случайным образом. И если бы что-то полезное она увидела, то несомненно бы с кем-нибудь поделилась.

Но вдруг в голову начали приходить другие мысли.

Артефакт.

Медальон.

Она касалась его, видела обрывки будущего. Что, если попробовать ещё раз? Может быть теперь, когда она понимает, на что обращать внимание, она сможет увидеть что-то новое? Вдруг медальон покажет ей какой-то разговор Ордена, где тайна уже будет раскрыта?

Потом вспышкой разбились воспоминания об увиденном. Какой страх и ужас пришлось ей испытать. Как сердце хотело вырваться от напряжения и безысходности. Сколько крови ей пришлось увидеть, сколько боли…

– На сегодня хватит, – сказала Рози, отлипая от вида голубого неба в окне. – Но подумай об этом, Элис.

Она кивнула, но мысли уже были далеко.

Пытаясь охладить ум и убрать страх на задний план, Элис заставила себя рассуждать. Она знала, что медальон сейчас под охраной. Но ведь это не остановит ее, если она решится прокрасться к нему ночью.

Тихо, незаметно, чтобы никто не узнал. Вдруг она сможет найти ответ.

***

♫Can't Help Falling In Love (Dark) – Tommee Profit, brooke♫

Ночь была тихой. В коридорах офиса Ордена царила темнота, лишь малый свет от уличных фонарей снова доходил до последних этажей здания. Элис двигалась осторожно, стараясь не производить ни единого шума.

Соблюдая тишину, Элис решила подняться до хранилища на 34-ый этаж по лестнице, чтобы звук лифта не разбудил остальных членов Ордена.

Добравшись до этажа, девушка прошла мимо кухни до конца длинного коридора, где справа была обычная дверь с вырезанными узорами. Она не совсем понимала, разумно ли было делать хранилище именно здесь, где чаще всего ходят остальные люди. С другой стороны самое лучшее решение – спрятать на видном месте.

Около двери была панель с кнопками для ввода пароля. Было достаточно опрометчиво со стороны Ордена не поменять защиту, так как Элис могла взломать с помощью своего дара код на раз-два.

Девушка глубоко вдохнула и аккуратно прикоснулась к панели.

Тепло.

Образы прошлого нахлынули волной. Она увидела, как вводили пароль Маркел, Ривер и другие участники Ордена. Пароль был всегда одним. Их пальцы мелькали над панелью, нажимая нужные кнопки. Последовательность застыла перед ее глазами.

Элис моргнула и, задержав дыхание, ввела комбинацию.

«Хоть бы сработало» – молилась про себя ушедшим богам Элис.

В эту же секунду замок пискнул, и дверь медленно отворилась. Девушка медленно вошла внутрь, видя перед собой медальон на столе без какой-либо другой защиты.

Нет, так просто не может быть. Она осмотрела тусклое помещение в поисках других мер безопасности. Не найдя ничего лучше, она прикоснулась правой рукой к стене, надеясь увидеть что-нибудь полезное.

Снова теплый поток прошелся по телу, показывая ей воспоминания. Каждый, перед тем как пройти дальше к медальону, легким касанием нажимал на стену – чуть выше уровня плеча Элис. Там была скрытая кнопка.

«Сигнализация».

Элис не стала рисковать. Она подошла к нужному месту и надавила пальцем на стену. Глухой щелчок подтвердил, что защита отключена. Несколько секунд она просто стояла, прислонившись лбом к холодному камню, и пыталась дышать ровно. Ей хотелось развернуться и уйти. Притвориться, что она не знает дороги сюда.

Но она сделала шаг вперед. Медальон лежал в центре хранилища неподвижный, темный, словно кусок ночи, вырезанный из самой бездны. Металл тускло отражал свет, и от этого казалось, будто он наблюдает. Ждет.

Элис остановилась перед ним. Руки не слушались. Она уже знала, что он может показывать. Знала, какой ценой.

– Просто увидеть, – прошептала она одними губами. – И все.

Пальцы зависли в воздухе. Внутри поднималась липка паника. Кто добровольно сунет руку в пламя, если однажды уже обжегся?

Девушка собралась с духом, зажмурилась и раскрыла медальон.

ВЗРЫВ.

Горячий воздух ударил в лицо, в нос ворвался удушающий запах дыма и горящей плоти. Где-то выли сирены, и этот звук смешивался с криками людей. Каменные фасады зданий трескались и осыпались, оставляя за собой облака пыли и тени, похожие на чудовищ.

Элис стояла посреди этого хаоса, не понимая, где находится.

И тут увидела его.

Ривер.

Его одежда была разорвана и пропитана кровью и пылью. Лицо рассечено, по виску стекала алая струйка. В руке он сжимал кинжал так крепко, что побелели костяшки. Он стоял напротив высокого мужчины в черной маске. Мужчина двигался медленно и уверенно, словно уже знал исход.

«Эл-л-л» – послышалось где-то в сознании, но Элис не обратила внимание, смотря только вперед.

Она шагнула вперед и поняла, что бежит. Ноги путались, она спотыкалась о камни, разбитые плиты, падала на колени, поднималась. Горло сжималось от напряжения.

– Ривер! – хотела крикнуть она. – Телепортируйся! Уходи!

Но голос не выходил. Она была зрителем. Беспомощным, проклятым зрителем.

– Отдай медальон, – прохрипел мужчина. Голос был ей очень знаком. От этого стало холоднее, чем от любого ужаса.

– Тогда умри.

«Э-л-ли-исо-он» – снова послышалось в сознании, кто-то тихо произнес ее имя, но ее это не волновало.

Лезвие молниеносно рассекло воздух. Все произошло слишком быстро. Оно рассекло воздух и вошло в грудь Ривера.

Звук был глухим, неправильным. Как будто мир треснул. Элис закричала, на этот раз ее голос был услышан, это был дикий, рвущий горло крик.

Ривер пошатнулся. Кинжал выпал из его руки, ударившись о камень. Он опустился на колени, будто силы просто выключили. Кровь расползалась по разрушенной площади, темная, почти черная. Грудь вздымалась в судорожных попытках вдохнуть, но он не смог.

Элис бросилась к нему, забыв о мужчине, о пламени, о падающих зданиях. Она упала рядом, схватила его за плечи, прижала к себе.

– Нет… нет, пожалуйста… – голос сорвался на хрип.

Его тело уже теряло напряжение. Глаза – такие живые, упрямые – поднялись к ней. В них не было страха, не было просьбы о помощи. Только усталость и сожаление, как будто он знал.

– Не смей… – рыдала Элис, прижимая его к себе, пачкаясь в крови. – Не смей так смотреть…

Слезы капали на его лицо, смешиваясь с пылью и кровью. Ее руки дрожали так сильно, что она не могла удержать его голову. Мир вокруг рушился, но для нее существовало только его тело, становящееся тяжелым и безжизненным.

Это был не просто страх, это было ощущение, что из груди вырвали сердце и бросили его в пламя. Вот оно. Будущее. Она должна его изменить!

Элис резко вдохнула и отшатнулась от медальона. Хранилище снова было тихим, никакого дыма, никакой крови. Только ее собственный всхлипы.

Колени подкосились, и она едва не упала. Руки тряслиь так, будто по венам пустили лед. Щеки были мокрыми, она не помнила, когда начала плакать. В груди ужасно жгло.

Она прижала ладонь к сердце, словно проверяя, бьется ли оно.

– Это неправда, – прошептала она, но голос звучал пусто. – Эо можно изменить…

Нужно изменить. Пока он жив.

С усилием заставив себя подняться, она сделала шаг назад. Потом еще один. Медальон лежал спокойно, будто не показывал ей конец мира и смерть того, кто стал для нее чем-то большим, чем напарник.

Элис развернулась и почти бегом покинула хранилище. Руки механически вернули защиту на место. Дверь закрылась мягко, почти беззвучно.

Она должна уйти. Забыть все это, прекратить. Сделать хоть что-нибудь!

Коридоры все так же были пусты, ни единой души. Элис штормило из стороны в сторону, она хваталась за стены, как за последнюю надежду. Девушка не заметила, как добралась до комнаты, как в этот момент воздух прорезал пронзительный вой сигнализации.

Элис замерла.

«Неужели я допустила ошибку?»

На несколько секунд ее охватил парализующий страх. Она могла где-то оставить отпечатки. Или не до конца отключила систему защиты.

Но затем она услышала тяжелые шаги в коридоре. Двери распахивались одна за другой. Члены Ордена выскакивали наружу: сонные, встревоженные, кто-то уже вооруженный. Голоса перекрывали друг друга.

– Что случилось? – спросил Лиам в начале коридора, натягивая куртку.

И тогда она увидела его.

Ривер вышел из своей комнаты почти сразу – сосредоточенный, собранный, с привычной хмурой складкой между бровей. Живой. Невредимый. Без крови на лице, без раны на груди.

У Элис перехватило дыхание, на мгновение реальность дрогнула. Ее сознание все еще видело его на коленях, чувствовало тепло утекающей из него жизни. И вот он – стоит в нескольких шагах, дышит, двигается, смотрит вперед. Сердце болезненно сжалось.

– Взлом, – коротко бросил он, пройдя мимо Элис и направляясь к лестнице.

Он прошел так близко, что край его рукава коснулся ее пальцев.

Тепло.

Настоящее.

Элис смотрела на него так, будто перед ней был призрак. Или чудо. Или второй шанс, которого она не заслужила.

Горло сдавило. Ей хотелось схватить его. Проверить – не исчезнет ли. Прижаться лбом к его спине, убедиться, что под кожей бьется сердце. Что в груди нет кровавой дыры.

Он живой. Здесь. Ее пальцы дрогнули, но она не окликнула его. Не смогла. Слезы снова подступили к глазам от облегчения, от ужаса, от осознания, что она видела его смерть так ясно, будто уже пережила ее.

– Где? – спросила Рози, проверяя оружие, которое успела прихватить с собой.

– На верхнем этаже, – сообщил уже Мартин, грозно хмурясь и побежав на нижние этажи, чтобы заранее предотвратить побег врагов.

Элис поняла, что тревога была вызвана не ею.

Кто-то другой пытался украсть медальон.

Когда они прибыли в хранилище, дверь была взломана: замок вырвар, металл выгнут. Под тусклым светом ламп стояло трое в черных плащах, лица скрыты масками. Один из них уже держал медальон – темный металл тускло блеснул в его перчатке.

– Не так быстро, – процедил Ривер.

Он сорвался с места первым без колебаний. Его шаги были почти бесшумны, но удар последовал мгновенно: клинок встретился с клинком, металл взвизгнул.

Лиам влетел следом, на ходу выхватывая парные кинжалы. Он двигался размашисто, агрессивно – один удар сверху, второй снизу, вынуждая противника пятиться. Сталь в его руках мелькала, как серебряные вспышки.

Рози скользнула в сторону, обогнув колонну, и атаковала третьего. Ее движения были хищными, словно дикая кошка. Она не тратили ни одного лишнего шага. Уклонилась, присела, резко ударила коленом в живот, а затем рубанула по предплечью, выбивая оружие.

Элис осталась на шаг позади у стены, пальцы непроизвольно сжались. Сердце всё ещё сжималось от увиденного в видении, но времени на раздумья не было.

Ривер бился с тем, у кого был медальон. Противник двигался быстро, слишком быстро. Их клинки сталкивались с сухим жестким звоном. Ривер ушел в сторону, лезвие скользнуло по его плечу, вспоров ткань. Он резко развернулся и ответил, ударив снизу вверх, целясь в кисть.

И в этот момент что-то изменилось. Легкое движение воздуха, чужое присутствие. Элис даже не успела обернуться. Чьи-то пальцы резко сомкнулись на ее горле и рванули назад. Воздух вышибло из легких.

– Вот и ты, – раздался знакомый низкий голос у ее уха.

Четвертый. Она судорожно вцепилась в чужие запястья, попыталась ударить локтем назад. Противник легко сместился в сторону, перехватил ее руку и с силой швырнул к стене. В глазах вспыхнули искры.

– Элис! – голос Ривера прорезал шум боя.

Он попытался рвануть к ней, но его противник встал на пути, вынуждая отбиваться.

Элис, стиснув зубы, нанесла удар ногой – мимо. Враг схватил ее за запястье и рывком вывернул. Сустав болезненно хрустнул. Боль прошила плечо так резко, что перед глазами потемнело. Она уже была готова вскрикнуть, когда тень метнулась сбоку. Ривер.

Он появился так быстро, что казалось он телепортировался. Его клинок рассек воздух, и противник дернулся, не успев поднять защиту. Короткий удар пришелся в плечо, от чего кровь брызнула на пол. Враг отшатнулся, зажимая рану.

Ривер шагнул вперед, не давая ему пространства. Лезвия вновь столкнулись, Ривер скользнул вбок, подсек ногу, перехватил руку и резким движением выкрутил запястье.

– Ты в порядке? – спросил Ривер, оборачивая к Элис.

Она кивнула, горло все еще жгло от хватки, слова не шли.

Он жив.

ЖИВ.

Будущее еще не наступило.

Раненый противник, сцепив зубы, перекатился через плечо, схватил упавший кинжал левой рукой и снова бросился вперед. Ривер толкнул Элис в сторону, выходя навстречу удару. Искры разлетелись в полумраке. Ривер резко сменил хват, отбил лезвие и ударил в уже раненое плечо, углубляя разрез. Мужчина вскрикнул.

В это время Лиам наконец добил своего противника мощным ударом ноги в грудь, тот отлетел к стене и осел, кашляя.

Ривер помог Элис подняться на ноги, но времени на передышку не было. Их противник не собирался сдаваться – он резко откатился назад, выхватил кинжал и метнулся в атаку.

– Да вы шустрые, – фыркнул Лиам, крутя кинжалы в руках.

Рози не отставала – она увернулась от очередного выпада своего противника, резко развернулась и ударила его локтем в челюсть. Тот дернулся назад, потеряв равновесие, и Рози без колебаний вонзила клинок ему в плечо.

Но третий вор – тот, что с медальоном, – выругался и выхватил из пояса небольшой цилиндр.

– Чёрт! – крикнула Рози, отступая назад.

Граната ударилась о пол и разорвалась густым серым облаком. Дым заполнил хранилище за секунды. Все расплылось.

Элис закашлялась, слезу выступили на глаза. Чья-то рука схватила ее за руку. Она дернулась.

– Это я. Держись рядом.

Ривер.

Она сжала его руку в ответ почти отчаянно. В дыму гремели шаги, кашель, звон металла.

– Они пытаются сбежать! – донёсся голос Лиама.

В следующий момент раздался грохот – кто-то выбил дверь, и шаги устремились в коридор.

– За ними! – скомандовал Ривер.

Он вырвался из дыма и первым бросился в погоню. Элис задержалась всего на секунду, но потом тоже побежала следом, сжимая кулаки.

Они не могли позволить ворам уйти.

Не с медальоном.

Ривер, Лиам и Рози гнались за ворами по коридору. Тяжёлые шаги, звон клинков – всё слилось в хаотичный вихрь звуков. Воры метнулись к лестнице, перепрыгивая через ступеньки.

– Не дай им уйти! – крикнул Лиам.

Они вылетели на лестничную площадку. Вторженцы решили не рисковать спуском вниз и рванули вверх, надеясь добраться до крыши.

Рози, не теряя времени, бросилась в погоню. В какой-то момент один из воров обернулся, увидел её и размахнулся для удара, но Рози оказалась быстрее. Она резко увернулась, ударила его по ребрам, а затем с силой врезала кулаком в подбородок. Враг покачнулся и отступил назад.

Именно в этот момент она заметила – в его руке был медальон.

– Дай сюда! – рявкнула Рози, вонзив локоть ему в запястье.

Парень вскрикнул, и медальон выскользнул из его рук.

Рози не раздумывая поймала его, но тут же заметила, что к ней приближается еще один противник. Решение пришло мгновенно – она кинула медальон Элис.

– Лови!

Элис, не успев даже подумать, инстинктивно протянула руку.

Как только ее пальцы коснулись поверхности медальона, её сознание провалилось в видение. Почему? Так не должно быть, для видения она всегда открывала медальон!

Элис стояла посреди разрушенного города. Всё вокруг окутывала мгла. В воздухе пахло гарью и смертью.

Она склонилась над мертвым телом Ривера.

Его безжизненное лицо было обращено к небу. Волосы слиплись от крови, одежда была изорвана, а на груди была ужасная широкая рана. Мертвый.

«Элисон!» – уже отчетливо кричал голос в разуме.

– Нет… – прошептала Элис, не в силах отвести взгляд.

В нескольких метрах от них стояла женщина. Высокая, с изящными чертами лица. Её тёмные волосы были аккуратно уложены, а на губах играла усмешка.

– Мама? – с насмешкой спросила Элис, стараясь не позволить голосу дрогнуть.

Но уже в следующую секунду ярость вспыхнула внутри.

«Элисон, послуш…» – не успел договорить голос, как он стих.

– Издеваешься? – прошипела она. – Иди к черту! Ты мне не мать!

Женщина ухмыльнулась, будто её забавляла эта реакция.

– О, Элис, но ведь это ты виновата.

Элис замерла.

– Что?

– Ничего бы этого не произошло, если бы ты не помогала Ордену. – Женщина сделала шаг ближе, её голос звучал почти ласково. – Ты сама погубила его.

Элис задохнулась от ужаса.

– Нет… Это не…

Но женщина лишь усмехнулась.

Видение рухнуло.

Элис резко выдохнула, вырвавшись из видения. Медальон выпал из её рук и покатился по ступенькам.

– Лис! – голос Ривера прорвался сквозь шум боя.

Её сердце колотилось в бешеном ритме. В голове еще звучали слова той женщины.

«Это ты виновата…»

Нет…

Руки задрожали. Перед глазами всё ещё лежал Ривер, мёртвый, истекающий кровью.

– Элис, очнись! – рядом оказался живой Ривер, его ладони легли на её плечи.

Она резко вскинула на него взгляд и тут же увидела, как за его спиной мелькнула тень.

Он поднимал кинжал, целясь прямо в Ривера.

Элис заметила кинжал первой. Времени на раздумья не было.

Она вспомнила всё, чему её учила Рози: как правильно ставить блоки, как использовать вес противника, как рассчитывать дистанцию.

Ривер ещё не осознал опасность, а вор уже замахнулся.

«Нет, я не позволю этому случиться».

Элис бросилась вперёд.

– Ривер, берегись!

Ривер не успел развернуться, как Элис ударила вора левым локтем в руку с кинжалом, направляя удар точно в запястье, чтобы выбить оружие.

Чего она не учла, так это то, что её силы всё ещё не хватало. Вор пошатнулся, но удержал кинжал. Однако на секунду отвлекся, и этой секунды хватило.

Второй приём, чему учила Рози: использовать противника против него самого. Элис резко сменила тактику. Она сделала ложный шаг влево, а потом в последний момент ушла вправо и поставила подножку.

Вор не ожидал маневра. Потеряв равновесие, он рухнул на лестницу.

Третий приём: добивать, пока есть возможность. Элис метнулась к нему и нанесла удар коленом в живот. Вор согнулся от боли, и этого хватило. Ривер мгновенно пришёл в себя. Он резким движением выбил кинжал из руки противника, а потом ударил его кулаком в висок.

Вор обмяк и больше не двигался.

Тишина.

Элис пошатнулась, тяжело дыша. Всё её тело дрожало от напряжения, от страха, от шока.

Ривер обернулся к ней, его лицо было серьезным.

– Ты в порядке?

Он поднял руку и прикоснулся к ее щеке, смотря с какой-то заботой и переживанием. Она кивнула.

– Кроме моего плеча. – Она посмотрела на свое плечо, поджимая губы от боли.

Ривер смерил её пристальным взглядом.

– Ты спасла меня.

Элис глухо рассмеялась: от облегчения, от усталости, от ужаса, который все еще сковывал её сердце.

Но в глубине души она знала, что не успокоится, пока не изменит будущее.

Пока это был не конец. Рози крикнула о том, что подонки сбегают. Ривер рванул вслед за ними на последний этаж. Следом побежали остальные, в том числе Элис. Адреналин смог взбодрить ее и помочь Риверу. Вдруг понадобиться еще помощь.

Трое воров остановились у окна, двое из них встали в боевую стойку, третий же выбил окно резким движением. После чего все трое спрыгнули. Ривер ошеломленно поглядел вниз и прокричал:

– Медальон у них! – в его голосе звучала паника.

Лиам поспешил успокоить его, держа медальон в руках.

– Нет, у меня. Он у меня.

Они быстро огляделись, но не стали терять время, ведь еще оставался четвертый вор. С ходу направились вниз, на нижний этаж, чтобы найти четвертого.

Когда они вернулись, вор уже исчез. Весьма вероятно, он воспользовался моментом, пока они гонялись за остальными. Беспомощно оглядев коридор, Ривер понял:

– Он тоже сбежал.

Лиам обернулся и бросил взгляд на пустое пространство возле окна.

– Кто-то из них точно имел дар воздуха. Вероятно, тот же самый из нападавших на мероприятии. Иначе как бы они выжили при таком прыжке?

***

На кухне царила напряженная тишина, нарушаемая только потрескиванием свечи на столе. Маркел сидел, скрестив руки на груди, его взгляд был тяжелым, наполненным подозрением и усталостью. Он не видел боя, не видел и воров, пришел уже после того, как противники сбежали. Остальные члены Ордена собрались вокруг, кто-то прислонился к стене, кто-то молча пил из кружки.

– Что на этот раз, черт побери, произошло? – наконец заговорил Маркел, его голос прозвучал резче, чем он рассчитывал.

Рядом с ним Рози осторожно касалась плеча Элис, ее пальцы светились мягким, почти невидимым сиянием. Девушка сжимала зубы, чувствуя, как тепло растекается по коже, постепенно стирая боль.

– Это однозначно те же ребята, что были ранее, – хмуро сказал один из членов Ордена, оглядывая остальных. – Эти воры не имеют к нам никакого отношения.

– Но они использовали воздух, – нахмурился другой.

– Среди нас только один одаренный от бога Ласена – Ривер, – решил напомнить Лиам. – Думаю, нам было бы известно, если у нас были такие участники.

Повисло тяжелое молчание. Элис слабо поморщилась, чувствуя, как боль в плече уходит, но даже это не отвлекло ее от слов. Даже если это действительно первая ветвь, как они узнали, что медальон найден? Кто все-таки сливает информацию?

Рози убрала руки, и Элис осторожно пошевелила плечом. Боль ушла, но в воздухе повисла новая тревога.

– Вопрос в том, – медленно сказал Маркел, постукивая пальцами по столу, – откуда у них информация, что медальон найден? Кто из вас предатель, а?! – Маркел резко встал со стула, стукнув руками по столу. Элис вздрогнула от неожиданности, пока остальные продолжали тихо сидеть.

Девушка повернулась в сторону Ривера, пытаясь найти какую-то защиту. Маркел в первую очередь начнет подозревать именно ее, новенькую, неизвестную девушку, к которой доверия ноль.

Ривер же, скрестив руки перед собой и положив ногу на ногу, хмурился.

– Ну, чего молчите? – Маркел оглядел собравшихся, его взгляд задержался на Элис.

Тишина затянулась, давя на всех присутствующих. Лиам нервно постучал пальцами по кружке, Рози отвела взгляд, а кто-то из старших членов Ордена недовольно покачал головой.

– Никто не заговорит? – Маркел снова ударил ладонью по столу.

Элис сжала кулаки, внутренне готовясь к обвинениям. Конечно, подозрения падут на нее – она чужая, пришедшая из ниоткуда, а теперь вокруг нее одни загадки.

– Это не она, – голос Ривера прозвучал спокойно, но в нем чувствовалась твердость.

Маркел резко повернулся к нему.

– Ты так уверен?

Ривер медленно поднял взгляд, его глаза сверкнули холодным светом.

– Если бы она была предателем, то враги пришли бы гораздо раньше.

– Вполне возможно, что она с самого начала с ними заодно, – не отступал Маркел. – Может, специально играет роль преданной, чтобы втереться в доверие.

– Тогда почему она спасла меня? – Ривер подался вперед, упираясь локтями в стол. В его голосе не было злости, только ледяная рассудительность. – В бою она не дала одному из них заколоть меня. Если бы она хотела моей смерти или играла двойную игру, у нее был бы шанс.

Маркел на мгновение замолчал, явно взвешивая его слова.

– Или она просто знала, что так завоюет твое доверие, – медленно сказал он.

– Я не идиот, Маркел, – голос Ривера стал ниже. – Я вижу, когда мной пытаются манипулировать. Элис не предатель.

Они смотрели друг на друга, словно вступили в молчаливую борьбу. Маркел сжал челюсти, но в конце концов отступил, откинувшись на спинку стула.

– Ладно, допустим, не она, – наконец произнес он. – Тогда кто?

Этот вопрос повис в воздухе, вызывая еще большее напряжение.

Тишина затянулась. В комнате слышалось только тихое потрескивание свечи и глухой стук пальцев Лиама по столу. Все понимали, что вопрос предательства слишком серьезный, чтобы просто оставить его без ответа.

– Может, у них другой способ узнавать такие вещи? – предположил один из старших членов Ордена.

– Что, у них все-таки пробился дар ясновидения от Рекьявы? – фыркнул Лиам.

– Или у них есть кто-то, кто следил за нами, – сказал Рози, нахмурившись. – Может, мы даже видели его, но не обратили внимания.

– Или кто-то из нас все же слил информацию, – упорствовал Маркел, снова бросая взгляд в сторону Элис, но Ривер резко отрезал:

– Довольно.

Маркел недовольно сощурился, но промолчал.

– Как бы они ни узнали, факт остается фактом – первая ветвь Валтер знает о медальоне, – продолжил Ривер. – А это значит, что они не отступят.

– Да, – кивнул один из старших. – И у них есть одаренный воздухом.

– Сначала нужно понять, чего они хотят, – заметил Лиам. – Если они действительно связаны с первой ветвью, их цель – медальон.

Элис снова взглянула на Ривера. Он не выглядел напуганным, но в его глазах читалась настороженность.

– Мы должны быть готовы, – наконец сказал он. – Это была не первая атака. И точно не последняя.

В комнате стало еще тише. Все понимали, что отныне покоя у них не будет. Маркел сжал руки в кулак до белых костяшек, напряженно сжимая губы.

– Я спрячу медальон, чтобы никто не знал, где он находится. Теперь идите спать, – завершил Маркел и первым покинул кухню.

Начались перешептывания, остальные не торопились уходить. Ривер уставился на Элис, словно обдумывая, не зря ли он ее защитил. Его эмоции менялись каждую секунду: злость, обида, недоверие, раздражение, после чего он смягчил взгляд. Элис же все это время выдерживала его взгляд на себе, не отрываясь. Она была благодарна ему за защиту, но и обида за сомнения не отпускала.

Ривер встал со стула, чуть наклонив голову, продолжая смотреть на Элис. Взгляд его был пристальным, изучающим, будто он хотел увидеть в ней что-то большее, чем просто внешность и слова.

– Ты не должна оправдываться, – наконец сказал он тихо, но достаточно уверенно, чтобы она услышала.

Элис кивнула, хотя внутри все сжималось. Даже несмотря на защиту Ривера, она знала – Маркел не оставит эту тему. Подозрения посеяны, и теперь ей придется доказывать, что она не предатель, даже если она никому ничего не должна.

– Спасибо, – произнесла она, почти неслышно.

Ривер не ответил, лишь слегка качнул головой, как будто принял ее благодарность, но не считал это чем-то особенным. Он сделал то, что посчитал нужным, не более того.

Лиам резко встал, отвлекая их обоих.

– Ну, раз нам велено идти спать, так и сделаем, – усмехнулся он, растягиваясь. – Хотя, кажется, ночью теперь никто нормально не уснет.

Рози кивнула, бросив на Элис сочувствующий, но все-таки осторожный взгляд.

Постепенно люди начали расходиться. Вскоре на кухне остались только Элис и Ривер. Некоторое время они молчали.

– Ты действительно думаешь, что среди нас есть предатель? – наконец спросила она.

Ривер задумался, прежде чем ответить.

– Я думаю, что если у первой ветви есть информация о медальоне, значит, кто-то или что-то привело их к нам.

Он посмотрел на нее так, будто пытался понять, насколько сильно ее задели подозрения.

– Это не меняет того, что ты спасла меня.

Элис вздохнула и, опустив голову, потерла пальцами виски.

– Ты не обязан был меня защищать, – пробормотала она.

– Возможно, – пожал он плечами. – Но я сделал это.

Она посмотрела на него, пытаясь прочитать на его лице, что он действительно думает. В отличие от других, он не выражал открытой агрессии, словно ему казалось бредом подозревать Элис, которая до недавнего времени не могла даже клинок держать в руках.

– Что тебе показал медальон на лестнице? – поинтересовался Ривер.

Девушка уже забыла об этом видении, но напоминание о нем снова бросило в мелкую дрожь все тело.

Элис отвела взгляд, делая вид, что задумалась. В груди неприятно заныло – она понимала, что не может сказать правду. Если она расскажет Риверу, что видела его мертвым, он либо начнет действовать опрометчиво, либо попытается изменить судьбу, а это может только усугубить ситуацию. Она еще не до конца понимала, как именно работает ее дар, но знала одно: нельзя вмешиваться без знания последствий. Сейчас она понимала, что чувствовал Ривер в ситуации с Лиамом, когда Орден отправил того на верную смерть. Как же паршиво она себя на самом деле чувствовала.

– Я… – она слегка нахмурилась, словно вспоминая. – Это было размытое видение. Какая-то сцена разрушения, крики… Но все было слишком быстро.

Ривер прищурился, явно не удовлетворенный таким ответом.

– Размытое? – повторил он, словно не веря её словам.

– Иногда бывает так, – она пожала плечами. – Видения не всегда четкие.

Он продолжал изучать ее, словно пытался разгадать, что она не договаривает.

– Но ты выглядела потрясенной, – заметил он.

Элис нервно сжала ладони в кулак, пряча их под столом. Конечно, он заметил. Он всегда замечал.

– Просто… что-то было странное в этом видении, – осторожно сказала она. – Что-то личное.

Ривер нахмурился еще сильнее.

– Личное?

– Да, но… это неважно, – Элис постаралась говорить твердо. – Это не имеет отношения к медальону или к первой ветви.

Она видела, как по его лицу пробежала тень раздражения. Он не верил ей.

– Если оно тебя так потрясло, значит, это важно, – сказал он.

Элис сжала зубы.

– Ривер, я не хочу об этом говорить.

Он смотрел на нее долго, слишком долго. В этот момент Элис боялась, что он продолжит давить, но, к ее облегчению, он лишь выдохнул, будто решив пока оставить это.

– Ладно, – тихо сказал он. – Но если что-то случится, ты скажешь мне.

Она не ответила, просто кивнула, прекрасно понимая, что лжет ему.

– Отдыхай, завтра снова будет нелегкая ночь.

Элис подняла бровь в удивлении. О чем речь? Что ещё такое произойдет завтра?

– В каком смысле? – уточнила девушка.

– Завтра отправляемся в музей, вся информация о нем у нас есть, а после случившегося нельзя медлить, нужно искать информацию о конце света еще быстрее.

Элис понимала его решительность действовать немедленно, но после сумбурной ночи будто и не осталось сил, чтобы заниматься чем-то ещё опасным. Ее мнение всё равно учитывать не стали бы, поэтому она молча согласилась.

– Ты же знаешь, что можешь доверять мне? – неожиданно спросил Ривер, стоя у выхода.

Элис замерла, чувствуя, как сердце сжалось. Ривер точно ее не предаст, иначе в видении она не чувствовала бы себя так, словно потеряла смысл жизни, не бежала бы ему на помощь, чтобы спасти.

– Знаю, – почти шепотом.

Но внутри ей было больно, потому что она знала и другое: она не может доверить ему правду о его будущем. Ривер ушел, прикрыв за собой дверь и оставив Элис одну.

А в голове внезапно пронесся текст из копий, который отдал им Мобиус.

«Потеря пространства сломает судьбу».

И вот пророчество было разгадано ею. Она – судьба, одаренная силой Ревьявы, богиней судьбы. Он – пространство, одаренный силой Ласена, богом пространства и времени.

От этого осознания все вмиг рухнуло, теперь спасение мира не казалось ей возможным. Слишком мрачное будущее, которое словно и нельзя изменить. Все предрешено.

Глава 9

♫Benson Boone – Beautiful Things Acoustic♫

Несмотря на напряженность вчерашнего дня, офис словно замер в ожидании с самого утра. Первые лучи солнца с трудом пробивались сквозь тяжелые темные шторы, расчерчивая комнату бледными полосами света. Пыль в воздухе медленно кружилась, словно время тоже двигалось ленивее обычного.

Элис спустилась на кухню, надеясь урвать хотя бы несколько спокойных минут до начала подготовки. Хотелось просто сесть, выпить кофе и не думать ни о медальоне, ни о будущем, ни о сомнениях, которые посеял Маркел среди членов Ордена.

Но, конечно, Элис была не первой, кто так рано проснулся.

– Доброе утро, – лениво протянул Лиам.

Он сидел прямо на столе, болтая ногой и с хрустом откусывая яблоко. Кожура свисала неровной полоской с его пальцев, а на лице играла привычная насмешливая улыбка.

– Доброе, – ответила Элис, зевая и опускаясь на стул. Она потянулась, чувствуя, как ноют плечи после вчерашнего.

У окна сидел Ривер. Перед ним стояла кружка с чаем, из которой уже почти не шел пар. Он держал ее в руках, но взгляд его был направлен куда-то за стекло: в утренний город или в собственные мысли.

Рози же стояла у плиты, сосредоточенно готовя что-то в сковородке. Волосы собраны в небрежный хвост, рукава закатаны. Вид у нее был подозрительно уверенный.

– Ты умеешь готовить? – с сомнением спросила Элис, наблюдая, как Рози слишком энергично встряхивает сковородку.

Рози скептически выгнула бровь.

– Конечно, умею. Я вообще-то человек с множеством талантов.

– Еще бы, – хмыкнул Лиам, не отрываясь от яблока. – Особенно когда твой талант – спалить всё к херам.

– Хочешь остаться без завтрака? – угрожающе спросила Рози, но Лиам лишь усмехнулся.

Элис невольно улыбнулась и снова покосилась на Ривера. Тот даже не шелохнулся. Казалось, он вообще не слышал перепалки и даже не был в курсе, что Элис пришла.

– О чем думаешь? – спросила она, пытаясь привлечь его внимание.

Ривер моргнул, словно возвращаясь в реальность, и перевел на нее взгляд. В глазах читалась усталость, которую он обычно умело скрывал.

– О том, что у нас сегодня не самый обычный день.

Он сказал это спокойно, но в голосе чувствовалось напряжение.

Элис кивнула и отвела взгляд. Она старалась меньше думать о будущем. Каждая попытка разложить все по полочкам заканчивалась тупиком. Если она останется с Орденом – исход ясен. Страшен, но ясен. Если уйдет, то ее ждет неизвестность. А это порой пугает сильнее любого видения.

Пока она решили одно: идти дальше. Собирать ответы. Если есть хотя бы крошечный шанс все изменить, то она его найдет.

– Я раздобыл доступ к камерам музея, – вдруг сообщил Лиам, спрыгивая со стола. – У них есть слепые зоны. И камеры двигаются по заданной траектории. Если подгадать время, можно пройти несколько участков вообще без засвета.

Парень говорил уже серьезнее, от прежней ленивой ухмылки не осталось и следа. Все-таки он ответственно подходил к делам.

Ривер слабо улыбнулся, скорее из вежливости.

– Спасибо.

В этом коротком слове сквозило изнурение. Раньше все было проще: задание, цель, слежка, драка. Четкая схема, которой нужно было следовать. Но с появлением Элис все стало сложнее. Нападения, медальон, сомнения внутри Ордена… И постоянная необходимость думать на шаг вперед.

Внезапно раздался протяжный и полный отчаяния стон.

– О-о-о. А я предупреждал.

Лиам соскочил со стола и подбежал к плите. Рози яростно размахивала кухонным полотенцем, пытаясь разогнать дым.

– Нет-нет-нет, только не это…

Сковорода выглядела так, будто на ней пережили локальный апокалипсис. Черная, неподвижная масса намертво прилипла к поверхности.

Лиам замер, всмотрелся, а потом вдруг согнулся пополам от смеха.

– Розеллина Лэнгли! – выдохнул он сквозь хохот. – Я же сказал, что твой талант – спалить все нахрен!

Элис и Ривер одновременно повернулись к нему, любопытство победило серьезность.

– Не называй меня полным именем, идиот! – вспыхнула Рози и со всего размаха шлепнула его тем самым полотенцем. – И это вышло случайно!

– Случайно? – Лиам пытался отдышаться, получая параллельно мощные удары от Рози. – Ты врубила максимальный огонь! За что ты так с творением курицы? – Он повернул сковороду к остальным. – Да вы только посмотрите!

И резко перевернул ее вверх дном. Ничего не упало. Вообще ничего. Сгоревшая масса осталась прилипшей к металлу, как бетон. На секунду повисла тишина. А потом Элис расхохоталась искренне и громко. Смех вырвался сам, сбивая остатки тревоги. Даже Ривер не удержался: уголки его губ дрогнули.

Рози продолжала стучать Лиама по бедру, но уже с заметной улыбкой.

– Лажанулась! Подумаешь… – фыркнула она. – Домашний завтрак отменяется. Видимо, я создана только для красоты.

– Это мы давно поняли, – серьезно кивнул Лиам и тут же получил еще один удар.

– Тогда предлагаю не киснуть в этом мрачном офисе, – продолжила Рози, отбрасывая полотенце. – Пойдем в кафе на углу. Я слышала, там подают идеальные круассаны. – Тут Рози метнула взгляд на Лиама и слегка прищурилась. – Хотя для тебя идеальные, только если их подают с виски.

– Хотя бы не горелые, – буркнул он, вытирая выступившие слезы. – Если бы все мои проблемы можно было заесть круассаном, я бы стал самым счастливым человеком в этом городе. Вперед, отряд по спасению мира! Пора вдохнуть запах нормального завтрака.

Элис молча кивнула на предложение, вставая вслед за ними. Она чувствовала: всем сейчас нужно выдохнуть. Час обычного жизни, смех, шум улицы и запах кофе вместо гари.

Даже Ривер вдруг оставил кружку и поднялся.

– Я иду.

Рози театрально ахнула.

– Он умеет отдыхать! Быстрее, зафиксируйте в протоколе. Исторический момент!

Лиам приложил ладонь к сердцу.

– Я тронут, мир меняется.

Ривер закатил глаза, но на этот раз в его взгляде было чуть больше тепла.

Кафе на углу действительно оказалось удивительно уютным. Светлые стены отражали мягкий утренний свет, подвесные лампы рассеивали его золотистыми кругами по столам, в воздухе стоял запах ванили, корицы и свежей выпечки. Где-то негромко играла легкая, почти невесомая музыка, будто созданная для того, чтобы замедлять дыхание.

Ребята устроились у окна. За стеклом лениво тянулось утро, редкие прохожие спешили по своим делам, а внутри все казалось отдельной маленькой вселенной.

Лиам первым схватил меню и, не особо вчитываясь, заявил:

– Берем два пирога. Нет, три. На пробу.

– Ты собираешься их пробовать до закрытия? – хмыкнула Рози, поджимая губы.

Элис заказала черный кофе и пирожное с абрикосом, Рози же долго листала меню, хмурилась, кусала губу, пока наконец не остановилась на жасминовом чае и круассане с шоколадом.

– Я вот думаю, – протянул Лиам, откидываясь на спинку стула и сцепляя руки за головой, – если сегодня ночью нас поймают, хочу, чтобы вы знали: это были лучшие пироги в моей жизни.

– Прекрати, – засмеялась Рози. – Тебя, скорее всего, поймают за то, что ты не оплатишь счет.

– Всё ради Ордена, – трагически выдохнул он, прикладывая ладонь к груди.

Элис наблюдала за ними и поймала себя на странном ощущении, будто только что вынырнула после долгого пребывания под водой. В легких снова появился воздух. Смех звучал легко и искренне. Никаких шепотов, тревог, планов. Просто кофе и выпечка.

Ривер сидел напротив, закинув одну ногу на другую, и держал в руке чашку с чаем. Он почти не участвовал в перепалке, лишь изредка его губы трогала едва заметная полуулыбка. Но взгляд он не прятал.

Элис подняла глаза и наткнулась на него. Ривер смотрел на нее спокойно, без своей привычной холодной отстраненности. От этого внутри стало странно тихо и тепло.

Она первой отвела взгляд, делая вид, что изучает кофейную пенку.

– Тебе нужно расслабиться, – сказала она, чтобы скрыть легкую неловкость. – Ты всё ещё хмурый.

Ривер чуть склонил голову, словно рассматривая ее в ответ.

– Я просто думаю, как всё пройдёт ночью.

– Это будет, – вмешалась Рози, театрально взмахнув ложечкой, – наша величественная опера «Медальон и меч». В главных ролях – вы оба. Лиам – оператор и ворчун. Я – бесполезный отвлекающий манёвр.

– Бесполезный? – возмутился Лиам. – Серьёзно?

– Шучу. Ты наш главнокомандующий по камерам. Просто не забудь, где правая сторона. В прошлый раз ты спутал.

– Один раз! – он воздел палец – Один. И то – было темно.

Ривер тихо посмеялся. Элис заметила, как у него расслабились плечи. От этого стало почему-то легче на душе.

Она отпила кофе, думая: пусть всё ещё сложно и страшно, но сейчас всё правильно.

– И всё-таки, – Ривер посмотрел на часы, и в его голос вернулась собранность. – Нам нужно будет быть на месте за час до закрытия.

Ребята взглянули на него со скрытым раздражением. Всем хотелось хотя бы на какое-то время просто расслабиться.

– Есть, босс, – кивнул Лиам. – Но сначала… ещё один пирог?

Смех снова прокатился по столу, и напряжение, едва появившись, растворилось. Элис смотрела на Лиама с искренней благодарность. Если бы не он, Орден давно бы задохнулся от собственной серьезности. Она не понимала, как ему удавалось так легко относиться к опасности. Может, это и была его форма храбрости.

Кафе постепенно наполнялось все большим светом. Столик ребят утопал в мягком золотистом сиянии. За окном облака лениво скользили по небу, прохладное утро становилось теплым днем.

– Знаете, – протянула Элис, отхлёбывая кофе, – я вот подумала… Мы вместе уже какое-то время, но я понятия не имею, как вы вообще познакомились. Вы все встретили в Ордене?

– Именно, – первым ответил Ривер, лениво помешивая чай. – Лиам был самый первый в Ордене, потом появился я, а на какой-то из тренировок появилась уже Рози.

– Ха! – рассмеялся Лиам. – Это была легендарная тренировка. Помнишь, Рози почти расплакалась?

Рози фыркнула, поднимая бровь.

– Я не «почти расплакалась». Я просто не понимала, зачем вы все так орёте, пинаетесь и пытаетесь друг друга пырнуть.

– Это называется «учебная модель ближнего боя», – с пафосом заметил Лиам, вытягивая спину. – А вообще, я был великолепен. Уверен, Ривер тогда подумал: «Вот это да. Вот это звезда».

– Я подумал: «Надеюсь, его выгонят», – невозмутимо ответил Ривер.

Рози рассмеялась в чашку, а Элис сдержанно улыбнулась.

– Ты правда был таким… – она сделала паузу, подбирая слово, – громким?

– Был? – хором переспросили Ривер и Рози.

– Ой, да ладно вам! – Лиам взмахнул рукой. – Я просто знал, как произвести впечатление. В отличие от некоторых, – он покосился на Рози, – которые прятались за колонной, когда надо было просто подойти и сказать «привет».

– Я была испуганным ребенком, никого не знала, и, извините, общение с людьми раньше не было моей суперспособностью, – с достоинством заметила Рози. – И всё равно, как-то ужилась с вами.

– Ты не просто ужилась, – сказал Ривер, сдержанно улыбаясь. – Ты одна из лучших. Даже Лиам это знает.

– Конечно, знаю, – кивнул тот. – Я же не идиот. Просто громкий, стильный, харизматичный и…

– И не скромный, – перебила Элис.

Лиам театрально хлопнул себя по сердцу.

– Вот видишь, Элис уже влилась в команду. Умеет правильно подколоть.

Элис вновь улыбнулась. И вдруг почувствовала на себе взгляд.

– А ты, Ривер? – спросила она, слегка подавшись вперед. – Ты каким был тогда?

– Ривер с первого дня был Ривером, – ответила Рози, поставив чашку на блюдце. – Холодный, собранный, правильный. Помню, как он первым сдал зачёт по тактике, а потом ушёл, даже не дождавшись остальных.

– Я не люблю сидеть без дела, – спокойно пояснил он.

– Ещё скажи, что ты не знал, что выглядишь, как главный герой сериала о сверхсекретных агентах, – поддел Лиам. – Помню, девчонки с этажа танцев за тобой следили по коридорам, а ты делал вид, что никого не замечаешь.

Ривер пожал плечами.

– Я и правда никого не замечал.

И на секунду его взгляд снова остановился на Элис, на этот раз уже дольше, чем обычно. Она почувствовала, как к щекам приливает тепло. Опустила глаза в пирожному, будто оно внезапно стало чрезвычайно важным. В груди кольнуло странное и необъяснимое чувство, смесь неловкости и тихой надежды.

– В любом случае, – сказала Рози, – если бы не Орден, мы бы никогда не встретились. Никогда бы не стали тем, кем стали.

– А стали кем? – тихо спросила Элис.

Наступила пауза, музыка зазвучала отчетливее, где-то звякнула чашка.

– Семьей, – неожиданно серьёзно сказал Лиам. – Со всеми тараканами, ссорами, идиотскими планами, но… да. Мы как семья.

– И теперь ты часть этого, – добавила Рози, глядя на Элис с лёгкой улыбкой. – Даже если всё ещё сомневаешься.

Элис опустила взгляд и кивнула, горло вдруг сжалось.

– Спасибо, – выдохнула она.

Тепло, простое, не напускное – это был, пожалуй, самый искренний момент, что она испытывала с тех пор, как попала в Орден. Впереди ночь и опасность. Но сейчас… было просто хорошо. Все переживания о том, что ее в чем-то подозревали, просто улетучились. Эти трое, которые сидели здесь рядом с ней, стали для нее действительно кем-то близкими. Хоть у нее и были сомнения, что ее никто не спасет, но они доказывали обратное. Они не оставляли ее в беде ни разу. В особенности Ривер, который спас ее дважды, а на него у нее были вообще большие подозрения после рассказа Лиама.

Спустя некоторое время их стол опустел: на тарелках остались только крошки да разводы крема. Лиам с видом человека, совершившего подвиг, откинулся на спинку стула и объявил, что тройная порция – это минимум для поддержания боевого духа.

Когда они вышли на улицу, их сразу окутал городской шум. День окончательно проснулся: машины гудели, на перекрестках вспыхивали светофоры, люди спешили с бумажными стаканчиками кофе в руках. От ближайшей пекарни тянуло корицей и свежим тестом – слишком мирным для их реальности.

Ребята растянулись вдоль тротуара, не спеша идя вперед.

– Всё равно странно, – протянул Лиам, сунув руки в карманы, – мы сейчас такие спокойные, а через несколько часов, возможно, будем бегать от охраны с мечом за пазухой.

– Если ты спрячешь его за пазухой, мы точно сбежим, – усмехнулась Рози. – Он в два раза больше твоей грудной клетки, – напомнила она ему.

– Сарказм? От тебя? – Лиам театрально схватился за сердце. – Это что, конец света?

Ривер шел чуть в стороне. Руки тоже в карманах, шаг размеренный, взгляд скользил по витринам, по прохожим, по углам домов – привычная оценка пространства. Но время от времени он смотрел на Элис. Взгляд точно не был случайным.

Она чувствовала это почти физически, как легкое касание по коже. И каждый раз, когда их взгляды пересекались, внутри что-то тихо переворачивалось.

В какой-то момент они свернули во дворик, где уже собралась небольшая толпа. Оттуда доносилась живая музыка. Небольшая сцена, натянутая гирлянда огоньков, скрипка выводила протяжную мелодию, гитара мягко вторила, а на фоне легкая электронная пульсация.

Элис замерла, вглядываясь в лица, в эту обыденность, которая вдруг показалась невероятно далёкой от всего, что творилось в их жизни.

– Хочешь подойти ближе? – тихо спросил Ривер, оказавшись рядом так незаметно, что она вздрогнула.

Он стоял слишком близко. Она чувствовала тепло его плеча, едва уловимый запах одеколона и прохладного воздуха.

Элис кивнула.

Они сделали несколько шагов вперед. Музыка стала яснее и объемнее. Скрипка вдруг взлетела вверх, отчего у девушки по коже пробежали мурашки.

– Они играют что-то красивое, – сказал Ривер.

– Да, – прошептала Элис. – Как будто это из другого мира.

Он посмотрел на нее, а не на сцену.

– Или из того, каким он мог бы быть, – ответил он.

Мелодия разливалась по дворику, мягко вибрируя в груди. Как будто музыка пробивалась сквозь стены, которые Элис воздвигла вокруг себя за последние дни.

– У тебя было такое? – вдруг спросила она. – Момент, когда всё кажется… правильным? Хотя бы на секунду?

Ривер не сразу ответил. Он посмотрел на музыкантов, потом на нее, скользя взглядом по лицу, задержавшись при этом на губах.

– Был, – сказал он. – Прямо сейчас.

Воздух будто стал плотнее. Элис прикусила губу и отвела взгляд, чувствуя, как щеки предательски теплеют. Музыка продолжала играть, но теперь девушка слышала собственное сердцебиение.

Позади Лиам и Рози спорили о чем-то, смеясь. Их голоса звучали привычно, заземляюще. Баланс. Мир держался на контрастах.

Когда мелодия стихла, люди начали расходиться. Ривер слегка наклонился к Элис.

– Пойдем. У нас еще вечер впереди.

В его голосе снова появилась та собранность, но что-то мягкое все еще оставалось.

Она кивнула. В этот момент она не думала ни о пророчествах, ни о богах, ни о видениях. Только о том, что ей нужна была эта передышка. Эта улица, музыка и он рядом.

Мир может рушиться, но пока есть такие секунды – он не окончательно потерян.

***

Солнце медленно опускалось за линию крыш, окрашивая стекло в густое золото. Тени вытягивались, город словно замирал в этом мягком свете, слишком красивом, слишком спокойном для того, что должно было случиться ночью.

В офисе Ордена стояла иная тишина. Не уютная, а настороженная. Воздух казался плотнее и тяжелее. Такое ощущение возникает за секунду до старта, когда тело уже готово рвануть, а сигнал еще не прозвучал.

Команда собралась на кухне. В такое время сюда почти никто не заходил, и единственная лампа над столом отбрасывала четкий круг света. В этом круге лежала смеха музея, исписанная пометками, стрелками, временем. Рядом лежал планшет с открытой системой охраны. Лиам с гордостью заявил, что «одолжил» доступ благодаря своим связям и особому обаянию.

– Итак, – начал Ривер.

Он стоял у стола, опираясь ладонями о край. Голос ровный и четкий, ни намека на сомнение.

– Как только стемнеет – выходим. Каждый знает свою задачу. Повторим еще раз.

Он перевел взгляд на Лиама. Тот сидел, закинув ногу на ногу, и лениво жевал мармеладку, но в глазах не было прежней беспечности.

– Я на крыше, – сказал он, щелкнув по экрану. – Камеры вращаются, но у каждой есть слепая зона. Я просчитал цикл. Смотрите.

На планшете замелькала схема: красные дуги, ритмично перекрывающие пространство.

– Когда скажу «чисто», у вас будет девять секунд, чтобы перейти в следующий сектор.

– Девять секунд? – уточнила Рози, хмурясь. – А если вдруг кто-то из нас на каблуках?

– Никто не виноват, что ты хочешь быть самой красивой даже на миссии, – подмигнул ей Лиам.

Подушка, лежавшая на стуле, прилетела ему точно в плечо.

– Не забывай, кто отвлекает охраны, – сухо сказала Рози. – Если я ошибусь – операция рухнет.

– Не ошибешься, – спокойно вставил Ривер. – Ты самая незаметная из нас. А когда нужно – умеешь быть достаточно громкой.

Рози гордо вскинула подбородок.

– Научилась у лучших.

Элис всё это время молча сидела на краю дивана, перебирая пальцами край рукава. Она чувствовала волнение. Не страх, еще нет. Но где-то под кожей дрожала настороженность, как у зверя, который знает, что скоро придётся бежать.

Ривер обернулся к ней.

– Ты готова?

Она подняла на него взгляд.

– Если я скажу «нет», ты оставишь меня здесь?

– Нет, – ответил он очень мягко, словно улыбался словами. – Но я выслушаю.

– Тогда скажу «да».

Мгновение они смотрели друг на друга слишком долго для обычного разговора. Кухня, план, остальные – все отступило. Элис почувствовала, как под его взглядом дыхание становилось медленнее, а сердце – громче.

Ривер первым отвел взгляд, слегка прокашлявшись, и выпрямился.

– Изначально придерживаемся плана А, это наша основная тактика. Если все пойдет к чертям, переходим к плану Б. Без моего указания лишних движений не делать! Понятно?

Ривер строго на всех посмотрел, сейчас он казался главой Ордена, а не обычным рядовым, который выполнял стандартные миссии. Он умел говорить, командовать и держать все в своих руках. А другие его слушались, даже Маркел – пятая звезда, всегда требовал от Ривера высказывать мнение. Все знали, что он был рассудительным, он не говорит лишнего и не ошибается по мелочам.

Все трое кивнули на указ своего командира, никто даже и не подумал бы перечить ему.

– Через сорок минут выдвигаемся, – заключил Ривер.

Команда начала расходиться. Стулья тихо заскрипели, шаги растворились в коридоре. Кто-то отправился за экипировкой, кто-то переодеваться. Элис же осталась.

Лампа над столом продолжала светить, выхватывая из темноты схему музея. Она подошла ближе, провела пальцами по нарисованному маршруту.

Вот вход, вот зал с экспонатами, вот меч.

Десять минут, чтобы изменить слишком многое.

Она прикрыла глаза. В груди зрел выбор стороны. Как бы ни было страшно, назад пути нет.

Она схватила план с планшетом, не оставляя после команды улик, и вышла прочь из кухни.

Глава 10

Город спал, укрывшись мягким туманом и неоном фонарей. Где-то вдалеке проезжали машины, кто-то смеялся, возвращаясь домой, но в районе музея всё было иначе: тихо и пусто. Словно само здание знало, что скоро нарушат его покой.

Элис стояла в узком переулке, натянув капюшон как можно глубже. Влажный воздух холодил кожу, но ладони все равно были горячими. Сердце билось так сильно, что отдавалось в висках.

Рядом был Ривер. Неподвижный и собранный, будто высеченный из камня. Его профиль в свете фонаря казался резче. От него исходила чрезмерная невозмутимость, которой Элис могла только завидовать.

– Лиам, как слышно? – прошептал Ривер, касаясь гарнитуры.

– Превосходно, – отозвался Лиам. – Если не считать, что на крыше дует как из пасти самого Ласена. Камеры активны. Через десять секунд поворот. Готовьтесь.

Элис напряглась и посмотрела на Ривера. Тот в свою очередь вскинул брови, размышляя, откуда Лиаму известен запах изо рта бога. Это короткое выражение, почти мальчишеское, неожиданно сбило напряжение. Девушка заметно улыбнулась.

Ривер поймал ее взгляд.

– Не волнуйся. – Он наклонился ближе, голос стал еще тише, а выражение лица вернулось в прежнее состояние. – Просто иди за мной. Слушай меня. Я не дам тебе попасться.

Он снова давал ей поддержку, словно слышал ее мысли, читал все по ее лицу. Он ни разу не дал ей усомниться в его словах. Элис ему верила.

– Пошли! – резко прозвучал голос Лиама. – Окно есть, девять секунд – марш!

Они выскользнули из тени, пересекли внутренний двор, прижимаясь к стене. Ривер двигался точно, как по вычерченному маршруту. Элис – след в след. На секунду ей показалось, будто они танцуют. Опасный, но идеальный танец, где ошибка может стоить слишком дорого.

– На месте, – сообщил Ривер. – Следующая фаза?

– Рози готова, – сказал Лиам. – Через тридцать секунд будет шоу. Готовьтесь к фейерверку.

Тридцать секунд показались вечностью. Потом раздался резкий хлопок с противоположной стороны здания. Сирена дернулась и захлебнулась. Засверкали красные датчики.

– Это что?! – раздался крик охранника.

– Это твой шанс, вперёд! – рявкнул Лиам. – Все камеры на неё, двери открыты. Вперёд!

Ривер и Элис проскользнули внутрь. Музей в темноте выглядел величественно и чуждо. Витрины отбрасывали глухие отблески, потолок терялся во мраке.

Они быстро добрались до центрального зала.

И вот он.

Меч Роуса.

Под массивным стеклянным куполом, словно отрезанный от мира. Он выглядел просто: тёмный металл, резьба, но от него исходило странное давление, как от чего-то слишком древнего, слишком могущественного.

Элис подошла ближе. Сердце билось уже не от бега. Вдохнула. Руки тряслись, а в голове были тараканы, которые то и дело кричали ей: «Стой, не надо, уходи! УХОДИ!»

Ривер видел, как что-то внутри нее сопротивлялось. Он уверенно положил свою ладонь на ее плечо и мягко сжал, будто передавая часть своей решимости. Ее рука сразу потянулась к стеклу. Элис дрожащей рукой сдвинула стеклянную крышку. Моментально защелкнулся невидимый механизм, и тонкий гул прорезал воздух.

– Тревога пошла, – спокойно сообщил Лиам. – Десять минус. Сигнализацию я приглушил, но дополнительная защита активирована. Делайте, что должны.

Она прикоснулась к мечу.

Мир разорвался вспышкой.

…Пыльная арена. Крики толпы. Мужчина в боевых доспехах с мечом в руках. Его движения были точны, смертоносны. Каждый удар меча оставлял светящийся след в воздухе, как будто само пространство сжималось от его силы.

Вспышка.

…Роус – она знала, что это он, хотя никогда не видела. Шрамы на лице, глаза цвета ночи, огонь в груди. Он стоял на коленях перед кем-то. Женщина с темными глазами, лицо скрыто. Он протягивал ей меч.

Вспышка.

…Город в огне. Огромная армия. Крики. Роус в центре один. Он поднял меч, и земля вздрогнула.

Вспышка.

…Он шептал что-то. Тень. Разлом. Меч начал падать.

Снова яркая вспышка.

Она увидела, как меч выкапывают из земли, как аккуратно его трогают и разглядывают.

Элис отпрянула.

– Что ты видела? – Ривер держал её за локоть.

– Он… он сражался. Это был он. Бог оружия. Это был точно Роус. Он существует!

– Подробности?

– Смазано. Слишком быстро и скомкано. Но он протягивал меч какой-то женщине… кажется… – она замолчала.

В это время в гарнитуре раздался Лиам, и на этот раз его голос был жёсткий.

– Четыре минуты. Кто-то поднимается на второй этаж. Думаю, запасной охранник, не связанный с системой. Если останетесь , то спалитесь.

Ривер замер.

Он посмотрел на меч. Потом на Элис.

– Значит, уходим? – спросила она с надеждой.

Но он быстро покачал головой.

– Нет. Мы забираем его.

– Что?! Ты говорил…

– Я знаю, что говорил. Но второго шанса у нас не будет. Мы должны изучить меч в иных условиях.

Он подошел к ней почти вплотную, глаза сверкали надеждой.

– Ты же хочешь изменить все это?

Она смотрела на него несколько долгих секунд. В голове пролетали миллионы мыслей. Что с ней будет, если пятые звезды все узнают? Что, если их найдет отряд правопорядка?

Элис понимала, что сейчас нет времени на долгие размышления, она не должна протестовать в данной ситуации. Последовал кивок.

Ривер аккуратно вытащил меч из подставки.

– Лиам, мы забираем артефакт. Будь готов. Переходим к плану Б.

– О, ну конечно. Прекрасный вечер для преступлений. Обожаю вас, правда.

– Принято! – донесся запыхавшийся голос Рози.

– До крыши успеем? – спросил Ривер.

– С натяжкой. Три минуты и бегом.

Ривер схватил Элис за руку, потянув ее за собой. Они бежали через витражный зал, мимо колонн, мимо теней прошлого. Тридцать секунд спустя музей взвыл.

Гул сирен пронесся по залам музея, отражаясь от каменных стен и заставляя сердце Элис биться в два раза быстрее. Красные огни вспыхнули на потолке, словно за ними открыли охоту.

– Направо! – резко крикнул Ривер, толкая Элис в сторону бокового коридора.

Они мчались, прячась в тенях от вспыхивающих сигнальных ламп. Ривер держал меч под курткой, как мог, но скрыть его полностью было невозможно – лезвие поблескивало, будто дразня охрану.

– Лиам, говори, куда! – прорычал он в микрофон.

– Вижу вас, – отозвался Лиам. – Камеры в холле на втором этаже активны. Но есть слепая зона. Через двадцать секунд будет окно в восемь. Сможете добежать до лестницы.

– Иначе? – спросила Элис на бегу.

– Иначе привет охране, камерам и внутренним расследованиям музея. Я уже чувствую, как ко мне едут на допрос.

– Спасибо за моральную поддержку, – буркнул Ривер, уворачиваясь от стены. – Восемь секунд. На счёт три – выдыхаем и бегом.

– Раз.

– Два.

– ТРИ!

Они рванули. Мимо витрин, мимо древних артефактов, чей век насчитывал тысячелетия. За углом промелькнули фонари охраны.

– Там кто-то был!

– Не тормози! – Ривер схватил Элис за руку и потащил вверх по лестнице, перепрыгивая через две ступени. Элис почти не чувствовала ног, только жар, страх и тяжесть дыхания в горле.

На крыше уже ждал Лиам. Он нервно жевал жвачку и что-то набирал на планшете.

– Ну наконец-то! – воскликнул он, едва они выскочили на крышу. – У нас две минуты до того, как сюда кто-то заглянет. Надеюсь, вы принесли сувенир.

Ривер поднял куртку, показывая рукоять меча. Лиам замер, раскрыв широко рот.

– А вы реально его утащили… Чёрт. Ладно. Рози должна уже быть на месте. Ты точно справишься?

Этот вопрос он адресовал Риверу. Тот молча кивнул.

– Элис, иди ко мне, – слишком мягко произнес Ривер. От этих слов внутри нее что-то начало трепетать. Не в такой ситуации она хотела бы услышать это.

Девушка подошла к нему почти вплотную. Она могла почувствовать его запах, тот самый одеколон, которым он пользовался постоянно. Она сделала аккуратный вдох, чтобы не вскружить им себе голову. И резко очутилась в его объятиях. Одна секунда. Две. Три. Сердце затрепетало. Ее резко затошнило, а голова закружилась.

Она отошла чуть назад, пытаясь прийти в себя. Посмотрела вокруг, Ривера уже не было, а рядом стояла Рози, которая пыталась отдышаться от бега. Сейчас Элис уже была не на крыше, а среди домов, в километре от музея.

Справа девушки почувствовали дуновение ветра. Там уже стоял Ривер, который крепко сжимал плечо Лиама. У них получилось!

Элис впервые видела Ривера таким бледным. Он всегда был собранным, будто внутри него был встроен стальной каркас. Сейчас же казалось, что этот каркас треснул. Кожа была почти прозрачной, губы сжаты слишком плотно, а дыхание прерывалось. Из него словно выжали всю жизненную силу.

Тревогу кольнула Элис под ребрами. План сработал – они живы, меч у них, музей остался позади. Но никто из них изначально не рассчитывал на план Б. Он вообще не должен был случиться. Все должно было пройти чисто: без героизма, без безумных скачков через пространство. А по итогу Риверу пришлось рисковать и пробовать то, чего никогда не делал – телепортировать не только себя, но и других. Без каких-либо тренировок, гарантий. Ставили только на удачу. И эта самая удача брала с него сейчас плату.

– Все в порядке? – Элис сделала к нему шаг, осторожно, будто к раненому зверю. Подставила свое плечо. – Ривер…

Он на секунду прикрыл глаза, неровно вдохнул, словно воздух резал легкие, и выдохнул сквозь зубы.

– Я… справлюсь, – тихо сказал он.

Он не оперся на нее. Не позволил себе. Элис почувствовала, как внутри что-то неприятно кольнуло. Она предлагала поддержку, а отказ, пусть даже из гордости, обжег сильнее, чем она ожидала.

– Черт, Ривер! Ты сошел с ума! – взорвалась Рощи, резко разворачиваясь к нему. Она размахивала руками так, будто могла стряхнуть с себя весь пережитый стресс. – Я выплюну сейчас свои легкие на этот гребаный меч! Я тебе, черт побери, не спринтер. Я пробежала километр за три минуты! Ты хоть знаешь, какой рекорд скорости на, мать его, километр?!

Никто не перебивал ее. Это был ее способ не расплакаться. Она молчала там, в музее. Молчала, когда получила приказ. Молчала, когда пришлось бежать. И только сейчас позволила себе злость.

– Рози, – устало сказал Ривер, все еще сжимая меч у бедра, будто тот мог убежать. – Ты самая выносливая из нас. Ты справилась с этим. Спасибо.

Он говорил абсолютно искренне, просто покинувшие его силы не давали возможность сказать это более выражено.

Рози недовольно фыркнула, но все же замолчала, пряча злость за упрямо сжатыми губами. Она, конечно, не ожидала медали, но хоть бы кто-нибудь предложил воды.

Лиам хмыкнул, продолжая что-то проверять в планшете, но тоже выглядел напряженным. Ривер все еще стоял прямо, было заметно, что ему тяжело это дается. Элис видела, как дрожат его пальцы, сжимающие меч. Видела, как напрягается его челюсть, когда он делает вдох.

– Я видела… несколько сцен, – сказала она, глядя в пустоту. – Это был он, точно. Роус.

Все замолчали.

– Ну? – подал голос Лиам. – Какой он? Летал? Плевался огнём? Или просто мрачно швырял людей об стены?

– Нет. Он был… – она запнулась, подбирая слово, – обычным. То есть… не божественным, каким его себе представляешь. Усталый, в доспехах, с мечом. Он сражался. Вел за собой. Потом один в разрушенном городе. Стоял, как будто весь мир уже пал. Потом… исчез.

Она невольно посмотрела на Ривера. Почему-то в том, как Роус стоял среди руин, было что-то пугающе знакомое.

– Никаких знаков? Просрочест? – тихо спросил Ривер. Даже говорить ему было тяжело.

– Только обрывки. Как будто кто-то не хотел, чтобы я увидела всё. Как будто память не дала доступ. Там не было ничего важного… Просто история. Его путь. Сражения. Жертвы. Боль. Одинокий бог.

– Великолепно, – вздохнул Лиам. – Мы залезли в один из самых охраняемых музеев страны, чуть не устроили международный скандал, и всё ради того, чтобы узнать, что бог был… уставшим мужиком с мечом.

– Это всё, что ты из этого вынес? – сухо заметила Рози

– А что? Я практичный человек. Мне бы огонь из глаз или хотя бы намек на конец света.

Элис слабо улыбнулась.

– Всё равно… Он был настоящим. Не легендой. Это важно.

Ривер смотрел на меч так, будто пытался увидеть сквозь металл чужую жизнь.

– Значит, всё это не вымысел. И артефакты – не игрушки. Это уже что-то.

Он поднял взгляд и на короткое мгновение их с Элис глаза встретились. Он как обычно пытался прочитать в них мысли. Элис почувствовала, как сердце вновь начинает разгоняться.

– Надо спрятать его, – наконец сказал Ривер, отводя взгляд первым. – Хотя бы до утра.

– Где? – спросила Рози.

– В моей комнате.

На всех обрушилась невероятная тишина. Лиам в этот момент опустил планшет.

– Прости?

– Ты серьезно? – Рози прищурилась. – После всего этого ты хочешь держать древний артефакт бога у себя под кроватью?

Ривер пожал плечами. Сейчас в таком состоянии он не сможет придумать место безопаснее. Сейчас он в принципе не может уже думать.

– Кто говорил про кровать? Есть место лучше.

Элис устало выдохнула, пытаясь сбросить все напряжение, и подошла ближе к Риверу. Она секунду колебалась, а затем все-таки коснулась его руки, настолько осторожно и невесомо. Не чтобы помочь ему устоять на ногах, а просто чтобы он знал, что она рядом. Парень не отстранился, наоборот, его пальцы чуть крепче сжали рукоять меча, а большим пальцем другой руки он едва заметно коснулся ее запястья. Короткое прикосновение, от которого стало легче.

***

Они долго петляли по улица, выбирая самые темные дворы и безлюдные переулки, меняя направление так что, что у Элис начинала кружиться голова. Город жил своей ночной жизнью. Где-то гремела музыка, кто-то смеялся у входа в бар, на дорогах редко проносились машины. Но для команды это все звучало приглушенно, будто через стекло. Они двигались быстро, но не бежали, это могло привлечь лишнее внимание.

План возвращения был продуман заранее: никакой черной одежды, никаких масок. Через час камеры должны были запечатлеть троих молодых людей в выходных нарядах, слегка уставших после ночи в клубе. Смеющихся, возможно, нетрезвых. Таких проще объяснить в случае возникновения вопрос.

Огромный многоэтажный офис вырос перед ними, стеклянный и холодный, отражающий неон улиц. Элис, Рози и Лиам нырнули внутрь через центральный вход. Ривер остался за углом жилого дома, скрытый от камер и случайных взглядов. Он не мог рисковать появлением вместе с мечом.

Каблуки Рози тихо цокали по плитке внутри здания – слишком громко, как казалось Элис. Сердце стучало в висках так отчетливо, что она боялась, что сейчас охранник выглянет из своей каморки и спросит, не слышат ли они этот бешеный ритм.

Ребята молча вошли в лифт. Двери закрылись с мягким щелчком.

Пока кабина поднималась вверх, никто не говорил. Только легкое гудение механизма и их сбившееся дыхание. Лиам проверил планшет, Рози смотрела в зеркало, поправляя волосы, чтобы выглядеть достаточно «клубной», а не бегущей от охраны. Элис поймала свое отражение – бледная, глаза слишком ярко накрашены. Она попыталась улыбнуться. Получилось неубедительно.

Двери открылись. Команда прошла по знакомому коридору до комнаты Ривера.

– Я вперёд, – сказал Лиам. – Как только войду – дайте ему сигнал.

Он проскользнул внутрь. Комната Ривера выглядела так же, как всегда. Слишком аккуратно для человека, который только что рискнул жизнью. Нейтральные стены, стол у окна, идеально застеленная кровать. На полке – коллекция миниатюрных моделей машин, выстроенных по цветам. Все на своих местах, словно хаос ночи сюда не имел доступа.

– Внутри. Готов, – шепнула Рози в микрофон.

Воздух возле шкафа едва заметно задрожал. Пространство словно сжалось, как ткань, которую резко потянули в разные стороны. В следующую секунду появился Ривер. Он стоял, прижимая к себе меч. Его колени едва не подогнулись.

– Твою… – выдохнул Лиам, мгновенно подхватывая его за плечо. – Ты в порядке?

Ривер сделал усилие, чтобы выпрямиться.

– Не сейчас, – коротко отозвался Ривер, и в этом «не сейчас» было все: и боль, и усталость, и упрямство.

Он быстро огляделся, словно проверяя, на месте ли реальность. Потом шагнул к шкафу и отодвинул заднюю панель. Та чуть щелкнула, открывая узкий скрытый отсек, о котором знали немногие.

– Сюда. Только пока.

Он положил меч внутрь и закрыл панель. Щелчок прозвучал слишком громко в тишине. Ривер глубоко вдохнул и облокотился о стол, будто больше не мог стоять без опоры.

В этот момент в комнату вошли Элис и Рози. Элис замерла на пороге. Вид Ривера ударил сильнее, чем сирены в музее. Он был белее стен, тени под глазами стали резче, а губы почти серыми. Последняя телепортация выбила его из сил. Она знала, что он способен прыгать сквозь пространство десятки раз: в бою, на тренировках. Но переносить другого человека… Это стоило как десять обычных прыжков.

Она медленно подошла и села на край кровати, не сводя с него взгляда. Он выглядел опустошенным, будто все внутри выгорело.

– Прости, – прошептала она, не поднимая глаз. – Это все из-за меня, из-за моего дара.

Он поднял на нее взгляд. В нем не было раздражения, которое она ожидала увидеть. Только усталость.

– Нет, – шепотом произнес он, покачав головой. – Из-за нас. Мы сделали это вместе. Ты не одна в этом участвовала, Элис.

Он произнес ее имя так умиротворенно, будто ставил точку в споре, который она вела сама с собой.

Тишина заполнила комнату. Каждый понимал, что меч Роуса – это не финал, а начало новых испытаний.

– Утром я попробую еще раз, – сказала Элис, собираясь с мыслями. – Без сирен и спешки. Может, так я увижу больше.

– Утром, – согласился Ривер. – Сейчас – спим. И делаем вид, что этой ночью никто ничего не крал.

– Особенно музей, – пробормотал Лиам, усмехнувшись.

Рози зевнула, устало потянулась.

– Я пошла. Пока ещё способна отличить кровать от пола.

Лиам кивнул и направился за ней. Дверь закрылась. Комната вновь осталась в тишине.

Ривер все еще стоял у стола. Элис медленно поднялась с кровати, чувствуя, как наваливается усталость. Она сделала шаг к двери, потом еще один. Но остановилась на пороге и повернулась. Ривер смотрел на нее, провожая взглядом.

– Спасибо, – прошептала она. – За всё. И за то, что не дал мне поверить, будто я зря здесь.

Он кивнул, слегка осев на стол.

– Завтра увидимся, Лис.

Это сокращение отзывалось в ней теплом. Как будто ее имя принадлежало ему немного больше, чем ей самой. Как будто в нем было что-то их личное.

На секунду ей захотелось подойти ближе, коснуться его руки. Убедиться, что он действительно стоит, а не держится из последних сил. Но она сдержалась. Качнула головой и тихо закрыла за собой дверь.

А внутри комнаты под тонкой панелью лежал такой молчаливый меч.

И, казалось, вместе с ним ждала сама история. Готовая, наконец, быть рассказанной.

Глава 11

Утро началось тишиной. Не обычной ленивой тишины раннего часа, а почти настороженной. Ни шагов в коридоре, ни привычного глухого стука по дверям. Будто все действительно участвовали в ночной вылазке и теперь устало прокручивали ее в памяти. Но эта тишина означало другое. Никто ничего не знал.

За окнами медленно светлело. Небо окрашивалось в мягкий золотистый оттенок, и солнечные лучи, пробиваясь сквозь стекло, осторожно касались стен, мебели, пола, будто проверяли, все ли на своих местах. Снаружи мир начинал новый день, не подозревая, что в одной из комнат лежит оружие бога.

Элис стояла перед дверью Ривера и не решалась постучать. Ей было неловко приходить к Риверу одной. Комната – это личное. Почти интимное пространство. К Рози она могла ворваться без стука, завалиться на кровать и обсуждать что угодно. Но здесь…

Щеки предательски загорелись. Сразу вспомнился клуб, их объятия. То, как он держал ее, слишком крепко для случайного жеста. А потом та ночь, когда он пришел к ней. Они больше не возвращались к тому разговору. Как будто решили, что проще притвориться, будто ничего не произошло. Но забыть – не значит стереть.

Элис тряхнула руками, будто стряхивая лишние мысли, и дважды постучала. Дверь открылась почти сразу.

– Ты уже не спишь? – удивленно спросила она.

Ривер стоял в простой темной футболке и брюках. Волосы слегка растрепанные, лицо усталое. Он выглядел так, будто и не спал вовсе.

– Все равно не смог бы, – спокойно ответил он и отступил в сторону. – Заходи.

Элис прошла в комнату. Комната выглядела точно так же, как вчера: аккуратно застеленная кровать, чистый стол у окна, модели машин на полке, ни одной лишней детали. Все на своих мечта.

Но атмосфера давила. Меч притягивал внимание, даже будучи скрытым.

Именно в данный момент Элис разглядывала комнату с таким интересом. Вчера мысли были забиты совсем другим, да и усталость сыграла свою роль.

Сейчас же бросалось в глаза, как каждый участник Ордена по-своему обживает одинаковые стены. Кто-то вешал плакаты, кто-то приносил растения, кто-то расставлял книги. А комната Элис… оставалась почти пустой.

Говорило ли это о том, что она до сих пор не чувствует себя частью этого места?

Да.

– Я готова, – сказала она, не глядя на Ривера. – Если ты не против.

– Я и ждал.

Он подошел к шкафу, нажал на скрытый механизм. Панель щелкнула, открывая тайный отсек. Элис замерла. Она знала, что о нем осведомлен только Лиам. Даже Рози была не в курсе. Осознание доверия вспыхнуло в груди чем-то теплым. Щеки снова залились румянцем, но она быстро заставила себя сосредоточиться. Сейчас не время думать об этом.

Ривер аккуратно достал меч и положил на кровать. Темный металл тускло отразил утренний свет.

Элис подошла ближе. Ладони вспотели, и она несколько раз вытерла их о штаны, прежде чем решиться. Внутри буянили неизвестность и страх, с которыми было тяжело совладать.

– Ты уверен, что стоит это делать здесь?

– Здесь ты в безопасности, – сказал он. – И у тебя есть время. Не десять минут. Столько, сколько нужно.

Она кивнула. Села на край кровати и осторожно коснулась рукояти, предоставляя себя своему дару, отдавая все свои силы на него, чтобы найти как можно больше информации.

Сначала – ничего. Лишь холод под пальцами. Потом…

Вспышка.

Мальчик. Совсем юный, держащий деревянный меч. Он тренируется в одиночку, в поле, среди высокой травы. Его движения неловкие, но в них уже видно стремление стать сильным.

Вспышка.

Старший воин. Мужчина с острым взглядом учит его держать равновесие. Ругается, когда тот падает, но потом помогает подняться.

Вспышка.

Первые победы. Первая кровь. Страх. Торжество. Бог, ставший воином. Воин, ставший богом.

Вспышка.

Сражения. Города. Потери. Он молчит, когда умирают его товарищи. Он смотрит вперёд, когда другие бегут.

Вспышка.

Роус стоит на поле среди огромной толпы. Его меч воткнут в землю. Он говорит, едва открывая свой рот, но звук не доносится. Только жесты, будто он отдаёт не меч, а свою силу.

Вспышка.

Несколько столетий меч продолжал стоять, воткнутый в землю. Лишь изредка проходили дети, быстро о чем-то перешептываясь. В их глазах была смесь страха и восторга, словно они видели живую легенду, о которой ходило много ужасных историй.

Вспышка.

И сразу темнота.

Элис резко выдохнула и отдернула руку.

– Всё в порядке? – Ривер тут же оказался рядом, опускаясь перед ней на корточки.

Она кивнула, собираясь с мыслями.

– Я видела его жизнь. Не все, обрывки. Но этого уже достаточно, чтобы понять, что он настоящий.

– Что-то важное? – спросил он, бегая глазами по ее лицу, пытаясь считать все эмоции, чтобы задать нужные и важные вопросы.

Элис замедлила дыхание и покачала головой.

– Не думаю. Это было… личное. Его путь. Его одиночество. Его боль. Но не пророчество.

Комната Ривера погрузилась в тишину. Меч лежал на постельном бельем, тусклый свет лампы падал на лезвие, и оно казалось почти черным, поглощающим свет.

Элис сидела напротив, не сводя глаз с артефакта.

Внутри проснулась какая-то злость. Перед ней оружие бога! Она способна прикоснуться к его прошлому, и все равно не управляет видениями. Они идут хаотично, будто издеваются.

Девушка нахмурилась, продолжая смотреть на меч, словно у них завязалась ссора. Она мысленно ругалась то на артефакт, то на саму себя.

Ривер молчал, лишь медленно дыша, но не прерывал мысленную ругань Элис, понимал, что ей нужно сосредоточиться.

Элис снова дотронулась до рукояти, уже жестче, как будто хотела показать свою силу.

Вспышка.

Поле. Тренировка. Детство. Уже было.

Элис резко отдернула руку и снова коснулась, отдавая себя своему дару целиком.

Вспышка.

Храм. Война. Пламя. Уже было.

– Нет, – прошептала она, сжав зубы. – Не это. Дальше.

Она закрыла глаза. Сосредоточилась. Внутренне тянулась не к мечу, а куда-то сквозь него: вглубь, в нити, в пульсацию прошлого.

– Покажи мне не просто его путь… покажи, когда всё сломалось, – тихо попросила она, будто меч мог ее услышать. – Я знаю, ты можешь. Я должна это видеть.

Видения не шли сразу. Меч будто сопротивлялся, его прошлое жило своей волей, но Элис не отступала. Рука дрожала от усталости, лоб покрылся испариной. Она продолжала, она обязана была продолжить, хотя бы для себя.

Минуты текли. Сначала без изменений. Потом что-то щелкнуло внутри неё, как будто натянутая струна наконец отпустила.

Вспышка.

Дождь. Грохот неба. Город под тучами. Толпы людей на улицах. Лица искажены страхом.

Роус стоит на балконе храма, один, с обнаженным мечом. Он говорит, но слов не слышно. Лица внизу гневны. Его больше не боготворят. Они его боятся.

Вспышка.

Люди кричат на него целой толпой, они не доверяют ему.

– Он потерял право вести нас, – говорит кто-то.

Вспышка.

Город в огне. Но теперь не он защищает, он разрушает.

Роус стоит один посреди улицы. На нём следы ран, одежда изорвана. Толпа с факелами и оружием надвигается. Он не защищается. Он смотрит на них… с болью.

– Я… не хотел этого.

Вспышка.

Роус опускается на колени. Под ним обугленная земля.

Меч в его руках дрожит. Он вонзает его в почву.

– Прости меня, – голос звучит в ушах Элис.

Его глаза наполнены слезами. Лицо исказила усталость веков.

Он проводит рукой по воздуху. Пространство перед ним трескается, как стекло. Появляется разлом – неровная, извивающаяся щель, из которой струится свет.

Роус делает шаг внутрь и исчезает.

Меч остается.

И снова темнота.

Элис сидела неподвижно, будто в трансе. Её рука всё ещё касалась рукояти меча Роуса, и только редкое, поверхностное дыхание напоминало, что она всё ещё здесь, в комнате Ривера.

Дверь приоткрылась. Внутрь первым шагнул Лиам, за ним Рози. Он собирался пошутить, но замер, увидев, в каком состоянии находится Элис.

– Осторожно, она, похоже, всё ещё в процессе, – прошептала Рози, прикрыв за собой дверь.

– Вот дерьмо… – только и сказал Лиам, подходя чуть ближе. – Похоже, у неё получилось.

Ривер молча сидел в кресле у стены. Он ни разу не вмешался, давая Элис всё время, которое было нужно. Но когда она наконец вздрогнула, как будто вынырнула из-под воды, все трое напряглись.

Элис откинулась назад и начала задыхаться, будто всплыла с огромной глубины. В висках стучало. На коже образовался холодный пот. Рука, державшая меч, дрожала.

Она сидела в комнате Ривера, но ощущение было, будто она покинула этот мир на часы.

– Элис? – мягко спросила Рози.

Элис моргнула, не сразу сфокусировавшись на их лицах. Потом, словно вспомнив, где находится, вытерла пот со лба и глубоко вдохнула.

– Я… я видела, – её голос был охрипшим. – Конец. Конец его мира. Люди шли на него. Он не сопротивлялся. Он… он вонзил меч в землю. Попросил прощения. Потом провёл рукой по воздуху и исчез. Там был разлом. Он просто ушёл… куда-то.

Повисла тишина.

Лиам присвистнул, садясь на край стола.

– Мда… Драматичный дядя. А теперь у нас его меч. И, возможно, проблема.

– Он был сломлен, – пробормотала Элис, словно защищая Роуса. – Он не погиб. Он решил уйти по своей воле.

– Или спрятаться, – вставила Рози. – Боги тоже ошибаются.

– Или оставил подсказку, – задумчиво добавил Ривер.

Лиам сидел, раскачиваясь на задних ножках стула. Его взгляд лениво блуждал по комнате, пока Элис, уставшая, все еще приходила в себя после глубокого контакта с мечом.

– А вы заметили, как она цепляется за образы? – произнес Лиам негромко. – Это ведь не просто видения. Это как будто… как будто она забирает куски чужих воспоминаний.

Рози медленно подняла бровь и скрестила руки на груди.

– Ты к чему клонишь?

Лиам коротко усмехнулся и переглянулся с Ривером. Слишком выразительно, чтобы это осталось незамеченным.

– Просто интересно, скажет он ей или нет.

Элис оторвалась от своих мыслей и вопросительно уставилась на них. Что они скрывают?

– Скажет что?

Ривер резко посмотрел на Лиама, в этом взгляде было предупреждение. Но Лиам уже сделал шаг вперед, словно нарочно переступая черту.

– Ну, мы обсуждали одну любопытную штуку, – произнес Лиам с показной легкостью. – Когда ты тронула Ривера. В клубе. Помнишь?

Воспоминание вспыхнуло слишком ярко: музыка, свет, его ладонь на ее талии.

Элис нахмурилась.

– Ну… да.

Лиам улыбнулся шире, но теперь в его глазах был не только юмор, но еще и интерес исследователя.

– Ты ведь… как бы это сказать… показала ему разговор. Мой с тобой. Про него.

Мир на секунду будто сдвинулся.

– Что? – выдохнула она.

Ривер сжал челюсть и отвел взгляд.

– Она не знала, – пробормотал он сквозь зубы, не скрывая раздражения. Внутри у него уже закипало, но голос оставался ровным.

– Теперь знает, – пожал плечами Лиам, не теряя своего привычного тона. – Мне кажется, это довольно важно. Скрывать такое – не слишком честно.

Элис выпрямилась, глаза ее расширились от внезапной информации.

– Подожди… – она смотрела то на одного, то на другого. – Ты хочешь сказать, что когда я тронула Ривера, я передала ему… наш разговор? Как видение?

Лиам кивнул.

– Слово в слово. Интонации. паузы. Всё. Будто ты просто подключила его к воспоминанию.

Элис побледнела.

– Я… Я не умею так. Я не хотела!

Она бросила быстрый взгляд на Лиама, почти извиняющийся, словно боялась, что раскрыла что-то намеренно. Потом на Ривера.

Он наконец заговорил:

– Я знаю. Это вышло случайно. – Было видно, как он пытался подбирать слова, говорить аккуратно. – Но это значит, что твой дар может не только видеть. Он может еще и передавать. В том числе неосознанно.

Слова повисли тяжелым грузом. Элис ссутулилась, ошарашенно глядя в одну точку. Она словно пыталась закрыться от всего мира. Ей хотелось, чтобы все взгляды в комнате не были направлены на нее. Она ощущала себя загнанным котенком в угол, над которым сейчас будут издеваться. Хотя фактически такого просто не могла быть. Значит, Ривер почувствовал и ее эмоции? Страх, недоверие, злобу?

– Это… – она сглотнула. – Это уже не просто видения. Это… Я как канал между людьми.

– А теперь представь, – оживился Лиам, – если ты смогла передать Риверу наш разговор, который он даже не слышал… может, сможешь передать и образ Роуса. Лицо. Взгляд. Его суть. Если да… тогда Ривер сможет…

– Телепортироваться к нему, – закончила за него Элис.

Все замолчали.

Эта мысль повисла в воздухе, слишком огромная, слишком невозможная. Но… реальная. И при этом ужасающая. Ее способности выходили на другой уровень, о котором она даже и догадываться не могла.

И Элис впервые почувствовала не страх, а дрожащую веру: если она научится контролировать это, они смогут найти бога. Найти Роуса. Найти ответы. Или конец всему.

– Ну? – Лиам хлопнул в ладони, разрушая напряжение. – Раз ты уже поняла, что можешь делиться воспоминаниями – давай проверим это.

– Что? – Элис напряженно подняла взгляд.

Он обернулся к Риверу и кивнул.

– Она видела Роуса. И если сможет передать тебе его образ, ты сможешь телепортироваться к нему. Ну, если он где-то вообще есть.

– Лиам… – Ривер нахмурился, но тот продолжал:

– Сейчас у нас меч. У нас кусок истории. Мы ближе, чем были когда-либо. – Его энтузиазму не было предела, а голос чуть ли не взвизгивал от возбуждения. – Не теряй момент. Элис, давай. Просто подумай о Роусе и коснись Ривера. Как в клубе.

Элис побледнела. Она взглянула на Ривера, потом на Лиама… и снова на меч.

В голове всё смешалось. Роус на коленях, разлом. И другое, то, о чем никто не знал, кроме нее. Умирающий Ривер на ее руках.

Если она передаст это ему…

– Элис? – Ривер подошел ближе. – Всё хорошо?

– Я… – губы её задрожали, голос срывался. – Я не уверена, что смогу. Не сейчас.

– Да ты уже передавала. В клубе. – Лиам подошел ближе. – Это просто. Образ, лицо. Эмоция. Ты же сильная.

«А если нет?.. А если я покажу ему, как он умирает?..»

Сердце билось где-то в горле, в висках стучало молотком. Элис не дышала. Паника, липкая, холодная, охватывала каждую клетку тела. Она чувствовала, как руки снова начинают дрожать.

Ривер положил руку ей на плечо максимально осторожно.

– Ты не обязана, если не хочешь, – голос его был теплым, обволакивающим.

Но именно это разрывало ее сильнее всего. Он доверяет, а она знает то, что может его сломать.

– Я… – Она вздрогнула, словно от удара. – Прости.

Попыталась сосредоточиться. Ривер дал ей свою руку, смотря на нее с полной уверенностью. Элис прикоснулась к нему невесомо, словно перышко падало на землю. Она прикрыла глаза, поджав губы.

Девушка пыталась представить Роуса. Его лицо. Шрамы. Гнев. Меч. Войны. А потом – та сцена.

Он, стоящий на коленях. Меч в земле. Слёзы. Разлом. Исчезновение.

И Ривер. Мёртвый. Его тело на ее руках.

– Нет! – крик сорвался прежде, чем она успела его остановить.

Она резко отпрянула от Ривера, словно обожглась. В глазах появились слезы, а дыхание сбилось.

– Я не могу! Я не… – В горле затаился ком, из-за которого было сложно говорить. – Прости. Я… я не могу.

Ривер удивленно замер. Он не видел картин, но чувствовал всплеск боли, как удар волной. Он сделал шаг вперёд и остановился, не навязываясь.

– Ты что-то скрываешь. Я чувствовал твою боль.

Элис сжала кулаки. Смотреть ему в глаза было невыносимо. Если он увидит, он попытается всё изменить. А она не знает, можно ли. И если нельзя, он может приблизить свою смерть.

– Пожалуйста… не заставляй меня. – прошептала она, стараясь изо всех сил сдерживать слезы в глазах, не давая им омыть щеки.

Он смотрел на неё долго, изучал ее глаза, поджатые губы, которые вот-вот были готовы задрожать, потом медленно кивнул.

– Хорошо. Не буду. Пока.

Лиам отвел взгляд, чувствуя, что зашёл слишком далеко.

Повисло тяжелое молчание. Только затрудненное дыхание Элис и неумолкающий стук её сердца. Ривер всё ещё смотрел на Элис. Его глаза оставались серьезными с долей недоверия, но голос был мягким, почти заботливым:

– Ты слишком долго использовала свою свой дар. – Он сделал шаг ближе, стараясь не пугать. – Твое состояние… это может быть просто истощение. Ментальное. Эмоциональное. Ты выжала из себя слишком много.

Элис опустила взгляд. Она знала, он так говорил, потому что не хотел давить. Потому что не готов поверить, что дело в чём-то большем. Или просто не хочет этого видеть.

– Отдохни сегодня, – продолжил Ривер. – Днём поспи, приведи себя в порядок. А вечером… если захочешь, зайдёшь ко мне. Мы спокойно потренируемся. Без давления.

Элис кивнула. Слабое, благодарное движение головы, но внутри всё ещё буря.

– Спасибо… – прошептала она.

Ривер коротко улыбнулся, но в глазах всё равно осталась тень тревоги. Он повернулся и вышел из комнаты, не дожидаясь её слов.

Элис осталась в его комнате, как и Лиам с Рози. Целительница что-то гневно шептала ему, но слов Элис не разобрала. Несколько секунд она просто стояла, чувствуя, как напряжение постепенно отступает, оставляя после себя пустоту. Потом медленно направилась к себе.

Комната встретила её тишиной и мягким полумраком. Она села на кровать, прижала ладони к лицу и замерла.

Прошло минут десять, когда в дверь тихо постучали.

– Да? – голос был хрипловатым.

– Это я, – прозвучал голос Лиама у открывшейся двери. – Могу?

Элис медленно кивнула, и Лиам уже полностью открыл дверь, не дожидаясь ответа. Он выглядел спокойнее, чем раньше, но сдержанно, будто уже пожалел о том, что давил.

– Принёс стратегический запас сладкого, – сказал он, вытаскивая из-за пазухи маленькую плитку шоколада. – Помогает от нервов. Проверено на Рози, когда она срывается.

Элис слабо усмехнулась, взяв шоколад и поблагодарив его едва заметным движением губ.

– Слушай, – начал Лиам, устроившись на стуле у стены, – я не хотел, чтобы ты… ну, в общем, я перегнул. Прости. Я просто… я бы на твоём месте сошёл с ума от того, что в голове столько образов, и никто не может помочь.

Она кивнула. Он был прав, но этого было недостаточно, чтобы всё рассказать.

– Всё нормально, – тихо ответила она. – Просто тяжело. Я сама не понимаю до конца, как всё работает.

– Угу, – кивнул он, играя прядью своих волос. – А если бы могла? Понять. Что бы сделала первым делом?

Элис посмотрела на него, прищурившись.

– Ты пытаешься вытащить из меня секреты?

– Ме-е-е… может быть, – Лиам натянуто улыбнулся. – Ладно. Шучу. Просто хотел понять, как ты вообще держишься. После всего. Два нападения, меч, ты в центре всего этого. Ладно мы, знакомы с этим с детства. А ты не подготовлена.

– Я держусь, потому что должна. – Голос ее стал чуть твёрже. – Не потому что могу.

Лиам стал серьёзным.

– Если захочешь выговориться – я рядом. Только учти: я слушаю лучше, чем кажется. И… да, могу пошутить в самый неподходящий момент, но это потому что иначе я не умею.

Элис улыбнулась. Она понимала, что Лиам не был плохим парнем. Любой может перегнуть, тем более в их стрессовой ситуации. Она не держала зла.

– Спасибо, Лиам.

Он встал, похлопал её по плечу и направился к двери.

– Не за что. А теперь спи. А то ты начнёшь видеть прошлое собственного матраса. Хотя… вдруг в нём скрыта древняя сила?

Она фыркнула от смеха, а Лиам, довольный этим, вышел, прикрыв за собой дверь.

Комната снова погрузилась в тишину. Элис сжала шоколад в руках, прижимая его к груди. Но мысли все равно возвращались к Риверу. К его взгляду. К его руки, протянутой без сомнений. И к тому, что однажды ей придется рассказать ему правду.

***

Элис пришла в архив почти на автопилоте, ноги сами привели ее туда, где стены были толще, а мысли звучали тише. Ей нужно было место, где ничего не требовало решений, где страницы не спорили, не подозревали, не смотрели с укором.

Здесь воздух казался плотнее. Он пах старой бумагой, сухим деревом и чем-то терпким, будто временем. Где-то в глубине зала тихо перевернули страницу, звук прозвучал неожиданно громко в общей тишине. Девушка уже прочитала все, что было связано с богами, пророчествами и концом света Но перечитывать знакомое было проще: в уже изученных строках было все предсказуемо и контролируемо.

Элис провела пальцами по корешкам книг, ощущая неровности кожи. И только тогда заметила его.

Мартин сидела за дальним столом, прямо под лампой. Свет ложился на его плечи, подчеркивая четкую линию спины. Он не сутулился, не двигался лишний раз, даже перелистывал страницы аккуратно, будто работал с уликами, а не с хрониками. Он услышал ее шаги – Элис заметила, как едва заметно напряглись его плечи, – но не обернулся.

– Чего тебе? – холодно бросил он, не поднимая глаз. – Решила прикинуться книжным червем?

Ее губы чуть дрогнули. Не в улыбке, скорее, в усталости.

– Книги успокаивают, – ответила она, медленно приближаясь к столу. Она старалась говорить ровно.

Мартин усмехнулся краем губ.

– Ты слишком быстро пытаешься стать частью Ордена.

Элис остановилась в паре шагов от него, сложила руки за спиной, чтобы скрыть, как пальцы невольно сжимаются.

– Разве плохо хотеть понять, во что я ввязалась? – она склонила голову чуть в сторону. – Ты ведь тоже когда-то был новеньким.

Он закрыл дневник резче, чем обращался с ним до этого. Звук хлопка эхом прокатился по залу. Теперь он смотрел на нее открыто: без крика и вспышек гнева. Взгляд был внимательным, как у человека, который ищет слабое место.

– Да, был. – Он сделал паузу. – Но я не врал, не скрывался и не появлялся неизвестно откуда с непонятным даром.

Его глаза медленно прошлись по ее лицу, будто он пытался поймать микродвижение, дрожь, тень сомнения.

– Ты здесь меньше месяца, но вокруг тебя уже столько странностей, чтоы я начинаю думать, может, ты не ответ, а проблема.

В груди у нее неприятно сжалось, словно кто-то осторожно провернул нож, не до конца, а лишь чтобы напомнить о его наличии. Но лицо она удержала спокойным.

– Ты не доверяешь мне. Я поняла, – сказала она тихо.

– Это не вопрос доверия, – медленно произнес он, откинувшись на спинку стула. – Это вопрос безопасности. Нас уже атаковали. Дважды с момента твоего появления. Совпадение?

Слова легли тяжелым грузом. Элис почувствовала, как по спине пробежал холодок, но голос прозвучал неожиданно резко:

– Ты сам в это веришь?

Он не ответил. Просто снова открыл дневник, демонстративно возвращаясь к чтению, словно разговор был окончен и Элис перестала существовать.

Ее это задело сильнее, чем обвинение.

– Я здесь не по своей воле. И если бы могла, давно бы ушла. – Она шагнула ближе. – Но раз уж осталась, то хотя бы постараюсь не сидеть сложа руки. Даже если меня подозревают каждый второй день.

Он снова закрыл дневник, на этот раз аккуратнее. Он поднялся и положил ладони на край стола, отчего пальцы напряженно побелели.

– Странно, правда? Как только в музее случается кража – внезапно никто ничего не видел, не слышал. Ни камер, ни свидетелей. Но я заметил кое-что интересное… – он слегка склонил голову. – В ту ночь ни тебя, ни Ривера, ни Лиама, ни Рози не было в офисе.

Имя каждого напарника прозвучало отчетливо, как отметка в протоколе. Он словно всем уже вынес приговор. Элис заставляла смотреть на него в упор.

– Я уже говорил с Ривером, – продолжил он, обходя стол и медленно приближаясь. – Он, как обычно, загадочный. «Не твоё дело», «непроверенная информация», «совпадения». – Мартин усмехнулся. – Но знаешь, у Ривера есть один плюс – он не ломается под давлением.

Теперь он стоял совсем близко. Слишком близко. Хотелось убежать.

– А ты новенькая. Ты ещё не знаешь, как здесь всё работает. Думаешь, тебя защитят? Может быть. Но на твоем месте я бы не надеялся.

Элис не отступила. Внутри все натянулось, как струна, но внешне она оставалась неподвижной.

– Что ты хочешь, Мартин?

– Я хочу понять, кто играет в двойную игру. – Он смотрел прямо в ее глаза. – Меч Роуса исчез. Не какая-нибудь побрякушка, не кольцо с блошиного рынка, а артефакт. И ты, новенькая, как по волшебству, появилась с даром видеть прошлое. Очень удобно, правда?

Элис скрестила руки, чтобы скрыть, как учащенно бьется ее сердце.

– Ты обвиняешь меня?

– Я спрашиваю. – Он сделал еще полшага. – Тебя поставили под наблюдение не просто так. Все смотрят. И если ты думаешь, что можешь втихую играть в героиню – ты ошибаешься.

Элис выдержала паузу. Сказанное разозлило её, но она старалась говорить ровно:

– Если бы я хотела скрыть правду, я бы сказала, что не понимаю, о чем ты. Но скажу прямо: я не крала меч. И если ты хочешь что-то доказать – ищи улики, а не дави на меня словами.

Мартин смерил её взглядом, будто ожидал, что она вот-вот дрогнет. Он ждал ее ошибки, ее запинки.

– Ты слишком спокойна, – медленно произнес он. – Это подозрительно.

– Или я просто знаю, что не виновата.

Она искренне надеялась, что в данной ситуации она умела врать, точнее даже она верила в свою ложь, которая в ее подсознании в данном диалоге была уже правдой.

Некоторое время Мартин смотрел на неё в тишине. Потом хмыкнул и вернулся к своему столу.

– Посмотрим, как долго ты продержишься. Архив открыт. Пользуйся. Пока можешь.

Элис не ответила. Прошла мимо, выбрав том с выцветшей обложкой.

А внутри всё кипело. Не от страха, а от злости. От того, как легко на нее пытаются повесить ярлык.

Элис хотела уйти сразу же, но это вызвало бы больше подозрений, поэтому назло Мартину она сидела и пыталась читать. Иногда строки шли мимо глаз, все путалось и приходилось перечитывать. Самое главное, что спустя время Мартин ушел. Спасибо, что напоследок он ничего не сказал. В этот момент Элис громко выдохнула.

Она с Мартином никогда не общалась, даже обычными приветствиями не обменивалась, а тут он решил на нее налететь с допросом. Ночное проникновение повесит на нее еще больше подозрений. Она надеялась, что в случае чего Рози, Лиам и Ривер поддержат ее. Теперь они окончательно в одной лодке. Начнет тонуть один – потонут все. Разлад в Ордене никому не нужен, а если узнают о краже, то неизвестно, что пятые звезды решат с ними сделать. Все, может, получат обычный выговор, но что будет с Элис? Она чужая, даже несмотря на слова о принятии в маленькую семью, которая состоит из Рози, Лиама и Ривера. Они могут иметь друг к другу претензии, но никогда не дадут друг друга в обиду. Ребята сформировали крепкие узы, которых никогда не было у Элис.

Желудок заурчал, напоминая о приеме пищи. Элис аккуратно вернула на полку дневник и направилась на кухню, все еще находясь в своих мыслях. Она надеялась, что еда сможет ее отвлечь.

Кухня не была пустой, что не удивило, так как в светлое время суток кто-нибудь да приходил пожевать. На удачу Элис там были Рози и Лиам. А ещё Рональд, который постоянно был одет с иголочки. В нос ударил аромат свежего кофе и чего-то горелого. Вероятно, очередной кулинарный эксперимент Рози. Она не сдавалась научиться готовить.

– А вот и наша гостья! – протянул Лиам с ухмылкой. – Прошу к нашему огненному угощению. Оно может убить, но в основном от вкуса.

Элис оглядела помещение: Лиам, который стандартно развалился на стуле, положив ноги на стол, Рози, которая снова бегала над плитой, размахивая тряпкой, и Рональд, сверкающий своей яркой улыбкой.

– Или от температуры, – добавил Лиам. – Рози, это тост или покушение? Тебе стоит оставить свои попытки в готовке.

Целительница демонстративно закатила глаза.

– Ты просто не ценишь хруст! – и гордо показала черный кусок хлеба.

Элис заулыбалась, здесь было всё как всегда, где эти ребята, там всегда веселье. Лиам даже на похоронах мог бы рассмешить людей.

Элис быстро налила себе чай, взяла сэндвич из холодильника и села за стол напротив Рональда. Желудок снова заурчал, но кусок в горло не лез. Она не понимала, за какую мысль схватиться, все перемешалось.

Ребята что-то начали обсуждать, она слышала сквозь шум в ушах их смех, но сама смотрела только вперед на кружку чая.

– …а потом этот охранник такой: «Пропуск?» – с пафосом пересказывал Лиам. – А я стою в костюме библиотекаря, с пузом подушечным и усами на клею! Говорю: «Я вообще-то в отпуске, сэр. А вы не могли бы показать мне, где у вас отдел мифических животных?»

Рози фыркнула в кружку. Она уже убрала все следы неудавшегося обеда.

– Не верю, что ты это выдал всерьёз.

– А зря. Он проводил меня к стенду с фауной древнего Севера. Подумал, наверное, что я сумасшедший.

Элис слабо улыбнулась, будто она слушала его рассказ. Что нужно было сделать, чтобы убавить внутреннюю дрожь? Пока она пыталась сосредоточиться на настоящем, дверь в кухню открылась – на пороге появился Мартин.

Все мгновенно собрались, словно пришел давний злодей. Даже Лиам замолчал и убрал ноги со стола.

– Добрый день – сухо произнес Мартин, оглядывая всех за столом.

Все вместе кивнули Мартину в знак приветствия, Элис же сидела тихо в надежде, что ее он не увидит.

Взгляд Мартина остановился на ней. Холодный, изучающий. Он не сказал ей ни слова, но ей этого и не нужно было, она почувствовала всё. В его взгляде было не подозрение, а уверенность. Уверенность в ее вине.

Элис отпрянула на спинку стула, будто хотела спрятаться от этого давления. Пальцы автоматически сцепились, плечи напряглись.

– Рональд, за мной, – сказал Мартин в приказном тоне и, не задерживаясь, вышел из кухни.

Рональд кинул на прощание Рози, чтобы та не сожгла кухню при следующем эксперименте с готовкой, целительница уверенно показала ему средний палец, даже не повернувшись. Потом дверь тихо закрылась.

Элис сразу поникла. Её плечи, казалось, снова потяжелели.

– Вот теперь, – заметила Рози, – у тебя выражение лица, как у человека, которому пообещали отпуск, а потом заставили читать три тома пророчеств.

Элис долго молчала, потом всё-таки выдохнула:

– Утром Мартин подошёл ко мне. В архиве. Начал говорить о мече.

Лиам и Рози напряглись.

– Он знает? – осторожно спросил Лиам.

– Он… не знает, но подозревает. И сильно. Сказал, что Ривер увиливает от прямых ответов. И что новенькая, то есть я – морально слабее. Надеется, что я проговорюсь.

– Ну, это грубо, – отозвалась Рози. – Слишком по-мартиновски.

– Я держалась, – тихо добавила Элис. – Но это было неприятно. Он… будто копал.

– И будет копать, – пробормотал Лиам. – Он не из тех, кто бросает подозрения в сторону. Но ты молодец, что выдержала.

Рози подошла ближе и села рядом, чуть приобняв Элис за плечи.

– Мы с тобой, ясно? Никто тебя тут не сдаст.

Элис слегка улыбнулась, благодарная за это.

А рядом Лиам снова вздохнул и заговорщицки протянул:

– Но на всякий случай… стоит подумать, как выкручиваться, если Маркел решит устроить общий допрос. Думаю, к этому моменту я смогу научиться плакать по команде. Что удивительно, в Ордене все слишком тихо после таких вестей. Мне казалось, что как только все узнают, начнется переполох. Учитывая, что Ривер озвучивал свое предложение о музее перед всеми. Но нас с Рози даже никто не тронул. Опять Ривер, наверное, постарался.

Рози кивнула в знак подтверждения. Видимо, не первый раз Ривер отвечает за всех. Он действительно был прирожденным лидером.

Рози громко выдохнула, словно это ее некоторое время назад допрашивали.

– Только никто не предугадал действия Мартина. Зная его наклонности… удивительно, что он не привел Элис в какую-нибудь пыточную.

У Элис пробежали мурашки по всему телу, не хотелось бы ей оказаться снова наедине с Мартином. Он действительно выглядел зловеще, но внешность обычно отличалась от внутреннего мира. Мартин, видимо, исключение.

– Элис, – Рози повернула ее к себе с тревогой в глазах, – если ты снова останешься где-то наедине с Мартином, то не давай к себе прикасаться, а лучше вообще уходи!

Элисон начало бить мелкой дрожью. Она догадывалась, на что намекает Рози.

– Какой у него дар? – тихо спросила ведунья.

Целительница посмотрела на Лиама, поджав губы.

Парень на секунду замешкался, будто подбирая слова, но всё-таки ответил:

– У него дар от Инферниса, бога огня. Он… – начал тихо, – причиняет боль. Прикосновением.

Элис медленно повернула голову к нему. Руки сжались в кулаки.

– Что?

– Не физические раны. Ничего не остаётся. Но… – Лиам запнулся, и его голос на мгновение стал непривычно серьёзным. – Это не то, что можно забыть. Он вызывает боль в теле, будто внутри тебя что-то выворачивают. И чем больше ты сопротивляешься, тем больнее становится. Говорят, он может поймать нужную эмоцию и надавить на нее, чтобы усилить эффект.

Рози, сидящая напротив, сжала зубы.

– Он редко это применяет. Но если решит, что кто-то несёт угрозу Ордену – не станет долго думать. Он хладнокровный. Не садист. Просто… опасный.

Элис почувствовала, как в животе сжался холодный ком. Теперь она понимала, почему Рози раньше так нервно реагировала на упоминание Мартина.

– Он бы стал применять это ко мне? – прошептала она.

Рози подняла взгляд.

– Пока нет. Но если решит, что ты врешь, то может. Особенно если не найдёт доказательств и захочет получить их силой. Для него это инструмент.

– Он так меня изучал… – Элис опустила глаза, вспоминая ту холодную сцену в архиве. – Он вёл себя так, будто проверяет, сломаюсь я или нет.

– И это ещё мягко, – буркнул Лиам. – У него это фирменный подход. Сначала психологическое давление. Потом, если не помогает, подключает дар. Он не из тех, кто будет орать или бить. Он просто дотронется, а ты уже молишься, чтобы он остановился.

Элис поежилась. Она вспомнила, как Мартин стоял близко в архиве, как смотрел в глаза, как будто решал, нажимать ли на спусковой крючок.

– Он бы не посмел… – прошептала она, хотя сама себе не поверила.

Рози тихо сказала:

– Если сочтет, что это спасет остальных – посмеет.

Наступила тишина. Даже Лиам не пытался пошутить, что само по себе уже о многом говорило.

– Но, – наконец заговорила Рози, – ты не одна. Если он попробует – мы узнаем. И поверь, Ривер не даст ему тронуть тебя.

Лиам откинулся на спинку стула и кивнул.

– Да, Ривер тот ещё ледяной бастион, но ради своих он глотку перегрызет. Особенно если это ты.

Элис не знала, что сказать. Внутри всё сжималось от тревоги. Но в этой кухне, с этими людьми, стало хоть немного спокойнее.

После тяжелого разговора тишина все еще висела в кухне плотной пеленой. Каждый думал о последствиях, которые могут появиться из-за действий Мартина.

Рози первой нарушила молчание:

– Ладно. Хватит мрачности. Я всё равно допеку эти чёртовы тосты. Хоть один раз они будут золотистыми, а не угольно-чёрными.

Она встала, снова подошла к плите, и это простое движение будто вернуло ритм в пространство. Лиам медленно потянулся, словно просыпаясь после внутреннего оцепенения.

– Может, и вправду стоит устроить вечер фильмов, – пробормотал он, выпрямляясь. – Если Ривер нас не пристрелит за громкий звук.

– Или за твой храп, – хмыкнула Рози.

Элис наконец-то улыбнулась. Напряжение немного ослабло.

Она поднялась, поставила пустую кружку в раковину и прошептала:

– Спасибо вам.

– Ты с нами, – мягко сказала Рози, не оборачиваясь от тостера.

Лиам кивнул и подмигнул.

– Ты однажды спасёшь нас всех, я в этом уверен. Или хотя бы меня. Сначала меня, ладно?

Все дружно засмеялись. Вот как так выходило, что в один момент все бурлит внутри от страха, в другой уже смеешься, словно ничего и не произошло? Эмоциональные качели потихоньку сводили Элис с ума. Но смех ребят заставлял ее немного успокоиться. Она наконец-то начала получать ту поддержку, которой ей так не хватало с самого начала. Но вместе с этой поддержкой приходили ещё большие проблемы.

Элис только собиралась ответить, как дверь кухни распахнулась с такой силой, что Лиам чуть не опрокинул чашку.

– Срочное собрание! – выдохнул Рональд. Его обычно спокойный вид был нарушен беспокойством: ворот рубашки расстегнут, взгляд метался. – Все в зал. Срочно. Прямо сейчас.

– Да чтоб тебя… – простонала Рози, отодвигая тарелку. – Мы только поели.

– Да, наконец-то хлеб был не чёрный! – буркнул Лиам, вставая.

– Все, включая Элис, – добавил Рональд, и это прозвучало как выстрел.

Комната погрузилась в ледяную тишину. Рози медленно повернулась к Лиаму. Лиам – к Элис. Элис – к пустоте перед собой. Это не было обычным собранием. Ее еще ни разу не допускали до общего собрания, у нее была всего лишь одна звезда, которая не давала права участвовать во внутренних делах Ордена.

– Что случилось? – тихо спросила Элис, уже зная ответ.

Рональд лишь покачал головой:

– Пятые звезды прибыли. Они… будут говорить лично. Пойдём.

Спустя несколько минут они уже были в зале собрания. Просторный и светлый зал был напряжен до предела. В обычной ситуации Элис бы постаралась рассмотреть все, но сейчас все были сосредоточены, гадая, к чему собрание. В центре стояло три фигуры, одной из которых был Маркел. Пятые звезды. Авторитеты Ордена.

Вдоль стен выстроились остальные члены Ордена. Кто стоял, кто сидел, но почти все смотрели на Элис. Даже если не в открытую, то украдкой. В их взглядах читались тревога, сомнение и холодное любопытство. Мартин стоял у стены, руки скрещены, выражение как у судьи. Ривер стоял в углу, пытаясь казаться незаметным, но именно он привлек взглядом Элис самым первым. Она пыталась прочитать хоть что-нибудь по его глазам, узнать, как ей действовать, что говорить. Но он продолжал смотреть на пятых звезд.

Когда все вошли, один из звёзд, пожилой мужчина с сединой в висках, сделал шаг вперёд.

– Вчера ночью был похищен меч Роуса. Артефакт высшей важности. Доступ к нему был строго ограничен. Запись с камер удалены Защиту каким-то образом обошли. Все это было тщательно спланировано.

Зал взорвался гулом. Голоса, шепотки, тревожные взгляды.

– Мы не обвиняем, – продолжил он, поднимая руку, – но мы спрашиваем. Кто был вне офиса этой ночью?

Элис почувствовала, как жар залил лицо. Её дыхание сбилось. Рядом стояла Рози, не шевелясь. Лиам скрестил руки, пытаясь спрятать напряженные кулаки. При этом их лица были абсолютно спокойными, они знали, что ни у кого не будет веских доказательств против них. Всем давно известно, что ночью частенько участники Ордена выбираются в клуб, по задумке Ривера и прошлая ночь не оказалась исключением.

– Я всё ещё считаю, – голос Мартина разрезал зал, – что у нас под носом растёт предатель.

Он шагнул вперёд, а его взгляд метко впился в Элис, будто ждал, что она дрогнет.

– Слишком много совпадений. Слишком вовремя появилась. Слишком много скрывает. И слишком хладнокровна для обычной девчонки с улицы.

– Перестань, – сдержанно бросила Рози, но Мартин не отреагировал. Он видел перед собой только её – Элис.

Та не выдержала тишины и подняла глаза.

– Ты говоришь так, будто уже знаешь ответ. Тогда зачем спрашиваешь?

– Чтобы услышать, как ты будешь врать, – сухо отрезал он. – Хочу услышать, как ты путаешься в собственных словах. Как уверяешь нас в своей «невиновности», пока в руках у тебя накапливается всё больше силы.

– Я здесь, потому что меня сюда притащили, – отрезала Элис. – Я не просила этого дара, не просила ваших заданий, не просила ваших подозрений. Всё, что я делаю – это пытаюсь помочь.

Она встала чуть ровнее, голос её стал крепче:

– И если ты решил, что я идеальная мишень, то зря. Я не сдамся только потому, что ты решил в меня не верить.

Мартин сузил глаза.

– Удобная позиция. Ничего не знаешь. Просто хочешь «помочь». Но как только крадут артефакт – ты, Ривер, Лиам, Рози – пропадаете. При этом за пару дней Ривер сам изъявил желание пробраться в музей. Совпадение?

– Ты же понимаешь, насколько абсурдны твои обвинения? – Элис тяжело дышала, сдерживая гнев. – Где доказательства? Где логика? Всё, что у тебя есть – это злость и пара подозрений. Может, проблема в тебе?

Рональд, стоящий сбоку, чуть дернулся. Все в зале замерли.

Мартин медленно подошёл ближе. Его голос стал ниже, резче, как лезвие ножа.

– Уверенная. Слишком уверенная. Это даже не защита – это почти насмешка. Я видел, как ведут себя виновные. Ты держишься слишком спокойно. Словно давно решила, что уже победила.

– Нет, – прошептала Элис, глядя в глаза, – я просто не боюсь тебя.

И это было последней каплей.

– Проверим, – сказал Мартин тихо и протянул руку к её плечу.

Она все еще надеялась, что он не будет использовать свой дар при всех, поэтому стояла смирно, не шевелясь. Но пальцы Мартина едва коснулись плеча Элис, и она вздрогнула, будто её ударили током. Боль пришла не извне, а изнутри: словно всё тело сжалось в один пульсирующий нерв. Её губы дрогнули, она попыталась сделать шаг назад, но не успела.

Внутри нее словно произошел какой-то взрыв. Она открыла рот, пытаясь закричать. Тело не слушалось ее, она не могла оттолкнуть его или отойти дальше. Она стояла, мучаясь от невероятной боли, все кости будто ломались разом, а по голове стучали камнем. Слезы потекли по глазам, прошло будто несколько часов, а никто ей не помогал. Время длилось очень медленно, а боль только усиливалась.

В этот миг что-то мелькнуло справа, и глухой удар сотряс воздух. Мартин отлетел в сторону, его сбил с ног сам Ривер.

– НЕ СМЕЙ! – голос Ривера был не крик – это был рёв зверя, который защищает своё. – ТЫ. НЕ СМЕЙ. КАСАТЬСЯ. ЕЁ.

Все в зале замерли. Мартин с трудом приподнялся на локтях, лицо его исказилось от ярости, но прежде чем он успел что-либо сказать, кулак Ривера снова врезался ему в челюсть. Второй удар. Третий. Меткий. Молниеносный.

– Она человек, чёрт побери! – рычал Ривер, снова занося руку. – У тебя нет права! Ни у кого НЕТ ПРАВА причинять ей боль!

– Ривер! – раздался голос Рональда, уже почти в панике. – Прекрати! Ты сейчас…

Но Ривер не слышал. Или не хотел слышать. Он вбивал гнев кулаками, каждый удар был приговором, каждой каплей – защитой.

Только когда руки Ривера начали дрожать, и в зале повисла звенящая тишина, он остановился. Мартин лежал на полу, едва дыша, губы разбиты, взгляд помутнен, но на лице играла зловещая улыбка. Ривер тяжело дышал, пальцы сжаты до белых костяшек.

Он обернулся к Элис. Та стояла в ступоре, прижав руки к груди, глаза полные слёз: от боли, от шока, от того, что всё это случилось из-за неё.

Ривер шагнул к ней. Его голос был сдавленным, обращенный к Мартину:

– Если ещё раз подойдёшь к ней… хоть на шаг… я прикончу тебя.

Он сказал это без угрозы, без ярости. Спокойно. И от этого фраза прозвучала страшнее. Это было предупреждение.

В наступившей тишине слышались лишь тяжёлые вдохи Ривера и сдавленное всхлипывание Элис. Никто не шевелился. Даже те, кто минуту назад мысленно обвинял девушку за украденный артефакт, теперь не могли оторвать взгляда от Мартина, размазанного по полу.

Рози быстро подбежала к Элис, с ужасом смотря на ее лицо, как тряслись ее руки, ноги и губы. Это впервые, когда она почувствовала сильное переживание за человека, когда она хотела взорвать все к чертям в этом зале.

И вдруг к себе привлек внимание мужчина в строгом сером костюме. Его лицо было каменным, глаза ледяными. Это был Маркел.

Он медленно вышел вперёд, и зал словно замер в ожидании.

– Довольно, – негромко сказал он. – Это уже не разбирательство. Это насилие. И злоупотребление силой.

Элис сквозь шум в ушах удивленное вытаращилась на Маркела. Именно он самым первым бросил взгляд на Элис с сомнением, от которого у неё тогда холодела спина. Он внес сомнения по поводу ее верности остальным участникам Ордена! Что поменялось? Разве ему не хотелось вывести ее на чистую воду?

Все обернулись к нему, не веря собственным ушам.

– Мартин, – продолжил Маркел, глядя вниз на неподвижного мужчину. – Ты переступил черту. Ты применил силу внутри зала против того, кто еще не признан виновным. Против новенькой, которую даже не допросили официально. Без приказа. Без разрешения.

Он сделал шаг вперёд и добавил, глядя теперь на всех:

– Мы не звери. И Орден не держится на пытках и страхе. В этой комнате звучали обвинения, но доказательств не было. Ни одного.

Мартин пошевелился, попытавшись подняться, но тут же закашлялся. Его остановил не удар, а тон Маркела.

– Ты знал, что её могут прикрыть. И потому пошёл по самому слабому пути – надавить на неё, потому что она новенькая. Не успела окрепнуть. Не знает правил. Но именно поэтому она и под нашей защитой.

Он повернулся к остальным.

– В этом зале только один нарушил кодекс. И это не она.

Гул поднялся среди членов Ордена: одни зашептались в замешательстве, другие явно пытались осмыслить, что сейчас происходит.

Маркел снова обратился к Риверу:

– Ты не имел права нападать, я это признаю. Но… ты был прав в одном: на ней нельзя было использовать дар Мартина – Он выдержал короткую паузу. – Уведите Мартина. До отдельного разбирательства он отстранен от операций.

Двое членов Ордена бросились к Мартину. Тот не сопротивлялся, но смотрел на Элис с такой затаенной яростью, будто поклялся – он вернётся.

Когда его увели, Маркел задержался взглядом на Элис. Впервые он не был колючим. Он просто кивнул.

– Ты можешь быть опасной. Но пока не доказано – ты с нами.

А потом повернулся и вышел, не дав никому возразить.

Молчание повисло тяжелое и долгое. Ривер подошёл к Элис, медленно, словно не был уверен, стоит ли. Она стояла на месте, глаза полны слез, в груди сжатая боль, и всё, что она смогла сделать – это выдохнуть.

– Я… я в порядке, – прошептала она, но голос предал её.

Ривер мягко коснулся её плеча, не властно, не резко, а осторожно, будто спрашивал: «Можно?»

– Теперь да, – тихо сказал он. – Теперь ты под моей защитой. Официально.

Элис не ответила. Горло будто перехватило, и она могла только кивнуть. Казалось, весь шум вокруг – шепот, глухие шаги, шорохи, – исчез. Остались только он и она.

Ривер подошёл ближе. Его рука, до этого осторожно лежавшая на ее плече, скользнула за спину. Вторую он положил ей на затылок и бережно притянул к себе.

Она не сопротивлялась. Просто шагнула вперёд и позволила себе утонуть в этом объятии. Его запах, знакомый, уже какой-то родной, запах одеколона и чего-то чуть металлического, успокаивал лучше любого алкоголя.

Он обнял её крепче, так, как обнимают не потому что надо, а потому что не могут иначе.

– Всё хорошо, – прошептал он ей в волосы. – Я рядом. Я никому не позволю причинить тебе боль.

И тогда она позволила себе дрожать. От огромного облегчения. От осознания, что кто-то всё-таки стал её опорой.

Где-то на краю зрения она уловила, как Рози наблюдает за ними. Её выражение было… не ревнивым, не осуждающим. Скорее мягким. Как будто она поняла, что сейчас это было нужно.

Лиам, стоявший чуть поодаль, глубоко вздохнул и демонстративно отвернулся, будто говоря: «Ладно. Пускай. Только бы ей стало легче».

Ривер чуть отстранился, глядя ей в глаза.

– Он больше не подойдёт к тебе. Ни при каких обстоятельствах. Клянусь, – сказал он тихо, но в его голосе было столько злобы на ситуацию.

Она кивнула, вытирая слезу.

– Спасибо, – прошептала она. – За то, что… не оставил.

– Никогда, – ответил он так быстро, как будто знал ответ заранее.

В этот момент кто-то кашлянул сзади. Участники начинали расходиться.

– Пойдём. Здесь тебе сейчас не место. Уведу тебя в комнату.

Элис не спорила. Она чувствовала себя истощенной, как будто последние дни сжались в этот один вечер.

Они шли по коридору молча. Люди расступались, не столько из уважения, сколько из растерянности. Никто не знал, что теперь думать. После вмешательства Маркела словно все взгляды и слухи застопорились в воздухе.

Элис будто не замечала их. Она чувствовала, как её пальцы дрожат, а ноги шли вперёд лишь потому, что Ривер уверенно держал её за запястье. Он шёл рядом, не отпускал, и даже не смотрел по сторонам, будто весь его мир сузился до одного: увести её отсюда.

Когда они зашли в его комнату и дверь мягко щелкнула за спиной, Элис наконец смогла выдохнуть.

– Садись, – спокойно сказал он, указывая на кровать. – Хочешь воды? Чаю? Что-то кинуть в стену?

Она слабо усмехнулась, почти неощутимо, но всё же.

– А у тебя есть что-то, что не разобьётся?

– Есть я, – невозмутимо ответил он. – Очень прочный. Проверено Орденом.

Элис хмыкнула и всё-таки села. Ривер не стал суетиться, просто присел рядом чуть сбоку, чтобы не давить, но всё равно быть рядом.

– Я знаю, тебе сейчас не до шуток, – мягко заговорил он. – Но если ты не расслабишься, ты сгоришь изнутри. Ты сильная, но… даже у силы есть предел.

– В этот момент, – тихо произнесла она, – когда он прикоснулся ко мне… я действительно подумала, что всё. Что вот он – конец.

Он опустил взгляд, но потом снова посмотрел прямо в глаза.

– Прости. Я должен был понять, что он на грани. Но я исправил это. И буду исправлять, пока жив.

Элис отвернулась, чтобы скрыть то, как сжались уголки её губ. Слышать от него формулировку «пока жив» было очень больно. В памяти начали всплывать страшные кадры из видения.

– Пока жив… Это не самая ободряющая формулировка.

– Могу изменить. Хочешь, буду говорить «пока я рядом»?

Она застыла. Его голос был всё таким же спокойным, но теперь в нём звучал оттенок, от которого у неё замерло дыхание.

– Это ты сейчас флиртуешь? – наконец выдала она, удивленно распахнув глаза.

– Возможно, – признал он, пожимая плечами. – Удивлён, что ты заметила. Я думал, ты сегодня совсем не воспринимаешь сигналы.

– Я в порядке, – прошептала она, опуская взгляд.

– Нет, не в порядке, – ответил он мягко, – но со мной ты можешь быть любой. Даже не в порядке.

Молчание снова повисло между ними. И в этом молчании он протянул руку, легко коснувшись ее щеки. Пальцы были теплыми, осторожными, почти робкими, как будто он тоже чего-то боялся.

– Элис, – произнес он почти шёпотом. – Я не знаю, к чему это приведет. Но если тебе нужно, чтобы я был рядом – я буду. Не как воин, не как член Ордена. Как человек. Просто я.

Она повернулась к нему лицом. Медленно, словно боялась, что если сделает движение слишком резко, то всё исчезнет.

– Тогда просто побудь здесь. Не говори. Просто… побудь.

– Конечно, – сказал он.

И они остались сидеть рядом. Близко, почти касаясь плечами, ничего не говоря, но в этой тишине было всё, что им сейчас нужно.

Прошло несколько минут. Элис сидела, обняв колени, закутавшись в мягкий плед, который Ривер молча подал ей. Он не пытался говорить лишнего, просто был около нее, изредка бросая на нее внимательные взгляды.

Она долго молчала, но потом почти шёпотом спросила:

– А Маркел… Почему он вмешался?

Ривер чуть повернул голову в её сторону, посмотрел какое-то время, прежде чем ответить:

– Он не из тех, кто любит вмешиваться. Но когда делает – это весомо. Сегодня как раз была такая ситуация. Он ведь… не обладает никаким даром. Ни малейшим. Только умом и опытом. Но для нас это было даже страшнее.

Элис удивленно посмотрела на него.

– Без дара?

– Да, его семья единственная, которая изначально примкнула к Ордену, не являясь одаренными, а потом их путь передавался из поколения в поколение. Он видит всё на шаг вперёд. И именно потому его уважают. Он не силой удерживает Орден. Он удерживает нас словом. А его слово, поверь, весит больше, чем сила многих.

Элис сжала плед крепче.

– А Мартин? Он всегда был таким?

– Да, – коротко ответил Ривер.

Потом, будто раздумывая, продолжил:

– Знаешь, кто впервые начал использовать силу Мартина по-настоящему? Отец Лиама. Когда тот ещё был ребёнком.

Элис удивленно подняла голову.

– Что?

Ривер кивнул.

– Его отец был жестким. Раньше он входил в число пятых звезд, но его решили отстранить, оставив как инвестора, он был и не против. Он считал, что страх – лучший учитель. А Мартин тогда был ведомым, только пробуждал дар, но уже подчинялся приказам. Его заставляли вызывать боль у Лиама, чтобы тот «учился дисциплине».

– Это… это ужасно. – Элис с трудом переваривала услышанное. – А Лиам… он помнит?

– Помнит. Но не говорит. Лиам вообще много чего помнит, он просто умеет прятать. Вот и шутит всё время. Легче скрыть боль за смехом, чем признать, что она осталась.

Элис отвела взгляд, будто боялась, что если будет смотреть слишком пристально, увидит эту боль прямо сейчас.

Она замолчала на секунду, но потом всё же спросила:

– А ты? Мартин применял силу на тебе?

Ривер не сразу ответил. Он встал с кровати и прошелся по комнате, остановился у стола, положил руки на поверхность, слегка склонившись.

– Да. Было. – Голос звучал глухо. – Меня тогда учили терпеть всё: боль, голод, одиночество, бессилие. Всё, что может сломать. Мартин использовался как инструмент. Его сила без внешних ран, но с последствиями внутри. Я тогда ещё был подростком.

Он повернулся к ней, а взгляд его стал жестче, вспоминая свое прошлое, которое, вероятно, оставило много душевных шрамов.

– Но однажды вмешался Маркел. Он стоял в дверях, молча наблюдал, как я сжимаю зубы и не сдаюсь. И потом сказал, что больше не позволит применять на участниках Ордена силу, созданную для допросов и пыток.

– И он правда это сделал?

– Да. После этого случаи применения силы Мартина стали строго регламентироваться. Только по приказу пятой звезды. Только в исключительных ситуациях.

– Тогда почему он…?

– Потому что он считал это той ситуацией, – резко ответил Ривер. – Он думал, что ты угроза. Что можешь погубить нас всех. И он был готов пойти на всё, чтобы выяснить правду. Его учили: правда важнее боли.

Элис зажмурилась, вспоминая жгучую волну, прошедшую по всему телу.

– Это… не похоже на Орден. Вы ведь не звери.

Ривер подошёл ближе и сел рядом, слегка коснувшись плечом её руки.

– Мы разные. Каждый здесь по-своему сломан. Кто-то смеётся, кто-то молчит. А кто-то причиняет боль, чтобы защитить остальных. Но это не значит, что мы должны это принимать.

Он замолчал, затем добавил мягко:

– Ты не обязана всё терпеть, Элис. И не обязана всё прощать. Даже нам.

Она посмотрела на него, в его глазах не было фальши. Только вымотанная, но настоящая забота. Элис чуть склонилась к нему, не думая и не решая, просто подалась вперёд, уткнулась лбом в его плечо.

Он обнял её настолько нежно и надежно. Так, как обнимают, чтобы никто и никогда не смог снова причинить тебе боль.

Элис всё ещё будто переваривала произошедшее, взгляд её был рассеянным, но уже не таким напряженным, как было в зале. Ривер обнимал ее, наблюдая за ней с тем самым спокойствием, которое стало для неё почти якорем в этом хаосе.

– Ты молчишь дольше обычного, – заметил он, чуть склонив голову. – Это хороший знак или плохой?

Элис слегка улыбнулась.

– Я пытаюсь не думать о том, как могла бы сломаться перед всеми.

– Но не сломалась, – мягко сказал он.

Она посмотрела на него чуть внимательнее.

– Ты всегда был таким? Спокойным. Уравновешенным. Будто у тебя внутри компас, который никогда не сбивается.

Он чуть усмехнулся уголком губ.

– С детства. Не всем дано быть Лиамом.

– К счастью, – хмыкнула Элис. – Один Лиам на квадратный километр – уже перенасыщение.

Ривер позволил себе короткий смех, но потом снова стал серьезен.

– Умение держать себя в руках – это не дар. Это привычка. Я просто рано понял, что лишние эмоции мешают делать то, что нужно.

Элис на секунду задумалась, потом добавила:

– Но ты же тоже человек. И ты тоже имеешь право… быть неидеальным.

Он замолчал, будто оценивая, стоит ли отвечать, но в итоге кивнул.

– Иногда забываю об этом. Спасибо, что напомнила.

Между ними повисла теплая тишина. Элис уже немного расслабилась, и Ривер, уловив это, аккуратно поднялся с места.

– Я принесу тебе чай. Думаю, нам обоим не помешает немного тепла.

– Буду ждать. Но не слишком долго, – лениво отозвалась Элис, прикрывая глаза.

Он кивнул с лёгкой улыбкой и направился к выходу. Дверь мягко закрылась.

Оставшись одна, Элис позволила себе оглядеться: нейтральные тона комнаты, полки с аккуратно собранными миниатюрными машинками, стол, где всё лежит на своём месте. Этот порядок был таким… риверовским. Он сам был как эта комната: четкий, надежный, почти неподвижный в хаосе окружающего мира.

Элис улеглась на кровать, сначала просто чтобы вытянуть ноги, но стоило голове коснуться подушки, как веки стали тяжелее. «Пару минут», – подумала она. И почти сразу провалилась в сон.

Дверь открылась тихо, почти неслышно. Ривер вошел, держа в руках две чашки. От одной шёл тонкий пар, и запах ромашки тут же наполнил комнату. Он закрыл за собой дверь, но остановился у порога, заметив, что Элис не отозвалась.

Она лежала на боку, сжалась в клубок, будто старалась уместиться в этой комнате, в этом дне, в себе самой. Её дыхание было глубоким и ровным, пряди волос рассыпались по подушке, а брови чуть нахмурены, будто и во сне она не могла до конца отпустить тревогу.

Ривер подошёл ближе, поставил одну из чашек на стол, а вторую всё ещё держал в руке. Он не сразу сел, просто смотрел на неё. В такие моменты она казалась особенно хрупкой, не потому что слабая, а потому что слишком многое держала в себе, слишком часто пыталась быть сильной, когда имела полное право устать.

Он опустился в кресло у кровати, немного откинулся назад и сделал глоток чая.

– Заснула, да? – тихо сказал он, хотя знал, что она не услышит. – Ну и правильно.

Пауза.

– Ты заслужила немного покоя. Хоть немного. Хоть здесь.

Он откинул голову на спинку кресла, глядя в потолок. Комната наполнилась мягким теплом от чая, от дыхания спящей Элис, от редкого ощущения тишины: спокойной и настоящей. Он не заметил, как начал поглаживать пальцами керамику кружки, будто это помогало ему не сказать лишнего. Или не коснуться ее.

– Я разнес бы весь Орден, если бы ты тогда не выдержала, – прошептал он. – А когда он дотронулся до тебя… я едва себя сдержал.

Он замолчал, будто сам испугался сказанного. Потом слегка покачал головой и выдохнул.

– Но ты справилась. И, Элис… – он посмотрел на неё снова. – Я рядом. Всегда.

Её веки дрогнули, но она не проснулась. Ривер чуть усмехнулся, поставил свою чашку рядом с её, а затем встал, взял одеяло и аккуратно накрыл девушку, стараясь не потревожить.

Он задержался на секунду, затем прошептал, почти не слышно:

– Спи. Утром будет лучше.

И только после этого он сел обратно в кресло, глядя в полумрак своей комнаты, где впервые за долгое время чувствовалось, будто всё, хоть на миг, на своём месте.

Глава 12

Элис проснулась резко, будто ее выдернули из сна за воротник. Несколько секунд она смотрела в потолок, не моргая, пытаясь понять, где находится. Потолок не её. Подушка не её. Постель пахнет… им.

Элис резко села, оглядываясь, будто ожидала увидеть доказательства преступления.

Комната была пуста. Кровать была смята только с одной стороны – с ее. Ни Ривера, ни его глубокого взгляда, ни тишины, настораживающей своим вниманием. Только ровный шум воды из-за закрытой двери в ванную.

Элис мгновенно напряглась. Все воспоминания о вчерашнем вспыхнули разом: собрание, боль, его голос, когда он шептал ей, что она не одна… и как заснула.

– Боже… – прошептала она, проводя рукой по лицу и чувствуя, как щеки начинают гореть. – Я уснула. В его кровати. Как мило. Как стыдно.

Она осторожно скинула одеяло, села на краю кровати, стараясь привести в порядок мысли и дыхание. Ноги коснулись прохладного пола. Нужно было срочно привести мысли в порядок. И дыхание. И пульс, который явно решил устроить марафон.

На столе стояла пустая кружка. Вторая полная и остывшая. Он все-таки принес ей чай и оставался рядом.

Вода в ванной перестала шуметь.

– Так, Элис, ты просто сейчас спокойно скажешь «доброе утро», сделаешь вид, что ничего странного не произошло, – пробормотала она себе под нос. – Это просто утро. Просто комната. Просто парень, в чьей постели ты провела ночь.

Она замолчала и тихо застонала.

– Без контекста это звучит ужасно.

В этот момент дверь в ванную открылась. Она услышала, как Ривер прошел зал и направился в комнату. У Элис внутри все сжалось, как перед прыжком в холодную воду. Парень вошел, вытирая мокрые волосы полотенцем, босиком, в черных спортивных штанах, рубашка была перекинута через плечо. Вода стекала по его ключице, грудной клетке и дальше, куда Элис больше не осмелилась смотреть. В горле мгновенно пересохло.

Он остановился, заметив, что она проснулась.

– Утро, – спокойно сказал он, будто это самое обычное утро, а не кадр из рекламной кампании греха.

– Утро… – прохрипела она, глаза мгновенно метнулись к полу, потом к потолку, потом снова к нему, и снова вниз. – Я… я не хотела… Я уснула. Прости.

Он посмотрел на нее внимательно. Взгляд скользнул по ее растрепанным волосам, по смятому одеялу, по ее покрасневшим щекам. На губах появилась улыбка.

– Всё в порядке. Спала ты крепко. Даже не шелохнулась.

– Отлично, – пробормотала она, ощущая, как жар поднимается к ушам. – А… ты… ты всегда так утром ходишь?

Она неловко провела ладонью по волосам, пытаясь выглядеть хоть немного собранной. Ривер вскинул бровь, на секунду не поняв, потом проследил ее взгляд и усмехнулся. Рубашку он демонстративно перекинул на другое плечо, как будто это что-то меняло.

– Я тебя смущаю?

– Я просто не привыкла к такому… просыпанию! – чуть ли не пища проговорила Элис.

Ривер подошёл к кровати, сел рядом, обдавая своим жаром тела, и подался чуть ближе.

– Тогда, может, стоит привыкать? Кто знает, сколько еще ночей ты окажешься в моей комнате.

Элис в шоке подняла глаза. Он смотрел на неё с тем самым взглядом: сдержанным, но в котором плыло всё: забота, тёплая насмешка… и что-то ещё. Чуть больше.

Она хлопнула себя по щекам ладонями.

– Мне срочно нужен чай. Или кофе. Или что-то, что перебьет последние десять секунд моего сознания.

Он засмеялся слишком искренне, легко, хрипло, коротко. Потом встал.

– Ладно, я схожу.

– Новое правило, – пробормотала она, все еще не глядя на него. – Сначала одеваешься, потом разговариваешь.

– Не понял, – сказал он, глядя через плечо. – Мне показалось, тебе понравилось.

– Замолчи, – прорычала она, пряча лицо в ладони.

Через несколько секунд Ривер действительно был одет. Быстро и без показной медлительности. И все равно дыхание Элис не сразу пришло в норму. Она не понимала, как себя вести рядом с ним, когда ее физически влечет к нему.

– Пошел за чаем. Или ты опять предпочтешь уснуть до моего возвращения? – бросил он с лёгкой усмешкой, искоса смотря на ее реакцию.

Элис задохнулась от смущения и схватила подушку, тут же метнув ее в его сторону. Подушка ударилась о дверной косяк.

– Это было один раз! – возмущенно прошипела она, но уголки ее губ дрогнули.

Ривер чуть склонил голову, сдерживая улыбку.

– Сиди тут. Постараюсь не задерживаться. И… если вдруг снова решишь поспать, хоть под одеяло залезь. Сквозняк, знаешь ли.

Он исчез за дверью, а Элис осталась сидеть с красными щеками и бьющимся сердцем. Такого с ней никогда не было. У нее были парни, но то, как на нее влияет Ривер… просто неописуемо. Это смесь запретного, позволенного и невозможного в данный промежуток времени, когда на носу конец света.

Она шепнула в пустую комнату:

– Ты просто невозможен…

И всё-таки слегка улыбнулась.

Элис немного посидела на кровати, но вскоре поднялась и вышла в ванную. Она всё ещё чувствовала смущение от того, как спокойно уснула в чужой комнате, да ещё и в его.

Войдя, Элис почувствовала запах мятного шампуня, от которого слегка щипало глаза. Ванная не отличалась от других комнат участников, только абсолютно другие флаконы с шампунем, гелем для душа и… что? Маска для волос? Ого, Ривер ухаживает за собой по максимуму.

      Ее в данный момент интересовало только свое отражение. В зеркале её ждал неприятный сюрприз.

– О господи… – прошептала она. Волосы торчали в разные стороны, будто она спала на карусели. На щеке смятая от подушки полоска. Глаза опухшие.

Она быстро открыла кран, ополоснула лицо, вытерлась полотенцем. Потом, уже хмурясь, поправила волосы как могла, приглаживая их рукой. Несколько раз вдохнула-выдохнула, стараясь привести мысли в порядок.

– Он же не подумает, что я специально… – пробормотала она себе под нос, глядя на отражение. – Хотя кто его знает.

Как только она вернулась в комнату, дверь тихо щелкнула. Элис мгновенно выпрямилась.

Ривер вошёл, в одной руке две кружки, во второй тарелка с чем-то горячим. На нём была рубашка, которая ранее красовалась на оголенном плече, а волосы ещё мокрые от душа. Он явно торопился.

– О, ты проснулась, – усмехнулся. – Я думал, опять застану тебя в царстве снов.

– Ха-ха, – Элис фальшиво посмеялась.

Она села на кровать и сделала вид, что вовсе не следила, как от его шеи капля воды сползает под вырез рубашки. Она мучительно сглотнула.

– Ты где это взял? – Она кивнула на еду.

– Заставил Лиама отдать свою последнюю порцию лапши, – с усмешкой ответил Ривер. – Он заявил, что это предательство. Я пообещал купить ему сладостей. Когда-нибудь.

Элис хмыкнула.

– Сомневаюсь, что ты сдержишь обещание.

– Не сдержу. – Он передал ей кружку. – Твой чай и еда. Не засни.

– Очень смешно, – снова пробурчала она, но теперь с мягкой улыбкой. – Я уже бодрая. Видишь? Живая, расчесанная. Почти человек.

Ривер слегка наклонился, вглядываясь в её лицо.

– Угу. Опухшие глаза, покрасневшие щеки, растрепанные волосы. Очаровательна.

– Ривер! – она ткнула его в плечо, но тут же прыснула со смеху.

– Хотя должен признать, видеть тебя с растрепанными волосами было… неожиданно. – Ривер не спускал с нее глаз, он осматривал ее лицо, сначала глаза, потом взгляд опускался чуть ниже до губ, а потом снова поднимался. Его выражение лица не менялось, но зрачки расширялись, затмевая почти всю радужку. Под его пристальным взглядом девушка чувствовала себя открытой книгой, а пульс предательски увеличивался.

– Спасибо, что напомнил, – протянула Элис с кривой ухмылкой и тут же пригладила волосы. – У меня там был торнадо, а не причёска. Зеркало испугалось первым.

Ривер усмехнулся, не сводя с неё взгляда.

– Удивительно, как тебе всё равно идёт. Даже в таком виде.

Она чуть прикрыла глаза, отворачиваясь, чтобы скрыть лёгкий румянец. Потом поднесла к лицу тарелку, вдыхая аппетитный аромат. Желудок внезапно заурчал. И тут пришло осознание: сколько она проспала?! Собрание было днем, а сейчас утро нового дня. Неужели стресс ее так сильно утомил? А где всю ночь был Ривер? Рядом с ней или ушел на диван? Откуда опять столько вопросов?

Элис смотрела на тарелку, чувствуя, как мягкое тепло от нее медленно согревает ладони. Пар поднимался тонкими струйками, щекотал лицо, и вместе с ним в грудь проникало странное, почти забытое ощущение уюта. Рядом с Ривером действительно все было иначе. Тише. Ровнее. Как будто мир за стенами все трещал по швам, но здесь, в этой комнате, существовала маленькая, упрямая точка покоя.

      Несколько секунд они молчали. Тишина не двали, она была наполненной, живой. Элис поймала себя на том, что не чувствует необходимости срочно что-то сказать, заполнить паузу, оправдаться за свое присутствие. Это было непривычно.

Она осторожно поддела лапшу вилкой и начала есть. Вкус оказался неожиданно насыщенным, пряным и согревающим. Ее желудок благодарно отозвался, и только сейчас она осознала, насколько была голодна. Казалось, она не ела целую вечность. Между собраниями, страхами и бессонными мыслями потребность в еде просто исчезла.

Элис старалась держать лицо, но судя по тихим смешкам, получалось не очень.

– Что? – пробормотала она, не отрывая взгляда от тарелки.

– Ничего, – спокойно ответил Ривер, но в голосе сквозила улыбка. – Просто приятно видеть, как кто-то получает столько счастья от обычной лапши.

Она закатила глаза, на этот раз нарочно, и продолжила есть, уже не притворяясь, что сдерживается.

Ее взгляд случайно скользнул по полке напротив. Маленькие металлические машинки стояли в аккуратном ряду.

– Я так и не спросила, – она кивнула в сторону полни. – Ты сам их собирал?

Ривер проследил за ее взглядом и чуть кивнул.

– Почти все.

Он сел рядом с ней на кровать, и матрас мягко прогнулся под его весом. Элис едва заметно качнулась в сторону парня. Совсем чуть-чуть, но это оказалось достаточно, чтобы сердце сделало лишний удар.

– Подарки, находки, – продолжил он, опираясь ладонями о край кровати. – Некоторые собирал сам. Когда хотелось выключить голову. Иногда это работает лучше медитации.

– Удивительно. Я бы тебя больше представила в тренировочном зале или за чертежами боевых тактик. С карандашом и серьезным лицом.

Он усмехнулся.

– Иногда и люди вроде меня собирают машинки. Особенно если хотят вспомнить, что они тоже умеют просто… жить.

Элис медленно кивнула.

– Это хорошее напоминание. Особенно сейчас. Знаешь, – тихо сказала Элис, отставив пустую тарелку, – когда я впервые попала сюда… не думала, что вообще смогу спать спокойно.

– А теперь спишь в моей комнате без задних ног, – с лёгкой иронией заметил Ривер. – Далеко продвинулась.

Она фыркнула, но уже без прежнего смущения. Щеки не пылали, но теперь внутри разгоралось что-то иное. Живое и опасное.

– Да, это немного неожиданное достижение.

– Тебе здесь лучше? – спросил он после паузы. – Я имею в виду… рядом со мной.

Она повернула голову, посмотрела на него из-под волос.

– Лучше. Тише. Даже если снаружи всё рушится. С тобой… спокойно.

Он чуть наклонился ближе. Его рука легла на кровать в нескольких сантиметрах от ее бедра. Не касаясь, но так близко, что кожа будто начала чувствовать прикосновение заранее.

Элис ощутила, как по телу проходит легкая волна напряжения. Ей хотелось сократить это расстояние. Хотелось почувствовать его на ладонь на своего коже, его пальцы в своих волосах. Хотелось перестать быть осторожной.

– Значит, если тебе снова будет тяжело, просто приходи сюда. Или зови. Я рядом.

Она прищурилась, пытаясь вернуть разговор в легкое русло.

– А если я приду среди ночи? – прищурилась она.

– Тогда приготовлю чай. – Он улыбнулся, глаза мягко блеснули. – И снова буду надеяться, что ты не уснёшь, пока я его несу.

Элис рассмеялась тихо, почти неслышно.

– Постараюсь держаться.

– Или придётся будить, – Ривер приподнял бровь. – А я, между прочим, не умею делать это мягко.

– Запугаешь до бессонницы на неделю? – хмыкнула она.

– Придётся разбудить громко. Тебя подбросит в воздух от удивления, – фыркнул он. – У меня только один стиль: резко, уверенно, эффектно.

– Это ты о пробуждении или о себе в целом?

– В идеале – о всём. Но если ты начнёшь меня хвалить, я не остановлюсь.

– О, не сомневаюсь, – пробормотала она.

Они замолчали, но теперь тишина была совсем другой. Их взгляды встретились. В его глазах было что-то ищущее, в ее – осторожное, но открытое ожидание. Словно каждый пытался понять, готов ли другой сделать следующий шаг.

Минуты тянулись медленно.

И вдруг Ривер чуть отодвинулся, откинулся назад, опираясь на локти, и посмотрел в потолок. Тепло рядом исчезло, и Элис неожиданно ощутила холод. По коже пробежали мурашки. Не от воздуха, а от внезапной дистанции.

Парень молчал, глядя вверх, словно там были ответы на вопросы, которые он решался задать.

Воздух в комнате, казалось, стал чуть плотнее, будто наступал момент, когда лёгкий флирт уступал место чему-то более серьёзному.

– Элис, – заговорил он тише. – Нам всё равно придётся вернуться к мечу. Мы оба это понимаем.

Она замерла. Внутри, как по команде, все бабочки исчезли, уступив место тяжелому предчувствию.

– Я знаю, – так же тихо ответила она. – Просто… я бы предпочла ещё немного не думать об этом.

Он повернул голову, посмотрел прямо на неё.

– Не прошу сейчас. Не давлю. Но если у тебя получится передать мне образ Роуса… – он замолчал, потом закончил: – Мы сможем найти его. Или хотя бы узнать, где искать.

Элис чуть отвела взгляд.

– Я не знаю, как в клубе это получилось. Я ведь даже не хотела! Как ты это ощутил?

Она распахнула глаза в ожидании ответа. У нее даже не было сил подумать о побочном даре. Такого никогда не было! Людям всегда доставался лишь один дар от богов. А получается, что у нее их уже три! Она видит прошлое, видит будущее (и пусть только у медальона), а теперь ещё может передать образы, звуки, картинку, которые сама видела и слышала. Это не поддается никакому объяснению.

– Я увидел и услышал разговор от твоего лица, – начал он. – Точнее я тогда даже не понял, что это ты, но Лиама я видел отчетливо. Я слышал обрывками, но речь я смог понять. Чувства. Они были не мои. Понимаешь, я слышал голос Лиама, но ощущал твои эмоции. Напряжение, тревогу, страх. Всё как будто накрыло сразу. Я просто… знал, что это от тебя.

Элис прикусила губу.

– Значит, ты почувствовал это сразу?

– Слишком ярко, чтобы не заметить, – кивнул он. – Как будто кто-то нажал внутри меня кнопку и показал сцену, в которой я никогда не участвовал, но знал её наизусть.

– Я даже не знала, что умею так, – прошептала она. – Всё вышло само. Я не понимаю, почему у меня развился побочный дар, я ведь всегда могла видеть только прошлое.

Ривер пожал плечами, ему самому было неизвестно, почему так вышло.

– Возможно, в твоих генах сохранилось больше крови богов, чем в других. Или ты действительно та избранная, которая спасет мир, поэтому вселенная тебя наградила еще одной способностью.

Девушка громко вздохнула, клеймо избранной накладывало ещё больше груза на плечи. Она хотела помочь в решении апокалипсиса, но нести всю ответственность на себе – это слишком тяжело. Даже несмотря на то, что у нее теперь есть команда поддержки.

– Давай попробуем сейчас. Я отдохнула, возможно, что-нибудь получится, – сказала Элис, выпрямившись. Она постаралась собрать себя всю в одну сплошную уверенность.

Ривер не ответил сразу. Он смотрел на неё долго, изучающе. Потом медленно сел ровно и протянул руку, ладонью вверх, как будто ждал – не прикосновения даже, а доверия.

– Только если ты уверена, – тихо произнёс он.

Элис колебалась всего мгновение. Затем её пальцы коснулись его ладони. Его кожа была теплой, а ладонь крепкой, и как будто передавала через себя его спокойствие. Она сосредоточилась, вдохнула глубоко и крепко зажмурила глаза.

Перед мысленным взором она попыталась вытащить из памяти лицо Роуса. Стальные глаза. Шрамы. Его меч, отсвечивающий в пепельном небе. Огонь. Толпа. Падение на колени. Последний взгляд полный боли и решимости.

– Получается? – мягко спросил Ривер.

Элис сжала его руку сильнее, вцепилась, будто от этого зависел результат. Сосредоточилась на чертах лица бога. Постаралась «вытолкнуть» образ наружу, передать его. Минуты тянулись мучительно долго.

Ничего.

Пустота. Только ее напряженное дыхание и тишина между ними.

Она открыла глаза. Ривер всё ещё смотрел на неё. Без упрека и ожидания.

– Ещё раз, – сказала Элис, нахмурившись. – Я попробую еще раз.

Он не отпустил её руку.

Девушка снова закрыла глаза и вновь вызвала картину. Даже не одну, а множество фрагментов. Его силуэт, его силу, его одиночество. Словно пыталась отдать часть памяти.

Снова пусто. Ривер никак не отреагировал. Он ничего не видел.

– Чёрт… – прошептала она, резко отстраняясь. – Не выходит. Как будто заблокировано. Или я… слишком стараюсь.

Ривер немного наклонился, его взгляд стал мягче.

– Элис, ты не обязана делать это сейчас. Мы никуда не торопимся.

– Но я должна, – выдохнула она. – Ты же сам сказал, если я передам тебе образ, ты сможешь найти его. Это же важно. Это шаг вперёд.

– Это шаг, который ты сделаешь тогда, когда будешь к нему готова, – мягко ответил он. – Не под давлением. Не ради меня. Ради себя. Ради цели. Ради мира, если хочешь.

Она шумно выдохнула и облокотилась на свои колени, спрятав лицо.

– Мне просто… хочется чувствовать, что я что-то умею. Что я не просто проклята видеть ужасы.

– Ты не проклята, – сказал он, касаясь ее плеча. – Ты та, кто будет сильнее этого. Даже если путь займет больше времени.

Элис молчала, вцепившись в ткань своих штанов, пока снова не выровнялось дыхание. Она подняла глаза и посмотрела прямо на него.

– Спасибо. За то, что не давишь.

Ривер чуть усмехнулся.

– Ну, ты ж знаешь. У меня один стиль: резко, уверенно, эффектно. Но не с тобой.

Элис снова мысленно его поблагодарила. За его серьезным видом и холодным взглядом скрывался удивительно добрый и понимающий человек. Она готова была благодарить его хоть каждый день. Он столько раз ее спасал, столько дал ей поддержки и понимания.

– Элис, – тихо заговорил Ривер, глядя на её ладонь в своей руке, – а что ты чувствовала в тот момент… в клубе? Когда передала мне тот разговор.

Она на мгновение задумалась.

– Я злилась. Очень. И боялась. – Она подняла глаза на него. – Мне было страшно, что меня отправят на убой… как было с Лиамом. У меня тогда не было таких дружеских отношений с вами, я не могла вам доверять. Мне казалось, я была одна на целом свете, а если кто-то и был, то против меня.

Ривер начал поглаживать ее ладонь, будто показывая, она теперь не одна и не была одна даже тогда.

– Твои эмоции, скорее всего, тогда послужили триггером, – озвучил догадку Ривер. – Может, попробуешь вспомнить яркие моменты? Надо понять, как именно ты можешь передать воспоминания. Попробуем с малого. Вспомни то, что вызвало в тебе бурю эмоций, попробуй передать такое воспоминание.

– Думаешь, получится? – осторожно спросила она.

– Мы не узнаем, пока не попробуем.

Элис отвела взгляд и опустила глаза к своим ладоням. Внутри всё сжалось. Самые запоминающиеся воспоминания были только ужасными. Все хорошее меркло перед страхом и болью. Попробовать – это значит снова вернуться туда. К моментам, которые она не хотела вспоминать. К крикам, крушению, пеплу.

Первое видение.

Разрушенные улицы.

Люди, бегущие вслепую.

Кровь.

Огонь.

Грохот.

И этот крик – низкий, тянущийся через весь город, словно сама земля кричала.

Она чувствовала, как её пальцы сжимаются. Как сердце начинает биться быстрее. Как будто в груди снова раскрылся тот самый момент, вынырнул из глубины сознания и обрушился на нее с новой силой.

Она сосредоточилась. Вспомнила.

Вспомнила запах гари.

Вспомнила всепоглощающий ужас.

Вспомнила, как хотела убежать, даже если это был всего лишь образ.

Ривер сидел сбоку. Молчал. Он чувствовал, что что-то меняется в её дыхании. В ее взгляде.

– Элис? – тихо позвал он.

Она протянула руку и, не глядя, коснулась его запястья. Мягко, едва-едва. Будто сама боялась нажать на ту невидимую кнопку, которая может вырвать из нее бурю.

Она закрыла глаза. Ощутила боль, тревогу, панику. Всё было здесь, под кожей.

Передай… передай хоть часть.

Но…

Лицо Ривера.

Мёртвое.

Холодное.

Безжизненное.

Нет! НЕ ЭТО!

«Я могу. Я справлюсь. Просто почувствуй. Покажи. Только не…»

…не его смерть.

Она крепче сжала пальцы, как будто это могло вытолкнуть из неё нужное воспоминание, вытеснить то, что подкрадывалось с каждым вдохом.

Разрушающиеся здания.

Крики. Кровь.

Мир, который рушится, трещит по швам, как тонкое стекло.

Небо, разломанное в клочья, пылающее огнём.

– Элис… – он снова позвал ее.

Но она уже не слышала.

Тот первый раз. Самый первый.

Когда она открыла медальон.

Когда ее захлестнула волна чужой судьбы.

Она помнила, как сердце сжалось. Помнила, как кричала женщина, прижимая к груди ребёнка, словно пыталась спрятать его от самой гибели. Помнила, как вздрагивала земля. Помнила, как всё вокруг умирало.

«Это и есть конец,» – подумала тогда Элис.

Передай это.

Пусть он увидит.

Пусть поймет, ради чего мы сражаемся.

Она вцепилась в образ разрушенного мира, стараясь удержать его в сознании. Закусила губу до боли, лишь бы не позволить себе сорваться. Если её сила реагирует на яркие эмоции, значит, это должно сработать.

Но тут в голове, как кинжал, вспыхнуло снова то, чего она не хотела видеть, чего она не хотела показывать другим.

Лицо.

Его лицо.

Смертельно бледное.

Глаза, в которых уже не было Ривера.

Руки, лежащие безвольно.

Кровь на его рубашке.

– Нет, нет, нет… – прошептала она.

Образ снова захватил её. Он был не ярким, он был живым. Осязаемым. Он сжигал изнутри. Это был не сон, не иллюзия – это была её личная пытка.

«Не это. Пожалуйста. Не это.»

Мир. Передай мир, Элис. Горящий мир.

Но сознание будто намеренно возвращало к нему. Снова и снова. Как сломанная пластинка.

Разрушенные улицы. И он.

Умирающий.

В её руках.

Тишина после крика.

Ее дыхание стало рваным. Плечи дрожали.

Ривер молчал, но она знала – он чувствует. Не образы, нет. Пока нет. Но её страх. Её эмоции. Как ледяная волна, прокатывающаяся по их общей тишине.

Она судорожно втянула воздух.

«Успокойся. Дыши. Это всего лишь воспоминания. Это ещё не случилось. Ты можешь контролировать это. Ты должна».

Стиснула зубы. Попыталась снова. Схватилась за образ мира, который рушится. Гари. Крика. Ветра ревущего, как чудовище. Людей бегущих, не глядя назад.

Всё сильнее. Всё ближе.

Она вложила это в прикосновение.

«Вот! Вот оно! Бери! Забери это, увидь, почувствуй, пойми, сколько боли…»

Но в последний момент – снова он.

Его смерть.

Ее крик.

Чёрная пустота.

Мир рушится, и сердце вместе с ним.

Она резко отдернула руку, как будто ее ударило током. Движение вышло слишком резким, ладони судорожно сжались, словно она действительно обожглась.

– Прости, – прошептала она, вытирая ладонь о колено. – Я не могу.

Ривер не шелохнулся, но что-то в нем изменилось. Плечи стали жестче, взгляд – внимательнее и глубже. Он смотрел не на ее руку, а на нее саму, словно пытался разглядеть трещину, через которую только что вырвалось то, что она не смогла удержать.

– Что это было? – тихо спросил он.

Элис тяжело дышала. Плечи дрожали, как после долгого бега. Она покачала головой, сжала руки в кулаки. Всё горело изнутри: не тело, а душа.

– Я… не смогла, – пробормотала. – Не тот образ. Не то, что хотела. Прости.

Он продолжал смотреть. Прошло несколько секунду, потом он медленно поднял руку и очень осторожно коснулся ее плеча. Тепло его пальцев проникло сквозь ткань, и от этого прикосновения у нее внутри все болезненно сжалось.

– Элис… – голос был низким, почти шепотом. – Что ты на самом деле хотела мне показать?

Она молчала. Слова застряли где-то в горле, превращаясь в сухой ком. Если она откроет рот – все вырвется наружу.

– Ты что-то скрываешь, – продолжил он чуть жёстче. – Я чувствовал. Не картинку, нет. Эмоцию. Страх. Такой… необъятный, дикий. Будто сердце кто-то вырвал из груди и растоптал.

Она не подняла на него глаз. Только сжала челюсть, чтобы не выдать срыв.

– Скажи мне, – тише, но тверже повторил он. – Что именно тебя так пугает?

Он был рядом. Тепло его ладони не давало провалиться. Он не давил, но и не отступал.

– Я не могу, – выдохнула она. – Не сейчас.

– Почему?

Элис медленно подняла взгляд. В её глазах паника и боль. И вина, которая была привязана к ее шее.

– Потому что если ты увидишь то, что я вижу… Я не знаю, как тогда это в будущем обернется.

Он отшатнулся на долю секунды. Его лицо не изменилось, но в глазах что-то метнулось, будто короткая вспышка осознания. Он понял. Почти понял.

Но ничего не сказал.

– Вот поэтому, – сказала она глухо, – я не могу тебе всё передавать. Не всё, что во мне, ты должен знать. Это опасно.

Ривер убрал руку. Тепло исчезло, и вместе с ним ушло ощущение опоры. Он сел чуть дальше, увеличивая расстояние, будто между ними появилась невидимая граница.

– Я пытаюсь быть рядом, – наконец произнес он. Голос был ровным, но под ним чувствовалась скрытая боль. Не как напарник. Не как защитник. Просто как человек. А ты… – он покачал головой. – То подпускаешь меня, то отталкиваешь. И я не понимаю, кто для тебя я вообще.

Элис смотрела в пол.

– Иногда мне кажется, что между нами что-то есть. – Ривер чуть прикрыл глаза. – А потом, будто этого ничего и не было. Словно ты выстраиваешь стену. Снова и снова.

Элис вскинула голову.

– Ты говоришь, будто сам этого не делал! – её голос сорвался, она встала, отошла к стене, не давая возможность увидеть Риверу подступающие слезы на лице. – Сначала ты приходишь ко мне ночью. Говоришь, что я тебе небезразлична. А потом ведешь себя так, будто ничего не было! Холодный и отстраненный. Я начинаю думать, что все придумала. А потом ты снова рядом. И снова исчезаешь!

Ривер поднялся. Несколько шагов, и он уже перед ней. Он протянул руки медленно, без резких движений, будто подходил к раненому зверю. Осторожно развернул ее к себе, коснулся лица, приподнимая подбородок. Его пальцы были теплыми, почти нежными.

Он смотрел прямо в ее глаза. И в этом взгляде больше не было упреков, только тихое, отчаянное желание быть ближе. И именно это ее испугало сильнее всего.

– Не надо, – вырвалось у неё. Она резко отступила, скидывая его руки, будто от прикосновения могла взорваться. – Не трогай меня.

Он замер, руки повисли в воздухе.

– Почему? – спросил он тише. – Я же просто…

– Я не хочу, чтобы ты увидел это! – срывающимся голосом выпалила она. – Я боюсь, Ривер. Я боюсь, что снова случайно покажу тебе… то, чего ты не должен видеть. Просто… не могу, – выдохнула Элис. – Лучше я буду тренироваться с Лиамом.

Ривер отпрянул, как будто она вылила на него ведро ледяной воды. В его глазах что-то дрогнуло. Он сжал челюсть, медленно отступая на шаг.

– Вот как? – голос был тихим, но в нём начала прорываться злость. – Отлично. Конечно. С Лиамом.

– Не надо так, – резко сказала она. – Я боюсь. И не хочу…

– Боишься чего, Элис?! Меня? – он повысил голос, глаза вспыхнули. – Или того, что я увижу что-то, что ты так отчаянно прячешь?

– Я не обязана тебе всё рассказывать! – выкрикнула она, отступая, будто он подступал к ней слишком близко. – Ты ведёшь себя так, будто имеешь на это право!

Он резко ударил ладонью по столу. Громкий глухой звук прорезал воздух. Элис вздрогнула.

– Потому что я был рядом! Всегда! Когда тебя допрашивали – я был! Когда ты плакала – я был! Когда весь грёбаный Орден был готов поверить в твою вину – я стоял перед тобой, как щит! И что я получаю взамен? Ты снова закрываешься!

– Потому что я не могу иначе! – крикнула она. – Я не умею доверять! Мне страшно! А ты… Ты то рядом, то исчезаешь! Я не понимаю, что мне ждать! То ты касаешься меня, то молчишь днями!

– Я пытался быть рядом! – рявкнул он. – Но ты постоянно ставишь между нами стены!

– А ты?! – её голос сорвался. – Ты сам прячешься за своей маской спокойствия! Ни одной эмоции, ни одного признания, ни слова! Ты будто бы рядом, но каждый раз, когда я начинаю чувствовать – ты игнорируешь меня. И снова я одна!

Он молчал. Дыхание сбилось. Его взгляд метался от ее лица к полу, к стене, снова к ней. Он будто искал правильные слова, но каждое казалось неправильным.

– Неправда, – наконец сказал он хрипло. – Я не игнорирую. Я… просто не умею иначе. Я всю жизнь был таким – сдержанным, холодным. – Он провел рукой по волосам, резко, почти раздраженное, словно хотел избавиться от мыслей. Он будто каждое слово вытаскивал из себя силой. – Меня учили не чувствовать. Не поддаваться. Потому что иначе я не выживу. Потому что эмоции – слабость. А слабость – смерть. – Он сделал шаг вперед. Не агрессивно, скорее, отчаянно. – И вот появляешься ты, и всё сыпется. Вся моя четкая система. Весь мой порядок.

– Так почему ты не говорил этого раньше?! – голос Элис дрожал. – Почему ты каждый раз позволяешь мне верить, что я тебе безразлична?! Почему заставляешь гадать, есть ли между нами вообще что-то?!

Он приблизился еще на шаг. Между ними оставалось меньше метра.

– Потому что так же боюсь. Потому что если скажу это, то придётся признать, насколько ты важна. А это значит, что если я тебя потеряю… – он не договорил, сжал кулаки. – Это будет хуже смерти.

Элис замерла. Все внутри болезненно сжалось. Она хотела это услышать. Хотела. Но не так. Не через крик, не в ссоре.

Он поднял руку, потянулся к её лицу и остановился. Пальцы дрожали в воздухе.

– Пожалуйста… – выдохнул он. – Просто скажи мне, что происходит. Что ты прячешь? Я чувствую, что ты на грани.

Она шагнула назад, глаза наполнились влагой.

– Не могу, – прошептала. – Если прикоснусь, всё только станет хуже.

– Элис…

– Не надо, – она покачала головой, слезы наконец покатились по щекам.. – Не трогай меня, пожалуйста. Я… правда не могу. Я буду учиться с Лиамом.

Тишина упала между ними, тяжёлая, как раскат грома.

Ривер кивнул. Один раз. Но в этом кивке было всё: боль, разочарование, понимание и… отстранение.

– Понял, – сказал он почти без эмоций.

И вышел из комнаты, закрыв за собой дверь чуть громче, чем нужно.

Элис стояла посреди комнаты, чувствуя, как всё внутри опускается на самое дно.

Теперь между ними пролегала глубокая и острая трещина.

Коридор был пуст. Слишком пуст. Лампы гудели едва слышно, отбрасывая бледный свет на серые стены, и этот свет делал пространство еще более холодным. В воздухе всё ещё висел её дрожащий голос. «Не трогай меня…» – будто нож по коже.

Он прошёл вперёд быстрым шагом, но резко остановился, ему нужно было что-то сделать со своими эмоциями.

Раз.

Два.

Три.

Стены дрогнули, на костяшках выступила кровь. Боль прошила руку, но это была понятная боль, простая. Не такая, как та, что распирала грудь. Он стоял, тяжело дыша, лоб опущен, плечи вздрагивали, будто внутри бушевал ураган, сдерживаемый остатками самоконтроля.

«Ты её пугаешь. Ты не можешь быть ближе. Ты не заслуживаешь этого».

Он отшатнулся, облокотился спиной о стену и сполз вниз, садясь на пол. Рубашка чуть приспустилась с плеча, мокрая от пота и напряжения. Он провёл ладонью по лицу, словно хотел стереть с себя всё: гнев, растерянность, вину.

– Почему ты не можешь мне довериться? – выдохнул он в пустоту.

Ривер редко позволял себе чувствовать. Его учили: контроль – это выживание. А сейчас? С каждой встречей с Элис этот контроль рушился.

Он вспомнил, как она отпрянула. Как в голосе был страх. Не так как с Мартином.

«Я не должен был давить. Слишком рано. Слишком резко».

Он сжал виски ладонями и закрыл глаза.

– Черт… – голос был низким, сорванным, почти беззвучным.

Где-то в глубине всё внутри него звенело: оттого, что он потерял что-то важное. Или только начал терять. И если сейчас отпустить, то второго шанса может не быть.

Ривер сидел в тишине, пока не услышал шаги. Он тут же выпрямился, лицо снова стало холодным, как маска. Кулаки сжались. Он был снова тем, кем его учили быть – сдержанным. Невозмутимым. Лидером.

Но внутри него горел огонь, который не утихал.

Одна из дверей в коридоре открылась. Это был Лиам, который с удивлением выглянул из своей комнаты, надеясь, что была какая-то драка, в которой он мог поразвлечься.

Но вместо драки он увидел Ривера, который сидел на полу и держал кулак в своей ладони. На ковре образовались красные пятна.

– Че за хрень?! – вырвалось у него резко.

Ривер медленно поднял глаза, в которых горел глухой, темный огонь.

– Отвали, Лиам.

– Ага, щас, – фыркнул тот, шагнув ближе. – Ты тут крушишь стены голыми руками, а я должен молча свалить?

– Не сейчас. – Голос Ривера стал ниже, опаснее. Он поднялся на ноги, игнорируя боль в руке.

– А когда, Ривер? – Лиам сложил руки на груди, не отступая. – Когда ты окончательно себя разнесешь?

Ривер резко развернулся к нему. Взгляд острый, как лезвие.

– Я сказал, уходи.

– Ты опять злишься, но даже не говоришь, из-за чего. Что вообще произошло?

– Это не твоё дело, – выдохнул Ривер. Глаза его блестели, но не от слёз – от сдерживаемой ярости. – Просто оставь меня в покое.

Он сделал шаг мимо Лиама, чтобы пройти дальше по коридору, но в этот момент дверь комнаты отворилась – и в проеме появилась Элис.

Оба замерли.

Ривер, не глядя на неё, ускорил шаг. Прошёл мимо. Просто… прошёл. Даже не задержал взгляд. Даже не моргнул.

Элис смотрела ему вслед, губы дрожали, но она сжала их, как могла.

Лиам перевёл взгляд с одного на другого, чувствуя, как в воздухе зависло что-то слишком личное.

– Подожди… – прошептал он. – Что за…

Он обернулся к Элис.

– Что произошло? У него глаза горят, как у чертова демона, а ты… ты выглядишь так, будто изнутри развалилась.

Элис молчала. В горле стоял ком. Она просто стояла в коридоре, уставившись в ту сторону, где исчез Ривер.

Лиам шагнул ближе, уже тише.

– Элис… скажи хоть что-то. Что за хрень между вами произошла?

Лиам всматривался в нее, видя, как сжаты ее плечи, как дыхание сбивается, будто каждое слово застревает в груди.

– Элис… – голос его стал спокойнее, мягче, – я не из тех, кто лезет в чужие дела, но сейчас мне прям-таки хочется… залезть с ногами. Что, чёрт возьми, произошло?

Она молчала. Лицо бледное, взгляд потухший. Будто её вывернули наизнанку.

– Пожалуйста, не заставляй меня гадать, – Он рыскал по ее лицу взглядом, словно пытаясь найти разгадку. – Я видел Ривера разным. Злым, бешеным, даже подстреленным. Но вот таким?.. – он кивнул в сторону, куда ушёл Ривер. – Таким он был только один раз. Когда узнал, что кто-то предал Орден.

Элис сжала губы, упрямо мотнула головой.

– Я не могу рассказать ему то, что он хочет.

– Почему?

– Потому что… если скажу, всё станет хуже. – Её голос дрогнул. – Я просто… не справляюсь. Ни с ним, ни с собой, ни с этим даром. И когда я пытаюсь… он всё чувствует. Даже если я молчу.

Лиам смотрел на нее с тем редким выражением, когда за лёгкой ухмылкой не скрывалась шутка. Только тревога.

– Элис, – выдохнул он. – Я понимаю, что ты не из тех, кто выкладывает душу при первой возможности. Но, чёрт подери, мы уже не просто соседи по коридору. Если ты не скажешь, что с тобой – ты рано или поздно сгоришь изнутри. А он… – Лиам снова мотнул головой в сторону Ривера, – он уже тлеет.

Элис стояла, не отводя взгляда от пола. Потом всё же подняла глаза – в них было столько боли, что Лиам по привычке отступил на шаг. Как будто в ней бушевало нечто, что могло его задеть.

– Я боюсь его ранить, Лиам. – Голос Элис был хриплым, но устойчивым. – Я боюсь, что всё, что покажу… разрушит его. Я не знаю, что будет, если он узнает. Как будущее изменится? Никто не должен видеть то, что увидела я. Слишком рискованно.

– Ты, значит, решила всё одна, – резко бросил Лиам. – Как благородно. Как чертовски глупо.

– Что мне было делать? – сорвалось у нее.

– Так покажи хоть мне.

Элис отступила, будто он ударил её.

– Что?

– Я не говорю, что прямо сейчас. И не про всё. Но если не с ним – тогда с кем?

Элис опустила голову, её плечи задрожали. Она почти прошептала:

– Я просто хотела ему помочь. Показать хоть что-то, хоть один образ. А в голове всё время был тот страх… та сцена. Я пыталась вытащить другое. Вытеснить. Но чем сильнее старалась, тем больше этот образ цеплялся. Он чувствовал, что я держу что-то за спиной. Словно я мина с замедленным действием. Он думает, что я могу скрывать что-то, чтобы навредить ему, но это не так. Я хочу защитить.

Лиам подошел ближе, заглянул ей в глаза.

– Элис. – Он говорил медленно, четко. – Я не знаю, что ты там увидела. И не требую сказать. Но, чёрт возьми, если ты и дальше будешь пытаться нести всё одна – ты точно сорвешься. А я слишком к тебе привык, чтобы наблюдать это молча.

Она всхлипнула. Один короткий звук, вырвавшийся из груди. Быстро отвернулась, вытирая глаза рукавом.

– Мне просто нужно… время.

– А теперь давай дыши. Глубоко. Вот так… – он продемонстрировал, шумно вдохнув, как будто тянет в себя всю боль коридора. – И не думай, что я не справлюсь. Я выдерживал истории похуже. Один раз я слушал, как Рози три часа рассказывала про кошачью диету. Поверь, это был ад.

Элис хихикнула сквозь слёзы быстро и неловко.

И снова тишина, которая заставляла слишком много думать. Элис ненавидела свое положение сейчас. Как Ривер тогда держался в ситуации с Лиамом?

В голове было много мыслей, и даже мысль побежать за Ривером и всё показать, как она внутри умирала, когда видела его смерть. Но вдруг это лишь приблизит событие? Вдруг Ривер начнет действовать опрометчиво? Медальон показал это будущее ей, но для чего? Чтобы она предупредила или чтобы самостоятельно изменила все? Почему нет какой-нибудь книги с ответами? Очень бы пригодилось.

– Ладно, – наконец сказала она, делая шаг назад. – Я не обещаю, что получится… но я хочу попробовать еще раз передать образ с тобой.

– Серьёзно? – Лиам вскинул бровь, будто не поверил в услышанное.

– Серьёзно, – кивнула Элис. – Просто… мягко, хорошо?

– Я и есть воплощение мягкости. – Он расплылся в самодовольной ухмылке. – Хотя если ты начнёшь меня душить воспоминаниями, где я облажался, я не ручаюсь за свою психику.

– Можешь не бояться, таких воспоминаний у меня нет, – хмыкнула она. – Начнём с чего-нибудь безопасного. Маленького. Например… – Элис на секунду задумалась, – цвет. Я не пробовала передавать мелкие образы.

Лиам кивнул и предложил пойти в тренировочный зал – тот самый, где обычно проходили уроки с наставниками. Элис сначала противилась, потому что боялась, что там окажется Ривер. Хоть он и говорил, что не находится там постоянно и лучше собирать машинки, но его холодный образ все-таки заставлял Элис думать иначе.

Лиам переубедил ее, сказав, что свою злость Ривер не любит сбрасывать на тренировках. Он лучше пойдет на улицу и будет идти, пока ноги не перестанут слушаться.

По итогу он оказался прав, в зале никого не было – пустота и тишина. Внутри было светло, а тренажеры одиноко стояли на своих местах.

– Садись, – указала Элис на коврик, устраиваясь напротив. – Только не шути. Мне нужно сосредоточиться.

– О, клянусь, я – само спокойствие.

– Это не работает, если ты улыбаешься, как идиот.

– Это мое нейтральное лицо.

Элис закатила глаза, но в глубине души ей стало легче. Он умел разрядить даже самое напряженное.

– Я весь внимание. Моя ментальная палитра готова.

– Не шути, – снова попросила она.

Он поднял руки, изображая покорность.

Лиама Элис не брала за руку, она положила ладонь на его плечо. Лоб её нахмурился, плечи чуть дрогнули от напряжения. Она прикрыла глаза. В голове начала вызывать четкое, устойчивое изображение. Цвет. Синий. Сначала расплывчатый, как акварель по мокрому листу. Потом более густой, насыщенный. Синий океан перед бурей. Цвет грозового неба, когда сердце уже знает, что что-то надвигается. Цвет страха, тревоги, глубины.

Она старалась не отвлекаться. Впервые в жизни так сложно было просто думать о чём-то одном. Мысли срывались, как листья в урагане. То вспоминалась комната Ривера, то взгляд Мартина, то сцена собрания. И снова этот чертов синий. Только он. Только его.

Она сжала ладони в кулаки, ногти впились в кожу. Лицо побледнело от сосредоточенности.

– Что-то… – начал Лиам, – у меня в голове как будто… темнеет. Или это просто мои воспоминания о школьных экзаменах?

– Тихо, – выдохнула она. – Я еще… не…

Резкий выдох. Попытка снова.

На этот раз она представила, как этот синий не просто окружает ее внутри, а медленно выходит из неё, словно тянется нитью к Лиаму. Он сидел с закрытыми глазами, напряженный, будто слушал музыку сквозь воду. По руке Элис прошла неизвестная энергия, словно волна, которая пыталась быстрее упасть к земле.

– Сейчас… – прошептала Элис. – Должно получиться…

Ещё немного. Ещё толчок усилия, словно часть её разума отделилась и шагнула вперёд.

Лиам вздрогнул.

– Ого… Синий. Чёрт, как будто я упал в океан ночью.

Элис распахнула глаза. Зрачки дрожали от усталости, но лицо было сосредоточено.

– Получилось?

– Да. – Он открыл глаза и взглянул на неё с уважением. – Прямо по башке ударило этим цветом. Он не просто синий. Он… тяжёлый. Угрожающий. Как будто сейчас грянет.

Элис выдохнула с облегчением, но не позволила себе расслабиться.

– Попробуем что-то ещё? Может, эмоции? – предложил Лиам.

Элис неуверенно кивнула.

– Мне кажется, это намного сложнее. Не знаю, получится ли сразу.

Элис прикрыла глаза снова. И позволила себе нырнуть в воспоминание. Что-то теплое, уютное. Как Ривер держал ее за запястье, ведя за собой в свою комнату, как пытался ее поддержать, окутывал заботой. Просто был рядом.

Она вызывала это чувство осторожно, будто доставала из памяти хрупкую вещь. Оно обволакивало её изнутри, и она попыталась направить его, как поток, к Лиаму.

Но ничего не происходило. Она почувствовала, как внутри снова встаёт барьер. Эмоции – это не цвет. Их не просто представить. Их нужно прожить заново. И это больнее.

– Получается? – тихо спросила она.

Лиам покачал головой.

– Только ощущение, что ты злишься на саму себя.

– Я… – она выдохнула. – Я попробую еще раз.

Она глубоко вдохнула и резко выдохнула, снова закрыла глаза. И заставила себя почувствовать: не придумать, не вспомнить, а именно почувствовать.

Уют. Чай. Его взгляд. Спокойствие.

И вот оно пошло, еле заметный ток под кожей, легкое давление в груди. Элис почти затаила дыхание, когда отправляла это чувство, будто крохотный шарик света из груди направлялся наружу.

– Ого, – пробормотал Лиам. Он прикрыл глаза и выдохнул. – Это… это приятно. Как будто кто-то сказал, что всё будет хорошо.

Элис открыла глаза. Они немного увлажнились от напряжения.

– Получилось?

– Получилось, – подтвердил он. – Прямо в солнечное сплетение ударило. В хорошем смысле.

Она откинулась назад и закрыла лицо ладонями. На губах блуждала легкая, но уставшая улыбка.

– Это сложнее, чем кажется. Словно каждый раз отрываешь часть себя.

– Ты справилась. – Лиам коснулся её плеча.

Элис кивнула, не глядя на него.

Но где-то внутри неё уже тлела мысль:

«Если я могу делиться теплом… значит, могу делиться и болью. А значит и страхом. И ужасом. И… видением».

Она молчала с закрытыми глазами, будто решалась на что-то важное. Лиам ждал. Не подгонял. Не перебивал. Только ждал.

– Я… – начала она, и голос у неё дрогнул. – Перед вторжением. Когда все ушли по своим делам… я… я пошла к медальону.

Лиам замер. Но ничего не сказал.

– Я не могу к нему подходить, мне известно об этом. Там стоят… защиты, ты знаешь. Но… они не работают на меня. Я вижу их прошлое, как они включаются, как их обходят. Я просто… просто прошла.

Элис всё чаще спотыкалась на словах. Казалось, её губы вот-вот замкнутся в страхе. Но она продолжила, будто борясь сама с собой.

– Я не хотела… не специально. Я просто… я думала, может, смогу увидеть что-то ещё. Получить ответы. До того, как всё пошло к черту.

Она запнулась, прижала ладони к коленям. Голос стал чуть выше, почти как у загнанного ребёнка, которому слишком страшно говорить вслух.

– Я… я прикоснулась к нему, Лиам. И увидела… это. Конец. Всё рушится. Люди кричат. Кровь. И Ривер… – она сглотнула, почти захлебываясь воздухом. – Он… он лежал. Мёртвый.

Лиам застыл, не делая резких движений. Он видел, как по щекам Элис пробежали слёзы, как руки ее тряслись.

– И я никому не сказала, – прошептала она. – Потому что если скажу, всё изменится. Все будут смотреть на меня как на чудовище. Или как на проклятую. Или как на предателя. А я просто… просто хотела понять.

Лиам поднялся и подошёл к ней. Не обнял, просто сел рядом, плечо к плечу. Его голос был необычно тихим, без тени иронии.

– Элис… спасибо, что сказала. Серьёзно. Это многое значит.

Она молчала, боясь взглянуть на него.

– И нет, – добавил он. – Я никому не скажу. Обещаю. И я не думаю, что ты чудовище. Ты – человек, который пытается сделать невозможное. Один. Но теперь не один.

Она дрожала. Но уже чуть меньше. Ее дыхание стало тише, ровнее.

– Я просто… так боюсь, Лиам. Я не знаю, что с этим делать. Если всё, что я вижу, правда, значит, всё кончится. Всё…

– Нет, – мягко перебил он. – Это значит, что у нас еще есть шанс. Потому что ты увидела. А значит, у нас есть время. Мы еще здесь.

Он повернулся к ней, слегка коснулся её плеча.

– А ты не одна в этом дерьме. Даже если иногда будешь так думать. Даже если Ривер будет ломать стены кулаками, а я… ну, я буду делать вид, что не боюсь. Ты всё равно не одна.

Она выдохнула. И в этом выдохе словно вышел страх, застрявший в груди с момента прикосновения к медальону.

Она наконец-то смогла разделить свою боль хоть с кем-то, это утешало, но не помогало полностью избавиться от нее. Теперь Лиам заложник ее тайны. Теперь они вдвоем поступают так же, как Ривер поступил с Лиамом. Гадство.

– Я, возможно, ещё не скоро смогу ему это передать. Если вообще смогу. Но с тобой я хочу продолжать тренироваться. Учиться. Я должна это контролировать. Мы должны отыскать Роуса или хотя бы то, что от него осталось…

– Ты не будешь одна, – перебил ее Лиам. – Научимся вместе.

Они посидели ещё немного в тишине. А потом Элис открыла глаза и сказала:

– Завтра продолжим?

– Завтра, – подтвердил он. – Но с тебя шоколадка. Я, между прочим, жертва эксперимента.

Она улыбнулась. И в этой улыбке не было фальши. Только благодарность и немного надежды.

Глава 13

Прошло несколько дней, и они перестали казаться Элис чужими. Время больше не тянулось вязкой, тревожной паутиной, в которой она раньше застревала по утрам. Теперь дни складывались в предсказуемый и упрямый ритм.

Теперь ее утро начиналось не с тревожного взгляда в зеркало и попыток угадать, как к ней сегодня отнесутся, а с лёгкой улыбки, потому что первым, кого она встречала, чаще всего был Лиам. Он неизменно ждал её в тренировочном зале с кружкой кофе в одной руке и наполовину съеденным бутербродом в другой.

Именно с ним она училась управлять своим новым даром. Цвета, эмоции – всё это стало частью их утренней рутины. Иногда все получалось играючи: легкое тепло в груди, мягкая янтарная вспышка – и Лиам щурился, будто его действительно коснулся рассвет.

Иногда же через боль. Она сжимала виски, когда слишком яркие оттенки начинали рвать сознание, дыхание сбивалось, а пол под ногами будто уходил в сторону. Лиам в такие моменты не хватал ее, не командовал и не требовал. Он просто садился рядом, касался плеча так коротко и уверенно, и ждал, пока она придет в себя.

– Не торопись. Это не бег на время, – тихо напоминал он.

И именно это она ценила больше всего. Он не пытался ее переделать под определенный ритм, он давал ей возможности следовать своему ритму.

– Сегодня я попробую передать образ, – однажды объявила Элис, устроившись напротив него на полу.

– Надеюсь, не образ Розиных тостов, – поморщился он, откусывая завтрак. – У меня от них уже флэшбеки.

– Нет. Теплый рассвет или… берег у моря.

Она позволила воспоминанию распуститься внутри: свет скользит по воде, влажные песок под босыми ногами, соленый ветер, трогающий волосы. В груди разлилось мягкое золото. Лиам вдруг замолчал. Его плечи опустились, пальцы разжались.

– Черт, – выдохнул он. – Я слышу волны.

После тренировок с Лиамом её ждал совсем другой опыт – бой с Рози. И если в ментальных упражнениях требовалась концентрация и внутренний контроль, то здесь – выносливость, инстинкты и… смирение. Потому что Рози била без жалости. Правда, каждый раз с улыбкой.

Они начали выходить во двор, где серое небо нависало тяжелой крышей, а воздух пах холодным металлом и пылью. Рози разминала плечи, крутила шеей, и на ее губах играла предвкушающая улыбка.

– Щит ставь! – кричала она, когда Элис в очередной раз не успевала закрыться и отлетала к мату.

Спина отзывалась тупой болью, ладони жгло от трения. Элис перекатывалась на бок, кашляла, но все равно поднималась.

– Ты не бабочка, чтобы витать в облаках. Ты – молот!

И плевать было Рози, что бабочки в облаках не летают.

– Молот не ставит щиты! – огрызалась Элис, поднимаясь.

– Значит, будешь молотом с синяками.

И Рози снова шла в атаку.

Иногда Элис хотелось закричать от усталости. Мышцы дрожали, ноги подкашивались, дыхание рвалось из груки, как зверек из клетки. Но с каждым днем удары становились точнее, щит крепче, падения короче. А внутри, под слоем боли и раздражения, медленно крепло ощущение: я выдержу.

С Ривером же не было ни ударов, ни разговоров. Только тишина. Он проходил по коридору с той самой уверенностью, с той же прямой осанкой, и воздух вокруг него казался чуть холоднее. Он не смотрел на нее, и это ранило сильнее любого удара Рози.

Иногда Элис чувствовала его присутствие еще до того, как видела: по легкому напряжению в спине, по внезапному желанию выпрямиться, по предательскому скачку сердца. Она делала вид, что листает записи или рассматривает стену, но все равно ощущала, как внутри все болезненно сжимается.

Однажды они оказались на одном ужине. За общим столом. Элис поймала его холодный и пустой взгляд. Он не отводил глаз, но и не улыбался. И всё стало ясно: он закрылся. Возможно, навсегда.

Элис не показывала этого никому. Только Рози однажды спросила:

– Ты в порядке?

Элис выпрямилась, пожала плечами, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– Да. Просто занята.

Слова не были ложью. Потому что в это время её уже готовили к новому испытанию – экзамен по спортивной подготовке. Она узнала о нём от Рональда, когда тот отдал ей распечатку маршрута и план сражений, словно вручил приглашение на вечеринку.

– Не паникуй. Это не смертельно, – сказал он, подмигнув.

Экзамен был сложным. Начался с забега по полосе препятствий, где нужно было ползти под натянутыми канатами, перепрыгивать через пылающие барьеры и карабкаться по отвесной стене. Первый круг Элис почти провалила – рука соскользнула, и она упала в грязь, больно ударившись о камень.

– Вставай, – крикнула Рози с трибуны. – Ты молот, помнишь?

Элис зажмурилась, стиснула зубы и поднялась. Грязь стекала по рукавам, пальцы дрожали, но она снова вцепилась в скалу. Каждый сантиметр давался через боль. И все же она добралась до финиша – задыхаясь, шатаясь, но на ногах.

После полосы был рукопашный бой. Её соперником стал невысокий парень с тремя звёздами и кулаками, будто отлитых из железа. Удары были быстрыми, точными. Элис почти всё время защищалась: щит, уход, блок.

Но в один момент ей удалось перевернуть ход боя. Не за счёт силы, а за счёт ловкости. И в какой-то секунде просто за счёт упрямства. Она выиграла с натягом. Сквозь кровь, синяки и упрёки в голове.

Позже вечером ей вручили новую нашивку. Две звезды. Это был не просто символ. Это была победа над собой. Она провела пальцами по плотной ткани. Это было доказательство, что она не та, кем была в самом начале.

Ночью она сидела на подоконнике своей комнаты, подтянув колени к груди. Смотрела на звёзды, которых теперь официально было две. Слушала, как в соседней комнате Лиам играет на гитаре. А где-то в конце коридора всё так же молчал Ривер.

Она закрыла глаза, положила пальцы на колени и выдохнула.

– Всё не так, как должно быть. Но всё идёт вперёд.

И этого пока было достаточно.

Всё изменилось утром, которое начиналось так же, как и остальные: завтрак, легкая разминка, передача цвета, ещё один неудачный заход на образы – и внезапно стук в комнату.

Дверь открылась, а на пороге стоял Рональд, как всегда прямой, как шпага, но на этот раз без своей фирменной ухмылки.

– Элис, ты срочно нужна в конференц-зале. Сейчас.

– Что-то случилось? – Она машинально поднялась.

– Миссия. Срочная. Подробности у Маркела.

Миссия.

Это слово прозвучало громче выстрела. До этого она была только на тренировках, в спаррингах, в теории. Теперь настоящее задание. И её имя значится в списке участников. То что ее взяли тогда на бал, изначально и не планировалась как миссия, просто Ордену нужно было показать масштаб людей, чтобы получить рукописи.

Когда Элис вошла в конференц-зал, внутри уже сидели Лиам, Рози, Рональд и двое других бойцов Ордена: близнецы Харпер и Ноа, специализирующиеся на защите и поиске остатков энергии от дара. Возле проектора стоял Маркел. Его лицо, как всегда, было строгим, но в голосе ощущалась напряженность.

– Поступила информация от внешней разведки, – начал он без предисловий. – В одном из приютов для одаренных на границе города произошло похищение. Часть подростков исчезла. Остальные утверждают, что их кто-то «позвал» изнутри. Подозрение на ментальное влияние. Мы не можем рисковать. Выдвигаемся через два часа.

Маркел перевёл взгляд на Элис.

– Ты идёшь с ними.

– Я?.. – она не сдержала удивления. – Но… я же только получила вторую звезду…

– Именно поэтому, – жёстко ответил он. – Мы должны увидеть, как ты действуешь в реальных условиях. Это не демонстрация. Это не полигон. Это – поле. Там дети. И, возможно, враг. Тебе дадут задание в группе поддержки: сканировать прошлое места, где были замечены исчезновения. Если обнаружишь что-то необычное, то немедленно докладываешь Лиаму.

Элис почувствовала, как грудь сжалась. Руки вспотели, будто она уже держала оружие в ладонях.

Она перевела взгляд на Лиама, тот был как всегда невозмутим, только подмигнул ей, как бы говоря: справимся, не впервой.

Рози выдохнула, но улыбнулась ей ободряюще.

– Ну что, звёздочка, готова пойти спасать мир?

– Не уверена… – пробормотала Элис. – Но, похоже, выбора у меня нет?

– И снова добро пожаловать в Орден, – усмехнулась Рози. – Здесь редко кто что-то выбирает.

Когда собрание завершилось, стулья заскрипели о пол, и участники начали подниматься без лишних слов. Элис же не двинулась с места. Она стояла у длинного стола, глядя на погасший экран проектора, в котором отражался ее силуэт, чуть сгорбленный, будто не готовый принять вес сказанного.

Шаги постепенно стихали, комната пустела. И только тогда рядом возник Лиам, так естественно, будто все это время стоял в ее тени.

Он легко толкнул ее плечом, не сильно, но достаточно, чтобы она вернулась в тело.

– Эй. Глубоко дыши. Это не экзамен. Это просто… очень важная игра с возможностью умереть, – он усмехнулся.

– Ты такой обнадеживающий, – буркнула Элис, проводя ладонью по лицу. Но губы все равно дрогнули.

– Слушай, ты умеешь видеть прошлое вещей. А мы идём в место, где много интересного произошло. Нам ты пригодишься. Не из-за пророчества. Не из-за медальона. Просто потому что ты – ты. Поняла?

Элис кивнула. Поняла. Хотела бы она только сама в это поверить.

Сборы прошли как в тумане. Комната казалась меньше обычного. Девушка открыла шкаф, вытащила бронежилет и на секунду замерла, разглядывая плотную ткань, усиленные вставки. Все это раньше казалось атрибутом чужой жизни, жизни бойцов, не ее.

Она натянула защиту через голову, застегнула ремни. Пальцы дрожали, и ей пришлось дважды поправлять липучки, потому что они легли неровно. Перчатки, коммуникатор, кобура. Пистолет показался тяжелее, чем на тренировках. Тело помнило инструкции, оно двигалось само, но внутри росла паника. Она поднималась откуда-то из живота, холодная и вязкая, а потом разливалась по груди.

Это не зал с матами, это не Рози, которая остановит бой, если упадешь. Она на секунду закрыла глаза и оперлась ладонями о стол.

И вдруг мысль ударила неожиданно остро. Ривер. Она не говорила с ним больше недели. Ни случайных фраз в коридоре, ни коротких замечаний на тренировке. Даже взгляда – и того не было. Он будто вычеркнул ее из пространства вокруг себя. И сегодня его не было в зале, не было в списке миссии. Он не увидит, как она справится. Или как провалится.

Элис резко застегнула кобуру, будто могла таким образом заглушить эту мысль. Но внутри все равно болезненно сжалось: от пустоты, от недосказанности, от того, что часть ее хотела доказать что-то именно ему. И не могла.

Через два часа у главного входа уже стоял фургон: гладкий, черный, матовый, с эмблемой Ордена. Машина выглядела так, будто не отражала свет, а поглащала его.

Дверь уже была открыта. Внутри уже сидели Рональд, близнецы Харпер и Ноа – зеркально похожие, с одинаково собранными волосами и почти синхронными движениями. Они проверяли оборудование, переговаривались вполголоса, касаясь сенсоров на запястьях.

Лиам закидывал сумку в багажный отсек, ворча под нос, что ему опять не дали нормальный нож. Он захлопнул крышку и обернулся к Элис, словно проверяя, идет ли она.

Рози стояла рядом, натягивая перчатки. Ткань туго обхватывала пальцы, кожа поскрипывала при движении.

– Держись ближе к нам, – сказала она, не глядя, но явно обращаясь к Элис. – Мы не знаем, с кем будем иметь дело. Но если правда за этим стоит кто-то из первой ветви…

– …то это не дети, – закончила Элис за неё. – Это ловушка.

– Или вербовка, – кивнула Рози. – Именно поэтому мы берём тебя. Ты увидишь, что там произошло.

Элис подтянула ремни на запястьях, чувствуя, как ткань врезается в кожу. Хотела бы она так же легко затянуть собственные страхи, сделать их компактными, управляемыми. Но они оставались внутри, занимая все пространство.

Девушка забралась в фургон. Дверь захлопнулась глухо, отрезая от офиса. Машина тронулась плавно, почти бесшумно. Дорога за окном потекла серой лентой, здания сменялись одно за другим, растворяясь в отражении стекла.

Лиам сидел напротив Элис и крутил в пальцах металлический жетон с символом Ордена. Свет скользил по гравировке, и на мгновение эмблема казалась почти живой.

– Думаешь, те, кто вербует, делают это потому, что верят, что их путь правильный? – спросила Элис, глядя на бегущую за окном дорогу.

Фургон слегка качнуло на повороте. Лиам не ответил сразу. Провел большим пальцем по краю жетона, будто стирая невидимую пыль.

– Почти всегда. Даже те, кто сжигает мир, думают, что строят новый.

– А ты? Что думаешь о первой ветви?

– Думаю, если это действительно они… нас ждет не просто конфликт. Нас ждёт идеологическая война. Где будут ставить перед выбором. Где каждый шаг может сделать тебя предателем в глазах одних или других.

Элис опустила голову.

– А если… они будут правы?

Лиам усмехнулся:

– Тогда нам придётся быть неправыми, но живыми.

Фургон продолжал движение. И с каждой секундой расстояние между «тренировкой» и «реальностью» становилось все меньше.

***

Место назначения – приют, бывшее здание научного центра.

Даже издалека здание выглядело так, будто его вычеркнули из времени. Бетонные стены потемнели, стеклянный фасад утратил блеск, металлические балки проступали наружу, как оголенные кости. Когда фургон плавно затормозил у входа, мотор еще несколько секунду гудел, прежде чем окончательно стихнуть.

Дверь открылась. Команда вышла молча. Ботинки коснулись потрескавшегося асфальты. Воздух был тяжелым, плотным и влажным, как перед грозой, хотя небо оставалось безоблачным.

Стеклянные двери приюта были обмотаны проволокой, словно кто–то пытался удержать что-то внутри. Камеры наблюдения висели сломанными, их объективы безжизненно смотрели в землю. Окна на втором и третьем этажах были выбиты; осколки до сих пор поблескивали на подоконниках. Сквозь пустые рамы виднелся хаос: перевернутые шкафы, сорванные занавески, разбросанные матрасы.

Лиам первый двинулся к входу, окидывая территорию цепким взглядом.

– Рональд, близнецы – прочёсываете левое крыло, – командовал Лиам. – Проверяете подвальные помещения и серверную.

Он повернулся к Рози и Элис.

– Вы со мной.

Затем взгляд прямо в глаза Элис.

– Ищи информацию. Все, что покажется странным – говори. Даже если это будет просто ощущение. Поняла?

Девушка кивнула, а в горле пересохло.

Команда вошла внутрь.

Здесь было темнее, чем казалось снаружи. Свет пробивался сквозь разбитые окна узкими полосами, поднимая в воздухе клубы пыли. Пол скрипел под ногами, а где-то капала вода.

Прошлое обрушилось мгновенно, когда Элис прикоснулась к стене.

Сначала обыденность: шаги по коридору, детский смех, голос воспитателя, строгий, но теплый. Потом тренировки. Сосредоточенные лица подростков, короткие команды. Это место не было тюрьмой, здесь учились.

А затем настроение помещение поменялось. Крик, резкий звук падающей мебели. Паника, бегущие по коридору фигуры. Кто-то звал по имени, кто-то плакал.

И тень. Она двигалась слишком быстро, неестественно. Не как тело, а как провал в воздухе. Элис отдернула руку и прошептала:

– Кто-то был здесь чужой. И у него была какая-то власть над разумом.

Рози нахмурилась.

– Это подтверждает наши догадки.

Лиам наклонился к ней.

– Он был одарённым?

– Определенно да. К нему тянулись, но не из страха. Как будто он внушал своими силами безопасность. Но его образ странный. Он не размыт, как обычно это происходит. На нем будто тень, как маска.

Лиам и Рози переглянулись.

– Идём дальше, – коротко бросила Рози.

Элис кивнула, но внутри все продолжало холодеть. Тот, кто был здесь, не просто воздействовал. Он знал, как скрываться.

Они шли по коридорам осторожно, шаг за шагом. Коридоры тянулись бесконечно, двери классов были частично сорваны.

– Здесь были учебные комнаты, – заметила Рози, указывая на двери, зарешеченные металлическими панелями. – Некоторые из детей могли прятаться именно тут.

Элис остановилась перед одной из дверей. Потянулась к ручке, коснулась её пальцами.

Взрыв ощущений. Паника, бег.

Они продвигались дальше. Комната за комнатой – всё те же признаки спешки и страха: перевернутые стулья, брошенные предметы, следы обуви в пыли, обрывки одежды. Но не было крови. Не было тел.

– Многие не убегали от него, – выдохнула Элис. – Они сами бежали к нему. Это не было нападением, он их убедил.

– Или подчинил, – мрачно бросила Рози.

– Нет. – Элис поднялась. – Это не было подчинением. Это было доверие. Я чувствую его даже сейчас. Он говорил с ними не как враг. Как друг. Или как… – она замолчала.

– Как лидер, – подхватил Лиам. – Значит, это была подготовка. Вербовка. Кто-то уже работал с ними раньше.

В этот момент в наушниках щелкнула связь. Голос Рональда.

– Мы нашли помещение с замкнутой системой. Сильный энергетический след от дара.

Рози активировала карту на наручном проекторе.

– Это недалеко. Отходим на северо-западное крыло. Быстро.

Комната, в которую они пришли, была совсем не похожа на другие. В центре стояли металлические столы с остатками оборудования, но самое главное – в воздухе витало ощущение чего-то незавершённого. Как будто кто-то только что ушёл.

– Чувствуете? – Лиам встал у стены. – Здесь будто другое давление.

Элис опустилась на колени и коснулась пола. На этот раз образ пришёл не как поток, а как удар в грудь.

Свет. Шум голосов. Десятки подростков, стоящих в круге. Перед ними фигура в тени. Высокая, с расправленными плечами. Голос звучал низко, уверенно. Она не могла различить слов, но чувствовала, как каждое из них проникало в сознание.

«Ты – не ошибка».

«Ты – начало».

«Старый мир не примет тебя. Но мы построим новый».

И лица. Подростки не были напуганы, они были окрыленные, вдохновленные. Кто-то заплакал. Кто-то сжал руку соседа. Кто-то кивнул, будто поклялся.

И тогда… вспышка. Образ, словно символ. Кольцо, переплетенное с молнией. Не герб Ордена. Что-то иное. Что-то новое.

Элис отпрянула, сердце билось в висках.

– Они… слушали его, – прошептала она. – Он говорил, что они избранные. Что им не место в мире, где их держат в клетках. Он обещал путь.

– Классика, – пробормотала Рози. – Дать им смысл. Дать им семью. А потом использовать.

– Нет, – покачала головой Элис. – Он не лгал. Он… он сам верит в это. Понимаете? Он не манипулировал.

Наступила тишина. Даже Лиам молчал.

– Мы уходим, – наконец сказала Рози. – Нам нужно сообщить в штаб. Это не просто исчезновение. Это новая структура. Возможно, новая организация.

Они повернулись к выходу, и в этот момент сработала сигнализация, которая, как ребята думали, уже была отключена.

Резкий вой. Красный свет.

– Что за… – Лиам отшатнулся от двери. – Мы ничего не трогали!

– Кто-то активировал защитный контур, – сказала Рози, схватив рацию. – Здесь кто-то есть.

И в ту же секунду на другом конце коридора раздался тихий, но отчетливый звук. Щелчок.

Они обернулись.

В тени стояла фигура. Молодой человек. Примерно их возраста. Капюшон сполз на плечи, обнажив лицо. Тёмные глаза. Белая татуировка над бровью – тот самый символ, который видела Элис.

Он смотрел прямо на неё.

– Ты одна из нас, – сказал он. Голос был мягким. Почти добрым. – Только ещё не знаешь этого.

Элис сделала шаг вперед, сама не понимая зачем. И незнакомец вдруг отступил, исчезая в боковом коридоре быстро, но не в панике. Будто не боялся их, а просто передал сообщение.

Он говорил так, будто знал ее, будто давно ждал.

Рози стояла рядом с Лиамом, кинжал блеснул в красном свете. Пользоваться пистолетом сейчас было ошибкой, они должны были вести себя тихо, нельзя привлекать лишнее внимание, если кто-то, кроме команды, здесь еще находился.

– Мы не одни, – выдохнула она, вцепившись в плечо Лиама. – Все в центр, не разбредаемся.

Но следующая секунда изменила всё.

Сигнализация еще выла, разрывая воздух на алые вспышки и режущие звуковые волны, когда из глубины коридора донеслись шаги. Сначала один. Затем второй, третий. И вдруг – множество.

Рощи мгновенно прижалась к стене, смещая центр тяжести, кинжал лег в ладонь так естественно, будто был продолжением ее руки.

– Готовьтесь, – прошептала она.

Лиам шагнул вперед, заслоняя собой Элис. Его пальцы едва заметно напряглись, и в ладони вспыхнуло теплое оранжевое свечение.

Из темноты выбежали подростки. Трое. Четверо. Потом шестеро. Лица знакомые, их фотографии были на досье у Маркела. Все в одинаковой одежде: простые брюки, толстовки, без знаков отличия. Лица спокойные. Почти безмятежные.

– Это они, – прошептала Элис. – Пропавшие.

Один из них, высокий парень с короткими тёмными волосами, выступил вперёд.

– Элис, ты не понимаешь. Ты должна пойти с нами. Здесь тебе не место.

– Кто ты? – спросила она, сжимая кулаки.

– Мы такие же, как ты. Только мы уже проснулись. Я показал им правду. Ты тоже ее почувствовала.

Рози шагнула вперёд.

– Один шаг – и я тебя вырублю.

Парень даже не взглянул на неё.

– Мы не хотим сражения. Только заберем ее.

– Попробуй, – бросил Лиам, разжигая еще сильнее свой дар огня в руке. – Только попробуй.

Подростки двинулись вперёд быстро и слаженно.

Один бросился на Рональда, но тот был готов, ударил его ногой в грудь и отправил в стену. Близнецы встали спина к спине, готовые к любым атакам и держа в руках пистолеты. В воздухе засвистели искры. Один из подростков метнул волну энергии, которая разнесла стойку с оборудованием. Осколки стекла взвились в воздухе.

Рози атаковала первой: резкий удар кинжалом по плечу девушки, приближавшейся к Элис. Крови не было, та использовала свой дар земли, закрывая песком свое тело, но отлетела назад кувырком.

– Элис, за меня! – крикнула Рози.

Но уже было поздно.

Тот самый высокий парень оказался рядом. Его руки обвились вокруг запястий Элис, а взгляд стал глубоким, почти гипнотизирующим.

– Смотри, – прошептал он. – Мы можем быть другими. Ты не принадлежишь Ордену. Они боятся тебя.

И в эту секунду она почувствовала.

Образ. Обманчиво тёплый, сладкий. Как будто реальность изменилась. Комната исчезла. Вокруг был лес. Солнце. Покой. Свобода. Она не чувствовала страха, она верила, что там, где она находится в сознании – ее место, она там, где должна быть. Она чувствовала уверенность в своих силах, в своем будущем. Она верила, что Орден – не то место, где она должна находиться.

А рядом десятки таких, как она. Улыбающихся. Свободных.

«Ты одна из нас. В Ордене тебе не место. Они боятся тебя».

И это казалось правдой. Орден – это стены, правила, контроль. Здесь же – простор, выбор, начало. Она почти поверила, почти сделала шаг вперед.

Но сквозь этот ложный, но такой мягкий и обволакивающий мир пробился крик:

– Элис, НЕТ! – голос Лиама такой резкий и отчаянный.

И удар. Сильный. Лиам врезался в парня всем телом, сбивая его с ног. Иллюзия треснула, как стекло. Лес распался на осколки света, солнце погасло.

Она вскрикнула, пошатнулась. Пол под ногами снова стал бетонным, красный свет резал глаза. Чьи-то руки схватили ее за плечи и резко дернули назад.

– Очнись, черт тебя дери! – прошипел Лиам ей в лицо.

Его пальца впились в ткань ее бронежитела. Дыхание было сбивчивым, на виске виднелась тонкая струйка крови.

Мир вернулся слишком болезненно, в том мире она почувствовала успокоение, уверенность в своем будущем, здесь же был хаос, драки, крики и неопределенность.

– Он пытался влезть в мою голову… – выдохнула Элис, едва справляясь с дрожащими коленями. – Он… почти забрал меня.

– Но не забрал, – жестко сказал Лиам, удерживая ее взгляд. – Ты здесь. С нами.

Рози в это время прижала одного из подростков к полу, коленом фиксируя плечо. Близнецы обездвижили еще одного, замотав вокруг его рук толстую проволоку. Тот, кто ударил Рональда, лежал без сознания у стены.

Остальные начали отступать без паники. Они отходили шаг за шагом, прикрывая друг друга. Один из них – тот самый парень – поднялся, бросил на Элис короткий взгляд. Он был сплошной уверенностью в своих слова, никакой злости.

Потом они исчезли в коридоре, растворившись в пыли и тенях. Сигнализация продолжала настойчиво выть, а в комнате стало холоднее.

***

– Это была попытка похищения, – мрачно сказал Маркел, когда команда связь с офисом наконец стабилизировалась и в динамике зашипел знакомый голос. – Причём, судя по показаниям Элис, они знали, что делали.

Он не повышал голос, но в нем слышалось напряжение человека, который уже складывает картину воедино. На заднем плане кто-то быстро отдавал распоряжения, щелкали клавиши, открывались каналы связи. Орден пришел в движение.

Элис сидела в фургоне, прислонившись затылком к холодной металлической стенке. Машину слегка потряхивало на поворотах, мотор глухо гудел, под полом вибрировал привод. Она чувствовала, как вместе с этой вибрацией внутри нее отзывалось что-то чужое – тонкий, почти неощутимый след. Голос не исчез полностью, словно кто-то по-прежнему стоит в глубине ее сознания и терпеливо ждет.

Она медленно провела пальцами по виску, будто могла стереть ментальное прикосновение. Кожа была обычной, теплой. Но ощущение чужого взгляда изнутри не проходило.

– Он… – голос ее дрогну, и она сама удивилась, насколько тихо это прозвучало. – Он сказал, что я одна из них.

Лиам, сидевший рядом, молча сжал её руку. Его ладонь была теплой, пальцы слегка обожжены, кожа на костяшках покраснела после вспышек пламени.

– Нет, Элис, – сказал он наконец, глядя прямо в глаза. – Ты – это ты. А не чей-то выбор. И пока ты здесь, никто тебя не утащит.

И всё равно. Внутри где-то глубоко оставался след. Не страх, он уже отступал. Не сомнение – оно было с ней давно и не нуждалось в чужой помощи. А любопытство.

Что, если он не лгал?

Фургон мчался обратно к базе, фары выхватывали из темноты обочины редкие дорожные знаки и стволы деревьев. Подростков, которые не смогли сбежать, увезла другая машина. Сейчас их тоже везли в офис, но на допрос.

Внутри фургона царила выжидающая тишина. Каждый переваривал случившееся по-своему. Рози о чём-то шепталась с Рональдом, склонившись к нему так близко, что их лбы почти соприкасались. Она жестикулировала короткими и резкими движениями: разбирала атаку, просчитывала ошибки. Рональд слушал молча, кивал, иногда сжимал губы.

Близнецы методично проверяли снаряжение: щелчки обойм, короткие нажатия в планшете, сухие комментарии друг другу. Их спокойствие было профессиональным, способом не думать о том, что подростки шли на них не как жертвы, а как верящие.

Лиам сидел напротив Элис, одна рука на бедре, другая все еще рядом с ее ладонью, не отпуская окончательно. Его плечи были напряжены, челюсть сжата. Он делал вид, что смотрит на остальных, но взгляд то и дело возвращался к ней, проверяя, здесь ли она, не ускользает ли снова куда-то внутрь. С физической болью можно справиться, пережить ее, но что делать с вербовкой? Как можно вытащить человека оттуда, если он бесповоротно поверил в чужую «правду»?

Почему она? Почему именно ее хотели забрать?

Этот высокий парень говорил, будто знал её. Будто ждал. Не угрожал и не запугивал. Он просто убеждал ее. И что страшнее всего – почти убедил.

«Ты одна из нас. В Ордене тебе не место. Они боятся тебя».

Он говорил то, что уже сидело у неё в голове. Он не насаждал идеи, он вытаскивал её собственные сомнения наружу.

Значит, они знали.

Они знали, кто она. Знали, через что прошла. Что скрывает. Они даже могли догадываться, что она видела в медальоне.

«Если они правда часть первой ветви Валтера…» – подумала Элис, – «…тогда их цель не просто разрушение Ордена. Они хотят заменить его. Построить что-то другое. Под себя».

Но что это «другое»?

Кто-то, обладающий силой влияния, достаточно мощной, чтобы изменить память или внушить веру. Тот парень не внушал ей чужие мысли, он вытягивал из нее ее сомнения и страхи.

Она вспомнила, как подростки шли к ним. Не как беглецы, не как загнанные дети. Они двигались с внутренним стержнем, с убежденностью. Как спасенные, которые хотят протянуть руку другим утопающим. В глазах не было растерянности, только уверенность человека, которому открыли истину, и теперь он хочет поделиться ею с остальными, даже если те сопротивляются.

Это была вербовка. Только на другом уровне.

– Они не просто выкрадывают, – произнесла Элис вслух, все еще глядя в окно, будто разговаривала с отражением. – Они строят что-то своё. Создают армию. Только не из солдат, а из убежденных. Из тех, кто верит.

– И ты им нужна, – тихо отозвался Лиам. – Потому что ты видишь больше. Потому что ты центр чего-то. Они это чувствуют.

– И ты? – спросила она, не отрывая взгляда от окна.

– Я знаю, что ты важна. Но ещё я знаю, что у тебя внутри есть что-то, чего у них нет. Сомнение. И совесть. А они, похоже, променяли совесть на абсолютную уверенность.

Элис кивнула.

«Если ты полностью уверен в своей правоте – ты перестаешь сомневаться. А значит, становишься опасным».

Они вербовали не всех. Только тех, кто «готов». Кто пережил что-то серьёзное. Кто задавал вопросы. Кто уже начал шататься между «да» и «нет».

И Элис с её видением, с её страхами, с тайной смерти Ривера на руках – была идеальной мишенью.

Подарить ей объяснение. Путь. Цель. Семью. Освободить от боли.

И тогда она сама станет проводником. Сама потянет за собой других. Вот чего они добивались.

– Если бы я осталась с ними ещё на минуту, – прошептала она, – я бы пошла. По собственной воле. Даже не заметив как.

– Именно поэтому ты не останешься одна, – ответил Лиам. – Потому что если тебя кто-то и сможет вытащить, когда ты тонешь, это будем мы. А не они.

Девушка закрыла глаза на секунду, прислушиваясь к себе. След в ее сознании все еще был там. Но рядом теплилось иное чувство, не подчинение, а выбор. И пока выбор оставался за ней – она не была одной из них.

Позже, уже в стенах офиса, когда адреналин окончательно уступил место усталости, Маркел вызвал к себе только Элис и Лиама. Его кабинет встретил их приглушенными светом и запахом крепкого кофе. На столе стояла уже остывшая кружка, рядом лежали разложенные фотографии, распечатки, схемы перемещений.

– Вы оба знаете, что это было не просто нападение, – сказал он, глядя прямо на неё. – Они знали твое имя. Твоё лицо. Они действовали, как армия. Только без формы и оружия. Только с идеологией.

Элис выдержала его взгляд, хотя внутри все снова неприятно сжалось. Перед глазами на секунду всплыл тот парень и его умиротворенная улыбка.

– Это значит, что первая ветвь не просто существует. Она растёт, – добавил Лиам.

Маркел кивнул, потянул к себе одну из папок и щелкнул по фотографии подростка.

– Они собирают тех, кто не вписывается в наши системы. Кто чувствует себя иначе. И используют это. Подростки, одарённые, нестабильные – идеальные жертвы. Или идеальные солдаты.

– А я… – Элис сама не заметила, как сжала кулаки так сильно, что побелели костяшки. – Я у них в списке.

– Нет, – сказал Маркел. – Ты – в их прицеле. А это разные вещи.

Он сделал паузу, позволяя этой мысли закрепиться.

– Они хотят тебя. Значит, боятся того, кем ты можешь стать, если выберешь не их.

Элис молчала. Но в груди, вместо страха, росло решение.

«Они думают, что я их слабое звено. А я стану тем, кто их уничтожит. Только… сначала придётся не потерять себя».

– С этого дня ты временно под наблюдением, – сообщил Маркел. – Не потому, что мы тебе не доверяем. А потому что теперь ты их цель.

Элис хотела возразить, но слова застряли. Она и сама это понимала. Они пришли за ней. Не за данными. Не за приютом. За ней. Да и скрываться ей было некуда, основная миссия по захвату меча уже прошла. Однако встал вопрос, как обучаться новой способности, при этом чтобы никто, кроме их четверки, не узнал об этом.

– Мне не нужна охрана, я и так никуда не выхожу за пределы офиса.

Элис говорила спокойно, почти дипломатично, надеясь, что разумные тон поможет.

– Элис, это не обсуждается, – отрезал Маркел. Мы не можем рисковать всем из-за твоих прихотей, возражений я не принимаю.

Девушка открыла рот в немом ответе. В груди вспыхнула почти детская злость. Сколько это продлится? Неделю? Месяц? Год? Как развивать передачу образа под чьим-то надзором? Как скрыть то, о чем знают только они четверо?

Элис повернулась в сторону Лиама, ища поддержку. В его взгляде не было тревоги. Он спокойно кивнул ей, едва заметно. Это злило еще сильнее.

Она не понимала, почему он такой спокойный, он что-то знает? Или просто не понимает масштаб проблемы? Продолжать спор она не стала. Сейчас это ничего бы не изменило.

Когда Маркел отпустил их, Элис вышла из кабинета быстрее, чем обычно, и остановилась в коридоре. Она буквально прожигала Лиама взглядом.

– Что? – он заметил ее выражение и вскинул бровь. – Я тебе дал понять, что все окей.

Он показал рукой жест «все под контролем», будто речь шла о мелочи.

– Почему ты так спокоен? – ее голос дрогнул, и она уже не пыталась скрывать раздражение. – Меня могут посадить на цепь и приставить круглосуточного наблюдателя! Мы не можем рисковать, что кто-то увидит мое обучение! Иначе на хрен пойду не только я! Но и вы трое, а ещё наш план.

Лиам рассмеялся с ее ругательств. Его это все вообще не волновало, видимо. Спокойствия парня выводило Элис из себя.

– Во-первых, ты очень забавно ругаешься, во-вторых, все в порядке. Нам никто не помешает, я знаю Маркела, и что он собрался сделать. В этом плане он предсказуем.

– Рассказывай, – процедила она сквозь зубы.

– Нацепит на тебя браслет. И человек, который будет за тобой присматривать.

– Чего?! Если с браслетом я могу смириться, то с охранником – нет! Маркел из ума выжил? Какого беднягу он хочет заставить этим заниматься?

– Не могу сказать, – парень развел руками. – Это же не моя тайна.

– Лиам, если это будет Мартин… – она прищурилась. – Клянусь, в первую очередь душу потрошить я приду не к Маркелу, а к тебе! Я думала, мы друзья.

Лиам снова засмеялся, его спокойствие было почти неприличным.

– Я же сказал, чтобы ты не переживала.

В течение следующего часа все подтвердилось. Ей выдали временный браслет слежения – аккуратное устройство, больше похожее на минималистичные часы. Холодный металл коснулся кожи, когда техник защелкнул механизм. Замок щелкнул тихо, но звук показался оглушительным. Ключ закрепили на тонкой цепочке – снять браслет без него было невозможно.

«Прекрасно. Теперь я в клетке. Только без прутьев».

Личного охранника закрепили «в тени». Кто это – не сказали. Лиам так и не выдал ни имени, ни намека, даже когда она пригрозила во время обучения показывать ему самые мерзкие образы, какие только могла придумать.

Девушке хотелось создать движение протеста, сбежать куда-нибудь подальше, начать ходить к каждому участнику Ордена, чтобы ее «куратор» взвыл от слежки и побежал ныть Маркелу. Но прохладный душ успокоил ее мысли и смыл весь подростковый бойкот. Пришли ясность и рассудительность. Если Лиам не стал переживать, то и Элис незачем. Она уже не в той позиции, когда доверять некому и положиться можно только на себя. Она доверяла Лиаму, Рози, да даже Риверу, они не бросят ее одну, тем более когда у нее открылась новая способность. Даже если вся дружелюбность – это обычная наигранность, то желание воспользоваться ее силами настоящее. Они не могут упустить такую возможность.

Ночью, все еще оставаясь в своей комнате, Элис лежала на диване, уставившись в потолок. Тени от лампы мягко двигались по стенам. Браслет тихо поблескивал на запястье. В голове все еще был рой мыслей, который все равно не удавалось соединить в одно целое.

В какой-то момент экран ее телефона заморгал.

Ривер: «Ты в порядке?»

Элис застыла.

Его имя. После недели тишины. После всего он написал. Они обменялись номерами почти сразу, как только Элис стала жить в офисе. Но при этом ни разу они не созванивались и не переписывались. Надобности такой просто не было, если что-то нужно, то всегда можно найти друг друга здесь. Сердце выдало мощнейший кульбит, все гормоны будто разом взбунтовались, внутри творился эмоциональный хаос.

Она села, не веря. Набрала:

Элис: «Физически – да. В остальном… не уверена.»

Пауза. Потом снова:

Ривер: «Я слышал, что произошло. Хотел прийти. Не знал, можно ли».

Она прикусила губу.

Элис: «Можно. Но ты не пришёл».

Тишина затянулась. Каждая минута казалась дольше предыдущей.

Ривер: «Я боялся, что скажу не то. Или наоборот ничего не скажу. Всё как-то… не так.»

Элис: «Всё давно не так.»

Ривер: «Они правда хотели тебя забрать?»

Девушка долго смотрела на экран.

Элис: «Да. И самое страшное, что на мгновение я хотела уйти с ними. Я не знаю, что со мной.»

Ривер: «Ты не виновата. Они действуют через боль, страх и одиночество. Это их оружие.»

Она невольно вспомнила слова Маркела.

Элис: «А я – их цель.»

Ривер: «Нет. Ты наша сила. Просто ты ещё не знаешь, как её использовать.»

Элис прижала телефон к груди. Тишина внутри комнаты казалась теплее.

Через пару минут экран снова загорелся.

Ривер: «Если будет трудно – пиши. Даже если я не отвечу сразу. Я всё читаю.»

Элис: «Я знаю.»

Хоть они и не общались таким способом, она была уверена в его словах, она знала, что он не оставит ее.

Элис смотрела в экран, не зная, как заканчивать этот разговор.

Потом почти инстинктивно написала:

Элис: «Ривер… ты скучал?»

Три точки на экране.

Они двигались. Пропадали. Появлялись снова.

Наконец:

Ривер: «Каждую ночь. Только теперь не уверен, могу ли показать это.»

Элис не ответила. Просто улыбнулась сквозь слёзы.

И написала: «Я тоже»

Во всех смыслах в данном контексте. Рози говорила Элис, что не стоит терять время, неизвестно, как будет решен вопрос с концом света. Но именно это и мешало Элис и Риверу больше всего. Даже, скорее, только Элис. Ее сила может спасти мир от ужасной участи, но возможно ли спасти Ривера?

Глава 14

Элис проснулась резко, будто кто-то выдернул ее из сна за невидимую нить. Она несколько секунд смотрела в потолок, не понимая, где находится и который сейчас час. Голова была тяжелой, а мысли вязкими. Тело все еще хранило ощущение усталости, будто она и не спала вовсе.

Телефон лежал рядом, экран мерцал приглушенным светом. Она машинально потянулась к нему, щурясь от яркости. Новое сообщение от Ривера, которое было отправлено ночью, но не прочитано.

«Я все еще здесь, даже если ты меня не видишь.»

Сердце отозвалось тупой болью. Она провела пальцем по экрану, перечитывая фразу снова и снова, будто надеялась найти в ней скрытый подтекст. Она не помнила, как заснула. Видимо, телефон просто выпал из руки.

Но не было времени на рефлексию. В комнату вошел дежурный без стука, и в руках у него было уведомление с печатью Ордена.

Элис в этот момент не волновал ее внешний вид, ее беспокоило, что этот человек так беспардонно ворвался в ее личное пространство, заранее при этом никак не уведомив о своем прибытии.

– Вас ждут в допросной. Сейчас.

– Я не следователь. – Элис подняла брови. – Зачем я там понадобилась?

– Подростки, которых вы привезли, – мужчина понизил голос, – отказываются говорить с кем-либо. Ни на вопросы, ни на эмоциональное давление не реагируют. Но каждый из них повторил одну и ту же фразу: «Мы скажем всё только Элис».

Девушке понадобилось десять минут на сборы, чтобы надеть спортивный костюм Ордена. Она не считала важным как-либо наряжаться перед заложниками, но показать им, что она часть Ордена, а не какой-либо другой организации, нужно было.

***

Девушка заранее решила проводить беседу с каждым по отдельности. Элис уже говорила с двумя подростками – оба замкнуты, упрямы, словно по одному шаблону. Но третий парень лет шестнадцати с короткими светлыми волосами смотрел прямо на неё, не отводя взгляда. Его лицо было абсолютно безэмоционально, и это зловеще контрастировало с обычной юношеской неуклюжестью. Казалось, он умел контролировать не только тело, но и саму ауру вокруг себя. Элис почувствовала мелкую дрожь, она сразу поняла, что перед ней не обычный подросток.

Комната была минималистичной и холодной. Два стула, стол и зеркало, за которым в тени сидели наблюдатели, фиксируя каждый ее вздох, каждый взгляд, каждое движение пальцев. Свет был ровным, но жестким, бросая резкие тени стены. Элис села прямо, стараясь держать осанку, хотя внутри чувствовался нервозный вихнь.

– Зачем вы забрали детей? – начала она, стараясь придать голосу твердость, которой сама едва обладала.

Парень лишь пожал плечами, словно вопрос был смешным.

– Мы не забирали, – сказал он спокойно. – Они ушли сами. Потому что хотели.

– Кто их «позвал»? Вы?

– Мы объяснили. Открыли глаза, – продолжал он с ровной интонацией, без оттенка вызова или агрессии. – Когда ты живёшь в приюте под патронажем Ордена, тебе внушают, что ты должен служить. Что твои силы принадлежат системе. А потом приходим мы и говорим «нет». Ты – это ты. Не оружие. Не проект.

Слова ударили по ней, как пощечина. Сердце сжалось, дыхание замерло. Значит, это правда. Приют был под контролем Ордена. Они воспитывали подростков как солдат, внушали им преданность системе, учились использовать их способности для своих целей. Элис почувствовала прилив гнева и одновременно беспомощности.

– Сколько времени ты здесь? – продолжил подросток, наклоняясь чуть вперед. – И сколько раз чувствовала, что не знаешь, кто ты на самом деле? Что они тебя боятся?

– Я не оружие, – выдохнула она. – И я не боюсь. Я здесь по своей воле.

Парень усмехнулся, но это не было частью веселья. Скорее пустое, холодное эхо.

– Конечно. Все здесь «по своей воле». До первой ошибки. До первого срыва. А потом ты узнаешь, как быстро Орден от тебя избавляется. Или использует.

Элис прищурилась, сжимая кулаки. Она пыталась читать его, искать слабину, любую эмоцию, которая выдала бы внутреннюю тревогу, но ничего. Его грудь ровно поднималась и опускалась, руки лежали ладонями вверх, словно приглашая ее подойти и взять его за руку. И это безмятежное спокойствие одновременно завораживало и пугало.

– Кто вас учил этим словам? Это ваша личная обида или идеология? – спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе.

– Это правда, – тихо произнес он, наклоняясь еще ближе, словно передавая какой-то секрет.– Ты особенная, Элис. Они не знают, как тебя использовать. Потому и держат на поводке. Смотрят исподтишка. Ждут, когда ты оступишься. Боятся, что ты встанешь не на ту сторону. Потому что если ты не с ними, ты против них. А ты ведь чувствуешь, да?

Элис замолчала. Слегка прикусывая губы, она пыталась собрать мысли, обработать каждое слово. Ее пальцы чуть дрогнули, это не ускользнуло от глаз подростка.

– Пятые звезды боятся тебя. Даже твои друзья не знают, что ты можешь. А мы знаем. Ты видишь то, что не видит никто. Мы не хотим сдерживать тебя. Мы хотим дать тебе выбор.

– Вы говорите как фанатик, – выдохнула девушка, чувствуя, как напряжение растет.

– Мы говорим как свободные. А ты всё ещё в клетке. – Он посмотрел на браслет на ее руке, отчего Элис резко прикрыла его руко.

Она наклонилась вперед, чувствуя, как сердце колотится в груди, а разум ищет выход.

– Кто вы такие на самом деле? Это первая ветвь? Валтер? – Хоть голос и дрожал, но глаза оставались твердыми, устремленные прямо в его безэмоциональное лицо.

Парень приподнял бровь. Потом кивнул почти буднично.

– Мы – продолжение. Их идея выжила. Разрослась. Стала логичной. Орден пытается всё удержать в балансе, чтобы никто не был слишком сильным. Только мы заботимся о каждом, а Орден – каждый о своей шкуре. Мы хотим вырастить сильных. Не ради войны. Ради новой структуры.

– Через похищения? Через шантаж? – выпалила Элис. Внутри нее кипел гнев и расстерянность.

– Через правду. И, если нужно, через действия. У нас нет таких ресурсов, как у них. Но есть вера. И те, кто нас слышит. Ты – одна из таких. Даже если пока не понимаешь.

Он встал, не дожидаясь команды охраны, будто это он сам контролировал ситуацию. Элис чувствовала себя уязвимой. Какой-то парень мог так к ней обращаться, и никто не мог вмешаться.

– Разговор окончен. Ты не станешь частью Ордена. Они этого не допустят. Даже если ты захочешь, – произнес он, и охрана отвела его обратно.

Элис осталась сидеть, сжимающая края стула. Сердце все еще стучало в ушах, а в голове звенело.

«Боятся тебя. Не знают, как использовать».

И страшное было то, что она отчасти понимала, о чём он говорит.

***

После допроса Элисон долго сидела в одиночестве. В комнате было тихо, только щель открытого окна впускала сырой, прохладный воздух. Он касался кожи лица, волос, заставляя ее непроизвольно вздрогнуть. Штора тихо шевелилась, словно дышала вместе с ней. Где-то за стеной доносился звонкий смех, кто-то развлекался, кто-то продолжал тренировки. Все казалось странно нормальным. Столько событий, столько хаоса и напряжения за короткий срок, а для остальных это было лишь каплей в их привычной жизни, которая текла дальше, играя своими красками, не останавливаясь.

А внутри Элис было наоборот – полный хаос. Сердце не успокаивалось, мысли скакали, будто в бурном потоке. Она сжала в руках жетон Ордена, тот самый, что получила после второй звезды. Металл был холодным, но тяжесть лежала не в материальном весе, а в значении. Принадлежность, долг, ответственность. Теперь же этот символ обретал темный оттенок сомнений.

Она думала о разговоре с подростками. О взгляде того парня. О его уверенности, что она не для Ордена. Элис прикусила губу и провела пальцами по рельефу жетона.

– Они верят, что мне не место здесь. Что меня боятся… – прошептала она, не осознавая, что обращается скорее к себе, чем к кому-либо еще.

Орден…

С самого создания артефакта он твердил, что медальон опасен. Что его нужно уничтожить, но медальон все еще здесь. С Орденом, в неизвестном месте.

Элис подалась вперед, сжимая пальцы в кулак. Сердце билось громко, почти отдавая в груди эхом каждого события.

Почему они его не уничтожили?

Если боятся, то почему оставили?

«Что, если они нашли в нём нечто большее? Что, если всё изменилось в момент, когда Орден понял: сила медальона может быть использована не только для предотвращения конца света, но и… для чего-то иного?»

Контроль. Манипуляция. Переигрывание событий в свою пользу. Каждое слово, каждая мысль казалась ей частью невидимой шахматной партии, в которой она была пешкой, фигурой и потенциальной королевой одновременно.

Первая ветвь верила, что медальон нужен. Что он – ключ к спасению, а не опасность.

Два пути. Орден хочет убрать инструмент, который нельзя контролировать. Первая ветвь хочет дать его тем, кто, по их мнению, достоин решать.

Элис закрыла глаза, вдохнув холодный воздух. В груди жила тревога и азарт одновременно. В голове пульсировала одна мысль:

«А что, если правда не там и не там? Что, если оба неправы? Или оба по-своему правы?»

Она была между этими силами. Не потому что хотела, а потому что оказалась единственной, кто видел, как все может закончиться. И теперь ей предстояло выбирать, в каком из миров она хочет жить.

«Я не могу быть просто пехотой. Не могу быть только инструментом. Но и героем быть не хочу. Я хочу знать, за что борюсь. И с кем», – шептала она самой себе, выстраивая внутреннюю опору.

Её взгляд упал на телефон. На последнее сообщение от Ривера, на которое она так и не ответила. Ни Орден. Ни Первая ветвь. Она пока ни на чьей стороне. Потому что не поняла, где истина.

Но теперь она знала, с чего начать поиски.

Глава 15

Элис не знала, сколько времени стояла перед дверью. Минуту? Пять? Ей казалось, что вечность. Коридор был пуст, лампы под потолком гудели едва слышно, и этот ровный звук только усиливал напряжение. От ее пальцев до металлической ручки было не больше вытянутой руки, но расстояние ощущалось пропастью.

Она медленно выдохнула, растерла холодные ладони о ткань брюк и все-таки постучала. Рука неуловимо дрогнула, из-за чего удар получился тише, чем планировался.

– Войдите, – раздался изнутри знакомый голос.

Грудная клетка сжалась. Элис толкнула дверь, сделала шаг и застыла на пороге.

У большого стола стоял Ривер. Он держал в руках какие-то бумаги, полуобернувшись к Маркелу, что-то коротко поясняя. Его плечи были напряжены, линия спины слишком прямая. Когда он увидел Элис, его глаза на мгновение дрогнули. Не от удивления, а от чего-то ещё. Но от него была лишь тишина. Лицо осталось спокойным, невозмутимо спокойным. Он молча передал Маркелу документы, сухо кивнул и направился к выходу.

Они оказались слишком близко. Когда он проходил мимо, Элис почувствовала тепло его тела – живое, настоящее, слишком болезненное в этом холодном кабинете.

Она хотела поднять глаза, хотела сказать хоть что-то, но Ривер не замедлил шаг, не коснулся ее, не встретился взглядом. Дверь тихо закрылась за ее спиной.

Обижается, что она не ответила на сообщение? Или дело уже не в этом?

Внутри вмиг все стало хрупким. Тишина повисла между сердцем и грудной клеткой, как если бы кто-то поставил внутри стеклянную перегородку. Она дышала, но воздух не наполнял ее полностью.

Маркел смотрел на неё без какого-либо раздражения, просто внимательно.

– Ты по делу?

– Да, – голос дрогнул, и она мысленно выругалась. Элис выпрямилась, заставляя плечи не опускаться. – Я хочу поговорить. Без протокола и наблюдателей. Только ты и я.

Он кивнул, и опустился в кресло, сцепив пальцы.

– Слушаю.

Элис подошла ближе, сжала руки, словно держала внутри что-то, что не хотела расплескать. Маркел без напряжения просматривал бумаги, присутствие Элис его никак не обременяло, как будто ее тут и не было. Это раздражало сильнее открытого давления.

– Почему вы оставили медальон? – спросила она наконец. – После того как нашли.

Маркел не моргнул, лишь аккуратно положил лист на стол. Он будто знал, что рано или поздно она придет к нему с таким вопросом.

– Потому что его невозможно уничтожить.

– Это отговорка. – Элис прищурилась. – Вы лично пытались? Настоящими методами? С помощью других одарённых? А не читая историю из рукописей.

– Нет, – почти сердито ответил Маркел.

– Но Орден ведь собирался это сделать, – перебила она. – Был план. Я читала старые протоколы. Был приказ подготовить его к ликвидации. Но Орден передумал. И складывается ощущение, что это произошло не из-за того, что его невозможно уничтожить.

Маркел посмотрел на неё внимательно, отложив бумаги, словно оценивал, насколько далеко она готова зайти.

– Орден понял, что это не просто артефакт. Он живет. Он реагирует. И, возможно, даёт ответы. А ответы важнее уничтожения.

– Или выгоднее? – Голос Элис стал тише, но тверже. – Вы оставили его, потому что захотели использовать. Потому что теперь вы почти повторяете слова первой ветви. Мол, медальон – не зло, а шанс. Только разница в том, кто этот шанс получит.

Маркел откинулся в кресле. Дерево тихо скрипнуло.

– Ты звучишь как те подростки, что едва не утащили тебя с собой. Ты тоже начинаешь верить, что Орден – зло?

– Нет, – резко сказала Элис. Внутри вспыхнуло раздражение. – Я не за них. И не за вас. Я за мир. И если вы в какой-то момент свернули с дороги спасения ради власти – я должна знать.

Он молчал долго. Потом медленно произнес:

– Ты говоришь так, будто сама бы знала, как поступить, Элис. Будто выбрала бы правильное, даже если весь мир пошёл бы против.

– Если бы это спасло его – да.

Маркел уловил эту интонацию мгновенно.

– Но ты не знаешь, что именно спасёт его. И никто не знает. Пока. – Маркел смотрел на нее в упор, взгляд стал жестче. – Вот почему медальон ещё цел. Потому что мы не можем позволить себе ошибиться. Ни уничтожением, ни использованием.

Элис дрожала от напряжения, ладони становились все холоднее.

– Значит, вы просто ждёте?

– Мы изучаем. И теперь ты часть этого. Ты чувствуешь артефакт. Видишь, что не дано другим. Если ты увидишь выход – мы услышим. Но пока ты не увидела. И если в твоём голосе снова прозвучит сомнение, ты рискуешь не только собой. Ты рискуешь и им. – Он кивнул на дверь, через которую ушёл Ривер.

Кровь отхлынула от ее лица. Как он узнал?.. Он сейчас ей угрожает своим же подчиненным?!

– Я не позволю страху принимать решения за меня, – аккуратно сказала она, хотя внутри все клокотало. – И если путь, который вы выбрали, приведет не к спасению, а к разрушению, я сверну с него. Даже одна.

И развернулась, не дожидаясь разрешения уйти.

– Ты не одна, Элис, – донеслось ей в спину. – В этом и проклятие. И надежда.

Она вышла. Коридор вновь встретил ее тишиной. На губах дрожало невысказанное. В голове гул из сотни вопросов. Но под этим гулом билось одна отчетливая мысль: она должна узнать предназначение медальона. И если угроза смерти Ривера не со стороны ветви Валтер, а со стороны Ордена, она действительно разнесет к чертям этот офис.

Забежав по лестнице на жилой этаж, Элис перескакивала через ступени, едва касаясь перил. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбивалось, но она не замедлялась. Мысль, которая гнала ее вперед, была слишком надоедливой. Если она остановится хоть на секунду, сомнение догонит ее и задушит.

Элис резко распахнула дверь в комнату Рози.

Розовласка действительно была там, на коврике для йоги, вытянувшись в аккуратной позе. В комнате пахло чем-то сладким, играла тихая музыка.

Элис шагнула вперед и, не дав подруге опомниться, схватила ее за руку.

– Пойдем.

– Элис! – Рози чуть не потеряла равновесие. – Что произошло? Кто тебя укусил?

Она брыкалась больше для вида, но все равно поспешила следом, потому что по лицу Элис было ясно: это что-то серьезное, а не какая-то прихоть.

Элис не отвечала подруге. Она боялась, что если заговорит, голос выдаст ее, ее страх и сомнение. Поэтому просто шла быстрым, почти рваным шагом по коридору, направляясь к комнате Лиама. Уж он точно у себя. Он всегда у себя.

Она распахнула дверь без стука. Две девушки ворвались внутрь, словно вихрь. Лиам сидел на полу перед телевизором, сосредоточенно нажимая кнопки на джойстике. Голубоватый свет экрана освещал его лицо. Он медленно повернул голову, оценивая картину. Ехидная улыбка вмиг озарила его лицо.

– У нас сегодня намечается ЖМЖ? – протянул он, не поднимаясь, а лишь лениво облокотившись на локти и принимая, по его мнению, максимально соблазнительную позу.

Рози фыркнула, закатив глаза, и плюхнулась на диван. Элис даже не моргнула.

– Мне нужно прикоснуться к медальону, – сказала Элис, с трудом удерживая голос от дрожи.

Лиам тяжело вздохнул, будто кто-то только что отменил долгожданные планы.

– Повтори-ка, – он сел ровнее и прищурился. – Ты серьёзно хочешь ещё раз сунуть пальцы в эту бездну?

– Это не бездна, – резко ответила Элис, делая шаг вперед. – Это ключ. Я видела только часть, обрывки. Но, возможно, если я попробую снова, то увижу что-то другое. Что-то важное.

Рози подняла голову, внимательно осматривая подругу.

– Элис, ты сама говорила, что то, что он тебе показывает – разрушает изнутри.

Элис сглотнула. Перед глазами на секунду вспыхнули образы: боль, крики, чужие судьбы, которые прожигали ее насквозь.

– Да, – тихо сказала она. Потом голос окреп. – Но без этого мы топчемся на месте. Орден спорит сам с собой, первая ветвь тянет людей к себе, мы не знаем, что правильно. А медальон… он может знать.

– Он может и сломать тебя окончательно, – вмешался Лиам. – Если надо было, кто-то из пятых сам бы предоставил тебе доступ к нему.

Элис сжала кулаки, отчего ногти впились в ладони.

– Потому что они боятся. Боятся того, чего не понимают.

Рози откинулась на спинку дивана, глядя на подругу непонимающим взглядом.

– А ты не боишься?

– Боюсь до смерти. Но я боюсь ещё больше не сделать ничего.

Наступила тяжелая тишина. Только тиканье часов на стене казалось неестественно громким. Сейчас был будто тот самый переломный момент, когда Элис сможет сделать выводы, пойдут ли друзья с ней до конца или нет. Она уже не одна пробиралась к медальону, она пыталась подсадить на свою авантюру и других людей. Ситуация с мечом Роуса стихла, но то была не ее идея.

Лиам, наконец, выдохнул. Он пересел на стул у круглого стола, положил на него руки и скрестил их, что означало: Лиам принялся за мозговую деятельность.

– Допустим. Допустим, ты снова прикоснешься. Что ты ищешь, Элис?

Она замерла. Ответ был внутри, но вытаскивать его оказалось тяжело.

– Ответ. Почему он существует. Почему Орден оставил его. Почему первая ветвь уверена, что он спасёт нас. Может быть, это глупо, но я верю, что он покажет. Может, он покажет путь.

Рози возмущенно поднялась.

– А если этот путь не туда?

Элис встретила её взгляд.

– Тогда я хотя бы буду знать.

Снова повисла пауза. Лиам провел ладонью по затылку, отвел взгляд в сторону, потом снова посмотрел на девушек, оценивающе, будто прикидывал, насколько далеко они готовы зайти.

– Знаете, что самое смешное? – Он усмехнулся. – Она говорит как одержимая. Но я ей верю.

Рози тихо фыркнула, опуская глаза и покачала головой, будто уже устала от их общего безумия.

– Ты всегда веришь самым безумным идеям, – буркнула Рози, поправляя прядь волос за ухо.

– Именно поэтому мы ещё живы, – невозмутимо парировал Лиам. – Если решишь это сделать, мы будем рядом. Но только ради того, чтобы тебя вытянуть, если начнёт ломать.

Элис кивнула. В груди, где до этого стояла тяжелая глыба тревоги, стало чуть теплее. Осознание, что она не одна, ослабило внутреннюю дрожь.

– Спасибо.

Она снова закусила губу, задержав взгляд на полу. Радость длилась недолго, ее мысли уже цеплялись за следующую проблему. Ту, что не давала покоя с самого начала.

– Есть одно «но». Мой куратор. Он всегда рядом. Если я исчезну хоть на час, он насторожится.

Лиам откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди.

– Расслабься.

Элис вскинула голову так резко, что несколько прядей выбились из хвоста.

– Расслабься? – вспыхнула она. – Ты сам говорил, что он тайно наблюдает за мной! Думаешь, я смогу просто взять и сбежать?

Ее голос стал громче, в нем звенело напряжение, накопившееся за последние недели. Это было ощущение постоянного невидимого присутствия за спиной.

– Я говорил, что он наблюдает, а не что он управляет твоей жизнью. Он следит за твоей безопасностью, а не за каждым шагом.

– Но если он заметит, что мы пошли к медальону?.. – голос ее снизился почти до шепота, словно стены могли донести слова до ненужных ушей.

Девушка обняла себя руками, пытаясь удержать разбегающиеся мысли.

Лиам наклонился в ее сторону, глядя прямо ей в глаза.

– Он не заметит. И даже если заметит – не вмешается.

Элис моргнула, внутренне стараясь найти в его лице сомнение, хоть малейшее колебание, но его уверенность была как стена.

– Почему ты так уверен?

– Потому что это его работа, – спокойно сказал Лиам. – Сидеть в тени и подстраховывать. Но не ломать твои решения. Его задача – убедиться, что с тобой всё в порядке. А мы как раз и собираемся сделать так, чтобы всё было в порядке.

– Значит, он… – Элис замялась, подбирая слова, – он просто будет знать?

– Возможно, – пожал плечами Лиам. – Но он не твой тюремщик, Элис. И если ты думаешь, что он встанет у нас на пути, то зря.

Рози хмыкнула, приподняв бровь. В ее взгляде мелькнула легкая ирония.

– Никогда не думала, что услышу от тебя хоть что-то утешительное.

Лиам широко улыбнулся, именно такая улыбка была крайне редкой, почти исключительной.

– Запоминай момент, Рози. Такое редко бывает.

Элис перевела взгляд с одного на другого и медленно кивнула. Волнение в груди ещё тянуло тяжёлым узлом, но слова Лиама врезались глубже, чем ей хотелось признать.

Элис потерла виски, пытаясь собраться с мыслями. Она нервно начала ходить из стороны в сторону. Такой метод никогда ей не помогал яснее мыслить, но телу нужна была разрядка.

– Хорошо… допустим, куратор не вмешается. Но есть ещё один вопрос. – Она подняла глаза на Лиама. – Где сам медальон?

Рози прищурилась, осознавая, что это действительно важный вопрос.

– А и правда, – пробормотала она тихо, будто самой себе. – Он же не может просто лежать в сейфе у Маркела.

– Не лежит, – коротко ответил Лиам, будто это утверждение само собой разумеющееся.

Элис слегка прикоснулась пальцами к бровям, будто хотела разгладить мысленный узел.

– Ты знаешь? – ее голос дрогнул. В нем чувствовалась смесь надежды и страха.

Лиам качнул головой, уголки губ дернулись в привычной насмешке.

– Я знаю, что его прячут. И что место это известно только ограниченному кругу людей.

Элис ощутила, как сердце словно подпрыгнуло, отчего пришлось вдохнуть еще немного воздуха.

– То есть… ты не скажешь?

– Я не знаю наверняка, – честно ответил он. – Но у меня есть догадки. – Лиам снова наклонился вперёд, понизив голос, словно делился с ними секретом, способным изменить их планы. – Есть место, о котором мало кто знает. Заброшенный дом, где рос Маркел.

– Дом? – переспросила Рози. – Ты серьёзно?

– Абсолютно, – кивнул Лиам. – В детстве я часто туда убегал, мне показал его Ривер. И, между прочим, находил много интересного, что не должно было там находиться. Такие вещи обычно хранятся в офисе. Как следствие, вероятно, Маркел медальон отправил именно туда.

Какой абсурд. Медальон, за которым охотится первая ветвь, находился просто в каком-то… заброшенном доме?

– Ты думаешь, он оставил медальон… там?

Парень утвердительно кивнул, у него не было ни капли сомнений в своих словах.

– В любом случае, это место слишком часто всплывает, когда речь заходит о «хорошо спрятанном».

Рози вновь нахмурилась, переплетая руки на груди.

– То есть мы хотим пробраться в дом, который, возможно, напичкан неизвестными для нас ловушками, и который наверняка знают все, кто стоит выше нас. Звучит как план самоубийства.

– Это единственный след, – спокойно сказала Элис. – И если у меня есть хоть какой-то шанс прикоснуться к медальону… я должна попробовать.

Лиам посмотрел на неё пристально, с долей уважения.

– Тогда решено. Дом Маркела.

Рози театрально вздохнула, привлекая к себе внимание. Она прикрыла глаза, будто собираясь с мыслями и пытаясь смириться с неизбежным.

– Ладно. Но если нас поймают, я скажу, что идея была не моя.

Элис широко улыбнулась, чувство решимости разлилось по телу, грудь слегка приподнялась, а плечи расправились. Сейчас она выглядела так, будто была готова забраться на самую высокую гору за считанные секунды.

– Договорились.

Элис подняла руку, глядя на тонкий металлический браслет, плотно сидящий на запястье. Его холодный металл будто впивался в кожу, напоминая о рисках.

– Есть только одна проблема… – её голос прозвучал глухо. – Браслет.

Она показательно подняла руку, давая рассмотреть остальным ненавистный ею металл.

Лиам вскинул брови.

– А, этот милый подарочек? – он постучал пальцем по своему запястью, указывая на предмет на руке Элис. – Забота Ордена, чтоб наша звёздочка далеко не улетела.

– Лиам, это серьезно, – вмешалась Рози. – По карте видно каждое её перемещение. Стоит нам отклониться, и через пять минут на хвосте будет половина Ордена.

Элис сжала кулак, с каждой секундой чувствуя, как металл на руке тяжелеет.

– Значит, вся наша затея рухнет, даже не начавшись.

– Не рухнет, – уверенно сказал Лиам. – Браслет фиксирует точку, но не различает, кто в ней находится. Если сделать замену…

– Какую замену? – Элис насторожилась.

Он ухмыльнулся.

– У меня есть один гаджет. Маленький, но очень умный. Он может перехватить сигнал и транслировать его на другом носителе. Проще говоря, браслет будет «думать», что ты сидишь, например, в библиотеке, пока на самом деле мы будем шастать по заброшенным руинам Маркела.

Рози покачала головой.

– Ты понимаешь, что если они заметят несоответствие…

– …то у нас будет несколько часов до того, как разразится скандал, – закончил за неё Лиам. – Но этого достаточно.

Элис прижала браслет к груди.

– И всё равно риск огромный.

Лиам посмотрел прямо в её глаза, уже без привычной насмешки.

– А разве у нас есть выбор? Ты хочешь прикоснуться к медальону? Хочешь ответов? Тогда либо мы идём на риск, либо сидим тут и ждём конца света.

Тишина повисла между ними. Элис кивнула медленно, но твёрдо.

– Ладно. Тогда найдем способ обмануть этот браслет.

Рози шумно выдохнула и пробормотала:

– Я уже жалею, что согласилась.

– Эй! – вскрикнул Лиам слегка обиженно. – То есть с Ривером ты была готова пойти против указаний Ордена в музей?

Рози, пытаясь увильнуть от ответа, начала разглядывать свой маникюр, попутно надувая губки, оттягивая момент ответа.

Лиам же не отводил от нее своих суровых глаз.

– Что? Ривер всегда был лидером! Его план продуман на сто шагов вперед, его привычнее и безопаснее слушать, – ответила Рози.

Элис почти с минуту разглядывала свой браслет, крутя запястье, щелкая пальцами и ощущая холодный металл на коже. В принципе, все остальное её устраивало – план был продуман, друзья готовы поддержать, каждый шаг просчитан. Но вот эта маленькая, но неумолимая штука на руке давила на нервы, словно тонкий обруч, который сжимает мозг до предела. Она нахмурилась, сжала зубы и чуть сжала кулак, внутренне ощущая, как в груди собирается напряжение, готовое вырваться наружу.

Лиам заметил ее беспокойство. Он приподнял бровь, усмехнулся, и облокотился на стол так, будто весь мир был лишь фоном для его собственной уверенной игры.

– Ты думаешь, я только сегодня додумался, как обмануть эту железяку?

Элис приподняла бровь, внутренне готовясь к его очередной «легенде».

– А когда же? – осторожно спросила, стараясь скрыть легкий скепсис.

– В мои славные подростковые годы, – он театрально вздохнул. – Когда я был несколько младше и значительно безответственнее.

Рози фыркнула, закатив глаза, и коварно улыбнулась, вспоминая его детские выходки. Её взгляд пробежал по комнате, будто возвращаясь в прошлое: как Лиам пытался убежать от отца, гоняя его по этажам; как ломал намеренно лифты, чтобы была фора сбежать из офиса на ночные прогулки.

– Подозреваю, это была твоя естественная форма жизни.

– Ага, именно так. – Лиам кивнул с самодовольной улыбкой. – Скажем так, у Ордена была дурная привычка навешивать на меня эти браслеты, чтобы контролировать мои «вечерние маршруты». Но меня ждали клубы, девчонки и музыка. Пришлось выкручиваться.

– Ты… подменял сигнал браслета, чтобы бегать по клубам? – Элис моргнула, не веря.

– А что делать? – развел руками Лиам. – Ты бы предпочла, чтобы я тихо сидел в комнате под надзором? Не мой стиль. В общем, я собрал маленький передатчик. Привязываешь его к креслу или кладешь в шкаф, и браслет показывает, что ты мирно спишь дома. А сам в это время свободен, как ветер.

Рози тепло улыбнулась, это было забавное время, о котором приятно вспоминать. Выходки Лиама всегда были разными, он никогда не повторялся.

– Золотое дитя Ордена. Они тебя ненавидели.

– Ненавидели? Обожали. Просто не сразу это поняли.

Он вновь повернулся к Элис.

– У меня до сих пор остались наработки. Чуть улучшим систему и твой браслет будет думать, что ты весь день штудируешь книги в библиотеке. А мы спокойно отправимся туда, куда нужно.

Элис покачала головой.

– Даже не верится, что твои «подростковые похождения» могут спасти миссию.

– Видишь, у каждой глупости есть шанс стать полезной, – подмигнул он.

***

Через пару минут компания была уже на этаже, где располагалась кухня, но Лиам привел их в мастерскую, куда редко кто заходил – место, где Лиам обычно возился с оружием или своими «гениальными изобретениями». Столы были завалены деталями, проводами и какими-то странными железками, назначение которых Элис не могла угадать.

– Вот оно, моё маленькое сокровище, – торжественно объявил Лиам, вытаскивая из ящика коробку с надписью «НЕ ТРОГАТЬ. ВЗОРВЁТСЯ». Его глаза блестели от радости, словно он показывал всем нечто священное.

– Боже, – простонала Рози, присев на край стола. – Ты реально хранишь это здесь?

– Ну, если повесить табличку «Важное оборудование Ордена», сюда бы сразу полезли проверять, – пожал плечами он. – А так… работает годами.

Элис наклонилась к коробке, недоверчиво щурясь на провода, блестящий прямоугольник и крошечные датчики, соединенные между собой тонкими проводками.

– И это должно… обмануть браслет?

Лиам усмехнулся, как человек, который точно знает, что делает.

– «И это» спасало мою задницу минимум двадцать раз, – сказал он, поднимая коробку на уровень глаз и аккуратно поворачивая её в руках. – Вот смотри. Прикрепляем к источнику тепла, браслет думает, что ты на месте. Датчики считывают частоту пульса, но мы её замыкаем через стабилизатор. Вуаля – ты в библиотеке зубришь хроники.

Рози скрестила руки на груди.

– Или браслет решит, что Элис внезапно умерла в библиотеке, и тогда к нам примчатся все службы Ордена.

– Не умничай, – Лиам подмигнул, словно бросая ей вызов, и добавил с ехидной улыбкой: – Я добавлю пару «пульсовых всплесков», чтобы выглядело живенько.

Элис присела рядом, скрестив ноги, и наблюдала за ними. Рози сидела с плечами, чуть опущенными, видимо, пытаясь скрыть лёгкое напряжение. Элис ловила каждое движение Лиама: как он быстро соединял провода, как пальцы скользили по микросхеме с точностью хирурга, как каждая его мелочь была одновременно аккуратной и дерзкой. И в груди у неё мелькнуло странное ощущение лёгкости, будто весь страх и напряжение на минуту растворились. Всё это теперь было их планом, их маленькой революцией, а не наказуемой авантюрой.

– Честно, я всё ещё думаю, что это похоже на детское хулиганство. Серьезная операция, а мы сидим тут и клеим игрушки, – начала вредничать Рози.

– Зато эти игрушки сработают, – уверенно ответил Лиам. – А если нет, я готов отработать бесплатный ужин для всех присутствующих.

– Учти, я ем много, – фыркнула Рози.

– Всё, готово, – наконец сказал он, ставя коробочку на стол. – Маленький обманщик готов служить делу.

Элис и Рози переглянулись, потом вместе уставились на коробку. Она казалась беззащитной и одновременно опасной.

Лиам захлопнул коробку, сунул её в сумку и ударил кулаком по карману, словно отмечая победу.

– Ну вот и всё. Техника готова, можно смело идти навстречу приключениям.

– План? – осторожно спросила Элис, слегка наклонившись вперед, стараясь скрыть трепет в голосе.

– Какой ещё план? – Лиам вскинул бровь, будто вопрос задел его чувство собственного величия – Это же импровизация в чистом виде.

Рози недоверчиво наклонила голову.

– Подожди, ты хочешь сказать, что мы сейчас просто пойдём в дом Маркела… и там разберёмся на месте?

– Ага, – кивнул он, глаза блестели азартом. – Чем меньше деталей, тем меньше вероятность, что что-то пойдёт не так.

Элис не выдержала, её смех вырвался почти невольно: нервный, но искренний.

– Это звучит как полный провал.

– Нет, – Лиам широко оскалился. – Это звучит как наша жизнь. Ты уже должна привыкнуть.

Рози закатила глаза, криво скривив губы, но не скрывала лёгкого раздражения.

– Вечно ты лезешь в историю вслепую.

– Зато весело, – с самодовольной ухмылкой сказал Лиам и хлопнул Элис по плечу. – Держись рядом, и всё будет нормально.

Элис глубоко вдохнула, чувствуя, как холодок страха перемежается с волнением. Внутри всё протестовало против этого «импровизационного» подхода, но одновременно понимание пробивалось сквозь панику: если слишком долго думать – никогда не решишься.

Она перевела взгляд на Лиама, потом на Рози. Их глаза встретились, и каждый в них прочёл готовность и доверие.

– Ладно. Раз уж вы оба готовы… идём.

Лиам оскалился шире.

– Вот это настрой.

Рози буркнула что-то про «самоубийц», но всё же подняла куртку.

И когда они втроем вышли в яркий дневной свет, не забыв перед этим оставить чудо-технику в библиотеке, Элис вдруг почувствовала, что действительно всё будет по ходу. Без карты, без инструкций, без подстраховки. Только они и их решимость.

Они шли молча. Впереди Лиам, привычно вертя ключи в руках, за ним следовала Рози с тем самым выражением лица, будто готова в любой момент оттаскать обоих за уши. Элис держалась чуть позади, и каждый их шаг отдавался в ней гулким эхом.

«Импровизация», – отозвалось внутри. Слово Лиама такое лёгкое для него, для неё звучало почти приговором.

Она сжала пальцы в кулак. Перед глазами то и дело вспыхивали образы: рушащиеся стены, крики, кровь… и тот момент, когда ее дыхание перехватило от вида Ривера, лежащего без движения.

Элис резко замотала головой, словно могла вытолкнуть из себя это воспоминание. Она не хотела снова видеть смерть. Не хотела снова чувствовать, как сердце рвётся на куски.

Но разве у неё был выбор?

Медальон оставался загадкой. Орден тоже. Всё, что они знали, было похоже на обрывки правды, собранные в хаотичный узор. И где-то в этом узоре таился ответ: зачем вообще этот артефакт появился в мире. Для разрушения? Или для спасения?

Если правда заключалась в том, что Орден изменил свое решение из-за страха, а первая ветвь из-за веры… то, может, только медальон сам мог показать истинный замысел.

Элис сжала губы.

– Всё будет хорошо? – спросила она вполголоса сама у себя, но услышала, как Рози обернулась.

– Нет, – усмехнулась та. – Но дело будет сделано.

Элис кивнула. И шагнула вперёд, принимая, что впереди её ждёт не только дом Маркела, но и, возможно, новые ответы. Или новые раны.

Глава 16

Заброшенный дом Маркела выглядел так, будто время не просто прошло около него, оно задержалось внутри и выело всё до основания.

Крыша покосилась, ставни висели на одной петле, а от стены отвалилась целая плита штукатурки. Трава вокруг заросла по пояс, местами пробивалась даже через трещины в каменных ступенях. На крыльце ржавым гвоздём качалась табличка с выцветшей надписью, которую ветер то и дело ударял о дерево.

Элис замерла на пороге.

Она почувствовала – здесь жила тишина. Та, что не была обычной пустотой. Она была плотной, почти осязаемой. Тишина людей, которых давно уже нет. Детства, которое закончилось слишком быстро.

– Жутковато, да? – бросил Лиам, пихнув плечом дверь. Доски заскрипели, словно протестуя против вторжения.

Внутри пахло пылью и сыростью. На полу куски обоев, почерневшие от времени. Пустая рама, где когда-то висела картина. Стол, на котором остались глубокие царапины, будто кто-то слишком сильно давил карандашом, делая уроки.

Элис провела ладонью по стене и сразу ощутила легкий толчок, как всегда, когда прошлое отзывалось на ее прикосновения. Но на этот раз видения не хлынули. Лишь отголосок: детский смех, шаги, чей-то строгий голос, почти шепот.

Она вздрогнула, отдернув руку.

– Эй, – тихо спросила Рози. – Всё нормально?

– Да… просто… – Элис сглотнула. – Здесь много… слишком много слоев прошлого.

В глубине дома виднелась дверь, ведущая вниз, в подвал. Лиам кивнул в ту сторону.

– Там, – сказал он. – Медальон должен быть там.

Элис почувствовала, как сердце стукнуло сильнее. Подвал. Место, где всегда хранят самое важное. Или самое страшное.

Она глубоко вдохнула, шагнула первой.

С каждой ступенькой вниз становилось темнее и холоднее. Каменные стены, на них следы влаги. В углу металлический сундук, замаскированный тряпьем и досками.

Элис знала: вот он.

И вместе с этим знанием в груди поднялась волна, тревога, как предвестник боли.

«А если я увижу снова… его?..» – мелькнула мысль.

Она выдохнула и подошла ближе.

– Ну вот, – фыркнул Лиам, облокотившись на перила. – Великий и могучий Орден хранит артефакт, от которого зависит судьба мира… под куском гнилой тряпки.

Рози скривилась:

– Серьёзно? Даже без печатей, защиты… ничего?

– Ничего, – подтвердил Лиам, приподнимая доски. – Если сюда случайно зайдут мародёры: унесут и не заметят.

Элис молчала, глядя на сундук. Внутри неё всё нарастало, словно плотный ком, сжимавший грудь и заставлявший сердце биться быстрее. Мысль о том, что такой предмет, как медальон, мог просто лежать без охраны, пугала её почти так же сильно, как сила самого артефакта. В голове вертелись тысячи вопросов, дыхание неровно колебалось, пальцы непроизвольно сжимали край её куртки.

– Может, это и есть защита? – тихо проговорила она, почти себе под нос, как будто слова могли успокоить этот ком. – Спрятать в самом очевидном, но забытом месте. Там, где никто не станет искать.

– Хитро, – усмехнулась Рози. – Но глупо. Потому что всегда найдётся тот, кто сунет нос туда, куда не надо.

Лиам наклонился к ней, заговорщицки шепнув:

– Например, мы.

Он потянулся к замку, пальцы легко скользнули по ржавой металлической поверхности, и без всяких усилий замок хрустнул и упал на пол.

– Супер надёжная охрана, – пробормотал он, поднимая крышку.

Внутри, среди старых тряпок, пыльных инструментов и ржавых железок, лежал медальон. Тот самый. Его тёмный металл был словно впитавшим в себя ночь без звёзд, холодный и тяжёлый, но притягательный. Линии узоров на поверхности переливались и менялись при малейшем движении света, будто медальон жил собственной жизнью.

Элис едва не отпрянула. Сердце ухнуло вниз, дыхание стало рваным.

Она знала: ещё шаг и снова придётся смотреть. Снова чувствовать. Снова нести в себе видение, которое может сломать.

– Знаете… чем ближе я к нему, тем сильнее ощущение, что он меня ждет. Будто… зовёт.

– Отлично, – буркнула Рози. – Если у древней побрякушки на тебя такие планы, то давай сделаем вид, что их не существует.

Лиам наклонился, положив локти на колени.

– Ты боишься. Это нормально. Но мы сюда пришли не ради красоты. Нам нужен хоть какой-то ответ. Ты сама это говорила.

– Я знаю, – тихо ответила Элис. – Просто каждый раз, когда я прикасаюсь к нему, он будто ломает во мне что-то. Часть сердца. Часть воли.

– Тогда, может, хватит ему это позволять? – Рози резко выдохнула. – Возьми и покажи, что ты сильнее.

Элис подняла взгляд на неё. В словах Рози звучала грубость, но за ней угадывалась поддержка, твердая и непоколебимая. Элис снова опустила глаза на медальон, руки сжались в лёгкий кулак.

– А если я увижу не то? Если это окажется просто боль…

Лиам мягко усмехнулся.

– Тогда у тебя будем мы. И чай после. – Он кивнул. – Ну?

Тишина повисла в подвале. Элис протянула руку. Пальцы дрожали, но остановиться было уже невозможно. Она взяла медальон в ладони и медленно открыла его.

Мир качнулся. Вокруг закружились тени, лица, крики. Она снова оказалась в вихре разрухи: рушащиеся стены, огонь, кровь на мостовой. Люди бежали, падали, снова поднимались. Дети плакали, их тянули за руки взрослые. Всё повторялось, как сломанная пластинка. И среди этого хаоса голос. Женский. Звонкий, почти властный.

– Элис…

Голос прорезал гул пламени так внезапно, что у неё перехватило дыхание. Он был не громким, но каким-то странно отчётливым, будто произнесённым прямо у самого уха.

Она резко обернулась, волосы хлестнули по щеке. Перед глазами только обломки зданий, искры, разлетающиеся по воздуху, и багровые языки огня, пожирающие всё вокруг. Горячий ветер ударил в лицо, запах гари щипал глаза. Никого.

– Элис… приди…

Зов стал отчётливее, ближе. У неё по спине пробежали мурашки, плечи непроизвольно напряглись, словно она ожидала прикосновения. Казалось, кто-то стоит прямо за её спиной, дышит ей в затылок.

Она зажмурилась, заставляя себя не паниковать и не бежать. Вдох. Выдох. Прислушаться.

И вдруг словно кто-то нажал на паузу.

Крики оборвались на полуслове. Огонь застыл, замерев в странной и неестественной форме. Обломки, падавшие секунду назад, зависли в воздухе. Даже пепел перестал кружиться.

Время остановилось.

Элис стояла посреди неподвижного кошмара, и теперь слышала только один голос: отчётливый, лишённый эха разрушения.

– Элис… слышишь меня?..

У неё пересохло во рту. Язык будто стал тяжёлым. Она с трудом сглотнула, ощущая, как внутри всё стягивается в тугой узел.

– Кто ты?.. – одними губами прошептала она, боясь, что звук её голоса разрушит это хрупкое, застывшее пространство.

Ответа не последовало. Лишь тянущий, обволакивающий шёпот, настойчивый, как дыхание ветра в ухо. Он не кричал, он проникал внутрь, под кожу, в самую глубину сознания.

Внезапно видение исчезло. Элис резко выпрямилась, ртом хватая воздух, как будто вырвалась из водоворота. Элис резко выпрямилась, хватая воздух ртом, словно её только что вырвали из водоворота. Сердце колотилось так сильно, что отдавалось в висках.

Вокруг появилась белая дымка. Густая, плотная, но мягкая, как туман на рассвете. Она скрывала всё, растворяла границы. Ни земли под ногами, ни неба над головой. Только бесконечная, пугающая пустота.

– Элис… – снова раздалось. Но теперь голос звучал ближе. Чище.

Она медленно обернулась, чувствуя, как сердце начинает стучать ещё быстрее. Сквозь дымку проступал силуэт женщины. Высокая, изящная, с распущенными волосами, спадающими на плечи. Очертания казались зыбкими, будто их рисовали водой по стеклу. Лица не было видно, лишь светлая тень на месте, где оно должно быть.

– Ты… кто? – Элис сделала шаг вперёд, но дым не расступался.

Силуэт тоже двинулся ближе. Его движение было медленным, будто каждое усилие давалось с трудом.

– Ты… слышишь меня. Наконец…

В этих словах сквозила слабость и облегчение. Элис трясло, но она упрямо удерживала себя на месте.

– Да. Я слышу.

Женщина замерла.

– У меня… мало сил. Трудно… удерживать тебя здесь.

Дым колыхнулся, и Элис заметила, что очертания фигуры словно истончаются, растворяются, теряя чёткость, будто её вымывает невидимой волной.

– Кто ты? – повторила Элис, теперь почти требовательно.

Пауза. Потом тихо и с хрипотцой:

– Я… дочь Рекьявы… и человека.

Элис замерла.

– Что?..

Силуэт дрогнул, будто кивнул.

– Моя… сестра… заточила меня здесь. В медальон. Чтобы… отомстить мне… и ее отцу…

Слова звучали рвано, будто их приносил случайный порыв ветра и тут же уносил прочь.

– Зачем? Почему именно сюда? – Элис шагнула ещё ближе, но дым плотнее сжался вокруг, не пуская её дальше.

– Потому что медальон… погибель и спаситель. Он – начало конца… и его же конец.

– Я не понимаю…

– Конец света… начинается с него, – голос становился всё тише, слова рвались, будто задыхались. – И только им… можно его закончить. Ты – ключ.

Элис замерла, ощущая, как холод пробирается в сердце.

– Значит… медальон – оружие?

– Не оружие… – силуэт качнулся, будто голова ее склонилась. – Источник и окончание. Но ты должна помнить… одна вещь важнее всего. Никогда… – голос сорвался, стал почти шёпотом, но отчетливым. – Никогда не проливай на него кровь Роуса.

Элис сделала судорожный вдох.

– Почему?

– Это… запустит конец. Его кровь… станет топливом… для гибели всего. – Силуэт таял, ускользая. – Запомни. Запомни!

– Подожди! – Элис протянула руку, но пальцы ухватили лишь холодный дым. – Ты сказала… я ключ? Что это значит?!

Женщина едва заметно подняла голову.

– Ключ – это ты. Ты… и твоя судьба. Всё держится… на тебе…

Слова рассыпались в воздухе, силуэт дрогнул и исчез, как будто его стерли с белого полотна.

Элис резко выдохнула, будто только что выбралась из-под воды. Белая дымка исчезла, медальон тяжело лежал в её ладонях, кожа горела огнем. Она всхлипнула и опустилась на колени.

– Элис! – Рози схватила её за плечо. – Что случилось? Что ты видела?

– Эй, смотри на меня, – Лиам наклонился ближе, его голос был непривычно серьезен. – Не уходи в себя.

Элис подняла глаза на них: взгляд дрожал, дыхание сбивалось, но в голове все еще звенели слова силуэта. «Никогда не проливай кровь Роуса… ключ – это ты…»

– Я… я… – она заикалась, не в силах подобрать слова.

– Что? – настаивала Рози. – Ты видела, кто за этим стоит? Ты можешь сказать хоть что-то?

Но Элис уже не слышала их. Внутри всё горело, словно что-то, что она упустила, звало её обратно. Медальон будто вибрировал в руках, как живой.

– Элис, подожди! – рявкнул Лиам, заметив, как она снова подносит артефакт ближе к себе.

– Не трогай его! – вторила Рози.

Но Элис закрыла глаза и вновь открыла медальон. В тот же миг реальность рухнула.

Темнота.

Холод.

И… тишина, прерываемая гулом рушащихся зданий.

Ее перенесло в будущее.

Город был изломан, небеса окрашены в багровый цвет. Люди бежали, кричали, кровь текла по мостовым. Силуэты сражались на фоне огня, а над всем этим – медальон, парящий в воздухе, сияющий неестественным светом.

Элис пыталась отвернуться, но видение не отпускало. В какой-то момент она увидела фигуру такую знакомую, дорогую, разрывающую ей сердце. Но прежде чем картинка стала ясной, всё исчезло, и ее отбросило назад.

Она упала, ударившись плечом о пол. Лёд прошёлся по венам.

– Чёрт возьми, Элис! – Лиам подхватил её, прижимая к себе. – Ты вообще в своём уме?

Рози встала над ними, злость в глазах смешивалась с тревогой.

– Ты чуть не спалила себе мозг! Что ты творишь?!

Элис судорожно сжимала ладони, где ещё пульсировало эхо медальона. Она пыталась заговорить, но слова рвались в крик:

– Я должна была увидеть… должна! Там был ответ… он там…

Лиам с силой сжал ее ладони, не давая вновь открыть медальон. У каждой силы есть предел, и находить этот предел у Элис сейчас они точно не хотели. Ее глаза покраснели, ее всю трясло, кто знал, что с ней могло случиться, если она попробует увидеть будущее в третий раз.

Она сопротивлялась, пыталась вырвать руки, выламывала их до боли, словно она сошла с ума, помешалась на идее и не могла ее отпустить.

В какой-то момент послышался стук в подвале, что отвлекло Лиама, заставляя ослабить хватку. Элис воспользовалась этим, даже не проверив источник шума. Она резко выдернула руку и снова открыла медальон.

Медальон обжег её ладони, и мир разорвался.

Пылающий город.

Здания рушатся одно за другим, мосты ломаются, словно сделаны из бумаги. Воздух густой, будто его наполнили гарью и криками.

Она увидела зал заседаний в офисе Ордена: большой, с мраморными колоннами и высоким потолком. Но стол, за которым обычно сидели члены Ордена, был перевернут. На полу валялись сломанные кресла, стены были изрезаны следами от оружия.

И там две фигуры. Мужчины.

Один стоял в тени, силуэт был мощным, уверенным. Его лицо скрывала темнота, искаженное, будто сама реальность не позволяла разглядеть его черты. Второй из членов Ордена, старший, с сединой на висках, голос звучал твердо, но с хрипотцой.

– Они уже не контролируют её, – сказал седой. – Они боятся. И потому пытаются удержать силой. Но это глупо. Её нельзя удерживать.

Тот, что в тени, кивнул.

– Значит, нужно взять её нам. Пока она не поняла, насколько велика её власть.

– Она – ключ, – продолжил седой. – С помощью медальона она может изменить будущее по своему желанию. Она даже не осознаёт, что её выбор сильнее любого пророчества.

Элис прижала руку к груди, чувствуя, как сердце колотится.

– Но Орден не отпустит её, – ответил тёмный силуэт. – Они скорее убьют, чем дадут возможность решать.

– Тогда пусть это будет на их совести. Мы же… примем её. Для неё это будет не плен, а спасение.

Вдруг тени вокруг дрогнули, и Элис уловила что-то знакомое в интонации мужчины, чей силуэт скрывала тень.. Какая-то нота в голосе, что-то теплое и твердое одновременно. Словно отголосок Лиама. Нет… это не может быть он… но почему голос такой похожий?

Она сделала шаг вперёд, пытаясь рассмотреть лицо, но пространство треснуло, как зеркало.

Крики, пламя, вспышки света – и всё исчезло.

Элис рухнула обратно в реальность, где в ушах все звенело, а по голове били сотнями булыжниками.

– Элис! – Лиам схватил её за плечи, встряхнул. В его глазах был страх и ужас. – Ты слышишь меня?!

Она с трудом открыла глаза, губы дрожали.

– Они… они хотят меня, – прошептала она. – Не медальон. Меня.

На фоне был слышен крик Рози, которая звала Элис, просила ее не терять сознание, но перед ее глазами все плыло, а шум в ушах не давал мыслить здраво. Ее словно опьянили, а потом били долгое время об стену. Терпеть боль уже не хватало сил, она закрыла глаза и растворилась в небытие.

Глава 17

Сознание выдернуло Элис в реальность резко, почти грубо, будто кто-то схватил её за ворот и встряхнул. Виски прострелило болью, в ушах стоял тяжёлый гул, похожий на отдаленный звон колоколов. Мир вокруг расплывался пятнами света и тени, дыхание срывалось, грудь поднималась неровно, словно она только что бежала без остановки. Тело ощущалось чужим: тяжелым, неповоротливым, будто налитым свинцом.

Девушка медленно открыла глаза и сразу поняла: это не её комната. Запах другой. Воздух прохладный, пахнул металлом и деревом. Стены строгие, нейтральные. И только на полке неизменно стояла аккуратно выстроенная коллекция игрушечных машинок, ярких, как детские воспоминания, выбивающихся из общей сдержанности.

Комната Ривера.

Но её внимание тут же вырвал крик, прорезающий пространство, как лезвие:

– Вы должны были её остановить!

Голос Ривера ударил по воздуху, как раскат грома. В нём не было привычной холодной выдержки, только оголенные нервы и ярость. Элис вздрогнула, хотя тело всё ещё едва слушалось.

– Она едва не угробила себя!

Где-то в стороне послышался резкий и быстрый звук шагов. Лиам.

– Я успешно с этим справлялся, пока ты не отвлек своим прибытием!

Это походило на раздражение, нежели чем на панику. Он ходил от одной точки до другой, постоянно запуская пальцы в волосы, растрепав их еще сильнее.

– Твоя задача была помогать, – прорычал Ривер. – Не поддакивать её безумным идеям.

– Хватит! – это вмешалась Рози.

Элис представила, как розовласка шагнула вперед, встала между высокими парнями, такая маленькая, но несгибаемая.

– Она не ребёнок. Она приняла решение.

– Решение? – Ривер рассмеялся глухо, без радости. – Это не решение, это самоубийство! Вы двое должны были остановить её, а не стоять рядом и смотреть, как она поджигает себе мозг!

Элис зажмурилась. Сердце билось так быстро, что отдавалось болью в ребрах. Каждое слово впивалось в неё, как тонкие иглы. Поджигает себе мозг. Самоубийство. Она попыталась вдохнуть глубже, но воздух будто застревал в горле.

– Ты слишком драматизируешь, – холодно сказал Лиам. – Она жива.

– Пока. – Ривер ударил кулаком о стол так, что предметы, лежавшие на нем, подпрыгнули. Что-то покатилось по поверхности и с тихим стуком упало на пол. – А если в следующий раз она не очнется? Ты хоть об этом подумал?

– Ривер, – Рози повысила голос, – ты ведёшь себя так, будто она твоя собственность.

Тишина на мгновение повисла тяжелым колоколом.

Элис медленно приоткрыла глаза. Сил почти не было, но она упрямо уперлась ладонью в матрас и попыталась приподняться. Рука дрожала. Мир качнулся. Перед глазами снова поплыли темные пятна, но она стиснула зубы и заставила себя подняться.

– Хватит… пожалуйста.

Головы друзей тут же обернулись к ней.

Лиам шагнул вперёд, но Ривер оказался быстрее. Он перехватил расстояние одним резким движением и оказался у кровати прежде, чем кто-либо успел его остановить. Наклонился так низко, что тень от его фигуры легла на лицо Элис. Его взгляд полыхал смесью страха и злости.

– Ты вообще понимаешь, что сделала?

Слова не были криком. Они прозвучали глухо, сквозь сжатые зубы, и от этого стали только тяжелее. Элис почувствовала, как внутри всё сжалось. Горло пересохло, язык будто прилип к нёбу. Она попыталась собрать мысли, но они рассыпались, как песок сквозь пальцы. Вместо ответа она медленно закрыла глаза, словно это могло стать щитом от его голоса, от его взгляда, от осуждения, которое ей чудилось в каждом его вдохе.

Ривер выпрямился так резко, будто опомнился. Он отступил на шаг, провёл ладонью по лицу, пытаясь стереть с него эмоции, но грудь его всё равно ходила ходуном.

Лиам цыкнул на Ривера, давая понять, что его поведение сейчас недопустимо.

– Может, сначала дать ей отдышаться, прежде чем орать?

Их спор снова был готов вспыхнуть, но Элис прошептала:

– Перестаньте… оба, – неожиданно твердо, хоть и сорвано.

Спор мгновенно стих. Ривер стоял около нее, сжимая кулаки так, что костяшки побелели. В его взгляде ещё пылала ярость, но поверх неё теперь легло облегчение, будто он едва не потерял её и только сейчас осознал, что она здесь, живая.

Элис чувствовала, как гул в голове отзывается в висках тяжёлыми ударами. Мысли ворочались медленно, вязко, но один вопрос настойчиво пробивался сквозь туман.

– Как… я оказалась здесь?

Она приподняла подбородок, переводя взгляд с одного лица на другое. Ривер встретился с ней глазами. Его челюсть напряглась, как будто он собирался ответить, но что-то удержало его. Он отвел взгляд в сторону, к окну, где холодный свет скользил по стеклу.

Лиам, напротив, пожал плечами с нарочитой легкостью, словно речь шла о чём-то обыденном.

– Ну, видимо, твой герой решил, что лучше притащить тебя к себе, чем к врачу.

В уголке его губ мелькнула кривая усмешка, но глаза внимательно следили за реакцией Ривера. Он не собирался упускать возможность поддеть его. Рози тихо выдохнула, потерев переносицу, ей надоело быть посредником в чужих бурях.

– Потому что я и был твоим куратором всё это время.

– Что?.. – голос Элис дрогнул.

Она моргнула несколько раз, пытаясь собрать мысли, но сознание все еще плыло. Каждая новая секунда растягивалась, превращаясь в мучительно долгий отрезок времени.

Ривер скрестил руки на груди. Жест, который обычно делал его непроницаемым, почти холодным. Но сейчас защита выглядела неубедительно. Его взгляд, направленный на Элис, едва заметно дрожал, он сам до конца не был уверен, правильно ли поступает, говоря это вслух.

– Маркел хотел, чтобы кто-то следил за твоей безопасностью. Он бы не доверил это никому, кроме меня.

Элис замерла. Внутри всё перевернулось. Все эти моменты, когда она чувствовала его взгляд, думала, что это случайность. А как же угроза Маркела? Если он знал об их связи, зачем приставлять Ривера к ней?

– Все это время ты следил… – Она выдохнула сдавленно, не понимая, что чувствует: злость, благодарность или обиду.

Ривер не отвел глаз.

– Именно поэтому я смог быстро перенести тебя. Если бы вы были с другим, сейчас бы сидели не здесь, а в другом месте.

Он сказал это именно так, как и хотел, не пытаясь смягчить смысл.

– Отличное утешение, – усмехнулся Лиам, но Рози шикнула на него.

Элис прижала ладонь к виску, пытаясь справиться с нахлынувшими эмоциями. В груди копошились вопросы. Почему он молчал? Почему не сказал сразу? Почему снова сделал ее пешкой, за которой наблюдают?

И в то же время она жива, в хаосе неподвластных эмоций она могла натворить что-то ужасное, что могло стоить ей жизни. Если бы она ещё раз открыла медальон…

Тишина давила. Лиам усмехнулся криво, хотя в его глазах не было ни тени веселья.

– Ну вот, сюрприз удался.

Элис резко обернулась к нему. Движение получилось слишком резким, из-за чего в глазах помутнело, но ее это не остановило.

– Ты знал? Вот почему ты так спокойно реагировал тогда у Маркела!

В памяти всплыло то самое раздражающее спокойствие Лиама, из-за которого ей хотелось побить его. Он на секунду отвел глаза, будто прикидывая, сколько стоит правда. Провёл языком по внутренней стороне щеки, замялся.

– Догадывался.

– Догадывался? – Элис вскинула руки, в груди закипела злость. – Ты прекрасно знал и молчал!

Она подалась вперёд, будто меньшее расстояние между ними могло сделать его слова менее обидными. Сердце билось так, словно искало выход из грудной клетки.

– Потому что это ничего бы не изменило, – отрезал Лиам. – Ты всё равно знала, что кто-то есть. Просто не знала, кто именно он.

– Это многое меняет! – её голос сорвался. – Я… я думала, что хотя бы между нами нет этих тайн.

Лиам нахмурился.

– Если бы я сказал, ты бы сорвалась. А у тебя и так с ним сплошное поле битвы. Я не хотел подбрасывать топлива в костёр.

Ривер все еще стоял рядом. Его кулаки медленно сжались, мышцы на предплечьях напряглись. Он понимал, о чем говорил Лиам, но от этого легче не становилось.

– Отлично, – выдохнула Элис, прижимая ладонь к виску. – Просто замечательно.

Рози не выдержала:

– Всё. Хватит. Ей нужен отдых. Ваши игры в правду или ложь подождут.

Она чуть подтолкнула Элис обратно на подушки.

– Спи. Завтра разберёмся.

Элис закрыла глаза, но внутри её разрывало: обида на Лиама, ярость на Ривера и странное, тягучее облегчение, ведь он всё это время был рядом.

***

Кухня встретила Лиама и Ривера приглушенным электрическим светом и запахом кофе, который за несколько часов успел стать густым и почти горьким.

Лиам без приглашения занял место на столешнице, опираясь ладонями о холодный камень. Он вытянул ноги, скрестил щиколотки и на мгновение запрокинул голову, разглядывая потолок, словно собирался с мыслями. В его позе читалась показная расслабленность.

Ривер, напротив, двигался так, будто каждое действие требовало от него усилия. Он резко открыл шкафчик, стекло внутри тихо звякнуло. Достал стакан и повернул кран. Вода ударила в дно прозрачного цилиндра ровной струей. Его плечи оставались напряженными, будто под кожей проходила электрическая волна, не находящая выхода. Он сделал глоток, не спеша, затем поставил стакан на стол

– Ну? – наконец произнёс он, не оборачиваясь. – Объяснишь мне, какого чёрта вы делали в доме Маркела?

Лиам перевёл на него взгляд, не меняя положения. Вопрос не застал его врасплох, скорее подтвердил ожидания.

– А ты якобы ничего не знаешь?

Ривер сдерживал себя из последних сил. Он не хотел смотреть на своего друга и товарища, боялся, что может сказать что-то лишнее, или дойти до крайности, врезав ему сполна. Всю ответственность за произошедшее он перевесил на Лиама, ведь он был последнее время постоянно с Элис. Он должен был помогать ей учиться новой силе, оберегать, а не идти на поводу у безумных идей.

– Я знаю, что ты и Рози притащили Элис в чёртов заброшенный дом, и что после этого она чуть не сгорела на моих руках, – резко бросил Ривер. Он повернулся, в глазах сверкнул холод. – Для чего вы туда полезли?

Лиам пожал плечами, но ухмылки на этот раз не было.

– Элис решила, что должна прикоснуться к медальону еще раз. Считала, что увидит что-то важное.

Ривер издал непонятный звук, который можно было спутать со смехом. Но это скорее была реакция человека, которому предлагают принять абсурд за аргумент.

– «Решила»? – переспросил он. – Ты всегда так легко соглашаешься на её безумные идеи?

– Я не соглашаюсь, – парировал Лиам, подаваясь вперёд. – Я сопровождаю. Потому что если не я – она всё равно сделает это, только одна.

Секунда тишины растянулась до предела.

Ривер опустил взгляд на стакан в своей руке. Его пальцы сжались сильнее, стекло едва слышно скрипнуло под давлением. Внутри него боролись два импульса: желание обвинять и необходимость признать сказанное.

– Она могла умереть, Лиам. Ты понимаешь это?

– Понимаю, – спокойно сказал тот. – Но, может, ты начнёшь наконец доверять ей? Она не ребёнок. И да, её сила опасна. Но если мы будем держать её взаперти, она просто сойдет с ума.

Ривер отвернулся, делая вид, что его не задели эти слова.

– Ты слишком много себе позволяешь.

– Может быть, – Лиам скрестил руки на груди. – Но я хотя бы вижу её, а не то, что ты хочешь о ней думать.

Ривер медленно поставил стакан обратно на стол. Вода внутри колыхалась, отражая свет лампы и их напряженные силуэты.

– Тогда расскажи, что она увидела?

Лиам не ответил сразу. Он медленно сцепил пальцы в замок, костяшки едва заметно побелели от напряжения. Взгляд его скользнул в сторону окна, где в стекле отражались их искаженные силуэты. Он словно прикидывал не столько содержание ответа, сколько его последствия.

– Думаешь, она сама не должна решать, что тебе говорить?

– Я не спрашиваю её, я спрашиваю тебя, – отрезал Ривер. – Ты был там. Ты видел, в каком она была состоянии, когда потеряла сознание. Значит, знаешь хоть часть правды.

Внутри него всё сопротивлялось самой необходимости задавать эти вопросы. Он привык действовать, а не выпытывать. Но в этот раз контроль ускользнул, и это раздражало его больше всего.

– Знаю, – нехотя признал Лиам. – Но не всё. Она говорила отрывками во время видений.

Ривер шагнул ближе, взгляд впился в него, как сталь.

– Хватит игр. Детали, Лиам. Немедленно.

Лиам выдержал это давление, но принял неизбежность.

– Она бормотала о том, что она ключ, про кровь, про то, что всё начинается и заканчивается медальоном… хотя в конце ты и сам слышал: кому-то нужен не артефакт, а она сама.

На лице Ривера что-то едва уловимо изменилось. Короткая вспышка осознания. Он отвел взгляд на мгновение, будто прокручивал услышанное, сопоставляя с собственными наблюдениями.

– Что-то ещё? – Требовательный тон Ривера никуда не уходил, он продолжал наседать ещё больше.

– Нет, если бы было – сказал. Она после возвращения в реальность сразу тянулась снова открывать медальон, там не до болтовни было, знаешь.

Ривер начинал скрипеть зубами, внутри все горело, ни то злость, ни то страх. Может, все вместе сразу, но в покое мысли оставить он не мог.

– Ривер, ты не сможешь ее спрятать от всего мира.

Лиам говорил спокойно, но за этой спокойностью скрывалось понимание. Он видел, к чему клонит Ривер: к контролю, к изоляции, к попытке закрыть ее от угрозы любой ценой.

Ривер метнул на него взгляд, полный злости и боли одновременно. А внутри он уже перебирал варианты защиты.

– Я должен хотя бы попытаться.

Ривер не искал одобрения и не ждал возражений, он фиксировал позицию, за которую уже был готов расплатиться.

Лиам медленно потянулся к вазе с фруктами, словно разговор не требовал от него мгновенной реакции. Он выбрал яблоко, взвесил его на ладони и подбросил вверх коротким, отточенным движением. Плод описал аккуратную дугу и снова лёг в руку.

– Попытаться что? – спросил он, наблюдая за траекторией следующего броска. – Спрятать её? Или удержать рядом?

– Не начинай… – жесткий тон, в котором уже звучало предупреждение.

– Да ладно. – Лиам лениво сделал укус. – Я же вижу. Ты бесишься не из-за Ордена, не из-за миссий и даже не из-за ее упрямства. Ты бесишься, потому что теряешь её.

Плечи Ривера едва заметно напряглись. Вены на его руках проступили отчетливее, пальцы медленно сжались, будто он физически удерживал импульс, готовый прорваться наружу. Он резко выпрямился, мышцы сами приняли решение действовать.

На секунду показалось, что дистанция между ними исчезнет окончательно. Но он остановился. Челюсть сомкнулась так, что линия скул обозначилась жёстче.

– Следи за словами, Лиам.

Лиам не отвел взгляд. Он спокойно опустил огрызок яблока на стол, небрежно вытер ладонь о джинсы и выпрямился.

– А ты за своим сердцем, – ответил блондин без повышения голоса. – Потому что если оно продолжит рваться наружу так же, как сегодня… Элис испугается окончательно.

Ривер на мгновение прикрыл глаза, будто проверяя, способен ли удержать внутри тот хаос, который Лиам так бесцеремонно озвучил. Он ненавидел, когда его читали вслух. Особенно когда это делали правильно.

– Береги язык. В следующий раз я могу не сдержаться.

Он развернулся, шагнул к двери и на секунду задержался, будто собираясь добавить что-то ещё. Но передумал.

– Ну вот, – бросил Лиам напарнику в спину. – Всё-таки не бесстрашный Ривер, а обычный парень, который не знает, как подступиться к девушке.

Ривер замер у двери, так и не переступив порог. Пальцы на мгновение вцепились в холодную металлическую ручку, будто она могла удержать его от следующего шага или, напротив, подтолкнуть к нему. Он медленно разжал ладонь, сжал её вновь уже в кулак, ощутил, как сухожилия натянулись под кожей. Воздух вошел в легкие резко, с металлическим привкусом, и так же резко вышел. Только после этого он обернулся к Лиаму.

Внутри все еще кипело, однако теперь это кипение не рвалось наружу, а будто оседало на дне, превращаясь в вязкую настороженность.

– Ладно, – произнес Ривер, снимая с себя часть внутреннего давления усилием воли. – Оставим пока твои шуточки. Скажи лучше… как у неё получается?

– Что именно? – приподнял бровь Лиам.

– Ваши занятия, – уточнил Ривер. Он подошёл к столу и оперся о край, стараясь выглядеть спокойным. – Передача образов. Эмоций. Она… справляется?

В этом коротком «справляется» прозвучало больше, чем вопрос о технике. Там был страх, который он не позволял себе назвать страхом; там была вина за то, что он сам не рядом в эти моменты; там была ревность к самой возможности чужого участия.

– По-разному. Цвета идут легко, с эмоциями сложнее. Упрямо лезет в больные воспоминания. Иногда так надрывается, что я думаю: ещё чуть-чуть и она грохнется.

Кулак Ривера невольно дернулся, но он быстро спрятал руку за спину.

– Ты её останавливаешь?

– Конечно, – отозвался Лиам, хотя в голосе его звучала тень усмешки. – Я же не полный идиот. Но ты знаешь её: если решила, то упираться будет, пока не добьётся.

– Она должна быть осторожнее. Этот дар… он может выжечь её изнутри.

– Думаешь, я не вижу? Я рядом каждый день, Ривер. Я тоже за неё отвечаю, даже если ты куратор.

Ривер резко поднял на него глаза, но спорить не стал. Несколько секунд он молчал, потом произнес:

– Спасибо, что не даёшь ей перегореть.

Лиам хмыкнул, пряча напряжение за привычной ухмылкой.

– Ну, кто-то же должен это делать, пока ты изображаешь ледяную стену.

Кулак уже был готов прилететь этому вредному блондину в морду. В долю секунды в воображении Ривера даже простроилась траектория удара: поворот корпуса, перенос веса, глухой звук столкновения. Но вместо этого он заставил себя задержать движение. Медленный вдох и выдох смог вернуть самоконтроль.

– Сколько еще времени понадобится, чтобы она могла работать без… срывов? – уточнил Ривер, глядя прямо в стол, будто боялся выдать эмоции.

– Ну… – Лиам на секунду задумался, а потом хитро приподнял бровь. – Если ты про «срывы» из-за силы, то, может, месяц. Если ты про «срывы» из-за того, что рядом оказываешься именно ты… тогда, братец, дело сложнее.

Ривер поднял на него тяжелый взгляд.

– Это не смешно.

– Я и не смеюсь, – улыбка Лиама стала только шире. – Ну ладно, может, чуть-чуть. Но признай, звучит так, будто ты ревнуешь.

Кулак Ривера вновь едва заметно сжался на столе.

– Лиам…

– Всё, всё, молчу, – примирительно поднял руки Лиам, хотя глаза его все еще смеялись. – Но раз уж спросил, даю честный ответ: Элис реально старается. Ей нужно время и кто-то, кто верит в неё.

Ривер отвел взгляд, слова задели его. Он хотел быть этим человеком, он старался быть этим человеком. Но она чего-то боялась. Чего именно, он, к сожалению, разгадать не мог.

– Ты ведь проводишь с ней больше времени, чем кто-либо.

– Ну, спасибо за признание, – усмехнулся Лиам, отпивая из кружки. – Я знал, что однажды ты оценишь мое общество.

Он сделал небольшое движение плечом, будто отбрасывая невидимый груз, и скользнул глазами по Риверу, проверяя, насколько тот поддался легкой провокации.

– Не об этом. – Ривер посмотрел прямо в него. Взгляд был слишком пристальным, слишком серьезным. – Ты знаешь, что она от меня что-то скрывает?

Лиам замер на долю секунды, пальцы сжали кружку чуть крепче, едва заметно.

– Она скрывает от всех. Это у неё стиль общения такой. Я, знаешь ли, не исключение.

– Не шути, Лиам. – Голос Ривера стал резче. – Я чувствую, что дело не только в её силе. Что-то конкретное.

Лиам лениво отвел взгляд, повертел кружку в руках, почувствовав как холодное керамическое дно касается ладони. Его движения были неспешными, но в них угадывалась осторожность: умение говорить и одновременно не выдавать лишнего.

– Я правда не в курсе, о чём ты говоришь. Если бы знал – сказал бы. Ну или намекнул бы.

Он оставил паузу, провёл пальцем по губам, будто проверяя, не хочет ли язык выдать тайну, которой он владеет.

– Ты уверен? – Ривер прищурился, будто пытаясь прочесть его насквозь. Он склонился вперёд, слегка напрягая плечи, как будто пытался просканировать Лиама глазами и словами одновременно. – Потому что иногда создаётся впечатление, что она поделилась чем-то… но не со мной.

Лиам коротко фыркнул, едва заметно скривил губы, потом напряженно рассмеялся. Смех был не столько радостью, сколько защитой от возможной опасности.

– Ты реально думаешь, что она выбрала меня своим хранителем тайн? Не льсти мне. Я слишком болтлив для таких дел.

Ривер долго смотрел на него, но ответа так и не дал. Только тихо выдохнул, будто оставляя тему открытой.

Глава 18

♫Sia – Bird Set Free♫

Элис проснулась от ощущения света. Он не резал веки, не бил по зрачкам, а мягко скользил по коже, будто проверяя, жива ли она.

Она моргнула, задержав дыхание, и медленно позволила взгляду скользнуть по потолку, по стенам, по очертаниям мебели. Комната Ривера. Снова.

Она приподнялась на локтях слишком резко; мир качнулся, линии предметов на секунду смазались. Одеяло сползло к бедрам, прохлада воздуха коснулась разгоряченной кожи, и это физическое ощущение вернуло ее к реальности лучше любых мыслей.

– Чёрт… – выдохнула она, осознавая, где находилась.

Девушка огляделась внимательнее. Кровать аккуратно застелена с одной стороны, явно не её рукой. На стуле висела сложенная куртка. Её куртка. Не брошенная, не скомканная, а аккуратно приведённая в порядок.

За приоткрытой дверью доносился ровный звук воды. Душ. Это уже было. Почти в той же последовательности.

Все воспоминания перемешались, даже не было частичек пазлов, чтобы сложить все воедино. Последнее, что осталось в памяти – белый туман медальона, силуэт женщины, обрывок ее слов… потом тьма.

Элис медленно опустила ноги на пол. Ковёр оказался прохладным, плотным, с коротким ворсом. Она провела по нему пальцами ног, концентрируясь на тактильном ощущении, чтобы удержать себя от паники.

«Как я здесь оказалась? Почему опять он?»

В груди появилось странное чувство, не просто неловкость, а сложная смесь благодарности, раздражения и чего-то ещё, чему она не хотела давать название. Между ними словно существовала дистанция, выстроенная сознательно, шаг за шагом, и одновременно тонкая связь, от которой невозможно избавиться простым усилием воли.

Элис потянулась к куртке, намереваясь накинуть её хотя бы как защитный слой, и в этот момент звук воды оборвался.

Слышно было, как дверь в ванную распахнулась шире. Ривер вышел, на ходу проводя ладонью по влажным волосам. Рубашка на нем была расстегнута, ткань прилипала к коже там, где капли воды ещё не высохли. Он остановился почти сразу, заметив, что она уже не спит.

– Ты уже встала, – сказал он ровно, но в голосе слышалось облегчение.

Элис сжала одеяло, пытаясь не уткнуться взглядом в его обнаженную грудь. Она заставила себя удержать взгляд на уровне его лица, хотя сознание предательски фиксировало детали: влажную кожу, напряженную линию плеч, дыхание, еще не полностью выровнявшееся после горячей воды.

– Видимо… – её голос прозвучал слишком хрипло.

Ривер внимательно рассматривал ее, думая о чем-то, потом шагнул к шкафу, будто специально отвел внимание.

– Тебе нужно отдохнуть. – сказал он, доставая чистую футболку. – Вчера ты переусердствовала.

Элис провела ладонью по виску, пытаясь нащупать в памяти хоть какую-то последовательность.

– Я в порядке, – быстро ответила, хотя сама чувствовала, что тело ломит.

И в какой-то момент в ее голову будто впихнул разом все забытые детали вчерашнего дня. Ее мания к медальону, неизвестный предатель Ордена, ужасная головная боль, а потом комната Ривера, споры, злость. Он был все это время ее куратором.

Ривер, стоя у шкафа, обернулся, словно услышав последние мысли девушки.

– Ты всегда так говоришь.

И снова повисла тишина до безобразия неловкая и в какой-то мере стыдливая. Какого черта она вообще вчера делала? Решила распрощаться с жизнью раньше времени? Эта неизвестная женщина просто свела ее с ума. Может, это вообще были галлюцинации на фоне переутомления. Нет, точно нет, Элис умела различать видения.

Она сжала пальцы на ткани одеяла, будто это могло вернуть ей равновесие.

– Я действительно в порядке, – повторила она тише, уже не для спора, а скорее как попытку убедить саму себя.

Ривер снял влажную рубашку с тела и ловко продел руки в рукава футболки, после чего потянул за низ ткани, закрывая оголенные участки кожи. Он надел черную футболку без нашивки Ордена, что говорило о том, что это его личная одежда. Парень мягким шагом подошел ближе к ней, уверенно смотря в ее глаза.

– Элис… ты упала чуть ли не замертво в том доме, когда я пришел к вам. В порядке так не выглядит.

Он не повышал голос, не обвинял. Ривер принял ту ситуацию, сейчас он просто хотел, чтобы Элис не врала сама себе.

Она подняла на него взгляд. Ривер пытался казаться холодным, уверенным в себе и своих силах, но что-то его выдавало. Какие-то мелочи: задержка дыхания перед ответом, напряжение в линии шеи, слишком внимательный взгляд, который скользил по её лицу.

– Может, я просто не хочу, чтобы ты снова смотрел на меня так, как вчера. Будто я слабое место.

Ривер сжал челюсти. На секунду показалось, что он отступит, но вместо этого он сделал наоборот – опустился на корточки перед ней, почти касаясь коленей.

– Я не готов снова видеть твое предсмертное состояние.

Элис резко отвела взгляд. Сердце колотилось так, что ей казалось, он слышит. Она не могла подобрать нужных слов, все, что она скажет – Ривер может перенаправить против нее. Не во вред, нет, но оставаться обузой ей не хотелось.

– Ты… не должен меня защищать. Я часть Ордена.

– Я твой куратор.

Элис горько усмехнулась. Не хотелось снова ругаться, да и голова, которая гудела, как паровоз, просто не позволяла нервничать еще больше.

– Ты снова притащил меня к себе? – она сменила тему нарочито, стараясь сместить фокус.

– А куда, по-твоему? В коридоре оставить? – в его голосе не было насмешки, только скрытая усталость от всего вокруг.

Он мог принести ее в комнату Элис. Это было бы логично и правильно. Но по какой-то причине выбор каждый раз оказывался иным. Вечно он любит все контролировать.

Девушка закусила губу.

– Мог бы… хотя бы предупредить.

– Ты была без сознания, – напомнил он.

Элис сидела, всё ещё сжимая край одеяла, и чувствовала, как ее пальцы предательски дрожат от внутреннего перенапряжения, которое не отпускало даже теперь, когда опасность осталась позади. Ривер заметил. Конечно, заметил. Его внимательность не требовала усилий, он улавливал малейшие изменения в ее дыхании, в положении плеч, в том, как она избегает смотреть прямо.

Он находился слишком близко, чтобы это можно было назвать формальностью, и слишком сдержанно, чтобы счесть это вторжением. Его руки покоились по бокам от её бёдер, не касаясь, но очерчивая границы пространства, в котором она находилась. Он хотел отказаться от преимущества высоты, сделать так, чтобы Элис стала выше него.

– Ты все еще напряжена.

– Ты всегда такой внимательный?

Она рассчитывала, что фраза сработает как привычный маневр: перевести разговор в безопасную плоскость, где можно прятаться за полуиронией.

Ривер поднялся и сел на край кровати, но не слишком близко. Держал дистанцию ровно такую, чтобы Элис сама решала, сократить ее или нет.

– С тобой – да, – произнес он после короткой паузы.

Элис вскинула на него глаза. Они словно играли в какие-то поддавки, то Ривер пытался к ней подступиться, то наоборот Элис делала шаг вперед. Но после каждого шага второй участник делал шаг назад, из-за этого они топтались на месте, не зная, как действовать дальше, и боясь глобальной инициативы.

– Почему именно со мной?

Она не хотела показаться уязвимой, но ей нужно было получить прямой ответ.

– Потому что с другими всё проще. С ними можно не анализировать их поведение. А с тобой так не выходит.

Его голос не повышался, не менялся, но смысл фразы разрастался внутри неё, занимая всё пространство. Элис почувствовала, как ритм её сердца на мгновение сбился, будто организм не успел подстроиться под внезапный приток осознания.

– Значит, я создаю тебе сложности? – попыталась она смягчить момент.

Элис склонила голову набок, будто рассматривая ситуацию со стороны, однако её взгляд оставался прикованным к нему. В этом жесте было и желание отстраниться, и стремление услышать продолжение.

– Ты создаешь мне… всё, чего я не планировал, – прошептал он настолько нежно, что по коже Элис побежали мурашки. Двойной смысл, который можно было интерпретировать по-своему, но девушка все поняла.

Он не говорил о мимолетной симпатии, не обозначал легкое влечение. Речь шла о нарушенной стратегии, о пересмотренных решениях, о внутренней перестройке, к которой он, очевидно, не стремился.

Она отважилась спросить:

– И это… плохо?

Ривер посмотрел прямо в её глаза. Так долго, что ей захотелось отвернуться, но она не смогла.

– Я ещё не решил.

Элис прикусила губу и все-таки отвела взгляд, будто стены вдруг стали куда интереснее, чем его глаза. Он не уклонялся от ответа, но ясности не вносил. Девушка чувствовала, как внутри начало подниматься раздражение на эту неопределенность. Пальцы медленно провели по складке одеяла, разглаживая ее без всякой необходимости.

– Ты… всё время держишь дистанцию, – еле слышно проговорила девушка. – Даже когда рядом.

Ривер чуть склонил голову.

– А ты хотела бы, чтобы я её не держал?

Она резко повернулась к нему, и щеки тут же вспыхнули.

– Я… я не это имела в виду.

– Но ведь именно это ты почувствовала, – мягко перебил он. – Что я могу быть ближе. Но не позволяю.

Элис замерла. В горле застрял ком. Мысли столкнулись, создавая хаотичный поток, из которого невозможно было извлечь аккуратный ответ. Ее взгляд задержался на его сильных руках, которые хотелось чувствовать на себе.

– Я… боюсь, – наконец выдохнула она. – Если подпустить кого-то слишком близко… я могу…

Она не договорила, но смысл был очевиден. Потерять. Разрушить. Увидеть конец еще до того, как начнётся что-то настоящее. Ривер как-то грустно усмехнулся. В этом коротком звуке прозвучало понимание, возможно, даже согласие с её страхом.

– А я боюсь другого. Что если я подпущу тебя ближе, то ты уйдёшь.

– Я? Уйду?

Мысль о том, что он считал ее способной на бегство, задела очень сильно.

– Ты умеешь закрываться так, будто тебя и вовсе нет, – сказал он серьезно. – Сегодня ты здесь, рядом, а завтра смотришь сквозь меня. И я не знаю, какой из этих вариантов настоящий.

Элис снова сжала пальцы на одеяле.

– А если… оба? – прошептала она. – Если я хочу быть рядом, но не могу перестать бояться?

Она не оправдывалась, а раскрывала противоречие, которое сама до конца не умела объяснить. Желание и страх существовали в ней одновременно, не уничтожая друг друга.

Он смотрел на неё долго, слишком долго. Потом медленно поднял руку. Движение было осторожным, но в какой-то момент он остановился, не дотронувшись. Парень вспомнил, как она просила не трогать ее, едва сдерживаясь от слез.

– Тогда, может быть, нам обоим придётся научиться, – сказал он негромко. – Доверять. Даже если страшно.

Элис не ответила. Её взгляд зафиксировался на этой остановленной ладони, на линии запястья, на лёгком напряжении пальцев, которые будто сами сомневались в праве продолжить движение. Внутри всё сжалось. В одно мгновение перед её внутренним взором вспыхнул образ, который преследовал её каждый раз, когда она позволяла себе представить их ближе. Смерть. Челюсть свело напряжением.

А если случайно?

Если снова вырвется?..

Её сила подчинялась не только воле, она откликалась на эмоции и на глубинные страхи. И Ривер был самым сильным триггером из всех возможных.

Она почти отпрянула, импульс возник на уровне рефлекса. Но в следующий момент сознание выровняло дыхание. С Лиамом получалось. Не идеально, но достаточно, чтобы почувствовать контроль. Она училась вызывать конкретные фрагменты, удерживать поток, направлять его. Ошибки всё ещё случались, но хаос уже не владел ею полностью.

«Если я всё время буду бояться – мы так и останемся на расстоянии».

С трудом сглотнув, Элис чуть наклонилась навстречу.

– Можешь… – прошептала она, почти неслышно.

Ривер моргнул, он не ожидал разрешения. На долю секунды в его лице отразилось нечто похожее на удивление. Потом его ладонь осторожно коснулась её щеки. Тёплая, сухая, чуть дрожащая. От этого простого прикосновения у Элис по спине пробежала приятная наэлектризованная дрожь, но страх отступил на шаг, уступая место доверию. Она ожидала вспышки образов, вторжения чужих судеб, навязчивых фрагментов будущего. Но ничего не произошло. Сила осталась под контролем, словно признала её решение.

– Спасибо.

Они уже касались друг друга раньше, но сейчас это было что-то на другом уровне, абсолютно другие эмоции, другое физическое ощущение. В его благодарности было признание того, что Элис позволила ему больше, чем просто прикосновение.

Пару секунд они просто молчали. Но потом Ривер заговорил снова, ещё мягче:

– Элис… ты ведь пробовала с Лиамом? – Его взгляд скользнул по её глазам, будто проверяя, не обидел её вопрос. – Передавать. Я знаю, у тебя уже получилось.

Она замерла, ощущая, как ладонь все еще касается ее кожи. Затем едва заметно кивнула.

– Может… – он говорил осторожно, будто ступал по тонкому льду, – покажешь и мне? Что-нибудь простое. Неважно что. Я просто хочу понять, как это у тебя происходит.

Элис медленно перевела дыхание, ощущая, как внутри снова активируется тот самый механизм: концентрация, фокусировка, фильтрация. Если она согласится, это будет не просто демонстрация способности. Это будет добровольное допущение его в пространство, где хранились ее страхи, ее видения и ее уязвимость.

– Я попробую, – наконец сказала девушка. Голос дрожал, но решимость в нём звучала твёрдо. – Только… обещай, что не испугаешься.

Просьба прозвучала почти по-детски, и именно это смутило её сильнее всего.

– Я не из тех, кто пугается.

Элис закрыла глаза. Мир снаружи перестал быть приоритетом. Она отодвинула фоновые шумы, собственное волнение, его дыхание, тепло его кожи, всё, что могло исказить выбор. Её сознание начало перебирать воспоминания, словно страницы архива, где каждое событие имело собственный эмоциональный вес.

Её дыхание сбилось, в груди дрожало. Она перебирала воспоминания одно за другим, пока не остановилась на том самом – их первой встрече. Тогда, в её квартире, когда он внезапно появился прямо перед ней и она едва не упала от ужаса.

«Это безопасно. В этом нет боли. Только смущение и… смех».

Она сосредоточилась на деталях, на текстуре момента. Звук ее сердцебиения тогда: быстрый, неуправляемый. Его голос, сухо представившийся членом Ордена.

Внутри что-то щелкнуло. Ощущение было знакомым: как будто из груди вытянулась тонкая нить и соединила их на уровне, где слова уже не требовались. Поток не рвался, не захлестывал, он направлялся, подчиняясь её воле. Она удерживала фокус, не позволяя воспоминанию разрастись или смениться чем-то другим.

Ривер моргнул. Лёгкая тень воспоминания пробежала по его глазам, и вдруг уголки его губ дрогнули.

– Ты серьёзно?.. – выдохнул он, уже сдерживая смех. – Это именно то, что ты решила показать?

Его реакция была живой и непроизвольной. Он пережил этот момент заново, с той же внезапностью, с какой он тогда и произошел.

Элис открыла глаза. Контакт ослаб, нить растворилась, оставив после себя лёгкую усталость. Кровь прилила к щекам быстрее, чем она успела это скрыть.

– Я думала, это будет… нейтрально.

Она действительно выбирала воспоминание без трагедии, без угрозы или скрытых смыслов.

– Нейтрально? – он едва не рассмеялся вслух. – Ты визжала так, будто на тебя напал демон.

В его голосе звучало откровенное веселье. Он наслаждался тем, что увидел эту сцену изнутри, через ее восприятие.

– Потому что так и было! – огрызнулась Элис, но губы предательски дрогнули в улыбке.

Ее протест был больше формальностью, чем реальным возмущением. Теперь, когда воспоминание перестало быть односторонним, оно утратило прежнюю неловкость.

Ривер качнул головой, всё ещё слегка смеясь, и отнял ладонь от ее щеки. Прикосновение исчезло, оставив после себя ощущение тепла, которое не спешило рассеиваться.

– Знаешь, я тогда тоже подумал, что всё идёт не так. Я пришел как представитель Ордена, а выглядел как вор, застигнутый с поличным.

– Ну… – Элис хмыкнула, – именно так я и восприняла.

Они посмотрели друг на друга, и что-то внутри синхронно сорвалось. Смех прорвался без предупреждения, не от неловкости, не от напряжения, а от облегчения. Он звучал живо, свободно, без привычной внутренней оглядки на последствия.

Элис ощутила, как по щекам потекло тепло; она поспешно коснулась уголков глаз, стирая выступившие от смеха слёзы, и, всё ещё восстанавливая дыхание, тихо выдохнула.

– Знаешь, если бы тогда мне кто-то сказал, что я окажусь здесь… рядом с тобой… – она покачала головой. – Я бы решила, что он сошёл с ума.

Это было честное признание того, насколько непредсказуемым оказался путь, приведший их в эту точку. Тогда она видела в нём угрозу, сейчас же видела человека, чье присутствие стало значимым до пугающей степени.

Ривер все еще сидел сбоку, чуть склонившись к ней. В его глазах не было привычной строгости, только мягкий, глубокий свет. Он не отрывал взгляда, будто боялся, что стоит ему отвернуться, и всё исчезнет.

– А если бы мне тогда сказали, что я буду смеяться вместе с тобой… – его голос стал ниже. – Я бы тоже не поверил.

– И всё же, – прошептала она, – мы оба здесь.

– Да, – Ривер медленно поднял руку и снова коснулся ее щеки, но теперь не просил показать образ. Просто был рядом. – Мы оба здесь.

Его прикосновение стало менее осторожным. Пальцы скользнули чуть ниже, к линии подбородка, и замерли там, будто он проверял, не исчезнет ли она, если он позволит себе больше.

Элис не отводила взгляда. В груди было тяжело и спокойно одновременно. И наконец-то ей не хотелось никуда убегать.

– Элис, – тихо сказал он, голос хрипел от внутреннего возбуждения, – ты даже не представляешь, что для меня значит… вот так. Просто быть рядом.

Она замерла, сердце ухнуло вниз. В его словах не было игры, ни намека на легкий флирт, к которому он иногда прибегал.

Её сердце резко сместилось вниз, будто тело на секунду потеряло равновесие. Она ощутила, как его пальцы, всё ещё касающиеся её кожи, усиливали восприятие каждой мысли, каждого удара пульса.

Элис глубоко вдохнула, позволяя воздуху заполнить легкие до предела, прежде чем ответить.

– Знаю, – едва слышно ответила она. – Потому что для меня тоже.

Он слегка наклонился вперёд, почти коснувшись её, и расстояние между ними стало едва заметным. Элис ощутила, как каждый вдох его тела перемешался с ее собственным, и по спине пробежал холодок, будто она одновременно боялась и ждала этого момент

– Тогда покажи, – его голос стал шёпотом, почти касанием. – Не образ. Не воспоминание. Просто… себя.

Элис прикрыла глаза. Это было страшнее любого боя, страшнее медальона. Но она позволила. Позволила ему остаться рядом, позволила ему чувствовать её дыхание, её дрожь, её доверие.

Когда их лбы мягко соприкоснулись, весь мир сжался до этих нескольких миллиметров, до их дыхания, до легкого биения сердец. Элис ощутила, что устала прятаться, устала от постоянной готовности к бою с самой собой и с другими. Она хотела быть настоящей, позволить себе быть собой, делать то, чего желала, а не то, что требовалось.

– Ривер… – её голос сорвался, но она не успела договорить.

Он склонился ближе и поцеловал её. Сначала осторожно, будто давал ей время оттолкнуть его, сказать «нет». Но Элис не сделала ни шага назад. Наоборот сама потянулась к нему, прижалась ближе, её пальцы дрогнули и коснулись его груди.

Поцелуй углубился, стал жадным. В нём смешались злость на молчание, накопившаяся тоска, и то непередаваемое желание, от которого перехватывало дыхание. Элис чувствовала, как его руки скользнули к её талии, крепко обняли, притянули к себе так, будто он боялся отпустить хоть на мгновение.

Она задыхалась, но не хотела останавливаться. Каждая преграда, каждая недосказанность, каждая скрытая эмоция растворялись в этом поцелуе. Оставалось только настоящее: его дыхание рядом, его пальцы, скользящие по её волосам, его губы, от которых исчезал мир.

– Ты даже не представляешь, как долго я этого хотел, – прошептал он, едва оторвавшись.

Элис прижалась лбом к его щеке, срываясь на нервный смешок.

– А ты не представляешь, как долго я боялась.

Ривер снова поднял её лицо ладонями, задержав взгляд на её глазах, будто пытался прочесть каждую эмоцию.. Его губы коснулись её так, что у Элис окончательно снесло крышу. Тело напряглось, дыхание сбилось, но она не сопротивлялась. Она позволила ему вести, и в тот миг впервые за долгое время почувствовала себя не избранной, не солдатом, а просто собой. Девушкой, которую обнимают, целуют, хотят.

Его руки скользнули ниже, осторожно обнимая её за талию и прижимая сильнее, но в движении угадывалась сдержанность, он дрожал, хотя снаружи держал привычную маску спокойствия. Элис обвила его шею руками, пальцы запутались в его волосах, и губы снова нашли его губы. Поцелуй стал интенсивнее, и в голове вспыхнул белый шум: ни мыслей, ни страха, ни остального мира: только он, его дыхание, тепло и присутствие, которое растворяло все внутренние барьеры

Ривер плавно приподнял её, словно она ничего не весила, и осторожно уложил на кровать. Лёг сверху, опираясь на руки по бокам, оставляя пространство для движения, но одновременно создавая ощущение, что весь мир за стенами комнаты исчез. Влажные пряди его волос скользнули по щеке Элис, щекоча кожу, и она дрожала от предвкушения.

– Элис… – он шепнул так, будто боялся разрушить момент. – Скажи «стоп», если не захочешь.

Она провела ладонью по его щеке, плавно опускаясь к губам.

– Я не скажу, – ответила она твердо. – Не сейчас.

Слова потеряли смысл. Его губы снова накрыли её, теперь долгим и медленным поцелуем, требовательным и одновременно осторожным. Пальцы Элис скользнули под футболку Ривера, ощущая напряженные мышцы, горячую кожу, и каждый контакт будто разжигал внутренний огонь. Она вздрогнула, когда он провёл рукой по её боку, словно изучая её реакции, без спешки, без давления, только внимательность и желание.

Впервые она позволила себе быть полностью открытой, без страха случайно передать воспоминания, без сомнений и внутренних ограничений. Желание становилось сильнее с каждой секундой, пульсируя в груди.

Он оторвался от губ, целуя шею, ключицу, оставляя на коже легкие следы дыхания. Элис выгнулась, едва сдержав тихий стон, пальцы ещё крепче вцепились в его волосы. В этот момент она осознала, что он стал для нее не менее необходим, чем воздух.

Его руки двинулись дальше, осторожно снимая с неё одежду. Каждое движение было медленным, почти почтительным, и от этого внутри всё горело еще сильнее.

Она улыбнулась сквозь тяжёлое дыхание и шепнула, дрожа от напряжения и желания:

– Ты слишком осторожный…

Ривер усмехнулся, глядя ей прямо в глаза.

– Потому что ты самое важное, что у меня есть.

И после этих слов осторожность исчезла. Его руки скользнули по её телу, будто каждый сантиметр был для него открытием. Он целовал её так, словно боялся, что это последний момент в его жизни. Элис чувствовала, как в груди с каждым его прикосновением разгорается пламя, и сопротивляться ему было уже невозможно.

Она сама потянулась к нему, стягивая с него футболку. Ткань упала на пол, и под её пальцами оказался он: живой, сильный, настоящий. Его дыхание сбивалось, когда он проводил ладонями по её талии, по бедрам, прижимая её к себе. Одежда падала одна за другой, будто они спешили, но в то же время каждая секунда была вечностью.

Когда одежды на телах не осталось, Ривер до мурашек провел рукой вниз по ее телу, находя самую пульсирующую точку, прикосновение было идеально точным, так как после этого последовал сдавленный стон Элис и резко вздымающаяся грудь. Ривер не верил своим глазам, она всегда была прекрасна: под ним, стоя, в одежде, спящей. Но сейчас… Сейчас она была ещё более неотразима.

Девушка потянулась рукой к его члену, она нежно провела рукой вверх-вниз. Реакция Ривера не заставила себя ждать, он начал медленно толкаться, параллельно доводя своими руками Элис до экстаза.

Не выдержав внутреннего напряжения, она словно набросилась на его губы, требуя новых поцелуев. Он убрал ее руку от пульсирующего члена и аккуратно ввел его в Элис.

Их дыхание смешалось, ритм стал единым. Ривер будто забыл, что значит сдержанность, и впервые позволил себе отпустить всё. Его движения были требовательными, но не грубыми, они отзывались в ней так, будто тело знало его всегда. Элис отвечала, цепляясь за него, теряясь в этом жаре, позволяя себе раствориться.

Он двигался упорно, быстро, постоянно проверяя реакцию Элис. Ривер хотел доставить ей максимальное удовольствие, он хотел показать ей все краски этого мира.

Видя, как она выгибалась, и слушая сдавленные протяжные стоны, он устроил её ногу на своём плече и, дотянувшись до клитора, надавил на него пальцами. Девушка вскрикнула и Ривер почувствовал, как резко стенки влагалища сдавили его член, начав пульсировать и сжиматься. Элис задрожала, вцепившись пальцами в простынь и, стиснув зубы, выгнулась под ним дугой.

Она чувствовала, как внутри всё натягивалось до предела, как струна, готовая порваться. Каждое его прикосновение, каждый поцелуй только усиливал это напряжение, пока оно не превратилось в волну, захлестнувшую с головой.

Она вскрикнула, уткнувшись в его плечо, и в этот момент мир будто исчез. Остался только свет, дрожь и бесконечное ощущение, что ее разрывает на части, но в то же время собирает воедино.

Ривер последовал за ней почти сразу, успев вытащить член до окончания. Зарывшись лицом в её шею, сдавленный звук вырвался у него из груди. Его руки обхватили её так крепко, будто он боялся, что если отпустит, она исчезнет.

Долго они лежали так, не двигаясь, только прислушиваясь к дыханию друг друга. Элис ощущала, как его сердце бьется рвано, будто вырвалось из груди, и непроизвольно подстраивала своё под этот ритм. Внутри была странная смесь усталости и острой тяжести, как будто после шторма наконец наступила долгожданная пауза, и можно было на мгновение опереться на что-то живое и настоящее.

Ривер медленно поднял голову, провёл пальцами по её щеке, оттесняя пряди волос липкие от пота. Его взгляд теперь был другой, такой живой и внимательный. Элис почувствовала, как что-то внутри дрогнуло, и не смогла удержать глаз от его взгляда, отвела их чуть в сторону, чтобы скрыть собственное волнение.

– Ты дрожишь, – прошептал он.

– Это… не холод, – едва выговорила она.

Он притянул одеяло на себя, накрыв их обоих, и прижал Элис к себе. Тонкая граница между «я» и «мы» растаяла. Элис зарылась лицом в его плечо, чувствуя, как каждый вдох сливается с его дыханием.

– Я… не думала, что когда-нибудь смогу… так, – призналась она почти неслышно.

Ривер коснулся ее виска губами.

– Лис… я тоже.

Она подняла голову, посмотрела в его глаза, и там больше не было маски. Не было стены, которую он так долго держал между ними. Только он. Настоящий.

– Знаешь… я всё время думаю, что дальше.

Он слегка склонил голову к ней, сдержанно ожидая объяснения.

– В смысле?

– Мы вот… вместе. А вокруг всё рушится. Пророчества, миссии, первая ветвь, этот чёртов медальон… И я не знаю, есть ли у нас «потом».

Ривер осторожно взял её руку, положив на свое сердце так, чтобы каждый удар отдавался ей в ладонь.

– Я тоже не знаю. Но это не значит, что «сейчас» ничего не стоит.

Элис чуть усмехнулась, но в глазах мелькнула тень.

– Боишься, что всё кончится?

– Боюсь только одного. Что однажды я не успею быть рядом, когда тебе буду нужен.

Она перевела взгляд на него, прищурилась, будто проверяя, насколько серьезно он это говорит.

– А если я скажу, что сама не уверена, что смогу быть рядом?

– Тогда, – его голос стал мягким, как шелк, – будем учиться быть рядом по-новому. Даже если всё остальное будет против нас.

Элис тихо рассмеялась и прижалась к нему щекой.

– Звучит как план без плана.

– Ну а ты как хотела? – он обнял её крепче. – В нашей жизни импровизация – лучший план.

Она засмеялась снова. Его слова противоречили всем ее наблюдениям: Ривер был тем, кто всегда держал всё под контролем, и мысль об импровизации казалась невозможной.

– Что? – удивился он ее смеху.

– Ты мастер по части планов, о какой импровизации ты говоришь? Кроме основного плана, ты всегда в запасе имеешь еще несколько.

– А кто говорил, что я поступаю верно? – он засмеялся в ответ. – С импровизацией ты не почувствуешь себя неудачником, так как нет точного пути, ошибиться просто невозможно. – Он гладил ее очень нежно по волосам, словно пытался убаюкать, в ответ Элис поглаживала его оголенную накаченную грудь, на которой было множество шрамов. У каждого была своя история, своя физическая боль. – Будь у нас план по предотвращению конца света, что от него толку, если мы не сумеем его исполнить?

– Я боюсь, – прошептала она.

Он чуть приподнял бровь, глядя в её глаза. Он снова пытался прочитать ее эмоции и мысли.

– Чего именно?

– Что то, что я видела… когда-нибудь сбудется. – Она сглотнула, ловя дыхание. – Что всё, ради чего мы стараемся, рухнет, а я… останусь с пустыми руками.

Несколько секунд Ривер молчал. Его взгляд стал глубже, и движение рук, которыми он накрыл её ладонь, было одновременно защитой и обнадеживающим прикосновением.

– Если что-то и сбудется, так это то, что мы будем бороться. Вместе.

Элис опустила глаза, ощущая, как ладонь под его давлением слегка согревается, и в груди что-то щёлкнуло.

– А если «вместе» не получится?

– Тогда придётся придумать способ. Я не из тех, кто сдаётся. Даже если мир решит, что мы должны быть врагами.

– Иногда мне кажется, что Орден сам не знает, чего хочет. Разрушить или спасти. Использовать нас или защитить.

– Я знаю, – ответил он твердо. – Чего хочу я.

Элис подняла взгляд. В её глазах играли смешанные огоньки, надежда и отчаяние переплетались так плотно, что невозможно было понять, где одно заканчивается, а другое начинается. Сердце щемило, и в груди ощущалась тяжесть от желаемого и невозможного одновременно. Ее мысли метались: как он видит их вдвоем, если бы завтра не существовало ни Ордена, ни медальона; какие обыденные привычки у него были бы, если бы он жил обычной жизнью; как он смеялся бы без миссий и обязательств. Просто обыденные вопросы и жизненные ситуации, которые проходят все остальные, кроме Ордена…

– И чего же?

Ривер наклонился ближе, его дыхание касалось её щёки, мягко, едва ощутимо.

– Чтобы, как бы ни обернулось будущее, ты выбирала не Орден. Не первую ветвь. Не медальон. А себя.

– А если я выберу тебя?

Он закрыл глаза, это признание ударило сильнее любого врага. На миг он замер, позволяя каждому звуку, каждому движению тела впитаться в момент.

– Я никогда себя не прощу из-за этого.

– Я слишком часто думаю о том, что у нас может не быть завтра. Что оно оборвется где-то на полпути.

Ривер сжал её руку сильнее, кожа к коже, крепко и уверенно, как будто этот жест мог удержать всё вокруг. Его взгляд не отрывался от неё, а пальцы сжимали ладонь, впитывая её страхи.

– Это и есть завтра – бесконечный риск. Мы с ним живем с тех пор, как вступили в Орден.

– Но у тебя есть цель, – возразила она. – У тебя есть долг, твоя клятва… Я же иногда не знаю, зачем вообще тут. Всё кажется чужим. Всё… кроме тебя.

Он замер, позволяя словам проникнуть глубже, затем чуть наклонился, чтобы поймать её взгляд, и на лице появилось нечто между вниманием и внутренней тревогой.

– Ты даже не представляешь, как много значат для меня эти слова.

Элис нервно усмехнулась, будто оправдываясь.

– Я не романтик, Ривер. Я не хотела сказать что-то красивое. Просто… это правда. Ты единственное, что удерживает меня на месте. Что не дает мне сойти с ума.

В его глазах промелькнула боль. Боль потерять то самое дорогое, что приобрел впервые за свою жизнь.

– И именно поэтому я боюсь. Потому что, если ты выбрала меня, ты сделала ставку на того, кто первым бросится под удар.

Она провела пальцами по его щеке, мягко, будто споря без слов.

– Тогда не смей бросаться один. Если ты решишься на это, я пойду рядом.

Ривер тихо рассмеялся, смех вырвался неуклюжим, прерывающимся, почти нервным. Его плечи дернулись в легком движении.

– Упрямая. Невыносимая. И всё равно… моя.

Элис улыбнулась, внутри от его слов произошел всплеск, взрыв, да неважно что. Она никогда не была в нем так уверена, как сейчас. Его глаза говорили без слов, его действия признавались без громких речей. Его нахождение здесь сейчас придавало ей огромных сил, но в то же время усиливался страх потерять все это. В его глазах она видела жизнь, огонь, который упорно старался не гаснуть. В ее же глазах была бездна отчаяния и сомнений, приправленная надеждой.

– Ривер… – тихо позвала она.

– Хм? – он лениво открыл глаза.

Элис колебалась, собиралась с силами.

– Перед тем как я потеряла сознание… в доме Маркела… Я видела кое-что.

Он напрягся.

– Что именно?

Элис отвела глаза к потолку, будто боялась столкнуться с его реакцией. Она понимала, что рано или поздно придется вернуться из мира романтики, заботы и надежды.

– Это был разговор. Двое людей… я не знаю кто. Лица были размыты, но они говорили обо мне. О том, что нужно завладеть мной. Что я могу менять будущее с помощью медальона.

Она замолчала, проглотив ком в горле. Ривер медленно поднялся на локоть, глаза обжигали её холодным взглядом.

– И что ещё?

– Один из них говорил, что ради этого готов предать Орден.

Тишина упала тяжелее камня.

Ривер выпрямился, провёл рукой по лицу, едва касаясь кожи, будто пытался стереть собственное внутреннее напряжение, но напряжение только нарастало. Его движения стали более резкими, каждый жест требовал контроля над собой и над ситуацией.

– Предатель в Ордене? – Его взгляд скользнул по комнате, словно проверял, не спрятался ли кто за углом. – Ты уверена?

– Я не знаю… – Элис качнула головой. – Я видела только очертания. Но они говорили это так, будто это решение уже принято. И всё было связано со мной.

В его взгляде вспыхнуло что-то неуловимое: смесь гнева, страха и расчёта. Он резко встал, длинные шаги эхом отдавались по комнате. Его плечи напряглись, спина выпрямилась, а мышцы шеи будто стали видны сквозь кожу. Элис почувствовала, как внутренний ритм его энергии изменился, как воздух вокруг неё сжался. Она невольно отвела взгляд, но не смогла оторвать слуха от каждого его движения.

– Если это был кто-то из Ордена… – начал он глухо. – Значит, не рядовой. И уж точно не из молодых. Предательство такого уровня может исходить только сверху.

– Ты думаешь… это кто-то из Пятых Звёзд?

Ривер кивнул, пальцы сжались в кулаки.

– У них достаточно власти. Достаточно доступа. И самое главное – мотив. Каждый из них так или иначе связан с политикой и стратегией. Если кто-то из них решит, что Орден идёт не по тому пути… он способен на всё.

Он провёл рукой по лицу, прогоняя мрачные мысли.

– Но это не может быть Маркел.

– Почему? – осторожно спросила Элис.

– Потому что он тот, кто держит нас всех. Он никогда не предаст Орден. Я знаю его слишком хорошо. Я бы почувствовал.

Элис глубоко вдохнула, но промолчала. Внутри неё закружился тихий вихрь: страх, сомнение, недоверие и одновременно надежда, что предательство – это лишь тень, которую она сама накликала своими мыслями.

– Это значит, – продолжил Ривер, – что если твоё видение верно… среди Пятых есть кто-то, кто играет против нас. Кто-то, кто уже давно готовит почву. И теперь этот кто-то хочет тебя. – Он подошёл к ней, сел рядом на кровати и взял ее ладонь в свою. – Кто-то из наших готов нас предать. Ради чего? Ради силы? Ради чужой идеологии?

Элис чуть повернулась к нему, стараясь уловить в его лице хоть крупицу спокойствия. Но в глазах Ривера горел тот же мрачный огонь, что она видела в коридоре, когда он разбил руку о стену.

– Не спеши, – осторожно сказала она. – Я видела видение. Это не факт, это… предупреждение. Возможный исход.

– Но видения сбываются, Элис, – резко оборвал он. – Мы оба это знаем.

– Видения показывают лишь одну дорогу. Но не единственную. Ты же сам говорил мне: будущее меняется. Я видела твои… – она запнулась, не осмелившись договорить, – я видела иные исходы. И они не все стали правдой. – И неважно, что то его будущее пока не наступило, она будет сама верить в то, что его уже изменили. Больше никакого страха.

Ривер задержал на ней недоверчивый взгляд. Не на нее саму, а на ситуацию в целом. Внутри него боролась ярость с рациональностью.

– У меня есть догадки, – наконец произнёс он, стиснув зубы. – Я знаю, кто мог бы рискнуть.

– Кто?

– Неважно. Пока нет доказательств, это только подозрения.

– И слава богу, – перебила она, чуть резче, чем собиралась. – Ривер, ты не можешь обвинять кого-то, основываясь лишь на моём видении. Это… опасно. Ты сам знаешь, что может начаться в Ордене, если заподозрят внутреннюю измену.

Ривер сжал губы в тонкую линию. Видно было, как сильно он сдерживал себя, чтобы не сказать больше.

– Я не позволю им тронуть тебя, – тихо, но твёрдо сказал он. – Ни своим страхом, ни своими играми.

Разговор выдался хуже, чем Элис того ожидала. Тема не самая приятная, конечно же, но холодный разум не помешал бы им сейчас обоим.

Ее глаза забегали, есть ещё, что она не рассказала. И если совместить два видения, то Ривер может слететь с катушек, чтобы обезопасить Элис. Но молчать она не могла.

Элис медлила, кусала губу, словно решалась прыгнуть в ледяную воду.

– Это было не только то видение… с предательством, – сказала она тихо.

Ривер снова напрягся. Его глаза выдавали усталость от новостей, которые в последнее время были с каждым разом хуже.

– Что ты ещё увидела?

Элис глубоко вдохнула, будто готовясь к удару.

– Когда я прикоснулась к медальону в первый раз… всё резко оборвалось, и я оказалась в белой дымке. Там был силуэт женщины. Сначала я думала, это просто иллюзия, но потом она заговорила со мной. Она сказала, что у неё мало сил, что она не может удерживать мой фокус долго… и что она дочь Рекьявы и обычного человека.

– Дочь Рекьявы?.. – удивленно выкрикнул. – Но… это невозможно. По легендам прошло столько лет с момента ухода богов, даже несмотря на то, что она наполовину бог, она бы не смогла прожить так много.

Элис кивнула.

– Я тоже думала, что это невозможно. Но я ее видела, она казалась живой и говорила так, будто всё правда. Рассказала, что её сестра заточила ее в медальон, чтобы отомстить и ей, и отцу сестры.

Мысли в его голове вертелись вихрем, каждое новое слово от неё поднимало новые вопросы. О какой сестре шла речь? По легендам у каждого бога был только один ребёнок. Кроме Роуса, по какой-то причине о его детях не написано ни слова, никто не знал ни одного одаренного его силой.

– Ты хочешь сказать… медальон не просто артефакт. Внутри сознание. Живая сущность?

– Она сказала больше. Что медальон – и погибель, и спасение. С него начинается конец света, и им же можно его закончить. Но… – Элис сжала кулаки, – она умоляла: никогда не проливать на него кровь Роуса. Сказала, что именно это запустит конец. Еще она сказала, что ключ – это я.

В комнате повисла тишина. Только дыхание: её сбивчивое и его тяжёлое.

Ривер заговорил медленно:

– Значит… всё, что мы знаем о пророчестве, может быть искажено. И всё вращается вокруг тебя. – Ривер сжал её ладонь, и в его глазах мелькнула боль, смешанная с решимостью. – Тогда мы должны понять, что это значит. До того, как кто-то другой попытается использовать тебя.

Он ненадолго отстранился, провёл ладонью по волосам, словно перебирая мысли, пытаясь уложить услышанное в логическую цепочку. Глаза напряглись, плечи слегка поднялись. Но он смог совладать с дыханием, теперь оно стало ровнее.

– Нам нельзя держать это только при себе.

Элис настороженно посмотрела на него.

– Ты хочешь рассказать Пятым?

– Нет, – отрезал он. – Пятым нельзя. Слишком рискованно. Но… – он поднял взгляд на неё, – Рози и Лиам должны знать.

Элис нахмурилась.

– Ты думаешь, они смогут помочь?

– Лиам умеет смотреть на вещи под другим углом, – тихо пояснил Ривер. – Его логика иногда раздражает, но он видит то, что мы упускаем. А Рози… она слишком умна, чтобы прятать ее от такой информации. Она умеет складывать картину из обрывков.

Элис закусила губу, чувствуя, как ком в горле растет с каждой секундой. Ей было страшно делиться этим откровением даже с теми, кому она доверяла больше всего. Но где-то внутри теплилась слабая надежда: возможно, если они вместе разберутся в этих словах женщины, смысл станет понятен,

– Ты уверен? Вдруг им станет слишком опасно знать?

– Опасно молчать. Мы не сможем разгадать это вдвоём. А они… они помогут.

Элис долго всматривалась в его лицо, в эту упрямую решимость, и наконец кивнула.

– Хорошо. Но только они. Больше никто.

– Согласен.

Ривер встал с кровати, натягивая на себя штаны. Каждое движение были резким. Элис с интересом рассматривала его наготу, пока кожа не была закрыта тканью.

– Ждать мы не можем. Если все действительно так, если внутри медальона заключена живая сущность – это меняет всё.

Элис приподнялась, придерживая простыню, скрывая свою оголенную грудь.

– Ты хочешь сейчас?..

– Да, – он обернулся к ней. – Сегодня. Пока воспоминания еще свежи в твоей памяти. Рози и Лиам должны услышать от тебя, а не из моих пересказов.

Её сердце сжалось. Она хотела времени, хотя бы несколько часов, чтобы собрать мысли, но понимала: Ривер прав. Отложить, значит дать шанс сомнению и страху разъесть все изнутри.

– Ладно.

Ривер быстро подбежал к ней, даря ей мимолетный поцелуй. Его лицо после этого приобрело легкий оттенок улыбки.

***

Через полчаса они сидели вчетвером в комнате Ривера, где меньше всего возможности быть услышанными чужими. Лиам, развалившись на стуле, как обычно играл на публику: лёгкая усмешка, чуть прищуренные глаза, но в глубине зрачков уже мелькал интерес. Рози, наоборот, сидела прямо, с вниманием и серьезностью, как будто заранее знала, что разговор будет важным.

– Итак, – начал Ривер, опершись о край стола. – Мы не ради пустых слов собрались. Элис должна вам кое-что рассказать.

Рози чуть подалась вперёд.

– Речь о медальоне?

Элис кивнула, внутренне ощущая, как холод стягивает грудь и спину, а каждая клетка будто готовится к прыжку в неизвестность. Она перевела взгляд на Ривера, его короткий кивок поддержал её, и тогда она глубоко вдохнула, позволив дыханию замедлить дрожь в руках.

Поначалу слова давались тяжело, но чем дольше она рассказывала, тем внимательнее становились лица её слушателей. Улыбка Лиама исчезла, сменившись задумчивостью. Рози прикусила губу, скрестив руки, и, кажется, мысленно что-то сопоставляла.

Когда Элис закончила, тишина повисла плотным покрывалом. Первым нарушил её Лиам.

– Ну, звучит так, будто мы играем в какую-то древнюю игру богов, где фигуры живые, а правила никто не объяснил.

Рози не сразу ответила. Она медленно подняла подбородок, словно взвешивая каждую мысль, каждое слово. В её взгляде блеснуло беспокойство, но выражение лица оставалось сосредоточенным.

– Это не игра. Если её слова правдивы, пророчество может быть перевернуто с ног на голову. Кровь Роуса… может быть не спасением, а катализатором.

Лиам откинулся на спинку стула, сжал пальцы за головой, подолгу обводил комнату глазами, а потом задумчиво протянул:

– Сестра, говоришь… Хм. Если верить легендам, у каждого бога только один ребёнок. Но легенды ведь пишут те, кому выгодно. Может, у Рекьявы и правда было двое детей? Одного признали, другого – спрятали. Или… – он прищурился, в его глазах мелькнула ирония, – может, «сестра» – это не буквальное родство, а что-то вроде клятвы? Знаешь, как в древних орденах: названые братья и сёстры.

Элис нахмурилась.

– То есть ты думаешь, что это могла быть не кровная сестра?

– А почему нет? – Лиам пожал плечами. – Скажем, соперница. Легенды любят таких вычеркивать, чтобы не портить красивую картину.

Рози резко встряхнула головой, будто отвергая слишком простые объяснения. Она облокотилась локтями на колени, пальцы сжались в кулаки, глаза стали настороженно острыми, сосредоточенными на каждом движении Элис.

– Нет, – покачала она головой. – Здесь всё сложнее. Знаете, что меня всегда настораживало в хрониках? – Она посмотрела по очереди на всех. – Ни в одном источнике не упоминалось, что род Валтер пошел от дочери Рекьявы. И вообще, о потомках Рекьявы в течение столетий не было ни слова. Полная тишина.

Элис сжала губы, дыхание стало чуть прерывистым. Именно в этот момент пришло осознания масштабов тайны, которая раскрывалась перед ними.

– Но ведь в записях есть предсказания, связанные с ними…

– Именно, – резко подтвердила Рози. – Они начали мелькать только в тот момент, когда появилось первое предсказание. – Она откинулась назад и скрестила руки. – Я думаю, что потомки были не от той дочери Рекьявы, которая сейчас в медальоне. А от её сестры.

Ривер не понимал, как реагировать на такое предположение. Исходя из информации, которая давалась в Ордене с самого начала, озвученные мысли Рози казались полным бредом.

– Хочешь сказать, что официальная версия – ложь?

– Хочу сказать, что кто-то переписал историю, – твёрдо ответила Рози. – Настоящая дочь Рекьявы могла быть заключена в медальон, и её имя стерли из хроник. А сестра заняла её место. И именно от неё пошли потомки, которых мы знаем сейчас.

Лиам фыркнул, криво усмехнувшись. Ему тоже слабо верилось в такое предположение.

– То есть одна из них тихо «зачистила» собственную кровь? Стерла их из памяти мира?

– Не зачистила, – поправила его Рози. – Спрятала. Сознательно. Слишком тщательно, чтобы это было случайностью. Иначе как объяснить, что хроники десятки лет молчали, а потомки появились лишь в момент предсказаний?

Ривер сжал руки в замок, ладони напряглись, вены на запястьях проступили под кожей. Он наклонился вперед.

– Значит, сестра скрывала своё поколение… но зачем?

Лиам как всегда не удержался посмеяться.

– Ну, если сестра всё это провернула, то мотивы могут быть самые «возвышенные». Знаете, классика жанра: ревность к отцу, зависть к сестре, желание захапать больше власти. Может, она просто решила: «Почему бы мне не переписать историю под себя?» – и аккуратно вычеркнула чужое поколение.

Элис нахмурилась.

– Ты шутишь? Это же целые судьбы… люди, которые могли изменить ход событий.

– Я не шучу, – пожал плечами он. – Просто если отбросить мистику и громкие слова, всё сводится к человеческим страстям. Даже у полубогов.

Ривер резко обернулся к нему. В его голосе не было и тени улыбки:

– Если это правда, то она обрекла весь мир. Не просто поколение – всех нас. Ради мести или власти.

Лиам чуть вскинул руки, будто защищаясь.

– Я же сказал – это версия. Но согласись, слишком уж удобно совпадает: скрытые потомки появляются в момент первого предсказания. Как будто кто-то всё это время ждал подходящего момента.

Рози тихо добавила:

– И если она ждала, значит, её игра ещё не окончена.

Рози нахмурилась, перебирая в голове услышанное.

– Подождите. Она сказала: месть ей и ее отцу. Значит, у них были разные отцы. Дочери одной богини, но от разных мужчин.

Элис прижала ладони к коленям.

– То есть… ревность? Что её отец оказался «хуже»?

Рози кивнула.

– Или менее значимым. Представь: одна дочь от бедняка, другая – от того, кто занимал более высокое положение. В глазах людей и богов это сразу давало разный вес.

Ривер задумчиво произнес:

– Тогда понятно, откуда ненависть. Если отец дочери из медальона ничего не стоил, сестра могла считать ее «слабым звеном», позором, тенью, которая тянет вниз их линию.

Лиам вставил свою версию:

– Или наоборот. Может, отец женщины в медальоне был чем-то особенным, и именно поэтому сестра чувствовала себя второй. Представь: всё внимание к одной, все надежды тоже. Вечно быть запасной… тут и у обычных людей крышу срывает.

Голова уже шла у всех кругом. Столько теорий, столько предположений, но какая из них верная? И что это может дать команде? Какое преимущество?

Элис тихо сказала:

– Но за что мстить отцу?

Рози поджала губы.

– Возможно, он ее отверг. Либо… просто не признал свою дочь. Для ребёнка это самое болезненное.

– И тогда её месть становится понятной: стереть соперницу, наказать отца и переписать всю историю под себя, – сказал Ривер.

– Вот и получили, – усмехнулся Лиам. – История мира пошла под откос из-за старой семейной обиды. Две сестры, два отца, и всё человечество в придачу.

Рози постучала пальцами по столу, словно складывая картину в голове.

– Если подумать, всё сходится. Сестра решила мстить не только лично, но и историей. Она вычеркнула потомков женщины из медальона и их линию из хроник. Сделала вид, что их никогда не существовало.

Элис нахмурилась.

– Но зачем? Просто чтобы уничтожить память о них?

– Не только, – покачала головой Рози. – Представь: если убрать одно поколение и его потомков, то все пророчества и разделения начнут связывать уже с другой линией. Так в истории появилась «первая» и «вторая» ветвь, но на самом деле они могли быть… третьей и четвертой.

Ривер резко поднял взгляд.

– То есть ты хочешь сказать, что всё, на чём держится Орден, основано на подмене?

Рози пожала плечами.

– Не Орден её устроил. Сестра. Она искусственно сместила акценты. И никто даже не заметил, потому что зафиксированная в хрониках правда – единственная, которой люди могли верить.

– Удобно, конечно, – напомнил о себе Лиам. – Взял перо, зачеркнул несколько имён, и вот твоя ветвь уже «первая», твоя история – главная. А все остальные в пролёте.

Элис провела рукой по лицу, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Она украдкой смотрела на каждого, пыталась прочитать их мысли, переживания, но все настолько удачно сохраняли спокойствие, что появлялось ощущение, что только Элис не может совладать со своими нервами.

– Значит… мы всё это время жили в ложной версии истории?

Ривер опустил ладонь на стол, тяжело вздохнув.

– Если это правда… тогда мы даже не знаем, где искать настоящие корни. И есть ли ещё ветви.

Элис резко подняла голову, глаза её загорелись решимостью.

– Мы должны вернуться к медальону. Только она знает всю правду. Если я смогу с ней снова поговорить, то, может, пойму, зачем сестра всё это скрыла.

Ривер напрягся мгновенно, как будто слова ударили током.

– Нет. Даже не начинай.

– Почему «нет»? – Элис подалась вперёд. – Это единственный источник информации! Все хроники переписаны, Орден сам ничего не знает, а эта женщина – свидетель. Живая память!

– Элис, – Ривер сжал кулаки, голос у него был низким и жёстким, – ты уже едва не угробила себя, когда прикоснулась к медальону в первый раз. Твоё сердце остановилось на секунды. На секунды! Я не позволю это повторить.

– Но ты же сам говорил – времени мало! – воскликнула она. – Мы не можем просто сидеть и гадать!

– А сейчас я скажу еще, – перебил он, его глаза метали искры. – Что ни одно знание не стоит твоей жизни. Ни одно!

Элис прикусила губу, в глазах ее вспыхнул гнев.

– Ты хочешь защитить меня, лишая возможности бороться? Я не вещь, которую можно спрятать в ящик, Ривер!

– Я хочу защитить тебя от самой себя, – резко бросил он. – Ты не понимаешь, как ты смотришь на этот медальон. Ты уже готова прыгнуть в пропасть, лишь бы узнать ответы. А я не дам тебе шагнуть туда второй раз.

Тишина повисла гулом, Элис тяжело дышала, упрямо глядя ему в глаза.

– Если мы не попробуем, то проиграем. А если проиграем, тогда всем будет все равно, жива я или нет.

Ривер замер, будто ее слова ударили в самую боль. Его руки дрогнули, но он ничего не ответил.

Лиам поднял руки, будто физически хотел разорвать напряжение между ними.

– Стоп, стоп, ребята. Вы оба сейчас звучите как два человека, которые собрались прыгнуть в пропасть, только спорите, кто первым.

Элис сверкнула глазами, пытаясь сдержать обиду, злость и слезы.

– Это не спор. Это моя жизнь.

– И его тоже, если что, – спокойно вставил Лиам, кивнув на Ривера. – Вы оба в этом завязли. Но, может, давайте хотя бы попробуем придумать способ, как сделать это безопаснее?

Рози тихо, но твёрдо поддержала:

– Лиам прав. Но ты же понимаешь, Ривер, что мы не можем остаться в неведении. Если женщина из медальона знает правду, нам нужен доступ к этой правде.

Элис глубоко вздохнула, глядя на Ривера, пытаясь найти хоть какой-то шанс на положительную реакцию.

– Я не прошу тебя просто так меня туда бросить. Давай подготовимся. Вместе. Составим план. Но, Ривер… я всё равно это сделаю. С тобой или без тебя.

Ривер смотрел на нее несколько долгих секунд, в его глазах боролись ярость и страх. Наконец он выдохнул, как человек, сдавший бой, но не сдавшийся совсем.

– Тогда хотя бы со мной.

Лиам криво улыбнулся.

– Ну вот, звучит уже как почти разумный самоубийственный план.

– Если ты снова окажешься в том состоянии, – начала предлагать Рози, – если после первого выхода из видения захочешь сразу же нырнуть обратно, – она посмотрела прямо на Ривера, – ты, Ривер, должен будешь вытащить её силой. И если в момент видения мы увидим ухудшение, то тоже должен будешь вытащить ее силой. Телепортировать. Мгновенно.

Ривер резко повернулся к ней.

– Телепортировать, пока медальон открыт? Это рискованно.

Лиам пожал плечами.

– Зато это шанс. Ты же сам говорил, что главное – не дать ей угробить себя. Вот тебе и способ: если Элис начнёт снова «проваливаться», ты просто не дашь ей даже секунды.

Рози кивнула.

– Ты единственный, кто может сделать это достаточно быстро. Другого выхода у нас нет.

Ривер смотрел на них долго, тяжело, но в конце концов его плечи чуть опустились.

– Хорошо, – сказал он хрипло. – Но при одном условии: если я чувствую, что твой разум уходит – я действую без предупреждения. Не важно, что ты скажешь.

Элис сжала губы, потом кивнула.

– Согласна. Только так мы сможем узнать правду.

– Ну всё, звучит как план: ты идёшь в бездну, а Ривер тебя выдергивает обратно, – подытожил Лиам. Давайте ещё только придумайте кодовое слово, чтобы он понимал, когда пора действовать.

Ривер усмехнулся без радости.

– С кодовым словом она не успеет. Я буду держать её за руку. Если почувствую, что пульс меняется или сознание «проваливается» – всё, мы уходим.

Элис опустила глаза, глядя на свои пальцы, но внутри всё равно чувствовала упрямую решимость.

– Хорошо. Так будет честно.

После спора в комнате повисла тяжелая тишина. Каждый из них понимал, что принятое решение слишком опасно, но отложить его уже было невозможно. Элис ощущала, как напряжение сжимает грудь: впереди её ждала новая встреча с медальоном, и неизвестно, удастся ли вернуться в этот раз.

Ривер сидел молча, уткнувшись ладонями в колени. Его поза говорила яснее любых слов: он готов следить за каждым ее вздохом, готов удержать, вырвать из лап этого проклятого артефакта, если придётся. Но вместе с тем в его взгляде читалась усталость, не физическая, а та, что накапливается, когда слишком долго несешь груз ответственности.

Рози не стала больше спорить. Она только сказала тихо, будто ставя точку:

– Тогда завтра всё решится.

Никто не ответил. Каждый думал о своём.

Этой ночью Элис почти не сомкнула глаз. Снова и снова в голове звучали слова женщины из медальона: про месть, про сестру, про их отца. Что же скрыто за этой правдой? И почему всё должно лечь именно на ее плечи?

Глава 19

На закате они собрались без привычных обсуждений и уточнений. Решения были приняты еще ночью, и каждый прожил их внутри себя, как неотвратимость. Ривер держался ближе к Элис, не демонстративно, но так, чтобы между ними всегда оставалось не более шага. Его задача была простой и предельно конкретной – не дать ей потеряться в том, что может открыть медальон. Если понадобится – выдернуть её, даже против воли.

Рози с самого утра почти не разговаривала. Она перебирала в памяти каждую деталь рассказа Элис, каждую формулировку женщины из белой дымки, пытаясь уловить скрытые закономерности.

Лиам, вопреки своей обычной легкости, выглядел собранным. Он не шутил, не играл словами. Проверил оружие, сменил рубашку на более темную, удобную для движения. Его роль была самой приземленной: если что-то пойдёт не так, он должен будет обеспечить им время.

День тянулся мучительно долго. Элис несколько раз ловила себя на том, что смотрит на солнце, словно пытаясь ускорить его движение.

Когда свет начал угасать и тени вытянулись, они молча поднялись. Никто не произнёс ни одной лишней фразы. Всё, что можно было сказать, уже было сказано.

Дом встретил их сумеречной неподвижностью. Снаружи он казался обычным, слишком обычным для места, где хранилась вещь, способная запустить конец света. Элис ощутила холод по позвоночнику ещё до того, как Ривер толкнул дверь. Это было не предчувствие, а реакция тел, как если бы пространство впереди сопротивлялось их присутствию.

Доски пола откликнулись глухим скрипом. Внутри пахло пылью, старым деревом и закрытым помещением. Но между тем был и другой запах: тонкий, почти незаметный, свежий. Не принадлежащий этому дому.

Ривер замедлил шаг, его ладонь легла на плечо Элис. Не резко, но с явным напряжением в пальцах.

– Здесь кто-то был, – тихо произнес он.

Лиам прошёл на полшага вперед, взгляд его двигался по комнате быстро и точно: подоконник, следы на полу, сдвинутый на несколько сантиметров стул.

– Не просто был. Кажется, всё ещё здесь.

И в ту же секунду послышался звук, как будто что-то задели в дальней комнате. Металлический звон, легкий, но слишком отчетливый в тишине.

Ривер рванул вперёд, и когда дверь распахнулась, они увидели его.

Тот самый парень с бала. Тот, кто участвовал в нападении, кто пытался вырвать у них рукописи. Теперь он стоял перед ними, спокойно, будто ждал.

– А я думал, вы не придёте, – протянул он, чуть склонив голову. В его руках блеснул короткий изогнутый нож. – Знаете, странное место для прогулки, особенно в такой час.

– Ты, – прошипела Элис, пальцы сами сжались в кулак.

– Рад, что запомнила, красавица, – ухмыльнулся он, и взгляд его скользнул к Риверу. – А вот ты выглядишь злее, чем в тот вечер.

Ривер шагнул вперед, его голос прозвучал низко, угрожающе:

– Зря ты сюда сунулся.

– Ну почему же зря? – парень пожал плечами, поигрывая ножом. Лезвие описало в воздухе короткую дугу. – Я ведь знаю, что вы ищете. И честно? Хотел убедиться, что легенды правдивы.

Он бросил взгляд в сторону, туда, где находился медальон.

– Чёрт, – прошипела Рози, – он знает.

Лиам криво усмехнулся, уже вынимая кинжал.

– Ну что ж, тогда будет весело.

Парень слегка повёл ножом, проверяя баланс, но не атаковал. Его стойка была слишком расслабленной для человека, загнанного в угол. Он не выглядел тем, кто собирался прорываться. Скорее тем, кто контролировал развитие сцены.

– Вы же понимаете, – сказал он лениво, – такие вещи, как этот медальон, не могут вечно оставаться в тени. Рано или поздно их найдут. И поверьте, не вы одни ищете ответы.

Ривер прищурился. Он оценивал дистанцию, угол атаки, положение рук противника.

– Кто тебя сюда послал?

– Может, и никто, – с ухмылкой ответил тот. – А может, тот, о ком вы и мечтать боитесь.

Элис почувствовала, как внутри всё сжалось. Его слова звучали слишком уверенно, слишком подготовлено.

– Ты врёшь. – Голос ее дрогнул, но она сделала шаг ближе. – Ты просто мелкая пешка.

– Пешка, да? Может быть. Но знаешь, иногда пешки доходят до конца и становятся чем-то большим.

Он явно тянул время. Медальон лежал совсем рядом, и взгляд парня всё чаще соскальзывал в ту сторону.

– Хватит игр, – жёстко сказал Ривер, делая шаг вперёд. – Ещё одно слово – и я сломаю тебе шею.

Угроза была реальной. И парень это видел. Но вместо напряжения на его лице появилась почти заинтересованность.

– Вот она, твоя проблема. Ты думаешь, что сила всё решает. Но иногда решает знание. А знание, – он сделал паузу и кивнул в сторону медальона, – уже не принадлежит вам.

Рози резко втянула воздух.

– Он знает о женщине внутри…

Лиам не сводил глаз с противника. Он сместился левее, перекрывая линию к выходу.

– Уходи, – приказал Ривер, голос сорвался на рык.

– О, я уйду, – легко согласился парень. – Но не с пустыми руками.

Он сделал резкий шаг в сторону, не к медальону, а вбок, создавая иллюзию побега, и в ту же секунду Ривер оказался перед ним, перекрывая путь. Металл звякнул о металл – нож встретился с кинжалом. Ривер прижал противника к стене, зафиксировав нож под углом, лишая пространства для замаха.

Элис инстинктивно дернулась вперед, но Лиам поймал её за руку, шепнув:

– Не ведись. Он нас провоцирует.

И Элис вдруг поняла – он не просто случайно оказался здесь. Он ждал. Ждал именно их.

Ривер сжал нож так, что костяшки побелели. Его клинок прижимал противника к стене, но парень даже не пытался вырваться. Он смотрел прямо на Элис, как будто боялся не его, а её.

– Ты думаешь, он сможет тебя защитить? – сказал он вдруг тихо, но так, что слова резанули сильнее стали. – Даже в твоих видениях кое-чья смерть происходит первой.

Голос его не повысился ни на тон, но в этой нарочитой умиротворенности было что-то особенно жестокое. Он говорил не Риверу – он бил прямо в неё. В самую болезненную, спрятанную глубоко точку.

Элис будто ударили в живот. Воздух вышибло из легких, пальцы похолодели. На мгновение ей показалось, что пол под ногами качнулся. В висках глухо застучало, а перед глазами слишком ясно вспыхнуло то самое видение: кровь, пепел, неподвижное тело.

– Что… ты сказал? – её голос был едва слышен.

Слова с трудом прорвались сквозь пересохшее горло. Она даже не узнала собственный голос: такой тонкий, надломленный.

Парень усмехнулся, медленно облизнув уголок губ, будто смакуя эффект.

– О, так ты ещё не рассказала? – его глаза блеснули злобным восторгом. – Какая трогательная преданность. Смотришь на него, держишь за руку, но молчишь о том, что уже видела.

Элис замерла, дыхание сбилось.

Ривер сжал клинок сильнее, и металл жалобно заскрипел о металл. Он вдавил острие в плечо противника. Ткань разошлась, по коже выступила тонкая полоска крови.

– Откуда ты это знаешь? – его голос был ледяным. – Откуда тебе известно о ее видениях?

– У нас свои источники, – парень лениво пожал плечами, хотя по нему текла капля крови от пореза. – Мы давно следим за вами. Думаете, медальон показал будущее только ей? Ха… медальон открывает себя тем, кому сочтет нужным.

Элис почувствовала, как ее охватывает паника. Он врал или говорил правду? Но даже если врал, откуда он знал про её тайну?

Ривер на секунду отвел взгляд к ней. Всего на секунду. В этом взгляде не было злости. Только тихий, почти болезненный вопрос: это правда?

Её сердце сжалось. Она не кивнула. Не покачала головой. Просто не смогла двинуться.

Незнакомец заметил это. Его губы растянулись шире.

– Видишь? Сомнение уже посеяно. Ещё шаг – и вы сами перегрызете друг другу глотки. Даже не придётся пачкать руки.

Ривер внезапно надавил сильнее. Клинок вдавился в плечо противника сильнее, кровь потекла быстрее, пропитывая рукав. Парень тихо втянул воздух. Не от боли, скорее от неожиданности. В его глазах мелькнуло что-то странное.

– Ты не понимаешь, Ривер, – сказал он тихо и ухмыльнулся. – У тебя нет монополии на пространство.

Прежде чем кто-либо успел моргнуть, воздух дрогнул. Вспышка – и тело исчезло из-под клинка Ривера. Элис почувствовала, как лезвие коснулось кожи. Оно не резало, но касалось так близко, что от этого прикосновения по позвоночнику побежали ледяные иглы. Дыхание застряло в груди. Если она сделает резкое движение – всё закончится.

Все замерли.

– Нет! – рык Ривера пронзил комнату.

Он рванулся вперед, но остановился так резко, что сапоги скрипнули по полу. Парень чуть повел ножом, и острие опасно прижалось к коже Элис.

Тонкая, едва заметная полоска холодного давления под подбородком.

Ривер застыл. Его грудь тяжело поднималась и опускалась. В глазах больше не было льда, только ярость, сдерживаемая усилием воли.

– Вот это лица… – насмешливо протянул он, вращая клинок вокруг её плеча, словно хищник, играющий с добычей. – Не ожидали? Думали, только ваш герой умеет гулять сквозь воздух?

Элис застыла, чувствуя, как холод железа едва касается её кожи. Сердце билось так громко, что казалось, его слышат все.

– Отойди от неё! – Ривер почти сорвался с места, его глаза метали молнии.

– О, я бы с радостью, – парень усмехнулся, опуская нож ниже, кончиком едва касаясь ключицы Элис. – Но знаешь, она сама – причина всего. И видений. И раскола. И конца, который вы так боитесь. Разве не так, Элис? Ты ведь это уже видела. – Он наклонился ближе, его шёпот скользнул у её уха: – Видела, как твой Ривер умирает.

Лезвие медленно скользнуло вниз, оставляя за собой холодную дорожку. Просто напоминая, насколько близко оно может быть к настоящей боли.

Комната будто сжалась. Стены стали ближе, воздух – гуще. Рози и Лиам переглянулись, и в их взглядах было одно и то же: они понимали, что любое неверное движение и всё закончится.

Ривер шагнул ещё ближе, осторожнее, чем прежде, будто приближался к дикому зверю. Но незнакомец резко дернул нож, и тонкая линия холодного давления вновь переместилась к горлу Элис.

– Ты врёшь, – глухо произнёс Ривер, но в его голосе слышался надрыв. – Она бы мне сказала.

Парень хмыкнул.

– Ах да? – он провёл лезвием по воздуху, очерчивая вокруг Элис невидимую петлю. – Или, может быть, она молчала? Потому что боится, что ты сломаешься раньше времени?

Элис дрожала, но не от страха, а от ярости и беспомощности.

– Отпусти её! – Ривер шагнул вперёд ещё раз, и на этот раз его голос был уже не просто приказом, а клятвой. – Иначе я разорву тебя на куски, где бы ты ни прятался.

В его словах не было бравады. Только холодная, тяжёлая решимость. Он уже просчитывал расстояние. Вспышку. Рывок. Вероятность того, что лезвие успеет полоснуть раньше, чем он окажется рядом.

Парень усмехнулся, глядя прямо в глаза Риверу.

– Тогда попробуй. Но помни: теперь вы знаете, что я могу быть там, где хочу. В любой момент. Даже рядом с ней.

Он чуть сильнее прижал меч. Элис почувствовала укол – кожа протестующе отозвалась. Тёплая капля медленно скатилась вниз.

Но Элис вдруг перестала дрожать. Медленно, очень медленно, чтобы не спровоцировать резкое движение, она подняла руку и кончиками пальцев едва коснулась его запястья.

– Что ты… – начал он, но не успел.

Поток образов хлынул в него. Огненное небо, затянутое черным дымом. Рушащиеся здания, треск камня и металла. Люди, бегущие в панике. Липкая и горячая кровь на ее руках. Медальон, сияющий не мягким светом, а ослепляющим, жгучим пламенем. Ривер, лежащий неподвижно, с пустым взглядом, в котором больше нет ни воздуха, ни движения.

Чувство вины. Беспомощность. Понимание, что это конец.

Элис вложила в касание всё, что видела, все свои кошмары. Холод под кожей, запах гари, звук собственного крика.

Её тело дрожало, плечи свело от напряжения, но она не отнимала руку.

Парень замер. Лезвие перестало двигаться. Его пальцы судорожно сжались на рукояти. Зрачки расширились, дыхание сбилось. На мгновение он будто перестал быть здесь – сознание затянуло в чужую катастрофу.

Воздух стал плотным, почти вязким. Лиам напрягся, готовый рвануть. Рози прижала ладонь к губам, чтобы не вскрикнуть. Ривер шагнул вперед, но остановился, чтобы не спровоцировать его.

Прошла секунда.

Две.

И вдруг парень тихо рассмеялся. Смех был сухим, хриплым, неприятно спокойным. Слишком спокойным для того, кто только что увидел конец мира.

– Вот оно, значит, – сказал он, не отстраняясь. – Вот твои страшные картины. – Он чуть повернул голову, его губы почти коснулись её уха. – Но знаешь что? Это не более чем одна дорога из тысячи.

Элис вздрогнула. Она была уверена, что поток видений хотя бы на секунду выбьет его из равновесия, заставит отшатнуться, потерять контроль, ослабить хватку. Любой человек, увидев такое, хотя бы моргнул бы. Хотя бы выдохнул.

Но он не отшатнулся. Его дыхание выровнялось быстрее, чем должно было. Будто он видел это раньше.

– Ты думаешь, меня можно напугать концом света? – продолжил он, проводя клинком по кругу у её ключицы. – Мы живём в нём уже сейчас. И каждый из нас лишь выбирает, какой вариант станет реальностью.

Металл оставил тонкую царапину. Элис стиснула зубы, стараясь не реагировать. Не дать ему возможность получить удовлетворение от своих действий.

Ривер зарычал и рванулся вперёд, но парень снова дернулся мечом, и Элис тихо ахнула.

– Не спеши, – усмехнулся он. – Я лишь хотел, чтобы вы знали: твои видения – это всего лишь часть игры. А в играх всегда есть те, кто пишет правила.

Он чуть отстранился, не убирая клинка.

– И вот угадайте, дети: кто в этот раз автор сценария?

Ривер замер на мгновение, оценивая ситуацию. Элис стояла неподвижно. Она больше не пыталась давить на него видениями – это было бесполезно. Теперь она ощущала не поток образов, а нарастающее напряжение Ривера. Почти физически. Он собирался что-то сделать.

– Элис, – прорычал Ривер, – хватит. Я беру это на себя.

Прежде чем кто-либо успел отреагировать, он рванул вперёд. Это не выглядело как обычное движение. Пространство вокруг него будто смялось, воздух исказился, словно от жара. Он не просто побежал, он исчез из одной точки и возник в другой. Рука крепко обхватила талию Элис почти болезненно. Мир дернулся.

На мгновение её тело потеряло вес. Звук исчез. Свет распался на полосы. И в следующую секунду они уже были в нескольких метрах от прежнего места, тяжело приземлившись на холодный пол. Ривер перекатился, закрывая её собой, и только после этого отпустил.

Парень за спиной Элис остался один на месте. Он не бросился в погоню. Не выругался. Только нахмурился, глядя на пустое пространство перед собой, будто анализировал новый факт. Мгновение растянулось, словно в замедленной кинопленке. Затем он тихо рассмеялся.

– Хм, – пробормотал он, едва касаясь кончика меча пальцами. – Так вот как это ощущается… Интересно.

И снова искажение воздуха. Короткая вспышка. Он исчез, словно растворился, оставив после себя лишь легкое давление в ушах и странное ощущение, будто в комнате всё ещё есть кто-то лишний.

Элис тяжело дышала. Ладони дрожали, кожа всё ещё помнили холод стали. В горле першило от сдержанного крика.

Ривер прижимал её к себе все крепче с каждой секундой. Его дыхание было неровным. Он осматривал помещение: углы, потолок, отражения в стекле, будто ожидал, что враг появится снова.

– Он все знает… – выдохнула Элис.

Рози и Лиам подошли ближе, оба напряглись, ощущая, что ситуация вышла за пределы обычного боя.

– Нам нужно думать быстрее, – тихо сказала Рози. – И понять, кто за ним стоит.

Элис взглянула в сторону медальона, который всё ещё лежал неподвижно в сундуке.

– Он не один, – сказала она, едва шевеля губами. – Если он был здесь, значит, место небезопасно. Мы не можем оставлять медальон.

– Согласен. Берём его с собой, – скомандовал Ривер.

***

Когда команда вернулась в офис, Элис почти не чувствовала под собой пола.

Всю дорогу обратно она ловила каждый жест Ривера – слишком резкий поворот головы, слишком быстрый шаг, слишком прямую спину. Он шёл впереди, сжимая медальон в руке так, будто это был не артефакт, а источник личного оскорбления. Ни разу не обернулся. Ни разу не посмотрел на неё.

И ни слова.

Не спросил. Не потребовал объяснений. Не закричал. Это пугало куда сильнее. Элис знала Ривера, знала, как он злится. Да, он иногда пытался себя сдерживать, но в основном он говорил все открыто. А сейчас его молчание говорило об абсолютной закрытости.

Информация о его смерти не должна была дойти до него так. Не от чужого человека. Не в разгар боя. Не как способ манипуляции.

У входа в офис он даже не замедлил шаг. Он испарился так быстро, ничего не сказав, что Элис даже не успела попросить поговорить с ним после Маркела. Рози хотела залечить ее раны на шее, но Элис отказалась. Сейчас ей было не до этого.

Она не нашла лучшего способа, чем пойти ждать его у комнаты. Она осталась стоять посреди коридора, ощущая, как внутри все постепенно оседает: тревога, вина, страх.

Она ждала пять минут. Десять. Но его не было. Она опустилась на пол у стены рядом с его дверью, подтянула колени и сцепила руки в замок так сильно, что суставы заныли от неприятной боли. Сердце все еще билось в тревоге от ожидания разговора.

Прошел час.

Потом еще один.

В какой-то момент ей показалось, что он избегает ее. Просто телепортировался в свою комнату, не дав ей возможность застать его в коридоре.

Она прокручивала в голове десятки вариантов начала разговора. Каждый звучал либо оправданием, либо жалобой.

Внезапно шаги по коридору вырвали ее из своих мыслей. Она резко обернулась и увидела идущего Ривера. Он казался отстраненным от этого мира, будто мысли съедали его заживо.

Девушка быстро встала, колени от долгого сидения затекли. Ривер заметил ее только в тот момент, когда уже подошел к своей комнате.

Он нахмурился. Не удивился, не обрадовался. Просто устало нахмурился, сводя брови ближе к переносице.

– Элис… – начал он хрипло. – Не сейчас. Потом.

Он попытался обойти ее, добраться до двери, но она сделала шаг вперед, перекрыв ему дорогу.

– Нет. Я не хочу это откладывать. Ты злишься на меня, я это вижу. Я хочу объясниться.

Он отвёл взгляд, словно собирался обойти её с другой стороны. Но она не сдвинулась.

– Ты хочешь объясниться? – в голосе прозвучала раздраженность. – Поздно, Элис. Я думал, ты мне доверяешь. Мы вместе в этом аду, а ты… ты скрываешь от меня, что видишь.

– Ривер… – она протянула руку к его запястью, но он отстранился.

– Сколько еще ты собираешься держать меня в неведении? – рявкнул он, и в коридоре звук его голоса отозвался эхом. – И сколько еще у тебя таких видений в запасе, а?

Он сделал шаг ближе, и теперь уже он нависал над ней. Не угрожающе, но с требованием ответа.

Элис глубоко вдохнула. В груди болезненно сжалось, как будто что-то тяжелое лежало прямо под ребрами.

– Ты не понимаешь… – её голос дрогнул, но она заставила себя продолжить: – Никто не должен знать о своей смерти, Ривер. Никто. Это не просто знание – это моральная смерть. Она убивает раньше, чем приходит настоящая.

Он сделал всего шаг, будто собирался уйти, но слова Элис будто удержали его на месте.

– Ты… – он сжал кулаки, борясь с эмоциями. – Ты правда думала, что это правильно? Что это защитит меня?

Он не кричал. Но голос вибрировал от сдерживаемых эмоций.

– Я пыталась защитить тебя, да! – Элис повысила голос, глядя ему прямо в глаза. – Я боялась, что если ты узнаешь… ты перестанешь бороться. Что это тебя сломает.

Ривер замолчал, глядя на неё, как будто впервые видит. Гнев в его взгляде смешался с болью.

– Ты решила за меня. Ты забрала у меня право выбирать.

Элис опустила голову. На секунду ей захотелось просто исчезнуть, как он в бою, раствориться в воздухе, лишь бы не стоять под этим взглядом.

– Я знаю, – прошептала она. – И я… жалею.

Между ними повисла тяжёлая тишина. Ривер отвернулся, будто пытаясь собраться с мыслями, а Элис впервые за разговор не пыталась больше ничего сказать, только стояла и ждала, пока он решит, услышит ли ее до конца.

Он сделал шаг в сторону, потом ещё один, как будто ему нужно было физическое расстояние, чтобы собрать мысли.

Через какое-то время Элис подняла на него глаза.

– Ривер… вспомни, как ты поступил с Лиамом, когда вы отправлялись на то задание, – сказала она твёрдо. – Ты знал, что его хотят использовать как пушечное мясо. Ты не сказал ему правду, чтобы защитить. Чтобы он смог действовать.

Он резко повернул голову в её сторону. В глазах вспыхнуло раздражение. В его взгляде мелькнула тень воспоминаний.

– Это было другое, – резко проговорил он, пытаясь отстраниться от сравнения. – Лиам не видел того, что видела ты. Он не знал будущего, не знал, какой может быть исход.

– Но принцип один и тот же! – перебила она, шагнув ближе. – Ты решил, что лучше молчать, чтобы сохранить ему шанс бороться. А теперь ты смотришь на меня с этим же гневом, что и Лиам тогда, будто я предала тебя! Я делаю то же самое – пытаюсь защитить тебя. Только иначе.

Она не обвиняла его, просто ставила перед ним зеркало. Ривер тяжело выдохнул. Он не нашел мгновенного ответа. Его взгляд скользнул в сторону, потом обратно к ней. Челюсть была напряжена. Внутри него шла борьба между гордостью и пониманием.

Элис стиснула руки так сильно, что ногти впились в кожу, оставляя болезненные следы.

– Ты даже не пытаешься это отрицать, – сказала она, стараясь говорить ровно. – Думаешь, я не замечаю, как ты на меня смотришь? Как на ту, кто нуждается в защите. Я точно так же хочу защитить и тебя!

Ривер резко повернулся к ней.

– Потому что ты нуждаешься в защите! – рявкнул он. – Ты видишь, к чему всё идёт? Эти видения уже сводят тебя с ума!

– Я держусь! – выкрикнула она в ответ, делая шаг ближе. – Каждый раз, когда мне становится страшно, я всё равно продолжаю! Я не сбегаю, не прячусь за твоей спиной. И ты это знаешь!

Ривер сжал челюсть так, что на скулах заиграли мышцы.

– Знаю, – выдавил он. – Но это не значит, что ты справишься, если всё снова пойдёт не так. Я не собираюсь снова смотреть, как ты рискуешь собой только потому, что хочешь доказать, что сильная.

Элис замерла, глаза блеснули от гнева.

– А ты думаешь, я делаю это ради доказательства? – прошептала она. – Ради тебя, да? Чтобы ты, наконец, поверил?

– Нет! – резко ответил он. – Ради всех. Но если ты не понимаешь, где границы, тогда я должен их поставить.

Она усмехнулась. Горько, почти с отчаянием.

– Границы? Серьёзно? – она качнула головой. – Ты хочешь поставить мне границы после всего, что мы пережили?

– После всего, что я видел, – он говорил тише, но голос звенел напряжением. – Я знаю, что случается, когда человек не понимает, где остановиться.

Элис подошла вплотную, глядя прямо в его глаза. Теперь их разделяло только дыхание.

– Значит, ты просто решил, что я – одна из таких. Слабая. Неустойчивая. Та, кого нужно спасать, а не та, кто может спасти.

Ривер сжал кулаки. Он хотел возразить. Это было видно по тому, как дернулась мышца на щеке. По тому, как он вдохнул, собираясь что-то сказать. Но слова не вышли. И это молчание оказалось хуже любого ответа.

Элис почувствовала, как внутри что-то холодеет.

– Потрясающе, – прошептала она. – Спасибо, Ривер. Теперь я знаю, что ты на самом деле обо мне думаешь.

Она отвернулась первой, будто разговор уже был завершён.

Он вновь выдохнул, глядя в сторону.

– Не переворачивай всё, – сказал он устало. – Я просто хочу, чтобы ты осталась жива.

– Иногда то, как ты хочешь меня спасти, убивает не меньше.

Она не стала ждать его ответа, не дала ему возможность смягчить сказанное или снова все испортить. Сделала несколько быстро шагов к своей двери. Пальцы дрогнули, когда она взялась за ручку, но она не остановилась. Дверь быстро захлопнулась за ней.

      Ривер остался стоять посреди коридора. Он не двинулся сразу. Просто стоял, глядя в пустое пространство перед собой, туда, где секунду назад была Элис. Несколько секунд тишины.

Он провёл рукой по лицу, будто хотел стереть не разговор, а всё, что с ним пришло.

      Дурак.

Он знал, что перегнул. Каждое слово, брошенное в запале, теперь звучало в памяти грубо, почти жестоко. Он видел выражение ее лица, когда она замолчала. Слышал надлом в ее голосе.

Он вошел в свою комнату, прошелся внутри, сделал пару шагов к окну, потом обратно. Внутри все еще гудело. Элис… Она была слишком похожа на тех, кого он когда-то уже терял. Та же решимость идти до конца. Та же упрямая вера, что судьбу можно переломить, если просто не отступать. Те же глаза, когда она принимает решение. Он видел, чем это заканчивалось.

И он боялся так, как давно уже не боялся ничего.

Он опустился в кресло тяжело, будто силы внезапно покинули его. Локти уперлись в колени, ладони сцепились в замок. Он наклонился вперед, глядя в пол.

      Иногда то, как ты хочешь меня спасти, убивает не меньше…

      Фраза снова и снова прокручивалась в голове, как заевшая запись.

Он понимал, что она права. В каком-то смысле – да. Его попытка оградить её от всего, взять на себя решения, провести границы – это тоже давление. Это тоже способ отнять у неё выбор.

Но признать это до конца означало признать и другое.

Что он не всесилен.

Что он не сможет удержать её от каждого удара.

Что он может ее потерять, даже если сделает всё правильно.

А потерять…

Это было единственным, чего он действительно не мог себе позволить.

Элис зашла в свою спальню. Наклонилась, медленно сняла обувь. Движения были механическими, будто тело действовало само, пока мысли всё ещё оставались в коридоре, рядом с ним.

Босые ступни коснулись холодного пола. Камень отдался резкой прохладой, будто вытягивал из неё остатки тепла и вместе с ним то, что только что треснуло внутри. Она сделала шаг, потом ещё один, чувствуя, как холод поднимается выше, к коленям, к груди.

Она остановилась и оперлась ладонью о стену. В груди было пусто.

«Ты не сможешь защитить других» – он ведь этого не сказал. Но сказал достаточно, чтобы она поняла.

      Поняла, что не верит. Что видит в ней слабость, а не силу. И, наверное, от этого было больнее всего.

Она не стала включать свет. Полумрак казался честнее. Мягкие очертания мебели расплывались в тени, и комната выглядела чужой, будто она зашла не к себе, а в чьё-то временное убежище.       Всё здесь казалось чужим: кровать, стол, книги, даже медальон, который теперь находился в неизвестном месте.

      Секунда – и слёзы подступили к глазам. Такие горячие и обжигающие. Она резко втянула воздух и запрокинула голову, заставляя их отступить. Слёзы – это признание слабости. А он ведь именно в этом её и обвинял… или ей так кажется.

Элис медленно подошла к кровати и опустилась на край. Матрас мягко прогнулся под её весом. Она закрыла лицо руками, пальцы впились в виски.

       Он просто боится. Боится не за себя. За меня.

      Она понимала это разумом. Видела это в его глазах – там не было презрения. Был страх. И усталость. И отчаянное желание удержать всё под контролем.

Но сердце упрямо не принимало рациональных объяснений. Оно помнило, как он замолчал. Как не опроверг ее слова.

И всё же где-то глубоко оставалась крошечная искра надежды, что он всё-таки придет. Что постучит. Что скажет хоть одно слово.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.