Николай Чувиков
К.

К.

Как всё началось

– Кей.

Женский голос заставил меня оторвать взгляд от рубинового блеска бокала с вином. Признаюсь, сначала я даже не понял, что кто-то обращается именно ко мне, но голос был настолько необычным, что я не мог не обратить на него внимание. Я повернул голову и увидел… её.

Думаю, что как бы сильно я ни старался и какие бы эпитеты ни применял, я всё равно не смог бы точно описать Кей, отдать ей должное, быть с ней до конца справедливым. Если говорить проще, то она была сама собой, но при этом она сама была настолько разнообразна и непредсказуема, что я никогда не мог точно определить, что именно скрывается за её фасадом. Однако одно можно сказать точно – именно таких девушек описывают романисты в нуар-романах и показывают кинематографисты в шпионских сагах. Только если женские герои саги о Джеймсе Бонде лишь на первый взгляд кажутся сильными и многогранными, а на самом деле оказываются целиком и полностью зависимыми от силы и смекалки главного героя, то с Кей всё было наоборот. Но даже не именно так «наоборот», как вы подумали – она ни в коем случае не водила мужчин за нос и не пыталась их контролировать – ей это было просто неинтересно. Если она что-то и делала, то лишь потому, что считала именно это решение единственно правильным в данной ситуации и в данное время, или же ей просто было любопытно – что же произойдёт дальше. Как видимо, именно по этой причине она всегда попадала в неприятности и втягивала в них тех, кто волей судеб оказался рядом с ней.

У Кей не было видимых ограничений – она не задумывалась о таких эфемерных понятиях как этикет, такт, традиции или приличия. Она была свободной в абсолютном понимании этого слова, даже если подчас сама того не осознавала. Кто-то мог бы счесть её вызывающей или бесцеремонной, но мало бы кто смог понять, что они лишь навешивают свои же собственные ярлыки на человека, который видит в жизни то, что недоступно им. Кей умела получать удовольствие от каждого жизненного момента, и если я чему-либо когда-либо завидовал в ней, то именно этой черте её существа.

Опять же… не думаю, что все мои слова хоть как-то приблизили читателя к пониманию Кей, но я могу лишь пожать плечами. Пока вы её не встретите и не отправитесь с ней в её очередную авантюру, вы никогда не поймёте ни её, ни того мира, в котором она живёт. И даже тогда, мне кажется, вы будете лишь обманывать себя. Одно можно сказать точно – когда Кей подошла ко мне, моя жизнь превратилась в настоящие американские горки.

Я сидел за вытянутой стойкой бара «Шаляпин», что уютно расположился в отеле «Метрополь» в Москве и пытался заставить себя сделать хотя бы один глоток приторно сладкого вина, которым снабдил меня бармен. Компания, в которой я тогда работал (хотя это утверждение можно подвергнуть сомнению, так как в моей трудовой книжке об этом нет ни одного упоминания), занималась отправкой тяжёлобольных и обеспеченных пациентов на лечение за границу – в Израиль, Германию, Швейцарию и даже Аргентину – при условии, что клиент хотел пощекотать себе нервы. Генеральный директор компании и мой непосредственный руководитель Павел Игоревич Кривляко буквально грезил тем, что рано или поздно у него накопится стартовый капитал для того, чтобы открыть в Москве или ближнем Подмосковье настоящую «Немецкую клинику», куда он будет приглашать виднейших хирургов из Западной Европы. Грёзы его достигли таких масштабов, что он решил вложить все свои накопления в «Первую Международную Медицинскую Конференцию», куда должны были слететься не только видные специалисты из области медицины, но и потенциальные инвесторы. В связи с этим Павел Игоревич уже третий месяц не платил мне зарплату, но зато каждый день рассказывал всё новые байки про ту самую «Немецкую клинику», участие в открытии которой примет то ли посол Германии в Российской Федерации, то ли министр торговли Московской области, то ли Патриарх Всея Руси. Его мечты дошли до того, что в нашей будущей клинике будут готовить космонавтов, которые займутся покорением Марса и других отдалённых планет Галактики.

Обычно я слушал все эти рассуждения внимательно, благосклонно и немного рассеянно – будто внимал рассказам ребёнка, который увлечённо описывает сюжет своей последней игры или просмотренного им мультика. И даже если я прекрасно понимал, что за всеми устремлениями Павла Игоревича стоит некомпетентность и недальновидность, в душе я всё же надеялся, что у него всё получится, и мы с ним и правда будем перерезать алую ленточку на открытии нашей (или, точнее, его) «Немецкой клиники» – вместе с Генеральным секретарём ООН. Ибо почему нет? Осталось лишь понять, кто из нас двоих был более инфантилен.

Надо ли говорить, что Конференция в «Шаляпине» стоила немалых денег, а явились на неё лишь пластический хирург из Франкфурта, где его чуть не лишили лицензии на ведение медицинской практики (или даже лишили, но просто он об этом никому не рассказывал), и торакальный хирург из Гамбурга, который, как мне кажется, последнюю свою операцию провёл лет десять назад, а сейчас пытался выжать как можно больше денег из обеспеченных россиян, хотевших поправить здоровье за границей. Был на Конференции и один потенциальный инвестор, однако он исчез с неё так же быстро, как и появился. Зато небольшой зал бара был буквально набит менеджерами по продажам, менеджерами по работе с ключевыми клиентами, проектными менеджерами, старшими менеджерами и даже теми, кто именовал себя топ-менеджерами, но я очень сильно сомневался в том, что их должность хоть как-то стыковалась с их обязанностями и ответственностью. Вся эта армия менеджеров пыталась держать хорошую мину при плохой игре – они улыбались друг другу, мило общались, делились последними новостями из мира медицинской техники и даже немного сплетничали. При этом то тут, то там проскальзывали язвительные и завистливые взгляды, и лишь ленивый не мечтал о том, чтобы утащить у конкурента пару хороших контактов в ГКБ им. Боткина или ММКЦ «Коммунарка».

Мне всё это представление надоело настолько быстро, насколько это вообще возможно. Пожав руки паре-тройке своих знакомых, я быстро удалился в бар, заказал сначала лимонад, а потом сухое вино (при этом получив сладкое) и принялся пролистывать ленты новостей то в Телеграмме, то в Дзене, то в VK. Однако даже это бессмысленно-развлекательное занятие мне быстро надоело, и я просто вперил взгляд в напиток, будто пытался найти в нём благородный осадок. Так бы я провёл остаток вечера, если бы не…

– Кей.

Я повернул голову в сторону голоса и тут же встретил взгляд её удивительных глаз – светло-карих в центре и нефритовых по краям радужки. Они светились неподдельным интересом и любознательной инфантильностью, и мне почему-то тут же стало не по себе – такой взгляд сулил мне только проблемы.

– П-простите?…

Странно, но если подумать о Кей сейчас, то мне представляется практически невозможным воссоздать черты её лица – у меня в голове есть определённый образ, своеобразный эмоциональный отпечаток, но не более того. Однако я помню, что в тот вечер она носила очки, достаточно крупные, в черепаховой оправе, которые делали её глаза ещё более крупными и выразительными. Помню, что она лишь капельку размыкала губы, когда улыбалась, а также когда задумывалась о чём-то своём, потаённом, сокрытом от меня. Помню её необычный цвет волос – то ли янтарный, то ли песочный, то ли медовый. Помню, как из-за завитков волос проглядывали её уши, и как она время от времени убирала волосы, при этом улыбаясь и чуть наклоняя голову. Помню её аккуратно выпуклый финский лоб, который делал её лицо округлым, а от этого – вызывающим немедленное доверие. Помню её платье – бордовое, осторожно блестящее, с неглубоким вырезом и обнажёнными плечами. И, конечно же, я помню, как она разговаривала: иногда мне казалось, что я веду диалог не с одним человеком, а сразу с несколькими личностями – Кей часто меняла интонации, тон, манеру речи. Неизменными оставались лишь её мнения и убеждения – она никогда не отступала от них, даже если они были откровенно наивными и даже детскими.

– Кей. Меня зовут Кей, – терпеливо сказала она и улыбнулась, от чего я начал дышать так, будто у меня вот-вот случится сердечный приступ.

– Вы ко мне обращаетесь? – за такой глупый вопрос было впору ударить самого себя по лицу, но девушка лишь звонко засмеялась, даже и не думая прикрывать рот рукой.

– Конечно, к вам, к кому же ещё? Я смотрю на вас, повернула корпус в вашу сторону, даже бокал направлен на ваш торс, как можно ещё вас убедить?

– Э-эм, да, простите, – я заставил себя встать и протянуть Кей руку, – Михаил. Можно просто Миша, если вам…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.