Евгения Марцишевская
Лифт

«Как же неудобно нести этот альбом! Что ж я пакет-то не взяла? – корила себя Даша, по дороге домой. – И, как назло, нет ни одного магазина по пути!» Девушка шла, то и дело перекладывая большой квадратный альбом из одной руки в другую. У подъезда Даша остановилась. Надо было как-то достать ключи. Но тут ей помогла Вероника – соседская девочка, одновременно с Дашей подошедшая к двери.

– Здрасьте! – буркнула Вероника и, набрав номер на домофоне, открыла дверь, пропуская Дашу.

– Здравствуй! Спасибо большое!

– Угу, – ответила девочка, не отрываясь от экрана смартфона.

В холе около лифта рядом с большим коричневым чемоданом стояла загорелая Вера Ивановна – Дашина соседка из квартиры напротив.

– Ну, вот почти все соседи собрались! Не хватает только Павлика из сто одиннадцатой, – поприветствовала Вера Ивановна Дашу с Вероникой, – что-то лифт никак вниз не спускается: катается между десятым и пятнадцатым. Я уже минут пять, а, может, и больше здесь стою.

– Приедет. Куда он денется? – пытаясь успокоить, начавшую волноваться пенсионерку, ответила Даша и обхватила неудобный альбом двумя руками.

– Что за книга-то у тебя такая большая? – поинтересовалась Вера Ивановна.

– Это – не книга. Это – альбом с картинами… вернее, фотографиями картин Сальвадора Дали, – ответила девушка, – на выставке была. Не удержалась и купила там.

– Сальвадор Дали – испанский художник-сюрреалист? Знаю, знаю… А мы вот с мужем в Турции были, – похвасталась женщина.

– Вы очень здорово загорели. Погода хорошая была? Как отдохнули? – поддерживая беседу, спросила Даша.

– Ой, чудесно! Море чистое, тёплое. Отель – шикарный! Спасибо сыну. Порадовал нас. Такой подарок родителям сделал!

– А что ж вы одна? Где Виктор Николаевич?

– Муж меня до лифта проводил, а сам – в магазин. Дома-то продуктов никаких нет. Две недели отсутствовали. А я спешу: моя передача про экстрасенсов скоро начнётся. И так столько пропустила… Не смотришь?

– Не, я этим не увлекаюсь…

– А ты посмотри, посмотри как-нибудь – очень интересно… Да, когда ж этот лифт, наконец, приедет? Я так опоздаю к началу!

– Дурацкий лифт. Надоело ждать! У меня сейчас телефон сядет, что мне тогда делать? Уровень потеряю! – поддержала Веру Ивановну недовольная Вероника, на минуту подняв глаза от экрана.

Даше тоже не терпелось побыстрее оказаться дома и погрузиться в мир сюрреализма. Руки уже порядочно устали. Очень хотелось положить, наконец, альбом на журнальный столик и, устроившись удобно на диване, не спеша полистать его страницы, внимательно рассматривая каждую картину. Родители с младшей сестрой уехали на дачу, так что мешать никто не будет. «Сегодня побездельничаю, подготовку к экзамену можно и на завтра отложить. Успею», – решила девушка.

– О! Вроде спускается! – радостно воскликнула Вера Ивановна.

Через минуту лифт, действительно, остановился на первом этаже и открыл свои двери. Пассажиров в нём не оказалось, и обрадованные соседки быстро зашли внутрь. Вера Ивановна нажала кнопку двенадцатого этажа. Лифт мягко захлопнул двери и начал набирать скорость. У десятого этажа на какое-то мгновение, или, может быть, Даше это только показалось, лифт замер и немного завибрировал, но потом опять пришёл в движение, правда, с меньшей скоростью.

На дисплее загорелась цифра двенадцать, и лифт остановился. Первой из открытых дверей вышла Вероника и побежала к своей квартире. Вслед за ней – Вера Ивановна, торопливо выкатив свой чемодан, загромыхала им по кафельной плитке. Даша вышла последней. Лифт сразу же, захлопнув двери, умчался, как показалось девушке, куда-то наверх. Даша огляделась: Вероники на лестничной площадке уже не было, а Вера Ивановна стояла около закрытой двери своей квартиры и рылась в сумочке, видимо, искала ключи.

– Фу! Нашла!.. Забыла совсем, что они у меня в новой ключнице, – сама с собой разговаривала женщина.

– Вера Ивановна, у вас всё в порядке? – вежливо поинтересовалась Даша, видя, что соседка никак не может открыть свою дверь.

– Дашенька, как хорошо, что ты ещё не ушла! – обернулась на голос Вера Ивановна. – Никак вот ключ в замочную скважину не вставлю… не пойму в чём дело… Ты не поможешь?

Даша подошла и взяла из рук соседки ключницу в виде сердца.

– Какая красивая вещица, – похвалила она.

– Да, мне тоже очень понравилась. В отельном магазине, в Турции купила… Нижний замок красным ключом надо открыть, а верхний…

Вера Ивановна не успела договорить, так как дверь вдруг сама распахнулась. Женщина, не раздумывая, вошла внутрь вместе со своим чемоданом. Дверь за ней сразу же захлопнулась. Даша растеряно посмотрела на закрытую дверь, сжимая в своей руке ключницу в форме сердечка и пытаясь понять, как открылась дверь без ключа. «Наверное, сын дома ждал. Он и открыл, – сама себе объяснила девушка, – но ключи-то надо отдать». Она нажала несколько раз на кнопку звонка у двери, но не услышала ни звука. Тогда она постучала кулаком в дверь, но опять без эффекта. «Ладно, позже зайду», – решила Даша и, положив «сердечко» в карман джинсов, пошла к своей квартире.

Дверь отворилась сама, едва девушка вставила ключ в замочную скважину, не успев провернуть его даже на пол-оборота. «Что за ерунда? Может дома кто-то есть?» – заволновалась Даша, но всё же вошла в квартиру. Заперев дверь и спрятав ключ на место в кармашек сумочки, девушка, не переобуваясь, с сильно бьющимся от непонятного страха сердцем, пошла обходить квартиру. Она осмотрела кухню, ванную и все три комнаты. Ничего странного и подозрительного не было. Никаких намёков на присутствие посторонних людей – тоже. Все вещи были на месте. Даша с облегчением выдохнула. Сердце перестало бешено колотиться. «Показалось, наверное, – успокоила себя девушка, – устала и перегрелась».

В гостиной она, наконец-то, положила на диван альбом, потом вернулась в прихожую и, скинув кроссовки, надела любимые мягкие домашние тапочки. «Сначала – в душ, – решила Даша, – потом – всё остальное». Когда прохладные струйки воды побежали по телу, стало значительно легче. Вода освежала, смывая тревогу. «Это всё от жары, – размышляла Даша, – последний день весны, а как будто середина лета. Тепловой удар случится – ещё не то померещится».

***

Даша вытерла волосы и вышла из душа, накинув полотенце на мокрые плечи. Очень хотелось пить. На кухне в холодильнике её дожидалась бутылка минералки. Девушка выпила залпом полстакана шипучей воды. Лопающиеся пузырьки закололи язык, защекотали в носу и, сотнями острых иголок, вонзились в мозг, взбадривая его. «Отлично! – сама себе сказала Даша. – Теперь можно и одеться». Девушка собралась было дойти до своей комнаты за халатом, но, проходя мимо гостиной, она застыла на месте: на диване сидела совершенно незнакомая девица в ярко-красной блузке и с интересом листала альбом. «Это ещё что за явление? Кто такая? Как она сюда попала?» – вопросы хотели сорваться с Дашиного языка, но она сдержалась, понимая пикантность ситуации: не голой же её допрашивать!

Незамеченная неизвестной, Даша поспешно вернулась в ванную. Наспех обтерев тело, она натянула футболку и джинсы, кое-как расчесала волосы и пошла в гостиную, в тайне надеясь, что там никого не окажется.

Увидев в дверях Дашу, незнакомая девица ничуть не смутилась, а лишь подвинулась, освобождая место на диване.

– Анна, – представилась она, по-мужски, для приветствия протягивая Даше руку, – а тебя как зовут?

– Дарья, – машинально ответила Даша, проигнорировав протянутую руку, – а, собственно…

– Я тоже очень люблю картины Дали, – перебила Анна, не дав задать ни одного вопроса, – да ты садись. Давай вместе посмотрим!

Даша, словно под гипнозом, послушно села рядом с девицей на диван. И они вместе стали листать альбом, тихо обсуждая каждую картину… Как-то сам по себе включился телевизор.

– О! Смотри! – воскликнула Даша, показывая на экран. – Эти сюрреалистические трансформации я видела на выставке! Но там мне не удалось их досмотреть.

– Точно! – подтвердила Анна. – Я тоже долго сидела перед экраном. Этим можно любоваться часами.

Удобно устроившись на диване обе девушки теперь смотрели телевизор, где под тихую музыку изображение одной картины, оживая и плавно трансформируясь, превращалось в другую, потом в третью, четвёртую, пятую… Еле слышный запах ванили, исходивший от ароматических палочек, стоящих на журнальном столике, добавлял свою ноту сладости. В голове у Даши, словно разлился благостный бальзам, исчезли все тревоги, мысли стали тягучими…

Сколько прошло времени в этой нирване? Минуты?.. Часы?.. Сутки?.. Несколько дней?.. Это было невозможно определить: в единственных часах, висевших на стене над телевизором, села батарейка, и стрелки не двигались, показывая одно и тоже время. Плотные шторы на окне совсем не пропускали свет. День или ночь сейчас? Мобильный телефон лежал в сумочке, оставленной в коридоре. Идти за ним совершенно не хотелось… Было лень пошевелить рукой или ногой…

***

Через некоторое время рука Даши случайно нащупала в кармане джинсов непонятный предмет. Сначала она никак не могла вспомнить, что это за сердечко, и как оно оказалось в кармане… Но, постепенно, память вернулась: «Это же ключи Веры Ивановны! Мне надо их отдать!» Даша резко вскочила с дивана.

– Что случилось? Ты куда? – томным голосом лениво спросила Анна.

– Я быстро, – ответила Даша, – надо ключи соседке вернуть.

Не вдаваясь в объяснения, Даша направилась в прихожую и привычным движением нажала на дверную ручку… но дверь не открылась. Девушка попробовала ещё раз, потом ещё… Дверная ручка не реагировала. Дверь не открывалась. Выйти из квартиры было невозможно. «Замок что ли заело?» – сама у себя спросила Даша. Отойдя на шаг назад и не спуская глаз с дверной ручки, девушка стала лихорадочно соображать, как открыть дверь. Не успев ничего придумать, Даша с удивлением увидела, что ручка на двери вдруг опустилась, и… дверь открылась, впуская в квартиру каких-то незнакомых людей. В другое время, это странное событие породило бы множество вопросов, но Даша настолько обрадовалась открытой двери, что, ничего не спросив, быстро проскользнула между входящими и вышла на лестничную площадку, как была: в домашних тапочках, без сумочки, в которой лежали ключи и телефон, держа в кулаке ключницу в форме сердца.

«Ура! Выбралась!» – мысленно поздравила себя Даша и осмотрелась. На лестничной площадке всё было, как всегда: четыре входные двери с номерами квартир. Где-то вдалеке слышался гул движущегося лифта. Даша посмотрела на закрытую дверь своей квартиры. Ничего необычного: номер «112» отчётливо виднелся на бежево-сером дерматине. Необычным было только то, что произошло внутри квартиры: эта Анна и другие незнакомые люди зашли в её квартиру, как к себе домой, а она сама никак не могла из неё выйти. «Что вообще происходит?» – пыталась понять и проанализировать ситуацию Даша.

Гул приближающегося лифта постепенно усиливался, не давая девушке сосредоточиться. Через минуту двери лифта открылись, и лестничную площадку заполнила шумная толпа футбольных фанатов. «Как они в таком количестве смогли уместиться в лифте?» – не поняла Даша, от страха вжавшись в небольшой проём около двери. Молодые люди в цветных шарфах, не обращая на девушку никакого внимания, скандируя фанатские кричалки, подошли к сто одиннадцатой квартире. Дверь бесшумно открылась, пропуская их всех внутрь. Даша вытянула шею, пытаясь подсмотреть, что же творится у соседа в квартире, но кроме спин ей ничего увидеть не удалось. Из квартиры слышались громкое «Оле-оле-оле!», резкие звуки свистка, топот, гул голосов…, в общем, шум стоял такой, какой бывает на переполненном стадионе во время футбольного матча. Пропустив всех вновь прибывших болельщиков, дверь захлопнулась, и на лестничной площадке стало совершенно тихо. «Странно, – подумала Даша, – неужели Павел в таком обществе футбол по телеку смотрит? Шумно-то у него какой, а здесь ничего не слышно…, странно…»

Но Дашины размышления опять были прерваны подъехавший лифтом. На этот раз из лифта вышла куча разновозрастных детей. Девочки и мальчики со смартфонами в руках, ни минуты не раздумывая, направились к сто десятой квартире. «К Веронике гости пожаловали, – отметила про себя Даша уже не так сильно удивляясь количеству человек, вышедших из кабины лифта, – интересно, что у них там происходит?» Девушка встроилась в толпу детей, проходящую в квартиру. Из приоткрытой двери слышались только мультяшные голоса, детей слышно не было. «Понятно: одним глазом мультфильмы по телевизору смотрят, а другим – в телефоне в игры играют. Тут уж не до общения, – съязвила девушка, когда дверь Вероникиной квартиры захлопнулась перед её носом.

Сжимая в руке «сердечко» Даша подошла к сто девятой квартире. Опять она звонила и стучала, но дверь ей не открыли. Девушка даже подёргала за ручку, но дверь была заперта. Когда, после безуспешных попыток, Даша собралась уходить, снова приехал лифт. На этот раз в нём прибыли несколько футбольных фанатов, две девочки и три женщины. Фанаты и девочки Дашу уже не интересовали. Она внимательно наблюдала за женщинами, которые подошли к квартире Веры Ивановны. И, о чудо! Дверь, в которую только недавно, пытаясь попасть, стучала и звонила девушка, тихо открылась, и женщины одна за одной стали заходить в квартиру. Даша была рядом и надеялась, заметив хозяйку, окликнуть её. Но Веры Ивановны она не увидела. В квартире было достаточно темно. Мерцающий свет от свечей, отражался в стеклянных кристаллах, расставленных на полу в прихожей. Пахло благовониями. Из глубины квартиры доносилась тихая мелодичная музыка. Последнее, что увидела девушка, перед тем, как дверь бесшумно закрылась, не пропустив её внутрь квартиры, был знакомый коричневый чемодан. «Вера Ивановна точно дома, раз её чемодан стоит около двери в прихожей, – подумала Даша, – но почему она не открывала, когда я звонила и стучала? И почему дверь не пропускает меня, а каких-то незнакомых тёток – запросто? Что вообще здесь происходит?» Не найдя ответов на свои вопросы, она убрала в карман «сердечко» и, тяжело вздохнув, направилась к своей квартире.

***

– Даш, ты где ходишь? Я тебя сейчас с таким челом познакомлю! – Анна подлетела к Даше, едва та переступила порог собственной квартиры, и, схватив её за руку, потащила за собой.

В дверях гостиной Даша остановилась, и её глаза округлились от удивления. Как это возможно? Комната значительно увеличилась в размере и, только отдалённо, напоминала прежнюю. На стенах появились картины, а вдоль стены – длинная скамья, покрытая цветной керамической мозаикой в стиле Гауди. В квартире было много совершено незнакомых людей. «Что это за публика? Как они все сюда попали? – спросила сама себя Даша, смутно припоминая толпу, заходящую в квартиру, с которой она встретилась в прихожей. – Что они все здесь делают?»

– Ну, что ты тут застыла? Будто что-то необычное увидела. Смотрят люди картины, обсуждают их. Что тут такого-то? Пойдём! – Анна потянула Дашу в сторону кухни.

Там, где была раньше кухня, теперь находилось помещение, напоминающее одновременно мастерскую художника, выставочный зал и концертную площадку. Около одной из картин стояла компания молодых людей, разговаривающих на каком-то непонятном языке.

– Кто это? Как это? – только и могла вымолвить Даша. – Может, это сон какой-то? Может, я сплю просто? Ущипните меня!.. Ой! Больно!

Даша потёрла руку и вопросительно посмотрела на Анну.

– Ты же сама попросила тебя ущипнуть, – ничуть не смутившись, ответила Анна, – идём, я тебя с Родригесом познакомлю!

– С кем?

– Да, с художником испанским. Такой красавчик!

Даша только сейчас заметила в глубине зала около мольберта ещё одну, о чём-то горячо спорящую, группу людей. Среди них выделялся жгучий брюнет в ярко-желтой, с красными узорами, рубахе. Он молча слушал, скрестив на груди руки.

– Видишь? – Анна кивнула в его сторону.

– О чём там спор идёт? Знаешь? – спросила Даша, не сводя глаз с молодого испанца.

– Думаю, картину его обсуждают. Он, на сколько я поняла, последователь или подражатель Сальвадора Дали. Пойдём к ним и узнаем.

– Да не удобно как-то…, – смущённо пробормотала Даша.

– В смысле, неудобно? – Анна удивлённо вскинула брови и покачала головой. – Ну ты, подруга, даёшь! Пойдём!

Когда они подошли, спорящие сразу же замолчали и стали рассматривать девушек. Воспользовавшись образовавшейся паузой, Анна, чуть подтолкнув вперёд себя Дашу, громко сказала:

– Знакомьтесь! Моя подруга – Дарья!

Молодой художник с интересом посмотрел на девушек. Даша скромно опустила глаза, не выдержав пронизывающего взгляда этого незнакомого, но очень красивого мужчины.

– ¡Buenas tardes, hermosas señoritas! Mi nombre es Rodriguesz. ¿Hablas español?¹ – спросил он по-испански.

– Hablando un poco², – тихо произнесла Даша.

Анна слегка толкнула её в бок и горячо зашептала на ухо:

– Ну, ты даёшь, подруга! Ещё и по-испански говоришь! Что он сказал?

–Да ничего особенного. Спросил, говорим ли мы по-испански. Сказал, что его зовут Родригес, – тихо ответила Даша.

– Ну, это мы и так уже знали, – также шёпотом ответила Анна.

– ¿Te guesta la pintura? ¿Que' opinas de las pinturas del gran Dali? ³ – не сводя с Даши глаз, спросил Родригес.

– Somos sus fans⁴, – ответила девушка.

– Что он спросил? – опять зашептала Анна в ухо Даше.

– Он спросил, как мы относимся к испанской живописи и великому Дали, – шёпотом ответила Даша, – я сказала, что мы – его фанатки.

– Си! Си! Сальвадор Дали! – затараторила Анна, так при этом округлив и закатив глаза, что всем стало всё ясно.

Родригес улыбнулся и хотел было что-то сказать, но звон гитар и тресканье кастаньет заглушили его голос. Даша оглянулась. Недалеко от них двое мужчин самозабвенно и виртуозно играли на гитарах, а на середину зала вышли две пары танцоров. На женщинах были ярко-красные платья с оборками, украшенные чёрными узорами. На мужчинах – тёмные, почти чёрные, брюки и рубашки в тон.

–Не может быть! – воскликнула Даша. – Неужели сейчас будет фламенко?! Как я мечтаю научиться его танцевать!

– Ну, так в чём же дело, подруга? – откликнулась Анна.

Даша не ответила, увлечённая зрелищем этого страстного испанского танца. Все присутствующие тоже, забыв обо всём, смотрели на танцоров.

Когда замолкли последние аккорды гитар, раздались оглушительные аплодисменты.

– Синьориты льубиут фламенко? – с лёгким акцентом спросил Родригес, и добавил, заметив удивление на лицах девушек. – Йа тоже немнохо ховориу по-русски. Йа знаю пьять языков. Йа, как ето ховорьят? Поли… поли…

– Полиглот! – подсказала Анна сложное слово.

– Точно – полихлот! – подхватил Родригес и засмеялся, обнажив ровные белые зубы.

Откуда-то вдруг возник официант с подносом, на котором стояли высокие стаканы с темно-красным напитком, украшенные долькой апельсина.

– Ето – санхрия, – сказал Родригес, преподнося стаканы девушкам.

– Что? – переспросила, не поняв, Анна.

– Сангрия – испанский коктейль, – уточнила Даша.

–Да, да! – подтвердил испанец, беря и себе стакан с подноса официанта. – Давайте выпьем за наше знамомьство!

– За знакомство! – подхватила Анна, чокаясь с Дашей и Родригесом.

– ¡Por el amor y la amistad! ⁵ – уже по-испански добавил художник.

Даша вопросительно посмотрела на Анну, взглядом спрашивая, требуется ли перевод.

– Можно не переводить. И так понятно: за любовь! – весело подхватила Анна и, томно посмотрев на молодого мужчину, добавила. – Амор!

Только сейчас Даша поняла, что она очень хочет пить, поэтому с удовольствием сделала несколько глотков прохладного и сладковатого напитка с фруктовым вкусом. Однако этот коварный коктейль, совсем не утолил жажду, а попав в пустой желудок, спазмом напомнил девушке о том, что она давно ничего не ела. В голове у Даши слегка закружилось. И тут она почувствовала на своей талии мужскую руку, а, сквозь нарастающий шум в ушах, услышала голос Родригеса:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Добрый день, прекрасные синьориты. Меня зовут Родригес. Вы говорите по-испански? (исп.)

Вернуться

2

Говорю немного. (исп.)

Вернуться

3

Вы любите живопись? Как вы относитесь к картинам великого Дали? (исп.)

Вернуться

4

Мы его поклонницы (исп.)

Вернуться

5

За любовь и дружбу! (исп.)

Вернуться