Ярослав Мудрый
Океан и Его Жизнь

Глава 1: Шёпот бездны: Как океан научился дышать и что мы у него отнимаем

Закройте глаза на мгновение. Не слышите? Тишина. А теперь представьте, что вместо неё – ровный, низкий гул, перемежающийся щелчками, свистами и песней. Это не звуки космоса. Это дышит ваш собственный, родной, синий мир. Океан. Он не молчит. Он разговаривает. И его первый, главный, выдох, который подарил нам жизнь, произошёл задолго до появления первого человека.

Представьте планету три миллиарда лет назад. Безжизненную, раскалённую, с ядовитой атмосферой. И в этом кипящем первобытном бульоне происходит чудо, тихое и незаметное. Появляется крошечная, невероятная молекула – хлорофилл. Это зелёный волшебник, способный ловить солнечный свет и превращать его в сахар. Первые цианобактерии, вооружённые этим чудо-пигментом, начинают свою неспешную работу: поглощают ядовитый углекислый газ и… выдыхают. Что? Кислород. Побочный продукт. Отходы жизнедеятельности для них – и драгоценный глоток жизни для всего будущего.

Их трудолюбие было фантастическим. Потребовались сотни миллионов лет, но они насытили океан, а затем и атмосферу кислородом. Каждый второй наш вдох, каждый глоток воздуха – подарок от этих древних микробов и их потомков, фитопланктона, который и сегодня, невидимый глазу, составляет основу жизни в океане. Это «лёгкие планеты», производящие больше половины всего земного кислорода. Больше, чем все леса Амазонии вместе взятые. Мы ходим по дну древнего океана, дышим его выдохом, и даже не задумываемся об этом.

А теперь давайте нырнём в этот насыщенный жизнью мир, который они создали. Свет пронизывает только верхние 200 метров – это «солнечная зона». Здесь кипит невидимая вечеринка. Мириады прозрачных, как стекло, существ – зоопланктон, парят в толще воды. Среди них – очаровательная и смертоносная «морская бабочка» (крылоногий моллюск), машущая своими похожими на крылья лопастями, будто порхая в воде. А рядом – её грозный хищник, «морской ангел», который, вопреки имени, является тем же моллюском, но потерявшим раковину и отрастившим хватательные щупальца. Их дуэт – вечная, изящная битва на микроуровне.

Но настоящие чудеса начинаются там, где солнечный свет гаснет. На глубине 1000 метров – царство полумрака, «сумеречная зона». Здесь обитают существа, для которых свет – валюта, а биолюминесценция – язык. Рыба-удильщик, знаменитая своей светящейся «удочкой» на лбу, которая манит доверчивую добычу прямо в пасть. Кальмары, выстреливающие облаками светящейся слизи, чтобы сбить с толку хищника. Здесь 90% обитателей умеют излучать свет. Они мерцают, как звёзды на ночном небе, общаются, охотятся и любуются друг другом в вечной темноте, создавая самый масштабный световой спектакль на Земле. И мы его почти никогда не видим.

И вот мы подходим к самому болезненному парадоксу. Этот мир, породивший нас, дарящий нам дыхание и поражающий воображение, мы… душим. Тот самый фитопланктон, наш первичный кислородный завод, гибнет от «тепловых волн» в океане и загрязнения. Кислотность океана растёт (из-за поглощения углекислого газа из атмосферы), растворяя раковины моллюсков и скелеты кораллов. Светящиеся рыбы содержат в своих желудках микропластик, который опускается даже в бездну Марианской впадины. Шум от судов заглушает природные звуки океана – киты, общающиеся на расстоянии тысяч километров, теряют друг друга в какофонии нашего прогресса.

Мы отнимаем у океана его голос, его чистоту, его способность дышать. А значит, отнимаем у самих себя.

Но океан ещё дышит. Его шепот, хоть и ослабевший, ещё можно услышать. В следующих главах мы пройдемся по его великим «лесам» – коралловым рифам, спустимся в бездну, где царит вечная ночь, и заглянем в умные глаза дельфина. Мы узнаем, как танцуют осьминоги и почему киты поют. И, надеюсь, начав понимать это грандиозное, древнее и хрупкое чудо, мы научимся слушать его не только для удовольствия, но и для спасения. Ведь спасая его шепот, мы спасаем собственное дыхание.

P.S. Знаете ли вы, что самая большая структура из живых существ на планете – не Великая Китайская стена, и даже не грибница в Орегоне? Это Большой Барьерный риф у берегов Австралии. Его видно из космоса. И он медленно, но верно, теряет свои цвета, «белеет» из-за гибели водорослей-симбионтов. Это явление называется «обесцвечивание кораллов». Словно сама планета теряет краски. И виноваты в этом – мы. Но именно мы можем это изменить. Об этом – наш следующий рассказ.

Глава 2:

Немые леса: Почему рифы кричат о помощи и мы не слышим

Давайте совершим невозможное. Представьте, что вы уменьшились до размера монетки, а перед вами вырос мегаполис. Не из стекла и бетона, а из живых камней, закрученных в фантастические архитектурные формы: замки, арки, соборы и небоскрёбы. В его окнах-порах мелькают жильцы: рыбы-клоуны в анемоновых зарослях, словно в уютных квартирах; стайки неоновых рыб-хирургов, спешащих по своим делам; мурены, выглядывающие из дверей-расщелин. Воздух (вернее, вода) гудит от жизни: потрескивание креветок, хруст коралловых полипов, ловящих добычу, тихое поскрипывание водорослей. Это коралловый риф – самый густонаселённый, шумный и богатый район океанского города.

И главный строитель этого мегаполиса – существо размером с рисовое зёрнышко – коралловый полип. Он – животное, родственник медузы и актинии. Его гениальность – в симбиозе, одном из самых успешных союзов в истории жизни. Внутри тканей полипа живут микроскопические водоросли – зооксантеллы. Они – квартиранты и поставщики. Используя солнечный свет (фотосинтез), они производят до 90% питательных веществ для полипа. Взамен получают защиту и углекислый газ. Полип же, сытый и довольный, извлекает из воды кальций и строит вокруг себя известковый «домик»-скелет. Миллиарды полипов, живущих колониями, поколение за поколением, возводят эти гигантские известковые структуры, которые мы и называем рифами.

Рифы – это всего 1% площади дна океана, но здесь обитает четверть всех морских видов. Это ясли, столовая, крепость и охотничьи угодья одновременно. Они – природные волнорезы, защищающие берега от эрозии. Их экономическая ценность для туризма и рыболовства исчисляется в триллионах долларов ежегодно. Как говорил знаменитый океанолог Жак-Ив Кусто: «Риф – это не просто сад, это целый материк жизни в миниатюре».

Но сегодня этот материк горит. Только пожар здесь бездымный и бесшумный. Он называется «обесцвечивание».

Вот как это происходит с научной точки зрения. Кораллы – существа с тонкой душевной организацией. Они живут в узком диапазоне температур. Когда вода из-за глобального потепления становится всего на 1-2°C выше средней летней нормы (а океан поглощает 93% избыточного тепла от парникового эффекта), симбиоз рушится. Полип испытывает стресс и в панике выселяет своих незаменимых сожителей-водорослей. А без ярких зооксантелл сквозь прозрачное тело полипа становится виден белый известковый скелет. Риф «белеет». Это не смерть сразу – это критическое состояние. Если стресс быстро проходит, водоросли могут вернуться. Но если температура держится неделями, полип, лишённый главного источника пищи, голодает и умирает. Остается лишь мертвый, белесый каркас, который скоро покроется удушающим ковром водорослей.

Массовое глобальное обесцвечивание впервые зафиксировали в 1998 году. Затем в 2010, 2015-2017… Интервалы сокращаются. По данным Международного союза охраны природы (IUCN), с 1980-х годов мир потерял половину коралловых рифов, а к 2050 году под угрозой исчезновения окажется до 90%. Самый яркий пример – наша космическая достопримечательность, Большой Барьерный риф. Исследования Австралийского института морских наук показывают, что за последние 30 лет он потерял более 50% своих кораллов.

Но температура – не единственный убийца. Есть и другие, не менее страшные:

Окисление океана. Океан поглощает не только тепло, но и углекислый газ (CO₂) из атмосферы. В воде он превращается в углекислоту, снижая pH. Более кислая вода растворяет карбонат кальция – тот самый строительный материал для скелетов кораллов, раковин моллюсков и панцирей планктона. Как если бы дождь разъедал каменные соборы. Профессор Джейн Любченко, ведущий морской эколог, называет это «другим CO₂-проблемой», не менее опасной, чем потепление.

Загрязнение. Стоки с сельхозугодий, насыщенные удобрениями, вызывают бурный рост водорослей, которые душат кораллы, отбирая у них свет и кислород. Солнцезащитные кремы туристов содержат химические вещества (оксибензон, октиноксат), которые даже в микроскопических дозах вызывают деформацию личинок кораллов и усугубляют обесцвечивание. Исследование 2015 года в журнале «Archives of Environmental Contamination and Toxicology» доказало это неопровержимо.

Разрушительный рыбный промысел. Динамит и цианид, используемые для ловли рыбы, физически уничтожают рифы. Вылов ключевых видов (например, попугаев, которые соскабливают водоросли с кораллов) нарушает хрупкий экологический баланс.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.