Яна Клюква
Измена. На грани

ГЛАВА 1

Стоя перед зеркалом, я старательно наносила макияж, пытаясь привести себя в надлежащий вид как можно быстрее. Но новая косметика никак не хотела ложиться на кожу, приводя меня в панику.

– Ты там скоро? – раздался недовольный голос из-за двери.

– Уже иду, – торопливо ответила я, откидывая спонж и дрожащими пальцами замазывая синяк на скуле. Т-с…

Боль от касания заставила вспомнить о произошедшем, вызывая новую порцию слёз. Судорожно задышав, я еле сдержала их, но вот воспоминания прогнать не удалось.

Часом ранее

– Саш, я неважно себя чувствую. Отвези домой, – попросила я своего шофера, ощущая лёгкую дурноту. Салон пришлось покинуть так и не закончив педикюр. Но и ладно, сделаю в другой день. Полежать бы.

– Конечно. Сообщить Алексею Петровичу? – поинтересовался водитель, открывая передо мной дверь.

– Не стоит его беспокоить по пустякам, – отмахнулась я, усаживаясь на заднее сиденье новенькой машины. Подарок мужа на мой день рождения.

Лёша любил извиняться подобным образом, если было необходимо. Его отсутствие в важный для меня день, он компенсировал в этот раз именно так.

Путь до дома, на моё счастье, был недолгим. Вот только тошнота усилилась в дороге, заставив меня спешно покинуть машину, как только она остановилась. Не пойму с чего. Всё же было хорошо. Главное – добраться до кровати и отдохнуть. Наверняка перегрелась на солнце. Денёк довольно знойный.

Но войдя в двухэтажный особняк и поднимаясь по лестнице, я неожиданно услышала приглушённые голоса. Нахмурившись, замерла, пытаясь вспомнить, планировались ли сегодня гости. Но безуспешно. Лёша должен был быть на работе, несмотря на то что суббота, а для прислуги рано.

Дурное предчувствие заставило меня продолжить путь, тихо ступая по широкой лестнице.

Оказавшись на втором этаже, я поняла, что голоса слышатся из нашей спальни. Затаив дыханье, нахмурилась, сжимая пальцами ручку сумки и прогоняя предательские мысли об измене.

– Это для меня, детка? – послышался голос моего мужа, заставив меня задрожать. Никогда не думала, что меня это коснётся, но…

– Тебе нравится? – ответила какая-то девица.

– Ещё как…

Чувствуя отвращение к ситуации и не до конца ещё веря в происходящее, я медленно приблизилась к приоткрытой двери. Мой взгляд тут же упал на нашу кровать, на которой на четвереньках стояла какая-то полуголая блондинка в кружевном белье и чулках. А рядом мой Лёша уже без штанов и сжимающий ягодицы девки. Его движения сразу дали понять, что именно происходит, без возможности даже мысленно оправдать мужа. Очевидно, что я пришла не вовремя…

Ощущая ещё большую дурноту, я схватилась пальцами за косяк, неловко задевая дверь, которая словно нарочно противно заскрипела. И, конечно, тем самым привлекла к себе внимание парочки, что развлекалась на моих глазах.

Лёша остановился, повернул голову и нахмурившись, взглянул на меня. В глазах ни капли раскаяния или удивления. Словно всё так и должно было быть.

– Чёрт, Катя, какого хрена ты тут делаешь? – наехал он, недовольно отстраняясь от девки и шлёпая её ладонью по заднице. Блондинка ойкнула и попыталась спрятаться за покрывалом, но это у неё получилось не сразу.

– Лёша… это всё, что ты можешь сказать? – опешив спросила я.

– А что ты ждёшь извинений? – хмыкнул он. – Сама виновата, что припёрлась так рано.

– Я… – прошептала я, ощущая ком обиды в горле. Как же больно. Не верю. Может это сон?

– Свали, – кинул мой муж девке, поморщившись. В пару секунд блондинка, похватав свои вещи, пролетела мимо меня, обдав удушающим парфюмом.

– Иди умойся, выглядишь отвратно, – кинул мне Лёша, пока я пыталась собраться с мыслями и собрать по кусочкам своё разбитое сердце. Я даже не заметила, как потекли слёзы из глаз, размазывая идеальный макияж.

– Ты изменил мне… в нашей спальне… – прошептала я.

– Я сказал, иди умойся. Через час встреча в ресторане. Или забыла? – недовольно повторил он, подходя ко мне.

– Я не пойду… – прошептала я, всё ещё находясь в шоке. – Я подам на развод…

Тяжёлая ладонь в тот же миг ударила меня по лицу, заставив вскрикнуть и пошатнуться. Схватившись за щеку, я вскинула взгляд на озверевшего мужа, не узнавая его.

– Только попробуй, дрянь! Последний раз говорю: иди умойся! Чтоб через час была в машине!

Я стояла не в силах пошевелиться, в ужасе глядя на любимого мужчину. Схватив меня за запястье, он вывернул руку за спину и с силой толкнул меня к двери. Сделав пару шагов, я снова обернулась, не понимая, что происходит.

– Не выводи меня, – процедил муж, сжимая кулаки. – Ты даже не представляешь, насколько сильно я хочу тебя убить… Отвернись! И иди собираться, иначе я превращу твою жизнь в ад. Как можно быть такой никчёмной…

На негнущихся ногах, и всё ещё не веря в происходящее, я прошла в ванную. Щека горела. В голове не укладывалось то, что произошло. А сердце было разбито.

Как же так? Лёша никогда не поднимал на меня руку… Он даже голос не повышал на меня. Он… не изменял. Что происходит?

Замазывая синяк, я никак не могла понять, почему произошли такие перемены в поведении мужа.

– Выходи уже! Мы опаздываем! – прорычал муж из-за двери, ударив по преграде рукой. От неожиданности я вздрогнула и уронила тоналку. Но она мне больше была не особо нужна. Синяк уже лучше точно не замажешь.

Сморгнув непрошеные слёзы, я вышла в спальню, ненароком кидая свой взгляд на развороченную кровать.

– Ну вот и молодец! Можешь, когда хочешь, – усмехнулся муж, подходя по мне и, придерживая за подбородок, поворачивая щекой к нему.

Я промолчала, боясь очередной вспышки гнева от мужа. Да и слов в принципе не находила. Было больно. Хотелось плакать. Но я старательно удерживала себя от накатывающей истерики.

– Пошли, – скомандовал муж, впихивая мне в руки мою сумку. – И не бросай больше, – добавил он. – Ты должна ценить вещи, подаренные мною.

И больше не говоря ни слова, он направился на выход. А я на негнущихся ногах за ним.

Спустившись вниз, мы сели в машину, чтобы спустя десять минут прибыть в дорогой ресторан, где нас уже ждал выгодный для бизнеса Лёши партнёр с супругой. К этой встрече Лёша готовился долго, не раз напоминая и мне о своей роли. Быть любезной и приятной в общении с супругой бизнесмена.

Было трудно, но, выходя из машины, я смогла натянуть дежурную улыбку, делая вид, что всё в порядке и я счастливая жена того, кто предал меня меньше часа назад.

– Павел Николаевич, – протянул руку мой муж, стоило нам остановиться около одного из столиков. Немолодой мужчина поднялся, пожимая руку моему мужу.

– Алексей Петрович, а вы не торопились, – пожурил мужчина. А я почувствовала, что моя улыбка на мгновение дрогнула, ожидая от мужа недовольство в ответ на замечание. Но Лёша прекрасно знал здесь не место для подобного.

– Женщины, – пожал плечами мой супруг, перекидывая на меня всю вину. – Иногда они слишком увлечены. Вот и моя Катя, переживая из-за знакомства с вами, постаралась выглядеть идеальнее обычного. Уж простите нас, – извинился Лёша.

– О, понимаю. Но наши прекрасные супруги стараются для нас, поэтому ничего страшного, – отмахнулся мужчина. А Лёша любезно отодвинул предо мной стул, позволяя мне присесть. Игра на публику, не более. Вот только я поняла это лишь сейчас. Хотя во мне всё ещё ютился червячок сомнения, нашёптывающий: “У Лёши просто неудачный день. Он не такой”.

Представив нам свою супругу, Павел Николаевич с моим мужем погрузились в дела, обсуждая предстоящую крупную сделку. А я всё с той же дежурной улыбкой посмотрела на женщину напротив.

В голове было пусто, хотя и стоило начать разговор. Но недавний удар от Лёши, кажется, выбил из моей головы все мысли. Да и чувствовала я себя отвратно. Если даже не говорить о чувствах, то очередная волна дурноты снова накатила на меня.

Спас меня официант, немного давая время на раздумья. Правда, в меню я  ткнула не глядя, боясь, что от вида представленных блюд мне станет ещё хуже.

– Прекрасный выбор, Екатерина. Если вы ещё не пробовали, то это блюдо вам, несомненно, понравится, – неожиданно произнесла женщина, первой начиная разговор.

– Спасибо. Но честно говоря, я в растерянности, ведь здесь впервые, – нашлась я. Сказать бы по правде из-за чего я в растерянности. Точно не из-за выбора еды.

– Здесь чудесно. Для нас с Пашей это место значит многое. Ведь здесь он сделал мне предложение почти пятнадцать лет назад, – по-доброму ответила она. А я выдавила из себя очередную улыбку. Предложение… Лёша и не предлагал. Просто в один день забрал меня и отвёз в загс. Тогда я ещё подумала: как же он решительный.

Разговор с Софией смог немного отвлечь меня. Но не успокоить. Рассказывая о своём любимом супруге, женщина ненароком заставляла меня вспоминать все совместные моменты с Лёшей. Не хотелось верить, но в любом его поступке я неожиданно начала находить не очень хорошие вещи.

Лёша никогда не советовался со мной. Он лишь говорил, что я должна была делать. Тогда я думала, что это нормально. Он лучше знает, как я должна выглядеть, ведь он мой муж. Или чем я должна заниматься, ведь он поддержит меня… финансово. Сейчас же в голове билась настойчивая мысль: я для Лёши лишь кукла, с которой иногда можно поиграть.

Возвращаясь после ужина домой, я ощутила, что на меня вновь накатывает истерика. Перед глазами ещё стояла та сцена с незнакомой девушкой. И я не понимала, почему Лёша пошёл на измену…

Оказавшись дома, я всё же решилась на разговор, решив дать своему мужу шанс объясниться.

– Лёш, давай поговорим, – пробормотала я, чувствуя, что меня морозит от эмоций.

Муж нахмурился.

– Тут не о чем говорить. Что ты ожидала? Ты поправилась. А я тебе сразу говорил, что за собой надо следить, – пожал плечами муж, проходя в спальню и кидая пиджак на спинку стула.

– Лёш… Но при моём росте пятьдесят два килограмма норма, – растерянно произнесла я, замирая посередине комнаты.

– Опять своих психологов из интернета наслушалась? – хмыкнул он. – Ты ради меня должна следить за собой и делать всё, чтобы я был рад твоему виду. А ты, – смерил он меня недовольным взглядом. – Как колхозница выглядишь. Ходишь, опустив голову. Вся такая кроткая, что аж бесит. У тебя вообще есть эмоции?

Сглотнув вязкий ком обиды, я промолчала. В то время как мой супруг ослабил галстук, расстёгивая верхнюю пуговицу рубашки и тяжело вздыхая.

– Почему я должен был блюсти верность? Что ты мне дала? Однообразный секс, унылую рожу и вечное нытьё, – засунув руки в карманы брюк, прокомментировал он с гадкой ухмылкой, внимательно рассматривая моё лицо. – Купила бы чулки, что ли, какие-нибудь. Если это поможет. Ты меня не привлекаешь и даже не стараешься что-то изменить, – припечатал он. – Да и твои отговорки меня уже достали. Поэтому сама виновата, – хмыкнул он. – Считаю на этом разговор оконченным.

Лёша отвернулся, подходя к небольшому бару и наливая в стакан горячительного. Сделав глоток, он довольно выдохнул. И неожиданно хмыкнул.

– Раздевайся. Покажешь, что умеешь… – кинул он мне. – Дам тебе ещё один шанс. Вдруг, ты сможешь меня удивить…

Внутри всё рухнуло. Впервые я позволила себе сжать кулаки, пытаясь справиться с обидой. Но если бы это было так просто.

– Лёш, – прошептала я, очень сильно желая высказать всё, что думаю. Но муж даже не стал слушать.

– Что опять очередная отговорка? – хмыкнул он, оборачиваясь ко мне. – Я тебя обеспечиваю. Делай, что говорю, идиотка! Или вали на все четыре стороны. Только не забудь, что твоего тут ничего нет. Так что выйдешь отсюда только голой…

– Не надо.

– Что не надо? Думаешь, я буду тебя терпеть просто так? Или отрабатывай крышу над головой, или проваливай!

ГЛАВА 2

Где находится эта грань любви и привязанности? Сколько нужно простить, чтобы понять, что это конец? В тот вечер я не смогла найти её. Я всё ещё верила в то, что Лёша не такой. Что это просто неудачный день. Возможно, проблемы на работе. Ещё что-то. Я лишь попала под горячую руку.

Трудно поверить, что человек может измениться в одну секунду, когда раньше холил и лелеял.

И я подчинилась. Несмотря на непроходящую дурноту, я разделась и надела своё самое лучшее бельё, которого было в избытке. И я старалась… показывала, что ничем не хуже той девки, которую застала в нашей спальне. Вот только в ответ получала лишь колкие замечания.

– Смотри на меня! Неужели так трудно?.. Чего молчишь?.. Громче! – комментировал муж каждое моё движение.

А после я лежала рядом со спящим мужем и смотрела в потолок понимая, что ужаснее дня в моей жизни ещё не было. Обида не проходила. Чувствовала себя использованной и брошенной. Слёзы душили. А сердце было разорвано в клочья.

Но ещё большие неприятности преподнёс новый день.

Проснулась я одна. Лёши рядом не было. Хотя я и не особо желал с ним видеться. Боль никуда не уходила. Да и как? Разве смогу я простить ему вчерашнее? Сомневаюсь, что в ближайшее время произойдёт подобное чудо.

Но, кажется, моему мужу и не нужно было моё прощение.

Умывшись и приведя себя в порядок, особое внимание уделив сокрытию синяка, я вышла из комнаты. И тут же услышала голос мужа. Приглушённый, но явно доносившейся из-за приоткрытой двери кабинета.

Подойдя, я растерянно замерла, зацепившись за случайное слово:

– Компания… – произнёс муж. Решив послушать, о чём он говорит, я притихла. Может, хоть сейчас я выясню, что произошло. И в самом деле проблемы с бизнесом?

– Я же говорю. Вчера я вступил в полные права владения компанией…

– А Катька что? – услышала  голос Вани лучшего друга моего мужа.

– А что она? Наконец-то я больше могу не притворяться. Пипец, как устал охаживать её и её папашу. Почти десять лет потратил. Но теперь оторвусь! – довольно произнёс муж, а я у меня внутри всё оборвалось.

– Ну у тебя и терпение. Не понимаю, почему после смерти её папаши, сразу не поставил эту подстилку на место? – усмехнулся собеседник.

– Долбанное завещание. Если бы та дура хоть кому-то пожаловалась на совместную жизнь, компания отошла к ней без права передачи кому бы то ни было. К Катьке! К этой безмозглой курице. Представляешь? Ну не дурость ли? – засмеялся Лёша. А я в ступоре смотрела в косяк двери, пытаясь осознать и принять услышанное. Нет, это не может быть правдой. Не может.

– Её отец был с той ещё придурью, – поддержал мужа Ваня.

– Как и Катька, – гоготнул Лёша. А я ощутила, как по щекам скатилась пара слезинок. Так это всё было обманом?

– Что теперь-то делать будешь? – неожиданно серьёзным тоном поинтересовался мужчина на другом конце провода.

– Развлекаться, – хмыкнул муж.

– А Катька?

– А Катька пусть идёт лесом. Что не нравится, пусть валит на все четыре стороны. Я её уже предупредил, – хмыкнул Лёша. – Всё, для чего она нужна, лишь для статусности. Да походов на важные ужины. А так ни рыба, ни мясо, – припечатал муж, а я еле слышно всхлипнула от боли, пронзающей моё сердце.

Слушать и дальше оскорбления в свой адрес, я не стала. Мой привычный мир разрушился. Да и шаги со стороны лестницы, заставили торопливо удалиться.

Вернувшись в комнату, я прошла в ванную и закрыла за собой дверь на замок. Сорваться бы в истерику, но ком обиды, вставший в горле, не давал даже вдохнуть. Да и ощущения были какие-то странные. Отрешённость и пустота в груди. И беспомощность… Я совсем одна и не в силах что-либо изменить.

Вся моя семейная жизнь оказалась обманом. Добрый и любящий муж, подарки без причины, комплименты и внимательность. Всё это лишь ширма, чтобы получить наследство от моего почившего отца. Единственный, кто любил меня это он. Попытался уберечь, но не смог.

А ведь он не единожды говорил: “Подумай, Катя. Точно ли Лёша тот самый? Уверена ли ты в его чувствах?”

Он никогда не отговаривал, уважая мой выбор. Но такие разговоры периодически возникали. И не зря. Папа то ли видел мерзкую сущность Лёши, то ли чувствовал. Наверное, поэтому и оставил то странное условие в завещании. А я дура даже не заглянула в него, доверившись мужу. Идиотка. И как я могла быть такой слепой?

Лёша не любил меня никогда. И ему было плевать на мои чувства. Он подкупал лишь дорогими подарками и вниманием, которого тоже было не так и много. Окружил заботой, а я и повелась.

Неожиданно накатившая дурнота заставила меня отвлечься от горьких мыслей. Открыв кран с холодной водой, я быстро ополоснула лицо, пытаясь прийти в себя. Полегчало, но не до конца.

Что теперь делать ума не приложу. Голова кругом. Мыслей ноль. Но оставаться с Лёшей я не хочу. Терпеть его выходки я не согласна. Однозначно. Надо с кем-то поговорить. Обсудить, как развестись без ведома мужа и не остаться с голой задницей. И компания отца…

Схватившись за голову, я зашагала по комнате, понимая, что совершенно несведуща в таких делах. Я даже не знаю, что надо сделать, чтобы развестись, не то, чтобы компанию себе вернуть. Бред! Дурдом!

Раздавшийся стук в дверь застал меня врасплох.

– Дорогая, – послышался голос мужа. – Ты здесь?

Замешкавшись, я замерла, не зная, что ответить. Но прятаться было глупо.

– Да, – подошла я к двери, приоткрывая её и неожиданно натыкаясь на взволнованный взгляд Лёши и цветы в его руках. Это полностью выбило меня из колеи.

– Давай поговорим, – вдруг предложил он. А я растерянно кивнула. Что… что ещё он задумал?

Выйдя из ванной и получив букет роз, я медленно добрела до кресла и села. Подняв взгляд на мужа, я выжидающе уставилась на него, ожидая объяснений.

– Прости, – с места в карьер начал Лёша. – Не знаю, что на меня вчера нашло. Я был сам не свой. Не знаю вообще, как та девка оказалась здесь. А дальше и вообще всё как в тумане! – сделал то ли испуганный, то ли растерянный вид муж.

Мать твою, мне это совсем не нравится. Он что-то задумал или…

Надежда вновь подняла голову. И начала давать глупые объяснения всем его вчерашним поступкам и сегодняшнему разговору. Я всё не так поняла? Но как если я видела ту девку на нашей кровати. И разговор?..

– Катя, – позвал меня муж, пока я боролась сама с собой и с чувствами к мужу. – Давай позавтракаем не дома. Что скажешь? – предложил он.

А я только и смогла что кивнуть, получая от мужа нежный поцелуй в лоб. Даже про тошноту на время забыла, насколько была обескуражена.

Всю дорогу Лёша держал меня за руку, нежно поглаживая пальцем тыльную сторону ладони. Я же смотрела в окно, пытаясь понять, в чём подвох. Но не находила.

Только утром он говорил другу, что я ему теперь без надобности. Что изменилось? Есть ещё какое-то условие в завещании, о котором Лёша забыл? Что-то ещё, что он хочет отобрать, пока принадлежит мне? Что?

Впору было рвать на голове волосы от неведения. Но я лишь сжимала свободную руку в кулак, пытаясь унять дрожь, охватившее тело. Да и от езды в машине тошнота периодически подкатывала к горлу. Надо бы к врачу, но за последними событиями не до него.

Вот только словно нарочно стало ещё хуже. Да так, что я побледнела и ненароком сжала руку Лёши, привлекая его внимание к себе.

– Катя, что случилось? – нахмурившись спросил он, убирая волосы с моего лица. – Ты вся бледная… Тебе плохо?

– Да, – чуть помедлив ответила я. – Мне нехорошо.

– Саш, поворачивай. Едем в клинику, – тут же скомандовал муж, снова вводя меня в ступор. Я ожидала колкости в ответ, а тут вполне реальная помощь.

– Зачем? – тут же спросила я, имея в виду, конечно, не решение повезти меня в клинику, а неожиданное изменение в поведение мужа. Это выглядело странно после всего, что он наговорил мне вчера.

– Ты неважно выглядишь. Завтрак подождёт, – конечно, понял по-своему мой вопрос Лёша. А я не стала переспрашивать, пытаясь справиться со своим состоянием.

Это все нервы. Стресс. Перегрелась на солнце, а после ещё и эта измена… Сердце снова кольнуло. Предатель… как он мог?.. Но муж меня уже в край запутал своими выходками. И я уже не понимала где правда, а где ложь.

Клиника, где мы с Лёшей наблюдались, была частной. Марина Семёновна – лечащий врач, уже ждала нас. Оказывается, пока я размышляла о поступках мужа, он уже успел ей позвонить.

– Катенька, моя дорогая. Как ты? – подцепив меня под локоть, спросила женщина, уводя из-под опеки мужа в свой кабинет.

– Что-то неважно себя чувствую. Второй день непонятная тошнота… – пожаловалась я ей.

– Сейчас возьмём анализы, посмотрим что с тобой. Не переживай, – произнесла она, закрывая перед носом мужа дверь. Усадив меня на стул, она села напротив, неожиданно спрашивая. – А месячные давно были?

Замерев, я медленно подняла глаза на женщину, кажется, бледнея ещё больше. В голове было пусто. Я никак не могла вспомнить, а когда они собственно были?.. В этом месяце? Или в прошлом?

– Я… я не знаю… – прошептала я, судорожно пытаясь напрячь мозг. Но он упорно вспоминал всё что угодно, но не это. Казалось, что месячных не было уже очень давно. Но такого же не может быть. Не может… Паника накрыла с головой.

– Пойдём-ка, моя дорогая, – погладила меня по руке женщина, заставляя подняться и последовать за ней. Я даже оглянуться не успела, как мы оказались в кабинете УЗИ.

Уложив меня на кушетку, женщина ободряюще улыбнулась. Вот только я с ужасом ожидала вердикта, напряжённо смотря в её лицо. Пара томительных минут, за которые я боялась дышать, показались вечностью. А после приговор…

– Поздравляю, Катенька. Ты беременна, – произнесла она, а я почувствовала, что моё сознание уплывает.

ГЛАВА 3

Очнулась я всё там же в клинике. Рядом была обеспокоенная Марина Семёновна и Лёша со счастливым выражением лица.

Он знает… Вот же гадство. И надо было мне отключиться. Стоило сначала Марину Семёновну предупредить о том, чтобы молчала.

Но уже поздно. Теперь даже не знаю, что и будет. Лёша точно не отпустит меня. Он всегда грезил о ребёнке. Хотя, может, это тоже было ложью. Но не похоже, судя по отразившемуся счастью на его лице. А может игра? Что-то я совсем запуталась.

– Милая, как же я рад! – произнёс муж и, склонившись надо мной, чмокнул в губы.

– Это не может быть ошибкой? – промямлила я, переводя взгляд на врача.

– Нет, – покачала головой женщина. – Конечно, возьмём ещё анализ крови на ХГЧ, но плодное яйцо уже прикрепилось к стенке матки. Ошибка исключена.

– А срок? – поинтересовалась я.

– Не думаю, что большой, – улыбнулась женщина. – По ХГЧ и посмотрим.

– Хорошо, – кивнула я.

Клинику мы покинули только спустя час. Анализ крови и в самом деле подтвердил беременность. Пять недель.

В машину я садилась в шоковом состоянии, в то время как Лёша аж светился от счастья.

– Саш, в лучший ресторан. Будем праздновать! – скомандовал он водителю. И я даже не знала, что возразить. Есть не хотелось вовсе, но Марина Семёновна настоятельно рекомендовала хорошо питаться. Хоть по чуть-чуть учитывая, что период токсикоза не даст разгуляться вдоволь.

Список с витаминами был отдан Лёши, который, к слову, самостоятельно сбегал в аптеку по дороге в ресторан и всё купил. И я не понимала его. Мужчина, который вчера изменил и поднял на меня руку, сейчас выглядел любящим мужем и счастливым будущим отцом.

– Лёш… что происходит? – спросила я, стоило нам оказаться в ресторане и сделать заказ.

– О чём ты? – невозмутимо поинтересовался мужчина.

– Ты ведёшь себя странно. Сегодня… я слышала твой разговор с Ваней, – дрожащим голосом произнесла я. На что муж прищурился и недовольно откинулся на спинку стула, прицыкнув.

– Я думал, мы оставили этот этап в прошлом. Ты вроде не собираешься уходить в чём мать родила, я извинился. Что ещё тебе надо? – спросил он. А я аж задохнулась от возмущения. То есть этого, по его мнению, достаточно?

– Ты обманул меня. И моего отца. Твоей целью всегда была компания! – возразила я.

– Глупости не говори! Стал бы я терпеть твои претензии только из-за денег. Я занимаюсь ей лишь ради тебя. Ты бы сама не смогла управлять Компанией, – хмыкнул муж. – Так что забудь о ней. Думай лучше о нашем ребёнке. В ближайшие девять месяцев ты обязана заботиться о нём.

– А потом? – подавив горький ком обиды, поинтересовалась я.

– А что потом? Наслаждайся своей беспечной жизнью, Катя. Не понимаю твоих проблем. Я тебя обеспечиваю, покупаю всё, что необходимо. Что тебя не устраивает? – окинул меня недовольным взглядом муж.

– Твоё отношение ко мне, – пояснила я, сжимая кулаки под столом.

– А что с ним? – пожал он плечами.

– Ты изменил мне и поднял руку, – напомнила я ему.

– Я уже извинился. А вот что насчёт тебя? Это ты заикнулась про развод. Да, прости, я не сдержался. Но по сути, ты получила лишь одну пощёчину. А делаешь из этого целую трагедию, – переложил вину на меня Лёша. – Забудем про обиды, давай жить будущим. Я оступился, признаю. Да и тот разговор. Что ты Ваню не знаешь? Он всегда завидовал мне. Вот и пришлось наврать ему в три короба.

Оправдания Лёши были вроде правдоподобны, но… Что-то смутно верится. Или это я уже ищу везде подвох? Но как же!

А то, что он мне в лицо говорил, этому есть оправдания? Но разговаривать с мужем было бессмысленно. Я всё равно останусь крайней.

Повернув голову, я замерла в ожидании официанта. Лёша же молча разглядывал меня. Похоже, ему тоже нечего было сказать мне. Хотя он и так уже много чего сказал.

Смотря в окно, я наблюдала за спешащими людьми. Пока неожиданно взгляд не зацепился за знакомую блондинку. Девушка шла в сопровождении мужчины, сцепив его под локоть, и, кажется, в направление заведения, в котором мы находились.

Я стиснула зубы, понимая, что передо мной вчерашняя дрянь, с которой мне изменил муж. Отлично! Лучше не придумаешь. День и так начался хуже некуда. Теперь ещё это.

Откинувшись на спинку стула, я устремила свой взгляд в сторону входа в ресторан. Но словно нарочно к нам подошёл официант, расставляя перед нами наш заказ. Отвлёкшись, я пропустила появление парочки, а когда официант ушёл, обнаружила их в паре столиков от нас.

Кинув недовольный взгляд на мужа, который тоже уже заметил “сюрприз”, я уткнулась взглядом в тарелку.

– Ешь, – хмыкнул он, никак не собираясь комментировать наших соседей. – Зря, что ли, мы пришли сюда.

Повернув голову в сторону окна, я медленно ковырялась в тарелке, понимая, что моя счастливая жизнь разрушена. Теперь ничего не будет, как прежде. Лёше плевать на меня и мои чувства.

Хотелось плакать. Я верила мужу всегда, я любила его и думала, что это взаимно. И сейчас было трудно принять тот факт, что всё это было обманом. Я всё ещё надеялась, что всё наладится. Но как?

И этот ребёнок? Что мне теперь делать? Навряд ли я смогу простить Лёшу. Это он просто закрыл на вчерашнюю ситуацию глаза. А я… а у меня сердце разбито.

Спустя полчаса мы покинули ресторан. Но этот завтрак с примесью горечи я не забуду никогда.

Вернувшись домой, я сразу же поднялась в спальню. Но только для того, чтобы переодеться. Находиться в этой комнате не было никакого желания. Особенно после того, что здесь было вчера.

Будет лучше, пока переехать в гостевую, пока не решу, что делать дальше. Да, это отличная идея.

Подхватив свои вещи, я перенесла их в соседнюю комнату. Вернувшись назад за косметикой, я столкнулась в дверях с Лёшей.

– Что ты делаешь? – нахмурился он.

– Переезжаю в гостевую, – ответила я.

– Зачем?

– Не хочу… не хочу ночевать в этой комнате, – произнесла я, внимательно наблюдая за реакцией мужа.

– Нет. Я тебе не разрешаю, – неожиданно произнёс Лёша, а я опешила.

– В смысле?

– В прямом. Ты будешь спать здесь. Хватит строить из себя жертву, Катя. Чего ты добиваешься, я не пойму? – скрестил руки на груди муж, недовольно смотря на меня.

– Я ничего не добиваюсь. Я просто не хочу находиться в комнате, где ты мне изменил с той дрянью, – возразила я.

– Хватит! Мне надоело это слушать! Я сказал, ты будешь ночевать здесь и точка! – рявкнул Лёша, делая ко мне шаг. Я тут же отступила, прижимая к себе косметичку и боясь, что он снова поднимет на меня руку. Но Лёша сдержался, окидывая меня презрительным взглядом. – Только попробуй ещё раз вспомнить об этом! Я и так слишком долго терпел твои закидоны. Научись быть благодарной и запомни: ещё слово про вчерашнее и ты пожалеешь, что у тебя есть язык, – угрожающе добавил он, а я испуганно сглотнула, боясь и слово сказать против.

Лёша ушёл, оставив меня одну. А я медленно добрела до кресла, присаживаясь на край и смотря в приоткрытое окно.

И как жить-то теперь? Если уходить, то куда? Позвонить кому-нибудь? Лариске? Да она мне и не подруга. Общаемся из-за статусности. А с друзьями из прошлого я уже давно порвала все связи. Лёше не нравилось, что я общаюсь со “всяким отребьем”.

Да и денег нет. Все счета на Лёшу. А наличкой мы не пользуемся. По крайней мере, я. Да и ребёнок…

Может, я и в самом деле слишком зациклена на ситуации, что произошла? Но как не зацикливаться, если муж изменил? И делает вид, что всё нормально. Бред какой-то.

Я провела ладонями по лицу, понимая, что надо выбирать. Либо забыть эту историю и жить дальше, либо уходить. Как бы ни было тяжело. Вот только между собой боролись “любовь к мужу и вера, что всё не так, как кажется и можно всё исправить” и “воспоминания о том разговоре с другом”. Правда ли это было ложью?

Почти десять лет вместе, множество счастливых моментов, воспоминаний. Было трудно всё это перечеркнуть. Но на другой чаше весов была измена, предательство и обман.

Надо разобраться. Найти завещание. Убедиться, что там и в самом деле было такое условие и Лёша не соврал другу. И понять, почему он резко поменял своё решение насчёт меня? Что ещё ему надо? О ребёнке на тот момент он ещё не знал. Или знал?..

Нахмурившись, я пыталась понять, как он мог узнать раньше меня. О состоянии своём я ему не говорила. Мой цикл он знает постольку-поскольку. Или…

Встав, я подошла к двери и выглянула в коридор. Лёши нигде не было, поэтому я пошла к его кабинету. Опасно заходить туда, но я могла бы что-то разузнать. Муж любит делать пометки в ежедневнике, особенно во время телефонных разговоров.

Проскользнув внутрь комнаты, я тихонечко прикрыла за собой дверь и быстро подбежала к столу, открывая записную книжку мужа.

“Тошнота. Беременна?” значилось на полях. А чуть ниже “В десять утра к Марине Семёновне”.

Вот чёрт, и как он мог догадаться? Кто знал о том, что меня мутило?

Замерев от неожиданно пришедшей в голову мысли, я мысленно матюкнулась. Саша. Мой шофер! Я ж ему вчера сказала, что я плохо себя чувствую, и попросила отвезти домой. Идиотка! Но откуда бы я знала, что это не временное состояние.

Значит, это его шаги меня вчера спугнули, заставив уйти от кабинета. А я сдуру подумала, что это прислуга. Вот же дура. Хотя чему я удивляюсь. Саша точно будет докладывать обо всём Лёше. Он его человек. И наверняка мой супруг знает о моём маршруте всё, а значит, Саше я доверять не могу.

Ладно, сейчас не это главное. Где найти копию завещания? Неужели придётся ехать к нотариусу? Хотя, если меня не было на оглашении, значит, он тоже куплен. Да чтоб вас всех.

Открыв пару ящиков стола и не найдя ничего важного, я уже собиралась уходить, боясь, что Лёша вернётся. Но неожиданно вспомнила про сейф. Точно. Где ж оно ещё может быть. Но код…

Раздавшийся голос Лёши заставил меня запаниковать и ринуться к двери. И я успела выскочить в коридор, но вот вернуться в комнату нет. Поэтому пришлось принимать как можно более непринуждённый вид.

– Катя? – прищурившись позвал меня муж, кидая быстрый взгляд в сторону кабинета.

– Я в гостевую… – пробормотала я, указав на соседнюю дверь. – Заберу вещи, которые успела перенести, – пояснила я, медленно подходя к двери и открывая её.

– Надень сегодня то красное платье. Вечером идём к маме, – приказал муж, а я стиснула зубы понимая, что вечер будет не из простых.

ГЛАВА 4

Вещи я и в самом деле вернула в спальню. А после завалилась спать, решив, что вечером найду то красное платье.

Вот только проснувшись и приведя себя в надлежащий вид, я обнаружила, что выбранный наряд слишком сильно облепил мою фигуру. И не потому, что я потолстела, а, похоже, платье село после стирки.

Что ж, придётся выбрать другое.

Найдя в гардеробной почти того же фасона чёрное, я облачилась в него, довольно рассматривая себя в зеркале. Если бы ещё не синяк на щеке, было бы вообще всё прекрасно.

Вздохнув, я потопала в ванную, чтобы нанести косметику. И спустя минут сорок была полностью готова к посещению дорогой свекрови. Хотя к встрече с ней никогда нельзя быть готовой. Стерва, каких свет не видывал, а ещё обожающую учить меня уму-разуму. Лёша успешно вырвался из-под её опеки, покинув родительский дом. Но познакомив маму со мной ненароком, нашёл для неё новую жертву. Меня.

Тамара Степановна могла даже позвонить или внезапно нагрянуть в гости. Всегда я старалась быть учтивой, но терпения с каждым разом становилось всё меньше. Раньше меня поддерживал Лёша, и я более-менее спокойно переживала встречи и разговоры с ней. Как будет сейчас – трудно сказать. Но надеюсь, я не сорвусь. Представляю тогда, какой скандал разгорится.

Взяв чёрную сумочку, я вышла в коридор, после спускаясь на первый этаж и встречая там Лёшу.

Муж обернулся, окидывая меня быстрым взглядом и нахмурившись.

– Я же сказал, надеть красное платье, – произнёс он, одной лишь фразой стирая с моего лица улыбку.

– Я думаю, это смотрится на мне лучше, – ответила я.

– Нет. Иди переоденься. И быстро, – скомандовал муж.

– Красное платье село. Я еле влезла в него, – попыталась я объяснить Лёше, что просто не смогу пойти в нём. – Оно мне мало.

– Я сказал, иди переоденься, – с угрожающими нотками в голосе приказал муж, даже не став слушать объяснений.

Подавив в себе желание сказать что-то лишнее, я направилась обратно в спальню, где кое-как натянула на себя неудобный наряд. А после вернулась к мужу.

Пару мгновений он разглядывал меня оценивающим взглядом, а после произнёс:

– Говорил же тебе, худеть надо. Ты поправилась и вот результат. Это платье, между прочим, стоит немалых денег, – нравоучительным тоном вещал мужчина.

– Лёша, оно просто село. Я в этом не виновата, – опустив взгляд, процедила я.

– Ну конечно. Всё, пошли. И так опаздываем! – скомандовал он.

– В смысле? Мне что идти так? – возмутилась я, останавливая мужа и заставляя его резко обернуться и вперить в меня недовольный взгляд.

– А что не так? – прищурив взгляд поинтересовался он.

– Оно мне жмёт, – опешила я.

– Твои проблемы, Катя. Надо было раньше думать. Пошли! – схватив меня под локоть, муж выволок меня из дома. Сопротивляться было попросту бессмысленно. К тому же было видно муж сильно недоволен. Я рискую нарваться на скандал и неизвестно, во что он может вылиться. Придётся терпеть неудобства и постоянно поправлять платье, чтобы оно не задиралось слишком высоко. Хотя основная проблема была в районе груди. Ткань слишком сжимала её.

Дождавшись, когда мы сядем в машину, Саша тронулся. Я сразу же отвернулась к окну, стараясь в очередной раз подавить обиду на действия мужа. Но ничего. Я сильная. Я справлюсь.

– У тебя всё нормально? – собравшись с духом, поинтересовалась я у мужа. В голове никак не укладывалось, с чего такие перемены. Хотелось верить его словам и что тот разговор был лишь для Вани, но… Я не хотела всё рушить. Да, пока не смогу убедиться в том, что все эти десять лет Лёша мне врал. Десять долгих лет. Это большой срок, чтобы взять и просто уйти, не попытавшись всё исправить. Да и ребёнок… Он всё усложнял.

– Конечно, нормально. Просто расстроился, что ты не послушалась меня. Не понимаю, почему так сложно сделать то, что я прошу. В красном ты выглядишь более презентабельно, – ответил муж. А я промолчала.

“Презентабельно”. Как фантик от конфетки. Конечно, красота требует жертв, но это не выход в люди, а просто поездка к его маме. Зачем такие сложности? Впрочем, Лёше не докажешь. Ему нужно, чтобы я всегда выглядела идеально. Да я и не против. Всегда старалась следить за собой и одеваться с иголочки. С этим проблем не было. Это всё севшее платье испортило. Да и следила я за своим гардеробом. Просто последние события выбили меня из колеи.

Машина вскоре остановилась около высотного дома в центре города. Тамара Степановна жила в четырёхкомнатной квартире, оборудованной всем необходимым. Лёша постарался. И я в принципе не была против. Всё же мама. Но свекровь любила повторять, что Лёша – молодец и мне бы тоже следовало устроить на работу. Хотя бы для души. А то бездельничаю целыми днями.

Я обычно молчала в такие моменты, а Лёша возражал, говоря, что не позволит мне работать. И я всегда считала, что он защищает меня. Но сейчас… были сомнения.

Поднявшись на двадцать девятый этаж, мы остановились около квартиры Тамары Степановны. Стоило позвонить, как женщина тут же открыла дверь, встречая нас стандартной улыбкой. От неё мне всегда хотелось поёжиться. Так смотрят хищники на добычу прежде, чем перекусить ею. Пропустив нас в просторную прихожую, она растянула губы в улыбке ещё больше, а я всё же еле заметно повела плечами.

– Сынок, – пропела она, приобнимая его. А после поворачиваясь ко мне.  – Катенька, – чмокнула она воздух рядом с моей щекой. – Как я рада вас видеть!

– Привет, мам, – ответил Лёша, отдавая маме торт и проходя сразу в гостиную. А я наклонилась, чтобы снять туфли.

– Ты подстриглась? – поинтересовалась свекровь, стоило мне разуться.

– Да вроде нет, – растерялась я.

– А надо бы. Уже и корни видны. Покрасься. И каре сделай, – посоветовала она, а я промолчала, кивнув. Лучше не влезать в этот спор. Останусь крайней как и всегда. Но, к слову, какие могли отрасти корни, если это мой натуральный цвет. Вот только Тамаре Степановне не докажешь.

Пройдя в гостиную, я присела на диван рядом с Лёшей. Его мама расстаралась на славу. Накрыла целый стол. Пара салатов, закуски и алкоголь. Конечно, всё на заказ. Но на это же надо было потратить время.

– Вот, ждала вас. Вся избегалась, – произнесла она в подтверждение моих мыслей. – Устала. Как у вас дела? Смотрю, Катя, ты поправилась. Наверное ,опять бросила ходить в фитнес. А зря, надо за собой следить. Лёша не должен краснеть за вид своей супруги, ты же должна понимать, – с улыбкой анаконды выдала свекровь.

– У нас прекрасные новости, мама, – перебил её Лёша.

– Катя устроилась на работу? Ты, надеюсь, больше не занимаешься своими “хобби”. Только время тратить. Наверняка можно же устроиться в компанию Лёши хотя бы секретарём, раз образование не позволяет большего, – проворковала женщина.

– У меня два высших, Тамара Степановна, – не сдержалась я.

– Да что там. Кому нужны дизайнеры и что там у тебя второе? – отмахнулась женщина.

– Переводчик, – ответила я, еле слышно втягивая воздух и пытаясь успокоиться.

– Ну вот! Бесполезная… – продолжила она.

– Мама, – не дал продолжить свекрови Лёша. – Катя беременна!

Надо было видеть Тамару Степановну. Она сначала побледнела, потом покраснела, окинула меня придирчивым взглядом и снова посмотрела на Лёшу. Было непонятно, рада она или нет.

– Неожиданно, – сдержанным тоном произнесла она, прикладывая ладонь к груди. – И какой срок?

– Пять недель, – вместо меня ответил Лёша.

– Странно, – пробормотала она. – Рано ещё поправляться, – снова начала она про своё. А я стиснула зубы, с трудом сдержав порыв просто встать и убежать из этого дома.

– Вот решили порадовать тебя новостью, что ты скоро станешь бабушкой, – добавил муж.

– Ну какая я бабушка, милый? – отмахнулась свекровь. – Я слишком молода для этого статуса. Но очень рада, что у вас наконец-то будет ребёнок. А то всё никак и никак. Вроде и у врача хорошего наблюдается Катя, а какие-то проблемы были. Вы, кстати, выяснили, что? – полюбопытствовала она.

– Никаких проблем не было. Мы просто не ставили цели заводить детей, – всё же ответила я. И благо Лёша не стал лезть, кажется, понимая, что сейчас его мать переходит все границы.

– Ну как же, милочка. За десять лет можно было и случайно залететь. Вы же не живете как соседи, – отмахнулась она. – Но если не хотите говорить, не надо. Главное – результат.

Я уже пожалела, что в принципе согласилась сюда пойти. И даже несмотря на то, что у меня не было выхода, я бы точно осталась дома, если бы знала, что будет такое. Эта женщина не знала такта от слов совсем. И сегодня переходила все границы. Словно расправила крылья, почувствовав себя главной.

Ужинали мы молча. По крайней мере, я пыталась отмолчаться, пока Тамара Степановна не произнесла:

– Катенька, наверняка тебе скоро будет трудно и будет необходима помощь. Понятное дело, что у Лёши очень много дел и не до тебя. Но я с радостью перееду, если будет нужно, – вдруг предложила она.

– Не стоит, – чуть не поперхнулась я от такого щедрого предложения. – Я уверена, всё будет хорошо. Незачем вас беспокоить, – попыталась я откреститься от такой заботы. Знаю я, что меня в данном случае ждёт. Постоянные нравоучения и придирки.

– В самом деле, мама. Не стоит. В гости, пожалуйста, переезжать – не надо, – поддержал меня муж.

– Ну раз ты так считаешь, – задумчиво произнесла она. – То хорошо.

А я ощутимо расслабилась после её слов. Ладно хоть Лёша не согласился на эту абсурдную идею. Меня бы она точно не послушала. Хоть какой-то авторитет для неё имел лишь мой супруг.

– Мариночка звонила, – как бы невзначай произнесла женщина, а я медленно прикрыла глаза, пальцами сжимая вилку.

Мариночка… бывшая моего мужа. Все десять лет Тамара Степановна припоминает её при каждой нашей встрече. Поначалу я особо не реагировала, списав на то, что она к ней привязалась. Ведь они были вместе со школы. Но со временем я поняла, что свекровь не оставит эту тему и будет при каждом случае напоминать про идеальную Мариночку.

– Мама, – остановил её Лёша. – Давай не будем.

А я кинула удивлённый взгляд на мужа. Странно. Раньше он позволял свекрови спокойно вспоминать свою бывшую. Что же сейчас.

– Да я просто хотела сказать, что Катеньке бы подошёл светлый цвет волос, вместо этого ржавого. Как у Мариночки. Она недавно покрасилась. Похорошела. Фотку мне присылала, – с некой гордостью произнесла она.

А я медленно подняла глаза на Тамару Степановну.

– А можно посмотреть, – растянула я губы в улыбке. – Может, и в самом деле мне пойдёт быть блондинкой, – попросила я. Кажется, этого свекровь не ожидала, но покорно полезла за телефоном.

– Мы уходим! – неожиданно резко вскочил муж со своего места. Тамара Степановна аж дёрнулась, схватившись за сердце и роняя телефон. – Пошли, – скомандовал он мне.

– А чай? – пискнула свекровь.

– Обойдёмся, – буркнул муж и выжидающе уставился на меня. – Ну!

А я в этот момент всё поняла. Мариночка, значит!

ГЛАВА 5

Домой мы возвращались в молчании. Я думала о том, что муж изменил мне со своей бывшей. А он… а он, не знаю, о чём думал. Но навряд ли его грызла совесть.

Мариночка… узнать о ней ещё хуже, чем о какой-то левой любовнице. Значит, это она была в ресторане. Замечательно. Спустя десять лет она всё ещё есть в нашей жизни.

Оказавшись дома, я сразу же прошла в спальню, наконец освобождаясь от тесного платья и свободно выдыхая. Приняв душ, я тут же завалилась в кровать, беря в руки телефон. Пытаясь отвлечься за просмотром смешных роликов, я не заметила, как заснула. А проснулась оттого, что кто-то меня целует в плечо.

Лёша. От него несло алкоголем. Руками он шарил по моему телу. Но мне было до того противно, что я слетела с кровати, смотря на мужа с негодованием.

– Ты чего? – опешил он.

– Иди к своей Мариночке! Она тебе не откажет! – не выдержала я. – А меня не трогай!

Эмоции дали выход. И так я слишком много терпела.

– Совсем спятила? – рявкнул он, поднимаясь с кровати. – Я тебя предупреждал уже! Ещё раз заикнёшься об этом и я…

– Что? Снова ударишь? – дрожа, как осиновый лист спросила я, усилием воли оставаясь на месте.

– Если продолжишь! – угрожающе произнёс он. – Ложись в кровать! – отдал он приказ следом. – И будь покорной! Хватит выносить мне мозг!

– Я устала! Я… – решив не провоцировать мужа разговорами об измене, произнесла я.

– Хватит придумывать. От чего ты устала? Сидишь дома на моей шее. Тратишь мои деньги. Ничем не занимаешься, кроме своих дурацких рисунков, – хмыкнул муж.

– Это не рисунки. Я дизайнер одежды, – попыталась возразить я.

– Да кто тебя знает? Убыточная точка, которую я держу на плаву. Права мама, ты бесполезная! – припечатал он, подходя ко мне. – У тебя и вкуса-то нет. Всё время приходится говорить, что тебе к лицу.

– Как вчерашнее красное платье? – не сдержалась я.

– Именно! Ты же глупая, Катька, – ткнул меня пальцем в лоб Лёша. – Своими куриными мозгами не можешь ни до чего допетрить.

– Твоя Мариночка больно умная! – фыркнула я. А муж тут же толкнул меня к стене и схватил за шею, чуть сжимая пальцы. Я испуганно притихла, смотря на Лёшу, у которого только что из ушей пар не шёл от злости.

– Ещё раз, Катя. Только посмей! Чтобы я больше от тебя этого не слышал. Иначе ты пожалеешь! – пригрозил он, но не отпустил. Его свободная рука скользнула по моему телу, забираясь под сорочку. – Ты меня поняла? – рыкнул муж, вперив в меня свой злой взгляд.

– Да, – прошептала я.

– Тогда извиняйся! – приказал он, а после поставил меня на колени.

Большего унижения я в жизни не испытывала. И не от действия, к которому меня принуждал муж, а от ситуации. И момента, за которой следовало извиниться. Это был край. Горечь и обида мгновенно подняли голову. Я возненавидела эту ночь всей своей душой. Но также уяснила для себя, что больше лучше не припоминать про измену при муже. Если не хочу обзавестись ещё большими проблемами.

Утром я чувствовала себя разбитой. Хорошо, что сегодня понедельник и Лёша ушёл на работу. Вот только надолго ли, без понятия. Муж редко отчитывался о своих планах. Лишь если это было что-то важное, как недавний ужин с его деловым партнёром.

Всё ещё лёжа в кровати, я смотрела в потолок, размышляя о том, что делать и как быть. Но в голове была пустота, а в груди дыра. Я и в самом деле не знала, как теперь жить.

Всё же встав с кровати, я поплелась в ванную, а после спустилась вниз, открывая холодильник. Еда была на ежедневной доставке, но иногда я сама готовила. Сейчас же не было никакого желания.

Поэтому достав завтрак, который, видимо, привезли утром, я разогрела его и уселась за барную стойку. Вяло ковыряясь в еде, я задумчиво смотрела в окно напротив. Пока голову не прострелила внезапная мысль. Завещание.

Бросив так и недоеденный завтрак, я кинулась на второй этаж к кабинету мужа. Но словно что-то предчувствуя, Лёша закрыл дверь на ключ. Чёрт!

Прикусив губу, я недовольно смотрела на преграду, решая, как поступить. Лезть через окно? Опасно. И глупо. А что тогда?

Что-то придумать я не успела. Из спальни донеслась трель. Телефон. Лёша? Торопливо вернувшись в комнату, я схватила телефон с тумбочки и уставилась на незнакомый номер.

Я не любительница отвечать на такие звонки, но тут палец сам принял звонок.

– Да? – произнесла я.

– И долго ты ещё будешь мне мешать? – раздался возмущённый голос в трубке.

– Что? – нахмурилась я. – Вы, кажется, ошиблись номером…

– Ничего я не ошиблась, дрянь! Ты уже задолбала! Лёша мой! – истеричным голосом проговорила незнакомка.

А у меня внутри всё опустилось.

– Марина? – уточнила я, сжимая пальцами телефон.

Девушка усмехнулась.

– А кто же ещё! – фыркнула она. – Насколько же ты тупая! Никак не поймёшь, что Лёша тебя никогда не любил! А ты дура и поверила внеземные чувства. Да у кого на такую мышь вообще встанет?

– Зачем ты мне звонишь? Сказать о том, что я тупая? – процедила я, впрочем, чувствуя, как в горле снова образуется вязкий ком, готовый вылиться в истерику. – Сама что-то никак не можешь смириться с вашим расставанием и оставить нас в покое. А ведь уже десять лет прошло, – добавила я.

Но в ответ услышала лишь громкий смех.

– Боже, какая ты тупая! Я все десять лет грела ему постель, так как ты его вообще не возбуждала, – припечатала она. – Просто свали, а! Найди уже гордость в себе, чтобы развестись. Лёша тебя всё равно не любит. Он любит меня! – чуть ли не срываясь на крик, вещала девушка.

А я же стиснула зубы, пытаясь сдержать себя в руках. Кажется, это был край. Случайная измена переросла в десятилетний обман. Внутри разлетелась на осколки последняя зыбкая надежда, что всё можно исправить. Ничего не исправить… ничего…

– Хочешь узнать, в какие именно командировки он ездил всё это время? – с издёвкой в голосе продолжила Марина. – Те, двухнедельные… когда он якобы уезжал по делам в другие города?.. На самом деле отдыхали заграницей вдвоём, отлично проводя время. Обсуждали наше совместное будущее и занимались сексом днями напролёт, – с приторно-сладкой интонацией добавила она, не став дожидаться от меня вопроса.

Да я бы и не задала. У меня не было слов, а горло сдавило спазмом. Очередная порция боли. Растоптанное сердце и разрушенные мечты. И я ничего не смогу с этим поделать.

Я ничего не ответила Марине. Тратить на неё ещё больше времени не было никакого желания. Поэтому я молча нажала на отбой и на всякий случай заблокировала её номер.

Пройдя в ванную, я умылась прохладной водой, приводя себя в чувство и возвращаясь к решению насущной проблемы. Завещание.

Нужно как-то пробраться в кабинет и открыть сейф. И если насчёт последнего у меня были хорошие прогнозы, зная, что Лёша никогда не заморачивался с придумыванием кодов, то насчёт двери я сомневалась. Я никак не домушник, поэтому вскрыть замок шпилькой не смогу. Остаётся лезть через окно. Безумие, но…

Был, конечно, ещё вариант дождаться, когда Лёша вернётся домой и откроет сам свой кабинет, а я ночью проберусь туда. Но было банально страшно. Не могу представить, как он отреагирует, если застукает меня там.

Но обстоятельства всё же вынудили меня повременить. Стоило мне выглянуть на улице через окно спальни, как я увидела, что под ним расположился наш шофер Саша, развалившись на лавочке в мини-саду. Отлично. Везёт как утопленнику.

– Была не была, – пробормотала я себе под нос, закрывая окно и подходя к туалетному столику. Найдя там тонкую шпильку с безвкусной полуоблезшей бусиной (подарок свекрови), я вышла в коридор, вскоре останавливаясь около двери.

Почти час, напряжённо прислушиваясь к любому шуму, я ковырялась в замке, честно почти отчаявшись. Но когда уже хотела плюнуть на попытки, раздался сухой щелчок. Дверь медленно приоткрылась, заставляя меня удивлённо округлить глаза.

Поднявшись на затёкших ногах, я еле слышно застонала, руками разминая свои конечности, а после решительно зашла в кабинет. С прошлого раза тут ничего не изменилось. Даже ежедневник мужа всё ещё был на столе, распахнутый на определённой странице.

Задумчивым взглядом обведя комнату, я сначала проверила стеллажи с книгами. А после и картины на стенах, под одной из их и обнаружив сейф.

– Код… – пробормотала я.

Было несколько вариантов, но ни один из них я попробовать не успела.

– Екатерина Владимировна, я могу здесь убраться? – раздался голос сзади, заставивший меня в испуге подпрыгнуть на месте и резко обернуться. Наша прислуга стояла в дверях, ожидая ответа. А я пыталась остановить рвущееся наружу сердце, которое в испуге готово было выпрыгнуть унестись в далёкие дали.

– Нет, – возможно, слишком резко ответила я. – Приберитесь пока в других комнатах.

Девушка ушла, а я в ужасе замерла, не зная, что теперь делать. Если она скажет мужу, мне кранты. Подкупить её? А я уверена, что это поможет? Вдруг она такая же, как Саша и обо всём докладывает Лёше? Чёрт! И что теперь делать?

Резко развернувшись обратно к сейфу, я ввела первый предполагаемый код. Загоревшаяся красным лампочка дала понять, что он неверный. Недолго думая, я ввела второй и, на моё счастье, он сработал. Банально до одури. А ещё я глупая… Глупо использовать год своего рождения в верном порядке или наоборот.

Вытащив стопку бумаг наружу, я дрожащими пальцами пыталась найти искомое, но попадалось всё что угодно, кроме того, что нужно. Пока взгляд не зацепился за необходимое мне слово. “Завещание”.

Уткнувшись в бумажку, я торопливо бежала взглядом по строчкам, почти сразу же натыкаясь на то самое условие получения компании моим мужем. Малейшая жалоба с моей стороны и ему бы не видать ничего. Но… не это оказалось самым страшным. Значился ещё один пункт. Наследники…

ГЛАВА 6

Наверное, в этот момент у меня и открылись глаза на Лёшу и его поступки. А я ведь до последнего надеялась, что всё не так. Что Лёша не такой. Что просто что-то произошло, что он стал так себя вести. Произошло…

Он добился того, к чему шёл так много времени. Обвёл моего отца вокруг пальца, одурманил меня своей любовью и заботой и заполучил компанию. А если ребёнок родится, то получит ещё и доступ к многомиллионным счетам моего отца.

Дура! Какая я дура! Идиотка!

Слёзы рвались наружу, и я не в силах сдержать их, торопливо убирала, боясь, что они могут упасть на важные бумаги.

Положив обратно копию завещания, я дрожащими руками убрала документы обратно в сейф, попытавшись сложить всё так же, как и было. Единственное, уже почти закрыв хранилище, я остановилась, снова открывая дверцу и выуживая деньги из толстой заначки Лёши. Надеюсь, сразу не заметит. А я… а мне надо бежать. Здесь я больше оставаться не могу. Не хочу! Предатель! Мерзавец!

Всхлипывая от нахлынувших эмоций, я торопливо покинула кабинет мужа, закрывая за собой дверь и вскоре запираясь в спальне.

Надо собрать вещи. Хоть что-то… одну сумку. И бежать. Хоть куда-то. Потом уже что-нибудь придумаю.

Быстро запихивая первые попавшиеся вещи в сумку, я пыталась на ходу решить, как буду пробираться к выходу с территории особняка. Может попросить Сашу отвезти меня за покупками в центр, а там сбежать? А сумку я, как объясню? Нет, нельзя. Но и без вещей уходить безумие.

В голове всё никак не укладывалось, как я позволила обманывать себя столько лет? Почему не видела очевидного? Но Лёша всегда вёл себя со мной корректно. Настоящий актёр. Ему даже удалось втереться в доверие моему отцу. Если бы не завещание, которое, как оказалось, было написано ещё до нашей свадьбы, возможно, он и вёл бы себя по-другому. Но тут исправно играл роль белой овечки, лишь бы я даже не заикнулась отцу о проблемах в семье. По нему Оскар плачет и от этого чертовски больно.

А ребёнок… только сейчас меня пронзила мысль о том, что он неслучаен. Полгода назад Лёша вдруг заговорил о детях. Аккуратно, ненавязчиво. Но с каждым разом всё более был требователен. Даже заставил меня у Марины Семёновны обследоваться пару раз. И сам прошёл необходимые процедуры, что было вообще не в его характере. Теперь понятно для чего он всё это делал. Чтобы получить моё наследство полностью! Гад! Подонок!

А я ещё идиотка оправдывала его. До последнего верила ему. Это всё Ваня. Самый мерзкий из друзей мужа. Лёша уже не единожды врал ему, вот я и засомневалась. А эта Мариночка! Если бы я сразу знала, что это она… Все сомнения бы отпали. Наверное, отпали. Десять лет…

Громко всхлипнув от обиды, я упала на пол, утыкаясь лицом в ладони. Больше не в силах держать в себе всё, я разрыдалась. Было больно осознавать предательство. Необходимо время, которого у меня нет.

Стоило подумать о том, что муж вскоре вернётся с работы, как я поднялась на ноги, возвращаясь к сумке. Запихнув в лифчик деньги, я вызвала такси к соседнему дому и старательно умылась. Убрав следы от истерики с лица, я направилась на выход, на ходу подхватывая сумку с вещами.

Перелезу через забор, если выйти не смогу через ворота. Но тут больше не останусь. Видеть не хочу больше Лёшу. Пусть только даст мне время, я отомщу. Он ещё пожалеет, что посмел так поступить со мной.

Крадучись, я пробиралась к входной двери. Главное – не попасться никому на глаза. Охрана точно дремлет в послеобеденное время, а Саша проводит время за домом в теньке. Собак, слава богу, нет.

Но открыв дверь, я испуганно вздрогнула. На пороге с поднесённой к звонку рукой стояла свекровь. Женщина надо сказать тоже не ожидала увидеть меня, медленно опуская взгляд вниз и натыкаясь на мою сумку.

– Тамара Степановна? – пробормотала я. – Что вы здесь делаете?

– Катя, – прищурилась свекровь. – А ты куда… с этим баулом?

– Какая разница? У меня дела…

– Лёша! – неожиданно закричала женщина, оборачиваясь. А я с ужасом посмотрела в ту же сторону, что и она. Мой муж тоже приехал и как раз направлялся в нашу сторону.

Я замерла. Вернуться бы в дом и захлопнуть дверь, но тело словно перестало меня слушаться. А спустя пару мгновений Лёша уже был рядом, окидывая меня внимательным взглядом.

– И куда ты собралась? – пока ещё спокойным тоном поинтересовался он.

– Прогуляться, – еле слышно ответила я.

– Пешком? – хмыкнул он.

– Нет.

– Ах, то такси. Я его отпустил, – ответил он, даря мне самодовольную улыбку.

– Лёша, что происходит? – нахмурилась Тамара Степановна.

– Ничего, мама. Проходи, – пригласил в дом свекровь муж. И стоило ей скрыться за дверью, как он резко отобрал у меня сумку, отшвыривая её в сторону, а после схватил меня за руку, сильно сжимая запястья.

– Ай, Лёш, больно, – вскрикнула я.

– Заткнись! – процедил он, дёргая меня на себя. – Думаешь я идиот? – прошипел он мне в лицо, брызжа слюной от злости. – Что ты делала в моём кабинете, тварь? – спросил он, а у меня кровь отхлынула от лица. Откуда он знает?

– Я… я не была там, – пробормотала я.

– Дрянь, не лги мне! – рыкнул Лёша, а после потащил за собой в сторону гаража.

– Отпусти меня! Что ты задумал? – запаниковала я, пытаясь вырвать руку из железной хватки супруга. Но я однозначно проигрывала ему в силе.

– Говори, что делала там? Ну! – остановился муж, привлекая меня снова к себе и вцепляясь рукой в волосы. Дёрнув в сторону, он заставил закинуть голову назад. Колени тут же подогнулись, а я вцепилась рукой в запястье мужа, чувствуя, как в уголках глаз собираются слёзы.

– Ничего… хотела выяснить, как ты узнал о моей беременности до визита  к врачу, – пискнула я.

– Узнала? – выплюнул муж вопрос.

– Да… Саша… он сдал меня, да? – дрожа, как осиновый лист, уточнила я, словно ещё сомневалась в этом.

– Раз такая любопытная, то сейчас узнаешь, что бывает, когда суёшь свой нос туда, куда не нужно! – с садисткой улыбкой пообещал Лёша, а я испуганно округлила глаза, когда он потащил меня дальше. – Помни, это ты меня вынудила! – рыкнул муж, открывая дверь ведущую в гараж и толкая меня внутрь. Даже свет не удосужился включить. – Посиди тут. Подумай о своём поведении! И запомни, я не отпущу тебя, дрянь! Только подумай ещё раз про побег, будешь сидеть здесь вечно! – добавил он и захлопнул дверь, оставляя меня в полной темноте.

Я находилась в таком шоке, что ещё минуту сидела на холодном полу, не веря в то, что Лёша запер меня в гараже. Это что сон?

Дождавшись, когда глаза привыкнут к полутьме, я кое-как поднялась на ноги и осторожно шагнула обратно к двери, проверяя, заперта она или нет. Лёша не шутил. Он и в самом деле решил меня наказать, оставив здесь. Паника нахлынула тут же, заставив судорожно начать дёргать ручку двери. Безумие. Безумие же!

– Лёша! – забарабанила я в дверь. – Открой! Это не смешно! Лёша!

Но угробив на тщетные попытки докричаться до мужа десять минут, я поняла, что бесполезно и дальше просить открыть дверь. Муж был очень зол и упрям.

Поэтому глубоко вздохнув, я взяла себя в руки и попыталась нащупать выключатель, чтобы включить свет. На моё счастье, я нашла его быстро, вскоре оказываясь в более комфортных условиях.

– Спокойно, Катя, – пробормотала я себе под нос. – Он скоро вернётся. Не может же оставить меня здесь ночевать, верно?

Вот только убеждая себя в этом, я и сама не верила. Если Лёше что-то взбредало в голову, то обычно он шёл до конца. Взять хотя бы ситуацию с моим наследством. Десять лет! Огромный срок. Смогла бы я потратить столько на достижение желанной цели? Без понятия.

Оглядевшись, я обошла по кругу помещение, пытаясь найти запасные ключи от гаража или ворот. Но, должно быть, они были у Саши. А в его привычках – закрывать гараж с дорогой тачкой всегда на ключ, без возможности открыть его изнутри. Лёша знал о таком подходе своего шофера и всегда одобрял его. И теперь мне, как никогда, аукались привычки Саши.

Оставалась надежда на то, что шофер придёт и откроет дверь, но сомневаюсь, что Лёша его не предупредил о моём наказании. Мне точно здесь никто помогать не будет.

Я и вовсе думаю, что та прислуга сдала меня, сразу же сообщив мужу о том, что я в его кабинете. Вот он и примчался, ещё и свекровь прихватив, наверняка, для надзора за мной.

Побродив ещё немного по гаражу, я дёрнула дверь машины, облегчённо выдыхая, когда она открылась. Ключей от неё, естественно, не было, но зато можно было, хоть бы, присесть или даже прилечь.

И зачем я положила телефон в сумку? Был бы он рядом, я хотя бы могла позвонить. Вопрос только, кому?

Надо что-то делать. Не могу же я просидеть здесь до самого вечера, в ожидании, когда этот мерзавец придёт за мной.

Выйдя из машины, я снова осмотрелась. Но помимо самого автомобиля здесь толком ничего не было. Разозлившись на ситуацию и на своего садиста-мужа, я попыталась упереться руками в тачку для того, чтобы сдвинуть её. Да, плохая идея, но я уже с ума сходила от своего бессилия.

– Ненавижу! – выкрикнула я, когда у меня даже на миллиметр не получилось её сдвинуть.

Попинав по колёсам и бамперу, я пошла снова пинать ворота и дверь. Металась словно загнанный в клетке зверь. Но так ничего и не смогла сделать.

В ожидании возвращения своего надзирателя я провела в гараже время до самого вечера, периодически дёргая дверь и тарабаня в неё. Но кто бы откликнулся. Всем было плевать на то, что я нахожусь в адских условиях. Тут даже банально не было, куда сходить в туалет. Не говоря о том, что я ела утром.

Хотелось плакать от бессилия, но я столько пролила слёз за последние дни, что их просто не осталось.

В очередной раз пиная преграду, я снова позвала мужа. И, о счастье, замок пискнул, оповещая о том, что дверь открыта. Мгновение и на пороге появился Лёша, презрительным взглядом окидывая меня.

– Поумнела? – процедил он. А я кинула в него ненавистный взгляд, желая ему кары небесной. – Тогда за мной. Ещё раз выкинешь что-то подобное, и я оставлю тебя здесь надолго – пригрозил он, а я в недовольстве сжала кулаки, еле сдерживая себя от пары колких фраз, представив своё заточение здесь на долгие месяцы.

– Хорошо, – процедила я. – Я больше не буду.

– В дом! – кивнул в сторону особняка муж, отдавая мне приказ и я торопливо направилась туда.

ГЛАВА 7

Зайдя в дом, я тут же встретила свекровь.

– Ну как, Катюшенька, хорошо прогулялась по магазинам? Что-нибудь купила? – с ядовитой улыбкой поинтересовалась она. А я кинула быстрый взгляд в сторону мужа. То ли он ей соврал о том, где я пропадала, то ли Тамара Степановна прекрасно знает, где я была и теперь издевается.

– Ничего не купила… – пробормотала я. – Извините, мне нужно… – кивнула я в сторону лестнице и не дожидаясь ответа, поспешила туда. Лишь оказавшись в ванной, я смогла отпустить эмоции и дать им выход. И пока стояла под душем, просто-напросто ревела. Надеюсь, это последние мои слёзы. Сил больше нет.

Спустя час я вышла из ванной, закутавшись в халат. Намереваясь тут же лечь спать, я переоделась в сорочку. Но не успела забраться на кровать, как в спальне появился Лёша.

– Иди вниз. У нас, вообще-то, моя мама в гостях, – приказал он.

– Я устала и хочу прилечь, – попыталась я возразить.

– Я сказал, иди вниз. Не заставляй меня повторять по несколько раз. Или снова в гараж захотела? – рыкнул он.

– Я плохо себя чувствую! Я же беременна! Меня постоянно мутит, а ты…

– Ты сама виновата в произошедшем. Не полезла бы куда не надо, не оказалась бы взаперти. Ещё раз попробуешь меня обвинить, прибью тварь! – пригрозил он, прищуривая взгляд. – Вниз быстро. И будь учтива с моей матерью. Попробуй только заикнуться ей о своём заточении!

Хотелось выкрикнуть: “Не прибьёшь. Тебе нужен ребёнок”. Но я промолчала, понимая, что ситуация после ещё больше усугубится. С него станется запереть меня. А мне нужно быть на свободе, чтобы сбежать.

Как я могла быть такой слепой? Но и Лёша так себя никогда не вёл, а если и говорил, что нужно сделать, то не в приказном тоне. И точно никогда не угрожал. Как я должна была понять, что он играет? Это сейчас он сбросил маску, показывая своё истинное лицо, но раньше…

Вспоминая всё, я понимала, что тогда я была счастлива и было до сих пор трудно поверить в такие перемены. Но розовые очки спали, и я больше была не намерена их одевать. Мне нужно спасать себя и ребёнка из этой западни. Лёша переступил грань ещё в ту ночь, когда изменил и ударил меня. Просто я не смогла так быстро принять и подстроиться под настолько глобально изменившуюся обстановку. Мне потребовалось время. Эти четыре дня, за которые я осознала, что всё, как прежде, больше не будет. И можно было сколько угодно корить себя за мягкотелость и то, что я не сразу поняла, кто такой на самом деле Лёша, но это время позволило мне убедиться в одном: я не хочу больше быть с ним. С этого момента Лёша – мой враг и угроза моей жизни и жизни ещё не родившегося ребёнка. И я сделаю всё, чтобы выбраться из этой ловушки. Не представляю как, но я сделаю это.

Стиснув зубы, я снова пошла в гардеробную, переодеваясь. А после, с натянутой на лице дежурной улыбкой, спустилась вниз. Тамара Степановна приветливо мне улыбнулась, участливо уточняя:

– Как ты себя чувствуешь, Катенька? Всё хорошо? – и сколько же в этой фразе была яда.

– Да, Тамара Степановна. Всё отлично. Иногда подташнивает, но терпимо, – ответила я, из последних сил сдерживая свои эмоции. – Не хотите чаю? – предложила я, надеясь, что свекровь не станет раскидываться советами, от которых я почувствую себе ещё хуже. Но кажется, я плохо знала Тамару Степановну.

– Не откажусь, – ответила она. – Чёрный. А ты воду попей. Чай вреден для ребёнка. И не пользуйся больше духами. От них тебя, скорее всего, и тошнит. Едкий запах.

– Хорошо, –кивнула я отстраненно и направилась на кухню.

– И таблетки не забывай пить. Лёша сказал, что много денег на них потратил. Хотя не понимаю зачем. В наше время обычными витаминами обходились и все, – продолжила она.

Вот бы ответить, что не хватает только упоминания про поле, в котором рожали, но я промолчала. Хотелось есть и спать. Но я была вынуждена заваривать чай свекрови. И выслушивать её глупые советы.

 Накрыв небольшой стол в гостиной и добавив к чаю сладости, я присела со стаканом воды на край дивана. Свекровь устроилась в кресле, а муж рядом со мной. Вот только я была вовсе не рада такому соседству. Еле смогла сдержаться, чтобы не отодвинуться от Лёши.

Сделав небольшой глоток, я посмотрела на Тамару Степановну, которая никого не смущаясь, поглощала пирожное, с удовольствием запивая его чаем. Потянувшись было к печенью, я была остановлена недовольным взглядом свекрови.

– Катенька, ты лучше сухофрукты покушай. Печенье и остальные сладости вредны для здоровья, – нравоучительным тоном произнесла она.

– Одно не повредит, – сжав пальцами стакан с водой процедила я.

– Катя, послушай маму. Она плохого не посоветует. Надо и о ребёнке думать, а не только о себе, – влез в наш разговор муж с угрозой во взгляде смотря на меня. – Не будь эгоисткой.

Сжав челюсть так, что зубы заскрипели, бросила в его сторону взгляд полный ненависти. И это говорит мне тот, кто продержал меня полдня без еды в гараже. Ненормальный!

– Конечно, – ответила я, беря чернослив и очень желая, чтобы и муж, и свекровь провалились куда-нибудь прямо сейчас. Вместе. В пекло из которого эти твари вылезли.

Но к сожалению, одного моего желания было недостаточно.

– У меня отличная идея, – неожиданно произнёс муж. – А почему бы тебе, мама, не остаться у нас до завтра? Время уже позднее.

– Ой, я только с радостью, сынок. Может, наконец, научу Катю готовить. А то что вы всё на покупном и заказах. Нужно и домашней едой баловать мужа, дорогая, – пожурила она меня. А я очень пожалела, что не плюнула ей в чай, прежде чем подать его.

– Я умею готовить, Тамара Степановна, – ровным тоном возразила я. – Просто незачем и некогда.

– Некогда? – уцепилась за слово свекровь. – Так ты же ничего не делаешь целыми днями? Это Лёша работает, а ты лишь по магазинам гуляешь как сегодня, – удивилась свекровь.

– У меня есть работа, – как можно спокойным тоном ответила я.

– Да-да, рисунки твои. Хоть что-то покупают? – спросила она, усмехаясь. – Носки хотя бы.

– Покупают, – ответила я. – И носки я не продаю.

– А зря. Носки всем нужны. А вот твои странные платья не каждому подойдут.

– Не платья, а пеньюары. И нижнее бельё, – поправила я её.

– Стыд и срам, – припечатала она. А я поняла, что лучше завершить этот разговор. – Брось это. Глупостями занимаешься. Лёша говорит, что и дохода нет.

– Я только открылась, – ледяным голосом ответила я.

Хотя не стоило даже время тратить. Но было обидно до одури. Эта женщина всю свою жизнь проработала на рынке. Торговкой. Ни к чему не стремясь. А теперь поучает меня.

– Уже два месяца прошло. Я вынужден вкладывать деньги в убыточное дело, – влез Лёша, вставая на сторону матери.

– Деньги моего отца, – не удержалась я.

В комнате повисла гнетущая тишина. Лёша побагровел. Если бы не свекровь, мне бы не хило прилетело. Но муж сдержался.

– И его тоже, – произнёс он. – Но глупо разбазаривать их на то, что не принесёт доход. Нужно быть умнее, Катя. Иначе останешься с голой задницей, – добавил он, взглядом обещая, что на этом наш разговор не закончен и стоит нам остаться одним, он ещё добавит много чего.

– Вот именно, – поддакнула Тамара Степановна. – Лёша всё делает, чтобы ваш доход приумножался. А ты лишь тратишь деньги. И вообще, сейчас тебе бы думать о ребёнке, а не об этих рисунках. Только время терять. Всё равно не сможешь вскоре совмещать работу и материнство. Мой внук или внучка должны получать в полном объёме внимание матери.

Возражать я не стала. Я и так сболтнула лишнего. И теперь не особо хочу уходить отсюда. Лучше сидеть в компании свекрови, чем оказаться наедине с мужем.

Страх полностью затопил меня. Я сидела, уткнувшись взглядом в несчастный бокал воды, и не знала, что теперь делать. И, кажется, накрутила себя настолько, что почувствовала, что меня повело. А может, ещё и голод приложил к этому руку. В общем, я даже не поняла, как отключилась. Лишь напоследок увидела обеспокоенное лицо Тамары Степановны, неожиданно вскочившей со своего места. А дальше темнота.

Очнулась я в клинике.

– Катенька, как ты себя чувствуешь? – услышала я голос Марины Семёновны, стоило мне открыть глаза.

– Нормально, – еле разлепив губы, ответила я. Хоть и ощущала сильную слабость.

– Побудешь здесь немного, пока мы все проверим. Скоро принесут завтрак, – произнесла она. – Твоя мама ждёт в коридоре. Пригласить?

– Свекровь, – поправила я женщину. – Да приглашайте, – пробормотала я, понимая, что от Тамары Степановны невозможно просто отделаться тем, что я плохо себя чувствую и не хочу никого видеть. Она всё равно зайдёт. Просто буду игнорировать её.

Но игнорировать свекровь не получилось. Женщина неожиданно выглядела очень обеспокоенно. Только зайдя, она молча поправила одеяло, взбила подушку, налила мне стакан воды и помогла сделать глоток.

– Ну как ты, Катенька? Ты так напугала нас с Лёшей. Что ж ты не сказала, что за день ничего не покушала. Как же так время-то не нашла? – посетовала она. – Нужно есть, иначе ребёночка можешь потерять.

– Да всё нормально, Тамара Степановна, – прошептала я. – Просто день выдался непростым. Впредь не буду так делать. А Лёша?..

– Он на работу уехал. Но не беспокойся, я побуду с тобой до его приезда, – успокоила она меня.

– Спасибо, – кивнула я, не зная, что ещё сказать. Неожиданно свекровь тоже молчала, не мучая меня своими наставлениями. А когда принесли завтрак, словно надзиратель, проконтролировала, чтобы я всё съела. Такая забота была от неё странной. Тоже что-то задумала как и её сынок? Ну Лёше-то я, по крайней мере, знаю что нужно от меня. А Тамаре Степановне? Загадка!

Лёша приехал после часа дня. С цветами. Кажется, сегодня меня решили удивить все кому не лень. Хотя сомневаюсь, что моему мужу стыдно за свой поступок. Скорее снова игра на публику.

– Я нанял повара, – с места в карьер начал супруг. – Будет следить за тем, чтобы ты вовремя питалась. Ты заставила нас с мамой сильно перепугаться, – добавил он, впихивая мне в руки букет.

Да неужели? Хотелось запулить этим букетом в эту наглую рожу, но я лишь стиснула несчастные цветы, чувствуя, как шипы роз впиваются в кожу. Это немного отрезвило. Нельзя. В самом деле, мне нужно подумать и о ребёнке. Но во вчерашнем виноват лишь Лёша со своей преподобной матерью.

– Правильно, сынок. Верное решение, – поддержала Лёшу мама. А я неожиданно осознала. В доме появился ещё один человек, который будет за мной следить и всё докладывать мужу. И кажется, наблюдать за мной будет намного пристальнее остальных. Персональная нянька. Замечательно!

ГЛАВА 8

Но если я думала, что Лёша забыл о том, что я упомянула деньги отца, то сильно ошибалась. Стоило вернуться домой и подняться к себе, как я в мгновение оказалась прижата к стене Лёшей.

– Думаешь, обычный обморок может спасти тебя? Я не забыл, что ты вякнула вчера! – угрожающе произнёс Лёша, сжимая пальцы на моей шее.

– Ты ненормальный! Я из-за тебя вчера ничего не поела. Ты продержал меня полдня в гараже! А потом ещё твоя мама! Ты заставил меня сидеть с ней! Хотя я хотела спать! – сорвалась я, но в тот же миг оказалась на полу, отброшенная Лёшей.

– Заткнись, дрянь! – рявкнул он, от злости брызжа слюной. – Думаешь, я испытываю к тебе жалость? – надвигаясь на меня, произнёс он. А я торопливо  отползла, боясь разъярённого мужа.

– Только тронь меня! Я тебя по судам затаскаю! – чуть дрогнувшим голосом процедила я. Было страшно. Но я больше не могла молчать. – Я знаю про завещание! Тебе нужен ребёнок! Только ударь, и ты его потеряешь!

– Ах ты, тварь! – заорал этот мудак, дёргаясь в мою сторону.

Испугавшись, я закрылась руками, ожидая удара. Но муж сдержался. Стоял, вперив в меня свои выпученные от злости глаза, и сжимал кулаки, не решаясь нанести удар. Неужели понял, что меня нельзя трогать? Вот только боюсь, это никак мне не поможет. Не ударит, так по-другому причинит вред. От этого психа можно ожидать, что угодно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.