Евгений Фюжен
Край Империй

Глава 1: ПРИБЛИЖЕНИЕ ГРОЗЫ

Космический корабль-дредноут "Аврелион-1" завершал входящий коридор через нейтральную зону, оставляя за собой светящийся след прыжка сквозь гиперпространство. На смотровой палубе, высоко над носом гигантского судна, Принц Кассиан Аврелийский стоял в полнейшей неподвижности, как отлитый из бронзы. Его тёмные волосы были причёсаны строго назад, открывая чёткие линии лица – черты, унаследованные от отца, но смягченные матерью. Глаза были серо-голубые, проницательные, с той глубиной, которая заставляла людей чувствовать, что он видит сквозь их маски.

На шее Кассиана висел золотой медальон с гербом Солярис – двумя скрещенными световыми мечами на фоне восходящего солнца. Он невольно потянулся к нему, как делал всегда, когда нервничал. Однако Кассиан не нервничал. Или, по крайней мере, не позволял себе это показывать.

«Через двое суток она будет здесь», – подумал он, глядя на звёздное море за прозрачной стеной смотровой палубы. «Принцесса Элаина Айотосская. Моя невеста».

Слово «невеста» звучало в его голове как приговор.

– Ваше Высочество, – раздался голос позади него. Кассиан не повернулся. Он узнал голос своего личного советника, старика Теоида, который служил ему вот уже пятнадцать лет, с тех пор как Кассиану исполнилось семнадцать. – Вам пора возвращаться в апартаменты. Начальник протокола просит обсудить церемонию встречи.

– Начальник протокола может подождать, Теоид, – ответил Кассиан, не поворачиваясь. – Когда ещё мне доведётся посмотреть на космос так, как я смотрю прямо сейчас? Не как принцу, не как наследнику трона, а просто как человеку?

Теоид позволил себе лёгкую улыбку. Он знал этого молодого человека слишком хорошо.

– Человеку, Ваше Высочество, суждено умереть. Наследнику трона – суждено жить вечно в памяти истории. Выбор очевиден.

Кассиан рассмеялся – короткий, почти горький смешок.

– Мудрость стариков никогда не перестанет меня удручать, – он наконец повернулся от окна. Его взгляд был отстранённым. – Но ты прав. Пошли. Пусть этот протокольный педант рассказывает мне о том, какой ногой мне нужно поставить первым при встрече с Принцессой.

Когда они шли по коридорам корабля, Кассиан видел, как матросы и офицеры кланялись ему по пути. Он кивал в ответ – не холодно, но и не сердечно. Это была королевская дистанция, которой его обучали с рождения. Дистанция между богом и смертным.

И всё же, когда Кассиан проходил мимо портала, который транслировал новости одной из главных нейтральных сетей, он невольно остановился, глядя на экран.

«ПРИНЦЕССА АЙОТОССКАЯ ПОДТВЕРЖДАЕТ ПРИБЫТИЕ НА АМФИТЕАТР», – гласил заголовок. Ниже текла лента комментариев: «Историческая встреча!», «Конец войне!», «Принц и принцесса – символы мира!»

Кассиан чувствовал, как в груди что-то сжимается.

Он знал об Элаине очень мало. Только то, что говорили разведчики его отца: принцесса очень образована, говорит на пяти языках, редко улыбается, имеет тёмные волосы и светлые глаза, холодные как лёд. Её портреты показывали человека, похожего на ледяную статую – идеально красивую, но совершенно неживую.

Кассиан видел эти портреты много раз. Каждый раз он думал одно и то же: «Как я буду жить с этой женщиной? Как я буду смотреть ей в глаза на свадьбе перед миллиардами людей и говорить о любви, если мы не знаем друг друга?»

Но такие мысли были опасны. Опасны в государстве, где каждый шепоток мог быть использован против тебя, где даже личные советники время от времени оказывались агентами врага.

Поэтому Кассиан улыбнулся своему отражению в экране новостного портала и двинулся дальше.

В то время как "Аврелион-1" приближался к нейтральной станции, в другой части космоса, в трёх световых часах отсюда, флагман Айотоса – корабль-город "Наталиана-7" – двигался по своему курсу с величественной медленностью.

На палубе стратегических операций этого гигантского судна, в стерильной белой комнате, всё стены которой были окрашены в цвета имперского герба Айотоса (острые края серебряного звёздного кольца на фоне тёмно-фиолетового неба), стояла Принцесса Элаина. В отличие от Кассиана, она не стояла – она ходила взад и вперёд, как тигрица в клетке, не обращая внимания на то, что рядом с ней находился Канцлер Меровин, главный советник её матери, Императрицы Наталии II.

Меровин был старым человеком, хрупким, с серебристыми волосами и добрым лицом, которое выдавало его годы службы при дворце. Его глаза были светлые, почти прозрачные, как стекло. Когда Меровин смотрел на Элаину, в этих глазах было странное выражение – не злое, не завистливое, а что-то более сложное. Что-то, что напоминало жалость и восхищение одновременно.

– Принцесса, – сказал Меровин, его голос был мягким, почти музыкальным, – вам нужно успокоиться. Вы выглядите так, словно идёте на казнь, а не на встречу со своим будущим супругом.

Элаина резко остановилась и повернулась к нему. Её глаза были ледяными, но в них горел огонь.

– Канцлер, – ответила она, и в её голосе не было теплоты, – я научилась никогда не показывать то, что я чувствую. Если я выглядю спокойной, это потому, что я отработала технику этого спокойствия в течение двадцати восьми лет жизни. Но если вы хотите знать, что я чувствую на самом деле, я вам скажу: я чувствую ненависть. Ненависть к этому браку, ненависть к его необходимости, ненависть к тому, что моя жизнь решена окончательно, будто я – не человек, а пешка на доске игры, которую играют взрослые.

Меровин медленно кивнул. Его выражение лица не изменилось.

– Пешка, – повторил он, как-то странно. – Да, Принцесса. Пешка. И все мы пешки. Вопрос только в том, кто движет нашими фигурами по доске.

Элаина холодно посмотрела на него.

– Я не люблю неоднозначность, Канцлер. Если у вас есть что-то важное сказать, скажите это ясно.

– Я лишь хотел сказать, – продолжал Меровин, медленно приближаясь к одному из окон, которое показывало вид на звёздное пространство, – что иногда пешка может стать королевой, если она правильно ходит по доске. Но это требует… внимания. И стратегии.

Элаина смотрела на его спину с напряжением. Что-то в его словах звучало угрожающе, хотя он говорил вполне мягко, почти предложительно.

Но она не имела времени на размышления о тёмных намёках Меровина. У неё был своё собственное дело, которое требовало немедленного решения.

– Канцлер, – сказала она, меняя тему, – я хотела бы получить доступ к финансовым отчётам министерства обороны за последние три месяца. Как Принцесса, я имею право на такую информацию.

Меровин медленно повернулся. На его лице была улыбка, но глаза оставались холодными.

– Конечно, Принцесса. Однако могу я спросить, почему вас интересуют военные бюджеты именно сейчас? Когда вы должны были бы сосредоточиться на подготовке к… наиболее важному дню вашей жизни?

– Потому что я ответственная дочь своей империи, Канцлер, – ответила Элаина ровно. – И я желаю убедиться, что во время мира наша оборона надёжна.

Она видела, как глаза Меровина сузились. Видела, что её слова попали в цель.

– Конечно, – повторил он. – Я полностью понимаю. Я предоставлю вам те отчёты, которые доступны для просмотра членам королевской семьи. Некоторые документы, однако, классифицированы даже для вас. Это вопрос безопасности государства.

– Понимаю, – сказала Элаина, хотя её понимание было явно не искренним.

Когда Меровин ушёл из комнаты, Элаина вернулась к окну. Она смотрела на космос, на бесконечность звёзд, и думала о чём-то далёком, глубоком. Мало кто знал, что творилось в голове Принцессы Элаины, когда она была одна. Мало кто знал, что её холодность – это не природная черта, а маска, которую она надела так давно, что забыла, как выглядела без неё.

И мало кто знал о её ночных сессиях перед компьютерными терминалами, о часах, проведённых в глубинах государственных сетей под псевдонимом "Полутень", собирая информацию о людях, которым не следовало доверять.

Включая одного определённого Канцлера.

На Станции "Амфитеатр" было беспокойство.

Станция была построена триста лет назад как символ нейтральности, как место встречи двух империй без опасности того, что одна из них попытается захватить другую. Это была огромная структура, в форме амфитеатра (отсюда и название), с центральным ядром, вокруг которого вращались жилые модули и мощные системы защиты.

Командир Станции, адмирал Трост, был опытным военным, но с годами он стал больше дипломатом, чем боевым офицером. Его лицо было покрыто морщинами, глаза задумчивые. Он сидел в главном командном центре Станции, окружённый экранами, на которых отображалась информация о состоянии Станции, системах, флотах обеих империй.

– Ситуация нормальна, адмирал, – докладывал офицер по системам. – Оба флота находятся на безопасном расстоянии. Никаких активностей, которые бы указывали на подготовку к атаке.

Трост медленно кивнул. Но что-то его беспокоило. Что-то, что он не мог назвать, но чувствовал, как опытный моряк чувствует приближение шторма.

– Проверьте все системы безопасности, – приказал он. – И убедитесь, что каналы коммуникации полностью защищены. Я не хочу, чтобы во время встречи произошёл какой-либо сбой.

– Разумеется, адмирал, – ответил офицер.

Но даже когда он это говорил, где-то в глубине компьютерных систем Станции начинал пробуждаться код, который ждал своего часа в течение трёх месяцев. Код, который был закладен там людьми, чьих имён никто не знал, с целями, которые оставались скрытыми от всех.

На борту "Аврелиона-1" Кассиан сидел в своих апартаментах, роскошных, но холодных. Комната была оформлена в стиле минимализма – белые стены, несколько предметов мебели, всё предельно строго. Только на столе, в углу, лежала древняя книга в кожаном переплёте, помятая и изношенная от времени.

Кассиан взял её в руки. Это была одна из его тайн. Одна из многих.

"Истории Праимперии. Том V. Фрагменты, собранные учёным Кироном", – гласила надпись на переплёте.

Кассиан открыл книгу на случайной странице. Текст был рукописным, размашистым почерком:

"…и тогда понимаешь, что история движется по кругам. Что разделение Праимперии не было падением, а было необходимостью. Но необходимостью чего? Защиты от кого? Эти вопросы остаются без ответов, зашифрованные в кодах, которые лежат глубоко под песком Древней Столицы, в местах, где даже лазеры не могут пробить каменные своды времени."

Кассиан закрыл книгу и положил её обратно на стол. Его выражение лица было задумчивым, граничащим с беспокойством.

Профессор Кирон, его тайный наставник, его учитель во всём, что касалось истины, говорил ему, что каждый ответ в жизни рождает десять новых вопросов. И чем глубже ты копаешь, тем больше находишь не золото, а пепел.

Звонок переговорного устройства прервал его размышления.

– Принц, – голос Теоида звучал формально, – начальник протокола хочет начать репетицию встречи. Также пришло сообщение от Императора. Он просит видеосвязь с вами через полчаса.

– Согласен, – ответил Кассиан. – Пошли начинать репетицию. И Теоид?

– Да, Ваше Высочество?

– Когда всё закончится, принеси мне контакт профессора Кирона. Мне нужно с ним поговорить.

Пауза.

– Это опасно, Ваше Высочество.

– Я знаю, – ответил Кассиан. – Но некоторые вещи важнее безопасности.

Теоид вздохнул на другом конце связи. Он служил молодому принцу достаточно долго, чтобы знать: когда Кассиан принимает решение, его не переубедить.

Через два часа, когда репетиция встречи завершилась (Кассиана заставили отрабатывать каждый шаг, каждый жест, каждую улыбку – эта улыбка должна была выражать одновременно радость, уверенность и государственную мудрость, что было, конечно же, невозможно), он прошёл в личные покои.

Видеозвонок от Императора уже ждал.

На экране появилось лицо его отца – Императора Аврелия XIII. Аврелий был человеком в возрасте семидесяти двух лет, но выглядел на пятьдесят. Его волосы были по-прежнему тёмными (хотя виски поседели), его осанка была королевской, его глаза были тем же серо-голубым, что и у Кассиана, но в них была глубина, которая приходит только с десятилетиями власти и политических решений.

– Сын, – сказал Император. – Как ваша подготовка?

– Идёт хорошо, отец, – ответил Кассиан ровно. – Я готов к встрече.

– Это хорошо. Но я хочу говорить с тобой не как правитель с наследником, а как отец с сыном. Хоть на короткое время.

Кассиан почувствовал, как что-то в груди слегка расслабляется.

– Слушаю вас, отец.

Аврелий помолчал, глядя на своего сына. Что-то в его взгляде было печальным.

– Я знаю, что ты не счастлив, – начал Аврелий. – Я знаю, что этот брак кажется тебе тюрьмой. Я был молодым, я помню, что такое чувствовать себя пленником собственного рождения. Но слушай меня: иногда, когда ты сидишь в клетке длительное время, ты начинаешь видеть, что клетка не столько тюрьма, сколько дом. И человек, с которым ты разделяешь эту клетку… может стать твоей семьёй. Моей матерью была политический брак, сын. И я люблю её.

Кассиан слушал в молчании.

– Я хочу, чтобы ты подошёл к этому браку с открытым сердцем, – продолжал Аврелий. – Может быть, Элаина – это не просто инструмент мира. Может быть, она – женщина, которой так же страшно, как и тебе. Может быть, вместе вы сможете найти что-то истинное, несмотря на политику.

– Отец, – спросил Кассиан осторожно, – вы верите, что возможна настоящая любовь между двумя людьми, чьи жизни расчислены, спланированы, куплены политикой?

Аврелий улыбнулся, и это была грустная улыбка.

– Я верю, сын, что настоящая любовь возможна везде. Даже в космосе. Даже в войне. Даже когда звёзды против тебя. Потому что любовь – это единственное, что можно выбрать. Единственное, что не навязано судьбой. Один из немногих актов свободы, которые остаются человеку.

После того как видеозвонок закончился, Кассиан долго сидел в темноте, глядя на выключенный экран, и размышлял о словах своего отца.

Может ли быть любовь без выбора? Может ли быть настоящее, если всё спланировано?

Или отец просто утешает себя иллюзиями?

На Станции "Амфитеатр" в этот момент приходило сообщение. Очень короткое. Очень странное.

"ФЛОТЫ ГОТОВЫ. ИНИЦИАТИВА НАЧНЁТСЯ НА ТРЕТИЙ ДЕНЬ. ГИПЕРПРОСТРАНСТВЕННЫЕ КАНАЛЫ АКТИВИРОВАНЫ. МОЛЧАНИЕ СОБЛЮДАЕТСЯ".

Сообщение было закодировано, замаскировано под рутинный технический отчёт, и было отправлено на два адреса одновременно:

Первый: командиру корабля Солярис на позиции Сектор 7.

Второй: командиру корабля Айотоса на позиции Сектор 9.

Оба командира были хорошо оплачены. Оба знали, что их ждёт, если они нарушат молчание.

Оба молчали.

И пока космические империи готовились к тому, чтобы объединиться через брак двух молодых людей, которые друг друга не знали и не любили, в тенях уже зрела революция.

Медленно. Осторожно. Но неизбежно.

Глава 2: ВСТРЕЧА НА АМФИТЕАТРЕ

Станция "Амфитеатр" светилась как драгоценный камень на чёрном бархате космоса. Её кольцеобразная структура была отроссью сложной инженерной мысли, её шпили поблескивали отражением солнца далёкой звезды Аристея. Когда на сканеры Станции появился силуэт флотилии Солярис, возглавляемой флагманом "Аврелион-1", весь персонал Станции перешёл в режим наивысшей боевой готовности, хотя никто не называл это так. Это называлось "протокольной активностью".

Адмирал Трост сидел в кресле командования, его морщинистое лицо было неподвижно, как каменная маска. На центральных экранах выстраивались в ряд схемы приближения, тактические данные, информация о составе флота. Ничего нарушающего дипломатический протокол. Ничего, что выглядело бы агрессивно.

И всё же, что-то в воздухе командного центра висела тень напряжения. Офицеры двигались точнее, голоса звучали выше, чем обычно.

– Дайте мне прямую линию на "Аврелион-1", – приказал Трост. – И включите видеосвязь. Нужно встретить Принца надлежащим образом.

Когда связь установилась, на экране командного центра появилось лицо офицера высокого ранга, которого Трост узнал мгновенно. Это был Генерал Марк Кройс, военный советник Императора, человек, отвечающий за безопасность Принца. Его морщинистое лицо, с белым шрамом от левого виска до подбородка, было неулыбчивым.

– Адмирал Трост, – сказал Генерал Кройс официально. – "Аврелион-1" входит в зону причаливания. Мы запрашиваем разрешение на стыковку.

– Разрешение дано, генерал, – ответил Трост. – Координаты стыковки отправляю на ваши навигационные системы. Станция подготовлена к встречи вашего Принца. Все необходимые меры безопасности приняты.

Генерал Кройс кивнул.

– Благодарю. Станция "Амфитеатр" примет нашу персональную охрану?

– Конечно. Верхний уровень павильона "Солнечные ворота" выделен для вашего использования.

– Хорошо. Мы будем готовы к встречи через два часа после стыковки. Является ли Принцесса Айотосская уже на Станции?

Трост ненамного замялся. Очень незаметно, но Кройс заметил.

– Её флагман "Наталиана-7" находится в зоне причаливания "Лунные ворота". Они должны завершить стыковку примерно в то же время. Встреча назначена на центральный павильон в полдень по Стандартному времени Станции.

– Отлично, – сказал Генерал Кройс, и его шрам на лице слегка дёрнулся, что на его языке означало нечто похожее на улыбку. – До встречи, адмирал.

Видеосвязь прервалась.

Трост откинулся в кресле и выдохнул, даже не осознав, что задерживал дыхание.

Рядом с ним встал его помощник, молодой офицер по имени Дерек Вис, с честным лицом и зоркими глазами.

– Адмирал, – произнёс он осторожно, – может ли я говорить откровенно?

– Да, Дерек. Здесь никого нет, кроме нас.

– Мне не нравится эта встреча. Что-то в ней неправильного. Я проверил все системы безопасности трижды. Всё по протоколу. Но… – он помедлил, подыскивая слова, – но я чувствую, что что-то упущено.

Трост медленно повернулся к молодому офицеру. Его глаза были проницательны.

– Чувствуешь? – переспросил он. – Чувство – это не очень надёжный инструмент, Дерек. В военном деле мы руководствуемся данными, анализом, логикой.

– Я знаю, адмирал. Но мой опыт службы в системе безопасности говорит мне… – Дерек сделал паузу, – …что у нас отсутствуют данные. Неполные данные. Как будто кто-то расчистил часть сканеров перед нашей смены.

Трост смотрел на него в молчании. Потом медленно встал и подошёл к главному экрану, на котором сверкали данные о системах безопасности.

– Проверь журналы доступа к системам сканирования за последние 72 часа, – приказал он. – Полный список. Кто, когда, какие операции.

– Это займёт время, адмирал…

– Тогда начни прямо сейчас, – перебил его Трост. – И Дерек? Ни слова никому. Понял?

Молодой офицер кивнул и быстро вышел.

Трост остался один. Он смотрел на звёзды за прозрачной стеной командного центра. Может быть, Дерек был просто параноиком. Может быть, его интуиция подводила его. Может быть, это была просто встреча, которая казалась напряжённой, потому что несла в себе огромное политическое значение.

Но Трост служил в космосе сорок три года. И его интуиция говорила ему то же самое, что и Дереку.

Что-то было неправильно.

На борту "Аврелион-1", в роскошных апартаментах, отведённых для Принца, Кассиан готовился к встречи. Его слуга, нервный молодой человек по имени Сергей, помогал ему облачиться в официальный костюм – белый (цвета Солярис) с золотыми вставками и драгоценными камнями.

– Ваше Высочество, – произнёс Сергей, пристёгивая золотую цепь на шею Кассиана, – вы выглядите… величественно.

Кассиан посмотрел на своё отражение в зеркале. Да, он выглядел величественно. Он выглядел как идеальный принц – высокий, красивый, с цепочкой, которая подчёркивала благородство его происхождения. Но в его глазах не было величественности. В его глазах была только глубокая усталость человека, который знает, что сейчас будет играть роль, которую он ненавидит.

– Спасибо, Сергей, – сказал Кассиан. – Ты можешь идти. Я буду готов к встречи через пятнадцать минут.

Когда Сергей ушёл, Кассиан подошёл к окну апартаментов. Станция "Амфитеатр" была видна отсюда во всей своей красоте. Её кольцеобразная структура, её шпили, её величие. Где-то на этой станции находилась Принцесса Элаина. Может быть, она тоже смотрела на него прямо сейчас? Может быть, она так же боялась?

Кассиан потянулся к портативному компьютеру, который всегда носил с собой. Это был его единственный способ связаться с профессором Кироном.

Он напечатал зашифрованное сообщение:

"ПРОФЕССОР, МНЕ НУЖНА ВАША РЕКОМЕНДАЦИЯ. ВСТРЕЧА ПРОИСХОДИТ ВОТ ВОТ. ЕСТЬ ЛИ ЧТО-НИБУДЬ, ЧТО Я ДОЛЖЕН ЗНАТЬ? ЕСТЬ ЛИ УГРОЗЫ, О КОТОРЫХ Я НЕ ПОДОЗРЕВАЮ?"

Ответ пришёл через три минуты.

"КАССИАН. БУДЬ ОСТОРОЖЕН. ПРАИМПЕРИЯ НЕ ХОЧЕТ БЫТЬ ЗАБЫТОЙ. ПРОВЕРЯЙ КАЖДОГО, КОМУ ТЫ ДОВЕРЯЕШЬ. ДАЖЕ ОСОБЕННО ЭТОГО. НА ВСТРЕЧИ ОТКРОЙ ГЛАЗА И УШИ. И ЕСЛИ ВИДИШЬ ПРИНЦЕССУ – ПОСМОТРИ В НЕЁ ГЛАЗА. ИНОГДА ЛЮДИ, КОТОРЫМ НАМЕЧЕНА СУДЬБА, УЗНАЮТ ДРУГ ДРУГА."

Кассиан прочитал сообщение дважды, потом удалил его. Слова профессора были туманны, как всегда. Но они содержали что-то важное. Что-то, что стоило помнить.

Три года назад Кассиан впервые встретился с профессором Кироном совершенно случайно. Он был охотником, гулял в густых лесах одного из лунных спутников Солярис, когда его летающий аппарат потерпел крушение. Кассиан потерял сознание и очнулся в небольшой хижине, в которой жил старик в изгнании.

Кирон был учёным, изгнанным из Солярис за то, что он изучал запретные темы – историю Праимперии, древние рукописи, которые официально считались уничтоженными. Кирон показал Кассиану записи, документы, свидетельства. И когда Кассиан спросил, почему Кирон делится этим с незнакомцем, старик ответил:

"Потому что ты имеешь право знать. Ты – потомок Праимперии. Как и все люди в этом космосе. И история должна быть известна её наследникам. Даже если эта история опасна".

С тех пор Кассиан проводил ночи за изучением древних записей, развивая свою сеть понимания о том, что его империя и империя Айотоса не были враждующими государствами по природе. Они были осколками чего-то большего, чего-то, что было разделено намеренно, с какой-то целью.

И эта цель всё ещё не была раскрыта.

Звонок переговорного устройства прервал его размышления. Голос генерала Кройса звучал официально:

– Ваше Высочество, пора выдвигаться на встречу. Её Высочество Принцесса Элаина уже прибыла на Станцию. Она ждёт вас в центральном павильоне.

– Я готов, генерал, – ответил Кассиан. – Выдвигаемся немедленно.

Центральный павильон Станции "Амфитеатр" был спроектирован таким образом, чтобы олицетворять нейтральность и величие. Его стены были изготовлены из прозрачного материала, через который было видно космическое пространство. Потолок был высокий, с люстрами, излучающими мягкий свет. В центре павильона была расставлена мебель в минималистическом стиле – два кресла, обращённые друг к другу, низкие столики, на которых были расставлены освежающие напитки.

Когда Кассиан вошёл в павильон, он сразу же увидел её.

Элаина стояла спиной к входу, глядя на звёздное пространство. Она была так же, как на портретах – тёмные волосы, собранные в сложную причёску, высокая фигура в тонком белом (цвета Айотоса) платье. Но портреты не передавали главное. Портреты не передавали той ауры, которая исходила от неё. Ауры холодности, интеллекта, скрытой силы.

Когда она повернулась к нему, Кассиан увидел её глаза. Они были серо-голубыми, как и его собственные. Но в них горел огонь, который портреты никогда не могли бы запечатлеть.

– Принц Кассиан, – произнесла Элаина, её голос был мелодичным, но холодным, как ледяной ветер. – Я рада встречи.

Кассиан подошёл к ней и взял её руку, поднеся её к губам для политического поцелуя – жеста, который был обязателен на такой встречи.

– Принцесса Элаина, – ответил он, – честь моя велика.

Когда он выпустил её руку, его пальцы слегка задержались на её ладони. Может быть, это был случай. Может быть, это было намеренно. Но в течение одной микросекунды они оба почувствовали что-то электрическое, что-то, что переходит границы протокола и политики.

Элаина сделала шаг назад, её выражение лица осталось холодным, но в её глазах что-то изменилось.

– Пожалуйста, сядьте, Принц, – сказала она, указывая на одно из кресел.

Они оба сели. На мгновение между ними воцарилась неловкая тишина. Оба знали, что они должны говорить. Оба знали, что это будет переведено каждым словом анализирующих систем и потом будут обсуждаться их матери, советники и все остальные. Каждое слово должно было быть тщательно взвешено.

– Я слышал много хорошего о вас, Принцесса, – начал Кассиан осторожно. – Говорят, что вы очень образованны. Вы говорите на пяти языках?

– На шести, – ответила Элаина. – Родной язык Айотоса, язык Солярис, древний язык Праимперии, стандартный межгалактический диалект, язык Альфы-Центавра и язык программирования Икс-7.

Кассиан едва заметно поднял брови.

– Язык Праимперии? Я не знал, что кто-либо его ещё учит. Такое образование запрещено в Солярис.

– Оно запрещено и в Айотосе, – ответила Элаина, её глаза слегка сузились. – Но я нашла древние записи в архивах дворца. Мои учителя не знали, что я их читаю.

Кассиан почувствовал, что его пульс ускоряется. Это было очень странно. Элаина изучала Праимперию тайно, как и он сам. Это не могло быть совпадением.

– А почему вы интересовались Праимперией? – спросил он, стараясь звучать случайно. – Это история, которая, как считается, не имеет отношения к нашему времени.

Элаина посмотрела на него с каким-то странным выражением. Как будто она решала что-то в своей голове. Как будто она взвешивала, доверять ли ему.

– Потому что, Принц, – сказала она, медленно, – любая история, которую запрещают изучать, имеет отношение к настоящему. Запреты всегда скрывают что-то важное. И я люблю узнавать важные вещи.

Кассиан потянулся к напитку, чтобы скрыть волнение. Это была именно та логика, которая привела его самого к изучению Праимперии.

– Интересная философия, – произнёс он. – Я согласен. Знание – это сила. И те, кто контролирует знание, контролируют миры.

– Верно, – ответила Элаина. – И именно поэтому я…

Но в этот момент в павильон вошёл адмирал Трост в сопровождении Генерала Кройса и нескольких членов делегации Айотоса, во главе которых шла высокая женщина с суровым лицом и светлыми глазами, похожими на глаза Элаины.

Это была Императрица Наталия II.

За ней следовал Канцлер Меровин, его лицо было мягким и дружелюбным, но его прозрачные глаза смотрели как-то странно пристально.

И позади них – Генерал Кройс позвонил в Солярис, чтобы связаться с Императором Аврелием, и тот решил прибыть на Станцию лично для встречи с Императрицей.

Когда Император Аврелий вошёл в павильон, атмосфера изменилась мгновенно. Два правителя стоял один напротив другого, и между ними пролегла невидимая линия силы, которая пронизывала весь павильон.

– Императрица Наталия, – сказал Аврелий, его голос был глубоким и авторитетным. – Как хорошо вас видеть. Когда я узнал, что вы лично прибудете на встречу, я не мог не последовать вашему примеру.

– Император Аврелий, – ответила Наталия, её голос был не менее авторитетен. – Честь встречи принадлежит вам. Давайте говорить о будущем, которое мы строим вместе.

Кассиан и Элаина оба встали. Это было требованием протокола. Но когда Элаина встала, она слегка повернулась к Кассиану, и их глаза встретились на мгновение. В этот момент произошло что-то необъяснимое. Что-то, что напоминало узнавание.

Генерал Кройс заметил этот момент. Его шрам дёрнулся.

Канцлер Меровин тоже заметил. Его прозрачные глаза сузились.

И в этот момент, когда два правителя начинали обсуждать условия брака, когда официальная делегация Солярис и Айотоса приносила свои дипломатические приветствия, в глубинах систем безопасности Станции "Амфитеатр" произошёл почти незаметный сбой.

Всего на две секунды. На две секунды все системы коммуникации, все записи встречи, все видеоматериалы были перенаправлены через неизвестный сервер. Информация была скопирована, проанализирована, зашифрована. И потом всё вернулось на свои места, как будто ничего не произошло.

Никто не заметил. Даже молодой офицер Дерек Вис, который в этот момент перепроверял журналы доступа, не заметил эту двухсекундную аномалию, потому что она была замаскирована под естественный сбой, под случайный всплеск в системе.

Но сбой был не случайным.

И когда Кассиан и Элаина видели друг друга в первый раз, когда их глаза встречались над головами двух правителей, кто-то где-то делал заметки. Кто-то наблюдал. Кто-то начинал осуществлять свой план.

Позже, когда официальная встреча закончилась и были подписаны первые документы о подготовке к свадьбе (которая была назначена на неделю позже, на нейтральной территории), Кассиан сидел в своих апартаментах на Станции и открыл портативный компьютер.

Его пальцы дрожали немного, когда он писал:

"ПРОФЕССОР, ВСТРЕЧА ПРОИЗОШЛА. ПРИНЦЕССА ЗНАЕТ О ПРАИМПЕРИИ. ОНА ИЗУЧАЛА ЕЁ ТАЙНО, КАК И Я. ЧТО ЭТО ЗНАЧИТ? СОВПАДЕНИЕ? ИЛИ ЧТО-ТО БОЛЬШЕЕ?"

Ответ пришёл через пять минут.

"СОВПАДЕНИЙ НЕ БЫВАЕТ, КАССИАН. ЕСТЬ ТОЛЬКО НАЗНАЧЕНИЕ. МОЖЕТ БЫТЬ, ТЫ ВСТРЕТИЛ СВОЮ ПОЛОВИНУ НЕ В БРАКЕ, А В ИСКАНИИ ИСТИНЫ. БУДЬ ВНИМАТЕЛЕН. ЕСЛИ ЭТА ДЕВУШКА ТАЖЕ КАК И ТЫ КОПАЕТ В ИСТОРИИ, ТО НАЙДЁТ ЧТО-ТО ОПАСНОЕ. И ЛЮДИ, КОТОРЫЕ ОХРАНЯЮТ СЕКРЕТЫ ПРАИМПЕРИИ, НЕ ПОЗВОЛЯТ ЭТОМУ ПРОИЗОЙТИ ЛЕГКО."

Кассиан сделал глубокий вдох. Его руки уже не дрожали. Вместо этого его охватило чувство ясности. Чувство, что что-то в его жизни вот-вот изменится. Что-то большое, серьёзное, опасное.

На другой стороне Станции, в роскошных апартаментах, выделенных для Элаины, она сидела перед компьютером, её светлые пальцы двигались по клавиатуре с хирургической точностью. Она работала под именем "Полутень", пробираясь сквозь слои защиты систем безопасности Станции.

Её целью была информация о финансовых потоках, которые странно циркулировали между Айтосом и неизвестными источниками. Информация, которая подтверждала её подозрения о том, что Канцлер Меровин планировал что-то большое, что-то, что могло разрушить хрупкое перемирие между двумя империями.

Когда она углубилась достаточно, она обнаружила что-то странное. Сообщение, закодированное, но которое она смогла частично декодировать:

"ФЛОТЫ ГОТОВЫ. ИНИЦИАТИВА НАЧНЁТСЯ НА ТРЕТИЙ ДЕНЬ…"

Её сердце забилось быстрее. Что это значило? Какая инициатива?

Но прежде чем она успела копать глубже, произошло что-то странное. Её система безопасности сработала, как будто кто-то пытался её перехватить. Система обнаружила входящее подключение с устройства Принца Кассиана.

Элаина отключила соединение и быстро скрыла следы.

Кассиан пытался её найти? Или это была всего лишь случайная развёртка системы?

Она открыла защифрованное сообщение и написала ответ генерирующему кассиана адресу:

"КТО ТЫ И ПОЧЕМУ ИЩЕШЬ МЕНЯ?"

И она ждала.

В своих апартаментах, Кассиан пришёл в шок, когда получил ответ от "Полутени". Потому что он внезапно понял. Элаина – это "Полутень". Элаина – это кибернетический гений, взломавший государственные системы.

Элаина была значительно более опасной и умной, чем он предполагал.

Он начал писать ответ:

"Я – кто-то, кто ищет то же, что и ты. ИСТИНУ. МЫ ДОЛЖНЫ ПОГОВОРИТЬ. НО НЕ ЗДЕСЬ. НЕ СЕЙЧАС. ЗАВТРА. ЕСТЬ МЕСТО ТА СТАНЦИИ, КОТОРОЕ НЕ ПОКРЫТО КАМЕРАМИ. ПУСТЬ ТЕОИД ПОКАЖЕТ ТЕБЕ. ДОВЕРЬСЯ МНЕ."

Когда он отправил это сообщение, Кассиан знал, что перешёл в Рубикон. Что он больше не может жить двойной жизнью. Что правда, наконец, будет раскрыта.

И где-то, в тенях Станции "Амфитеатр", Канцлер Меровин и его соучастник (голос которого гудел на зашифрованной связи из командного центра корабля Солярис) слушали каждое слово, каждое движение, каждый клавиш, который нажимал Кассиан.

Потому что они знали. Они знали о Кассиане и его интересе к Праимперии. Они знали о Элаине и её навыках взлома. И они позволили этому произойти. Они даже организовали это.

Потому что Кассиан и Элаина были частью их плана. Важной частью.

Просто они этого ещё не понимали.

Глава 3: ТАЙНАЯ ВСТРЕЧА В КОРИДОРАХ ВРЕМЕНИ

Ночь на Станции "Амфитеатр" была искусственной конструкцией, точно так же, как и всё остальное в этом огромном структурном организме в космосе. Когда системы Станции переходили в режим сна, яркость освещения в коридорах снижалась на семьдесят процентов, создавая эффект сумеречной темноты. Звёзды за стеклянными стенами модулей горели ярче, как будто сам космос вступал в свои права, когда люди внутри начинали отдыхать.

Кассиан не спал. Он никогда не спал легко, но сегодня ночью его бессонница была намеренной. Теоид прислал ему комплексное сообщение с инструкциями: "Северный коридор модуля 7-Б. Время 0300 по Стандартному времени Станции. Никому ничего не говори. Даже Генералу Кройсу."

Это было необычно. Теоид служил Кассиану верно и давно, но он редко давал такие категоричные приказы. Обычно он консультировался, предполагал, спрашивал мнение молодого принца. На этот раз его сообщение звучало иначе.

Кассиан ждал, пока часы на его портативном устройстве не показали 0255. Потом он встал с постели в темноте. Его апартаменты на Станции были меньше, чем на "Аврелион-1", но всё равно роскошны – спальня с мягкой кроватью, гостиная с мебелью из редких материалов, ванная комната с видом на космос. Он оделся в чёрный прилегающий костюм, оставив золотые регалии. Если он должен был быть скрытным, то дорогое одеяние привлекало бы слишком много внимания.

Выход из апартаментов был рискованным. Два охранника стояли за дверью, как каменные истуканы. Но Кассиан знал один трюк – он нажал на коммуникатор и сказал одному из охранников:

– Адам, мне нужна вода. Холодная вода из ледяного резервуара. Ты знаешь, я не могу пить обычную воду перед встречами. Она заставляет меня нервничать. Пожалуйста, беги в кухню модуля 4. Там есть специальные системы охлаждения. Это займёт минут пятнадцать.

Охранник по имени Адам колебался. Его инструкции были не отходить от Принца. Но это была просьба, направленная на физический комфорт молодого человека, и Адам, в конце концов, был человеком.

– Хорошо, Ваше Высочество. Я вернусь через пятнадцать минут.

– Спасибо, – сказал Кассиан, и когда охранник ушёл, он быстро вышел из апартаментов, оставив второго охранника Виктора у двери. Виктор предположил, что Принц просто ходит по апартаментам.

Коридоры Станции в ночное время были пустынны. Кассиан двигался быстро, но осторожно, стараясь избегать камер. Он знал их расположение благодаря информации, которую когда-то дал ему Теоид – старик всегда планировал наперёд, всегда готовился к побегам, чрезвычайным ситуациям и конфиденциальным встречам.

Модуль 7-Б был на северной окраине Станции. Это был один из старых модулей, построенный при первоначальной конструкции Амфитеатра, более трёхсот лет назад. Его системы были менее современными, а значит, менее интегрированы с главной сетью безопасности. Это была мёртвая зона для видеонаблюдения, когда менее всего использовались эти части Станции.

Когда Кассиан прошёл в указанный коридор, его ждал Теоид. Старик стоял в тени одного из открытых портов, его лицо было серьёзно, глаза – настороженны.

– Ты пришёл, – сказал Теоид. – Хорошо. Следуй за мной.

Они спустились по узкому коридору, где стены были видны в их оригинальной серебристой конструкции, без современной обшивки и украшений. Это место дышало историей, временем, которое было давно. Наконец, они прошли сквозь дверь, на которой была надпись на древнем языке: "АРХИВЫ СТРОИТЕЛЬСТВА".

Это была комната, больше похожая на хранилище. Полки, везде полки, с тысячами кристаллических дисков, на которых хранилась информация о строительстве и функционировании Станции. Свет был тусклый, с потолка свисали старые лампы, дающие жёлтое свечение.

Но в центре комнаты, на одном из столов, сидела Элаина.

Кассиан замёрз на месте. Его дыхание на мгновение остановилось. Элаина была в чёрном костюме, как и он, её тёмные волосы были распущены и падали на плечи. Её светлые глаза смотрели на него с смесью осторожности и интереса.

– Принц Кассиан, – сказала она, встав со стула. – Как часто мы встречаемся в один день.

– Принцесса Элаина, – ответил Кассиан, он всё ещё был немного потрясён её присутствием. – Я не ожидал… я имею в виду, я не знал, что именно ты будешь здесь.

– Теоид пришёл ко мне с аналогичным предложением встречи, – объяснила Элаина. – Он сказал, что ты хочешь со мной поговорить. Наедине. Без охраны. Без систем видеонаблюдения. – Она сделала паузу. – Я пришла, потому что я уже знаю, кто ты такой, Кассиан. Или, по крайней мере, я знаю, что ты ищешь. То же самое, что ищу и я.

Кассиан медленно вошёл в комнату. Теоид остался у входа, как страж.

– Праимперия, – произнёс Кассиан.

– Да, – подтвердила Элаина. – Праимперия. История, которую запретили. Правда, которую скрывают. Я изучала записи о ней в течение пяти лет, Кассиан. И я обнаружила кое-что очень интересное.

– Что именно? – спросил Кассиан, приближаясь к ней.

Элаина подошла к столу и включила голографический проектор. На воздухе появилось объёмное изображение – карта космоса, показывающая расположение Солярис и Айотоса.

– Две империи, – начала Элаина, её голос был низким и серьёзным, – существуют на расстоянии ровно в триста световых лет друг от друга. Странное совпадение, не так ли? Не ближе, не дальше. Ровно триста.

Она нажала на устройство, и голография изменилась. Теперь на экране появилось огромное древнее государство, единое, простирающееся на несколько тысяч световых лет.

– Это была Праимперия, – продолжила Элаина. – Единое государство, контролирующее огромную часть известного космоса. Но два тысячелетия назад она была разделена. Официально это называют "Великим Расколом", и считается, что он произошёл из-за гражданской войны. Но я нашла доказательства, что это неправда.

Кассиан слушал, затаив дыхание.

– Расколодно был организован, – сказала Элаина. – Он был намеренным. Лидеры Праимперии сами решили разделить государство и забыть о его истории. И я знаю почему.

– Почему? – спросил Кассиан, его голос дрожал немного.

Элаина повернулась к нему, и её глаза горели огнём.

– Потому что они защищали нас от чего-то, Кассиан. От чего-то, что было настолько опасно, что они предпочли разделить цивилизацию, нежели позволить ей остаться единой. Они создали барьеры – географические и информационные – чтобы если эта угроза вернётся, она не смогла бы сокрушить всё человечество сразу.

Кассиан почувствовал холод, пробежавший по его спине.

– Какая угроза? – спросил он.

– Это я не знаю, – ответила Элаина, и в её голосе была разочарованность. – Записи были стёрты. Те люди, которые знали истину, умерли, не оставив информации. Но я нашла намёки. Кое-что о "тени", о "холодном голосе", о "вторжении, которое приходит из края космоса".

Теоид, стоявший у входа, кашлянул.

– Молодые люди, – сказал он, его голос был серьёзен, – это важная информация, но это не главная причина, почему я собрал вас вместе.

Кассиан и Элаина повернулись к нему.

– Есть ещё одна проблема, – продолжил Теоид. – Более срочная. Более опасная. Есть люди в обеих империях, которые знают о Праимперии. И они используют эту информацию для своих целей.

– Кто? – спросила Элаина резко.

– В Солярис – Адмирал Зарев, – сказал Теоид. – Военный герой, которого все уважают. Я служил с ним много лет назад. Я знаю, что происходит в его голове. Он верит, что история Солярис – это история рабства. Что люди нашей империи были запрограммированы древними алгоритмами Праимперии для подчинения власти. Он хочет освободить людей от этого.

– И в Айотосе? – спросила Элаина, её голос был холоден.

Теоид помедлил.

– Канцлер Меровин.

Элаина вздрогнула, как будто её ударили.

– Меровин? Но он… он помощник моей матери. Он давно служит имперской семье.

– Да, – подтвердил Теоид. – Но служение не всегда означает верность. Меровин потерял сына пятнадцать лет назад. Официально считается, что тот погиб в боевом столкновении. Но я знаю правду. Тот боевой инцидент был спровоцирован Адмиралом Заревым. Сын Меровина был просто случайной жертвой политической игры Зарева.

Элаина села обратно на стул, её лицо было бледным.

– Меровин и Зарев работают вместе? – спросила она.

– Да, – ответил Теоид. – И я знаю, что они планируют. Они планируют спровоцировать войну между Солярис и Айотосом. Они планируют обвинить друг друга в преступлениях. И когда две империи будут истекать кровью в боевых действиях, они оба займут трон своих правителей.

Кассиан почувствовал, как его руки сжались в кулаки.

– Но почему? Зачем им нужна власть в истерзанном войной государстве? – спросил он.

– Потому что, – сказала Элаина медленно, словно понимая логику врага, – если они одновременно захватят власть в обеих империях, они смогут объединить их под новым флагом. Под флагом, который они выберут. Они смогут переписать историю. Они смогут превратить Праимперию не в защитный барьер, а в инструмент власти.

– Именно, – подтвердил Теоид. – И свадьба вас двоих – это первый элемент их плана.

Кассиан и Элаина оба посмотрели на Теоида.

– Объясни, – потребовала Элаина.

Теоид подошёл к голографическому проектору и включил новое изображение. На нём была видна Станция "Амфитеатр" с отмеченными стратегическими точками.

– Флоты обеих империй находятся в боевой готовности, – сказал Теоид. – Официально, они якобы отступили из пограничных зон, но я перехватил зашифрованные сообщения. Они находятся в максимальной боевой позиции, замаскированные под космической пыль и астероидные поля. Когда вы двое будете на свадьбе, вашей матери и отцу не будут на Станции. Они будут на своих флагманах, координируя действия. Когда сигнал поступит, флоты атакуют друг друга.

– Но почему на нас нацелена атака? – спросила Элаина.

– Потому что вы оба будете на нейтральной территории, – объяснил Теоид. – Ни под защитой Солярис, ни под защитой Айотоса. Один из флотов атакует Станцию якобы для уничтожения вас двоих. Другой флот приходит на "помощь", но слишком поздно. Вы оба погибаете. Обе империи обвиняют друг друга в убийстве наследников. Война начинается.

Кассиан почувствовал, как его ноги почти подогнулись.

– Но… если мы говорим об этом сейчас, мы можем остановить это, – сказал он. – Мы можем рассказать отцу, матери…

– Нет, – перебила его Элаина, и в её голосе была ледяная ясность. – Если мы расскажем им, Меровин и Зарев узнают об этом. Они готовились слишком долго. Они имеют людей везде. Везде. Даже в апартаментах нашего императора.

– Как ты знаешь? – спросил Кассиан.

– Потому что я взломала системы коммуникации, – ответила Элаина. – И я нашла скрытые каналы связи. Те каналы, которые использует Меровин для общения с Заревым. Я нашла даже людей, которые им помогают. Генерала Кройса среди них нет, но его заместитель, Полковник Ведьма – да. И в Айотосе, среди моей матери советников, по крайней мере трое работают на Меровина.

Теоид кивнул.

– Итак, мы оказались в ситуации, когда правда опасна, а молчание смертельно, – сказал он. – Мы должны действовать. Но очень осторожно.

– Какой план? – спросила Элаина, и в её голосе была готовность к действию. Она была не испугана, а сосредоточена, как хищник, приготовившийся к прыжку.

Теоид вернулся к голографическому проектору и показал новое изображение – древний архив, глубоко под одним из скальных образований на луне Солярис.

– Существует место, – сказал он, – которое не известно почти никому. Архив Праимперии. Настоящий архив, не рукописи, которые вы оба нашли, а оригинальные системы хранения информации. Там хранится вся правда о разделении, о причинах, о том, почему две империи были разделены.

– Где это? – спросила Элаина.

– На луне Каллистея, спутнике Солярис, – ответил Теоид. – Я знаю точные координаты. Я знаю, как получить туда доступ. И я знаю, что если мы сможем добыть информацию из этого архива, если мы сможем раскрыть правду о Праимперии и о том, что произошло, то мы сможем остановить войну.

– Как это нам поможет? – спросила Элаина скептически.

– Потому что, – ответил Теоид, – правда о Праимперии – это не просто история. Это ключ. Ключ к тому, почему две империи существуют в таком тонком балансе. Это ключ к пониманию того, что Меровин и Зарев не просто честолюбивые вассалы, они – люди, которые пытаются переписать историю, забыв о подлинной угрозе, которую эта история была создана для защиты.

Кассиан медленно начал понимать.

– Если мы раскроем эту угрозу… если мы покажем людям, что Праимперия была разделена не из-за конфликта, а из-за необходимости защиты… – он остановился.

– То люди, и в Солярис, и в Айотосе, поймут, что их истинный враг – не друг друга, а то, что скрывается в космосе, – завершила Элаина.

– Правильно, – подтвердил Теоид. – Объединённые не для войны, а для защиты. Вот что нам нужно.

Элаина встала со стула и подошла к Кассиану.

– И я предполагаю, что свадьба отменяется? – спросила она, и на её лице появилась едва заметная улыбка. – Мне придётся снять белое платье?

Кассиан на мгновение смотрел на её лицо, и что-то в его груди перевернулось. Эта женщина – его враг по определению, его политический брак без любви – вдруг стала его союзницей, его компаньоном в деле, которое было важнее, чем политика, империи, или даже жизнь.

– Пока нет, – сказал он. – Свадьба состояется. Но это будет ловушка для Меровина и Зарева. Они думают, что они контролируют события. Они думают, что всё идёт по их плану. Но мы покажем им, что ошибались.

– Это опасно, – сказала Элаина. – Мы рискуем не только нашей жизнью, но и жизнями миллионов людей.

– Я знаю, – ответил Кассиан. – Но иного выхода нет.

Элаина протянула руку Кассиану. Он взял её, и их пальцы переплелись. На мгновение, между ними прошла волна понимания. Понимание того, что они больше не враги, а соратники в битве, которую нужно было выиграть.

– Тогда давайте начнём, – сказала Элаина. – Что нужно сделать в первую очередь?

Теоид подошёл к ним обоим.

– В первую очередь, вы должны отправиться на Каллистею. До свадьбы остаётся шесть дней. За этот период я организую ваше путешествие. Вы отправитесь туда официально как часть подготовки к церемонии – якобы для сбора древних артефактов Праимперии для украшения свадьбы. Никто не будет подозревать правду.

– А защита? Охранники? – спросила Элаина.

– Я позабочусь об этом, – ответил Теоид. – Люди, которым я доверяю. Люди, которые понимают, что на карту поставлена не просто власть, а будущее нашей цивилизации.

Кассиан смотрел на голографическое изображение луны Каллистея. Где-то там, под слоями камня и времени, скрывалась истина. Истина, которая могла спасти миллионы жизней. Или уничтожить их все.

– Когда мы уезжаем? – спросил он.

– Завтра, – ответил Теоид. – В полночь. Маленький корабль. Никаких регалий, никаких официальных флагов. Вы будете путешественниками, а не принцем и принцессой.

Элаина сжала руку Кассиана сильнее.

– Я готова, – сказала она.

Кассиан кивнул.

– И я тоже.

В этот момент, когда они стояли вместе в этой древней комнате, окружённые архивами прошлого, ни один из них не знал, что их разговор был записан. Не Теоидом – верный помощник никогда бы не предал своего принца – а кем-то ещё.

Кем-то, кто сидел в командном центре корабля Солярис и слушал каждое слово через миниатюрный микрофон, замаскированный под пуговицу в костюме Кассиана. Костюм, который был выбран Теоидом, не подозревая о том, что ткань была заражена перехватывающим устройством, закладным несколько дней назад.

Адмирал Зарев, слушая запись, позволил себе маленькую улыбку. Его план был изменён. Молодой принц и молодая принцесса хотели перейти в наступление. Они хотели отправиться на Каллистею, найти архив, раскрыть истину.

Хорошо. Позволим им это сделать. Позволим им найти архив.

Потому что в архиве их будет ждать сюрприз.

В архиве их будет ждать Западня.

Через два часа, когда Кассиан вернулся в свои апартаменты, когда Элаина вернулась в свои, когда Теоид растворился в тенях Станции, происходило совещание.

На видеоконференции, с использованием самых передовых шифрования, Адмирал Зарев обсуждал план с Канцлером Меровином.

– Они знают, – сказал Зарев без предисловий.

На экране появилось лицо Меровина, его прозрачные глаза были напряжены.

– Что они знают? – спросил Меровин.

– О нас. О плане. О том, что мы готовимся к войне, – ответил Зарев. – Молодой принц и молодая принцесса. Они подозревают нас. И они планируют действовать.

– Как они узнали? – спросил Меровин, его голос был холодным.

– Не важно, – ответил Зарев. – Важно то, что они хотят отправиться на Каллистею. Они хотят найти архив Праимперии. Они думают, что правда спасёт их.

Меровин помолчал. Потом его лицо расслабилось в чём-то похожем на улыбку.

– Тогда позволим им найти архив, – сказал он. – Позволим им открыть истину. Но истина, которую они найдут, не будет тем, что они ожидают.

– Ты имеешь в виду… – начал Зарев.

– Я имею в виду, что архив был скомпрометирован, – ответил Меровин. – Информация в нём модифицирована. Давным-давно, когда я ещё работал в Министерстве Истории Айотоса, я был среди тех, кто имел доступ к информации о местонахождении архива. И я позаботился о том, чтобы запечатать его специальным устройством – устройством, которое позволяет закладывать ложную информацию в системы памяти архива.

Зарев рассмеялся.

– Гениально, – сказал он. – Итак, когда они найдут истину, они найдут нашу версию истины. Версию, которая покажет им, что разделение Праимперии произошло не из-за необходимости защиты, а из-за власти. Что лидеры Праимперии были тиранами. Что система должна быть разрушена и переписана.

– Правильно, – подтвердил Меровин. – И когда они вернутся с этой информацией, когда они попытаются раскрыть её имперским семьям, их обвинят в попытке государственного переворота. Их казнят.

– И тогда война начнётся, – завершил Зарев.

На экране их лица встретились в мрачной улыбке. План был совершенен. Молодые люди, которые думали, что они действуют независимо, что они спасают мир, на самом деле закладывали гроб себе в могилу.

И история, которая должна была спасти миллионы жизней, вместо этого погубит их всех.

Глава 4: СПУСК НА КАЛЛИСТЕЮ

Малый истребитель-разведчик "Тень Звезды" прорезал космос молча, словно призрак, скользя сквозь астероидные поля и облака космической пыли. Его силуэт был минимален, его двигатели работали в режиме минимальной активности, чтобы избежать обнаружения. Кассиан сидел в кресле пилота, его руки уверенно держали управление. Он был хорошим пилотом – это один из немногих навыков, которому его позволили обучаться самостоятельно, без контроля и ограничений политики.

Рядом с ним, в кресле навигатора, сидела Элаина, её пальцы двигались по голографическому интерфейсу, сканируя звёздные карты, проверяя маршруты, убеждаясь, что они не попали в поле активности зондов Зарева или Меровина.

Позади них, в центральном отсеке корабля, находились ещё четыре человека. Трое из них были охранниками – верными людьми Теоида, которые на самом деле были намного больше, чем просто охранники. Кассиан не знал их имён в полной мере. Теоид представил их как "Ворон", "Волк" и "Ведьма". Псевдонимы, шифры, коды – в мире, где доверие было роскошью, имена было опасно знать.

Четвёртый был самим Теоидом, хотя старик выглядел ещё более усталым, чем на Станции, как будто тяжесть совершённого выбора давила на него с каждой минутой путешествия.

Они летели к луне Каллистея уже двенадцать часов. Ещё четыре часа полёта, и они достигнут её. Четыре часа, во время которых было слишком много времени для размышлений, слишком много времени для размышлений о том, что их ждало внизу.

– Сканеры чистые, – сказала Элаина, не поднимая глаз от интерфейса. – Никаких активных зондов в пределах двухсот миллионов километров. Но это не означает, что мы не наблюдаемся. Любой достаточно опытный оборудист может скрыть свои сканеры, замаскировав их под естественные помехи.

– Я знаю, – ответил Кассиан. – Но мы не имеем выбора. Если мы не доберёмся до архива в течение следующих четырёх дней, свадьба начнётся без нас. И тогда Меровин и Зарев смогут обвинить нас в трусости, в попытке избежать брака. Это дастоне им оправдание для начала войны.

Элаина наконец посмотрела на него. Её серо-голубые глаза были спокойны, но в них горел огонь ума, расчёта, готовности.

– Я не боюсь, Кассиан, – сказала она, и в её голосе не было страха. – Я боюсь только одного: что мы найдём что-то, что не сможем остановить. Что-то, что больше нас обоих.

Кассиан кивнул. Он чувствовал то же самое. Это было ощущение на краю пропасти, ощущение того, что они вот-вот откроют что-то, что изменит их оба навсегда.

Позади них в отсеке Теоид прислушивался к их разговору. Его руки дрожали немного, хотя он старался это скрыть. Он держал в руках портативное устройство, на экране которого мигала зашифрованная информация.

Ворон, один из охранников – высокий, мускулистый мужчина с чёрной повязкой на левом глазу – подошёл к Теоиду.

– Старик, – сказал он, его голос был низким, гравийным, – ты в порядке?

Теоид поднял глаза. Его морщинистое лицо было напряженно.

– Да, – солгал он. – Я просто… я просто проверяю сигналы. Убеждаюсь, что никто не преследует нас.

– Никто не преследует, – сказал Волк, второй охранник, худой мужчина с серыми глазами. – Я проверил три раза. Мы чистые.

Но Теоид знал что-то, что они не знали. Знал, что его приложение для криптографии обнаружило нечто странное. Микроскопическое изменение в паттернах шума в его коммуникационной системе. Изменение, которое указывало на одно: их сигналы были перехвачены. Если не их позиция, то по крайней мере их маршрут.

Кто-то знал, куда они идут. И Теоид имел хорошее предположение, кто это был.

Он решил ничего не говорить Кассиану и Элаине. Не потому, что он хотел их обманывать, а потому, что знание этого факта только замедлило бы их. И у них было мало времени.

Луна Каллистея была мёртвым миром. Это было первое впечатление, когда "Тень Звезды" вошла в её атмосферу и начала спускаться на поверхность. Никаких признаков жизни. Никаких поселений. Никаких огней. Только серый ландшафт, покрытый кратерами и осколками скал, простирающимися на миллионы квадратных километров.

Кассиан направил корабль к координатам, которые дал ему Теоид. Скальное образование, расположенное в западном полушарии луны, в области, называемой Долиной Теней. Это была глубокая расселина, куда никогда не проникал свет далёкого солнца, где температура падала до минус двухсот градусов по Цельсию.

Идеальное место для захоронения секретов.

Корабль приземлился на плоской площадке недалеко от входа в расселину. Площадка была естественной, будто сама луна ждала их прибытия. Кассиан отключил двигатели, и воцарилась тишина. Тишина космоса, абсолютная, первозданная.

– Мы здесь, – сказала Элаина, отстёгивая ремни безопасности.

Они оба облачились в скафандры. Современные, лёгкие, с встроенными системами жизнеобеспечения и коммуникации. Ворон, Волк и Ведьма (ещё одна женщина, худая и быстрая, с острыми чертами лица) также надели скафандры. Только Теоид остался на корабле.

– Я буду здесь, контролируя системы, – сказал он. – Если что-то пойдёт не так, я буду готов к срочному взлёту.

Кассиан хотел возразить, но понял, что это имело смысл. Теоид был слишком стар для такого путешествия. И кто-то должен был оставаться на корабле.

Они вышли на поверхность луны через шлюз. Гравитация здесь была слабой, почти на уровне половины земной, поэтому они двигались с лёгкостью, хотя каждый шаг требовал осторожности. Ландшафт был дикий, необуреный, скалы взметались в чёрное небо, создавая силуэты, похожие на замки развалин.

Вход в архив был скрыт за одной из таких скал. Когда Кассиан приблизился, используя координаты, которые были загружены в его портативное устройство, он увидел что-то, что заставило его остановиться.

Символ.

Древний символ, вырезанный в камень. Символ, который он узнал из своих тайных исследований Праимперии. Это был символ "Охраны", древнего ордена, который, по преданиям, защищал знания Праимперии от забвения.

– Видишь ли ты это? – спросила Элаина, её голос прошёл через коммуникационный канал.

– Да, – ответил Кассиан. – Это подтверждает, что мы на правильном пути.

Ворон подошёл к скале и начал сканировать её специальным устройством.

– Здесь есть механизм, – сказал он. – Древний, но всё ещё функционирующий. Вероятно, основан на некой форме квантовой памяти.

Он нажал на конкретную точку на скале, и произошло то, что Кассиан не ожидал. Скала не раздвинулась, не откатилась, ничего физического не случилось. Вместо этого воздух перед ними стал потягиваться, как будто вся ткань пространства искривляется.

Голографический интерфейс.

Система безопасности старше, чем письменность современного человечества, была всё ещё активна. Интерфейс мигал, проецируя изображение на их шлемы. На экранах появилось лицо – лицо женщины древних времён, её черты были гордыми, её глаза горели интеллектом.

"Привет, Искатель Истины", – раздалось в их наушниках. Голос был синтезированным, но содержал что-то похожее на эмоцию. "Ты прошёл испытания. Ты нашёл символ. Теперь ответь на вопрос: почему Праимперия была разделена?"

Элаина и Кассиан обменялись взглядами через прозрачные козырьки скафандров.

– Это тест, – сказала Элаина. – Система проверяет, достойны ли мы доступа.

– Как ответить? – спросил Кассиан.

– Правдой, – ответила Элаина. Потом она активировала микрофон и произнесла: – Праимперия была разделена для защиты. Защиты от угрозы, которая была достаточно велика, чтобы оправдать уничтожение единства цивилизации.

Голография мигнула. На мгновение ничего не произошло. Потом система перезагрузилась.

"Правильный ответ, но неполный"

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.