# Крылья

Эмиль Бенедикт Величка

В одном старом и далеком мире жил удивительный и неимоверно гордый народ, умеющий летать так же, как птицы. Их крылья, пестрые и необыкновенно огромные, каждое утро, как только Солнце прорезало линию горизонта, наполняли мир тысячами тысяч звуков разрезающегося воздуха. Высоко над деревьями звучали песни, люди танцевали в воздухе; они то поднимались вверх, то, полностью сложив крылья, позволяли себе упасть на несколько десятков футов, то сливались в один сложный, изменяющийся геометрический узор Но не все люди умели летать. Снизу, в деревне, селянекаждое утро выходили посмотреть на танец. Мудрецы записывали его и перерисовывали движения в свои книги, ведь у них была только одна мечта – научиться летать. Но, в отличие от древесного народа (да, те люди жили именно на деревьях), селяне, признавая необычайную красоту танца, всегда хотели большего: они хотели полететь к Солнцу, в Великую Восточную Страну, туда, где звезды спят днем…

В одном старом и далеком мире жил удивительный и неимоверно гордый народ, умеющий летать так же, как птицы. Их крылья, пестрые и необыкновенно огромные, каждое утро, как только Солнце прорезало линию горизонта, наполняли мир тысячами тысяч звуков разрезающегося воздуха. Высоко над деревьями звучали песни, люди танцевали в воздухе; они то поднимались вверх, то, полностью сложив крылья, позволяли себе упасть на несколько десятков футов, то сливались в один сложный, изменяющийся геометрический узор.

Но не все люди умели летать. Снизу, в деревне, селяне каждое утро выходили посмотреть на танец. Мудрецы записывали его и перерисовывали движения в свои книги, ведь у них была только одна мечта – научиться летать. Но, в отличие от древесного народа (да, те люди жили именно на деревьях), селяне, признавая необычайную красоту танца, всегда хотели большего: они хотели полететь к Солнцу, в Великую Восточную Страну, туда, где звезды спят днем.

Юноши в деревне поначалу думали, что весь секрет полета в танце, и, повторив его на земле, смогут подняться в воздух. Каждую ночь, в тайне от старейшин, они выходили на поляну в лесу и начинали танцевать. Получалось весьма нескладно, их тени, дрожащие под светом факелов, больше походили на то, как в нашем мире индейцы вызывали дождь. Из высоких крон деревьев вместо музыки доносились насмешки – это древесный народ наблюдал за попытками повторить их танец.

Шли дни, недели, месяцы. У юношей начинало получаться все лучше и лучше. И вот, в конце концов, их танец даже превзошел то, что древесный народ исполнял каждое утро. Неожиданно из тени вышло пятеро крылатых людей. Хоть их народ и не был ангелами, в дневном свету они были необычайно красивы. Но сейчас они выглядели как коршуны, как валькирии из северных сказок. Главарь расправил крылья и возопил: «Мы способны танцевать только под дневным светом. Вы же и ночью не теряете красоты, но так зачем же нужны мы, если и вы можете так танцевать?»

Старший из юношей начал рассказывать про Восточную Страну, про звезды, которые так близко, и про Солнце, которое всегда греет своими лучами. Но похожий на ворону человек продолжил кричать: «Мы не полетим в твою страну. Зачем нужны мы, если звезды красивее нас? Мы хотим быть самыми прекрасными там, где живем». Тут он знаком приказал своим людям расправить крылья, и острые, как нож, перья ударили по коленям мальчиков. Больше танцевать они не могли.

На следующее утро никто не вышел смотреть на танец. Но крылатым людям было все равно, их не интересовали ни люди, ни Солнце, ни даже их же сородичи. Изо дня в день они мерились красотой, тем, как их перья отражают свет, но они скорее сожгли бы свои крылья огнем, чем признали бы, что всего лишь отражают чужой и гораздо более высокий свет. Снизу это все еще выглядело красиво, но если бы мы смогли подняться вверх, то ненависть и зависть на их лицах погубила бы всю красоту танца.

Но самолюбие крылатых требовало все больше и больше, и они, как его послушные рабы, придумали, как сделать свое утреннее выступление еще более завораживающим. Они начали закрывать собой Солнце, их перья отбрасывали разноцветные, похожие на витражи, отблески. Но вся деревня погрузилась во тьму, урожай начал гибнуть без солнечного света, люди – чаще болеть. Но самое страшное – они больше не могли видеть Солнце, к которому так стремились.