# Хищный клан 5

Виктор Молотов

Враги наступают, а мне нужно защитить не только свою семью, но и ставший родным мир. Только вот опять всё идет не по плану…

## Глава 1. Искупление


– Я не стану тебя убивать, – сказал я жене, которая смотрела на меня молящим взглядом.

– Пожалуйста. Сделай милость, – жалобно произнесла она.

Но я заметил, как уголок её рта слегка дрогнул в ухмылке. На два шага отошёл от камеры.

– Плохо притворяешься, – процедил я, уже не пытаясь скрывать разгорающийся гнев.

Она злобно улыбнулась. Моргнула. И глаза вновь налились тьмой.

– Не люблю быть ограниченным рамками одного тела, – сказало существо. – Тем более, такого хрупкого.

Кулаки невольно сжались, ведь монстр прямо намекал, что может навредить моей супруге.

– Чего ты добиваешься? – прямо спросил я.

– Чтобы ты убил её. Сам. Это будет прекрасная месть за вторжение в мой мир, – сказав это, она снова рассмеялась.

Такой злобный и продолжительный смех могут издавать лишь умалишённые. А разве могло быть другим одушевлённое проклятье?

– Не дождёшься.

– Тогда я сам буду убивать её. Медленно и мелодично.

У Юли хрустнул палец, отчего я сморщился. Тварь сломала его одной силой мысли. Продемонстрировала мне вывернутый мизинец.

Я не мог позволить этому существу так обходиться с телом моей супруги. Поэтому действовал быстро. С пальцев сорвались золотистые искры сонного заклинания.

Оно впиталось в девушку, и она плавно упала на пол.

Заклятия, в отличие от проклятий на эту сущность действовали. Но как водный маг и мастер проклятий я мог использовать сильные лишь из профильных стихий. В остальном приходилось довольствоваться универсальными рунами, какие не смогут помочь Юле.

Тут и слуги подошли с едой и спальными принадлежностями.

– Что с ней? – забеспокоилась Марисса, смотря сквозь прутья решётки.

– Оставьте всё здесь и позовите Елизавету, – обратился я к двум парням-слугам.

Они молча выполнили распоряжение и удалились.

– Она спит. Чтобы себя не калечила, – объяснил я.

– Но?

– Это не Юля. Не ведись на эту игру, – опередил я её вопрос.

Елизавета пришла минут через десять. Вместе с моим отцом. Оба пришли в чёрном в знак траура.

Я объяснил целительнице про сломанный палец и попросил вылечить.

– Хорошо, но я не смогу лечить её каждый день. А если она шею себе свернёт? – осторожно спросила Елизавета.

– Не свернёт. Поставлю тут сонные артефакты. Пока вы будете заняты пальцем, схожу за ними в хранилище.

– Держи, – отец достал из кармана ключ и протянул мне.

Сколько же таких ключей он с собой носит. Впрочем, неважно.

Я благодарно кивнул и направился в соседнее крыло. Там тоже было подземелье. Но не для пленников, а казны клана и артефактов. Мало кто знал, где находится вход в него. Но отец мне однажды показывал. После того как сделал меня наследником.

Сбоку на раме одной из картин в большой гостиной пряталась кнопка механического механизма. Если не знать, где она находится, то никогда не найдёшь. Но я знал и нажал.

Стена провернулась, как вращающаяся дверь в любом торговом центре из моего прошлого мира. Да, даже война некромантов не отняла у людей любовь к покупкам. Среди бедствия иногда важно развеяться. Создать себе иллюзию спокойной жизни. Чем часто и грешили люди без магического дара в моей прошлой жизни. И я их за это не осуждал.

Оказался в коридоре, освещённом магическими шарами. Но в это время в гостиной ничего не изменилось, ибо стена магическим образом копировалась, чтобы никто не заметил подмены.

Коридор вёл к лестнице, по которой я спустился к толстым дверям хранилища.

Они были сделаны таким образом, что открыть их можно было лишь ключом, на который следовало капнуть немного крови представителя семьи Акулиных. Сюда спускались не так часто, поэтому за сотни лет никто так и не поменял эту систему.

Я прокусил палец. Прислонил к ране ключ, ничуть не боясь заразиться от магического предмета, созданного целителями. Потом этот же ключ провернул в замочной скважине.

Хранилище приняло мою кровь, и послышались монотонные щелчки. Затворы открывались один за другим.

Я зашёл внутрь. Большой склад был хорошо освещён. Здесь была настоящая сокровищница. Одних артефактов было на целое состояние для отдельного человека, для клана же это были скорее расходники.

Нашёл на полке три артефакта в виде стеклянных треугольников. Забрал всё и вышел, закрыв за собой дверь.

По возвращении в темницу первым делом вернул ключ отцу. Затем зашёл в открытую камеру, где Юлю уже положили на мягкий матрас и укрыли одеялом. Мизинец правой руки вернулся в прежнее положение.

Я расставил артефакты по углам камеры и вышел. Мы оставили еду внутри и закрыли дверь. Ключ от камеры тоже забрал отец. Будь сейчас другая обстановка, то я бы пошутил, что он у нас подрабатывает ключником.

– Спи не проснись, – сказал я кодовую фразу, активирующую сонные артефакты.

– Надолго их хватит? – поинтересовался отец.

– Обычный человек спал бы месяц, а тут – не знаю, – ответил я, смотря на мирно спящую Юлю.

Сейчас она была похожа на себя настоящую.

Клановые собирались уходить, а я остался заменить на посту Алексея. Но отец обещал прислать смену мне через два часа. Так, все клановые смогут подежурить возле камеры без ущерба основной деятельности клана.

Внезапно в темницу спустился Игорь Николаевич – отец Юли. Вид у него был крайне мрачный.

– Я пропустил похороны своей жены, – первое, что сказал он. – Почему не вызвали с дежурства?

Вопрос был обращён моему отцу.

Глава клана не стал увиливать ответа и даже не отвёл взгляда. Он подошёл к Игорю и прямо ответил:

– Боялся твоей реакции. Хотел найти Артура и избавить Юлю от паразита до твоего возвращения. Но ничего не вышло. Прости, друг.

– Что с моим сыном? – спросил граф Белладоннов дрожащим голосом.

Но самое удивительное, что у него в руках лежал Морф.

– Мы не смогли найти его, – ответил мой отец.

А я не мог молчать. Ведь хуже всего быть в неведении.

– Игорь Николаевич, – начал я, – Артур мёртв. Я нашёл его в мире Тёмного бога в таком же одержимом состоянии.

У графа ноги подкосились. Все слышали, что эта сущность делает со своими жертвами.

– Я не позволил ему страдать, – честно закончил я. – Вытащить его не мог, туда обычные порталы не открываются.

– Но он смог вытащить Юлю, – дополнил отец и кивнул на клетку.

Граф подошёл ко мне. Я ожидал чего угодно: от криков до попытки убить меня в отместку за своего сына. Но Игорь Николаевич положил руку мне на плечо и произнёс одно-единственное слово:

– Спасибо.

Я кивнул, сохраняя серьёзное выражение лица. А граф протянул мне трактат.

Взял Морфа в руки.

Мне хотелось пообещать графу, что я смогу спасти хотя бы его дочь. Однако в этом не было никакой уверенности. Поэтому молчание стало лучшим решением.

Игорь Николаевич подошёл к клетке и посмотрел на спящую дочь. Потом снова обратился к моему отцу:

– Я покараулю её после Сергея?

– Конечно.

Отец Юли кивнул и ушёл. Было заметно, что мужчине больно наблюдать за спящей девушкой и осознавать, что там отнюдь не его дочь. Но кроме неё, у него никого не осталось. Я подождал, пока шаги графа стихнут и спросил у отца, который теперь не спешил уходить:

– Почему он так спокойно отреагировал?

Но вместо главы клана ответила Елизавета:

– Потому что я попросила ему дать воды с успокоительным после того, как всё узнает. Завтра будет рвать и метать.

– Это не правильно, – замотал головой отец. – Игорь имеет права на эмоции, как и все мы.

– Лучше так, чем он бы нас в отместку за ужином отравил.

– Елизавета права, – согласился я, поскольку и сам часто прибегал к руне успокоения. – Он сможет адекватно всё обдумать, и реакция будет мягче.

– Вы наговорились? – внезапно спросил Морф.

– Имей уважение, – хмыкнул я.

– Да я вам помочь хотел, – возмутился трактат.

– Тогда помогай без своих замашек.

Морф проворчал что-то невнятное, и книга раскрылась в моих руках на середине. Я прочитал выведенную кровью надпись: «Уничтожишь проклятье, исчезнут и все его части, разбросанные по всем мирам».

– Мне на это сил не хватит. Мы стоим на разных уровнях магического развития, – прокомментировал я.

Ответ гласил: «Мне хватит».

Я захлопнул книгу и сглотнул. Если позволить Морфу самому поглотить проклятье такого уровня, то уже мой трактат приравняется к богам. И когда он получит тело, его будет уже невозможно контролировать.

Морф уже единожды пытался завоевать мир. И не факт, что не сделает это снова.

– Нет, – ответил я после секунды раздумий. – Сам попробую.

– Да ты сдохнешь раньше, – парировал Морф.

– Не факт, я уже поглощал высокоуровневые проклятья.

– Но они не имели разума и не могли тебе противостоять! Да у тебя источник просто лопнет!

– Сергей, что ты хочешь сделать? – насторожился отец.

– Попробовать спасти Юлю своими силами.

А про себя продолжил: «Чтобы через год мир не подвернулся ещё большей опасности».

– Ты с ума сошёл? – подала голос Марисса. – Я пойду с тобой.

– Кто из нас ещё свихнулся, я же мастер проклятий, а ты рунная ведьма стихии воды. А воды в мире Тёмного бога нет и не намечается.

– Не подумала, – Марисса отвела взгляд.

Решила погеройствовать? Или же она так хочет умереть вместе со мной? Уточнять не стал, поскольку оба варианта не сулили ничего хорошего.

– Тогда я пойду с тобой, – продолжил Морф.

– Нет, тебя точно не возьму! – отрезал я.

Юля заворочалась на матрасе. Потянулась.

– О, птичка просыпается, – прокомментировал трактат.

– Не заставляй меня жалеть о том, что пришил тебе рот, – мрачно сказал я.

Сейчас было не время и не место для наших извечных споров.

– Какой знакомый голос, – сказала Юля не своим голосом.

Он был тяжёлым, гортанным. Словно кошмарное существо говорило со дна колодца.

– Артефакты не работают? – уточнила Марисса.

– Работают, это сущность сопротивляется, – ответил я.

Юля присела на матрас и прищуренным взглядом чёрных глаз посмотрела на меня. Вернее, смотрел тот, кто сейчас находился на месте Юли.

– Создатель, ты ли это? – спросила она.

Я посмотрел в красный глаз книги, ожидая ответа.

– Нет, – ответил Морф, пытаясь сделать голос более звонким.

– Тебе меня не обмануть, – прошептала девушка зловещим тоном.

На мой трактат покосились все присутствующие, включая меня.

Зрачок единственного глаза начал бегать из стороны в сторону, словно в поисках поддержки. Словно кто-то из нас мог одобрить создание столь мощного и амбициозного проклятья, что раньше своего создателя приблизилось к богам.

– Морф, отвечай, – строго приказал я.

– Морфелеус, ты как-то сильно похудел с нашей последней встречи, – наигранно ласковым тоном сказала сущность, а затем зевнула. – Одна кожа да кости.

После того как она назвала его полное имя, известное только мне, все сомнения отпали.

– Сергей, мне кажется, твою книгу пора сжечь. Слишком много от неё проблем, – предложил отец.

Хотя по тону я понял, что таким образом он хочет заставить трактат говорить. Чтобы Морф ради выживания отказался от собственных планов, что мало отличались от идей его создания.

– Да, давайте позовём кого-нибудь из Скорпионовых. Они-то точно смогут его сжечь, – поддержал я идею отца.

– Эй, не надо Скорпионовых! – заверещал Морф.

– Какой же ты трусишка, – рассмеялась Юля, уже своим голосом.

Эти ежесекундные изменения в ней начинали меня нервировать. Как бы это на психике настоящей Юли не отразилось.

– Морф, мы ждём правду, – напомнила трактату Елизавета Белладоннова.

– Ладно-ладно. Ну в общем, когда-то по молодости и глупости я хотел завоевать все миры. Да, амбиции у меня были о-го-го.

– Давай к сути, – перебил я, хорошо зная, что своими историями Морф может долго ходить вокруг да около, не затрагивая нужную тему.

– Короче, чтобы не делать всё самому я создал проклятье. Меня смогли победить, а вот проклятье осталось. Вот и всё.

– Ясно, – ответил я и поднялся со стула. – Марисса, присмотри, пожалуйста, за Юлей.

Бывшая русалка кивнула и заняла моё место. А мы с отцом и его спутницей направились наверх. В гостиную.

– У тебя есть пять минут, чтобы составить мне схему для его нейтрализации, – сказал я сразу, как мы вышли из темницы.

– Тут есть маленькая проблемка, – протянул Морф, старательно отводя от меня взгляд единственного глаза.

– Какая? – процедил я.

Мне уже самому хотелось бросить Морфа в костёр и избавиться от всех проблем. Но тогда мы лишимся и возможности уничтожить Тёмного бога раз и навсегда.

– Нужно пятьдесят жертв, это первое. И самое простое. Ровно столько душ я использовал при его создании, – начал трактат.

– Ладно, тюрьму, где отбывают пожизненное головорезы мы обокрасть сможем, а дальше что?

– Нужен десятый уровень мастерства. Иначе тебе не хватит сил для активации.

– Тогда я не стану спрашивать, что ты хотел делать в его мире без жертв.

– Да я отвечу. Договориться я хотел. Честное чернокнижное!

– Морф, ты хоть понимаешь, что натворил?

– Так, я же не отказываюсь от исправления. Заметь, что я всегда тебе помогал!

– Ты погубил тысячи жизней, что принесли в жертву твоему проклятью за всё это время. Если не больше.

– Не будь моего проклятья, был бы кто-то другой. Людям лишь бы получить силу без особых усилий. Да и когда создавал его, я ж не думал, что проклятье обретёт душу.

Оправдания Морфа звучали жалко. Однако моё мнение к книге не сильно поменялось

Главное, что он был готов исправить всё, что натворил. Пусть даже под страхом сожжения в магическом огне. А дальше уж я прослежу, чтобы он держал при себе свои амбиции.

– Где нам найти мастера проклятий десятого уровня? Может, маг смерти подойдёт? В империи есть парочка таких, – предложил отец.

– Нет, – ответили мы с Морфом хором.

Мы оба понимали, что Морф был последним, кто решился развить эту ветвь таланта до десятого уровня.

– Даже мага смерти десятого уровня можно убить проклятьем, если он не может ему противостоять, – пояснил я.

А сам задумался, как победить Тёмного бога, не подпуская к нему Морфа.

– Может, всё-таки сожжём эту проблемную книгу? – предложила Елизавета, возвращаясь к болезненной для Морфа теме.

– Нет, тогда у нас не останется ни шанса, – ответил я. – А вообще, лучше бы предлагали после того, как он схему для уничтожения проклятья покажет.

– Да, теперь буду просить клятву на крови! – закричал Морф.

Он бы и без моих слов до этого додумался, не первую тысячу лет живёт. Елизавета лишь замотала головой. Спорю, что после открывшейся информации она уже ненавидела Морфа всем своим существом.

– Будет тебе клятва. Давай схему готовь! – указал я.

– А как же жертвы и маг десятого уровня?

– Это уже моя забота. А ты свою часть уговора выполняй.

– Ладно, – пробурчал Морф.

Пока трактат был занят составлением особой схемы на своих страницах, я подошёл к отцу.

– Как быстро сможешь достать пятьдесят жертв?

– Открыть портал на каторгу нижнего уровня не проблема. Именно там держат самых опасных преступников. Надо найти Иванну, вроде я видел её рядом с твоим другом и его сестрой в игровой комнате для детей.

– Займёшься этим вопросом?

– Да, передам. А ты что задумал?

В ответ я покосился на лежащего на столе Морфа, всем видом показывая, что не стану при нём говорить. По крайней мере, он пока он не составит уничтожения для своего же проклятья.

Отец понял и ответил коротким кивком. Он пошёл к лестнице, а Елизавету я попросил остаться, чтобы она присмотрела за Морфом. А то в стрессовой ситуации от этого проклятого трактата можно ожидать чего угодно.

Вплоть до того, что он отрастит ноги, сделанные из собственных страниц, и пойдёт беседовать в темницу с частицей своего давнего творения.

Я прошёлся по лабиринту коридоров нашего поместья к пристройке, где жили слуги. Постучался в комнату Вани.

Парень тут же открыл мне дверь и пригласил войти в его скромную обитель. Как и ожидалось, Влад тоже находился здесь. Парни нашли где-то шахматы, и я отвлёк их от занимательной партии.

– Требуется помощь? – спросил Ваня обеспокоенным тоном.

– Нет, трупы уже убрали. А заниматься восстановлением окон не ваша работа, – ответил я. – Но мне нужно недолго забрать Влада.

– Меня? – театрально удивился попаданец. – Я вроде ничего натворить не успел.

– Да, тебя. Мне нужно ненадолго поменяться телами с одной очень хитрой книгой.

## Глава 2. Жертвы

Влад открыл рот, чтобы что-то спросить, но тут же его закрыл и поднялся со стула.

– Я запомнил расположение фигур, – предупредил он Ваню и направился ко мне.

Попаданец вместе со мной вышел в коридор, закрыв за собой дверь.

Пристройка для слуг отличалась интерьером от основного поместья. Здесь всё казалось простым, обыденным. Никто не ставил предметы роскоши на самые видные места.

Мне по пути встретилось три картины, висевших на стенах. Но и то это была работа кого-то из детей слуг. Очень талантливых, стоит отметить. Я бы от именитых художников отличить не смог, но под рамкой красовалась подпись Кристины Проакулины.


– Сёрег, ты чего завис? – спросил Влад, когда я остановился возле картины.

– Задумался. Почему это висит здесь, а не в поместье?

– Нашёл у кого спросить, – усмехнулся парень.

– Верно. Давай-ка по пути зайдём к управляющему.

Влад пожал плечами и пошёл за мной. В конце коридора, соединяющего пристройку с основным поместьем, находился кабинет Виктора. С этого места он мог контролировать всех, кто проходил мимо.

Я вошёл без стука.

– День добрый, ваше сиятельство, – поздоровался главный над слугами, сразу заметив меня.

Он встал из-за стола. Хотя раньше всегда сидя слушал мои распоряжения. Неужто это был знак уважения?

– Добрый. Я к вам с личной просьбой. Замените картины в холле. Все, кроме тех, где изображён основатель рода Акулиных и мой дед.

Одна из картин скрывала тайный ход, через которую можно было подсматривать за происходящим, а другая была со вшитыми рычагами для входа в клановое хранилище. Их бы при всём желании Виктор не смог снять.

– Хорошо. Будут пожелания, на что их заменить?

Он спрашивал спокойно, без раздражения. Словно его подменили. Или же в его отношении на самом деле что-то кардинально изменилось.

– Да, на работы Кристины Проакулиной. Мне нравятся эти пейзажи.

А вот теперь Виктор открыл рот, и я узнал его настоящего. По-прежнему удивляющегося моим просьбам.

– Но это работы десятилетней дочери одной из служанок.

Он говорил так, словно девочка недостойна такой чести. Что в корне противоречило моему мнению.

– Замечательно. Пусть все знают, что в нашем клане даже слуги талантливы.

– Как скажете, ваше сиятельство.

– Благодарю, – кивнул я и вышел.

Коридор вывел нас в гостиную. Морф тихо лежал на столе. Веко у трактата было открыто, однако глаз заплыл. Это значило, что он до сих пор был погружен в себя.

Я отпустил Елизавету, поблагодарив за помощь, и вместо неё оставил Влада. Сам же снова пошёл за ключом от хранилища.

Поднялся наверх, но в кабинете отца не оказалось, как и в детской, куда он изначально направлялся. И никто из встречающихся мне по пути слуг не мог ответить, где глава клана.

Чёрт, ну не чертить же рунную схему, чтобы найти одного человека в огромном поместье! Ещё бы он на звонки отвечал…

Поиски привели меня обратно в подземную тюрьму. Там возле портала стояла Иванна и сверяла со списком всех заходящих. Это были мужчины, в основном – старики. Худые, в одних обносках. Судя по виду жить им и без того недолго осталось.

– Кто это? – спросил я у ведьмы, отвлекая её от работы.

– Ты просил пятьдесят жертв, вот, пожалуйста, – ответила она, не отрывая взгляда от листка, а затем обратилась к вновь вошедшему. – Фамилия?

– Крысин, – хрипло ответил мужчина с вытянутым лицом, как у своего покровителя.

– Проходите в любую свободную камеру, – ответила она, пропуская его.

Я заметил, что в списке Иванны не помеченных галочкой осталось всего три фамилии. Поэтому подождал, пока пройдут последние.

Однако на этих трёх переброска заключённых не закончилась.

– А ты кто? – спросили мы хором с Иванной, поскольку фамилии в списке закончились.

– Крысин, – ответил молодой парень, у которого была ампутирована рука.

– Крысин уже был, – ответила ему Иванна.

– Значит, вас обдурили, – парень пожал плечами.

– Ладно, тогда схожу за артефактом правды, и мы быстро узнаем, кто настоящий Крысин, – сказал я и демонстративно пошёл к выходу.

– Стойте! – крикнул парень.

– Вот и выяснили, – усмехнулась Иванна и указала лишней жертве на портал. – Шуруй обратно!

– Может, договоримся? Я лучше быстро сдохну в вашем ритуале, чем буду дальше медленно умирать на каторге. С нижних уровней не возвращаются.

Мы с Иванной переглянулись. Лишняя жертва была ни к чему, да и зачем брать на себя ещё одну смерть? Хотя смотря на то, что осталось от парня, искалеченные сорок килограмм, мне не хотелось ему отказывать, как и разбираться, какое преступление он совершил.

За парнем зашёл отец и оттолкнул его.

– Нечего стоять на проходе, – буркнул глава клана. – Все здесь?

– Даже на одного больше, – ответил я и кивнул на Лжекрысина.

– Иди обратно, – отец повторил мою реакцию на эту новость.

– Подожди, – остановил его я. – Там один из стариков не факт, что до вечера доживёт. Пусть будет один запасной.

Парень усмехнулся. Понимал, что его только что сравнили с вещью. Но не мог же я прямо сказать, что исполню его просьбу потом.

– А что мне потом с лишним делать? Начальник каторги прямо сказал, что никого обратно не примет, когда списывал для меня весь неликвид.

Так отец назвал тех, кто уже не мог трудиться на нижних уровнях изнанки. Тех, чья смерть была уже совсем близко. Тех, кто добровольно согласились сместить её срок раньше положенного времени.

Всё это мы с ним обговорили ещё сутра.

– Я сам с ним разберусь, – пообещал я.

– Ладно, – ответил мне отец и обратился к лишней жертве. – Тогда в камеру.

Парень с улыбкой кивнул и пошёл.

– На кой тебе это надо? – тихо спросил отец, когда Иванна закрыла портал и отошла.

– Какая разница, где ему умирать, – просто ответил я.

– Там ещё человек сто на каторге ждёт смерти. Я выбрал тех, кто мог сам дойти до портала. Может, и им жизнь облегчишь?

– Нет, – ответил я, а лицо невольно скривилось от такого предложения. – Пусть сами разбираются. Я им не меценат смерти.

– А хорошо звучит, – похлопал меня по спине отец.

– Как ты достал их так быстро? – спросил я, переводя тему разговора в правильное русло.

– Начальник каторги на пятом уровне мой давний приятель. Он с удовольствием помог и даже просил обращаться почаще, – ухмыльнулся отец.

– У него что бюджета не хватает на всех заключённых?

– Хватает. Но зачем кормить тех, кто больше не может работать? Когда деньги на их содержание можно пересыпать в свой карман.

Я понятливо кивнул и продолжил:

– Мне нужны артефакты передачи энергии.

Теперь скривилось лицо у отца. Я хотел забрать самое ценное, что было в сокровищнице.

С помощью этих артефактов один маг мог впитывать силу, которая автоматически переходила второму человеку, который носил специальный браслет.

– Зачем?

– Не здесь, – теперь я кивнул на Юлю, спящую на матрасе за толстыми антимагическими прутьями.

Отец молча протянул мне ключ.

– Когда начнём ритуал? – спросил он.

– Вечером. Как морф закончит со своей схемой. У тебя есть ещё одна камера для магов?

– Нет. Эти камеры больно дорогое удовольствие. Я на одну-то потратил пять миллионов в своё время.

Сейчас деньги у меня водились, чтобы сделать ещё парочку таких камер, однако на это совершенно не было времени.

– Тогда как скажу, отведёшь меня в камеру к Юле, – попросил я.

– Что ты задумал? – с прищуром спросил отец и кивнул в сторону выхода.

Однако и в гостиной, рядом с Морфом я не пожелал делиться своими планами. Вместо этого напрямую отправился к хранилищу и вышел оттуда через десять минут с браслетами из зелёного минерала. Мелкие шарики пронзали белёсые полосы, точно у мрамора.

Осталось придумать, как нацепить браслет для человеческой руки на книгу, чтобы не задеть свойства артефакта.

Чтобы не вызвать у моего сотканного из кожаных страниц приятеля подозрений, браслеты убрал в карман. А ключ сразу вернул отцу.

– Морф? Ты закончил? – спросил у трактата, смотрящего по сторонам единственным глазом.

– Да. Но для этой схемы понадобится большое помещение, – предупредил он.

– Насколько большое?

– Ваш зал для тренировок подойдёт. Думаю, там даже стену рушить не придётся.

От этих слов у отца дёрнулся глаз. Он недавно сделал ремонт во всём доме после нападения рода Огурцовых. А тут ему прямо говорили, что возможно придётся снова стены ломать.

Но он промолчал. Ведь жизнь Юли была куда дороже стен.

– Тогда идём всё готовить, – сказал я и взял книгу в руки.

– Ты всё-таки решил покончить с собой? – хмыкнул Морф. – Не то чтобы мне тебя жалко, но я бы на твоём месте выбрал менее мучительный метод.

– Это уже мне решать, а не тебе.

– От меня ещё что-то нужно? – спросил отец.

– Если не сложно, позови ко мне всех, кто хорошо рисует руны. Так, мы справимся гораздо быстрей.

Отец кивнул, а я пошёл к лестнице. Влад посеменил за мной. И правильно, ведь я собирался внести в схему Морфа незначительные изменения.

У клана был огромный зал для тренировок. Он занимал половину четвёртого этажа.

– Хм, поместимся, – выдал Морф после того, как я поставил книгу так, чтобы он мог рассмотреть помещение.

Слуги быстро принесли пакеты с кровью, заготовленные специально на такой случай.

– Сто литров крови? Неужто тут кто-то, кроме меня, постоянно рисует схемы? – спросил я у служанки, когда она озвучила количество, которое скоро должны доставить из кухонного хранилища.

– Нет, ваша светлость, – опасливо ответила служанка. – Для рун у нас обычно литров пять хранится. А остальное для вашего нового кота. Этот белый пушистый зверь пьёт её, как молоко. Да и вашего питомца подсадил.

– Правильно! А я давно Ленцу говорил, что лучше пить кровь, чем есть всё подряд! – крикнул трактат, услышав ответ девушки.

– Ладно, неси всё, что есть. А питомцы перебьются до новой поставки, – сказал я.

Уж ста литров нам должно хватить не то что на схему, а весь этаж кровью залить. Правда, слуги замучатся это оттирать, поэтому с остатками экспериментировать мы не будем.

Я начертил три больших магических круга, соединяющихся в одной точке. А вокруг пятьдесят малых – для тех, кто добровольно решил уйти из этой жизни. Подумал, хорошо, что есть на одного больше. Вдруг кто-то решит передумать в последний момент, тогда я быстро смогу заменить, и ритуал не остановится. Не буду же я кого-то уговаривать умереть, брр.

Вскоре к нам присоединилась Марисса, Игорь Николаевич и Аркадий Викторович, который до сих пор находился у нас в гостях. А также восемь человек из родов Скорпионовых и Акулиных, которые разбирались в рунах.

Я выдал всем инструкции, и мы начали совместную сложную работу. Самая большая сложность заключалась в том, чтобы никто не натворил ошибок, которые нельзя будет исправить. Поэтому задания давал максимально простые, а сложные рисунки оставлял для себя и Аркадия Викторовича.

Профессионализму тестя я доверял почти как себе. А вот Марисса, бывало, путалась в незнакомых рунах.

За шесть часов слаженной совместной работы мы нарисовали огромную схему для уничтожения проклятья десятого уровня. Для уничтожения сущности, сравнимой с богом.

Ещё час у меня ушёл на проверку и устранение незначительных косяков, в чём помогло чистящее средство, предоставленное слугами. По их словам, оно оттирает абсолютно всё. И я в этом убедился, когда вместе с кровью с пола стёрлась и краска.

Потом предстоял долгий разговор наедине с отцом, чтобы в подробностях объяснить ему план.

Когда за окном выглянула луна, со мной в зале для тренировок остался только Влад и Морф. Отправил остальных отдыхать, хотя отец Юли настаивал на обратном. Он очень хотел принять участие в спасении дочери. Но я смог убедить графа, что его присутствие только помешает.

Всё это время взгляд Морфа был обращён к потолку, это я специально следил, чтобы он не видел конечной схемы.

Когда всё было готово, я вышел в коридор и попросил слуг привести наших жертв. Сам же надел на запястье браслет-артефакт.

– Морф, это для твоего же блага, – сказал я и открыл книгу на пустой странице.

– Что ты задумал? – насторожился трактат.

Я вырвал на треть листок, отчего Морф закричал. Свернул вырванную часть в трубочку и надел на неё браслет. Сложил листок так, чтобы всё зафиксировать.

– Ты что творишь? – заорал трактат. – Мне же больно!

– Не притворяйся. Ты недавно сам себе листы вырывал чисто для смеха.

Он успокоился. Так и думал. Слишком наигранно.

– Что ты задумал? Не смей! – продолжала кричать книга.

Но я его уже не слушал. Схема была нанесена на пол, и можно было действовать. Поэтому я положил Морфа на центральный круг.

Через десять минут пришли каторжники. Отъявленные убийцы были без каких-либо кандалов. И вели себя спокойно.

– Никто не передумал? – громко спросил я, чтобы сразу разобраться с этим вопросом.

А то по закону подлости кто-нибудь об этом скажет, когда я уже не смогу ничего сделать.

Все молчали. Мотали головами.

Даже не хочу представлять как фигово им жилось на каторге, если ни у кого даже сомнений нет в столь непростом решении.

Но один из стариков всё же подал голос. Когда мы с Владом в предназначенные для нас круги.

– Молодой человек, поверьте, то что нам предстоит, куда лучший исход, нежели умирать в заточении. Здесь нет тех, кто мог бы передумать, уверяю вас, – сказал старик, чьё лицо закрывали длинные седые волосы и густая борода.

Я кивнул в ответ.

Дверь в коридоре была открыта. Но по моей инструкции никто не заходил в зал. первым стоял отец, а рядом с ним Юля и Света. Из-за плеча выглядывала Вика и остальные близкие мне люди. Они разве что не толкались, чтобы занять удобное место.

– Влад, начинай, – указал я парню.

Парень опустился на корточки и приложил руку к полу. Так ему было проще выпускать ману из источника.

Лучи яркого света устремились к рунам. Но не ко всем, а только к тем, что должны были соединить нас троих.

Магия души охватила круги, где стоял я, и лежал Морф. Руны начали свою работу, помогая Владу. В них были заложены точные условия для перемещения, ведь я не хотел остаток жизни прожить в теле книги. К тому же – бессмертной.

Белый свет устремился к нам обоим. Заполнил круги, а затем поменялся местами. Я невольно закрыл глаза.

А когда открыл, то глаз у меня уже был всего один. Осталось самое сложное.

Я ощутил источник Морфа. Он был огромный, несмотря на столь малое несуразное тело, состоящее из страниц. Проклятая магия была чёрной, а её каналы вмиг впились во все частички моей души.

Это не было больно в отличие от ноющей раны на тридцатой странице, которую я повредил. Теперь представлял, на что пошёл Морф ради своей шалости. И на что пошёл я, чтобы не дать ему исполнить свою мечту и стать богом.

Я начал выпускать проклятую магию из источника трактата. Точно так же, как делал это со своим телом.

Краем глаза заметил, что заключённый в моё тело Морф упал. Словно он забыл, как стоять на ногах.

Тьма заполнила остальную схему. Но она не приближалась к Владу и Морфу. Чёрные потоки устремились к смертникам. И одновременно настигли каждого из них.

Специальная руна обращала энергию в щупальца, что впились в тела пятидесяти мужчин. Никто не кричал, хотя это было больно. Ведь тьма добралась до самых сердец и сделала так, чтобы они остановились.

Вокруг меня начали сгущаться потоки маны, образовывая настоящую бурю. Книга открылась, и я ощутил, как ветер быстро перелистывает мои страницы. Как касается свежей раны. Но браслет был хорошо закреплён.

Чернота куполом накрыла меня, а через пару минут ветер стих.

Хорошо, что у Морфа не было носа, потому что я понимал, где оказался.

– Вот мы и встретились, мой господин, – раздался отовсюду зловещий голос.

Только я был не тем, за кого приняло меня живое проклятье.

## Глава 3. Проклятая душа

– И я рад тебя видеть, – соврал я.

Но лишь для того, чтобы подпустить сущность проклятья ближе к себе.

Да, оно заполонило весь этот прогнивший мир. Однако источник был один. Там, где была его душа.

Ног я на время лишился, поэтому не мог сам пойти к источнику. Эх, надо было хоть руки этой книге пришить.

– Морфелеус, ты оставил мне задание завоевать для тебя все миры, – продолжил зловещий голос.

– Вижу, что ты быстро справился. Всего за тысячу лет!

Я говорил с иронией, слегка подражая манере Морфа. Это было непривычно, поэтому я ощущал себя плохим актёром, игру которого вот-вот раскроют.

– Да, я старался. Всё стало значительно проще после обретения души. Я смог договориться с другими тёмными сущностями, коих в мирах изнанки нашлось немало. Только они не подозревают, что скоро и им придёт конец.

Проклятье рассмеялось. Да так громко, что у меня начали дрожать страницы. До этого я не осознавал, что Морф чувствует всё каждой клеточкой своих листов.

Здесь было холодно. Как в Антарктиде. Но без магии воды эту оплошность было не исправить. Однако я, итак, собирался свалить отсюда как можно быстрей.

– Как скоро? – спросил я.

– По земным меркам месяца три.

Я мысленно выругался. Рассчитывал на более долгий срок.

– А что будет дальше? Заполонишь весь мир?

– Нет. Сперва мне нужно стать сильнее.

Сказав это, существо рассмеялось. Я уже успел возненавидеть этот смех.

– И как же ты собрался это сделать, моё творение? – задал я очередной вопрос.

Хотя постоянно ждал, что вот-вот обман раскроется. Но это бы ничего не изменило.

– Легко. Раз ты сам пришёл ко мне. Не думал, что мой господин будет настолько глуп.

Хах. Проклятье желало ровно того же, зачем сюда явился я. В этой книге был проклятый источник десятого уровня. Как и в самом проклятье.

– Тогда выясним, кто из нас сильнее, – усмехнулся я.

И как ожидалось, источник проклятья приблизился совсем близко.

Я чувствовал его всем нутром, которое мне не принадлежало.

Два сильных источника сошлись воедино. И пусть один был всего лишь книгой, а второму принадлежал весь мир. Это было не важно.

Ведь у меня было то, чего никогда не сможет постичь искусственно созданная сущность.

Сила воли. И осознание, что проиграю сейчас – проиграет весь мир. А вместе с ним и все, кто был мне близок.

Я вдохнул ртом, который сам и пришил к этой книге. А вместе с горечью воздуха в меня полилось и проклятье.

Он пытался противостоять. Сам хотел поглотить мою душу.

Однако у Морфа было одно преимущество. Ведь перед тем, как создать нечто подобное, он предусмотрел, что оно сможет обратиться против него.

И ради активации этой руны и умерло пятьдесят человек.

Книга раскрылась посередине. И кровью на листе я вывел руну, которую никто бы не увидел в этой кромешной темноте. Но это было и не нужно.

Я наполнил её маной из источника Морфа и произнёс:

– Прощай, Аликантес.

Это было название, что Морф дал проклятью. Но сейчас оно больше подходило под определение имени.

Тьма выжгла на страницах этот символ, что отразился дикой болью. Но я не мог себе позволить обратить на неё внимание.

Существо закричало. Так громко, что от этого звука я был готов сойти с ума.

Однако Морф умолчал, что имени и жертв будет мало для уничтожения души, ставшего богом.

Пришлось приложить всю силу воли, чтобы приступить к финальной фазе. И начать поглощать проклятье. Чернота умирающего существа начала впитываться в книгу. Но проходя через источник, она уходила в браслет.

А оттуда по своему прямому назначению.

Это продолжалось долго. Так долго, что я запутался во времени. Но не позволял себе остановиться ни на миг. Ведь даже капля проклятья в этом мире могла возродиться вновь. Прорасти, как самый надоедливый сорняк.

Вскоре тьма закончилась. А на смену ей пришло ясное небо.

Источник проклятья исчез. А божество было преобразовано в энергию, которое моё тело должно было поглотить. И теперь главное – отцу удержать того, кто находясь в моём теле, стал сильнее.


***

Игорь Николаевич вместе с главой клана отвели под руки Сергея в камеру, где находилась Юля. И оба остались следить, чтобы муж с женой, не являвшиеся самими собой, не переубивали друг друга.

Парень едва стоял на ногах и не мог адекватно говорить. Но глава помнил предупреждение сына, что этой душе будет сложно адаптироваться к новому телу. Однако с каждой минутой попытки молодого человека вырваться становились все настойчивей.

– Пу…пустите, – лепетал он.

Но Александр Борисович прекрасно понимал, что это не его сын, поэтому и не думал отвечать тому, кто был виновен во всём происходящем в мире.

И в смертях Белладонновых он тоже был косвенно виновен. Ведь мы в ответе за тех, кого создали.

Но насколько бы сильно глава хищного не успел возненавидеть эту дрянную книгу, он не мог причинить вред телу сына. Поэтому Сергея положили на нары и закрыли камеру.

Первые часы происходила адаптация. Но глава клана внимательно следил, чтобы Морф в теле человека не снял с запястья браслет-артефакт. При любой попытке он был готов усыпить его также, как Юлю.

Девушка продолжала мирно спать.

– Вы ещё пожалеете, – смог сказать Сергей.

Это было первое полное предложение, что мог выдать в этом теле. Он уже уверенней стоял на ногах.

Но как и на прошлые угрозы, ответа не последовало.

– Если я начну ломать твоему сыну кости, тогда обратишь на меня внимание, – рявкнул парень, приблизившись к решётке.

– Тогда уснёшь, – процедил глава клана.

Он смотрел прямиком в разъярённые глаза парня. В них отражалось всё нутро этой сущности – желание вырваться и убивать.

– Когда я получу себе новое тело, то всё вам припомню.

Когда Морф понял, что из мужчин такие себе собеседники, и выпускать они его не собираются от слова совсем, то принялся будить Юлю.

– Аликантес, вставай. Вставай же. Иначе нас обоих уничтожат.

Но это было бесполезно. Сонные артефакты действовали на полную мощность. И если бы парень попытался до них дотронуться, чтобы разбить, то он бы тоже уснул самым глубоким сном.

Сперва в судорогах забилась Юля. Но Морф в теле Сергея и не пытался помочь девушке. Он присел на нары и просто смотрел.

Тяжелее всего было отцу Юли. Он тоже понимал, что если откроет камеру, то здесь никого не останется в живых.

Тело девушки выгибалось. Она билась в судорогах несколько минут. Пока её грудь не поднялась. А из открытого рта не вышел поток тьмы, что растворился в воздухе. После чего Юля то ли обратно уснула, то ли вовсе потеряла сознание.

Потом очередь дошла и до Сергея. Всего через три минуты.

Парень выгнулся так, словно в него попала молния. Стал дёргать рукой с браслетом.

Судороги продолжались долго. Но через полчаса отец Сергея не смог терпеть смотреть на эти мучения и зажёг специальную свечу. Её он получил от Елизаветы.

Поставил зелёную свечку прямо к решёткам камеры. А затем создал невидимый купол возле неё, чтобы самому не надышаться.

Вскоре парень уснул. Но даже во сне продолжал дёргаться.


***

Когда всё закончилась, моя же рунная схема вернула меня обратно. В зал для тренировок.

Книга упала на то же место, откуда переместилась. И в этот момент руны погасли. Тогда я понял каково это, когда не можешь вертеть головой, а взгляд устремлён лишь в потолок.

– Есть здесь кто? – позвал я, но голос прозвучал хрипло, словно у меня, то есть у трактата, горло пересохло.

– Долго же ты, – раздался голос Влада.

Парень подошёл и взял меня на руки.

– Чувствую себя младенцем, – пошутил я.

Пытался так скрасить непривычные ощущения, что были не из приятных.

Но в ответ услышал обеспокоенный вопрос Светы:

– У тебя получилось?

Однако ответить не успел.

– У него получилось, – ответил мой тесть.

Я услышал, как девушка расплакалась.

– Да, это было сложно. Но Тёмного бога больше нет. Так что давайте вернём меня обратно в моё тело. Оно не убежало?

– Нет, отец за этим следит, – ответила сестра.

Да сколько же тут зрителей! Мне начинает казаться, что слишком много человек успели увидеть меня в столь непотребном виде.

– Ну что, герой, пошли в темницу, – шутливо сказал Влад, и мы отправились в коридор.

Тут я узнал, что такое тряска. Меня мутило, хотя у книги никогда не было желудка. Мысленно я вспоминал все матерные слова, пока меня не положили на ровную поверхность табурета.

– Наконец-то. Давайте скорее, – попросил я, желая как можно скорее избавиться от неудобного тела.

– Я не стану возвращаться, – услышал я собственный голос.

А потом раздался звук, словно что-то разбилось об пол.

– И снимите с меня этот браслет, – попросил я.

А затем увидел нависшее надо мной лицо отца.

– Ты в порядке? – спросил он, открывая книгу на тридцатой странице.

Он снял браслет и распрямил ноющую страницу.

– Да. Как Юля? Почему её не слышно?

– Она у целителей. Иванна работает с её психикой.

– Юля станет прежней?

– Уже стала. Иванна избавляет её от кошмаров. Говорит, на это потребуется около недели.

Я шумно выдохнул, подражая своей старой привычке.

– Тут проблемка, – сказал Влад.

– Какая? – насторожился я.

– Камеру надо открыть. И желательно, чтобы твоё тело было в сознании. Иначе могут быть косяки при перемещении.

– Чёрт, – выругался я и громко обратился к пленнику. – Морф, давай ты не будешь ломать комедию?

– Фигушки! Ты бы видел, как со мной обращались!

Теперь уже шумно выдохнул отец. Я всем нутром почувствовал, как он желает избавиться от вредной сущности старого мага.

– Ты же и вечность можешь тут просидеть. А я себе новое тело найду. Как раз там Мышкин скоро предоставит.

Я надавил на больное. Хотя уже не был уверен, стоит ли давать Морфу новое тело. Тем более, мага смерти.

– Тогда мне нужен договор на крови, что когда будет новое тело, вы переселите меня туда. И сроки пометим, чтобы ты сделку с Мышкиным не отменил.

– Хорошо.

Согласиться было легко, ведь Морф не сможет предусмотреть всех условий. А я уже примерно придумал, как выкрутиться. Чтобы и контракт соблюсти, и Морфу не дать развиться до уровня бога.

А то не факт, что мир выдержит ещё одно одушевлённое проклятье.

– Хорошо, записывай.

– Где? – удивился я.

– На своих страницах. А я потом кровью капну.

– Ладно. Диктуй.

– Я, Акулин Сергей Борисович, обязуюсь предоставить Морфелеусу ван Дерби новое тело в течение года.

– Записал. Кто-нибудь, поднесите меня к камере.

На первой странице появилась клятва.

На страницу упала капля моей собственной крови. Теперь, если не выполню обещание, то погибну сам. Хотя было не понятно как. Ведь ни один тотем не принял эту клятву. Но Морф не стал бы делать это просто так. Ему нужна была настоящая гарантия.

И эта же гарантия не позволит мне избавиться от книги, пока договор не будет завершён.

Ощутил её вкус. Сладостный и пьянящий. На миг она затуманила сознание, но я быстро пришёл в себя.

– Всё? Меняемся? – спросил я с нетерпением.

– Да, – печально выдохнул Морф.

Слыша это со стороны, я поклялся себе никогда так не делать. Нет ничего хуже, чем когда ты пытаешься вызвать жалость у окружающих.

Послышался скрип открываемой камеры. И теперь меня на руки взяло собственное тело. Было забавно смотреть на себя со стороны.

Зато отметил, что не мешало бы побриться. А после прошлой такой процедуры на шее осталось несколько длинных волос. Ну хоть второго подбородка у меня не было, и то хорошо.

– Меняй нас, – поторопил я Влада, пока Морф не вспомнил, что в спешке не указал характеристики нового тела.

Перед глазами возник яркий свет, и мой глаз невольно прикрылся.

Через пару секунд я ощутил свои ноги и руки. Почему-то болело запястье. Странная тяжесть давила на грудь. а в руках ощущал вес книги.

– Морф, ты достоин своей участи. Так и знай, – сказал я, смотря в единственный глаз трактата.

– Тысячи лет мне хватило, – буркнул Морф.

– У тебя есть сейф? – обратился я к отцу.

– Да. Тебе магический или обычный? – ответил мужчина с улыбкой.

Он и сам был не прочь запереть эту наглую книженцию.

– Магический. Запри его. Но понадобится поить его кровью раз в две недели, – предупредил я.

– Раз в неделю. А то снова начну массовые проклятья насылать, – пригрозил Морф.

– Обойдёшься! – ответил я трактату, протягивая его отцу.

– Вот так всегда! Помогаешь людям, а они тебе страницы какашками измазывают.

– Сейчас договоришься, и мы тебя в конюшню отвезём, – предупредил я.

– У вас нет конюшни.

– Зато в соседней деревне есть.

– Ладно. Молчу. Как остынешь – приходи, поговорим.

И Морф замолчал. На этом моменте все выдохнули с облегчением.

Казалось бы, этот этап пройден и следует готовиться ко второму. Но нет. В темнице оставался ещё один узник.

– Ну что, Лжекрысин, готов? – спросил я у парня, который с интересом слушал наш разговор.

– Давно готов, – ответил он мне с улыбкой.

Видимо, пока меня не было, его тут хорошо кормили. Даже мертвенно-бледный вид пропал.

– Меня никогда не просили убить с такой радостью на лице. Признаюсь, даже как-то неловко, – сказал я.

– Три дня в камере стали для меня лучшим временем за последние три года. Так что я благодарен. И готов уйти.

Я задумался. Вот передо мной было тело, которому недолго осталось. И можно было без проблем запихнуть туда Морфа…

– А за что тебя осудили? – поинтересовался я.

Но только для того, чтобы потянуть время.

– На меня наслали проклятье, и я вырезал всю свою семью. Только его действие так и не смогли доказать. И даже психом меня не признали, – усмехнулся парень, но с ноткой печали.

– Дай руку, – попросил я и протянул сквозь решётку свою ладонь.

– Зачем?

– Если там было проклятье, то я увижу его следы.

После того как в это тело перетекло огромное количество энергии, из которой состоял Тёмный бог, я ощущал в себе новую силу. Но пока не понимал её потенциал.

Парень протянул ладонь. Холодную. Мне хватило одного прикосновения до этой грубой кожи.

Раньше я бы так не смог. Следы магии тоже имеют свойство выветриваться из любого человека. Но тут смог ощутить.

Тем более, парень не был магом. Но капля проклятой маны в нём была. Рядом с сердцем.

– Было проклятье, – я быстро решился. – Хочешь отомстить?

– Мечтаю. Но кому?

– А в этом уже не помогу. Но у тебя будет достаточно времени. До конца.

Парень кивнул. В его взгляде было столько благодарности, сколько я никогда не видел в людях.

– Я принесу тебе клятву. Чтобы ты был уверен. Умрёт лишь виновник, – серьёзным тоном сказал пленник.

– Поклянись на крови.

Он прокусил палец, хотя я только собирался сказать, что схожу за ножом. Успел открыть рот и закрыть. А парень уже проговаривал заветные слова.

Теперь, если он их нарушит, то умрёт. Потому что в его слова я вложил каплю своей тёмной маны. Её хватит, чтобы проследить за исполнением договора.

И в нужный час умрут двое.

Выйдя в гостиную, я поручил слугам выпустить парня, дать ему чистую одежду и немного денег. А потом отпустить на все четыре стороны.

Затем я вернулся в свою комнату. Здесь уже вставили новое окно заместо выбитого. Причём выбили его не нападавшие, а магия от портала.

На полу красовались выжженные линии. Я прошёлся по ним прямиком до ванны. Перед тем как навестить Юлю, следовало привести себя в порядок. После трёх дней в камере видок у меня был так себе.

Из комнаты я вышел чистый и в новом костюме. Дошёл до соседнего крыла, где располагалась комната Юли. Постучал.

Но открыла не моя супруга, и Иванна. И вид у неё был не лучше, чем у меня час назад.

– Что с тобой? – спросил я, заходя в комнату.

Юля мирно спала на своей кровати. Присел рядом и провёл рукой по белоснежным волосам.

– Я больше не могу поддерживать молодость. И теперь уже никогда не смогу. Мне остался год до того, как превращусь в сморщенную старуху, – призналась ведьма, закрывая дверь.

## Глава 4. Ярмарка

После нападения на поместье я на несколько отправился к Совиным. Помогал княжичу разучивать проклятья.

Думал, что застряну в мрачном замке на целую неделю, однако уже через три дня Совин заявил, что всё понял. И вообще, он со своей новоиспечённой невестой собрался на каникулы к морю.

Мы договорились, что продолжим занятия на следующих каникулах, и я с чувством выполненного долга отправился домой.

Здесь вовсю царила праздничная атмосфера. И теперь девушки примеряли не платья для балов, а шубы.

– Должны же мы выделяться на ярмарке, – сказала мне Света, прося помощи, чтобы выбрать из трёх вариантов шуб.

Как по мне, они отличались только цветом: белая, коричневая и чёрная. Но беременной женщине нельзя было такое говорить, поэтому я ткнул наугад:

– Белая тебе идёт больше всего, – заверил я её.

Мимо пробежал кот, за которым семенила ящерица.

– О, ты прямо на нашего кота похожа, – то ли съехидничал, то ли сделал комплимент перевёртыш.

– Он так шутит, – заверил я супругу и с прищуром посмотрел на Ленца.

Ещё одной примерки я не выдержу! Можно мне обратно к Совиным? Я лучше на их крысах в подвале буду смертельные проклятья отрабатывать. Да даже мёртвого дворецкого готов им научить, лишь бы женщины не спрашивали моё мнение о том, в чём я совершенно не разбираюсь.

Не знаю, чем руководствовались мои жёны и сестра, но на новогоднюю ярмарку в Петропавловске-Камчатском они поехали в одинаковых светло-серых шубах. И всю дорогу друг на друга косились.

Я же до самого конца пути делал вид, что вообще ничего не замечаю.

Машины подвезли нас прямо к воротам ярмарки, организованной в местном парке развлечений. Стоило открыть дверь, как из автомобиля выскочили саламандра и кот. И не сказав ни слова, ни звука, скрылись в направлении лавок с едой.

Будь у Ленца карманы, насыпал бы ему деньжат на это важное дело. А так придётся Виктору следить за нашими оборотнями и сразу платить за всё украденное с прилавков. А то иначе к вечеру здесь будет рыскать полиция в поисках голодных воров.

Я вышел на широкую заснеженную дорогу, утоптанную сотнями ног. Вокруг витал лёгкий запах свежей карамели и пирогов. А лавки с вкусностями на морозе выделились исходящим от них дымком после готовки.

Центром ярмарки стало магическое колесо обозрения, что возвышалось над всеми постройками. Поэтому первым делом я повёл своих девушек туда.

Настроение у них было хорошее, но в очередной разговор об одежде я не вмешивался. Мимо проезжали большие магические сани с детьми, которые кричали и смеялись. Управлялись сани невидимой силой, что тянула их за поводья. Хм, наверно это какое-то заклинание.

Вика схватила Нурлана за руку и пошла занимать очередь за толпой детишек, чтобы тоже прокатиться. А я повёл жён к колесу обозрения, где очереди почти не было.


Мы заняли места напротив друг друга, и над нами тут же активировался магический купол. Из-за него упасть с металлической скамейки было почти невозможно. Почти, потому что всегда найдутся дураки, которые захотят использовать здесь заклинание, нейтрализующее магию. Тогда и колесо встанет, ведь оно работало за счёт энергии макра.

Магическая кабинка с невидимыми стенами купола понесла нас вверх. Здесь открывался шикарный вид не только на город, но и на окружающие его леса и ближайший вулкан.

Заметил внизу Ивана, Иванну и Настю. Сухоносов метал дротики по надутым шарам. Лопнул с десяток. И выиграл сестре большого плюшевого дракона.

Я с грустной улыбкой смотрел на эту картину.

– Ты так ему и не сказал? – поинтересовалась сидящая рядом Юля.

Она всё знала, поскольку проснулась именно в момент нашего откровенного разговора с Иванной.

– Не сказал, – ответил я супруге, не отводя взгляд от парочки.

– Пора бы. Иначе будет больно им обоим.

– Знаю. Но сперва попробую отыскать решение.

– Она же говорила, что пути спасения нет. Ни в этом мире, ни в любом другом.

– О чём это вы? – с прищуром поинтересовалась Света.

– Да так. Ищем способ вернуть молодость одной ведьме, – ответила Юля. – Только никому не говори.

Эх, вот так и начинаются распускаться слухи.

Впрочем, моего косого взгляда было достаточно, чтобы Света поняла всю серьёзность ситуации.

– Не скажу, – пообещала Света. – Нерпой клянусь.

Сидящая с ней рядом Марисса лишь с восторгом смотрела по сторонам. Она не отличалась разговорчивостью, поэтому с неё клятву не требовал. А у меня невольно возникла ассоциация летающей в небе русалкой.

– Тогда уж Акулой, – Юля намекнула на то, что графиня уже сменила тотем.

– Хорошо, клянусь Акулой, что буду молчать, – неохотно проговорила Света. – Так что с Иванной? Расскажи поподробнее.

– Её век подходит к концу. Она же колдунья, не бессмертная. Да и не представляю, сколько сил ей надо было, чтобы поддерживать свою молодость не одну сотню лет.

– Это из-за дара метаморфа, – объяснила Марисса.

– Понятно, откуда у неё проседь в волосах взялась. Жалею теперь, что посоветовала ей вовремя подкрашивать корни, – сказала Света.

– Лучше бы вы предлагали реальные варианты, как помочь. Да и некрасиво обсуждать Иванну за её спиной, – напомнил я девушкам.

– Ой, да ладно тебе, – буркнула Юля.

– Нет, не ладно. Вы либо предлагайте варианты, как помочь, либо меняем тему, – выставил я условие.

– Иванна говорила, сколько ей осталось? – уточнила Марисса, продолжая смотреть на виднеющуюся вдалеке вершину вулкана.

– Года три-четыре, – ответила Юля. – Совсем мало.

Юля сделала печальное лицо. Ей в самом деле было жаль ведьму. Несмотря на все их разногласия.

Я же думал не о жалости, а о том, как сохранить сильного порталиста в клане. Да, помимо неё были и другие. Но они не умели и десятой части того, что демонстрировала Иванна.

К этому времени наша кабинка добралась до самой вершины, слегка покачнулась на холодном ветру и начала опускаться к земле.

– А она не хочет в другое тело? – предложила Света.

– Не вариант. Там она лишится магии. Да и где ты найдёшь лишнее тело? – спросил я.

– Зато она проживёт ещё одну жизнь. Вариант хороший. А тело можно также на каторге найти, – добавила Марисса.

Звучало так, словно они нашли клад жертв, которых можно использовать, как угодно. Однако это было не так. Хотя бы потому что женщин не отправляли на нижние уровни изнанки на работу, которая приводит к смерти.

– Там, где брали мужчин, женщины не водятся, – поправила Юля. – Сомневаюсь, что Иванна захочет сменить пол.

– А вдруг, – хмыкнула Света.

– Даже не думай подходить к ней с этим предложением, – строго предупредил я.

А то со Светы станется. Вдруг Иванна согласится. Тогда Сухоносов точно этого не переживёт.

– А если запустить жизненный цикл заново? – внезапно предложила Марисса, когда мы уже сходили с колеса обозрения.

– Это как? – спросил я у бывшей русалки, протягивая ей руку.

Марисса соскочила с колеса обозрения и ответила, лишь когда мы вышли на снежную тропинку в парке. Правда, от парка здесь были лишь покрытые снегом лавочки и голые стволы деревьев. Повсюду белым-бело. Настолько, что я успел соскучиться по вечному лету, что царило под куполом академии Нерпова.

– В моём мире водная раса использовала океан для нового цикла жизни в старом теле. С помощью магии клетки стариков заменялись на новые. И это позволяло им прожить ещё одну жизнь. Но такое может сработать лишь раз. Да и не уверена, что с человеческой расой получится, – пожала плечами Марисса.

Мы шли по тропинке вчетвером. Я ловил на себе завистливые взгляды парней, когда они видели меня в окружении трёх красоток. Но сейчас было не до этого.

– Не хотите на санях прокатиться? – предложила Юля.

– Нет, там очередь в километр. Вон, Вика до сих пор стоит, – кивнула Света на мою сестру.

Стоя в очереди, Вика улыбалась и смеялась над чем-то, что говорил Нурлан. Из парка было не слышно.

– Как провести этот ритуал? – спросил я у Мариссы после того, как мимо нас прошла группа подростков.

– Надо обратиться к морю.

– Очень понятно, – прыснула Юля. – Сейчас все пойдём к берегу молиться воде и молодеть.

– Не словами, а рунами, – поправила русалка.

Я только собирался открыть рот, чтобы ответить, как в голове раздался знакомый голос:

– Даже не думай.

– Ты что? Следишь за нами? – мысленно спросил я у Акулы.

– Надо же мне как-то развлекаться.

– Плохое развлечение. Лучше слуг доставай.

– Они мне уже надоели. Так тебе нужна помощь с Иванной?

– Не откажусь. Так чем плох план Мариссы?

– То, что хорошо для её расы Иванну просто убьёт. Знаю наверняка ведь теперь это мои подданные.

– Тогда что ты предлагаешь?

– Я могу вернуть ей молодость и продлить жизнь лет на пятьдесят, если она и дальше будет служить клану. Но взамен ты должен не откладывать смерть морского демона.

– Решила убить врагов по одному?

– Всех не успею. Лишь самых опасных. Теперь я уверена, что ты справишься.

Мне не нравилось, что снова придётся убивать богов. Так, Акуле волю дать, и она весь пантеон высокоуровневых существ изнанки уничтожит.

– Я всё слышу!

– Да мне всё равно, – мысленно усмехнулся я.

– Тогда не откладывай. С уничтожением Тёмного бога и его энергия в этом мире начала постепенно развеиваться. Через два месяца от аномалии не останется ни следа.

Голос богини стих, и я вернулся в реальность.

– Сергей, – раздался голос Мариссы. – Ты меня слышишь?

– Задумался. Что ты говорила? – переспросил я.

– Что ритуал надо проводить в моём родном мире.

– Это плохая идея. Мне тут рыбка нашептала, что это смертельно опасно.

– Рыбка, – с насмешкой повторила Света. – Я бы на месте Акулы обиделась на такое обращение. Надо же самого опасного морского хищника рыбкой назвать. Ещё в аквариум её посади.

– Ты главное – ей не предлагай. А то ещё согласится, – с иронией ответил я. – И придётся тебе нанимать бригаду для постройки личного аквариума на дне морском. А я на это разоряться не хочу.

– Акула предложила другой вариант? – спросила Юля.

– Да. Но для этого придётся поплавать с более опасной рыбкой. Поймать её и приготовить на ужин.

– А имя у рыбки есть? – поинтересовалась Марисса.

– Морской демон.

– Тогда я с тобой. Пригожусь на глубоководной рыбалке.

– Удочки не забудьте! – хихикнула Юля.

– А вот сейчас договоришься, и возьмём тебя с собой, – шутливо пригрозил я.

На самом деле не стал бы рисковать девушкой. Какую бы чушь она не сказала.

– Когда выдвигаемся? – спросила бывшая русалка.

Несмотря на атмосферу праздника вокруг, она осталась серьёзной. Лишь изредка улыбалась.

– Как нагуляетесь, так и приступим к подготовке, – ответил я.

– Отлично! Завтра как раз полнолуние. Смогу хотя бы на день хвост отрастить.

Наш разговор прервал внезапный крик.

И ладно бы это обиженный ребёнок плакал, что не досталось сладостей. Но нет. Это кричал мужчина. А следом раздались и женские вскрики.

– Ждите здесь! – бросил я девушкам и ринулся на звуки.

Они остались, не став спорить.

Лишь бы это просто испугались прожорливого кота! Но нет…

Прямо за одной из лавок открылся прорыв. Люди с криками бросились врассыпную.

А огромный белый монстр заревел, раскидывая их руками, словно надоедливых муравьёв. В нём было метров пять, не меньше!

Под ногами пробежал знакомый кот. Он устремился прямо к монстру. Рык почуял добычу и принял свой истинный облик.

Начал подниматься ветер, заворошил снег, разметал сугробы. Рык снова становился эпицентром снежной бури. Но хватит ли у него силёнок сожрать такую тушу?

Пока буря набирала обороты, монстр изнанки разворотил лавку с шаурмой. Полакомился мясом на вертеле, что в его руках смотрелся, точно зубочистка. И даже магия снежного оборотня на фоне этого гиганта казалась лишь надоедливым ветерком.

Так, так, так, надо помочь коту. Или вернее, оборотню. Он клану ещё пригодится.

Я приблизился к монстру. Однако ветер со снегом оставлял царапины на коже. Кто ж знал, что на ярмарку лучше сразу лыжную маску надевать!

В чудище ветер бил со всей силы. Но даже шкуру твари повредить не мог. Это ж какой уровень? Как минимум шестой.

Среди снежной пелены увидел ярко-красную куртку Иванны. Девушка обходила бурю по краю, приближаясь к порталу. Она его быстро закроет. А вот монстра туда обратно уже не запихнуть.

Не обращая на меня внимания, снежный гигант стал крушить лавку с печёными яблоками в карамели.

– Да ты совсем офигел! Это моя точка! – раздался громкий рычащий голос Ленца.

Перевёртыш в облике крупного чёрного волка набросился на гиганта и вцепился в его руку. Монстр пытался смахнуть Ленца, как надоедливое насекомое. И даже мой друг не смог прокусить его шкуру.

И в итоге гигант смахнул прямиком в высокий сугроб, откуда донёсся стон боли.

Настало время для проклятья! Я никому не позволю обижать свою семью и друзей!

В сознании вспыхнула золотистая руна испепеления. И на этот раз она горела так ярко, так никогда. Я был уверен, что дело в моей возросшей силе, а не в разыгравшемся воображении.

Руна отделилась от моего тела, на этот раз минуя руки. Увеличиваясь в размерах, она полетела в монстра.

Но сработала не так, как должна. Словно у монстра заложена магия изменения заклинаний.

Шерсть на всём теле твари вспыхнула. На миг загорелась оранжевым пламенем. И исчезла. Обратилась в прах. А монстр остался абсолютно голым.

Это его не порадовало, и он заревел на всю округу.

Заметил меня. И злобные глаза налились кровью.

Монстр ринулся на меня наперекор бушующей стихии. Снежные порывы начали оставлять на плотной коже царапины. Но не могли порезать глубоко, так как оборотень делал это с мелкими животными в лесу. Там зайцу стоило попасть в бурю, как он фаршем разлетался по кругу, поглощаемый хозяином ветра.

Он приблизился слишком быстро. Чтобы задержать, я выставил между нами толстую ледяную стену. Благо зимой здесь было полно воды. Один сугроб мгновенно растворился и вырос в виде преграды.

Тварь била своим огромным кулаком об стену. Я выиграл пару минут, чтобы придумать что-то более действенное. Морф хоть и был чокнутым на всю книгу магом, но успел многому меня научить.

Поэтому в голове вспыхнула цепочка из смертельных заклинаний. Небольшая схема из пяти рун.

И стоило монстру разрушить преграду, как от меня отделились золотистые символы. Их сияние притягивало взгляды.

– Портал закрыт! – донёсся крик Иванны.

Но из-за ветра её голос стал еле различим.

Пять смежных рун впились в тушу твари. Оставили ожоги на коже, но не смогли пройти дальше.

Вот же чёрт! Да что это за магия такая?

Как бороться с тем, на кого не работают проклятья? Даже с Тёмным богом было проще, поскольку его силу можно было впитать. А тут… Какая-то непонятная хрень творится.

Я снова растопил воду. Сделал у ног твари большую волну и заморозил её в моменте.

Монстр застрял. С рёвом пытался выбраться.

И лёд пошёл трещинами возле его ног.

Я попробовал ещё одну цепочку проклятий. Результат оказался такой же. Ожоги, больше ничего.

– Рык! – крикнул я коту, ставшему снежным ураганом. – Я пригоню сюда ещё снега! А ты усиль ветер на полную мощность.

От ветра отделился один снежный поток. Снег остановился напротив моего лица, всего в метре, и изобразил кулак с поднятым вверх пальцем.

Я выдохнул, обращаясь к родовому дару. Источников воды было много. Поэтому я начал стягивать всё, до чего только мог дотянуться сознанием.

А радиус видения увеличился. На целый километр!

Вскоре всё вокруг заполнило снегом. И лишь рёв монстр перебивал звуки негодующего ветра.

Оборотень направил к чудищу всю свою магию. А я продолжал призывать снег, невзирая на то, что и сам попал под раздачу.

Это сработало. С монстра начали спадать частицы кожи. А затем и крупные коски. Словно это не ветер бушевал, а огромные ножи.

Я удостоверился, что теперь-то оборотень точно справится с врагом и принялся отходить. Метров через пятьсот буря начала успокаиваться. А когда ветер и вовсе стих, от твари не осталось ни следа.

У выхода с тропинки меня ждали жёны.

Юля увидела меня и прикрыла рот ладошкой. Она была в полном шоке, как и Света. Словно сейчас перед ними стоял тот самый монстр, а не их супруг.

Беременная супруга схватилась за живот, её ноги подкосились.

– Нет! Только не это! – закричала Света.

## Глава 5. Остатки тьмы


Я придержал Свету, чтобы она не упала. Девушка стонала от боли, держась за округлившийся живот.

– Снимай с неё шубу, – быстро залепетала Юля.

Целительнице я доверял, поэтому помог графине снять серую шубу. Хотел бросить в снег, поскольку одежда не представляла для меня особой ценности, но Марисса перехватила шубу.

– Тебе самому целитель не помешает, – сказала бывшая русалка.

А мне сейчас было всё равно, насколько пострадала моя кожа. Да даже если бы с меня сняли скальп, я бы в первую очередь помог беремененной девушке!

Юля наклонилась, прислонило ухо к животу беременной девушки. Прислонила палец к губам, велев всем замолчать.

– Помочь спросишь? – спросил я, не выдержав минутного ожидания.

– Это не болезнь, – замотала головой Юля.

– А что? – от нервов повысил голос.

– Не знаю.

– Найди Иванну, тогда перенесём Свету в академию!

Юля поднялась и убежала в ту сторону, где совсем недавно закрылся портал. А я остался со Светой и Мариссой.

– Похоже на проклятье, – сказала бывшая русалка.

Чёрт, я так распереживался, что и не подумал проверить. Но ещё есть время всё исправить.

Положил руку на круглый живот и сосредоточился. Проклятый дар показал то, отчего у меня чуть глаза не выпали прямиком в сугроб.

Энергия аномалии уходила к Свете. Она приманивала её не хуже, чем те артефакты, что использовала для этих целей Иванна. Но сейчас эти остатки тёмной магии впитывались в ещё не рождённого ребёнка.

И это могло быть фатально. А переместить Свету вот прямо сейчас я не мог. Сдал амулет на подзарядку до конца каникул, а второй у Сухоносова не забрал.

– Позвони Ивану, – бросил я Мариссе.

Она набрала номер Сухоносова на своём мобилете.

– Не отвечает, – сказала она после длинных гудков. – Сейчас Иванне попробую.

Но судя по выражению лица бывшей русалки, её артефакт связи был вообще не доступен.

Чёрт! Мне что на снегу рисовать схему для поиска хоть одного порталиста?

Стоило об этом подумать, как на соседней тропинке показалась чёрная шуба Вики. Девушки столько доставали меня с этой чёртовой одеждой, что я уже ничем не спутаю.

– Вика! – громко позвал я.

– Чего? – раздался её ответ.

– Иди сюда! Скорее!

Сестра побежала в мою сторону, а за ней посеменил Нурлан, держащий в руках огромного плюшевого медведя. Походу успел выиграть до того, как тут начался кабздец. Но какого он этого медведя не бросит?

– Перенеси нас в академию! Живо! – бросил я сестре.

Видя состояние Светы, Вика не стала задавать лишних вопросов. Махнула рукой, и посреди тропинки открылся портал белого света. За полгода Иванна хорошо её натаскала.

Света не могла идти. И я спешно взял её на руки. Первым вошёл в портал.

Но вышел не в наших апартаментах, а перед общежитием. Марисса, Вика и Нурлан зашли за мной, после чего сестра ещё раз махнула рукой и закрыла портал.

Понёс Свету к подъёмному артефакту. Но уже по пути девушка перестала стонать от боли, а дыхание выровнялось.

Руки у меня были заняты, поэтому Марисса пробежала вперёд, открывая перед нами двери. Я пронёс Свету по коридору до её комнаты. А там уложил на мягкую кровать, застеленную красным покрывалом.

Положил руку на живот и снова ощутил проклятую энергию. Но теперь её уровень не увеличивался. И я смог впитать её с помощью своего дара.

Света закрыла глаза и уснула. А её лицо расплылось в улыбке. Значит, правильно я понял, что именно эта энергия вызвала сильную боль и чуть не стала причиной выкидыша.

Я оставил Свету отдыхать. В гостиной увидел Мишу, который молчаливо наблюдал за происходящим из-за открытой двери.

– Сходи за Иваном Ивановичем, он живёт в триста седьмой комнате. Попроси осмотреть Свету как можно скорее, – указал я парню.

– Хорошо, – кивнул Миша. – Он как раз один из немногих, кто не уехал на каникулы.

Последние слова он говорил, выбегая из апартаментов, которые теперь занимали почти весь этаж.

Сперва я не придал этому значение, но теперь осознал, что на выходе с подъёмного артефакта осталось маленькое помещение прямоугольное помещение, ведущее к двери. Да тут теперь комнат двадцать, не меньше!

– Господин, хотите осмотреть детскую? – осторожно предложила мне Маша.

– Потом. Да и лучше предложи это Светлане, как проснётся.

– Как скажете. Тогда может кофе?

Кухня-гостиная осталась неизменной. Здесь витал запах ароматного кофе и свежей выпечки. Так что я решил не отказываться.

Проблема была устранена, и теперь можно расслабиться. Ох, зря я об этом подумал. Зря…

Не успел и глотка кофе сделать, как рядом подсела Вика.

– Когда ты собирался меня позвать? – начала она в своей любимой манере – с предъявления претензий.

И нет бы спокойно попросить.

Я смог перевоспитать своих супруг, чтобы они так не делали. Но с Викой это казалось бесполезным. Да и теперь обязанность Нурлана этим заниматься!

– Куда позвать? – спросил я спокойным тоном.

Отсутствие моей реакции на её наезды злило сестру ещё больше. А меня лишь забавляло, когда она от разгорающейся ярости начинала тяжело дышать, словно разъярённый бык. Разве что пар из носа не шёл.

– На подводную охоту! Я, вообще-то, тоже поплавать хочу! – она повысила голос.

Так, а вот этого я уже терпеть не собирался.

– Будешь кричать, до конца жизни сможешь плавать только в ванне, – улыбчиво пригрозил я.

– Да ты издеваешься!

– Нет. Просто скажу Нурлану, что на тебя русалы засматриваются, у которых с мужскими органами всё в порядке.

У Вики округлились глаза. Такого поворота она явно не ожидала. Да я и сам только что это придумал. Представил такого русала и мысленно рассмеялся. Ну и бред!

Однако бред сработал, поскольку мы оба знали, Нурлан верит в то, что не может проверить.

– Ладно, – шумно выдохнула Вика и взяла с тарелки булочку с маком, на которую я положил глаз.

Маша налила ей кофе. А мне пришлось довольствоваться сосиской в тесте. Ведь слуги нас не ждали, поэтому пира и не приготовили. Для себя они делали блюда гораздо скромнее. Но именно эта простота мне и нравилась в Машиной готовке.

– Возьми меня с собой, – попросила Вика, успокоившись, а затем и вовсе протянула. – Пожалуйста!

– Это будет опасно, – предупредил я, поскольку успел многое узнать о морском демоне.

Победить его будет совсем непросто. Но я был готов рискнуть. Собой, а не кем-то ещё.

Девушек был готов взять лишь ради подстраховки, а не участия в основных действиях.

– Опасность – моё второе имя, – заверила сестра, но что я лишь хмыкнул.

– Ладно, в принципе у меня есть для тебя роль, где не придётся особо рисковать.

– Эй! – она надула губки, как маленькая девочка.

– На меня это не работает. Сама знаешь.

– Знаю, – выдохнула она. – Ну рассказывай, что мне делать.

– Марисса подойдёт и расскажу обеим. Не люблю по сто раз повторять одно и то же.

– Тогда я за ней сбегаю!

Стоило Вике это сказать, как её и след простыл. А уже через две минуты она тянула за собой Мариссу, которая явно не успела переодеться. Девушка была в брюках, а сверху на ней был лишь чёрный кружевной лифчик. Ну, он хотя бы не просвечивал.

Большую часть тела покрывали руны, которые и держали русалку в человеческом облике. Казалось, что они уже стали её частью, словно татуировки.

– Вика сказала, ты меня срочно звал, – произнесла девушка.

Стеснения в ней не было ни грамма. Ведь она изначально родилась в море, где и вовсе никто одежду не носят. Зато ожерелья из жемчуга русалки любили, поэтому именно такое украшение было на шее девушки.

– Не настолько срочно, чтобы не дать тебе переодеться, – улыбнулся я.

Марисса грозно посмотрела на Вику и вернулась в свою комнату, чтобы вернуться через десять минут в лёгком синем платье.

Вместе с ней в гостиную зашёл и Иван Иванович. Запыхавшийся старик еле смог выдать главный вопрос:

– Кто умирает?

А во взгляде магистра читалось полное непонимание, почему мы так спокойно сидим и пьём кофе, когда кто-то умирает, иначе к чему такая срочность.

– Уже никто. Но не могли бы вы осмотреть Светлану? Она отдыхает в своей комнате, – попросил я и кивнул на закрытую дверь.

– Конечно, – с облегчением выдохнул старик и направился в комнату графини.

Мы с девушками, не сговариваясь, пошли за ним.

Иван Иванович не стал будить девушку. Ему хватило положить руку на живот, чтобы озвучить свои выводы:

– У вас будет дочь.

– Что? – я не ожидал такой новости.

У него что в глазах встроенный аппарат УЗИ?

– Дочка у вас будет, – повторил магистр и улыбнулся. – В развитии нет никаких отклонений. А зачем вы меня позвали?

– У графини прихватило живот, когда мы были на ярмарке.

– Хм, там что-то произошло?

– Прорыв открылся.

– Тогда всё понятно. Стрессовая ситуация вызвала сильный всплеск гормонов. Сейчас, после вашей успешно проделанной целительской работы уже нет никакой угрозы них для матери, ни для ребёнка.

Я благодарно кивнул магистру. Не стал уточнять, что целительством не занимался, а лишь убрал проклятую энергию.

– А вот вас не помешает подлечить, Сергей Александрович, – с прищуром посмотрел на меня старик.

– Не стоит.

– А я настаиваю!

Он приблизился и поднял руку. Его ладонь зависла в пяти сантиметрах от моего лица. Да, на нём были глубокие царапины и порезы после встречи с монстром, и то не от самого чудовища, а от ветра стихийного оборотня. Я и сам бы мог подлечиться. Только вот раны не болели, поэтому я о них благополучно забыл.

С губ старика сорвалось заклинание общего исцеления. А ладонь загорелась белым светом. Я ощутил, как на лице и руках затягиваются раны.

– Вот и всё! – уже через минуту магистр расплылся в улыбке.

– Благодарю, – кивнул я.

– Хорошо, что подлечили, а то вид у него был больно страшный, – прыснула Вика.

– Не настолько, чтобы Света испугалась до такого состояния, – ответила ей Марисса.

– Больше никого осмотреть не надо? – спросил Иван Иванович, смотря на девушек, стоящих позади меня.

Они в такт друг другу замотали головами.

– А то смотрите, у меня пока все пациенты разъехались, – продолжил Иван Иванович.

– Звучит угрожающе, – улыбнулась Вика.

– Да, без пациентов скучно. Может, тогда кто-нибудь хочет девственность вернуть? Всего одно заклинание и…

– Нет! – перебил я резким ответом.

– Эх, ну нет, так нет, – пожал плечами магистр.

– Вы лучше слуг поспрашивайте. Они будут рады вас развле…, – начал я, но осёкся и быстро поправился. – Обеспечить работой,

– О, хорошая идея!

– Маша, проводи, пожалуйста, магистра, – попросил я девушку.

– Конечно, господин, – кивнула она. – Иван Иванович, пройдёмте за мной.

Маша увела магистра, и мы с облегчением вздохнули. Целитель без работы превращался в одержимого фанатика своего дела.

Я, Вика и Марисса вернулись на кухню, оставив Свету отдыхать.

На обсуждение плана ушла три часа и пять чашек крепкого кофе. За это время мы успели не только перебрать все варианты, но и ответить на телефонные звонки Юли, которая нашла Ивана и Иванну уединившимися в машине. Пришлось объяснять, как мы тут оказались.

А потом Марисса повторила это для Светы, которая проснулась в полном недоумении.

– Я всё равно не понимаю. При чём тут наш ребёнок? – спросила графиня, присаживаясь за стол.

– Мне бы тоже хотелось понять. Но предполагаю, что у него осталась связь с мёртвым покровителем вашего рода. Вернее, с его остаточной энергией, что постепенно исчезает из нашего мира. Поэтому лучше тебе пока остаться здесь. Либо выбрать другое место подальше от аномалии.

– А как же свадьбы? Я столько времени наряды подбирала!

Вот опять. Мне начинает казаться, что монстры на изнанке раньше закончатся, чем у девушек бредовые причины для огорчения.

– Наденешь их в другой раз. Это не последние свадьбы в клане, – заверил её я.

– Но я их подбирала специально, чтобы скрыть живот.

– Зачем его скрывать? – не понял я.

Света открыла рот, но оттуда не вылилось ни звука. Видимо, она сама не знала ответа.

– Там в детской ремонт закончили, – поспешил перевести тему, пока она не придумала сотню причин.

– Я покажу вам, госпожа, – вызвалась Маша.

И девушки скрылись в коридоре, который вёл в новую часть наших апартаментов.

– Фух, – выдохнула Вика. – А ты хорошо выкрутился.

– Спасибо. Так, мы на ловушке остановились…

За всё это время Акула к нам так и не вышла. Спала в моей комнате на большой кровати. Заметил, когда ходил переодеваться. Она мирно спала, раскинув бирюзовые волосы на моей подушке, и я не стал будить. Да, внешность её слегка менялась при каждой нашей встрече. Сегодня волосы стали зеленее, и напоминали осеннюю гладь моря, именно тогда в воде цвели крошечные водоросли, придавая ей особый зеленоватый оттенок.

И хорошо, что не стал будить, а то ещё одной конфликтной женщины не хватало за столом переговоров. Их-то много, а я один. Но радует, что пока справляюсь с усмирением этих хищниц.

– Когда отправимся? – спросила Вика, потирая ладони.

Уж очень ей не терпелось поучаствовать в очередном приключении.

– Ну, раз место мою кровать приватизировала богиня, то сейчас, – ответил я.

– Привати… Что? – переспросила Вика.

Я мысленно выругался. Ведь это слово в моём родном мире появилось в конце двадцатого века. А в этом и вовсе не появится, поскольку история складывается совершенно иначе из-за развития магии.

– В общем, забрала в свою собственность, – объяснил я.

– Ну ничего, как вернёмся, обязательно отвоюем её обратно, – усмехнулась Вика.

– Лучше я договорюсь. Так обойдёмся без жертв, – улыбчиво дополнила Марисса.

Девушки переоделись в купальники. Вика надела слитный купальный костюм голубого цвета, что сливался с её волосами. А вот Марисса где-то разобрала настоящее бикини! Да такое, где на трусах за тесёмку потянешь, и они потеряются. Но догадываюсь, что неспроста она выбрала именно эти… Эм, малюсенькие кусочки ткани синего цвета. Я же надел плавки, в которых не было ничего примечательного, кроме карманов. В один из них и спрятал нож с коротким лезвием из адамантия.

– Открывай портал, – указал я сестре.

– Вот так и перекладываются в клане обязанности на новичков, – пробормотала она.

– Ну, можешь здесь остаться, а я схожу за Марьей Ивановной, она-то уж точно поможет с порталом. Или к стационарному схожу, – усмехнулся я.

По-доброму, но так чтобы Вика поняла, что свет на ней клином не сошёлся. И раз хочет принимать участие в приключениях, то надо помогать. Пусть даже ей не нравится открывать порталы из-за того, что они забирают у девушки много энергии.

– Ладно-ладно, – сдалась Вика, и через секунду посреди гостиной открылся портал.

Марисса опередила меня и прыгнула внутрь. Ого! Это насколько ей не терпелось поплавать?

Я шагнул следом, а Вика – за мной.

Мы оказались на глубине, в тёмных водах одного из умирающих миров изнанки. Под гнётом морского демона здесь даже монстры не выживали.

Владыка глубины уничтожал всё, до чего мог дотянуться. А тело у него было длинное, похожее на обычного угря, если верить книжкам в библиотеке. Рассказ о нём было в списке миров, куда ни под каким предлогом нельзя соваться! И вот я здесь.

В темноте ничего не было видно. Поэтому с пальцев сорвались ярко-золотые искры. Они на миг зависли в толще воды и превратились в шар света. Его хватило, чтобы освещать метров десять вокруг нас.

Осталось самое сложное – в этом безграничном океане найти единственное выжившее здесь существо. И всё бы ничего, но учитывая размеры мира, это как искать иголку в стоге сена.

А подводных схем для поиска мне как-то не доводилось осваивать. Да и сейчас не было желания. Поскольку вода смоет с песчаного дна начало схемы гораздо раньше, чем я доберусь до конца рисунка.

В свете магического шара увидел знакомую русалку, которая резвилась в воде, словно маленькая девочка. Здесь была её родная стихия. И думаю, нижней части её купальника я больше никогда не увижу.

– Как будем искать морского демона? – в голове раздался голос Мариссы.

В воде она активно использовала ментальную связь.

– Без понятия, – честно ответил я.

У нас был план по его убийству, а как найти мы не особо задумывались. Словно портал бы перенёс нас прямо к его логову.

Я, конечно, и раньше размышлял на счёт поисков. Но пришёл к выводу, что лучше действовать на месте. Ведь, скорее всего, морской демон почувствует чужаков в своём мире.

– Будем ждать, – дополнил я. – Не уплывай далеко.

Вике я жестом передал такое же указание. Она кивнула.

Мы не стали оставаться на месте, в воде это было не так-то просто. Поэтому было всего два оптимальных варианта – к поверхности или ко дну.

И как любители острых ощущений от давления воды на километровой глубине, которые с лёгкостью компенсировались нашим даром, мы выбрали второй вариант.

Шар света опускался на глубину, следуя перед нами.

– Стой! – мысленно сказал я Мариссе и выставил руку перед сестрой.

Этот жест простил ей остановиться.

Мы зависли в нескольких метрах от дна, не в силах поверить своим глазам.

– Это он и есть? – спросила Марисса, передавая мне волны ужаса через ментальную связь.

Хорошо, что я не умел испытывать страх. Потому что увиденное на дне любого бы повергло в шок.

– Да. Это он, – ответил я.

– Получается, что… – она даже в мыслях не могла в такое поверить.

– Да, он покрывает всё океанское дно.

Если на дне и был песок или камень, то их не было видно. Поскольку всё пространство занимала громадная переплетающаяся туша. Казалось, что миллионы зелёных удавов ползали по морскому дну. Однако это было целое существо.

– И как найти его голову? – уточнила Марисса.

Но я не знал ответа на этот вопрос.

Через минуту ощутил на себе тяжёлый взгляд. Мигом создал ещё один шар света и направил его в сторону.

В пятнадцати метрах от нас открылась громадная пасть острых зубов. Она была таких размеров, что с лёгкостью бы заглотила целого кита…

## Глава 6. Морской демон

– Офигеть, – вырвалось в мыслях у Мариссы.

Я выставил руки назад, жестом указывая девушкам уплывать. Направлением ладони указал направление – по диагонали вверх и назад, чтобы они оказались как можно дальше от твари.

Спорить они не стали, и вскоре ноги с хвостом скрылись где-то в вышине. А я остался на пути монстра.

Направил к нему световой шар, чтобы отвлечь внимание и дать девушкам уплыть подальше. Но произошло то, чего я совсем не ожидал.

Морской демон принялся всасывать в себя воду, как это делают киты. И световой шар скрылся в его пасти. А я смог удержаться на месте, хотя плыл в обратном направлении так быстро, как только мог.

Шар представлял собой чистый поток моей маны, что скрылся в бездонном желудке чудовища. Поэтому я смог на неё воздействовать. На смертельное проклятье энергии бы не хватило, а вот наслать несварение желудка – самое то.

С пальцев сорвалась дополнительная руна и врезалась в морду чудовища. Скоро искры добрались до засевшего где-то в многокилометровом теле шара света.

По извивающемуся на дне бесконечному телу высокоуровневой твари пробежали судороги. Морской демон раскрыл громадную пасть, и оттуда вырвалось облако светящегося зеленоватого дыма.


Оно могло быть ядовито, поэтому я стремительно отплыл в сторону. В отличие от Мариссы в воде не использовал жабры, вообще не дышал. Родовой дар позволял организму поддерживать все необходимые процессы с помощью магии.

Но если эта зелёная дымка представляла собой что-то кислотное, то мог и кожи напрочь лишиться.

Однако Морской демон не стал ждать, пока облако растворится в толще воды, а ринулся прямиком на меня.

Во мне вспыхнул огонь решимости, и я смело встретил атаку твари. Бросив ещё одно проклятье, заморозил воду вокруг головы морского демона, замедлив его. А пока он крошил лёд вокруг себя, я создал барьер из водяных потоков. Щит смог остановить молниеносную атаку вырвавшейся твари.

Столкновение было мощным, волны энергии разбились о дно океана кристаллами льда. Извивающееся длиннющее тело, что покрывало всё подо мной, начало кольцами подниматься. А вместе с ними – и тонны песка.

Здесь и без того было темно, а теперь в поднявшейся пелене скрылись и светящиеся глаза твари. У морского демона была особая магия. Не знаю как, но я не мог увидеть его с помощью своего дара. Словно он по плотности не отличался от окружающей нас воды.

Я всматривался в пучину темноты и не видел ничего.

С пальцев снова сорвались искры, под водой было проще колдовать именно с помощью рук. Десятки искр разгорелись в световые шары и выстроились кругом надо мной. Но освещали они лишь мутную зелёную воду.

Я осматривался по сторонам, то и дело меняя положение тела в воде. Чувство опасности давило на грудь, заставляло сердце биться чаще.

И вдруг монстр появился прямо у меня за спиной, метрах в трёх от меня. И что удивительно, не попытался сожрать. А запульнул в меня магией!

Потоки воды, смешанной с песком, устремились в меня с бешеной скоростью. Но я быстро сообразил и успел ответить своим заклинанием водной стены, за которой я успел скрыться. Она таяла на глазах, но не давала этому недобожеству смыть меня напрочь.

Самое время запустить в него одним из мощнейших проклятий, что только придумало человечество! В частности, именно с его помощью Морфелеус в своё время хотел избавлять миры изнанки от их высокоуровневых обитателей.

Пока громадная ледяная стена растворялась под натиском потоков тёплой воды, в голове выстраивалась незамысловатая рунная схема.

Это был решающий момент битвы. Морской демон понял, что его прямой бой не сработает, и начал использовать свою скорость и хитрость. И в этот раз он намеревался меня сожрать.

Вместе с создаваемыми им самим, потоками воды, что по мощности могли сравниться разве что с самым высоким водопадом, он ринулся к стене. Обогнул её и раскрыл пасть над моей головой.

Плыть было некуда. Его невероятно длинное тело кольцами опутало всё пространство. И продолжало сужаться. Я был словно муравей, попавшийся на глаза громадному удаву.

И как эта туша ещё не запуталась в тысяче узлов? Впрочем, мне было плевать.

Ведь сейчас с самого низа несколько толстых колец подталкивали меня прямиком к раскрытой пасти, откуда исходило лёгкое зеленоватое свечение. И хорошо, что я не чувствовал ни вкуса, ни запаха от воды. А то что-то подсказывает, только от этого можно было сдохнуть.

Между мной и острыми зубами осталось не больше метра. На свой страх и риск я вытянул руку и коснулся огромной чешуи, накладывая на неё своё смертельное проклятье десятого уровня.

Моё первое в жизни проклятье высшего порядка! И это стало возможно лишь благодаря той силе, что я впитал в прошлой схватке с богом.

Но тот был повелитель проклятий, а этот владыка морского дна. А я не понаслышке знал, как противостоять воде. И специально начал с тактики схватки двух одинаковых стихий, чтобы приблизиться к врагу.

Акула предупреждала, что морской демон сможет смыть любое моё проклятье, как мелкую рыбёшку. Ведь вода сама по себе хороший переносчик маны. А теперь, в этой ловушке, что он сплёл из собственного тела, деваться было некуда.

Руны выжигались на чешуе, но монстр всё ещё подталкивал меня в пасть. Пришлось сгруппироваться, выжидая.

Всего секунду.

Звуки в воде раздавались хорошо, поэтому вскоре меня едва не оглушил утробный рёв боли.

Кольца стали разжиматься, а голова взорвалась, заполняя и без того мутную воду зелёной кровью. Я смог проскочить между колец и вырваться в открытое море.

Всё дно бушевало. Бесконечно длинное угревидное тело билось в судорогах.

– Марисса, слышишь? – мысленно позвал я.

– Да. Что там происходит? Ничего не видно, кроме точек твоих магических фонарей.

– У меня получилось! – через ментальную связь я передал русалке свою радость от победы.

И она также мысленно возликовала.

– Только ты мог справиться с такой тварью! Только ты!

Похвала звучала приятно, но не совсем к месту. Ведь я сделал только половину дела.

В многокилометровой туше морского демона оставалось слишком много маны. Настолько, что со временем она бы с лёгкостью отрастила новую голову. И проклятье испепеления в воде не сработает, поэтому наш план был куда хитрее.

– Опускайтесь на глубину, – указал я Мариссе.

А она уже должна была передать это Вике с помощью жестов.

Вскоре в вышине показался голубоватый лучик света. Это Марисса опускалась, освещая путь. Она родилась в воде и прекрасно знала, как здесь добывается свет.

– Готовьте ледяные сети, – отдал я новое указание, когда девушки приблизились настолько, чтобы в свете магических шаров можно было рассмотреть их силуэты.

– Уже! Нам не терпелось принять участие!

– Ну, ничего. Скоро вам это рутинное уничтожение надоест, – мысленно усмехнулся я.

А у самого в руках тоже начала кристаллизоваться вода. Она складывалась в тонкие невесомые нити льда.

Первое пробное заклинание ледяной сети я бросил вниз. Оно покрывало не больше десяти квадратных метров площади.

Но этого хватило, чтобы увидеть результат.

Сеть накрыла содрогающуюся на дне тушу, и эта её часть мигом успокоилась. Всё, чего касался мой лёд, начало замерзать. И так за секунду небольшая часть монстра, если сравнивать с общим размером, превратилась в ледяную статую.

Я сжал кулак, передавая определённую магическую энергию в воду. И статуя начала трескаться. За пару секунд развалилась на мелкие куски.

А на местах стыка с живой плотью начала выливаться зелёная кровь.

– Девочки, приступайте. Расчёты оказались верны. Сперва забросим сетей десять, потом я разрушу то, что осталось.

– М-да, долго же мы будем весь мир зачищать.

Вика подплыла ко мне. Жестом обвела три наши фигуры. И я понял её намёк.

– Сомневаюсь, что даже нам троим хватит сил, чтобы накрыть магией весь мир. Это же громадное пространство, – выразил в мыслях свои сомнения.

– Я бы попробовала. Иначе мы рискуем застрять тут не на один месяц. Да и пока будем уничтожать одно, другое расползётся. Какая-то часть может зарыться в песке, тогда морской демон вернётся. Пусть через тысячу лет, но вернётся.

– Ты права, – согласился я и задумался.

Мне один раз уже удалось пройтись проклятьем по всему миру. Но там была возможность начертить грамотную схему, да и энергия использовалась из макров.

– Смотри! – раздался в голове настороженный голос русалки.

Тоненьким пальчиком она указывала на то место, где взорвалась голова морского демона.

Кровь и песок развеялись, открывая нашим взглядам громадный макр. Да он был не меньше в размере!

– Это точно не глюк? – переспросила Марисса в моих мыслях.

– Нет. Столько энергии он собрал за тысячелетия. И сейчас мы используем этот макр.

– Как?

Через ментальную связь от русалки исходило удивление вперемешку с недоумением.

Я достал из кармана плавок свой миниатюрный нож, чьё лезвие было сделано из адамантия. Крайне прочный и очень дорогой материал. Но способен разрезать что угодно.

– Что ты собрался делать? – испугалась русалка, видя блеск от ножа.

От лезвия отражался свет моих магических шаров, что так и кружили над нашими головами.

– Если нельзя начертить схему на дне, то сделаю это на макре, – ответил я.

– Да ты с ума сошёл!

– Нет. На нём как раз хватит места для массового заклятия оледенения. Или ледяной сети. Пока решаю, с каким мы справимся быстрее.

– Да ты же его расколешь!

– Присмотрись, – я подозвал русалку к огромному макру. – Стенки толщиной сантиметров в десять. От моих царапок они не треснут.

– Но ты всё равно повредишь целостность макра, что может повлиять на баланс накопленной внутри энергии. Бывали случаи, что макры взрывались, стоило повредить оболочку.

М-да, если этот рванёт, то от этого водного мира ничего не останется. От целого мира! Как и от нас.

– Тогда уходите. А я останусь здесь.

– Мы тебя не оставим!

Всё это время Вика с непониманием смотрела на нас. И даже нахмурилась. Больше чем принимать отказы она не терпела быть в неведении. Поэтому вскоре встала между мной и русалкой, и жестом изобразила вопрос:

– Да что здесь происходит?

Я быстрыми жестами обрисовал свой план касательно макра и выразил опасения Мариссы. Вика лишь отмахнулась и всего двумя движениями руки ответила:

– Фигня это всё.

– С чего бы? – медленным жестом спросила у неё Марисса.

Русалка не привыкла к такому способу общения под водой. Ведь её народ использовал ментальную связь, что было куда удобнее. Но, к сожалению, это доступно не для всех людей.

Вика же ответила спешными движениями:

– Я была в музее макров. Там на них вырезали всё что угодно. А затем с рисунком или заклинанием продавали в несколько раз дороже.

– Видимо, магия наших миров слишком сильно отличается, – мысленно прокомментировала Марисса. – В моём мире такое считалось преступлением. Но в чём-то Вика права. Мы с тобой используем совершенно разные руны.

Сестра не оценила заминку на мысленные переговоры и яростно зажестикулировала:

– Давай скорее, я уже проголодалась!

В ответ я усмехнулся одними уголками губ.

– Возвращайся домой. Заберёшь нас часов через пять, – движениями рук указал я.

– И пропустить оледенение мира? – Вика развела руками и вытаращила на меня глаза. – Нет, я остаюсь.

– Тогда не ной, – на языке жестов попросил я.

Сестра кивнула.

– Контролируй свет, теперь я не буду тратить на него свою ману. Иначе её может не хватить для активации рунной схемы на макре, – мысленно отдал указание русалке.

И в тот же миг мои магические шары растворились в толще воды. А на теле русалки зажглись ярко-голубые руны. Они сияли так ярко, что за ними не было видно девушку. На мгновение я засмотрелся, но потом свет стал резать глаза, и пришлось отвести взгляд.

Как и ожидалось, работа предстояла кропотливая. Поверхность макра с трудом поддавалась лезвию моего ножа. Так что не представляю, как его вообще можно расколоть с помощью физической силы. А вот с помощью магии мы вытянем из него всю энергию.

Через час одна из поверхностей шестигранника заполнилась рунами, и я перешёл на следующую. Рисунок чертил мелкий, но размер рун значения не имел, только правильность их начертания, а в этом привык не допускать косяков. Но всё равно имел привычку постоянно за собой проверять.

А то один раз в прошлой жизни понадеялся на опыт, не проверил, и моя схема вместо того, чтобы избавить деревню от проклятья некромантов, просто взорвалась. Целители тогда долго отращивали мне новые пальцы, поэтому тот случай помню до сих пор.

Я уложил всю схему для массового заклинания в четыре грани. Это было именно заклинание, которое должна была активировать родовая магия, а не сила проклятий.

– Готово, – мысленно сказал я Мариссе и вернул нож в карман.

После такой работы ему точно потребуется заточка. Хотя считается, что оружие из адамантия не тупится. Просто никто не пытается использовать его на макре, оставшемся после бога. Или недобога.

Ведь у других убитых мной божеств макров не было. Их энергия не скапливалась в одной точке, как у монстров, а струилась по телу. Возможно, этот переход и считается тем, что люди называют превращением в бога.

Я взял русалку за руку и жестом подозвал сестру, которая резвилась неподалёку. Сейчас, когда опасности больше не было, девушки могли вдоволь наплаваться. Вике так этого должно на год вперёд хватить. А вот Марисса снова захочет обратиться перед следующим полнолунием.

Сестра подплыла, и я тоже без объяснений взял её руку. Каждый из нас без лишних слов и жестов знал, как объединить источники. Но так могло сработать лишь в одном направлении. Поэтому я мысленно обрадовался, что взял спутниц с таким же даром, как у меня самого.

Не прошло и минуты, как в меня хлынула энергия. Мана обжигала руки несмотря на то, что я постоянно регулировал температуру тела. Тепло растекалось по венам и оседало в груди.

А затем я начал выпускал собранную энергию, добавляя туда львиную долю своей. Мана устремилась к кристаллу. В самый центр нарисованной мной схемы. Она разлилась по вырезанным рунам на зелёном макре золотистым свечением.

И я выпускал энергию до тех пор, пока она не заполнила все руны. А затем прекратил подпитываться энергией девушек. Хотя сам понимал, что без источников, это заклинание бы опустошило меня напрочь. Пришлось бы выжимать энергию даже из стенок каналов.

Нутро макра засияло. Это был знак.

Не отпуская рук девушек, я поплыл вверх, утягивая их за собой.

– Что теперь? – спросила русалка, когда мы плыли.

– Ты почувствуешь, – ответил я.

И стоило мне об этом подумать, как нас окатила ледяная волна. Настолько холодная, что тело не успело подстроиться под новую температуру. На коже выступили мурашки.

Я отпустил девушек и завис в толще воды. Принялся наблюдать.

Ждать пришлось недолго. Через каких-то пятнадцать минут ледяная волна вернулась, облетев весь океан этого мира.

Жестом я указал, что можно возвращаться. И мы снова стали опускаться ко дну. Но на этот раз использовали для освещения мою магию. У неё радиус действия был побольше, чем у рун на теле русалки.

Вместо извивающихся остатков морского демона мы увидели сплошной лёд. Гигантские ледяные скульптуры, что покрывали все дно этого океана.

Движением руки велел девушкам оставаться на месте. А сам спустился ко дну. Дотронулся руками до сколького льда, под которым виднелся узор чешуи. И выпустил разрушающее проклятье.

Эта схема всего из трёх рун предназначалась для разрушения зданий. Но и для льда сработала отлично. Заиндевевшая туша безголового монстра начала рассыпаться на мелкие куски.

– Теперь он больше не оживёт? – спросила Марисса, наблюдая за мерцающими в магическом свете льдинками.

– Нет. Вся его энергия ушла на его же уничтожение. Как бы парадоксально это ни звучало, – мысленно ответил я.

– Тогда уходим?

– Да.

Я подплыл к сестре и очертил пальцем круг, что значило – можно открывать портал.

Сестра взмахнула рукой. На её лице выступило недоумение. Голубые брови почти сошлись на переносице, настолько хмурой она была.

Вика ещё три раза махнула рукой. А затем жестами показала мне:

– У нас проблема. Я не могу открыть портал.

## Глава 7. В ловушке

– Мне не показалось? – спросила Марисса, и мне передалась её тревога.

Она неприятно надавила на грудь.

Никто из нас не желал застрять в мире, где нет ничего, кроме воды и мелких кусков замороженного мяса, которое употреблять в пищу опасно для жизни.

Да и подпитываться собственной маной мы не сможем бесконечно.

– Не показалось, – мысленно ответил я русалке и жестами обратился к сестре с простым вопросом. – Почему?

Она пожала плечами, но вид у неё оставался крайне задумчивый.

– Сколько энергии у тебя осталось? – спросил я, быстро перебирая руками.

– Половина запасов источника, – жестами ответила Вика.

Я нахмурился. Задумался. Да, мы могли долго находиться под водой. Но никто не хотел испытывать предел своих возможностей.

Мариссе в облике русалки, с одной стороны, было проще, но с другой – если пропустит это полнолуние, то застрянет в этом обличии до следующего.

– Есть предположения, почему так? – мысленно спросил у супруги.

– Скорее всего, вся магия здесь сводилась к силе морского демона. Может, не стоило уничтожать этот макр? – размышляла она про себя.

– Тогда бы Акула предупредила. Ей не выгодно нас терять.

Я попробовал в мыслях обратиться к богине, она-то куда лучше разбирается в мирах изнанки, и как работает местная магия, что порождает монстров-мутантов. Но ответом была лишь тишина.

Ментальные призывы не выходили за границы этого мира, словно нас здесь заперли. Более того, я на интуитивном уровне ощущал, что они не выходят за толщу воды.

– Нам нужно подняться к поверхности и попробовать открыть портал там, – мысленно сказал Мариссе и жестами повторил для Вики.

– А есть здесь эта поверхность? – со скепсисом поинтересовалась русалка.

– Должна быть. Вода не может быть бесконечной.

Мне передавались сомнения русалки, и для этого даже не стоило продолжать разговор.

Магия защищала от давления в десятки, если не сотни атмосфер, но сколько километров было над нами?

Чёрт, да к чему эти мысли, когда можно просто проверить!

Жестом я объяснил девушкам, что пора всплывать. И в конце выставил ладонь тыльной стороной к Вике, что значило – это окончательное решение.

– Я устала, – жестом показала сестра и сложила руки на груди.

Шестой час подряд было непросто держаться на плаву даже для водного мага. И неизвестно сколько займёт подъём.