# Под лапкой королевы

Gina Wolzogen

В волшебном королевстве Свинарния, где морские свинки живут бок о бок с таинственными магами, хитрыми шпионами и странствующими лекарями, никогда не бывает скучно.

========== Разоблачение Кудесника ==========


Леди Лапка лениво потянулась на своём величественном троне, сладко зевнув. Лучи утреннего солнца едва касались её гладкой шерсти, отбрасывая длинные тени на мраморный пол тронного зала. Сегодняшний день не задался. Сегодня один из подданных, потупив взгляд, склонился перед ней с жалобой, что проиграл свою морковную плантацию в споре с выдрой-пиратом, и теперь просит её милости купить ему новую. Лапка хмыкнула про себя: «Выдре морковь? Какой же в этом смысл?» Она-то прекрасно понимала, что крестьянин пытается обвести её вокруг пальца. Поэтому, вместо спасительной плантации, незадачливый проситель получил день в колодках. Леди Лапка ни с кем не церемонилась.


– Ох, до чего же надоело сидеть на этом троне, – протянула она, слегка нахмурив свои белоснежные усики.

Едва она сошла с королевского трона, как в зал будто вихрь ворвался Кудесник Кабак. Стражники, стоявшие по бокам зала, нервно попятились назад, ведь появление этого мага всегда предвещало что-то неладное.

– Леди Лапка! – раздался взволнованный голос мага, а его старенький посох с треснувшей корой поскрипывал в руке. Этот посох, выглядящий как простая гнилая ветка, никогда не вызывал доверия у придворных, но Кабак всегда уверял всех, что в нём скрыта великая сила.

– О, Кудесник Кабак, – вздохнула Леди Лапка, с недовольством возвращаясь на свой трон. – И что на этот раз за невообразимые новости ты мне принёс?

Кудесник Кабак хитро потёр свои длинные усы, которые дрожали, как антенны старого радиоприёмника, уловившего тайный сигнал.

– У нас здесь лось! – возвестил он с такой торжественностью, будто объявлял о нашествии великанов.

Морские свинки, стоявшие в зале, всполошились и начали переглядываться, не зная, чего ожидать от такого известия.

– Жители Лесной Республики наши союзники, – проговорила Леди Лапка, лениво приподняв одну бровь. Она не понимала, зачем вообще Кабак пришёл с этой новостью к ней. Ведь гости из Лесной Республики совсем не редкость!


Но Кабак не думал останавливаться:


– Нет, Ваша Милость, вы не понимаете! – в его жёлтых глазах промелькнуло недовольство. – Этот лось намеревается стать лекарем в Свинарнии!

– Лось – лекарь? Это же абсурд! – возмущённо выкрикнул кто-то в зале.

– У него же копыта! – воскликнул другой голос, и свинки согласно зашептались.

– Он же лось! – прозвучал полный негодования возглас.


Леди Лапка с непониманием и лёгким раздражением смотрела на Кудесника Кабака. Она пыталась найти в его словах хоть крупицу смысла. Ведь ни разу в жизни она не слышала, чтобы лоси занимались врачеванием, а тем более – лечили морских свинок. Она склонила голову в сторону мага, раздумывая над ответом.


– Вы опять гадали после кружки эля, Кудесник Кабак? – спросила она, подозревая, что всё это могло быть одной из его дурацких шуток.


Её слова повисли в воздухе, как тонкая паутина сомнений, а сам Кабак лишь молча стоял, потирая свои усы и озираясь по сторонам, словно надеялся найти хоть кого-то, кто бы поддержал его.

Обычно Кудесник Кабак пялился в свой зачарованный магический шар, видя в нём туманные образы, а потом носился по Свинарнии, устраивая переполох среди её обитателей. Леди Лапка привыкла к его странным предсказаниям и измышлениям – ни одно из них ещё не сбылось, но маг всегда находил повод для нового «пророчества», которым любил запугивать подданных.

Но прежде чем он успел выдать своё очередное предсказание, дверь замка медленно распахнулась. В проёме показалась фигура лося, который величественно вступил в тронный зал. Его длинные рога, острые и массивные, словно древние ветви, тянулись к потолку. На нём была простая, но аккуратная одежда, больше походившая на облачение священника. За спиной болтался огромный зелёный рюкзак, а на поясе сверкали настои, развешанные в небольших разноцветных флаконах.


– Великая Леди Лапка! – громко и почтительно произнёс лось, склонив голову, будто огромный дуб, опускающий свои ветви под порывом ветра. – Я Лекарь Лось и желаю посвятить свои знания и умения врачеванию в вашем великом королевстве Свинарнии.


Кудесник Кабак подозрительно прищурился, оглядывая пришельца, и недовольно хмыкнул. В Свинарнии всегда были проблемы с врачами – морские свинки частенько путали лечебные травы, что не раз приводило к катастрофическим последствиям. Поэтому Кабак, единственный маг в этом королевстве, взял на себя миссию исправлять все недуги с помощью заклинаний. Кроме того, Брат Блинчик вдохновлял больных молитвами Сияющей Лапки, а Брат Оладушек добавлял душевного подъёма, рассказывая о подвигах апостолов Первой Морской Свинки.


– Но вы же лось! – удивлённо воскликнула Леди Лапка. – Зачем такому зверю, как вы, заниматься лечением нас, морских свинок?

Лось величественно качнул своими могучими рогами. В тронном зале оживлённо стали хрюкать морские свинки.

– Ваша природа бросает мне профессиональный вызов, – ответил он с таким достоинством, что в зале повисла тишина.

– Вот как? – протянул Кудесник Кабак и в его голосе прозвучали нотки сарказма. Он медленно повернулся к Лосю. – А может быть, вы всего лишь шарлатан, м? Видал я таких «лекарей». После их вмешательства никакая магия не поможет!

Лекарь Лось спокойно посмотрел на Кудесника и его взгляд задержался на странном одеянии мага: Кабак был одет в шкуру, отдалённо напоминающую смесь оленя и кабана, а шапка его была сделана из морды лисицы. Его пятнистая шерсть с белой полоской на носу и белым пятном на щеке придавала ему забавный вид.

– Я обучался в Академии Лечебных Искусств Зелёного Холма и у меня есть диплом, – сдержанно и уверенно произнёс Лось. – Я прошёл специальную переподготовку под природу морских свинок.


Кудесник Кабак закатил глаза, его недовольная морда выражала всю глубину скептицизма. «Зелёный Холм?» – подумал он. Ничего ему это название не говорило, и он вообще сомневался, что в Лесной Республике существует что-то, напоминающее университет. Маг вот гордился своими собственными знаниями, приобретёнными у выдающегося архимага Капибарии и считал, что этого вполне достаточно.

Леди Лапка, в отличие от мага, знала об Академии Зелёного Холма. Она слыла местом, где учились лучшие лекари и поступить туда могло далеко не каждое животное. Вспоминая, как одна амбициозная капибара так и не смогла пройти вступительные испытания, Леди Лапка задумчиво погладила свои усы.


– Хм… – протянула королева, раздумывая, что же делать. – Докажите, что вы достойны звания лекаря, и тогда я позволю вам остаться в нашем королевстве.

– Но, Леди Лапка! – вмешался Кудесник Кабак, а его голос был переполнен тревогой. – Вы же ставите под угрозу своих подданных!

– Кудесник Кабак, – мечтательно произнесла Леди Лапка, задумчиво глядя в потолок. – Лучше уж погадай мне на жениха, чем напрасно пугать подданных своими магическими штучками.


***

Лекарь Лось остановился у старой, заброшенной лечебницы, присматриваясь к её потемневшим от времени стенам и скрипучим дверям. Лечебница, бывшая центром исцеления для жителей Свинарнии, теперь выглядела совсем уныло. Лось глубоко вздохнул, поднимая с земли большой веник, и приступил к делу. Он тщательно вымел все углы, стирая слои пыли. Затем он взял ведро воды, медленно выливая её на пол, и начал яростно тереть. Ему оказалось грустно видеть лечебницу в таком запущенном виде. Но это ещё раз убедило его в том, что он сделал правильный выбор. Теперь в Свинарнии будет настоящий лекарь!

Операционный стол, недавно покрытый слоем паутины и пыли, теперь был очищен до блеска. Затем Лось аккуратно разложил флаконы и зелья на деревянных полках. Его аптечка оказалась готовой бросить вызов всем болячкам Свинарнии.


Первым посетителем, робко переступившим порог его обновлённой лечебницы, оказалась морская свинка с пятнистым мехом, чем-то напоминающим расцветку как у Кабака. Её фиолетовое платье, украшенное мелкими узорами, делало её похожей на сказочного персонажа, а за спиной на кожаном ремне висела лютня, поблескивающая металлическими струнами.


– Никогда не видела лесных коров! – с удивлением произнесла она, плюхнувшись на скрипучую лавочку.

Лекарь Лось мягко улыбнулся, раздумывая, почему эта морская свинка его так назвала. Вообще лосей в Лесной Республике лесными коровами не называли. Могли назвать сохатым, но никак не коровой.

– Здравствуйте. На что вы жалуетесь? – спросил он, вежливо наклоняясь к своей пациентке.

Морская свинка резко вскочила с лавочки и энергично указала на свой мех.

– На блох! – вскрикнула она, почти всхлипывая. – Они меня так покусали, ужас! Я вся в блохах!

Лекарь Лось сосредоточенно осмотрел её мех, его копыта двигались осторожно и уверенно, как у опытного хирурга. Однако ни единого следа блох он так и не нашёл. Шерсть у свинки оказалась чистой и блестела в лучах света, пробивающегося сквозь оконце.

– Я, кстати, Бард Свиночка! – бодро заявила она, гордо подняв свою голову. – Хотите, спою вам?

Но Лось лишь мягко покачал головой. Он слышал о знаменитых песнях морских свинок, но проверять пока не решился.

– Нет, вы мне будете только мешать, – спокойно произнёс он, стараясь не обидеть её. – А блох у вас нет и не было.

Свиночка прищурила глаза и недовольно посмотрела на Лося, её мордочка сморщилась в возмущении.

– Как это… – возмущённо пропищала она и её голос дрожал от негодования. – Я постоянно чешусь!

Лось, понимая, что в его руках не просто лечебное задание, а ещё и испытание, данное Леди Лапкой, задумался. Он аккуратно взял лютню с её спины и стал рассматривать её ремень.

– Это не из-за блох, – тихо произнёс он, осматривая инструмент. – Это ваша лютня натирает вам спину.

Бард Свиночка прищурилась ещё сильнее и с подозрением покосилась на лесного жителя.

– Но я их видела! – отчаянно запротестовала она. – Они бегали туда-сюда!


Лекарь Лось вскинул голову и задумался. Он уже начал подозревать, что дело тут не в обычных насекомых, а, возможно, в магии. В Лесной Республике магия давно была искоренена и заменена на науку, где каждый феномен имел своё объяснение. Но здесь, в Свинарнии, существовал маг, которого звали Кудесник Кабак, и он мог наколдовать что угодно. В том числе и блох. Только вот… Зачем?


– А когда именно вы их видели? – уточнил Лось, не сводя внимательного взгляда с Барда Свиночки.

Свиночка, чуть подрагивая от возбуждения, стала расхаживать по лечебнице, широко жестикулируя лапками и восклицая:

– Я пела на городской площади о подвигах Сияющей Лапки! И вдруг они начали прыгать! Ужас! Пришлось перестать петь!


Лекарь Лось нахмурился. Он понял, что перед ним стояло непростое задание – найти доказательства магического вмешательства и предоставить их Леди Лапке. Но как можно доказать невидимое? В Лесной Республике магия считалась варварством, её выкорчевали из общества, потому что она была ненадёжна и непостоянна.

Он знал, что бегать за Кудесником Кабаком, пытаясь поймать его на месте преступления, будет долгой и трудоёмкой задачей. Поэтому, после короткого раздумья, Лекарь Лось принял решение обратиться за помощью к религии, той самой, что так верно служила подданным Свинарнии.


***

Брат Блинчик, облачённый в скромную рясу с золотыми узорами, молился возле алтаря, и его лапки были сложены в благоговейном жесте. Величественные колонны храма устремлялись к небу, а свет солнечных лучей, пробивающийся сквозь витражи, окутывал внутреннее пространство тёплым сиянием. От этих витражей на полу играли разноцветные блики. Воздух был пропитан ароматом благовоний, которые разжигали на рассвете, дабы наполнить храм духом Сияющей Лапки.

Брат Блинчик чувствовал в этот день что-то необычное – как будто в самом воздухе витала предвещающая перемена. Несмотря на то, что сегодня прихожан было немного, а вечерняя проповедь всё ещё ожидала своего часа, он не мог избавиться от ощущения, что сегодня должно произойти нечто важное. Возможно, это было дарование Сияющей Лапки.


Он продолжал молиться, погружённый в свои мысли, пока дверь храма тихо не заскрипела, и в проёме не появился гость, которого никто не ожидал. Это был лось – высокое и внушительное создание с величественными рогами. Блинчик обернулся и вгляделся в лесного жителя с любопытством. В Свинарнию редко приезжали такие экзотические гости. Обычно из Лесной Республики приезжали зайцы. Порой заглядывали торговцы, состоящие из каравана белок, привозившие диковинные товары и редкие специи. Но чтобы лось – это было поистине неожиданным событием. И странным. Что такому существу делать в Свинарнии?


– Брат Блинчик, я искал вас. Меня зовут Лекарь Лось, – произнёс гость, приблизившись к священнику с добродушной улыбкой. – И мне нужна ваша помощь. Я подозреваю, что Кудесник Кабак насылает на жителей Свинарнии блох.


Брат Блинчик, не теряя спокойствия, внимательно выслушал Лося. Для него выходки Кудесника были уже не в новинку. Кабак был известен своими нелепыми и порой абсурдными предсказаниями: однажды он заявлял, что видел конец света, а в другой раз уверял всех, что заметил лик Сияющей Лапки в суповой чаше. Часто он подкидывал пиявок к порогам домов своих соседей непонятно для чего. Морские свинки много насчёт этого пускали слухов, но никто так и не понял, в чём весь смысл сего действия.

Но, пожалуй, самым странным было то, как Кабак вёл себя в своих медитациях. Он мог внезапно остановиться посреди оживлённого базара, поднять свой посох и впасть в транс, как будто весь мир вокруг него переставал существовать. Брат Блинчик вспомнил тот день, когда маг с невозмутимым лицом вошёл в храм, встал прямо в проходе и, не обращая ни на кого внимания, погрузился в созерцание. А однажды Блинчик даже видел, как Кабак пробрался в казармы к спящей Рыцарю Норке и медитировал у её кровати! Никто в Свинарнии так и не смог понять, зачем он это делает и в чём смысл вот таких проделок.


– Проделки Кудесника Кабака иногда выходят за рамки! – воскликнул Брат Блинчик, нахмурив брови и скрестив лапки на груди. – Но чтобы блохи… Это уж слишком! И чем же я могу помочь вам, Лекарь Лось?


Лось медленно кивнул. Он шагнул ближе и, склонившись к розовому уху Блинчика, стал рассказывать свой план.


***

Брат Блинчик отправился на Городскую площадь. Его первое действие было простым, но важным: он опросил нескольких своих прихожан. Те взволнованно делились своими бедами, но все рассказы о блохах были смутными и противоречивыми. Кто-то блох видел, кто-то нет, а кто-то чесался постоянно.


С площади доносились звуки жизни Свинарнии – мелодии лютней, пение птиц и весёлый смех морских свинок, переговаривающихся между собой. Посреди этого оживлённого шума стоял Шпион Ушастик, который, как всегда, лениво жевал сено, внимательно наблюдая за всеми происходящими событиями. Его лёгкие кожаные доспехи были удобными и почти не стесняли движений, а пояс, увешанный множеством бутылочек и кинжалом, добавлял ему загадочности. Ушастик являлся единственным кроликом в Свинарнии, его длинные уши свисали, как крылья мантии, придавая ему смешной вид. Когда-то давно, в знак дипломатического союза, Ушастия, которая славится своими лучшими шпионами, отправила крольчонка, выпускника шпионского искусства, в Свинарнию. С тех пор Ушастик вырос и стал даже верить в Сияющую Лапку. Он служил своей королеве Леди Лапке с невероятной преданностью, хоть она и являлась морской свинкой.


– Шпион Ушастик! – горячо приветствовал его Брат Блинчик, шагнув к кролику с широкой улыбкой. – Не терзали ли вас в последнее время блохи?

Ушастик, не прекращая жевать, резко напряг свои уши, как струны. Эти уши были его гордостью и тайным оружием, ведь, несмотря на то что они свисали вниз, слух у него был острый, и он прекрасно слышал даже шёпот.

– Блохи? – удивлённо повторил кролик, озадаченно морща носик и продолжая жевать свою травинку. – Иногда у меня чешутся уши, но я не уверен, что это блохи.

Брат Блинчик знал, что можно положиться на кролика, особенно когда дело касалось службы Сияющей Лапке. Ушастик был не только шпионом, но и внимательным прихожанином, который всегда слушал его проповеди с благоговением и сосредоточенностью.

– А не могли бы вы помочь мне? – спросил Блинчик, чуть понизив голос и надеясь на поддержку. – Нужно подслушать и проследить за Кудесником Кабаком. Он вызывает у меня подозрение.


Ушастик с хитрой улыбкой доел травинку и его глаза загорелись азартом. С этого момента ни одно действие Кудесника Кабака не ускользнёт от внимательного взгляда кролика.

Брат Блинчик, поникший в раздумьях, направился обратно в свой скромный храм, укутанный в тишину и свет свечей. Он остановился перед алтарём, украшенным резными изображениями Сияющей Лапки, и поднял глаза к небесам, устремив свой взор к величественному образу, что сиял мягким светом над его головой. В душе Блинчика теплилась надежда, что Сияющая Лапка, покровительница всех морских свинок, услышит его мольбу и дарует мудрость, которая направит его на истинный путь.


Внезапно тишина была нарушена.


– Лапка и Норка пошли… – запела Бард Свиночка, входя в святилище с величавым видом. Её пятнистая шерсть блестела в свете свечей, а на спине, как всегда, висела её любимая лютня, украшавшая её облик словно герб.

Свиночка любила петь, и пела она везде, где только могла. Её жажда музыки была столь неистовой, что однажды Брату Блинчику пришлось успокаивать её прямо посреди своей проповеди, когда она внезапно, движимая вдохновением, затянула новый куплет.

– Бард Свиночка! – поприветствовал её Блинчик, не скрывая лёгкой улыбки. – Может, сегодня вместо песни вы захотите помолиться вместе со мной?

Морская свинка бросила на него сомнительный взгляд. Она не привыкла молиться, её сердце жаждало музыки, а не молитвенных слов.

– А может, лучше спою гимн в честь Сияющей Лапки? – предложила она, чуть не подпрыгивая от нетерпения.

Но Брат Блинчик был непреклонен. Если Свиночка начнёт петь, то остановить это будет нереально.

– Начнём с молитвы, – ответил он.


И они оба склонили головы, два голоса объединились в тихой молитве, испрашивая благословения Сияющей Лапки. Но вдруг внимание Блинчика привлекла лютня Свиночки: она, казалось, странно переливалась и светилась, как будто заключала в себе нечто большее, чем просто дерево и струны. Священник осторожно взял инструмент в свои лапы и приблизил его к алтарю. В тот же миг лютня засияла ярче, как солнце на рассвете, её сияние заполнило храм. Только вещи, наделённые магией, могли так реагировать на божественное присутствие.


– Ах, вот оно что! Сияющая Лапка направила меня! – воскликнул Блинчик, мысленно благодаря Сияющую Лапку.


К вечеру, в полумраке храма, собрались Брат Блинчик, Шпион Ушастик и Лекарь Лось.


– Я весь день подслушивал Кудесника Кабака, – доложил Шпион Ушастик, и в его голосе проскальзывала нотка гордости за выполненную работу. – Один раз он сказал: «Ах, бедная Свиночка и её воображаемые блохи! Интересно, кто же мог так подшутить над ней?»

Лекарь Лось кивнул и добавил:

– Я исследовал остальных морских свинок. Многие жалуются на блох, но никаких следов самих блох не было обнаружено.

Брат Блинчик, скрестив лапы на груди, медленно кивнул и с удовлетворением сообщил:

– А я понял, что лютня Свиночки заколдована. Я окропил её святой водой и отдал обратно. Она больше не светится.

Лось задумчиво кивнул, и в его глазах вспыхнуло понимание.

– Думаю, это всё проделки Кудесника Кабака! – решительно проговорил он, стукнув копытом о пол. – Пора его разоблачить!


Однако, несмотря на его решимость, Лось не знал, как в Свинарнии решаются подобные вопросы. В его родной Лесной Республике нарушители предстали бы перед строгим судом Лесного Совета.

Брат Блинчик нахмурился и мягко, но твёрдо напомнил:


– Не забывайте, Лекарь Лось, что он маг. А всякий маг будет уворачиваться и скрываться от прямого обвинения.

Шпион Ушастик прищурился и, как опытный стратег, с задумчивым видом почесал своё пушистое ухо.

– Вы предлагаете его допросить? – с интересом спросил он, предвкушая, как посадит Кабака на стул допросов.

Все знали, что, когда дело касалось допросов, Ушастик был мастером. Своими умелыми манипуляциями он мог вытянуть информацию даже из самых крепких противников. Пираты-выдры, которые пытались безнаказанно хозяйничать в Свинарнии, трепетали при одном упоминании его имени.

– Нет-нет, Шпион Ушастик, нельзя действовать грубой силой, – поспешно остановил его Брат Блинчик, подняв лапу в жесте примирения. – Тут нужно действовать хитростью.

Ушастик, мгновенно осознав замысел, расплылся в широкой улыбке, и его вислоухие уши чуть дрогнули от удовольствия.

– Хитрость? Это как раз по моей части! – воскликнул кролик с воодушевлением, уже зная, как именно будет действовать.


***

Шпион Ушастик осторожно приближался к магической башне, его лапы бесшумно касались земли, а длинные уши настороженно дрожали, улавливая каждый звук вокруг. Башня возвышалась перед ним, как древний каменный великан, увитый плющом и покрытый загадочными символами, будто древними рунами, оставленными давно ушедшими магами.

Ушастик, подойдя ближе, аккуратно проскользнул внутрь башни. В полумраке зала он увидел Кудесника Кабака, склонившегося над своим магическим шаром, который мерцал таинственным синим светом, разбрасывая по комнате призрачные отблески.


– На что гадаешь? – с интересом спросил Ушастик, стараясь придать своему голосу равнодушный оттенок.

Кудесник Кабак, резко подняв голову, отвлёкся от своего занятия и уставился на кролика с выражением недовольства. Его острый взгляд, скрытый под тяжёлыми веками, пронзал воздух, как холодный ветер.

– Ушастик! Ты разве не слышал, что нас пришёл лечить лось?! – белые усы Кабака раздражённо дрогнули. – Это же оскорбление! Разве мы, морские свинки, не способны сами себя вылечить?

Ушастик, играя на чувствах Кабака, начал активно кивать, одновременно теребя свои длинные уши в знак беспокойства. Он знал, что тщеславие мага являлось его слабым местом, и умело нажимал на это.

– Да, твоя магия нас не раз спасала! – сказал он с искренним восхищением, прекрасно понимая, что Кабак любил, когда ему льстят. Вся Свинарния знала, что Кудесник Кабак – маг единственный в своём роде, всегда гордившийся своими знаниями и умением творить чудеса, которые никто другой не мог повторить.

Кудесник Кабак, довольный комплиментом, горделиво выпрямился и усмехнулся.

– Вот именно! – возмущённо пророкотал он, почёсывая свои длинные усы. – А тут какое-то рогатое чучело пришло нас лечить! Явно погубить нас хочет! Но ничего, он всё равно ничего не добьётся.


Ушастик напряг свои длинные уши, чутко прислушиваясь к словам мага. Внутри него разгорелся огонь нетерпения – он был на пороге разгадки! Прищурив свои блестящие глаза, кролик облизнул зубы, тщательно подбирая слова.


– Из-за своих навыков? – осторожно уточнил он.


Но в тот же миг Кабак, раздражённый и негодующий, резко развернулся и ударил посохом по каменному полу. От удара в разные стороны пошли волны зелёной энергии, словно змеи, ползущие по каменной плитке.

– Да плевал я на его навыки! – вскричал маг с пренебрежением. – Моя магия сильнее его «лечебного искусства». Он не сможет никого вылечить, если в дело вмешается магия.

Шпион Ушастик замер, поражённый услышанным. Он был так близок к истине, что почти мог дотянуться до неё.

– Ого! И что же ты сделал, чтобы уберечь нас от такого лекаря? – с подчеркнутым интересом спросил кролик, притворяясь, будто всё ещё заворожён магической мощью Кабака.

Кудесник Кабак с гордостью распушился, показывая, насколько он доволен собой.

– Наслал проклятье в виде блох, – объявил он с самодовольной усмешкой. – Он не сможет вылечить то, что контролируется магией! А я смогу.


Ушастик, едва сдерживая улыбку, покивал, стараясь выглядеть искренне заинтригованным. Но в его голове уже выстраивался план действий. Он покинул башню и быстро нашёл Брата Блинчика и Лекаря Лося, собрав их вместе. Они направились к Леди Лапке, чтобы поведать ей всю правду, чтобы она, как истинная правительница Свинарнии, услышала их свидетельства и вынесла справедливый вердикт в отношении горе-мага, который осмелился бросить вызов не только её народу, но и самой Сияющей Лапке.


========== Турнир Благородства ==========


Лекарь Лось наконец завершил обустройство своей новой лечебницы, приложив немало усилий, чтобы превратить пустующее здание в достойное место для исцеления. Он даже нашёл двух прилежных морских свинок, которые согласились стать его помощниками – теперь их звали Хранители Лечения.

Солнечный свет пробивался сквозь окна, освещая ряды трав и настоек, аккуратно расставленных на полках, в то время как Лось испытывал тихое удовлетворение, зная, что теперь лечебница обретает душу. Однако один факт омрачал его: соседство с высокой башней, принадлежащей Кудеснику Кабаку. Башня и лечебница делили один двор, где росли не только лекарственные травы, но и невиданные растения, чьё происхождение оставалось загадкой. Кабак частенько появлялся у грядок, важно показывая на растения не глядя и заявляя, что он их собственноручно высаживал и трогать их строго запрещено. Впрочем, Лекарь Лось однажды заметил, что одно из «растений», которым гордился маг, на деле оказалось обыкновенным булыжником.


Но вскоре Лося отвлекли другие дела – с открытием лечебницы начали приходить пациенты и оживлённые беседы заполнили залы. Шёпотом и с придыханием они обсуждали важное событие, что должно было вскоре свершиться: турнир, на котором в поединках сойдутся лучшие рыцари. Лекарь Лось слышал о подобных состязаниях: в Лесной Республике такие турниры были делом чести и на них часто выступали опытные рыцари.

Лось задумался, как же морские свинки из Свинарнии смогут соперничать с этими опытными воинами, за плечами которых годы тренировок и подвигов. И кто же будет представлять саму Свинарнию? Этот вопрос повис в воздухе и Лось с интересом ждал ответа, ведь ему самому не терпелось увидеть, как решится эта непростая задача.


***

Рыцарь Норка, как и всегда, предавалась напряжённым тренировкам неподалёку от Судного места – древнего каменного круга, где собирались судить по законам Сияющей Лапки. Её доспехи, сияющие под лучами солнца, были украшены резными узорами и мистическими символами посвящёнными Норнострасти – великому апостолу, который был покровителем рыцарей и воплощением доблести и чести. Узорные доспехи блестели при каждом движении, словно сами легенды оживали на её броне.

Наблюдая за ней из-за куста, Шпион Ушастик медленно пережёвывал морковку, зачарованный её грациозностью и силой. Длинная, белоснежная шерсть Норки струилась по плечам, напоминая зимний снег, искрящийся под утренними лучами. Её глаза, глубокие и зелёные, будто таинственный лес, горели отвагой и готовностью к подвигам. Для кролика не существовало свинки прекраснее Рыцаря Норки, и его сердце замирало, стоило ей замахнуться мечом или сделать резкий выпад.


– Рыцарь Норка! – донёсся пронзительный голос её оруженосца, молодого, но старательного Храбролапа, который, сбежав с поручения, спешил к своей наставнице. – Вас выбрали как представителя Турнира Благородства! – он почти задохнулся от волнения, выкрикнув последние слова.

Норка застыла на миг, прищурившись в удивлении, а её взгляд с неподдельным интересом поймал Шпион Ушастик, что притаился неподалёку и слушал каждый шорох.

– О, меня? – она склонила голову, оглядывая Храбролапа с лёгким намёком на улыбку. – И что же велела Леди Лапка? Каковы её распоряжения?

Молодой оруженосец слегка замялся, озираясь, будто ища ответы в воздухе, и почесал затылок, пытаясь припомнить, что говорила ему королева.

– Ой, не знаю, – смущённо признался он, глядя в пол. – Вам нужно явиться к ней в тронный зал.


Норка вздохнула, прикрывая от солнца глаза, и окинула взглядом Судное место, как бы прощаясь с привычной тренировочной площадкой перед новым вызовом. Впереди её ждала встреча с Леди Лапкой, и она была готова – ведь на Турнире Благородства честь королевства лежала на её плечах.


***

Рыцарь Норка пребывала в замешательстве. Так много достойных и опытных рыцарей, а выбор пал на неё! Леди Лапка даже пообещала выделить ей свои доспехи, полированные до безупречного блеска, хотя Норка не жаловалась на своё привычное снаряжение, обжитое и испытанное в боях. Турнир Благородства предстоял уже через три дня и теперь Норка должна была познакомиться с соперниками, собравшимися со всех уголков королевств.

Прибыв на тренировочный двор, она ахнула, увидев, кто будет её противниками. Первой была огненно-рыжая лиса с глазами, сверкающими как изумруды – её пронзительный взгляд, казалось, проникал в душу. Рядом величественно стоял благородный олень, чьи длинные изогнутые рога отражали солнечный свет. А за ними возвышался стройный белоснежный заяц, с чёрными кончиками ушей, словно подчеркнутыми тушью.


– Нелёгкая предстоит битва, – прошептала Норка, прижимая лапку к сердцу. За её спиной тихо появился Шпион Ушастик, внимательно следивший за ней, и с улыбкой приветствовал её.

– Все они представители Лесной Республики, – шёпотом поведал он. – Лиса – Рыцарь Ловкострела, олень – Рыцарь Храбророг, заяц – Рыцарь Толстолап. Но это ещё не всё. На этот турнир прибыли и рыцари из далёкого Южного Хвостолесья.


Услышав о них, Норка замерла.


Южное Хвостолесье… Королевство рептилий, земля магов и воинов, о которых ходили ужасающие легенды. Говорили, что рептилии обладали уникальными колдовскими силами и искусно плели чары вокруг противников.


– Южное Хвостолесье? – с потрясением воскликнула она, оглядываясь на Ушастика. – Но это же целый свет отсюда!

Шпион Ушастик кивнул, удовлетворённый её ошеломлением.

– Именно так. Они прислали Рыцаря Громкоплюха и Рыцаря Ядоклыка.

Имя каждого из них звучало как вызов. Норка, чувствуя дрожь в лапках, размышляла с кем ей предстоит встретиться в поединке. Легенды о рыцарях Южного Хвостолесья были известны каждому: их бойцы славились безжалостностью и скоростью, а их чары были сильны, как весенние ураганы.

– Я… никогда не видела рептилий, – пробормотала она, чувствуя сомнение, закравшееся в сердце. – А чтобы сражаться с ними…


Рыцарь Норка растерялась. Она понятия не имела, как сражаться с такими соперниками. Зайцы были даже выше морских свинок по росту, а олени могли в ход пустить даже свои рога! Но что же делать маленькой морской свинке? Пойти к Кудеснику Кабаку или помолиться Норнострасти? Ведь она слышала на проповедях Брата Оладушка, что Норнострасть могла укротить кого угодно. Она сражалась с опасными бандитами-змеями из Южного Хвостолесья и завела дружбу с королём пиратов-выдрой по имени Синеглаз, который впоследствии подарил Свинарнии монстра, который жив до сих пор. Именно ему на съедение бросали в яму преступников за особо тяжкие преступления.


***

Вечером, когда луна уже поднялась над королевством и заливала улицы серебристым светом, Рыцарь Норка отправилась в церковь к Брату Оладушку. В тишине священных залов, окружённая лёгким ароматом полевых трав и восковых свечей, она встала на колени перед величественной статуей апостола Норнострасти, величайшей защитницы всех рыцарей. Норка молилась с трепетом, прося благословения и сил, чтобы выдержать грядущие испытания турнира. Как будто в ответ на её просьбы, пламя свечей чуть подрагивало, создавая иллюзию движения в глазах статуи.

Не ограничившись одной молитвой, она направилась в церковь по соседству, где её уже ждал Брат Блинчик. В этой церкви, окутанной золотистым светом витражей и украшенной изображениями самой Леди Сияющей Лапки, Рыцарь Норка снова склонилась в молитве. Она просила, чтобы Лапка не оставила её в решающий момент. Но в глубине сердца сомнения не исчезли. Этих молитв будет ли достаточно?

Вздыхая, Норка покинула церковь и направилась обратно к себе. Когда она вернулась в казармы, её удивило присутствие Лекаря Лося, чья высокая фигура едва умещалась в небольшой комнате. Массивные рога ловили блики огня из камина, делая его образ ещё более загадочным.


– Что вы тут делаете? – спросила Норка, завороженно глядя на рога и тонкую морщинку улыбки на морде Лося.

Лекарь Лось слабо улыбнулся, его забавный, чуть вздёрнутый носик дёрнулся, и он ответил с мягким, но уверенным тоном:

– Хотел взглянуть на того, кого Свинарния послала защищать честь королевства, – произнёс он, качнув головой. – Я видел твоих соперников. Те, кто из Лесной Республики, мне знакомы.

Норка, чувствуя усталость от долгого дня, прошла к котелку, чтобы разогреть себе морковный суп. Шумно дунув на ложку, она взглянула на Лося и спросила:


– Вы их знаете?

Лось кивнул, задумчиво поглаживая рог.

– Я лечил их в своё время, – подтвердил он, вспоминая. – Лиса когда-то серьёзно повредила левую лапу. Олень… у него зрение не лучше, чем у крота на больших расстояниях. А вот заяц – он слышит слишком остро, как будто ловит каждый шорох ветра.

Глаза Норки загорелись. В голове тут же промелькнул план.


«Слишком острый слух… Бард Свиночка может мне помочь!»


Она повернулась к Лекарю и кивнула, чувствуя, как в её сердце вновь вспыхнула искра уверенности.


– Спасибо, Лекарь Лось. Это бесценная помощь, – мягко сказала она, но потом, вздохнув, призналась. – Хотя я всё равно не уверена, что смогу выиграть. Там же будут рептилии…

На это Лось только подмигнул.

– Поэтому я приготовлю для тебя множество мазей и бальзамов, – произнёс он с уверенностью. – На всякий случай.


Его слова придали ей ещё немного спокойствия, и, благодарно кивнув, Рыцарь Норка с новой решимостью устремила взгляд в пламя камина, думая о том, как поведёт себя на турнире.


***

На следующий день, когда солнце только начинало подниматься, заливая тренировочный двор золотистым светом, Рыцарь Норка с отвагой взялась за своё утреннее дело. Она выполняла каждое движение с особенной сосредоточенностью, и её сияющие доспехи поблёскивали в свете, словно живые. Вдруг её прервал шаг за спиной, и, обернувшись, Норка увидела перед собой Рыцаря Толстолапа – белоснежного зайца с тонкими чёрными кончиками ушей, которые придавали ему хитрое выражение.


– О, так это и есть наш соперник? – ухмыльнулся он, рассматривая её с видимым любопытством. – Разве морские свинки умеют управляться с мечом?

Рыцарь Норка только хотела ответить, как между ними вдруг появился Шпион Ушастик, будто возникший из воздуха. Он оглядел Рыцаря Толстолапа острым взглядом, подмигнул Норке, а затем решительно топнул лапой по земле.

– Ещё как умеют! – заявил он, сверкнув глазами. – Морские свинки куда храбрее, чем может показаться на первый взгляд!

Толстолап прищурился, его длинные уши напряглись, словно он готовился к поединку, хотя в глазах зайца мелькнуло удивление.

– Кролик из Ушастии! И что же ты забыл в Свинарнии? – спросил он с подозрением.

Ушастик только хитро улыбнулся, не желая раскрывать ни своих намерений, ни своего статуса.

– Я служу Леди Лапке, – коротко ответил он, будто этого было достаточно.

Рыцарь Толстолап закатил глаза, едва скрыв презрительный взгляд. Очевидно, служба при дворе морских свинок была для него чем-то непрестижным.


Тем временем Лекарь Лось неподалёку вёл свои хлопоты, подготавливая с Хранителями Лечения шатёр Лесной помощи, когда взгляд его пересёкся с внимательным взглядом Рыцаря Храбророга. Лось не удержался и, широко улыбнувшись, в знак приветствия боднул рогами своего старого друга. Оба начали бодаться, демонстрируя лесное приветствие. Морские свинки вокруг, которые никогда не видели таких приветствий, с любопытством следили за этим «поединком».


– Встретились две лесные коровы! – раздался звонкий смех Барда Свиночки, которая, развалившись на траве и уплетая огурец, наблюдала за происходящим. – Надо песню про это написать!


Однако, несмотря на все отвлечения, взгляд Норки снова и снова возвращался в сторону пустующего края двора. Она заметила, что все её соперники из Лесной Республики уже на месте, но зловещие рептилии из Южного Хвостолесья так и не появились. Где же их таинственные представители? Её воображение тут же нарисовало холодные, змееподобные глаза, что следили за ней из тени. Может, они тренировались где-то в стороне, укрытые от посторонних глаз?

Вспомнив легенды о жителях Южного Хвостолесья, Норка поняла, что, если рептилии действительно прибыли на турнир, их место было не здесь. Её охватило предчувствие, и, разглядывая темнеющие участки леса на горизонте, она почувствовала, что должна узнать, где обитают её таинственные соперники.


***

Кудесник Кабак уже минут тридцать безуспешно старался продать свои зелья странствующим рептилиям, то и дело показывая поближе бутылёк крокодилу, то косясь на молчаливого варана. Однако суровые представители Южного Хвостолесья не проявляли никакого интереса.


– Чешуйчатые, вы хотите победить в турнире или нет? – раздражённо прохрюкал Кабак. Он никак не мог понять, почему эти неприступные воины ни за что не берут его смеси. А ведь с ними они могли быть сильнее и быстрее!

Крокодил, не дрогнув, прищурил свои хищные голубые глаза и слегка наклонил голову, на которой поблескивали странные большие ушки-гребни. Лазурные чешуйки на солнце приятно отливали серебром, а грозная фигура вмещала в себя буквально дух моря.

– Уважаемый маг, – произнёс крокодил по имени Рыцарь Громкоплюх, усмехнувшись. – Но рыцарь Свинарнии тоже участвует в турнире. Разве это вас не беспокоит?

Кабак лишь махнул лапкой.

– Да какое мне дело до этого турнира! – воскликнул он с наигранной беспечностью, не выдерживая взгляда голубых глаз крокодила. – Так вы всё-таки будете брать зелья или нет?


Но рептилии лишь обменялись взглядом и отказались, оставив мага с его пузырьками в одиночестве. Недовольно хрюкая, Кудесник удалился, а вскоре на пляж, по следам мага, пришла и Рыцарь Норка. Она замерла на месте, увидев двух устрашающих воинов из Южного Хвостолесья. Варан стоял неподвижно, словно выточенный из камня, его тёмно-серая кожа сверкала, как мокрый сланец, а лапы, скользкие и мощные, были покрыты тонкими блестящими кольчужными пластинами. Рыцарь-крокодил, сверкающий своей лазурной чешуёй, выглядел ещё более внушительно. Оба они были облачены в чёрные доспехи, украшенные знаком Южного Хвостолесья, которые лишь усиливали их непреклонный и грозный облик.


«Так вот они какие, крокодилы…», – с трепетом подумала Норка, заметив, как волны отражаются на чешуе одного из них, а угольно-чёрные символы на доспехах казались выжженными заклинаниями.


Набравшись храбрости, она шагнула вперёд, чтобы приветствовать гостей.


– Так значит, вы и есть те самые воины Южного Хвостолесья? – с любопытством спросила она, сделав поклон.

Варан, едва сдерживая тёплую улыбку, слегка наклонил голову и ответил с вежливой строгостью:

– Да. Мы предпочли тренироваться здесь, чтобы не пугать ваших сородичей, – с уважением проговорил он.

– Для меня честь сразиться с вами, – смело произнесла Рыцарь Норка, при этом её сердце замерло на мгновение, и она медленно пошла обратно, чувствуя, как в груди растёт страх. Как она сможет выстоять против таких соперников?

***

Накануне турнира, в вечернем свете золотистого заката, Рыцарь Норка собралась на совет с Леди Лапкой, Шпионом Ушастиком и Бардом Свиночкой. Величественная Леди Лапка с мягкой улыбкой на устах поведала историю о том, как сама участвовала в подобном турнире в Лесной Республике, когда была ещё совсем юной и неопытной. Тогда ей удалось занять почётное третье место и даже лесные звери признали её мастерство. Теперь, подросшая и закалённая в испытаниях, она была уверена, что сразилась бы даже с самыми свирепыми соперниками без малейшего колебания.


Шпион Ушастик рассказал, что в его родной Ушастии подобных турниров нет.


– Рыцарей-кроликов очень мало. Наше мастерство проявляется в тени, а не на арене, – сказал он тихо, устремив вдумчивый взгляд на Норку.


Однако он намекнул, что бывал на таких турнирах по поручению и знает, что делать для победы. Про себя она только надеялась, что кролик не имел в виду ничего плохого.

Бард Свиночка, сверкая, как маленькая звёздочка в ночи, взволнованно заверила, что будет петь на турнире со всем своим энтузиазмом, добавив:


– Мои песни принесут победу и вам, и всей Свинарнии! – она махнула лапкой и её шелковистая, пятнистая шёрстка ослепительно сверкнула, словно сама Сияющая Лапка благословила её на песенное сопровождение турнира.


И вот, когда рассвет нового дня окрасил небо в розово-фиолетовые оттенки, весь замок Свинарнии замер в предвкушении. На арене, которая совсем недавно являлась тренировочным двором, собралась почти вся Свинарния: весёлые и неугомонные, благородные и скромные жители – все хотели увидеть славный бой. Леди Лапка восседала на троне, её величественный наряд из золотой парчи был украшен бриллиантами и жемчугом. Рядом с ней сидели послы Лесной Республики и Южного Хвостолесья, окинув арену спокойным, но оценивающим взглядом.

Даже Кудесник Кабак, ворчливый, но всё же заинтересованный, где-то неподалёку развлекал публику простыми заклинаниями, что-то бормоча себе под нос. Рыцарь Норка, облачённая в свои собственные, сияющие, словно отполированные луной, доспехи, гордо сжимала меч. Норнострасть, покровитель рыцарей, даровала ей отвагу, и Норка не собиралась подводить своего покровителя.


Первый поединок состоялся с Рыцарем Ловкострелом, стройной лисой, облачённой в великолепные доспехи тёмно-зелёного цвета с гербом Лесной Республики. Она двигалась с грацией и ловкостью, постоянно махая пушистым хвостом, мешая Норке сосредоточиться. Но Рыцарь Норка вспомнила слова Лекаря Лося и прицельно нанесла удар в ту самую лапу, которая когда-то была ранена. Лиса пошатнулась, не в силах встать, и победа досталась Рыцарю Норке. Второй поединок был с могучим Рыцарем Толстолапом, ловким и мощным зайцем, чьи прыжки и удары задними лапами были настолько сильны, что земля под ним дрожала. Но стоило Барду Свиночке взобраться на помост рядом с ареной и запеть свой любимый напев: «Радостная Лапка встречает нас весельем!», как Толстолап прижал уши, страдая от мелодичного шума, и ослаб. В итоге, он сам сдался, лишь бы Барда Свиночку убрали отсюда.

Затем пришло время поединка с Рыцарем Храбророгом, благородным оленем. Однако, как ни пытались его найти, оленя нигде не было. По всей арене прошёл тихий шёпот, тревожные взгляды метались от одного участника к другому. Некоторые подозревали, что таинственные рептилии из Южного Хвостолесья могли быть причастны, но доказательств не было. Рыцарь Норка вдруг поняла, что турнир сорван.


***

Рыцарь Норка оглянулась по сторонам в поисках Шпиона Ушастика, но, похоже, его уже отправили выяснять, что же произошло с таинственно исчезнувшим оленем. Оставшись одна, Норка начала прислушиваться к взволнованным переговорам, которые шли среди собравшихся морских свинок.


– Беднягу рыцаря, верно, проглотили эти ящерицы! – шептались они.

– Вон тот крокодил… точно он его слопал, вы же видели его острющие зубы!

– И почему королева вообще позволила им приехать?! Они же настоящие чудовища, эти чужеземные твари! – раздавались возмущённые голоса.


Норка опустила голову, огорчённая несправедливыми подозрениями. Она вспомнила, как вчера разговаривала с рептилиями и находила их довольно дружелюбными. Зачем им срывать турнир таким варварским способом?

Тем временем в центре двора разгорался спор и Леди Лапка наблюдала за перепалкой двух послов: рыжеватой, пушистой белки, Посла Орешка, и землистого цвета жабы, Посла Квакши. Голос Орешка дрожал от ярости:


– Если ваши чешуйчатые рыцари съели нашего благородного оленя, то Лесная Республика объявит вам недружбу на веки вечные! – вскрикнула она и в её тёмных глазах плясал огонь возмущения.

Посол Квакша ахнула от удивления, её зелёные, как болото, глаза заблестели от возмущения.

– Что за нелепицы вы городите?! – всплеснула она лапками. – Этот ваш олень мог уйти в гон! Или, быть может, напился где-нибудь в кустах.

Леди Лапка, видя, что спор уже почти готов перерасти во вражду, подняла переднюю лапку, призывая всех к спокойствию:

– Уважаемые послы, прошу вас не волноваться! Мы направили Шпиона Ушастика для выяснения всех обстоятельств. Давайте не будем раздувать из этого дыма пожар.

Однако Посол Орешек, гордо вздёрнув свою беличью головку, фыркнула:

– Очень зря вы отправили его одного, Леди Лапка! Кто знает, съедят и его тоже!

– Пустоголовая белка! – вскрикнула Посол Квакша, в негодовании замахнувшись лапкой. – Да как ты смеешь…


Рыцарь Норка, досадуя на разгорающийся спор, сняла свой тяжёлый шлем и устало вздохнула. Если в ситуации кто-то и нуждается в помощи, то это, пожалуй, сам Шпион Ушастик. Решив, что его поиски сейчас – её долг, она молча пошла по следу, надеясь, что успеет вовремя, если дело обернётся опасностью.


***

Шпион Ушастик уже полдня тенью следовал за Рыцарем Громкоплюхом и Рыцарем Ядоклыком, стараясь подслушать их разговоры. Легко ступая среди песка пляжа и прячась за редкими кустами, он ловил каждый шёпот, каждую взволнованную фразу, но разговоры двух рептилий казались ему пустыми и не содержали ничего, что пролило бы свет на исчезновение Храбророга. Даже когда он заговорил с рыцарями напрямую, те лишь тяжело вздыхали, уставшие от бесконечных вопросов.


– Да не видели мы вашего оленя, – с раздражением ответил Рыцарь Громкоплюх, прищурив голубые, как вечернее море, глаза. – Мы вчера весь день на пляже тренировались, а утром сразу отправились на турнир!

Ушастик недовольно прищурился и решил отправиться в шатёр, где перед боем отдыхал Рыцарь Храбророг, но тщательные поиски не принесли ни малейшего намёка на оленя. Расстроенный, он наткнулся на Рыцаря Норку, которая, заметив его уныние, предложила свою помощь.

– Мне кажется, тут совсем не рептилии виноваты, – пробормотала она, задумчиво покручивая прядь белоснежной шерсти. – Здесь что-то куда сложнее…

Шпион Ушастик лукаво облизнул зубы, его длинные уши напряглись, улавливая малейшие звуки, словно он уже ожидал нечто мистическое.

– Думаешь, здесь магия замешана? – с усмешкой спросил он, явно намекая на странного волшебника королевства.

Норка отрицательно покачала головой.

– Кудесник Кабак… он не мог так поступить, – с уверенностью проговорила она. – Он хоть и любит пошалить, но всё же предан королевству. Сколько раз он помогал нам!

Ушастик фыркнул, вспоминая один случай, когда Кудесник Кабак, стараясь исправить засуху, наколдовал такой ливень, что половину одной деревни смыло водой. Шпион вздохнул и кивнул.

– Ладно, я пойду к нему и разузнаю, что он думает обо всём этом. А ты, Норка, поищи следы у Лекаря Лося. Может, он подскажет, куда мог уйти Рыцарь Храбророг.


Рыцарь Норка поспешила к Лекарю Лосю, который убирался в шатре.


– Знаешь, за пару дней до турнира Рыцарь Храбророг вёл себя как-то странно… нервно, – пробормотал Лось, поглаживая свои рога, как будто вспоминая недавний случай.


Встревоженная, Норка решила, что Шпион Ушастик может слишком долго пробыть в башне мага, и пошла в лес – словно её направляла сама Сияющая Лапка, влекла внутренняя уверенность. Лес встречал её тишиной, только где-то далеко слышался глухой рёв, напоминающий мычание. Морская свинка напряглась, сердце забилось быстрее; она достала меч и, осторожно ступая по шорохам листвы, направилась к звуку.

Подойдя ближе, она увидела Рыцаря Храбророга. Он был жив, но держал в копытах сломанные рога, его взгляд был печален, как у героя, потерявшего честь.


– Рыцарь Храбророг! – позвала она, убрав меч и подойдя ближе. – Вас все ищут! В королевстве думают, что вас съели рыцари-рептилии. Что с вами? Почему вы не на турнире?

Храбророг прижал уши, избегая её взгляда и с горечью покачал головой.

– О… извини, Рыцарь Норка… – пробормотал он, голос его дрожал от сдерживаемых слёз. – Не хотел подводить вас всех. Но я не могу показаться на турнире в таком виде…

– В каком «таком»? – удивилась Норка, не понимая, почему он так опечален.

Олень поднял глаза, печально посмотрев на сломанные рога в своих копытах.

– Мои рога… – простонал он. – Когда Лекарь Лось приветствовал меня, боднув, он так сильно ударил, что мои рога не выдержали. Они отвалились за день до турнира! Теперь я опозорен! В Лесной Республике меня будут высмеивать.

Морская свинка никогда бы не подумала, что всё дело в рогах. Наверное потому что её народ не придаёт такой мелочи значение.

Она улыбнулась, видя его смущение, и, подмигнув, произнесла:

– Всё из-за рогов? Не переживайте, Рыцарь Храбророг. У меня есть одна идея.


***

Рыцарь Норка вернулась к Леди Лапке как раз вовремя – в королевстве начали ходить зловещие слухи. На этот раз все обвиняли Кудесника Кабака, подозревая, что именно он мог скрыть рыцаря, плести свои странные чары или затеять какую-то опасную шалость. Норка попросила Леди Лапку поговорить с ней наедине. Откровенный разговор развеял сомнения Лапки, и вскоре они вдвоём направились в башню волшебника, чей силуэт выделялся тёмным шпилем среди холмов. Возле входа в башню их ждал Рыцарь Храбророг. В башне их встретил сам Кудесник Кабак, слегка раздражённый, ведь Шпион Ушастик недавно выведывал у него, где он был всё это время. Хотя все видели, что он был некоторое время на турнире, но, как объявили перерыв перед выходом последнего рыцаря из Лесной Республики, он отправился на обед, а после понял, что турнир отменили, и ушёл к себе спать. Выслушав всю историю, он не имел права отказать.

Кабак тихим шёпотом произнёс заклинание, и его лапки засияли мягким светом, которым он осторожно коснулся рогов Рыцаря Храбророга. Нежные лучики волшебства обвили сломанные рога, скрепляя их, словно нити света связывали их, возвращая оленю его утраченную гордость.


Когда послы Орешек и Квакша увидели Храбророга живым и здоровым, они недоверчиво переглянулись. Виноватые взгляды метнулись друг к другу, и послы, зардевшись, принесли извинения. Белка-посол Орешек кланялась с изяществом лесных народов, жаба Квакша кивала, прижимая лапки к груди в знак уважения. Однако было решено по просьбе Рыцаря Храбророга отменить турнир, дав ему время оправиться от волнений и подготовки. Турнир назначили на несколько месяцев позже, оставив в тайне, примут ли снова участие те же самые рыцари.

Леди Лапка, оценив решительность и верность Рыцаря Норки, объявила её победителем дипломатии. Белка-посол наградила её ветвью лавра, а посол Квакша, излучая редкую улыбку, поддержала награду громким: «Ква-ква». Рептилии, которых так незаслуженно подозревали, стояли рядом, громко поддерживая победу Норки.


Вечером того же дня Норка в одиночестве пришла в храм Сияющей Лапки. В свете заходящего солнца её доспехи мерцали нежным золотом, и она преклонила колени перед статуей, вознося благодарственную молитву. Лапка, которая всегда вела её, в этот раз тоже не оставила её, направляя на верный путь. Ещё чуть-чуть – и два великих королевства могли бы превратиться в заклятых врагов, а несчастный Кудесник Кабак оказался бы в кандалах, отданный на милость обвинений. Но Сияющая Лапка оберегла её, и Норка с благодарностью вздохнула, ощущая спокойствие, подобное нежному прикосновению звёзд.


========== Нашествие саранчи ==========


Леди Лапка шагала по замку, высоко подняв голову и задумчиво щуря глаза, словно великий философ. Она вновь подумывала о новом законе – ведь её идеи были полны размаха и фантазий, однако, увы, они не всегда находили понимание у подданных.


«А что, если издать указ, чтобы каждый житель Свинарнии носил какой-то особый знак преданности королевству?» – подумала она, останавливаясь у витражного окна.


Опустившись за старинный письменный стол из тёмного дерева, который блестел в свете утреннего солнца, Леди Лапка аккуратно взяла в лапку перо, окунула его в тёмные чернила и замерла, словно медля с великим решением. Вдохновение кружило вокруг неё, как лёгкий ветерок, но, увы, реальность часто разочаровывала. Совсем недавно она издала один из таких законов: «Во всех тавернах действует тариф на дневной сон, который составляет не более половины стоимости стандартного вечернего тарифа». Но никто не воспринял его всерьёз и обитатели Свинарнии продолжали спать в любое время дня и ночи, не взимая друг с друга и половинки монетки. Законы о дневном сне так и остались на бумаге, вызывая у королевы лёгкое раздражение.


Только она собралась написать очередное гениальное постановление, как из дверей тронного зала, хрипя и тяжело дыша, вбежал крестьянин. Вся его шерсть стояла дыбом, а глаза испуганно блестели. Упав перед Леди Лапкой на колени, он потупил взор и, прижимая лапы к груди, молил о милости.


– Так и быть, что случилось, мой подданный? – с лёгким раздражением отложив перо, Леди Лапка уставилась на трясущуюся, лохматую свинку в грязной рубашке и потрёпанных оборках.

– Ваше Свинячество! Леди Лапка! Наши посевы… Наши поля в страшной беде! – пропищал крестьянин, задыхаясь. – Саранча налетела, как чёрная туча, и всё пожирает, что взойдёт! Спасите нас!

Леди Лапка немного помедлила, изящно подёргивая усом. В такие моменты она любила подать себя величественно и немного таинственно, давая подданным почувствовать её королевское могущество. Затем она с лёгкой улыбкой повернулась к крестьянину:

– Что ж, хорошо. Я пошлю к вам Шпиона Ушастика. Пусть разузнает, что у вас там происходит.


***

Шпион Ушастик стоял в своей лаборатории, в полумраке и полном тишины шпионского корпуса, где из-под редких свечей поблёскивали разноцветные стеклянные колбы. Сквозь густой запах трав и смол струился едва заметный аромат таинственного зелья, над которым кролик кропотливо трудился. На этот раз он пытался сварить «сыворотку правды» – зелье, заставляющее любого, кто его выпьет, разоткровенничаться. Но пока, увы, удача не была на его стороне: при прошлой попытке зелье лишь вынудило пирата-выдру затянуть неуместную песню, не принеся Шпиону Ушастику никаких ответов.

Его пушистая лапка осторожно покачивала в круглом стеклянном сосуде синий, сияющий, как вечернее небо, раствор. Ушастик замер, сосредоточенно глядя на жидкость, которая мирно переливалась в колбе, отражая свет свечей холодным серебром. Он медленно поднёс узкий стакан с прозрачной, светящейся жидкостью, словно собираясь добавить последний ингредиент в своё творение.

Вдруг послышались шаги позади и кролик, чутко вздрогнув, поставил колбу на стол. Мгновением позже он развернулся в воздухе, легко как тень, и, выхватив клинок, приготовился защищаться. Однако перед ним оказался всего лишь стражник из тронного зала, пыхтящий и тяжело дышащий от спешки.


– Шпион Ушастик, вы – настоящий мастер своего дела! – восхитился стражник, не скрывая улыбки. – Но поберегите свои навыки, пожалуйста! Леди Лапка велела передать вам поручение.

Шпион Ушастик, медленно убирая клинок, наклонил голову и, в упор глядя на взволнованного стражника, вопросительно поднял бровь.

– И какое же задание на этот раз? – его тихий голос прозвучал с металлической ноткой.

– Вам приказано отправиться в деревню Коготок и выяснить, что там происходит, – с видом великой важности объявил стражник.


Шпион Ушастик бросил взгляд на шкаф, где на полках в строгом порядке стояли бутылочки и склянки со зловещими ярлыками: «Сонный порошок», «Яд лисьего хвоста», «Туманное зелье». Он улыбнулся краешком рта, слегка прищурив глаза, предвкушая новое приключение.


«Что ж, не знаю, что ждёт меня там, в далёкой деревне, но без тщательной подготовки я туда не сунусь», – подумал он, пробежав взглядом по припасам.


***

Шпион Ушастик добрался до деревни Коготок и его сердце сжалось от увиденного. Там, где раньше волновались густые зеленые поля, кормившие весь край, теперь чернела туча ненасытной саранчи, словно тяжёлое грозовое облако, спустившееся к самой земле. Чёрные, блестящие насекомые плотной завесой облепили каждый росток, каждую травинку, поедая поля как алчное, жужжащее море. Земледельцы, измученные и потерявшие надежду, отчаянно поливали посевы чем-то, что наверняка считали спасением, но в ответ саранча лишь злобно взвивалась, нападая на самих крестьян, заставляя их пятиться назад с испуганными криками.


– Вот дела… – едва слышно прошептал Шпион Ушастик, осознавая масштаб бедствия.


Быстро вытащив из кожаного пояса стеклянный флакон с тёмным зельем, он решительно швырнул его в самое сердце поля, и зелье, разбившись, высвободило тяжёлый, отталкивающий аромат. Гул саранчи стал громче, когда её частицы словно пришли в бешенство, взмывая над полем плотной тучей, направляясь к кролику.

Тут Ушастик моментально схватил ещё один флакон и разбил его у себя под ногами. Как только туман окутал его, он ловко скользнул к ближайшему дереву, едва успев укрыться от агрессивного роя.

Лёгкая дрожь пробежала по его длинным ушам, и он на миг остановился, тяжело дыша, прижимая лапы к груди.


– Да уж… Надо срочно оповестить Леди Лапку! – тихо проговорил он.


Но глядя на крестьян, измотанных и отчаявшихся, он ощутил тягостное чувство долга. Бросить их, уйти сейчас, когда они борются из последних сил? Ему совсем не хотелось оставлять бедных морских свинок наедине с бедствием. Но что мог сделать он, одинокий кролик в тени тучи саранчи, неукротимого врага, который способен погубить всех? Время было на исходе, и он знал, что едва ли успеет спасти всех…


***

Кудесник Кабак лениво возлежал за массивным дубовым столом в шумной таверне, которая носила благозвучное имя в честь апостола торговли – «Радостная Лапка».


В мягком свете горящих ламп его пушистая шубка искрилась, а пятнистый плащ лежал рядом на скамье, как знак временного отказа от обязанностей. Он с задумчивым видом ел салат из моркови, запивая его огуречным соком. Перед ним, на небольшой сцене, выступала Бард Свиночка, рассказывая историю так ярко, что даже ленивому кудеснику на мгновение стало интересно.


– Как-то Норнострасть отправилась на прогулочку… – начала она, и улыбка засияла на её мордочке.


Но его внимание быстро улетучилось, когда за спиной раздался глухой и ритмичный «топ-топ». Кудесник, с прищуром отведя взгляд, заметил недовольного Шпиона Ушастика. Слегка поморщившись, маг вернулся к своему салату и продолжил жевать морковь.


– Шпион Ушастик… – протянул он с тенью упрёка. – Не мог бы ты топать где-нибудь в другом месте? Я тут наслаждаюсь песней Барда Свиночки.

Но кролик склонил голову, в непонимании рассматривая мага.

– Нет времени, Кабак! Королевству нужна твоя помощь! – торопливо произнёс он, поглаживая ухо.

Кудесник Кабак заметно зевнул, демонстрируя белоснежные резцы.

– Ах, вот как! И что же случилось?

Ушастик волнительно облизнул зубы.

– Саранча! Её полно на полях! – настаивал кролик.

Кудесник, неторопливо погладив свои белые усы, изобразил на мордочке неподдельное удивление:

– Саранча, говоришь? Забавно… – проговорил он, размышляя. – Не может ли это подождать до завтра? Я ведь только собирался подремать – часок-другой.

Но Шпион Ушастик снова топнул лапкой, его терпение едва держалось, ведь судьба урожая зависела от каждого мгновения.

– Нет, Кабак! Мы должны действовать прямо сейчас! Иначе Свинарния будет голодать!

Кабак, недовольно сощурившись, взглянул на кролика.

– Хорошо, уговорил, – протянул он. – Отправляйся в эту деревню, поймай для меня саранчу, желательно живой. А я пока найду в своих книгах подходящее заклинание.


Кудесник поднялся, неторопливо поправив свой плащ, и направился к выходу, оставляя кролика в смешанных чувствах. Шпион Ушастик ощутил холодок вдоль хребта. Мысленно уже представляя черные поля и жужжащую тучу, он был готов на всё ради королевства… и чтобы не подвести Лапку.


***

Кудесник Кабак сидел за тяжёлым столом, погружённый в тусклый свет волшебных ламп, перелистывая исполинскую, покрытую паутиной времени книгу заклинаний. Старый фолиант, переплетённый кожей драконида, казался загадочным и таинственным. Листая страницы, маг сосредоточенно бормотал под нос, а его лапы, поглаживая шероховатую поверхность пергамента, искали нужное заклинание.


– Миазмы… Проклятия… Волшебные стрелы… – тихо проговаривал он, скользя взглядом по свиткам. Каждое заклинание мерцало, будто скрывало в себе частицу древней силы, и лишь одно из них должно было подойти.


Эту книгу Кудеснику вручил сам Архимаг Капибарии Пышка – подарок, достойный немногих. И вот, наконец, Кудесник наткнулся на «Буйство ветра» – заклинание, которое, казалось, могло справиться с навалившейся бедой. Он прищурился, прочитал строчки про себя, закрывая книгу с лёгким поклоном, словно прощаясь с её тайной, и потянулся за своим посохом. Спустившись вниз, он оказался в прихожей и увидел Шпиона Ушастика, стоящего у дверей и едва переводящего дыхание. Ушастик выглядел изрядно потрёпанным: шерсть его была взъерошена, а на меху кое-где сияли пустоты, обнажая мягкий белый пух – то ли от стремительного бега, то ли от битвы с упрямой саранчой. В его лапах, заметно дрожащих, шевелился мешочек, а в нём что-то явно пыталось вырваться наружу.


– Вот! Я поймал! – с едва сдерживаемой гордостью и облегчением объявил кролик, выдыхая последние остатки воздуха.

– Прекрасно! – воскликнул Кабак, мигом оживившись, взяв посох в лапу и окинув взглядом свой рабочий стол.


Быстро найдя подходящую банку, он достал её с верхней полки, небрежно смахнув паутину. Одним ловким движением он подхватил мешочек у Ушастика, и, медленно вытряхивая, запустил саранчу в банку, где та заворочалась, цепляясь за стекло своими лапками. Кудесник тихо проговорил заклинание, и в мгновение саранча стала ещё меньше, обретая почти игрушечные размеры, а в банке проявился крошечный мирок с миниатюрными полями.

Шпион с недоумением смотрел на мага, пока тот, поглаживая свои усы, с удовольствием разглядывал новую «питомицу».


– Ты что, решил уменьшить всю саранчу на полях? – спросил кролик, всё ещё не веря своим глазам.

– Конечно, нет! – Кабак усмехнулся. – Эту я оставлю себе, так, для компании. Пусть радует глаз и скрашивает мои вечера.


Гневный взгляд Ушастика был красноречивее тысячи слов: ведь он провёл полдня, стараясь поймать это жужжащее создание, прыгая через рвы и избегая укусов, всё ради простого каприза мага! Кудесник наколдовал надёжную сетку вместо крышки, похлопал банку и, взяв посох, направился к выходу, оставляя кролика глядеть ему вслед. Ушастик тяжело вздохнул, с недоверием качая головой.


«Лишь бы это сработало», – думал он, отправляясь следом за волшебником. Ведь кто тогда проконтролирует все эти чудеса, если не он?


***

Кудесник Кабак, в своём вечном плаще, и усталый, разодранный Шпион Ушастик стояли среди обширных полей деревни Коготок. Под ногами простирались измученные, почти съеденные стебли посевов, над которыми с чавкающим звуком копошилась бесчисленная саранча, казалось, не замечая двух фигур у кромки поля. Небо едва виднелось сквозь тучи насекомых, и крестьяне прятались в домах, безуспешно пытаясь укрыться от бедствия. Кабак с тяжёлым вздохом шагнул вперёд и поднял посох к небу, его глаза сверкнули в ожидании великих чар.


– Ну, начнём же! – выдохнул он, расправляя плечи, будто собираясь на важный бал, и начал произносить заклинание, голосом низким и завораживающим:


О ветер вольный, духом леса прославленный,Пусть танцем ты разгонишь саранчу, что ныне здесь, И прочь её понесёшь, оставив урожай целым и сильным!

Лишь закончил он говорить последние слова, как воздух вокруг завибрировал, подняв мелкую пыль, и внезапно порыв ветра разразился с ужасающей силой. Гул становился всё громче и громче, пока не превратился в целый ураган, вихрем поднимая саранчу в воздух, круша её и унося в небо. В вихре исчезали и колышущиеся от ветра деревья, и сорванные с земли кусты, и даже несколько огородных лопат и садовых ведерец закружились, унесённые этой магической бурей. Шпион Ушастик, хватаясь за уши, изо всех сил удерживался на месте, замирая от зрелища. Казалось, что вся деревня вот-вот будет унесена к горизонту. И когда наконец стихия, с подобающим для магии величием, исчезла вдали, крестьяне, осмелев, выглянули из своих домов. Они с ужасом и трепетом разглядывали остатки своих полей, посевы же, к сожалению, были ободраны до корней.


– Лучше бы уж саранча сожрала наши посевы! – раздался шёпот из толпы, полные отчаяния и опустошения голоса повторяли эту мысль.

Кабак, взглянув на поле с каплей раздражения, решил-таки поправить дело. Он поднял посох и произнёс заклинание, чтобы вернуть растениям былую силу, но ничего не произошло – словно само заклинание отказывалось сработать на такой чудовищной пустоте.

– Ну что ж, Шпион Ушастик, моя работа сделана, так что я отправлюсь за наградой к королеве, – невозмутимо заметил Кабак, поворачиваясь к кролику. Шпиону Ушастику оказалось нечего сказать.


***

Леди Лапка, восседая на своём троне, внимательно выслушивала разгорячённого крестьянина и самодовольного Кудесника Кабака. Крестьянин гневно размахивал лапками, выплёскивая в воздух поток возмущённых слов, в то время как Кабак с невозмутимым видом стоял напротив, держась прямо и едва заметно ухмыляясь, словно был главным героем собственной пьесы.


– Я требую компенсации ущерба! – громко воскликнул крестьянин, чья мордочка уже покраснела от волнения.

– Ущерба?! Да какой ущерб? – отозвался Кабак с лёгким раздражением в голосе. – Я, между прочим, избавил вас от саранчи, как и просили! А вы всё чем-то недовольны!

– Вместе с саранчой унесло и наши посевы! – парировал крестьянин, бросив на мага взгляд, полный недоверия и обиды.

– Так посади новые, раз уж на то пошло! – беспечно отмахнулся Кабак, закатив глаза. – Вот уж проблема!


Леди Лапка сидела, уперев подбородок в лапку и поглаживая длинные мягкие усы, задумчиво прислушиваясь к их перепалке. Конечно, Кабак умудрился переборщить с магией, но, в конце концов, он избавил деревню от напасти.

Его работа была выполнена… хотя и с магическим размахом. Внезапно королева вскинула лапу, призывая к тишине. Голос её раздался в тронном зале чётко и величественно, словно раскат грома в тихий вечер.


– Так, тишина! – с повелительным тоном произнесла Леди Лапка. – Я приняла решение. Кудесник Кабак, ты восстановишь унесённые посевы. А за те предметы, что улетели вместе с бурей, крестьянин получит компенсацию от казны.

– Я буду заниматься… садоводством?! – с крайним возмущением прошипел Кабак, багровея от негодования. – Леди Лапка, я – маг, а не…

– Можешь использовать свою магию, Кудесник, – прервала его королева, посмотрев на него с прищуром, который знал весь двор, – но если что-то вновь пойдёт не так – тебе придётся трудиться лапками, безо всякой магии.


Кабак громко вздохнул, его усы нервно подрагивали, словно каждая шерстинка пыталась отстоять честь мага. Он почесал затылок, явно подыскивая хитрый план.


«Ну уж нет, ползать по грядкам – не маговское это дело!»


Щурясь и пряча на лице хитрую усмешку, Кабак мысленно составил план, как бы так применить заклинания, чтобы выполнить указание королевы, но не запачкать ни одной своей пушистой лапки.

========== Око Норнорут ==========


Бард Свиночка сладко потянулась в кровати, чувствуя в мягких перинках и тёплом солнечном свете начало ещё одного чудесного дня. Она лениво расправила лапки, зевнула, как изысканная леди, и, ещё немного полежав, наконец встала. Взор её упал на маленькое круглое зеркальце на стене – она улыбнулась себе, почти игриво подмигнув. Быстро надев своё любимое зелёное платье, которое подчёркивало её фигурку и искрящийся взгляд, поправила пушистый красный бант на ушке и схватила со стола свою драгоценную лютню. Накинув ремень на плечо, она бойко зашагала вниз по скрипучей лестнице, подпевая в такт своим шагам.


Свиночка жила в таверне, на втором этаже, где была её уютная каморка с видом на главную площадь. Но весь первый этаж был её сценой и царством. Здесь она и готовила, и подавала угощения, и пела, и плясала, завораживая всех своим искусством. Сегодня таверна гудела как улей и среди посетителей она заметила самого Шпиона Ушастика – редкий гость в её заведении, ведь его обычно не так-то легко застать.


– Так-так, а Свиночка-то на месте! – провозгласила она, приближаясь к Ушастику и искоса его разглядывая. – Что тут у нас такое происходит?

Ушастик, с деловым видом похрустывая морковкой, напряг уши и ответил:

– Бард Свиночка! Прибыл я сюда по поручению самой Лапки Изумрудокоготь! В Свинарнии собираются проводить великое состязание бардов. Настоящий турнир! – он сделал эффектную паузу, обводя взглядом всех в таверне. – И тебя выбрали представлять наше королевство.

Свиночка зардевшись, приосанилась, и губки её скользнули в улыбке. Она, конечно, знала, что достойнее кандидатуры и не сыскать, но всё равно было приятно услышать это от самого Шпиона Ушастика.

– Ой, я? Что ж, тогда можно сразу записать меня в победители? – спросила она, играючи проводя лапкой по струнам своей лютни, её карие глаза сверкнули от предвкушения.

Ушастик покачал головой, серьёзность его казалась почти комичной.

– Леди Лапка просила тебя встретить гостей на городской площади. Познакомься с ними, поговори. Сочини для турнира пьесу и дай знать.

Свиночка лениво почесала за ушком, чуть поджала губки. Зачем ей встречать каких-то гостей, если можно сразу вручить ей приз? Но, несмотря на это, ей нравилась мысль о предстоящем турнире и возможных новинках из мира музыки.

– Ладно, уговорили, – сказала она со вздохом, но в душе её уже мелькали идеи для нового выступления.


***

Бард Свиночка кипела негодованием. Ну какие ещё кандидаты? И зачем их вообще встречать? Все ведь знали, что победитель очевиден! Эта мысль согревала её, пока она не ступила на главную площадь, где, окружённые любопытной толпой, стояли те самые претенденты. Её задиристый настрой тут же поугас: перед ней предстали весьма достойные соперники.


Волчица – изящная, как морозный узор на утреннем окне, стояла, облокотившись на золотую лютню, сверкающую на солнце. На её белоснежной шкуре синяя роба смотрелась благородно и строго, подчёркивая глубокий взгляд. Рядом – рысь с пятнистым мехом, в золотистом платье, которое будто светилось откуда-то изнутри. Её глаза сверкали, а на голове поблёскивала диадема. Завершал картину дикий кабан, массивный и неотёсанный, но одетый в прочную походную одежду, от которой веяло дорогими смолами и духом лесных странствий.


– Ах, Бард Свиночка! – приветствовала её волчица, подойдя плавной и уверенной походкой. – Меня зовут Бард Трель.