Ани Ли
Там, где рождается магия

Глава 1. Первый встречный

Под тусклым лунным светом кружили первые снежинки. Они вальсирующими движениями опускались на лицо, поднятое к небу, но не таяли от соприкосновения. Застывали на ресницах, приоткрытых губах, щеках, делясь со мной приятной прохладой. Но холодно мне не было, лишь по-домашнему уютно. Я была в своей стихии и не смела нарушить гармонию, образовавшуюся с начавшейся вьюги. Не могла вторгнуться в таинство момента своей спешкой и испортить приготовления к метели.

В воздухе витал запах морозной свежести и ощущение чего-то волшебного. Сильнее завывал ветер, без оглядки проносясь вдоль деревьев, одетых в белые покрывала, и мчался вдаль, чтобы предупредить о зарождающейся снежной буре. А я продолжала стоять неподвижно, раскинув руки в стороны, будто пытаясь удержать это мгновение между ладонями, и вдыхать искристый иней. Но погода продолжала ухудшаться, и оставаться на улице было опасно, даже несмотря на текущую по жилам снежную магию.

Я могла управлять холодом, снегом, льдом, манипулировать метелями, по крайней мере, в теории. На практике же мне не хватало этой самой практики. Но мое обучение в академии только начиналось, и я надеялась в будущем овладеть своей силой в полной мере. А сейчас было точно не до учебы, впереди новогодние праздники! Наконец-то можно хоть ненадолго перевести дух, заняться любимыми делами, чтобы набраться энергии для планов в новом году, и встретиться с подругой. А она, словно специально, для учебы выбрала самый дальний университет из всех возможных. Но радовало одно: их директор на новогодние праздники давал лучшим ученикам маленький бонус. Правда, когда она успела стать лучшей с её-то успеваемостью? Но главным был итог.

Лучшие студенты могли пригласить к себе одного друга, чтобы провести с ним каникулы. Не знаю, с каким расчетом это было сделано, возможно, чтобы переманить в будущем лучших студентов из других учебных заведений, но я не жаловалась. Лучшей я не была, а с подругой хотела встретиться до безумия.

Метель, к слову, разыгралась не на шутку, а автобус, ехавший в «Омфалос», застрял по пути в сугробе. Причем так сильно, что при моей попытке расчистить дорогу он утопал лишь сильнее. Пришлось бросить и его, и свои вещи, и добираться пешком: до комендантского часа оставалось полтора часа, а опаздывающих там не любили. Но уже начали виднеться засыпанные снегом верхушки башен, и я прибавила шагу, не в силах сдержать улыбку перед долгожданной встречей.

Ветер всё сильнее хлестал по щекам, ноги увязали в сугробах, а вокруг стояла лишь белая, звенящая тишина. Хотелось в очередной раз остановиться, понаблюдать за метелью, убаюкивающей всё вокруг, но я усилием воли заставила себя идти дальше. В моих краях, хоть снег и лежал каждую зиму, только здесь, вдали от дома, зима ощущалась поистине величественной. Она была красивой, мощной, всеобъемлющей… настоящей, а не искусственной, созданной для привлечения туристов. Самые сильные снежные маги поддерживали мой край, чтобы снег в нем никогда не таял, а здесь… здесь природа самолично создавала пейзажи, от которых захватывало дух.

Стоило подойти к крутому склону, почти сразу за которым высилась Академия волшебства, как я решила перестать бороться со стихией и приручить ее. Прикрыла глаза, втянула носом морозный воздух и начала вырисовывать перед собой причудливые узоры. В первую очередь очертила полумесяц, затем две плавные линии, огибающие меня, и в конце развела руки, выплеснув часть магии. И уже через пару секунд почувствовала, как дышать стало легче. Снежинки огибали меня, меняя траекторию, а ноги не проваливались в снег, словно я стала легче воздуха.

Этому способу нас научили сразу же на первом занятии, а я, как старательная ученица, его запомнила. Но в первый раз за весь год мне довелось его применить. Я была горда собой, но не собиралась останавливаться на этом: один легкий взмах пальцами и крутой склон покрылся коркой льда. Сначала на губах появилась улыбка, а когда я встала на горку, сорвался раскатистый смех. Я проносилась между склоненными к земле деревьями, задевая руками их ветви и осыпая себя сверкающим снегопадом. Снег хоть и огибал меня, но красиво переливался в лунном свете и неспешно оседал, будто я смотрела на него в замедленной съемке. А через пару мгновений я уже стояла у подножия.

Минутное веселье закончилось, и, развернувшись лицом к склону, я развела пальцы в стороны, и лед растаял. А вдруг кто-нибудь ненароком захочет прогуляться и поскользнется? О последствиях своих необдуманных действий я старалась думать заранее. Но это действие привело к упадку магических сил, и мне требовался отдых, чтобы восстановить внутренний баланс. Однако стоило развернуться к замку, как меня тут же окатило волной промозглого ветра со снегом. Моя защита была прорвана, и теперь я осталась один на один с внезапно обезумевшей погодой. А она сносила все на своём пути с таким остервенением, точно ею управляла невидимая рука.

Я постаралась сделать вдох, но чуть не задохнулась от сильного потока, прикрыла лицо шарфом и ускорилась. Благо, сил хватило на то, чтобы не утопать по колено в сугробах. Я чувствовала, как постепенно начинают мерзнуть кончики пальцев, как наливаются жаром щеки, и с трудом могла поверить, что ощущаю холод. Это чувство было таким необычным, и оно мне однозначно не нравилось.

Остановить ветер я не могла, зато в моих силах было замедлить поток летящего на меня снега. Я прикрыла глаза, обратилась к иссякшим на дне меня силам и взмахнула руками. По всему телу пробежала легкая дрожь, зубы заскрежетали от холода, но я не останавливалась. Из ладоней начало сочиться голубоватое сияние, и тогда одним резким движением я развела руки, и часть снежинок опала на землю. Ветер постепенно начал стихать, а затем прекратился. Пурга развеялась, и тогда мой взор упал на высокого молодого парня. Он был в короткой синей куртке, на голове была надета такого же цвета шапка, а руки казались покрасневшими от холода.

Парень стоял посреди укрытой деревьями поляны и задумчиво перебирал пальцами в воздухе. А затем махнул рукой, и меня вновь окатило ледяным бризом. На ресницах застыл иней, а губы непроизвольно исказились от раздражения. Мне следовало промолчать и не обращать внимания, как неоднократно учила бабушка, но слова сорвались быстрее, чем заученный годами семейный устав.

– Гостеприимство на уровне. А меня уверяли, что студенты Академии «Омфалос» приветливы к новеньким.

Парень обескураженно обернулся на мой голос, но, прежде чем ответить, улыбнулся и окинул меня беглым взглядом. Сначала прошелся по взъерошенным от ветра белоснежным волосам, затем по куртке, черным штанам-клеш и остановился на белых ботильонах на низком каблуке.

– Вас неправильно проинформировали, – ухмыльнулся он, теряя ко мне всяческий интерес. – Мы самые приветливые.

– А это ваш такой нестандартный стиль приветствия? Что ж, тогда да, вы и вправду самые.

Слова рождались быстрее, чем осмысливались, и вырвавшаяся издевка в моем голосе звучала прозрачнее речной глади. Парень в ту же секунду ответил мне тем же.

– Говорили мне преподаватели не тренироваться в такой час, а то ещё занесу ненароком своим ветром непонятно что… или кого.

– Непонятно кого, видимо, уже занесло.

Его глаза шутливо сверкнули в сумерках, и он неслышно хмыкнул, обводя меня заинтересованным взглядом. Едва пошевелил пальцами, и меня снес взявшийся из ниоткуда порыв ветра в сугроб неподалеку. Я не провалилась под снег, и когда парень подошёл ближе, привстала на локтях, заглядывая в его самодовольную морду.

– При виде меня многие девушки теряют голову, но падать в ноги – это уже чересчур.

Парень усмехнулся, одарил меня победоносной улыбкой и развернулся к академии. Вальяжной походкой направился по тропинке вдоль деревьев, укрытых толстым слоем снега, и в ту же секунду сугроб, что до этого устойчиво удерживали широкие ветви, с головой укрыл незнакомого грубияна.

Я размяла замерзшие пальцы и с довольным видом подошла к сотворённому самолично «снеговику». Немного отряхнула верхушку, чтобы заглянуть в недовольное выражение лица, но на долю секунды замерла, потонув в голубизне его глаз. Они переливались и сверкали так ярко, словно отполированные сапфиры, но затем резко потухли, приобретая светло-голубой оттенок.

– Даже не знаю, чем тебя засыпало сильнее: снегом или собственным эго?

И пока он ошарашенно смотрел мне вслед, я скрылась на той тропинке, по которой он собирался изначально пойти. Прошла несколько поворотов и вышла из сада прямиком к подножию замка.

Он стоял на вершине отвесной скалы и выглядел даже больше, чем я себе представляла. Его пики утопали в небесах и словно пронзали собой проплывающие над нами облака. А на самой высокой башне на ветру развевался флаг академии с их фирменным гербом: круг, поделённый на пять частей – пять видов магии.

Существует всего пять королевств и пять видов магии: стихийная, природная, ментальная, темная и снежная. Давным-давно королевств, как и видов магии, было всего четыре. Но снежные маги решили отделиться от природы и стать самостоятельным видом, вобрав в себя по крупице силы от каждого из четырех. Помимо власти над снегом и льдом, нам стали подвластны криомантия, управление погодой, иллюзии, а также отголоски магии отражения и света, водная магия, темная сторона зимы и умение охлаждать чувства и эмоции. Конечно, ни один снежный маг не способен управлять всеми этими аспектами в полной мере. Но частицы этого многообразия заложены в каждом из нас при рождении, и их необходимо лишь развить.

Сама академия была выстроена из чёрного камня. По преданиям, этот камень – сосуд для магии. Он вбирает ее в себя по крупицам, и в тяжёлый момент, если знать правильное заклинание, ее можно высвободить и впитать в себя. Но, скорее всего, это не более чем поверья, которыми кормят родителей, отправляющих сюда детей на учебу. Но как бы там ни было, замок был эпохальным и величественным. Его незримая мощь ощущалась кожей, точно это и не здание вовсе, а спящий титан, и одно неверное движение, и он проснётся.

Но замок продолжал стоять, а я невольно задерживала дыхание перед этой монументальной постройкой, стараясь отпечатать в памяти каждый выступ, каждый балкончик и каждое крохотное окошко, расположенное вдоль всех башен.

Будильник на телефоне отгремел восемь вечера, и я тут же опомнилась. До встречи оставалось всего двадцать минут, а мне еще предстояло взобраться по винтовой, заледеневшей дороге, что спиралью обвила гору. И в тот момент, когда я собиралась призвать магию, чтобы подняться, не скользя, меня окликнули:

– Впервые воочию вижу морозницу. Как ты… каким ветром тебя сюда занесло?

Парень, которого я несколько минут назад закопала в сугробе, поравнялся со мной плечо к плечу и поднял голову, разглядывая академию.

– Морозница? – поинтересовалась я, удивлённая таким фамильярным обращением к моему народу.

– В наших краях вас обычно зовут зимушниками, но мне больше нравятся морозники, – он посмотрел на меня и приподнял уголок губ в улыбке, – как цветы.

Зимушники, морозники… Могло быть и хуже. Отмороженные, к примеру.

Но нас никогда особо не любили, и не только из-за нашего прошлого, когда мы обособились от других магов, но и из-за нашего характера. Все снежные маги – тихие, закрытые, холодные и довольно сдержанные; мы лишний раз не веселимся и не показываем эмоций. А в детстве я была полной противоположностью истинного снежного мага: слишком взбалмошная, энергичная и острая на язык, словно в меня огневик вселился. И все еще где-то в глубине души копошился, но я не давала ему воли. Я должна вести себя достойно, сдержанно, безмятежно и быть несколько равнодушной к происходящему вокруг. Но бывают моменты, как сейчас, когда мне тяжело себя контролировать.

Мы ещё пару секунд простояли молча, а после я прочитала про себя заклинание, изредка шевеля губами, и отправилась по сужающейся дороге. Парень шел за мной следом, но он не скользил, а спокойно вышагивал рядом, словно лед ему был нипочём. Стоило мне опустить взгляд к его ногам, как я поняла: он левитировал. Под ним образовалось светящееся облако, которое беспрепятственно несло его вверх.

– Интересно, чья же ты подружка? – нарушил тишину парень, бесцеремонно разглядывая меня.

– Что?

– В то, что ты студентка по обмену, я мало верю. Значит, тебя пригласил один из учеников как друга для празднования Нового года. Так что я повторю вопрос: чья же ты подружка?

– Уж точно не твоя, – фыркнула я, ускоряя шаг.

– Определённо. Такую подружку я бы запомнил.

Парень вроде бы казался дружелюбным, но его шутливость в каждой фразе и раздутое самомнение провоцировали и раздражали. Вот оно, отличие здешних парней от парней Инеевого королевства и тем более моего города Криос. У наших каждое слово как лёд, крепкое и четкое, в отличие от этих, что не придают им никакого значения. Но я постаралась абстрагироваться от навязчивого оппонента, как учила бабушка. Попыталась укротить эмоции, остудить их своей внутренней силой.

Я прикрыла глаза, обращаясь внутрь себя. Копившаяся сила отозвалась незамедлительно, и я тут же почувствовала привычный холодок, протекающий по венам. Он хлынул к пальцам, зажёг глаза, стараясь заморозить поднявшуюся во мне волну недовольства.

– Как тебя хоть зовут, морозница?

Когда рядом со мной вновь раздался голос парня, я недовольно цокнула языком, но он принял это в качестве ответа.

– Оригинальное имя, постараюсь запомнить. А я Эврлайт. Но можешь звать меня Эвр, снежинка.

– Как ты меня только что назвал? – секундная медитация сбросилась к базовым настройкам, и лед тут же дал трещину.

– Ну а как к тебе еще обращаться? Может быть, льдинка, северянка или снежок?

– У меня вообще-то есть имя, – напомнила я, на что парень довольно ухмыльнулся.

– Правда? – наигранно удивился Эвр, прикладывая руку к груди. – Может быть, подскажешь, какое.

Этот плут обвел меня вокруг пальца так ловко, что я даже не сразу поняла, как это вышло. Он и своего добился, и посмеялся над моей невнимательностью. Но я не собиралась спускать ему эту находчивость. Мое терпение, точно лавина, готово было сорваться с горы, но я продолжала тянуть время до лестницы замка, где необходимость в общении с ним отпала бы сама собой.

К тому моменту мы уже проходили через резные металлические ворота, украшенные символами разных видов магии, с гербом академии в центре. Я немного ускорила шаг, на ходу отвечая и разглядывая академию вблизи.

– Я не сообщаю своё имя заносчивым, самовлюбленным первым встречным.

– Как же хорошо, что я не подхожу ни по одному из этих параметров, – парировал Эвр, на этот раз вгоняя меня в ступор. То ли от того, что я не знала, что ответить, то ли от потери дара речи.

Дорога до академии была выложена из того же черного камня, что и стены замка. В сочетании они смотрелись довольно враждебно и даже угрожающе, но недавно выпавший снег придал каменной кладке более мягкий вид. А прикрепленные по всему фасаду гирлянды подсвечивали замок всеми цветами радуги, добавляя витавшей в воздухе атмосфере скорого праздника волшебный уют. По всему двору в шахматном порядке были посажены ели, которые активно украшала часть студентов, а другая отвлекала их летающими снежками. Сама территория казалась огромной и простиралась во все стороны, хотя снизу и не скажешь, что возле замка так много места.

Эвр больше не пытался вывести меня на разговор и молча шел рядом, за что я была ему немного благодарна. Но стоило нам подойти к первой ступени, как на порог вылетела моя подруга, почти сбив меня с ног своими объятиями. Я обняла ее в ответ, но несколько сдержанно, ведь истинный снежный маг не должен проявлять слишком много счастья, особенно на глазах у незнакомцев. Хотя изнутри меня просто разрывала волна радости, и я еле сдержалась, чтобы не стиснуть ее в ответ.

– Так вот чья ты подружка, – прошептал Эвр, стоило Эвелине отойти от меня. – Ладно, до встречи, снежинка, – подмигнул парень и скрылся за стенами замка.

Эви проводила парня заинтересованным взглядом, а затем удивленно посмотрела на меня и заострила внимание на моих заснеженных волосах. Но, прежде чем что-то сказать, выглянула за мою спину и недоуменно оглядела мой вид.

– Ты что, пешком прямиком из Криоса шла? А Эвр тебя сопровождал? – подруга по-лисьи прищурилась, но махнула рукой, чтобы я следовала за ней. – Ладно, расскажешь по дороге, снежная королева. А сейчас тебя в своем кабинете ожидает директор.

Глава 2. Всего понемногу

Когда вызывает директор, всегда страшно, словно ты что-то натворил, но ещё не знаешь об этом. Но сейчас я шла уверенно, ведь мне предстояло встретиться не со своим ректором из академии «Алгидус», а с чужим. Это не вызывало ничего, кроме лёгкого любопытства. Но даже оно затерялось на фоне изящества замка: высокие сводчатые потолки, теряющиеся в вышине, широкие арки у каждого прохода и проплывающие над головами канделябры в виде пяти основных видов магии. А на почти каждой стене были подвешены гобелены с гербом академии и самого королевства «Квинтэс». Из каждого зала, мимо которых мы проходили, так и веяло помпезностью и силой. Это чувствовалось не только в самом убранстве и дорогой мебели, сам воздух здесь был пропитан незыблемой энергией. Это и страшило, и вдохновляло одновременно.

С другой стороны, мне была понятна здешняя атмосфера. Ведь Квинтэс – главное из пяти королевств, а «Омфалос» – лучшая академия магии. Если в других академиях учили только тому виду, за который отвечало их королевство, то здесь обучали всему. Начиная от стихийной магии, за которую оно было закреплено, и заканчивая снежной. Хотя мы всё-таки предпочитали учиться исключительно на родине и в другие академии не совались, в отличие от других королевств. Дети со всех концов света мечтали попасть сюда: лучшие преподаватели, лучшие условия, да и чего греха таить – это невероятно престижно.

Эвелина, к примеру, обладала природной магией, а точнее – управляла животными. Как врождённый дар, она могла превращаться в одно из них. Но пошла учиться сюда, ведь с самого детства грезила об этой академии, и на вступительных экзаменах показала себя лучше всех в потоке.

– Ты там, в своём Криосе, все эмоции отморозила? Или со своей дисциплиной забыла, как их проявлять надо? – начала возмущаться Эви, как только мы переступили порог академии. – Холодная, словно айсберг.

Подруга поправила очки и театрально надула губы, как постоянно делала в детстве, чем вызвала у меня смешок. Каждый раз, когда что-то шло не по плану, Эви играла на публику, и взрослые молниеносно выполняли малейшую её просьбу. Моей бабушке она из-за этого никогда не нравилась, та называла ее избалованной и капризной, а меня восхищала ее находчивость в достижении целей.

– Ладно, ладно, вижу – ещё не до конца задубела. Ничего, за полторы недели оттаешь.

По пути мы перекинулись с подругой ещё парой фраз, а она, в свою очередь, успела подмигнуть парочке студентов, а одному и вовсе послать воздушный поцелуй. А затем так резко сменила тему, что я не совсем поняла, как она к этому пришла.

– Директор Бомонт – просто удивительный человек, хотя ты сейчас и сама увидишь, – Эви запрыгнула на первую ступень лестницы и повернулась ко мне с горящим взглядом. – А ты знала, что он омнимаг?

По пути к кабинету директора я старалась одновременно слушать нескончаемые разговоры Эви и разглядывать замок. Но стоило ей произнести последнее слово, как всё моё внимание приковалось только к ней.

– Какими магиями он обладает? – прошептала я на одном дыхании, не веря собственным ушам.

Встретить диадемага – большая редкость, а омнимаг и вовсе один на миллион. Диадемаг – это маг, обладающий двумя видами магии. Чтобы объяснить, как это происходит, придётся немного покопаться в самой сущности магии. Многие говорят, что магия выбирает нас, но это не так. Если оба родителя – люди, то ребенок точно будет человеком; если один маг, а второй – человек, как в моей семье, то всё зависит от того, приживется ли магия в хрупком тельце – вероятность пятьдесят на пятьдесят. Если оба родителя обладают одним видом магии, то тут так же все зависит от того, сможет ли магия развиться в ребёнке. Случаев, когда у магов рождался человек, конечно, бывали, но необычайно редко.

А теперь самое интересное: если родители обладают разными видами магии, всё зависит от того, какая будет сильнее, та и передастся ребёнку. Но бывали случаи, когда сразу два вида приживались и отлично контактировали между собой. Обычно это были смежные виды, к примеру, земля и вода, огонь и свет. Именно таких магов и называли диадемагами. А омнимаги – это маги, которые при помощи внутренней силы и многочисленных тренировок смогли развить из двух смежных областей третий вид.

– Его мама была природницей и обладала магией света, а отец – стихийник и владел магией земли. А он сам смог развить в себе кристальную магию.

– А он обучает или только руководит? – поинтересовалась я, проходя мимо почётного зала с картинами.

На них были изображены портреты всех директоров академии, а с последней на меня взирал худощавый высокий мужчина, один взгляд которого прожигал до души. Его черные брови были сведены к переносице, а маленькие глазки осуждающе взирали на каждого, кто на него посмотрит. Он был одет в строгий синий костюм с бабочкой, руки сложены на груди, а тёмная чёлка зализана на левый бок. Он не внушал уважения или благоговения, лишь страх, и был нарисован так, словно в картину запечатали живого человека: одно неверное движение и он высунется из нее.

– Раньше он вел целые дисциплины, но из-за дополнительной работы ограничился факультативом для лучших учеников академии. Он считает, что таким образом остальные будут стремиться к знаниям. Ведь каждому интересно узнать, как расширить свой магический потенциал.

Немного странный метод заставить учиться отстающих, но я не стала комментировать ее слова. По подруге было видно, что она в этом маге души не чаяла, и мои доводы ее бы не переубедили. И пока она без передышки продолжала трещать о великолепии директора, я опустила взгляд на табличку, чтобы узнать, чей взгляд будет преследовать меня до конца жизни.

Густоф Бомонт – 35-й директор академии «Омфалос».

После того как я узнала, как выглядит человек, к которому мы шли, мне захотелось повернуть обратно. Причем не на выход из академии, а напрямик в Инеевое королевство. Но Эви подхватила меня под руку и потащила дальше по коридору, а мне оставалось только подчиниться. И к тому времени, как мы подошли к продолговатой двери из чёрного бархата, мой пыл познакомиться с омнимагом окончательно угас. Но, несмотря на это, я упрямо шагнула внутрь.

Внутри я ожидала увидеть огромную комнату, буквально кричащую о величии ее обитателя. Но на деле кабинет оказался маленьким и довольно уютным. Прямо напротив двери было встроено овальное окно без штор, рядом с ним – небольшой прямоугольный столик с задвинутым к нему бархатным креслом. А по другую сторону стояли два небольших полукруглых стула с подлокотниками. Все стены состояли из встроенных шкафов, до самого потолка заставленных книгами, аккуратно расставленными в алфавитном порядке. Здесь был минимум мебели и максимум педантичного порядка. Каждая деталь буквально кричала о чистоте, выверенности и аккуратности, и я внезапно поймала себя на мысли, что здесь лишняя.

Но ноги будто приросли к темно-зеленому ковру, расстеленному по всей комнате, и я могла только стоять и наблюдать за человеком у дальнего стеллажа. Директор Бомонт держал в руках книгу: «Регресс – новый виток в развитии магии», но стоило дверям за нами бесшумно закрыться, как он обернулся, встречая нас широкой улыбкой. Мужчина поставил пособие на место и жестом указал нам на стулья. Эви легким движением уселась на указанное ей место, а я на негнущихся ногах последовала за ней.

Я ответила директору улыбкой, но в отличие от его, моя вышла натянутой и неискренней, прямо как моё желание здесь находиться.

– Очень рад с вами познакомиться лично.

Меня начало подмывать ответить: «А я нет», но я вовремя затолкала эти слова обратно. И воспользовалась правилом, которое повторяли в моей семье ежедневно: «Даже если эмоции обрушиваются внезапным снегопадом, улыбайся, кивай и молчи». Собственно, это я и делала на протяжении его монолога.

– Удивительно, снежный маг и в наших краях. Вы обычно держитесь особняком по отношению к другим королевствам, а здесь преодолели такой долгий путь. Наверное, устали с дороги? Но не волнуйтесь, я всё устроил так, что вас вместе со студенткой Кортлэйн поселили в одной комнате.

Казалось бы, директор Бомонт не внушал того подспудного страха, что вызывал его портрет. Но все равно от его неусыпно следящих глаз-бусинок становилось не по себе, и я непроизвольно цеплялась взглядом за любые предметы в комнате, лишь бы не встречаться с ним глазами.

– Насчет вещей можете также не беспокоиться. Я уже осведомлён о том, что автобус, который вас доставлял, сломался, но всё прибудет в целости и сохранности в ближайшее время, – все это время мужчина стоял, но наконец сел, облокотившись о спинку кресла. – Еще о многом хотелось бы у вас спросить, но понимаю, вы утомились. Поэтому приглашаю вас завтра на мой семинар, там-то мы и сможем с вами плодотворно пообщаться.

Когда его бесконечный разговор подошел к концу и мы покинули кабинет, я с облегчением выдохнула и совсем забыла, что желала лично познакомиться с омнимагом. Зато подруга пребывала в таком экстазе, словно вышла не от директора, а с автограф-сессии любимой группы.

По наставлениям бабушки мне должно быть все равно на личные страсти других магов. Мне следовало быть отстраненной от земных, человеческих желаний, оставаться беспристрастной. Но рядом с Эви я не могла быть такой. Мне хотелось подначить ее, подколоть, а не ходить рядом словно бесчувственный призрак.

– С возрастом начали нравиться маги постарше? Ровесники у тебя больше не в моде? – шутливо начала я подначивать Эви, стоило нам отдалиться от кабинета.

Подруга скривилась и закатила глаза, но решила подыграть мне, а не рьяно опровергать мои слова.

– Тебе этого не понять, в силу своей юности, по крайней мере пока. Но ничего, подруги для того и нужны, чтобы направлять тех, кто помладше.

Эви вытянула лицо, сложила губы, пытаясь придать серьезность своему выражению. Она делала так каждый раз, когда шутила про наш с ней возраст. Хотя она старше меня всего на пару месяцев, но говорила об этом так, будто на двадцать лет, и вечно вставляла фразу: «Вырастешь – поймешь. А пока тебе не дано». Но к моему удивлению, в этот раз она решила обойтись без нее.

– Быть знакомой с самим омнимагом и учиться у него – это повод для гордости. Но что толку тебе объяснять… – а нет, все-таки не обошлась, – вырастешь – поймешь. А пока тебе не дано.

Обычно на этом наши с ней шутливые перепалки заканчивались, и она выходила победительницей, но в этот раз я решила закрыть счет в свою пользу. Хоть раз в жизни мне хотелось побыть той, кем я не была: шутливой, язвительной, открытой.

– Вот они, идеальные подруги. У каждой должно быть чего-то с избытком, чтобы в случае чего поделиться с другой. Ты – годами, я – умом.

На мой ответ она изумленно округлила глаза, затем, под мой сдерживаемый смех, сузила их, пытаясь придать голосу устрашающей хрипотцы.

– Я запомнила. В следующий раз жди не менее достойный ответ, снежная королева.

– Дрожу от страха, бельчонок.

Она терпеть не могла это прозвище и каждый раз с горящими глазами объясняла мне, что белка и ласка – животное, в которое она превращалась, – это разные виды. Но она так красноречиво злилась, что я не могла перестать ее так называть.

– Я поняла, память – это не лучшее из твоих достоинств. Но хотя бы запиши это на бумажке, приклей на лоб, сделай татуировку, хоть что-нибудь!

– Я уже вижу, как сижу у тату-мастера и говорю ему свои пожелания: «Белка не равно ласка», – поджала я губы, сдерживая смех, а у Эви загорелись глаза на мои слова, и вместо карих они стали ярко-медными.

Пререкались мы недолго, вплоть до ее комнаты. Размеры и убранство которой поражали, словно в ней жила не обычная студентка, а потомок королевской семьи. Высокие расписные потолки, просторная комната с личной ванной, две односпальные кровати, длинный письменный стол, просторный шкаф и книжная полка. Все было сделано в оранжево-золотом стиле, а вместо обоев, нарисованные истории. Каждый орнамент отражал суть природной магии, показывал все её разновидности. У одной из кроватей нарисована луна, у другой – солнце, а у стола выведена кистью лиса.

– Мы сейчас находимся в крыле природников, и каждая комната сделана в таком стиле, – объяснила Эви в ответ на восхищение в моём взгляде.

– А крыло для снежных магов тоже есть?

– Да, но оно совсем маленькое, всего пять комнат, и там никто не живет.

– Почему его не расширят под другой вид магии? – я расстегнула молнию на пуховике, сняла обувь и прошла в центр комнаты. – Ведь это пустая трата места.

Подруга забрала у меня куртку и повесила рядом со своей на небольшую вешалку в виде дерева.

– Директор Бомонт верит, что однажды крыло перестанет пустовать. А вера продолжает существовать, покуда остаётся хоть один человек, не утративший ее.

– Как философски. Это точно ты сказала? Не похоже на тебя.

Эви закатила глаза, кинула мне в лицо вытащенную из шкафа пижаму, полотенце и указала на дверь ванной комнаты.

– Думаю, ты разберешься, что с этим делать. А если нет, то всегда можешь спросить у тех, кто постарше.

– С таким вопросом не очень-то хочется обращаться к директору Бомонту.

– Острячка.

В душе я пробыла минут пять, а затем натянула на слегка влажное тело синие штаны и черную футболку с красноречивой надписью: «Заморожена для сохранения свежести».

– Всё хотела спросить, волосы под меня перекрасила?

Эви стояла передо мной в домашней одежде и расчесывала короткие волнистые белокурые локоны. Но в отличие от меня, у нее волосы были с пшеничным отливом, а у меня – белые как снег, что придавало мне слегка болезненный вид. Зато подруга выглядела так, словно сошла с обложки журнала: высокая, стройная, грациозная, как лань. Так и не скажешь, что на самом деле она – ласка.

– С каких это пор ты блондинка? – она собрала волосы в небольшой пучок, протерла очки лежавшей на тумбочке тряпкой и выразительно посмотрела на меня. – Черный тебе шел гораздо больше.

Мне ли не знать? По крайней мере, с родным цветом я не выглядела как мертвец. Но все снежные маги рождались с белыми волосами, и я хотела быть похожей на них. Старалась подражать их характеру, выносливости, даже внешности. Но мой отец – человек, и я слишком сильно на него похожа; отличие было лишь в имеющейся у меня силе. К счастью, бабушка год назад нашла способ изменить цвет волос при помощи собственной магии. И пока она поддерживала во мне это заклятье, я сохраняла нужный облик. Я продолжала быть собой. А я – снежный маг.

– Практически сразу как ты поступила сюда. Бабушка нашла заклинание, которое окрашивает волосы в цвет моей магии, – произнесла я с гордостью, но подруга неодобрительно покачала головой.

– Ладно, время почти десять. Предлагаю лечь пораньше, потому что завтра тебя ожидает поездка в местную деревушку, – Эви придала лицу обычное ребяческое выражение и перед тем, как скрыться за дверью ванной, хитро ухмыльнулась. – Покажу тебе главные достопримечательности и, что главное, как выглядят настоящие парни. С некоторыми из них даже познакомлю.

– Говоришь так, словно у нас в Криосе парней нет.

– Ты про тех, что выглядят как неотесанные снежные люди? Не путай парня с йети, хорошо? А вообще, ты достойна лучшего, – подруга зашла в ванную, но вытянула голову из-за двери, приподнимая брови. – Как Эвр, например. Завтра расскажешь, как вы с ним пересеклись. А пока, сладких снов, снежная королева.

– И тебе того же, бельчонок.

Она фыркнула и скрылась за дверью, а я выключила свет, залезла под одеяло, разглядывая слабо светящуюся луну у себя над головой. Было слегка непривычно засыпать не в своей кровати, но вместе с тем приятно до трепета на кончиках пальцев. Я знала, что выходные пройдут на славу и уже предвкушала завтрашний день.

– Ты проспишь весь завтрак, – недовольно прикрикнула на меня Эви, носясь по комнате, словно снежный вихрь.

Я приоткрыла глаза, несколько раз зевнула и попыталась заснуть снова. Если вчера вечером мне хотелось покорить всю столицу, то сейчас эта кровать покорила меня, а большего мне и не нужно было. Но подруга не дала мне даже пяти минут, сбросила с меня одеяло, наивно полагая, что холод заставит вскочить, но я лишь ухмыльнулась. И тогда птицы, сидевшие на ветвях за окном, принялись стучать клювами в стекла, создавая невыносимый шум. Появилось ощущение, что они пытаются выдолбить дыру в окне и добраться до меня, но я покорно сдалась первой.

– Ладно, ладно, убедила. Только заставь их прекратить.

– Одевайся и идём в столовую, – радостно хлопнула в ладоши Эви, поправляя макияж.

Я, слегка покачиваясь, поднялась, оглядела свой заспанный вид и недовольно уставилась на подругу. Она крутилась возле зеркала в элегантном утеплённом коричневом костюме, волосы волнами стекали по плечам, а карие глаза светились предвкушением. Закатив глаза, я поплелась в ванну. Выполнив все процедуры и расчесавшись, предстала перед Эви в более опрятном виде.

– Идем, – махнула я ей рукой, направляясь к двери. – Но если там не будет блинчиков, мой ранний подъём был зря.

Но Эви преградила мне дорогу, распахнув глаза от ужаса.

– Ты пойдешь… в этом?

– А что, в столовой действует особенный дресс-код?

– Ливи, внешний вид – визитная карточка каждого мага. А твоя, – она обвела меня брезгливым взглядом, – словно помята и вытащена из забытых старых брюк.

Насколько мне было известно, в академии было две столовых из-за большого потока студентов. Они находились друг напротив друга и были поделены по видам магии. Первая – для стихийников и природников, а вторая – для темных и менталистов. Но каждый месяц они менялись между собой, чтобы не разобщать группы, а завтракали здесь строго с половины восьмого до девяти. Но о других правилах я не слышала и уж точно не хотела переодеваться из-за горстки самовлюбленных болванов. Ведь все стихийники одинаковые – напыщенные индюки, ставящие себя выше других лишь потому, что их магия считается главной.

– А ты умеешь делать комплименты, – но я все-таки остановилась. Не из-за того, что задумалась над ее словами, а потому что футболку следовало поменять. – Расчехляй свой шкаф, бельчонок.

В столовой мы оказались ровно в 7:40, и эти десять минут Эви без конца причитала, что мы опаздываем, хотя, будь моя воля, я пришла бы к девяти. Ведь остатки сладки, а досмотренный до конца сон – еще слаще.

– Быстро перекусим и на автобус, выезд через полчаса.

Мы еще не успели переступить порог, а подруга уже торопила меня обратно. Но, скорее всего, именно по этой причине она и заставила меня напялить небесно-голубой спортивный костюм и уложить волосы в высокий хвост.

– Может, подскажешь, куда мы едем так рано?

– Не подскажу… это сюрприз, – Эви лукаво улыбнулась через плечо и плавной походкой направилась к нашему столу.

– Ты же знаешь, я терпеть не могу сюрпризы.

– Знаю. Именно поэтому их для тебя и устраиваю. Но мы к шести будем уже здесь, потому что нам нужно успеть на встречу с директором Бомонтом.

Я не стала задерживаться, восхищенно оглядывая столовую, и не останавливаясь, шла рядом с подругой. Потолки были такими высокими, что трудно было разглядеть, где они заканчиваются. А над головами проплывали мягкие облака: некоторые были красными, словно огонь; из других пробивались цветы и трава; а третьи, прозрачные и наполненные водой, прикоснись, и на тебя выльется целый водопад. Дух захватывало от такой красоты и от стен, расписанных сценами из популярных сказаний о магах.

По всему залу были расставлены круглые столы, но мы остановились у того, рядом с которым росло ветвистое цветущее дерево. Таких деревьев было всего три, и большинство из них стояло со стороны половины зала, обустроенной для стихийников. У природников самыми яркими деталями интерьера были несколько высоких переливающихся кристаллов и световой столб, в то время как у стихийников – небольшой водопад у стены и парочка левитирующих столов.

Любимчиков было видно издалека.

Стоило нам остановиться у стола, как я подверглась детальному осмотру, паре испуганных и неприязненных взглядов. Если девушки наблюдали с осторожностью, то парни в открытую пялились, не скрывая своих истинных эмоций. Я для них была всего лишь зимушницей, особью со скверным прошлым и не более. Но я в ответ лишь одарила их холодным равнодушием и сухим «добрым утром».

– Знакомьтесь, это Оливия. Рада познакомить вас лично.

Эви в ответ представила меня сидящим за столом студентам, и я честно не запомнила ни одного имени. Хотя я даже и не пыталась. Не видела смысла забивать память совершенно ненужной информацией.

– На санях добиралась из своего королевства, Оливия? – худощавый парень в очках довольно гоготнул над своей шуткой, но, казалось, без злого умысла.

– Питер! – возмущенно зыркнула на него Эви, но я успокоила ее легкими хлопками по руке.

– Видимо, твой уровень образования не дотягивает до базовых знаний об инфраструктуре королевств и минимальных правил вежливости. По блату в академию взяли?

От моих слов Питер буквально вспыхнул, но хватило короткого взмаха пальцами, чтобы остудить его пыл. Волосы парня в ту же секунду засыпало снегом, который мгновенно растаял, а следом высох. К слову, приобрел он после этого довольно опрятный вид по сравнению с тем, что был до этого.

– Зато теперь ты знаешь, к кому обращаться за укладкой, – подмигнула парню Эви, но тот не оценил ее шутки.

Обстановка и до этого стояла напряженной, а после моей несдержанности и вовсе сгустилась. Если до этого можно было уловить в компании разный настрой, то теперь они были одинаково недружелюбно ко мне настроены. И пока подруга пыталась как-нибудь разрядить атмосферу, я заняла соседний столик, за которым высилась гора блинчиков.

– Ливи, дорогая, я понимаю, что к тебе относятся довольно предвзято, не разобравшись, но может, ты попытаешься идти навстречу?

– Враждебность, как снежный ком, к ней не идут навстречу, от нее уходят. Что я и сделала, – я макнула блин в варенье и, довольная, запила его чаем. – Присоединяйся, блинчики удались на славу.

Помимо главного блюда на столе стояли каша, сэндвичи, сырники, нарезка из пяти видов сыра, запеканка, панкейки и несколько напитков на выбор. И за каждым столиком были разные угощения, за исключением запеканки – видимо, она была блюдом дня.

– Эви, – окликнул мою подругу парень с другой половины зала и подошел к нам, оставив свою компанию. – Доброе утро. Чего к нам за стол не села? Мы бы потеснились.

– Прости, Дар, не заметила тебя.

Парень сел напротив моей подруги, не сводя с нее внимательного взгляда. На нее обычно всегда так смотрели, но у него на лбу было написано, что он влюблен. Он был высокого роста, с кучерявыми белыми волосами и единственный носил форму академии: синий костюм с гербом института на лацканах.

– Знакомься, Даррен, это моя подруга Оливия, – Эви вроде говорила как обычно, но без особого энтузиазма. После небольшого инцидента за соседним столом она совсем приуныла.

Я же в ответ приподняла один уголок губ, снова обращаясь к своей тарелке.

– Приятно познакомиться, – он протянул руку для рукопожатия, но я равнодушно глянула на него, затем на его жест, и парень тут же сделал вид, что хотел поправить волосы. – Ты не будешь возражать, если буду обращаться к тебе Лив? Не люблю длинные имена.

Я согласно кивнула, а Даррен еще некоторое время пытался вывести на разговор Эви, но, когда понял, что она не в духе, оставил нас вдвоем.

Я продолжала завтракать в приподнятом настроении, несмотря на то что со всех сторон на меня открыто пялились, а подруга была тише обычного. Но когда до сюрприза оставалось десять минут, мы окончили трапезу, поднялись под прожигающими спины взглядами и удалились. Радовало только то, что мы завтракали не среди менталистов и темных – а то от меня бы и снежинки не осталось.

– Ну прости мою несдержанность, в следующий раз постараюсь быть чуточку приветливее, – я улыбнулась, излучая одно добродушие, но Эви даже не взглянула на меня.

– Эта холодная вражда так утомляет. Они ведь даже не знают тебя, но уже повесили ярлык: «опасная зимушница». Надо было встать и заставить их перестать так пялиться. А хотя, еще не поздно…

Она уже повернула обратно, но я удержала подругу за локоть, тихо посмеиваясь над ее шипящей яростью. Ее глаза заблестели белым, верный знак, что она собирается обернуться лаской, но я удержала ее, постепенно остужая внутренний жар своей магией. Эви успокоилась, выдавив из себя лишь фырканье, и ускорила шаг, чтобы быстрее добраться до комнаты.

– Хватай куртки и бежим в автобус, пока он без нас не уехал.

– Какую авантюру ты устроила на этот раз?

– Никакой авантюры, только ярмарка, – подруга заговорщически ухмыльнулась под мой заинтересованный взгляд, который не скрылся от ее зоркого глаза. Я побывала на всех редких мероприятиях в Криосе, и моя душа буквально жаждала чего-то нового, но заранее известного.

И пока я, опершись о дверной косяк, обдумывала, как она будет выглядеть, Эви, опаздывая, аккуратно надела белоснежную шапку, поверх завязала шарф и подкрасила губы.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.