Легенда

о принце Атлантиды

Серия «Дети Атлантиды»

Книга 1

Содержание

Пролог: Возвращение Титанов

ГЛАВА 1

ГЛАВА 2

ГЛАВА 3

ГЛАВА 4

ГЛАВА 5

ГЛАВА 6

ГЛАВА 7

ГЛАВА 8

ГЛАВА 9

ГЛАВА 10

ГЛАВА 11

ГЛАВА 12

ГЛАВА 13

ГЛАВА 14

ГЛАВА 15

ГЛАВА 16

ГЛАВА 17

ГЛАВА 18

ГЛАВА 19

ГЛАВА 20

ГЛАВА 21

ГЛАВА 22

ГЛАВА 23

ГЛАВА 24

ГЛАВА 25

ГЛАВА 26

ГЛАВА 27

«Это не чудо, человек, что Бог показывает вам слова и знаки давно погибших цивилизаций. Доказательства, которые он дает, вы можете не понять, так как основание духовного бытия лежат вне пределов границы материального восприятия. Однако Бог дает вам сравнение. Это как портрет человека показывает его внешность даже после того, как его тело погибло».

«Закон Единого, книга Аполлона (гл.1 п.7)»

Пролог: Возвращение Титанов

Будущее наступило вчера.

Во сне ко мне снова пришли Титаны Атлантиды - величественные тени забытой эпохи, которые говорили со мной на языке воды и камня.

Прошлой ночью я снова провалился в яму, наполненную снами об Атлантиде. Она звала меня, как потерянный дом, как память, прорастающая сквозь время. Я проснулся с ощущением, что мир изменился, хотя никто этого не заметил. Звон в голове - не боль, а шепот древних истин, зовущих сквозь завесу реальности. Сердце - не орган, а портал, через который проходит свет других измерений. Я больше не живу в привычном времени. Я проводник между тем что было, и тем, что еще не произошло.

Ко мне снова, спустя много лет, пришли детские воспоминания о тех временах, когда я был последним принцем Великой Атлантиды, около семидесяти пяти тысяч лет назад. Воспоминания о тех временах, когда мы танцевали под небесами, и тысячи тайн вращались вокруг нас и в самих нас. И как в те далекие времена мы, Титаны, были земными богами...

Титаны Атлантиды. Мы были подобны стенобитной машине, которая двигалась по определенному пути и была способна разгромить все что угодно и кого угодно. Титаны были жестоки в своей доброте. Творя, мы несли разрушение, подобно урагану. Наша сила была, в то же время, и нашей слабостью.

Титаны были надежным хребтом Атлантиды, ее иммунной системой. Нас выбирали в процессе, более совершенном и скрупулезном, чем кандидатов в магическую школу Инкал, которая готовила жрецов Атлантиды. Один атлант из тысячи мог стать жрецом, но только один из сотен тысяч был способен стать Титаном Атлантиды.

Титаны обладали определенными талантами, которые развивали на протяжении всей своей жизни: сверхинтуицией, телепатией, телекинезом, левитацией и ясновидением. С помощью некоторых манипуляций в память нам закладывали информацию по истории, этике, военной тактике, стратегии и древним священным знаниям. Все Титаны прошли обучение в магической школе Инкал и преодолели три ступени, на пути к божественной магии: осознание тайной агрессии, понимание сути вещей и познание смерти. При необходимости мы могли превратить материю ментального мира в золотой слиток или какое-нибудь животное. Но мы презирали магию, считая ее необходимым злом.

В каждом из Титанов была древняя сила, которая пришла к нам из глубокой древности, когда люди были богами. Она вошла в каждую клетку нашего тела и создала нас. Но эта сила несла опасность: захлестнуть и побороть Дух Творца. Это предостережение давило на нас, висело над нами всю жизнь, как дамоклов меч.

Многочисленные силы пытались контролировать Титанов Серебряного Легиона. И их мотивы были самые разные. Каста жрецов боялась Командора Титанов, Император Атлантиды видел в Легионе опору своей власти, которую он мог удержать только с помощью Титанов. А Садовники Земли - представители инопланетных цивилизаций, желали сохранить генетические признаки сверхлюдей, носителями которых были Титаны Атлантиды, и над чем они работали много тысяч лет. Но во всей этой суматохе Титаны всегда стремились оставаться самими собой - быть вне морали, логики и эстетики. И исполнять свой собственный танец. Потому что в их именах звучала сама история Атлантиды, летопись ее завоеваний и покорений.

Титаны Атлантиды. Мы противопоставляли всю свою силу той страшной Силе, которая во много раз превосходила мощь любого оружия. Имя той Силе - черная магия атлантских колдунов. Но если мы и проиграли им, то только потому, что играли по чужим правилам. Мы были слепы в своей гордости и упивались собственной важностью, наслаждаясь сражениями с атлантскими колдунами и их хозяевами. Наши действия всегда определялись необходимостью Совета Миров Галактики сохранять шаткое равновесие на Земле. Ценой этого равновесия были наши кармические грехи, которые не соотносились с заповедями Творца. И поэтому мы потеряли ключ к его Обители. Мы потеряли священную реликвию Земли - Ожерелье Бога Ра, Ковчег Атлантиды. Нет нас среди живых, нет нас и среди мертвых.

Титаны Атлантиды. Их путь теряется в легендах, и не все они правдивы. В современный мир эти Вечные Дети Земли пришли как Хранители Космона, и они нарушают весь ход истории, будучи одновременно и разрушителями, и строителями. Если они здесь, значит снова назревают какие-то значимые события. Ангел Возмездия отпущен на свободу, пророчества начинают сбываться. Сегодня они возвращаются, эти Вечные Дети Земли. Их танец снова звучит в ритме времени.

Великая Атлантида поднимается, и мир уже никогда не будет таким, как раньше...

ГЛАВА 1

Окраина созвездия Плеяд, планета Земля, континент Рута. Атлантида времен пятой семитской субрасы, около семидесяти пяти тысяч лет до наших дней. Город Евронус, Храм Воинов.

Большая кровать застелена атласными простынями. На прикроватной тумбочке стоит кувшин с водой, рядом два серебряных кубка. Возле панорамного окна расположены два кресла, крытые бархатом. Пол устилают искусно вытканные мягкие ковры. В дальнем углу комнаты лежит огромная тигрица – гибрид тигра и орла. Пушистый кошачий хвост нервно подергивается, выдавая нетерпение в душе тигрицы. Она наблюдает за человеческим телом.

На кровати лежит мальчик: лет двадцати от роду и ростом около трех метров. Дыхание его глубокое и ровное. Он готовится к астральному путешествию, погружая свое сознание в глубокий транс. Усилием воли мальчик освободил свой дух от оков тела и воспарил в ночное небо Атлантиды, под самые облака. Какое-то время он кружит в ярком свете Венеры, любуясь сверкающей внизу столицей Атлантиды, городом Евронус. Далеко на юго-востоке светится, как упавшая звезда, остров Даитья – темная империя атлантских колдунов.

Нагое астральное тело мальчика мгновенно облеклось в сверкающий серебристый комбинезон. На боку засветился золотистый меч, который он сразу же обнажил. Мальчик знал, как сотворить себе доспехи из веры, меч из стойкости духа, а щит из мужества. Силой мысли он начал перемещаться к острову Даитья.

В Храме Воинов тигрица наблюдала своим внутренним взором за всем этим действом. Учуяв нависшую опасность над мальчиком, она поспешила освободить свое астральное тело от животной плоти. Как всегда, ей далось это легко, так как в отличие от людей, у нее было всего два тела – физическое и астральное. Взлетев над Храмом, она устремилась за своим хозяином, - принцем Атлантиды.

А мальчик уже парил вблизи острова Даитья. Видимую часть этого острова покрывал рыжий лес – прибежище темных преданий. Он тянулся на сотни километров вглубь колдовской империи. На берегу океана мерцал одинокий огонек, и мальчик устремился к нему. У костра на камне сидел человек и листал какой-то фолиант. Он был тощим и лысым, а сморщенная кожа придавала ему вид черепахи без панциря. Приблизившись к нему, мальчик почувствовал прикосновение черной магии. От сморщенного человека исходила волна зла и ненависти. Мальчику вдруг захотелось улететь отсюда подальше, но колдун у костра поднял голову, злорадно улыбнулся и прошипел: «Мы еще доберемся до тебя, принц Атлантиды».

Мальчик застыл в пространстве. Колдун отложил книгу в сторону, закрыл глаза. Сразу же возле него возник огромный двурогий монстр в черных доспехах и с мечом в клешне. Его туманные глаза излучали холод преисподней. Мальчик рванулся в небеса, но призрачный воин настиг его и полоснул мечом по спине. Боль пронзила мальчика, и он закричал. Воин с ухмылкой парил перед ним: «Я не стану сейчас убивать тебя. Мне нужен не мальчик, а Командор Серебряного Легиона. Твое время еще не пришло. Убирайся прочь из этих мест, мои братья поднимаются в небо». «Тогда я буду ждать тебя, слуга Белиала. Убьешь меня, если сможешь», - крикнул мальчик и взметнулся над океаном.

Уже у призрачной границы империи атлантских колдунов, мальчика остановил предупреждающий рев его тигрицы. Обернувшись, он увидел парящую в воздухе тройку воинов в темных одеяниях, с черными мечами в руках. «Не успел пересечь границу», - подумал мальчик, и в ярости набросился на них. Один исчез сразу, когда золотой меч мальчика пронзил его астральное тело. Потом молодой принц отразил боковой скользящий удар щитом, звон от которого завибрировал по всей Вселенной. Ярость придала ему быстроту молнии, его глаза зажглись голубоватым огнем. Обманным движением он пробил защиту второго колдуна, и мечом пронзил его голову. Тигрица бросилась на третьего, и располосовала когтями его тело на мелкие лоскуты. Не было ни крика, ни крови. Бой происходил в жуткой тишине. Оживлять на земле физические тела атлантских колдунов уже было некому. Их астральные тела поглотила пучина адских измерений.

Вспышка яркого света озарила пространство. В Храме Воинов тело принца дернулось, и он открыл глаза. Он очнулся каким-то растерянным, и до смешного обиженным. Медленно и осторожно начал выбираться из застилающей пелены и постепенно воспринимать окружающий мир. Сердце бешено колотилось в груди, перед глазами вспыхивали фейерверки огней. Тигрица в дальнем углу тоже дернулась, и нервно забила хвостом по пушистому ковру.

- Теперь я снова в своем теле и в здравом уме, - подумал юный принц Атлантиды. - Ты знаешь, Алуся, сегодня мы легко отделались, в другой раз может не повезти. Наверное, нужно прекращать эти астральные вояжи.

Тигрица одобрительно зарычала. Вообще-то могла и ответить. Телепатически. Но, видимо, она была обижена на меня.

Я сел на край кровати, напротив открытого окна. Ночь была ясной и прохладной, а воздух казался сладковатым, с привкусом запекшегося хлеба. Тишина, словно маска, скрывала под собой разнообразную ночную жизнь Атлантиды. Я знал, что уснуть этой ночью у меня больше не получится. Встав с кровати и спотыкаясь, я подошел к окну. От удара «двурогого» спина болела и пульсировала.

Далекие огни города окрасили линию горизонта в узкую золотистую полоску. Там, где взошла Венера, слабо сияли оранжевым светом вершины гор. Я снова ощутил разделение своего существа. На этот раз какое-то странное чувство, пришедшее из далекого детства, умножило раздирающие меня сомнения.

- Что же мне делать, Алуся? Иди ко мне, поговорим. Мне нужна эта беседа, она мне очень нужна. Поверь, скучно тебе не будет.

Тигрица вопросительно подняла голову, потом поднялась своим могучим телом и направилась ко мне. Она шла неспешной походкой, с ленивой грацией хозяйки этого мира. Ее движения меня всегда завораживали. Тигрица просто плавно перетекала из одной позиции в другую. Она подошла ко мне и тяжело привалилась, чуть не сбив с ног. Я опустился на одно колено и крепко обнял ее.

- Я должен все узнать об этом мире, - тихо сказал я. – А для этого мне нужно стать Титаном Серебряного Легиона, а не плешивым жрецом, хоть и верховным.

Алуся лежала не шевелясь. И было непонятно, - одобряет она мое намерение или нет?

Плывущая по ночному небу Венера погрузила меня в размышления. Пришло время серьезно задуматься о своем взрослом будущем, вспомнив свое детское прошлое.

В Атлантиде существовал многовековой обычай. В середине первой четверти года, на праздник Огня, жрецы высшей касты отправлялись на остров Горгад, где устраивали брачные игры с воинственными амазонками. Результатом их ритуального совокупления были дети, особенные дети. Девочек амазонки оставляли себе, а мальчиков, по достижению ими семи лет, отправляли в Атлантиду. С биркой на шее: от какого жреца сей продукт ритуальной любви. На моей бирке красовалась надпись: «Чиктот, Верховный Жрец, Император Атлантиды». Таких внебрачных детей от высших жрецов Атлантиды и жриц-амазонок именовали просто: «дети-титаны». Они были особым генетическим продуктом – производным от высших магов земли. Дети-титаны отличались от других детей ранним созреванием; темп их развития превышал нормальный почти вдвое. Это то, что было на поверхности. Где-то сразу за поверхностью лежал запретный барьер. На поверхности была видима только их адаптация к этому миру, а их истинная сущность, истинное естество скрывалось по ту сторону барьера. Даже посвященные жрецы Атлантиды иногда застывали перед этим барьером, испытывая панический страх перед этими детьми. Хотя сами когда-то были такими же. И потому реальная жизнь этих детей-титанов протекала в каком-то другом мире, отгороженном от окружающей действительности множеством барьеров и запретов.

Иногда во сне я вижу свою мать – царицу амазонок Людину. Я вижу ее тонкие сильные пальцы, синие вздутые вены на тыльной стороне ладони от постоянных упражнений с оружием. Волосы всегда собраны в узел, как и полагается амазонке-воительнице. Иногда я слышу ее далекий голос: она что-то напевает или отдает приказы. И еще в своих снах я часто вижу Никатею – свою сестру-близнеца. И у меня всегда возникает странное чувство, что все это происходило до моего рождения, в какой-то другой жизни. И становясь старше и мудрее, да хранит меня Божество Ра, я всегда убеждался, что соизмеряю свой жизненный путь событиями, которые запечатались в моей детской памяти.

Обращаясь к своему раннему детству в Атлантиде, после возвращения из империи амазонок, я всегда помнил, в каких условиях оно проходило. Развлечения, приятные обычным детям, меня не привлекали. И к тому же мне не позволяли заводить друзей, и отгородили от проблем этого мира. Я шел по этой жизни, словно живой манекен: сиротливо-одинокий, насколько это доступно земному человеку. Единственным моим другом в этом мире была тигрица Алуся – подарок моей матери, царицы Людины.

Во мне сохранилось мало воспоминаний о раннем периоде моей жизни, о тех первых тринадцати годах. Те детские минуты превращались в часы, часы – в дни, и так далее, - все слилось в одно длинное мгновение. Несколько раз мне удавалось тайком пробраться в Великую Пирамиду – Храм Бога Ра, и полюбоваться магическим излучением Колеса Времени – Ожерельем Бога Ра, состоящим из десяти сверкающих чаш. Я трепетал от волнения каждый раз, когда наблюдал за ним. Это было восхитительное зрелище, от которого по спине пробегали мурашки. Да, это было восхитительно, хотя там и не хватало трех чаш.

До тринадцати лет меня воспитывал жрец Янус. Все эти годы я провел под его бдительным присмотром. Иногда он подключал меня к своей ауре, и я часами терпеливо сидел в его эфирной голове. Знания Януса просто перетекали с его головы в мою, вместе с резонирующими эфирными вибрациями. Сколько я не старался, но так и не мог вспомнить некоторых подробностей того периода – что-то блокировало мою память.

После тринадцати лет основную часть времени я проводил или на занятиях в магической школе Инкал, или с Титанами Серебряного Легиона – личной охраной Императора Атлантиды, моего отца. Я любил наряжаться в яркие одежды и бегать по Храму Воинов с игрушечным мечом, как бы сражаясь с невидимым врагом. Иногда мне подыгрывали караульные Титаны-девственники, создавая при помощи своей магии иллюзорных свирепых монстров. С раннего детства я проявлял довольно большой интерес к военным наукам и истории Атлантиды. Но самые ценные знания я все-таки приобрел в магической школе Инкал, в которой обучался последние семь лет.

Вчера я официально был выпущен с этой магической школы Инкал, со всеми подобающими почестями и званиями. На церемонии выпуска никто даже и не вспомнил, что последний год я самовольно пропустил довольно много занятий. К концу выпуска магия почему-то стала для меня неинтересной и скучной. Хотя, все те знания, которые там дали, сослужили в дальнейшем мне неплохую службу. Самым ценным оказалось то, что я научился говорить без слов, двигаться не шевелясь, и видеть с закрытыми глазами.

Школа Инкал… Это были семь лет напряженной учебы, тяжелые годы изматывающего труда. Первый год я усыпал под убаюкивающий монотонный голос Учителя. Потом это Учение меня увлекло, поглотило целиком. Движения, жесты, формулы, интонация при произношении заклинаний. Но главное было то, что нас учили черпать психическую энергию из окружающего пространства, и использовать ее для своих нужд.

Но тут стоит заметить, что не все дети-титаны могли стать учениками школы Инкал. Ставали только те, которые с рождения обладали Властью, что и определяло их дальнейшую судьбу. Истинные имена этих мальчиков забывались навсегда, - они получали в школе другие имена, для их же блага. Всем было известно, что имя – это часть личности человека, и им могли воспользоваться с целью манипулирования человеком, для получения власти над ним.

В магической школе Инкал было двенадцать факультетов. Первый факультет – общей магии. Второй, третий, четвертый и пятый – стихийной магии: огонь, вода, воздух и земля. Потом шли факультеты метафизики, алхимии, медицины, космологии, древней магии. Последними были факультеты высокоэнергетической магии и магии равновесия.

Сперва все ученики в течении первых трех лет посещали факультет общей магии, где седые и сморщенные жрецы в золотистых одеждах вбивали в нас скучнейшие знания. Там изучали древнюю и новую историю, понятие принципов алхимии, ритуальной и стихийной магии. Много времени уделялось развитию ясновидения, телепатии, телекинезу, левитации и общению с сверхсущностью, Высшим «Я».

За эти первые годы учебы я узнал историю древних цивилизаций земли, между которыми нет-нет, да и вспыхивали кровопролитные войны. Древняя история Земли была наполнена войнами, кровью, предательством и унижением. Войны сменялись краткими мирными передышками до той поры, пока кому-то из правителей не становилось скучно. И тогда все начиналось сначала – бесконечный круговорот войны, жестокого и бездушного вечного двигателя эволюции. Хотя, по поводу эволюции, то я всегда считал ее таким себе красочным преувеличением.

Большинство учеников школы сторонились старых вонючих алхимиков, они им просто не доверяли. Эти затворники-одиночки очень ревностно относились к своему ремеслу, окутывая все пеленой тайны. Хотя, ни для кого не было секретом, что золото получали не из свинца, а из солнечного света. И что в своих хитроумных экспериментах они использовали материю астральных и эфирных планов. Чистый воздух, а вернее атомы кислорода, азота и других газов, они использовали в качестве строительного материала. В прямом смысле, - они материализовали вещи из воздуха. Особым химическим путем, используя скрытые космические законы, они получали эликсир долголетия, дающий человеку здоровье и физическое бессмертие. Вот только физического бессмертия жрецы почему-то не желали, а простолюдинам его не давали.

На факультете метафизики работали с лучами видимого спектра. Его ученики умели задерживать падающий на физическое тело свет, не пропускали его наружу сквозь ауру, - и становились невидимыми. Или раскручиванием электромагнитных полей своего тела настолько повышали частоту вибраций своих атомов, что с потрескиванием исчезали. А если без особого труда кому-то хотелось стать невидимым, так для этого существовала шапка-невидимка. По периметру этой шапки находились драгоценные камни, расположенные в особом порядке. Вибрация каждого отдельного камня сливалась в общую гармоничную вибрацию, которая воздействовала на человека, делая его невидимым. Главное – правильно расположить кристаллы.

Факультет космологии – это охотники за космическими знаниями. Вначале они развивали свою шишковидную железу для максимального увеличения сверхинтуиции. Потом раскручивали свою МерКаБу для путешествий в пространстве и времени, заглядывая попутно в параллельные миры на тонких планах. Там они собирали интересную и полезную информацию для Высшего Совета Жрецов Атлантиды. А попросту, воровали ее у высших инопланетных цивилизаций, нарушая их авторские права на интеллектуальную собственность. Их эмблемой была шестиконечная звезда – плоская проекция магнитного и электрического полей МерКаБы.

На факультете медицины жрецы-лекари трансплантировали руки, ноги и разные внутренние органы, совмещая и гармонизируя при этом вибрацию ауры пациента и инородной части тела. Иногда, в целях научных экспериментов, простым и ненужным людям пришивали головы и другие органы экзотических животных. Нужным и знатным членам общества больные органы заменяли синтетическими.

Жречество Атлантиды, в течении многих тысячелетий, действовало под крышей магической школы, занимаясь селективно-генетическими программами. Это были эксперименты с облучением ДНК как животных, так и представителей одичалых народов планеты. Воздействуя на хромосомы человека ультразвуковым облучением, они могли получить из него как свинью, так и другое животное. Также, меняя местами хромосомы животных, они получали из него заумного человека. Иногда такой человек-животное оказывался умнее своих создателей. Для хитроумных жрецов не составляло особого труда на какое-то время оживить умершего человека, вызвав его душу с тонких планов Бытия. Но главной целью жрецов-генетиков было выведение суперчеловека. Говоря проще, им нужен был человек, чей разум позволял бы понимать и использовать измерения высшего порядка. В этих экспериментах они использовали генетически усовершенствованных детей-титанов.

Последние этажи школы занимал факультет высокоэнергетической магии. Там упорные ученики испытывали саму ткань Вселенной, определяя плотность космической реальности. На показательных занятиях жрецы-учителя этого факультета превращались в тигров, ящеров, кентавров, крыс и других существ. Но самой главной их фишкой было создание из эфирной субстанции своего же двойника. Этот двойник жреца-мага мог оказаться в любой точке планеты, и сообщить ему обо всем, что он видел. Этот «разведчик» мог проникать сквозь землю, огонь и воду. Престарелые жрецы этого факультета силой мысли создавали своего молодого двойника, представляя, какими они были в молодости. А потом совмещали его со своим потасканным телом, и молодели настолько, насколько желали. Еще они черпали психическую энергию для строительства различных сооружений. Пирамиды строились сверху вниз без опоры на землю, с применением психической энергии. Сначала в воздухе парила одна остроконечная вершина, потом под нее ряд за рядом подстраивали остальные части пирамиды. Но для такой трудоемкой работы подбирались жрецы с феноменальными знаниями и мощными психическими способностями.

После трех лет учебы определялась специализация каждого ученика. При помощи хитроумных приборов с него снимали диаграммы различных частот, замеряли скорость вращения чакр и тонких тел, считывали информацию с ауры будущего жреца. Затем все эти данные вводились в главный компьютер империи, который выдавал итоговый результат обследований. По итогам всех киберрасчетов меня определили на факультет равновесия. Выпускники этого факультета противостояли действиям магии атлантских колдунов, ее темной стороне. Но для этого они должны были знать эту черную магию в совершенстве, противодействать ей и создавать равновесие в мироздании. Эти уникумы должны были в состоянии распознать мысль колдуна на противоположном конце действия. Правда, в реальности это не всегда получалось. В конце вечно обнаруживались мелкие, но существенные изъяны, которые зачастую приводили к неприятностям.

Магия, которой мы занимались на факультете, это как две стороны одной медали. Черная магия – это враждебные силы чистого Зла, которые в состоянии уничтожить весь мир, а не только того, кто ею занимается. Она таила в себе опасность всему миру. А поскольку любителей манипулировать этими силами хватало в любые времена, планетарные катастрофы обрушивались на землю с завидной регулярностью. Другую сторону медали представляла белая магия – искусство, способное творить прекрасные и необычные вещи и явления, без которых этот мир был бы скучным и бедным. Она давала прогресс, развитие и изменения. Белая магия есть всюду: в земле, по которой мы ходим; в огненном жаре магмы; в воде, дающей жизнь; в воздухе, которым дышим. Умение пользоваться ею называлось Даром. Этим даром обладали немногие избранные атланты, который еще нужно было раскрыть. Для нас магия была Наукой, одного дара недоставало. Это были годы упорных занятий и напряженного труда, в условиях строжайшей самодисциплины. Это были знания, полученные путем эксперимента, опыта и практики. Магия была благословением и проклятием. Все зависело от того, кто и с какой целью пользуется ею. Главное в магии – научиться творить чудеса безнаказанно. А то уж слишком было много наблюдающих за тобой из-за пределов мироздания, желающих стукнуть тебя по голове при малейшем промахе. И потому я не любил магию.

Вчерашняя последняя ночь в школе Инкал была набором таинственных мистерий. До ее наступления все ученики слышали о ней, но никто не знал, что это такое. Все выпускники, пережившие ее, давали обет молчания. Со школы я вынес убеждения, мотивацию и веру. Веру в то, что я нужен этому миру. Мой разум и тело прошли там суровую школу, и действовали уже сами по себе: без страха, гнева и воображения.

И сейчас в моей большой голове крутился маленький вопрос: что делать дальше, как начинать новую жизнь? Отец хотел, чтобы я пошел по его стопам и стал Верховным Жрецом Атлантиды. Но сердце мое не лежало к этому занятию. Я всегда хотел стать воином и служить в Серебряном Легионе. И вот сейчас, стоя у окна, я принял окончательное решение. И как ни странно, с этим решением пришло чувство облегчения. Оно возникло из ощущения, что мне предстоит нечто совершенно небывалое и новое. В этот момент я приобрел условную независимость, и надежду на то, что не являюсь больше игрушкой в руках жрецов Атлантиды. Да, жизнь будет полна ужасов и опасностей, которым придется противостоять. Но я буду действовать по своему разумению, не буду игрушкой в интересах жрецов, которых я не понимал, с их вечными интригами против иллюзорных врагов.

Алуся лежала рядом, закрыв глаза и не шевелясь. Генетически сформированная кошка-телепатка.

- Тебе не скучно было слушать меня, Алуся? – обратился я к ней. – Благодарю, что выслушала меня. Только не рычи, со мной все в порядке.

Тигрица моргнула и телепатически ответила вопросом.

- К чему все эти воспоминания?

- Я просто пожаловался тебе на свою жизнь.

- Этому мальчику уже добрых двадцать годков. Если ему не по душе такая жизнь, то мог бы прямо сказать отцу.

- Возможно, - задумчиво ответил я. – Наверное, мне и впрямь пора сдвинуться с места.

Утренняя заря украсила небо золотом. Солнце только-только начало подниматься над заснеженными пиками восточных гор: короткая и теплая ночь Атлантиды миновала, начинался длинный и приятный во всех отношениях день. Я стоял у окна и впитывал красоту восхода, наслаждаясь сладостью утреннего воздуха. Сегодня начинался праздник Огня – главное событие года в Атлантиде.

Валиус – внебрачный принц Атлантиды, а с ним и все земное человечество, продолжали свою обычную жизнь, не подозревая, что грядущие события перевернут не только этот мир, но и всю галактику.

ГЛАВА 2

Фобс, лейтенант Серебряного Легиона, зашел в комнату, ярко освещенную утренним солнечным светом, льющимся через круглые оконные проемы. В центре комнаты, за огромным круглым столом сидел Валиус, углубленный в чтение манускриптов. Фобс неодобрительно покачал головой.

- Да, я знаю, сел спиной к двери, - прочитал я его мысли. – Извини, слишком увлекся древней историей земли.

- Веселая же у тебя жизнь, - съязвил Фобс. – Удивляюсь, как ты еще стихи не пишешь.

- Не нужно ерничать, лейтенант, - заметил я, уязвленный его колкостью.

Вообще то, мы были хорошими приятелями с лейтенантом. Фобс всегда сопровождал меня на торжественные мероприятия, если не воевал где-нибудь за интересы жрецов Атлантиды и Садовников земли.

В Атлантиде была особая социальная структура, основанная на строгой иерархии каст. Фобс принадлежал к касте воинов, я – к касте высших жрецов. Из-за этого, между нами, всегда чувствовалась еле заметная напряженность, которая мешала полноценному общению. Хотя, в будущем, мы стали самыми лучшими друзьями на земле. Но это было уже потом, когда я добровольно перешел в низшую касту, в касту воинов.

- Валиус, мы опаздываем в Великую Пирамиду, на церемонию открытия праздника, - сказал Фобс, поглаживая Алусю. – А блохастых кошек туда не пускают.

Тигрица зарычала и начала медленно подниматься.

- Умных и красивых животных в Храм сегодня не пускают, - торопливо поправился Фобс. – Ты смотри, какие мы обидчивые. Пошли, Валиус.

Вскоре мы уже подходили к Великой Пирамиде – Храму Бога Ра. Пирамида вздымалась к небу гораздо выше, чем любое другое сооружение в Атлантиде. Ее золотые наружные облицовочные панели всегда отражали как первые лучи восходящего солнца, так и последние лучи на закате. Я всегда чувствовал себя крошечным карликом внутри нее, когда проходил между ее возвышающимися до небес колоннами. Очень возвышенным, и в тоже время подавленным, чувствовал я себя под тяжелым сводом ее огромных каменных блоков.

Сегодня Великий Зал Пирамиды был до отказа набит жрецами и сановниками из низших каст, разных мастей и рангов. Чиктот, Верховный Жрец и Император Атлантиды, восседал на своем золотом троне, окруженный своими жрецами-помощниками. За троном, полукругом, стояло около полусотни Титанов-девственников, - личная охрана и опора Императора Атлантиды. Их парадная форма сияла, а суровые лица были окутаны непроницаемой завесой таинственности.

- Фобс, а Титаны всегда такие важные, или только в особых случаях? – спросил я рядом стоящего лейтенанта.

- Обстановка обязывает, - серьезно и важно ответил Фобс, вызвав у меня улыбку.

Все жрецы вокруг обзавелись восковыми лицами людей, измученных потугами на поприще благодатных земных свершений. Общее впечатление было такое, что я попал в обитель страдающих мучеников за судьбы этого мира. Вот эта лже-духовная атмосфера Храма всегда терзала меня. Какая-то часть моего духа была заодно со всеми здесь собравшимися, но другая противилась им.

Император Чиктот, мой отец, поднялся с трона и направился к алтарю в центре зала, справа от Ожерелья Бога Ра. В Храме наступила идеальная тишина.

- Да живет Ра, Властитель Небес, в имени своем как Ра-Отец, - громоголосно открыл богослужение Верховный Жрец, он же император Атлантиды.

Он пропел только начало и конец из Книги Времен, а потом передал право вести церемонию одному из своих высших жрецов.

Громоподобный голос жреца наполнил Великую Пирамиду божественными вибрациями, ибо акустика здесь была великолепной. Он пел о Вселенной, о смысле жизни, о падших ангелах, от которых произошли атланты, и многое другое. Я погрузился в трансовую полудрему, наблюдая за калейдоскопом цветов, исходящих от Ожерелья Бога Ра. Его сине-фиолетовые отблески играли на драгоценностях, кружевах и дорогих тканях присутствующих сановников. Какое-то время я наблюдал за лицами жрецов, и это меня забавляло. Я их перелистывал одно за другим, и не за что было зацепиться. Скучные лица, хотя и сосредоточенно-умные.

Слегка вздрогнув, я выпрямился, недоумевая, что же нарушило мои философские размышления. А то была наступившая тишина, так как жрец прекратил свое пение. Я уже собрался шагнуть к выходу, когда он начал «Отпущение». Пение крепло, нарастало и завершилось словами: «И все возвращаются на небеса».

Теперь все направились к выходу, чтобы дальше проследовать колонной, через весь город, на береговую линию океана, где происходила основная и главная часть праздника Огня. В этом году торжество обещало быть еще более пышным чем обычно, ибо исполнялось триста лет правления моего отца - Императора Чиктота. Атлантида готовилась к нему долго и содержательно. По случаю праздника береговая линия океана на десятки километров была заставлена тысячами красных шатров. Это будет восемь дней массовых гуляний с состязаниями атлетов, скачками на динозаврах, магическими представлениями и многим другим.

Мы с Фобсом пробирались сквозь толпу, кишащую на берегу океана, - мимо ярко разодетых и разукрашенных женщин, мимо торговцев, расхваливающих свой товар. Все вокруг изобиловало движением, цветами и музыкой, - потому как в Атлантиде начинался праздник. Хотя основное торжество начнется завтра, с восходом солнца.

А тем временем последний подготовительный день близился к закату. Солнце скрылось за дальними горами, включились орбитальные зеркала, зажглись хрустальные шары. Ночью побережье океана всегда освещалось не менее ярко, чем днем.

Мы с Фобсом нашли караульный шатер Серебряного Легиона, и начали коротать ночь за пустыми разговорами. Под утро лейтенант толкнул меня, уснувшего, в плечо.

- Пошли, Валиус, а то пропустим самое интересное.

Мы вышли из шатра. За ночь океан у берега заполнился всевозможными кораблями, рядом с которыми на волнах вальяжно покачивались звездолеты-амфибии. Сквозь радостный человеческий шум и монотонный рокот прибоя пробивалась музыка сфер. Дельфины выпрыгивали из воды и плясали на волнах под эту очаровательную музыку. Легкий ветерок доносил запах океана, приправленный ароматом цветов.

За час до рассвета заговорили громовыми раскатами ритуальные барабаны – призыв к танцу восходящему солнцу, атланты будут танцевать перед Создателем. На многие километры разнеслась барабанная дробь, наполняя все пространство ритмичным боем. Одетые в красные шаровары барабанщики – младшие ученики школы Инкал, были обнажены до пояса. На их темных детских торсах поблескивали капельки пота; но ни на миг не прерывали они звуковой поток. С приближением рассвета зазвучали, славящие Бога Ра, хоровые песнопения, - нарастающие и спадающие, следуя ритму барабанов, они, словно сети, оплетали все человеческие чувства.

Потом в один миг все барабаны затихли. Первый луч солнца упал на золотые панели Великой Пирамиды. С ее вершины зазвучала нежная мелодия, издаваемая самой Пирамидой, и слышима всей империей. Ее подхватили трубы, расположенные вокруг столицы Атлантиды. В такт нарастающей мелодии в небе начало разгорятся многоцветное видение – небесные магические мистерии. Люди на побережье замерли, потом разразились криками и аплодисментами. Несмотря на то, что праздник проходил каждый год, жрецы-маги еще ни разу не повторились – ни в цветовой гамме, ни в торжественной мелодии этого фейерверка.

Золотые врата столицы Атлантиды широко распахнулись, и из них вышла торжественная процессия. Впереди шел Чиктот. Перед ним знаменоносец Серебряного Легиона нес Великий Штандарт Императора Атлантиды. За ним следовала вся элита империи – Высший Совет Жрецов Атлантиды, а за ними жрецы рангом пониже. По традиции замыкали процессию Титаны-девственники Серебряного Легиона. Вдоль широких улиц, по пути их следования, от Великой Пирамиды и до побережья океана, выстроились миллионы атлантов; рукоплещущих и размахивающих флагами и знаменами Атлантиды. Воздух вибрировал от оваций Серебряному Легиону. Любил народ своих Титанов-девственников, - этих трехметровых воинов-магов. Я внимательно смотрел на толпу, и видел ее ликующее восхищение.

- Потрясающее событие, - произнес Фобс с улыбкой. – Духовный подьем всегда укрепляет общественную мораль.

- А я ощущаю себя немного подавленным, - сказал я. – Шум толпы напоминает мне грохот цунами, обрушившегося на прибрежные скалы.

- Счастье улыбается смелым, - загадочно произнес Фобс. – Твое унылое настроение говорит о том, что ты стоишь перед серьезным выбором. Наберись смелости и поговори с отцом о своем будущем, он поймет тебя.

- А если не поймет.

- Поймет. Он просчитает всю цепочку причин и следствий, все альтернативные случайности будущих событий. И придет к выводу, что твое место в Серебряном Легионе. Или среди заумных жрецов-магов. Но для себя ты должен сам решить, кем быть, а кем не быть. Быть самим собою в этом мире недостаточно; нужно еще немного потрудиться, чтобы стать кем-то еще.

-Благодарно признателен тебе, Фобс, за такое обучение мудрости.

- Ну да, ты же счастливчик. Родился с золотыми яичками и серебряным пропеллером в заднице.

- Закрой рот, умник.

- Мои извинения, принц Атлантиды. Пойдем лучше пообщаемся с нашими инопланетными друзьями.

Побережье океана бурлило жизнью, как настоящий муравейник. Всюду горели костры в виде круговых мандал. В этих огненных кругах, под ритмичный стук барабанов, танцевал народ.

Мы направились в зону приема гостей, такого себе небольшого временного космодрома. Там уже блистали золотистые корабли огнеголовых паскатов и собакоголовых анубисов из созвездия Большого Пса. Паскаты прилетали с четвертой планеты Сириус-Б. Внешне они походили на тигров, ходячих на задних лапах. Как всякие кошачьи они имели хвосты, когти, шерсть. Только их челюсти были менее длинные, а уши острее, чем у моей Алуси. Умом и ростом они значительно превосходили атлантов. Паскаты были мастерами медитативных практик и путешествий во времени, чему и научили некоторых наших жрецов-посвященных. В созвездии Большого Пса находится более двадцати обитаемых планет, но только на четырех живут гуманоиды, похожие на людей. Остальные планеты населяют собакоголовые, насекомоподобные, ящероподобные рептилоиды. На их главной планете, Крон Алебе, обитают собакоголовые анубисы, давшие Атлантиде многие прогрессивные технологии.

Чуть дальше и правее я увидел разноцветные шарообразные корабли с созвездия Лебедя. Это цивилизация любви и бессмертия. Они живут столько, сколько захотят, не зная болезней и старости. При желании они сжигали свое тело, и сразу же воплощались в теле новорожденного ребенка. По причине своей любвеобильности они не покидали трехмерный физический мир своей планеты, хотя могли бы стать бесплотными и лучистыми существами высших измерений. Но в тех высших измерениях нет телесной любви, живой любви друг к другу. Они так считали, и это их не устраивало.

Из толпы атлантов выпорхнула белокурая красавица и подбежала ко мне. Я помнил ее с детских лет, щебечущую заводную лебедианку Вагину. Она стиснула меня в своих объятиях, и на меня обрушился мощный заряд душевной чистоты, сердечности, и космического экстаза. Этот приятный момент был испорчен негромким хихиканьем. Я медленно повернулся, и встретил наглые смеющиеся глаза Фобса. Лучезарно улыбаясь, Вагина увлекла нас к своему кругу, где выступали их музыканты. Их музыку можно было слушать вечно. Она звучала вначале громко и торжественно, потом опускалась до тихого перезвона. Дело в том, что их разговорный язык был отдаленно похож на человеческую речь землян, и состоял из слов-тянучек. Но для усиления эмоциональности речи они всегда переходили на милозвучные арии. По своей сути арии представляли собой математические коды, состоящие из гармоничного набора чисел, которые мелодично вплетались в спирали ДНК слушающих. Через короткое время мы незаметно покинули их общество.

Отдельной группой расположились симпатичные миниатюрные плеядеанцы – старшие братья землян. Десятки миллионов лет назад, еще до появления «первого» человека, их цивилизация начинала свое зарождение на нашей планете. Плеядеанцы прошли полный эволюционный круг своего развития на земле и переселились на планеты звезды Майя, освободив землю нам, людям, - красивым и умным. По внешним признакам эта высокодуховная цивилизация походила на своих «прародителей»-лирианцев, - они были их уменьшенными копиями. Если лирианцы и сириусияне являлись как бы отцами и матерями землян, то плеядеанцы были нашими старшими братьями, постоянно опекавшими и оберегавшими нас от некоторых агрессивных гуманоидов Вселенной. Фобс на крыльях радости уже летел к плеядеанцам, забыв о своих обязанностях моего охранника. Они всегда привозили со своих богатых планет интересные подарки в виде драгоценных камней и лучистых кристаллов.

Среди атлантов важно расхаживали интеллектуалы с планет Фиг и Вам созвездия Большой Медведицы, и сексуально-озабоченные фиолетовые гуманоиды созвездия Центавра. Страстные центавровцы обожали секс на расстоянии, и этот праздник был для них хорошим поводом порезвиться. Важно расхаживали гуманоиды с планеты Ария - великие манипуляторы и жесткие тантристы с созвездия Ориона. Были здесь Титаны цивилизации Теро с созвездия Веги, и хитроумные марсиане, обосновавшие внутренние пустоты нашей планеты в качестве своего второго дома.

Под огромным малиновым навесом мой отец, Верховный Жрец Атлантиды, что-то эмоционально объяснял делегации лирианцев. Белокурые и голубоглазые Боги-создатели превосходили Императора как по росту, так и по разуму. Многочисленные народы созвездия Лиры первыми заселили планеты Веги, Сириуса, Плеяд. Они были самыми первыми гуманоидами, которые в очень-очень далеком прошлом колонизовали планеты солнечной системы: Немезиду, Фаэтон, Аристон, Марс и Землю. Мы запечатали в себе гены этих скалоподобных красавцев с голубыми, карими и кошачьими глазами. Лирианцы носили на себе эмблемы кошек и птиц, образы своих Учителей. По такому же принципу сириусияне носили эмблемы змей, своих Учителей – рептилоидов с созвездия Возничего. И, нужно заметить, наших Учителей тоже. На данном историческом этапе эволюции рептилоиды были нашими Учителями, Садовниками Земли.

Вдруг странная тишина, словно плащом, окутала все вокруг. В дальнем углу временного космодрома приземлился огромный сверкающий космокатер. Атланты и гости праздника замерли, вставая на цыпочки и стараясь разглядеть спускающегося по трапу, как можно лучше. Это была фигура огромного существа, облаченного в фиолетовые одежды. Глубокий капюшон скрывал лицо, виден был лишь подбородок. Подбородок был явно нечеловеческий, покрытый темно-коричневой чешуей. Океанский ветер шелестел в кронах деревьев, слышались тихие мелодии. Звон декоративных колокольчиков, развешанных по периметру зоны гостей, начал отбивать звуки, складывающиеся в слова: «Главный Садовник Земли, Главный Садовник Земли…». Да, это был Главный Садовник Земли – рептилоид Шаваоф с созвездия Возничего. Нужно заметить, что Садовников на Земле всегда было много. Но всегда был среди них Главный… Способный лицезреть и корректировать весь спектакль, разворачивающийся во времени и пространстве на планете Земля. Это была его главная задача.

У жрецов Атлантиды было какое-то странное гипертрофированное стремление встречать Шаваофа с царскими почестями. Они смотрели на него, как на Высшее Божество. Хотя, насколько мне было известно, себя таким он не считал. Он выполнял роль Космического Учителя атлантской семитской субрасы, - ни больше, ни меньше.

Шаваоф поднялся на импровизированную трибуну для краткой официальной речи.

- Вы знаете, кто я, и откуда пришел, - начал он своей шаблонной фразой. – Я слышу шум Вселенной в ваших голосах, а главное, вижу Вселенную в ваших глазах.

Далее он проповедовал простые истины о единстве всех вещей, о законах причинности, о рождении и смерти, об иллюзии мира, о единении со Всевышним и путях спасения. Многие слушали, но немногие слышали. Ну, как обычно…

Когда официальная часть программы закончилась, все разбились на группы по интересам для шумного гулянья и веселья. Отец возле трибуны о чем-то мудро разговаривал с Шаваофом.

В какой-то момент я ощутил давление чужой воли на мое сознание, и не в силах был противостоять ей.

- Подойди ко мне, Валиус, - раздался голос в моей голове.

Я посмотрел в сторону Шаваофа. Он смотрел на меня. Я еле справился с внутренней и внешней дрожью, успокоил дыхание и пульс. И направил свои стопы в его сторону с одной мыслью: «Это находка или утрата, мне придется оплакивать свое прошлое или будущее».

- Ну здравствуй, Валиус, внебрачный принц Атлантиды, - гортанным голосом прошелестел Шаваоф. – Ну здравствуй, юный манипулятор.

- Я не очень тебя понимаю, Шаваоф.

- Все эти годы я наблюдал за тобой. Скажи, тебе приходилось нарушать правила ради победы?

- Думаю, да. Я не горжусь этим, но это иногда необходимо.

- Значит, цель оправдывает средства? – язвительно спросил Шаваоф.

- Я так не думаю, потому как это почти всегда приводит к неприятностям. Хотя, как я заметил, все цивилизации галактики прибегают к нечестной игре, нарушают правила. И не видят в этом ничего плохого.

- Но все они знают одну вещь, - перебил меня Шаваоф.

- Какую?

- Чтобы нарушить правила, в них сначала нужно разобраться.

- И как это относится ко мне?

- В будущие события Земли вовлекаются огромные силы, которые повлияют на ее историю, - начал Шаваоф. – Это атлантские колдуны, Серебряный Легион и Галактический Совет Миров, который занимает относительно нейтральную позицию. Этот политический треугольник, в отличие от механического, является очень неустойчивой конструкцией. У нас есть допущение, что укрепить эту конструкцию может судьба одного, отдельно взятого человека. В этом мире мы отыскиваем и отбираем атлантов, и делаем их настолько свободными, насколько нам позволяют наши возможности и их желание. Так формировался и формируется Серебряный Легион Атлантиды. У меня к тебе вопрос. Готов ли ты, принц Атлантиды, отказаться от привилегий высшей касты жрецов и перейти в низшую касту воинов, - стать Титаном-девственником Серебряного Легиона?

- Ты сканируешь мои мысли?

Шаваоф издал звук, похожий на смех.

- Нет, я не читаю твои мысли. Просто я знаю, как размышляют юноши твоего типа.

- Но здесь одного моего желания мало. Отец как бы против моей службы в Легионе.

-Со временем я постараюсь найти весомые аргументы твоему отцу. А пока основательно займись своей физической подготовкой. Я все сказал. До скорой встречи.

Я развернулся и направился к Фобсу, который наблюдал всю эту сценку со стороны.

- Ну, и что поведал тебе этот фонтан инопланетной мудрости?

- Это тебя не касается, лейтенант.

- Понял, не дурак. Может, поплаваем в океане. Я покажу тебе заброшенный подводный город.

- Где тебя научили подлизываться, Фобс? Ладно, пошли, а то здесь становится скучно. И как-то немного опасно…

Мы забрались на самый высокий скальный выступ, довольно далеко от шумной толпы. Фобс первым прыгнул в океан, и через мгновение силуэт его тела уже исчез в водных глубинах. Я надел свой короткий меч на шею, зафиксировал его ремешками на груди, и тоже прыгнул за ним.

Солнечные лучи уходили далеко вглубь, на десятки метров, преломляясь и переливаясь в океанских глубинах. Наш запас жизнедеятельности под водой позволял спокойно провести двухчасовую обозрительную экскурсию на дне океана.

- Догоняй, Валиус, - донесся до меня телепатический голос Фобса. – Я уже позвал дельфинов, сейчас будет игра.

Метрах в тридцати под собой, и немного впереди, я разглядел Фобса. Поверхность океана казалась отсюда бесконечно далекой.

- Привет братьям! – услышал я голос Фобса.

- Привет! – отозвался голос, напоминающий прерывистый свист.

Прошла минута, и к нам начали подплывать дельфины. Они закружили вокруг нас, исполняя какой-то свой ритуальный танец. Один из них, самый большой и мускулистый, подплыл ко мне и начал вращаться, усиленно работая широким хвостовым плавником. Меня закрутило волчком.

- Крис, прекрати! – послал я просьбу вожаку. – У меня голова закружилась!

Дельфин сделал вежливый пируэт, и направился вглубь океана. Я поплыл за ним. Через несколько минут мы уже были возле входного шлюза огромной армированной стеклопластиковой сферы, диаметром около километра и наполовину заполненной водой. Это был заброшенный подводный город-поселение, древняя лаборатория лемурийской цивилизации.

Когда мы подплыли, то Фобс уже мудрствовал над кодовым запирающим устройством. Вскоре благополучно миновав темный шлюзовой туннель, мы оказались внутри этой сферы. Мы подплыли к лестнице, которая вела на платформу шириной около ста метров. Эта платформа опоясывала сферу по всему кругу и разделяя ее на две полусферы. Нижняя полусфера была заполнена водой, а верхняя - чистым воздухом. На платформе вдоль сферы располагались здания. Свет от старых висячих хрустальных шаров был слабым, и мне трудно было определить размеры этих сооружений.

Как только наши ноги коснулись платформы, она засветилась, и мы в изумлении остановились. Потом мы прошли немного и вошли в ближайшее здание, сопровождавший нас свет вспыхнул вдвое ярче. Внутри это было практически пустое помещение, без каких-либо признаков жизнедеятельности. Иногда попадались столы с ржавыми приборами и инструментами, кровати и металлические клетки.

- Когда-то, очень давно, здесь располагалась генетическая лаборатория, - сказал Фобс. – Мы точно не знаем, кто был ее хозяином: лемурийцы или наши инопланетные друзья. Пошли отсюда, Валиус, здесь воняет чужеродными мыслеформами.

Мы вышли на платформу и остановились, уловив какое-то движение в пространстве. Потом донесся всплеск. Поток моего сознания замер вместе с дыханием. На другом конце сферы из воды поднялось на платформу какое-то существо. Я ментально увеличил кратность своего зрения и рассмотрел его тело. Что-то было не так в его движениях и постановке головы. Ноги сгибались как-то неестественно, не вперед, а назад. Форма головы была необычна: череп поднимался над глазами слишком высоко. Общим обликом оно походило на человека, несмотря на перепончатые руки и ноги. Невероятно большие и пухлые губы, огромные выпученные как линзы глаза. Существо замерло и начало вертеть головой под неестественными углами, пытаясь обозреть все пространство вокруг. А потом оно прыгнуло в воду и исчезло.

- Где вход, там и выход, - нарушил тишину Фобс. – Я хочу на солнечный свет, убираемся отсюда.

Вскоре мы поднялись из глубин океана, оделись, и снова окунулись в суматоху огненного праздника. Всю ночь и следующий день мы гуляли по побережью, ели и пили вместе с атлантами и нашими друзьями-гуманоидами. Мы долго танцевали и пели под музыку, которая играла все время, не умолкая. К концу третьего дня мы с Фобсом, наконец-то, попали в свой Храм Воинов. Есть, пить и гулять три дня – это тяжелая работа. Чтобы ни говорили…

После всех этих развлечений и гуляний я очень крепко уснул. И я видел сон, который видят только озабоченные юноши; в нем странно переплетались сексуальные утехи и романтическая любовь. Лебедианка Вагина целовала меня, обнимала и ласкала. Она предлагала узнать ее поближе, узнать, как никто другой. Эта феерия продолжалась почти до утра…

Но это был только сон. А наяву Валиусу предстояло пройти долгий жизненный путь Титана-девственника, без романтической любви и сексуальных утех. С оружием в руках, и с постоянным присутствием смерти за спиной…

ГЛАВА 3

Первый рассветный луч солнца разбудил меня, но я еще долго нежился в постели, изучая потолок. Я размышлял как о будущем Атлантиды, так и о своей блуждающей душе в этом будущем. Ведь наступит время, и моя душа предстанет перед Отцом Небесным, и ей придется держать ответ за все, что я совершил в этом мире. И как она будет оправдываться? Какие слова будет подбирать? В этом и была главная задача принца Валиуса, - выбрать правильный путь, или угадать его…

Сбросив одеяло, я торопливо уселся на кровать. Воздух, как всегда, был пропитан запахом запекшегося хлеба. После мучительного прикосновения ледяной воды в душе, мое тело быстро проснулось. Одевшись, я с легкостью открыл тяжелую золоченную дверь, за которой начинался пустой, облицованный красным деревом коридор. По нему я направился в тренажерный зал.

В зале, справа от входа, стояло фехтовальное зеркало с комплексом неподвижных призм. Рядом с ним – ободранный спарринг-манекен, похожий на израненного и покалеченного в боях мутанта-козодоя. Сегодня в зале был всего один человек – Юрген, Командор Серебряного Легиона. Он исполнял свой обычный боевой танец, в котором было какое-то первобытное начало от человека и зверя, что-то смертоносное и в то же время прекрасное. Командор крутился волчком, подпрыгивал, зависал над землей, рассекая воздух двумя мечами. Покатился по полу, выгнул спину и вскочил на ноги. Его руки и ноги мелькали, поражая незримых врагов, а лицо оставалось безмятежным и свободным от всяких эмоций.

Я долго наблюдал за Командором, укрывшись в тени манекена. Это зрелище всегда привлекало меня своей грациозностью и таинством. В завершение Юрген подбросил оба клинка в воздух и, сделав сальто вперед, поймал их за рукоятки. Я захлопал в ладоши. Командор поклонился, схватил рядом стоящее копье и бросил его в мою сторону. Уклонившись влево, я перехватил его за древко правой рукой. Но я не рассчитал инерцию броска, и наконечник оцарапал мое правое плечо.

- Ты сработал головой, а не телом, - покачал головой Юрген.

С самого раннего детства Командор был моим учителем боевого мастерства. Самая первая его истина звучала приблизительно так: «маленький мальчик не должен драться с большим мальчиком, иначе получит большую трепку». Я вдруг подумал, что, наверное, как раз пришло время выяснить, кто из нас маленький мальчик, а кто – большой. Юрген, вероятно, прочел мои мысли…

Командор принял боевую стойку с развернутыми в стороны руками, и первым атаковал Валиуса. Сделав обманный удар левой рукой, он нанес ногой удар по его голове. Валиус успел отклониться, но все-таки получил удар в плечо. Удар был сильным, плечо онемело. Пританцовывая, Юрген отступил назад. С яростью волчонка, Валиус двинулся на него. Все его хищные и грубые удары Командор блокировал без труда. В какой-то момент Валиус ухватил соперника за щиколотку и бросил на пол. Но больше ничего не успел сделать, так как получил удар в голову за правым ухом. Не очень сильно, но глаза Валиуса остекленели, и он начал моргать.

- Мне надо бы высечь тебя за такую небрежность, - сказал Юрген. – Ты способный ученик, Валиус. Но даже в учебном бою ты не должен пропускать удары сквозь свою защиту, ибо это цена твоей жизни в настоящем бою.

- Просто я сейчас не в настроении, - сказал я.

- Не в настроении?! – прорычал Юрген. – А при чем тут твое настроение? Настроение – это для жрецов-магиков в их темных делах, или при любовной игре. Но не в сражении!

- Извини, Командор. Я не прав.

- А теперь защищайся по-настоящему, сопляк. Бой на максимальной скорости.

Почуяв явную опасность, я нажал кнопку на поясе и активировал свой энергокомбинезон. Сразу почувствовалось легкое покалывание на коже и характерное изменение внешних звуков, приглушенным силовым полем.

Юрген высоко подпрыгнул и завис в воздухе. А потом бросился вперед, яростно атакуя. Я парировал его удар, и быстро отступил. Послышался треск соприкасающихся силовых полей, зал наполнился запахом озона. Я оборонялся, как мог, но даже не попытался пробить защиту учителя.

- Что ты делаешь? – остановившись, спросил Командор.

- Обороняюсь, учитель.

- А что должен делать?

- Нападать. Но у тебя нет оружия.

- Слушай меня, маленький засранец! – рявкнул Командор. – Этот урок закончится кровью – либо моей, либо твоей. Или нападай, или положи меч в пирамиду. И отправляйся к жрецам учиться их гребаной науке.

Я положил меч в пирамиду и направился к выходу.

- Боишься? – прошипел Юрген.

- Я боюсь одного – ранить тебя.

- Иди сюда, Валиус. Мы можем тренироваться с тобой целую вечность, но воином ты так и не станешь. Не столкнувшись с настоящей угрозой, ты никогда не научишься ее отражать. Кто-то из нас сегодня зальется кровью, и, по всей видимости, это будешь ты. Если будешь сражаться умело, твои раны будут незначительными. Но ты можешь сегодня умереть.

- А какой в этом смысл? – спросил я.

- А в войнах есть смысл? Выбирай: или уходишь, или сражаешься. Если уйдешь, я больше не желаю видеть тебя своим учеником.

Я стоял, обвешанный сомнениями с ног до головы. С одной стороны – хотелось уйти обиженным на весь мир, а с другой – это позор, и конец мечтам всей моей жизни.

- Я буду драться.

- Тогда приступим.

Тот свирепый бой я запомнил на всю свою жизнь. Длинный шрам на груди в будущем всегда напоминал мне о нем. У Командора осталась отметина на левой щеке. Мы дрались не на жизнь, а на смерть. Тогда мы забыли, кто ученик, а кто учитель.

Когда из моей груди ударил фонтан крови, бой был остановлен. Зажав ладонью рану, я проговорил задыхаясь.

- Надеюсь, что когда-нибудь научусь драться как ты, учитель.

- Ты будешь драться лучше меня, Валиус. Через пять лет из тебя выйдет хороший Титан Серебряного Легиона, один из лучших. Надо признать, что ты дерешься намного лучше, если тебя разозлить. Теперь ты в настроении?

- Ты так набросился на меня… Мне показалось, что тебе захотелось прирезать меня, как овцу.

Юрген задвинул меч в ножны и выпрямился.

- Мне не хотелось бы, чтобы моего любимого ученика зарезал какой-то мутант в бою. Покажи свою рану.

После некоторых магических манипуляций Командор остановил кровь и затянул пробоину в моем теле. Через десять минут остался только памятный шрам, - отметина учителя.

- Не стоит переживать из-за одного-двух шрамов, полученных на тренировке, - заметил Юрген. – Главное для меня - сделать из тебя первоклассного воина. То, чем мы здесь занимаемся, совсем не игра. Грядут трудные времена, Валиус. И все надежда Атлантиды будет только на Титанов-девственников.

Мне показалось, что Командор стал каким-то необычно серьезным и обеспокоенным.

- Наверное, в этой империи только я один чего-то не знаю, и продолжаю играть, - сказал я. – Что-то в последнее время все какие-то слишком озабоченные.

Командор посмотрел на меня внимательно и проговорил.

- К сожалению, наши игры закончились. Император ждет тебя после вечерней трапезы для разговора.

Верховный Жрец, он же Император Атлантиды, он же мой отец, занимался текущими государственными делами в большом круглом зале Храма Воинов. Черные гранитные стены играли бликами от света хрустальных шаров, в большом круглом окне отсвечивала золотом Великая Пирамида. В центре зала стоял золотой круглый стол с высеченными глубокими иероглифами по периметру. Вокруг стола находилось двенадцать кресел – для Высшего Совета Жрецов, Совета Двенадцати.

Отец сидел, расположившись за письменным столом у окна. Он пристально всматривался в страницы огромной книги в кожаном переплете. Увидев меня, он улыбнулся, придерживая палец на нужной строке.

- Я ждал тебя, Валиус, - приглушенным голосом сказал отец.

Его лицо и тело были покрыты темной кожей, цвета вороненой стали. Он был плечистым и жилистым, на полголовы выше меня. Глаза под тяжелыми седыми бровями казались бездонными озерами – темно-синими, как ночной океан. Тонкогубый рот всегда был плотно сжатый, предназначенный только для суровых слов и резких приказов. Атланты считали его слишком жестоким правителем, и он действительно был таковым.

- Поздравляю тебя с завершением учебы, Валиус. Но в этом мире есть множество истин, которым не учат в магической школе Инкал, - начал разговор отец. – Ты знаешь, чем примечателен сегодняшний день?

- Нет, отец, - ответил я.

- Двадцать лет. Ты находишься в этом мире двадцать лет. Закончился первый этап твоей жизни. Ты сегодня из мальчика превратился в юношу. С самого детства, Валиус, тебя учили править, воспитывали жажду власти. Тебя обучили видеть насквозь все уловки политики, все глубокие тайны войны и религии. Так случилось, что сейчас проблема моей жизни тесно переплелась с проблемой Атлантиды. Я не могу больше править этой империей. Готовься стать Императором Атлантиды и принять скипетр правителя.

Я немного ошалел от такого разворота.

- Ты же знаешь, что это противоречит моей природе, - чуть слышно проговорил я. – Да и молод еще я, для таких важных императорских дел.

Я не мог вспомнить, когда в последний раз лицо отца пылало таким гневом.

- В чем твоя природа, Валиус? – крикнул отец, резко захлопывая книгу. – В чем твое отличие от других? Моя кровь, которая течет в твоих жилах? Или кровь твоей матери – царицы амазонок?

Он закрыл ладонью глаза и что-то прошептал. В зал вошел Командор Серебряного Легиона. Юрген еле заметно улыбался, а потом проговорил:

- Запомни, Валиус, главную истину. В Атлантиде власть принадлежит тому, на чьей стороне Серебряный Легион. В Атлантиде все зависят от Титана с метеоритным мечом и лазерным ружьем.

Император проницательно посмотрел на Командора, сдерживая легкую улыбку.

- Юрген, начинай с ним серьезное обучение. Ты передашь ему все свои знания и навыки. Когда-нибудь он заменит тебя на посту Командора Серебряного Легиона.

Юрген подошел к столу и взял пригоршню хрустальных шариков.

- Проверим его способности? – спросил он отца.

- Как хочешь, - улыбаясь, согласился тот.

Я недоумевал, пытаясь понять суть их разговора.

- Валиус, видишь хрустальные шарики? Поймай их все, принц Атлантиды, - серьезно сказал Командор. – Поймай их все, иначе наденешь рясу жреца Атлантиды.

Я полностью не осознавал, о чем говорит Командор. Но по напряжению его лица сделал заключение, что это очень важно.

Я сделал глубокий вдох, чтобы собраться, а Юрген резко бросил шарики вверх, которые разлетелись подобно фейерверку в разные стороны. Я быстро рассортировал их свечение, и стал следить за траекторией их полета. Первые три легко упали в левую руку, а за остальными нужно было двигаться. Я стремительно развернулся вокруг своей оси и сделал череду почти невидимых для зрения движений телом и руками. Потом резко выпрямился и встал перед Командором. Увидев мои сжатые кулаки и серьезное лицо, Юрген обвел взглядом пол в поисках шариков. Я протянул ему кулаки и медленно разжал их, с победоносной детской улыбкой. В правой руке было семь шариков, в левой – шесть.

Командор слегка присвистнул, и подошел к отцу.

- Я бросил все тринадцать шариков – он их поймал. Он сделал это.

- У меня это никогда не получалось, - выдохнул отец, не в силах скрыть удивления.

- Вот потому ты и не Командор, а Верховный Жрец, - с торжественной улыбкой заметил Юрген.

Император громко засмеялся, на миг забыв о жестокой реальности долга субординации.

ГЛАВА 4

Долгие часы и дни проводил Валиус с Командором Титанов-девственников, в совершенствовании своего боевого мастерства. Недели шли за неделями, месяцы за месяцами, сменялись годы. Время утратило всякое значение в беспрерывных сражениях до изнеможения. После короткого отдыха мы вновь и вновь возвращались к боевой подготовке. Многие Титаны, наблюдавшие за нашими схватками, отмечали быстроту, с которой я усваивал военные уроки. Но все было намного проще: меня с детства научили тому, как надо учиться. Подвергая свое тело ежедневным физическим тренировкам, я исхудал и озлобился, став похожим на гончую собаку. Улыбка, освещавшая некогда мое детское лицо, исчезла навсегда.

К концу пятого года обучения, в возрасте двадцати пяти лет, я уже не уступал своему учителю, как в контактных поединках, так и в тактике и стратегии военного искусства. Рост мастерства приносил мне удовлетворение. Я не упускал любую возможность позаниматься, отдавая этому практически все свое время. На пять лет мечи стали моими лучшими друзьями. Я хорошо усвоил самое первое наставление учителя: «В комфортных условиях человек становится слабым, изнеженным, теряет чувство реальности. И за это приходится расплачиваться. Иногда даже своей жизнью». Но я еще многое не понимал в этом суровом мире.

И вот наступил тот день, когда Император решил полюбоваться успехами своего сына. Сегодня он зашел в тренажерный зал со свитой своих жрецов-помощников, и расположился в углу возле оружейного стеллажа, дожидаясь зрелища. Кивком головы он подозвал к себе Юргена.

- Ну как у юноши успехи?

- Он славный воин, - ответил Командор, немного подумав. – И хороший человек.

- Ему еще предстоит стать славным, - заметил Чиктот. – Владеть оружием – это у него в крови. Но есть много чего другого, чем обязан владеть настоящий воин.

Я молча наблюдал за ними со стороны. Последние пять лет я крайне редко виделся с отцом, да и он как-то отделился от меня. Телепатически я видел, как Юрген ловил мысли Императора. А тот еще иногда подумывал, как забрать сына из-под опеки Командора, и передать его жрецам Атлантиды для дальнейшего обучения и посвящения в высшую касту жрецов. И на телепатическом уровне я чувствовал, что окончательное решение он примет очень скоро.

Юрген вынул два меча из украшенных драгоценными камнями ножен, и бросил мне.

- Покажи, юноша, как дерутся Титаны Атлантиды! – громко сказал он, бросив злобный взгляд в сторону жрецов. Как и я, он их на дух не переваривал.

Вид рассерженного учителя вызвал у меня мощный прилив психической энергии. Будет вам зрелище, магики переученные!

Любимые мечи привычно легли в обе руки, и я подошел к своему боевому спарринг-манекену. Этот робот был ценным партнером, запрограммированным по силе на трех воинов-противников. В его «памяти» были записаны сотни приемов, а тело покрывали пьезоэлектрические радарные датчики. Он наблюдал за противником всей своей поверхностью.

Славная будет схватка!

Валиус кончиком меча нажал на кнопку включения манекена. Манекен с гудением начал двигаться, из отверстий высунулось четыре меча. Вдобавок он ощетинился мелкими острыми лезвиями, которые вибрировали и жужжали. Эти клинки засверкали в зеркальных призмах, расположенных по периметру зала. Динамик начал отбивать секунды, оставшиеся до начала боя. Занимаясь в этом зале с малых лет, мне часто казалось, что манекен живет своей собственной жизнью. Машина копировала все мои движения, нападала и защищалась. А зеркала умело отвлекали глаза от опасности, чтобы обмануть, и тем самым научить.

Манекен начал атаку. Я парировал его удары и переходил в контратаку. Шел умеренный тренировочный бой. В монотонности этой битвы мое сознание разделилось. Одна его часть напряженно контролировала ход поединка, а другая блуждала где-то вдалеке, размышляя: «Я словно хорошо выращенное плодовое дерево. Генетически усовершенствованный биологический механизм с развитыми чувствами, способностями и мышцами. И для каких же целей они вырастили это дерево?». Я уклонился от медленного рубящего удара, и с приливом какой-то горькой обиды пошел в жесткую контратаку.

Мечи скрестились, полетели искры. Это был настоящий боевой танец машины и человека. Теперь Валиус наступал с яростью, какой Юрген еще не видел в своем ученике.

Я отразил очередной удар и кончиком меча коснулся ускорителя на плече манекена. У него загорелся красный огонек на груди, и машина уже атаковала с новой скоростью – чуть быстрее, чем прежде. После пятого огонька манекен уже двигался с опасной для меня скоростью. В какой-то момент он прижал меня к стене. Я воспарил в воздух и перепрыгнул через него, держа мечи остриями вниз. Опустившись с магической высоты, я вновь ринулся в схватку. Боковым зрением я сосчитал десять огоньков на манекене. Лучшие Титаны Легиона прекращали бой при семи огоньках. Мой разум заскулил и попросил прекратить это безрассудство. У манекена были настоящие клинки, которые могли ранить, и даже убить. Я откатился назад, стараясь держаться на безопасном расстоянии от этого бешенного робота.

Вдруг свет в зале погас. Теперь мне оставалось положиться на обостренный слух и природное инфразрение. Манекену было без разницы: есть свет, или его нет. Один из нас должен был сегодня умереть.

Робот все наносил удары, неутомимо и безжалостно. Молнией сверкнул ожидаемый удар, но моя левая рука короткой отсечкой выбила клинок у манекена. Другим мечом я полоснул по левому плечу робота, а в завершение приема отсек ему правую руку. В следующий миг манекен уклонился от моего основного удара: меч разрубил воздух у него над головой. Меня охватил восторг. Я был уже не Валиусом, а антиманекеном - машиной уничтожения.

Вспышка света озарила тренировочный зал. Манекен дернулся и отключился. Юрген остановил бой.

- Десять огней – это высшее мастерство, - заметил Командор. – Надеюсь, что ты представлял себе, насколько это опасно?

- Зачем же в этой штуке столько огней, если их нельзя использовать? – спросил я в ответ.

Командор подошел к Императору, который кивнул в знак одобрения. Чиктот внимательно наблюдал за боем. Он не мог не оценить по достоинству науку, преподанную Юргеном его сыну. Валиус был готов. Он был физически готов к любой войне.

- Да, я вижу, что он готов для Легиона, - сказал Чиктот. – Это высокая честь для тебя, Командор. Но все равно, мне это не нравится, что в моем сыне играет кровь этих воинственных амазонок. Я всегда говорил, что они там слегка помешаны на войне. Валиус, иди сюда!

Я подошел к отцу.

- Валиус, ты принц Атлантиды, и жертва должна исходить от тебя, - сказал Чиктот, искоса поглядывая на своих жрецов.

Я ответил ему:

- Ты – Верховный Жрец, отец, и Бога я предоставляю тебе. Окажи мне ту же услугу, и предоставь мне жить, как я хочу. Остановить меня на пути в Легион не под силу даже тебе – Императору Атлантиды.

- В этой Вселенной не всякая задача имеет ответ. Но одно я знаю точно: все мы, люди, чужаки в этом мире, - горько сказал отец. – Проживи свою жизнь по частям, сынок. Потому что любая дорога, пройденная до конца, приводит в тупик. Запомни это, и прими мой подарок.

Отец достал и развернул сверток.

- Это главный из метеоритных мечей, созданных миллион лет назад Садовниками Земли для первых атлантов. Он предназначался для войны с демонами и способен разрубить любой камень.

Я вынул меч из ножен. В основание рукояти был вставлен большой голубой диамант - в оправе из спиралей золота. Сама рукоять была оплетена драконьей кожей, а посеребряное лезвие усыпано таинственными рунами.

- Будь очень с ним осторожен, - предупредил отец. – В нем заключена огромная сила, власть над жизнью и смертью.

Я стоял и пытался понять глубинную природу моих отношений с отцом. Да и не знал я до конца, какой он человек. Да и человек ли?

- Завтра утром я жду тебя в тронном зале Великой Пирамиды, - отец развернулся, и, не оглядываясь, вышел из зала, шурша своими золотыми одеяниями.

ГЛАВА 5

Сознание человека – удивительно смешная штука. Честно говоря, я своему сознанию не слишком доверял. Вокруг было столько обмана и предательства, что я не всегда понимал, кому верить, а кому нет. И можно ли верить самому себе? С таких странных вопросов началось мое утро.

Командор встретил меня у входа в Великую Пирамиду.

- Уж очень счастливый у тебя видок, Валиус.

- Кто знает, от счастья это, или предсмертная гримаса. Не нравится мне эта игра.

- В любом случае ты уже вовлечен в эту игру, и в этом сомнений нет, - Командор заставил себя улыбнуться. – Жрецы не простят тебе это решение. Они ведут свою игру, и плевать они хотели на касту воинов. Но мы Титаны Атлантиды, а это посильней благородной жреческой крови. Мы умрем друг за друга, а они нет.

- Надеюсь, что ты прав. Но только зачем умирать за кого-то?

- В этом мире мало вещей, в которых я уверен, - но это одна из них.

Я с детства считал Командора человеком мудрым, и прислушивался к его словам. Иногда я называл Юргена воплощением моей совести, и образцом физического строения. Он был более высок и широкоплеч, чем средний атлант. Некогда красивые черные волосы за четыреста лет совсем поседели. Но даже в таком возрасте он был лучшим воином Атлантиды, честным и бесхитростным человеком. Высшей наградой для меня было заслужить его одобрение. Я всегда им восхищался, и считал своим моральным компасом в этом мире.

Миновав входные ворота, мы вошли в центральную галерею Великой Пирамиды. В тронном зале шло заседание Высшего Совета Атлантиды, которое тянулось уже несколько часов, и конца этому действию не наблюдалось. В этом ритуале тысячелетиями ничего не изменялось. Монотонный гул голосов, воздух звенел от телепатического обмена информацией. Жрецы ревностно обсуждали кандидатуру нового Верховного Жреца Атлантиды, своего будущего Императора.

У меня всегда вызывал удивление тот факт, что половина этих жрецов, судя по их маниакальному упорству, от рождения и до смерти постепенно сгорала от желания стать Верховным Жрецом Атлантиды. И судя по их виду, хронически недосыпала из-за этого желания. А другая половина присматривала за первой половиной. И все они, такие разные, искали одинаковую выгоду в новом Императоре Атлантиды.

Чиктот возник в боковом дверном проеме одновременно с нашим появлением. Высокий, широкоплечий и могущественный, одетый в белые одежды с золотом. Борода и волосы – черные с проседью. Золотые перстни с драгоценными камнями, золотистое лезвие меча. Меч отец одевал в редких случаях, когда нужно было подчеркнуть, что он не только Верховный Жрец, но и Император Атлантиды.

Когда-то, в детстве, мне казалось, что никакая сила не может заставить отца добровольно покинуть свой трон. Что же с ним произошло? Я по-прежнему этого не знал и не понимал. Я никак не мог расставить все события по местам. Да, мы с отцом не всегда находили общий язык. И у меня не было особых причин горячо любить его. Но он действительно был великим человеком и могущественным правителем. Он был живым воплощением истории Атлантиды, которая простиралась в немыслимую глубину веков. И тут это решение отказаться от трона…

В глазах отца сквозила печаль, которая не отражалась в его движениях. Я видел, как по его лицу пробегали тени мыслей. Жрецы усиленно морщили лбы, и просчитывали вероятность его будущего решения. Отец подошел к алтарю, возле Ожерелья Бога Ра, и начал говорить.

- Этот мир Атлантиды держится на знаниях мудрецов, справедливости правителей, молитвах праведников и храбрости Титанов-девственников. Но главным среди этого является справедливость правителя. Одни говорят, что власть заключается в знании, другие – что ее посылают небеса, третьи – что она дается по законному наследству. Нет, власть принадлежит тому, кому доверяет народ. Ни больше, ни меньше. И здесь я должен поступить согласно древним правилам самосохранения нашей цивилизации, которым во все времена следовали Верховные Жрецы Атлантиды.

Слова отца несли печать какой-то обреченности. Я почувствовал пустоту в своей груди.

- Я люблю вас всех, поэтому и говорю так, - продолжил Чиктот. – Если бы я был слеп настолько, чтобы не замечать происходящего, то не смог бы стать Верховным Жрецом Атлантиды. Для этого не требуется никаких сверхъестественных способностей. Вы все знаете, что по законному праву Атлантиды, трон после меня должен унаследовать мой сын – Валиус.

- Но почему? – громко удивился я. – Ведь ничего такого в сущности не произошло, что требует смены Императора.

- Произошло, - ответил отец. – В человеческих умах. Вера умирает. А цивилизация без веры обречена на самоуничтожение. Я исчерпал свои возможности, пусть кто-то другой займет мое место. Этот опыт я уже получил. Теперь твоя очередь править, Валиус. Тем более, что это решение Садовников Земли. Я отправляюсь в Город Семи Пирамид. У меня там миссия поважнее престола – заложить фундамент новой цивилизации.

- Это ненормально, отец, - возразил я. – Я еще слишком молод, чтобы принять императорский скипетр. Тем более, у меня нет оснований любить установленные твоими жрецами законы и порядок. Да и они не слишком мне симпатизируют.

Меня захлестнула волна магического гнева жрецов.

- Чиктот, неужели ты не беспокоишься о своем месте в истории, и так просто уходишь от власти? – спросил Юрген с обвиняющими нотками в голосе.

Император улыбнулся.

- У истории свой собственный суд и она сама выносит свой независимый приговор. И я сомневаюсь, что этот суд может меня огорчить, каким бы он ни был. Да и неважно это для меня, Командор. Сейчас Атлантиде нужен новый Император.

- Туарей, ты видишь, что Валиус не желает занимать трон, – обратился Чиктот к своему родному брату-близнецу. – Ты сумеешь удержать Атлантиду в мире?

- Думаю, что да, - ответил Туарей. – Приложу все свои силы и знания. И уповаю на одно; ты знаешь, что делаешь, брат.

- Я знаю, что делаю. Я пытаюсь спасти и атлантскую расу, и себя самого, - ответил Чиктот, и эти его слова были очерчены яркими сияющими линиями, подобно лезвию мечей. – Я могу ошибаться в видениях, но это мое решение окончательное.

- Любая человеческая сила ограничена, - с горечью произнес Юрген. – Когда правитель пытается править, опираясь на какое-то пророчество, то это уже не правитель. Пророческий дар опасен; можно спутать видение будущего с галлюцинацией.

Отец действительно мог видеть будущее, однако у этого дара были определенные границы. Узнав свое будущее, человек оказывался в ловушке, терял свободу и возможность что-то изменить. Очень опасно быть зрячим в стране слепых. Он сам часто повторял, что неверное толкование пророчества или изменение в нем лишь единого слова может полностью исказить будущее.

А в моей голове стаями носились мысли, которые накатывали волну отвращения к себе, к своей мальчишеской наивности. Я хотел выглядеть героем, готовым поступиться троном ради благополучия Атлантиды. Мой судьбоносный выбор стать Титаном-девственником не был таким значимым, как могло показаться. Я стоял и думал: действительно ли это был мой выбор? За мое вступление в Серебряный Легион, за Императора Туарея – все это было решено заранее Садовниками Земли, и вся эта игра велась без моего участия. И в этом воплощении я оставался неисправимым романтиком. Я смеялся сам над собою.

Император поднял правую руку, и все жрецы замолчали.

- В недалеком будущем что-то должно произойти, - сказал Чиктот. – Атлантиде угрожает смертельная опасность. Если вы обьеденитесь, то все будет в порядке. Но если вы не сможете этого сделать, то вас ждет очередная планетарная катастрофа.

- Я не вполне понимаю тебя, брат, - сказал Туарей.

- Неужели вы не понимаете, что они собираются начать все сначала? – спросил упавшим голосом Чиктот. – Убийства, войны, эпидемии, а на закуску – Всемирный Потоп. Они сотрут нас с лица земли, - в очередной раз…

- Чиктот, - начал Туарей, - может быть…

- Потом! – отрезал Император. – Это не главная наша проблема.

- Силой Серебряного Легиона мы можем предотвратить…

- Предотвратить нельзя ничего… и никогда, - произнес Чиктот.

- Значит в своих видениях ты видишь действия атлантских колдунов? – осведомился Туарей. – Или они только предлог?

- Это наше вечное проклятие! – взорвался Император. – Безопасность… мир… процветание. Мы убаюкались этими терминами, и не заметили, как у нас под носом появился враг – атлантские колдуны. Я понимаю, что у людей всегда должен быть враг. Без врага человеку ну никак нельзя. Когда пружина благополучия закручивается до отказа, то сразу же появляется враг. Но ты правильно заметил, Туарей. Колдуны – это только предлог. Все давно решено без нас.

- Но почему? – спросил я.

На мгновение мне показалось, что отец сейчас скажет почему. Но отец промолчал.

- На сегодня хватит разговоров, оставьте меня. А ты, Валиус, задержись, - это уже был приказ.

Жрецы, шурша мантиями и стуча диамантами, покинули тронный зал.

Чиктот смотрел на своего сына. Овал лица, черные как вороново крыло волосы достались Валиусу от матери. Тонкий надменный нос, разрез прямо смотрящих золотисто-васильковых глаз напомнили Императору его собственного отца.

- Отец, о чем ты думаешь? – спросил я.

- Я думаю о том, что завтра уеду отсюда, и вряд ли снова увижу это место.

- И это печалит тебя?

- Печалит? Да нет. Грустно расставаться с родными и близкими людьми. А место – это всего лишь место.

- Валиус, - отец глубоко вздохнул, - испытание, которое тебе предстоит, оно очень много значит для тебя. Я обеспокоен.

- Испытание?

- Ты не представляешь, на какой опасный путь ты становишься. Переходя в низшую касту – касту воинов, ты изменяешь свою карму. А это влечет изменение кармы всего правящего рода Атлантиды. Но, независимо от всех обстоятельств, всегда помни, - ты принц Атлантиды.

- Отец, ты опять пытаешься спасти меня?

- Если честно, Валиус, как бы я хотел поменяться с тобой, и принять все твои испытания на себя. Но у каждого из нас свой путь. Я иду своей дорогой, ты выбрал свою. Никто не виноват в том, что судьба разъединила нас. Я отправляюсь в Город Семи Пирамид, это мой путь. Тебе уготована другая участь. Воспользуйся тем, что в тебе заложено. А я буду делать для тебя все, что в моих силах. Я хочу, чтобы ты помнил и знал: я всегда буду рядом с тобой. Может быть, в конце пути, наши дороги сойдутся.

- Я уповаю на одно; ты знаешь, что делаешь, - сказал я.

- Я знаю, что делаю. Я поклялся никогда не сожалеть о своем решении. Прости меня, Валиус.

- Я-то прощаю, отец. Но простит ли тебя Атлантида?

- Это решение Садовников Земли, и я не могу ему противиться. Заканчивается Золотое Тысячелетие, и наступают смутные времена ужаса и гибели смертных. Никогда не верь тому, что видишь перед собой, Валиус. В этом мире используется иллюзия. Не нужно абсолютно верить своим чувствам, а то останешься обманутым. Все тайны покрыты завесой тайны. И еще запомни одну истину, Валиус: «Пока ты нужен Садовникам Земли, они будут тебе верными союзниками. Но в какой-то момент тебе придется подумать, как от них защититься. Они великие манипуляторы людьми и религиями». Будь с ними очень осторожен, Валиус.

- Обязательно буду, отец, - ответил я. - Если позволит судьба

- Валиус, а сейчас сосредоточь свое внимание на кулоне, что на моей груди, - попросил отец. – Ты видишь это?

- Вижу, - ответил я. – Там интересные картинки.

Все видение в кулоне до мельчайших подробностей укладывалось в будущее, которое буквально парализовало меня. Слишком часто я видел все это в своих снах, где я был прикован цепями к этому будущему. Внутри у меня образовалась пустота. Я попытался углубиться, но видение не давало сосредоточиться.

- Если изменить природу и суть настоящего, будущее тоже изменится, - сказал отец. – Наш род несет в себе прошлое, настоящее и будущее Атлантиды. И вечное начало. Но в этом мире всему приходит конец.

Отец подошел и обнял меня.

- У тебя будет много печали, Валиус. Но всегда помни, что ты принц по рождению и воспитанию. И, стало быть, стоишь выше других Титанов Атлантиды. Я не хочу, чтобы ты сломался, - ни духом, ни телом. Я люблю тебя.

- И я люблю тебя, отец.

- Прощай, сын.

Почувствовав настроение отца, я поднес к сердцу сжатый кулак и поклонился. Потом быстро развернулся и направился к выходу. Уже на выходе из галереи я заметил краем глаза какое-то неуловимое движение внутри Ожерелья Бога Ра, легкое смещение в узоре его магических Чаш. Это меня слишком взволновало. Почему-то…

Утром следующего дня я наблюдал из своего окна суету приготовлений и сборов жрецов-помощников моего отца. Через какое-то время транспортные виманы подняли в безоблачное небо экспедицию Чиктота, направляющуюся в одну из колоний Атлантиды – Город Семи Пирамид. Когда звездолеты скрылись из виду, меня охватил озноб. В это теплое утро отец умчался из моей жизни, а с ним умчалось и мое беззаботное детство. Я хотел отойти от окна, но ноги словно прилипли к полу, удерживая меня на месте. Во всех этих последних событиях явно не хватало каких-то незначительных деталей, которые поставили бы все на свои места. Вроде все было просто и очевидно, но картинка как-то не складывалась. Я сфокусировал свое сознание и взял его под контроль. Я отключил свой животный разум, и сконцентрировался на высшем «Я». Расширил систему координат для более полного восприятия мира, и мое сознание поплыло… Я почувствовал охватившее меня напряжение: сознание подключилось к нужной ячейке Хроник Акаши – информационному полю Земли. Теперь я видел свою картинку со всеми деталями: остров Колайдерон, атлантские колдуны, «машина времени», Серебряный Легион и тени людей из далекого будущего. Со всем было понятно, с тенями из будущего не очень. Но… всему свое время. Что бы там не говорили, но всякое видение оставляет некоторый простор для толкований и действий. Со всего увиденного я сделал простой вывод: у цивилизации Атлантиды осталось мало времени, а еще меньше у меня терпения.

ГЛАВА 6

Утром следующего дня я внезапно проснулся, словно кто-то включил мое сознание. Стояло ясное утро, а в дверях – новый Император Атлантиды, Туарей.

- Доброе утро, Валиус.

- Доброе утро, дядя.

- Так ты готов включиться в игру Садовников Земли? Или тебя мучают какие-то сомнения совести? – неожиданно спросил Туарей.

- Куклы танцуют, если кто-то дергает их за веревочки, - ответил я. – Я не кукла, и свой танец исполню без веревочек.

- Впредь ты не должен действовать без моего разрешения, - предупредил Туарей ледяным тоном. – Однажды ты уже проявил самоуправство.

- Но благодаря моему самоуправству ты стал Императором Атлантиды, - заметил я. – И что-то мне не ясно, дядя. Разве тебя избрали диктатором?

- Жрецы возмущены твоим решением стать Титаном Серебряного Легиона и перейти в касту воинов, - сказал Туарей.

- Я уже сыт по горло этими жрецами, Туарей. Они думают, что без них я не смогу разобраться в своем собственном мире. Скоро атланты будут спрашивать их благословения, чтобы пописать за углом.

Мое возмущение хлестало через край.

Я с детства считал Туарея человеком мудрым, и всегда прислушивался к его словам. Но во мне бушевала такая неприязнь к жрецам Атлантиды, что мне трудно было успокоить себя. И в этот момент были разорваны последние нити, которые связывали меня с кастой жрецов.

- Успокойся, Валиус, - сказал Туарей. – У меня достаточно толстая шкура, чтобы пережить твое дурное настроение.

Эти слова вызвали у меня улыбку.

- Так зачем ты пришел?

- Выполнить просьбу брата. Чиктот велел дать тебе свободный доступ в тайную подземную библиотеку Атлантиды. Возьми этот перстень, он служит пропуском в библиотеку.

Туарей надел мне на безымянный палец кольцо с огромным кристаллом.

- Терпеть не могу секреты и тайны, поэтому и не стал жрецом Атлантиды, - с улыбкой сказал я.

- В эту библиотеку имеют доступ только жрецы Высшего Совета – двенадцать человек. Ну, и Командор Серебряного Легиона. Ты будешь четырнадцатый, в виде исключения, - заметил Туарей. – У тебя есть месяц времени до начала вступительного экзамена в Легион. Используй его для познания тайн и секретов истории земли. Думаю, ты стерпишь это бремя таинственности.

- Точное и всеобъемлющее знание прошлого и будущего сулит смерть. Так ты говоришь на проповеди? – я вопросительно посмотрел на дядю.

- Это все для профанов. Не воспринимай все так буквально, принц Атлантиды, - уже в дверях сказал Туарей, хитро улыбаясь.

Через некоторое время я вышел из комнаты и спустился вниз по мраморной лестнице. На первом этаже прошел по коридору, прислушиваясь к звукам шагов и голосов. Я не хотел, чтобы меня кто-то видел. В конце коридора я свернул налево, к двери, ведущей в подземные комнаты Храма Воинов. Кивнув стоящему у двери Титану, я начал спускаться вниз по длинной винтовой лестнице, - виток за витком, круг за кругом. Виток, еще виток. Я спускался все ниже и ниже. Как витки этой лестницы, так же плелись и мои мысли, только в разных направлениях. Я когда-то в детстве хотел стать Верховным Жрецом, правителем Атлантиды. Меня к этому вели и готовили. Но чем больше я узнавал и размышлял об этом, то хотел этого все меньше и меньше. Правильное оно, или неправильное, но свое решение я принял…

Нижний уровень, опять коридор. Я шел по нему, озаряемый светом редких хрустальных шаров. Позади меня шары гасли, и за мной все погружалось в темноту. У меня возникло ощущение, что это не я иду, а меня ведут, заставляя передвигать ноги и исполнять чью-то волю. В конце коридора я уперся в нужную мне золоченую дверь. Когда я вставил кристалл перстня в устройство на стене, то дверь загудела и медленно отъехала в сторону. Я ступил в хранилище самых тайных знаний Великой Атлантиды, собранных здесь за сотни тысяч лет атлантской цивилизации…

Библиотека напоминала подземную пещеру. По мерцающему свету я догадался, что в глубоких нишах по периметру скрыты хрустальные шары. По центру первого зала тускло сияла пентаграмма, - различными оттенками желтого, синего, красного и зеленого. От нее исходили остатки слабых следов какого-то давнего магического ритуала. Огромную часть левой стены занимал стеклянной витраж с изображением громадного человеко-ящера, с насмешливо-мудрым взглядом. Фигура была мне знакома – это был Шаваоф, главный Садовник Земли. И еще воздух здесь был наполнен ароматом недавно сгоревшего ладана.

Хранилище представляло собой величайшее собрание исторических, научных и магических текстов Атлантиды. Стеллажи были заполнены тысячами рукописей, свитков и старинных томов с различными знаниями, накопленными за период всей нашей зримой истории. Между стеллажами были узкие проходы, а полки уходили далеко вверх на неопределенную высоту.

Я осторожно двигался по проходу, но в этой стерильной тишине мои шаги отдавались громким топаньем. Во второй половине зала располагались фолианты, испещренные незнакомыми мне знаками, которых я ранее никогда не встречал. Потом фолианты закончились, и начались глиняные таблички, каменные скрижали и шкуры динозавров. В конце прохода голубоватое свечение обрамляло дверной проем, который указывал на наличие второго зала. Этот второй зал был небольшим, но просторным и ярко освещенным. Дальняя стена представляла собой огромный экран с множеством различных устройств на нижней панели. В боковой нише покоились информационные кристаллы-флэшки, разных размеров и цветов, содержащие сакральные запретные знания. Это были секретные знания, скрытые многослойной завесой тайны. Узнав некоторые из них, человек начинал скорбеть и о своей судьбе, и судьбе этого мира. Он начинал жалеть о том, что вообще что-то знает.

Я взял красный кристалл, самый большой из имеющихся, и поместил его в ячейку на панели. Экран загудел, замигал и начал беззвучную трансляцию священных знаний с такого давнего времени, которое человеческий ум даже вообразить не в состоянии. Я удобно расположился в кресле напротив экрана и сосредоточил свое внимание на том, чему не учила ни одна магическая школа Атлантиды, ни один самый посвященный жрец. Передо мной начали проплывать картинки далекого прошлого, составляющие базовую историческую матрицу Земли. Это было показано так:

Около двух миллионов лет назад очередная километровая волна Всемирного Потопа омыла страдающую Землю от грехов третьей коренной лемурийской расы. Через некоторое время из подземных резерваций цивилизации Теро (инопланетяне с созвездия Веги) на один из островов земли выпустили спасенных мутированных людей и животных. Это были обезьяноподобные существа с замедленной реакцией и ороговевшей красно-коричневой кожей. Голова у них поворачивалась вместе с мускулистым телом, а язык вообще не поворачивался. Эти человекообразные мутанты питались различными насекомыми и сочными плодами громадных деревьев.

На другой стороне этого острова в горных пещерах обитали одноглазые циклопы. Эти мутанты-великаны были ростом около двадцати метров, с медвежеподобными головами и острыми зубами. Пищей для них служили красно-коричневые человекообразные мутанты, описанные выше, которые терпеливо ждали своей овечьей участи. Два глаза у этих лемурийцев-циклопов еще не были развиты, и на их месте выступали маленькие наросты в складках кожи. Еще этот остров населяли чудные десятиметровые крокодилы с человеческими головами и рогатые человекообразные мутанты, с копытами и рыжей шерстью. Динозавры, каким-то чудом выжившие после Потопа, тоже мутировали. У них появилось по несколько голов и лишних ног.

Через некоторое время над островом-континентом закружили разведывательные корабли инопланетных цивилизаций – «умудренных» и «заботливых» Садовников Земли. Там, где облик и поведение человекоподобных существ им не нравился, инопланетяне рассыпали на землю со своих звездолетов разноцветный порошок, вызывающий смертельные эпидемии и болезни. Остальных, - умных и красивых, они оставляли жить.

Через пару тысяч лет в фиолетовом небе земли появился десятикилометровый сигарообразный корабль гуманоидов с созвездия Лиры. Ковчег облетел планету, и новоявленные Садовники Земли приступили к своей благотворительной акции. На необитаемые острова начали высаживать новых обитателей, выращенных в питомниках Марса, Аристона и на спутниках Фаэтона – Луне и Плутоне. Эти жуткие на вид сущности щурили от яркого солнца свои змеиные глазища и сбивались в разномастные стада, не понимая, где они и что им делать. Инопланетные «цивилизаторы» разбивали их при помощи электрических разрядников на более мелкие группы, и разгоняли по огромной территории континентов-островов. Потом, на омытую и чистую землю, начали вываливать из кораблей тела сонных людей: белокожих, чернокожих и синекожих. Были среди них трехпалые, шестипалые, большеголовые, хвостатые и рогатые. Звездолет иногда зависал над морями и океанами, сбрасывая в их синие воды рыб, гадов и других интересных морских обитателей. Распределив по «райскому саду» земли свою «рассаду», сигарообразный корабль лирианцев бесшумно покинул нашу печальную планету. Начался очередной галактический эксперимент Садовников Земли.

Прошли десятки тысяч лет. Острова наполнились стадами сказочных животных и племенами одухотворенных людей; с белой, красной, синей и желтой кожей. Вся их жизнь проходила в бесконечных войнах - как между собой, так и с животным миром. Вдоволь навоевавшись, самые высокоразвитые из этих лемуро-атлантов начали объединяться и строить цивилизованное общество. Так зарождалась первая субраса атлантской цивилизации, - субраса воинственных темнокожих шестиметровых исполинов. Они с постоянным упорством вели продолжительные войны с последней субрасой лемурийцев за место под солнцем и внимание Создателя. В перерывах между войнами первые атланты дружно совокуплялись с черными лемурийцами, производя на свет краснокожее потомство. Каждые тринадцать тысяч лет полюса Земли менялись местами, заставляя атлантов мигрировать по планете, спасаясь то от холода, то от жары. Это все происходило около миллиона лет назад.

Потом экран передо мной начал производить панорамное обозрение огромного острова-континента, Му – территории зарождения другой цивилизации, параллельно атлантам. Этот остров, усыпанный огнедышащими вулканами и влажными лесами, населяли пятиметровые чернокудрые гиганты. Их мелкие царства на протяжении многих тысячелетий кровожадно воевали между собой за право единоличной власти. На очередном этапе своей истории один из правителей сумел объединить все навоевавшиеся между собой царства в единую империю. Вскоре этот хитроумный император спровоцировал свой народ, муанцев, пойти войной на первую субрасу Атлантиды. С обеих сторон в этой войне участвовало около миллиона воинов. Экран зарябил кровавым сражением, где люди смешались с боевыми мастодонтами. На экране появились слоны с медвежьими головами, динозавры, увешанные стальными пластинами, собакоголовые воины-мутанты, тигроподобные люди и летающие ящеры. И все они тогда считались земным человечеством, населяющим нашу планету. Они в то время считались людьми…

Исполинские люди-птицы и птеродактили сошлись под серыми тучами не на жизнь, а на смерть, поливая своей кровью наземные войска. На почтительном расстоянии от этих крылатых воинов в небесах зависли наблюдательные звездолеты инопланетян, сохраняющие общепринятый нейтралитет. Эти безбилетные зрители контролировали как землян, так и гуманоидов других цивилизаций - с целью не допустить инопланетное вмешательство в задиристые детские войны взбаламученных землян. Предвидя свое поражение, заученные жрецы-маги Атлантиды применили климатическое оружие в виде пятикилометрового торнадо. Две армии исчезли в громадной воронке вместе с верхним слоем земли. Черное бездонное чрево засосало все в радиусе тридцати километров, - и врагов и своих. Победителей не было, не было и побежденных.

Далее экран показал Марс, зеленеющий пышными лесами и покрытый синими морями. Там обитали прибывшие с планеты Нибиру лирианцы и гуманоиды с созвездия Дзеты Сети. Они периодически воевали между собой, но в итоге смешались в брачных играх и произвели задиристое потомство – марсианских «серых». Со временем этим левополушарным умникам, лишенным эмоций и здравого смысла, захотелось переместить Марс в будущее, в другое измерение. Они создали гигантскую «машину времени», которая раскрутила планетарную МерКаБу Марса. Это время совпало с очередным массированным термоядерным ударом какого-то захолустного государства по своему врагу. Сила этого термоядерного удара наложилась на силу энергии «машины времени», вызвав необратимые процессы. Марс начал стремительно терять свою обильную флору и фауну. Тугая атмосфера медленно, но уверенно, начала уплывать в межзвездное пространство. «Серые» переместили свою планету не в будущее, а на миллиарды лет в прошлое. В панике они начали искать приют своим грешным телам на других планетах. Некоторые в спешке построили подземные города на Марсе, некоторые приспособились на Луне и Плутоне – спутниках Фаэтона. А некоторые прибыли на Землю, просить приюта у первых атлантов. Все цари Атлантиды отказались поселять у себя «серых». Только обиженный император острова Му приютил марсиан-интригантов в обмен на новые военные технологии. «Серые», обрадовавшись своим новым перспективам, вооружили муанцев самоходными стреляющими установками, штурмовыми виманами, электрическими подводными лодками и термоядерным оружием. За этой научно-технической революцией муанцев внимательно следили как правители Атлантиды, так и Садовники Земли.

Перед очередным вторжением муанцев в Атлантиду, «серые», со своих орбитальных станций, начали зомбировать атлантов частотами ультракоротких волн и готовить ракетный удар. Предвидя этот удар, атланты активировали энергию защитного поля, и создали противоракетный щит. Баллистические ракеты взрывались и сгорали над океаном, сталкиваясь с энергетическим куполом вокруг Атлантиды. Потерпев неудачу, «Серые» призвали себе на помощь риптоидов с созвездия Ориона, своих дальних родственников по отцовской линии. Цивилизаторы Бетельгейзе помогли марсианам создать энергетического двойника в тонком мире, и наложить эту энергию на земную Атлантиду. Экран передо мной содрогнулся от взрыва немыслимой силы. Столица первой субрасы Атлантиды была стерта с поверхности земли. Вскоре последовало десантирование двухмиллионной армии муанцев в Атлантиду. Первая субраса Атлантиды почти вся была уничтожена муанцами, которые по праву победителей стали второй атлантской субрасой. Садовники Земли в эту кровавую бойню не вмешались.

Прошли тысячелетия. Остров Му стал Новой Атлантидой. По всему побережью, как драгоценные камни на короне императора, были рассыпаны огромные сияющие города. Многоэтажные дома по форме напоминали правильные многогранники, цилиндры, конусы, пирамиды и шары. Зеркальные крыши домов принимали солнечный свет и трансформировали его в электрическую энергию. Система оросительных каналов соответствовала электромагнитной решетке земли. Строились огромные шарообразные города, вмещавшие до пятидесяти тысяч жителей. Они располагались как под землей, так и под водой. Центральную, гористую часть острова, благодарные муанцы отдали для проживания «серым». На этой территории большеголовые марсиане застроили свои города прямоугольными, треугольными и другими кривобокими зданиями. Они всегда поддерживали родственные связи со своими собратьями с внутренней полости Марса, Луны и Плутона. Коротконогие и головастые марсиане неоднократно пытались путем интриг и манипуляций проникнуть в высшие органы государственной власти Атлантиды - для управления человечеством. Но жрецы Атлантиды пресекали все их попытки проникнуть во власть. Хитрые марсиане понимали, что имея пятьдесят хромосом и двенадцать спиралей ДНК, атланты не станут их марионетками. Для управления человечеством большеголовые карлики решили обработать людей на генетическом уровне. Они установили на вершинах своих гор мощные энергетические генераторы, излучающие тонкие вибрации разрушительных частот. Это был сокрушительный удар по хромосомам и ДНК людей и животных.

Совет Миров Галактики усмотрел в действиях марсиан и цивилизации Дзеты Сети нарушение главного космического закона – «закона свободы выбора». Вибрации их генераторов могли вызвать полную деградацию всего земного человечества и мутацию животных. По решению Совета Миров была изменена орбита одной из малых планет-метеоритов, мигрирующей в созвездии Плеяд. Она была направлена в район марсианских гор, в центр колонии «серых» на Земле. Технически марсиане могли уничтожить эту планету-метеорит, но они не имели права и возможности делать это без разрешения землян. И жрецы Атлантиды приняли чудное решение не разрушать этот метеорит. Вся элита Атлантиды переселилась в подводные города. А «серые» в спешке прорыли туннели вглубь земли, и обустроили там свои подземные города. И в это же время в голубом небе Атлантиды засверкали сотни сверкающих космических кораблей разных размеров и конструкций. Более пятидесяти инопланетных цивилизаций прибыли для эвакуации, как «своих» эмиссаров-наблюдателей, так и представителей земного человечества - для сохранения земного генофонда.

Малая планета-метеорит оглушительно ворвалась в тугую атмосферу земли и свалилась на марсианские горы. Земля сотряслась от мощнейшего взрыва, который расколол остров Му на несколько частей. Яростная километровая волна оббежала трясущуюся землю несколько раз, омыв ее от грехов людей и безразличия Садовников Земли. Силой взрыва земля отдалилась от солнца, изменив свою орбиту. Из десяти миллиардов землян, среди которых было три миллиарда атлантов, спаслись около ста миллионов. Так закончилась история муанцев – второй субрасы Атлантиды.

Опять прошли тысячелетия. На омытой и очищенной земле волею Садовников Земли зародилась третья атлантская субраса. За четыреста тысяч лет своего существования эта субраса достигла самого сказочного расцвета и технического прогресса. Ее четырехметровые представители имели медно-оранжевый цвет кожи, высочайший интеллект и воинственный характер. Как обычно, они сотни лет воевали друг с другом, пока не объединились в одну сильную империю, которую курировали гуманоиды с созвездия Плеяд. В отличие от своих предшественников, которые поклонялись символам и культуре марсиан, третья субраса воссоздала религию Плеяд, олицетворенной в символе солнца. Они построили огромные города, первоклассные дороги и водные каналы. На новых местах силы были воздвигнуты исполинские золотые пирамиды и хрустальные храмы. Высшие сущности – махатмы – воплощались в телах жрецов, царей и императоров для управления народами Атлантиды. С трехзвездной системы Сириуса на землю был доставлен гигантский кристалл – камень Чинтомани. Он притягивал на землю старые мудрые души предыдущих цивилизаций, которые становились гениальными учеными, философами и просто Учителями. С помощью Садовников Земли третья субраса Атлантиды за несколько тысячелетий переместилась с железного века в атомный. Они создали замечательные машины и летательные виманы, надводные и подводные сталепластиковые корабли, планетарные информационные системы и магические технологии. Со временем они отказались от виманов, и перемещались сквозь пространство и время при помощи своей МерКаБы, силою мысли. Энергию они получали из окружающего пространства при помощи эфирных генераторов. Как-то мельком экран показал тринадцать говорящих хрустальных черепов, созданных третьей субрасой для своих потомков.

За четыреста тысяч лет третья субраса Атлантиды достигла своего наивысшего расцвета. Но как обычно, со временем началось постепенное увядание этой сказочной цивилизации земли. Высокодуховные атланты приняли решение переселиться на гостеприимные планеты созвездия Плеяд и организовать там свои колонии. Семь планет звездных систем Майя и Лисма с любовью и радушием приняли детей Атлантиды. Многие атланты стали сверхсущностями и навсегда вознеслись на планы высших измерений, они стали эфирийными Богами и Садовниками Галактики. Земля, как заботливая мать, отдала улетевшим на звезды детям Атлантиды свою лучезарную энергию, а сама вступила в эпоху постепенного заката и увядания. Ни одной цивилизации Земли, как в прошлом, так и в будущем, не суждено было достичь столь массового вознесения и столь грандиозного величия на эволюционном пути развития, как третьей субрасе Атлантиды.

Оставшиеся на земле молодые души атлантов третьей субрасы постепенно, без войн и катаклизмов, смешались с полудикими земными народами и дикими животными. Новорожденные атланты четвертой субрасы стали производить ущербное потомство, которое потеряло связь с Единым Богом, и возможность управлять сверхумной техникой. Началось массовое воплощение животных душ, что привело к падению нравов и духовному обнищанию. Атланты четвертой субрасы начали повторять судьбу лемурийцев, сожительствуя с животными. Появились люди-лошади, люди-коровы, люди-волки, человекообразные обезьяны и обезьяноподобные люди. Вибрации злобы и мстительности спровоцировали новые раздоры и войны. Элита Атлантиды устанавливала в храмах свои толстые бюсты и изваяния, которым народ поклонялся за деньги и приносил жертвоприношения. Это была моральная и нравственная катастрофа заболевших землян. Целями этих деградирующих атлантов была роскошь, прихоть желаниям, богатству и власти.

Совет Миров Галактики, обеспокоенный таким развитием событий на Земле, принял заумное решение. В лабораториях Венеры были созданы умные избирательные вирусы половых заболеваний, - с целью остановить распутство и скотоложество атлантов. Это дало некоторые результаты, но ситуация кардинально не поменялась. Одичавшие атланты вытащили из запасников атомное и водородное оружие. На горизонте замаячил конец эволюции земного человечества.

На околоземной орбите появились десятки громадных сверкающих кораблей эфирийных Богов. С помощью направленных лазерных лучей они активировали Огненный Камень – кристалл Чинтомани. Когда лучи достигли кристалла, раздался взрыв колоссальной силы. Средняя часть Атлантиды приподнялась на несколько километров и жутким грохотом разломилась на куски. Пылающая центральная часть Атлантиды, вздымая клубы черного дыма и пара, исчезла в развернувшейся пучине океана. Северная и южная части оставшегося континента образовали острова Рута и Даитья. Между ними, на дно океана, погрузился уцелевший кристалл Чинтомани. Взрыв Атлантиды вызвал планетарное потрясение всей земной коры. Километровая волна обрушилась на острова и континенты, смывая с них страны, города и народы. Многие из островов лопнули и ушли на дно океанов. Вместо них, набухая и фыркая, поднялись новые земли. Поднялись старые земли давно исчезнувшей Лемурии.

Я ерзал в кресле и всматривался в экран, ожидая развязки событий. Планета была чистая, умытая и свободная от людей, «райский сад» был уютным и пустым. Это было началом моей цивилизации, пятой субрасы Атлантиды.

Замаячили в небе серебристые и золотистые инопланетные корабли Сириуса. Садовники Земли доставили на слезоточивую землю провинившихся атлантов с планет созвездия Плеяд для возобновления эволюционной истории Земли. С кораблей распыляли семена растений и особей животного мира. За ними приземлились звездолеты рептилоидов с созвездия Возничего. Совет Миров Галактики поручил им управлять эволюцией пятой семитской субрасы Атлантиды – теперь уже нашей цивилизацией.

Экран моргнул мне на прощание и погрузился в темноту, в ожидании следующего зрителя. Полный день прошел для меня как мимолетное видение. Размышляя впоследствии над увиденным, я ловил себя на мысли о том, что многие события были мне уже знакомы. В своих предыдущих воплощениях мне приходилось быть свидетелем некоторых эпизодов далекой истории Атлантиды, видеть ее зарождение и становление. Как я не пытался вытащить из подсознания более подробную информацию, ничего не получалось. Какой-то невидимый барьер стоял между мною настоящим, и моими предыдущими воплощениями. Меня как будто ограждали от моей прошлой истории, не давая погрузиться в нее. Может, там было что-то не очень приятное для меня? Ну и Бог с ней, с этой историей.

Я поднялся с кресла и подошел к нише с кристаллами. Их было еще с десяток, но просматривать что-либо еще у меня желания не было. Так можно вляпаться в собственные терзания на всю оставшуюся жизнь. Как говорил мне отец, - большие знания приводят к большим проблемам.

Я вышел из своего кинозала и начал бродить между стеллажами первого зала. В дальнем углу библиотеки мое внимание привлекла очень старая книга в кожаном переплете, которая излучала тепло и манила к себе. Когда я открыл ее, то содержащиеся в ней сакральные знания каким-то образом ожили и захлестнули мое сознание, переплелись с моими мыслями. Я не стал сопротивляться, и начал познавать содержащиеся в этой книге чудесные знания. То, что она показывала мне, было настолько невиданным и возвышенным, что у меня дух перехватило. Книга открывала природу звезд и весь механизм управления Вселенной Создателем, все ее парадигмы и божественные законы. Воздух вокруг меня начал густеть, как будто ткань истории внезапно уплотнилась. Я переворачивал желтые и скрученные страницы, впитывая исходящую из них информацию. В конце книги рука автора, по всей видимости, начала дрожать. Как будто он куда-то торопился и писал быстро. Слова корчились и бегали взад-вперед по страницам. Было заметно, что человек, писавший эпилог данной книги, был очень напуган. Я закрыл книгу, и только теперь прочел ее название, - «Закон Единого» …

Внезапный энергетический удар опрокинул меня на пол. В мое сознание вторглась чужая грубая ментальная энергия, которая начала разрывать все мыслеформы. Я с трудом повернул голову и увидел Смотрителя библиотеки. Это был самый старый жрец Атлантиды, который учил еще моего деда.

- Никогда не заходи в эту часть библиотеки без моего разрешения, принц Атлантиды, - злобно проговорил он. – Узнав скрытую информацию, ты должен будешь идти до конца, или понесешь наказание.

Он резко развернулся и быстро вышел из этого хранилища «космической мудрости». Я поднялся, потер виски и привел свое сознание в нормальное состояние. Улыбнувшись сам себе, я вышел вслед за ним. А все-таки, я не до конца узнал историю Земли. Это радовало, но одновременно угнетало. В детстве отец мне говорил, что ложь под языком имеет вкус соленого меда. Но он забыл мне сказать, что скрытая правда намного хуже. Она поселяется в душе и разъедает дух. Я машинально посмотрел на свои руки, чтобы убедиться, не прилипла ли к ним грязь. И еще мне показалось, что внутри меня кто-то хихикает, потирая руки. Некая часть моего разума дразнила другую, но воздействовать на это явление я не мог.

В течении последующих дней у меня не возникало желания посещать библиотеку. Полученная информация как-то воздействовала на мое внутреннее состояние, нарушая покой и равновесие. А перед предстоящим испытанием, своего рода вступительным экзаменом в Серебряный Легион, это было мне ни к чему.

Уже в своей комнате, в Храме Воинов, я упал на кровать и погрузился в безмятежный сон, дающий чувство покоя. После всего того, что произошло со мной за последнее время, человеку с нормальным подсознанием снились бы полные озарений сны. Он бы точно узнал, как спасти Вселенную. Со мной ничего подобного не произошло. Сны, бродившие в моей голове, рисовали удивительные возможности для кого-то другого, но только не для меня. И еще было что-то непонятное, какие-то действия и события, скрытые пеленой оранжевого тумана.

Я возвращался после сна в физический мир как бы по частям, пробивая и разрушая какие-то невидимые барьеры. Все тело гудело и болело, будто меня пропустили через мясорубку.

ГЛАВА 7

Командор Юрген вошел в учебный зал, где Валиус отрабатывал на новеньком манекене приемы защиты и нападения. Юрген застыл у входа, наблюдая за юношей. Долго ли еще Валиус будет относиться к этому танцу с мечами, как к игре? Но как летали мечи в его руках! Похоже, что молодой принц уже стал мастером оружия, не хуже Командора.

Озабоченность на лице Командора сменилась насмешливой улыбкой.

- Ты умело научился махать мечами, но ничего не знаешь об этой реальности, - сказал Юрген.

- Но в школе Инкал меня научили многим вещам, - возразил я.

- Конечно, там тебя многому научили, - согласился Юрген. – И ты, наверняка, был усердным учеником. Но этого мало.

Его слова меня рассердили, но на меня он даже не посмотрел.

- В этом мире существует множество мест, которых ты еще не видел, - заметил Командор. – И много вещей, суть которых тебе еще предстоит узнать. Теперь тебе придется узнавать жизнь по-настоящему, а не со слов жрецов-учителей.

- Главное, что я буду помнить все, чему ты меня научил, - сказал я. – В будущем я прославлю Легион на всю Вселенную. Ты будешь гордиться мной!

- В тебе слишком много уверенности, принц Атлантиды, - сказал Юрген. – Через час отправляемся на остров Горгад, в логово империи амазонок. Там и узнаем, кто ты есть на самом деле.

- Так быстро. А как же подготовка, инструкции и все прочее.

- Какие инструкции? Их ты у меня не спрашиваешь, когда отправляешься в Астрал воевать с атлантскими колдунами. Я жду тебя на космодроме.

Вскоре космодром встретил меня тихим свистом двигателей и запахом озона.

Командор ожидал меня возле двухместного серебристого вимана. Когда мы уселись в космокатер, Юрген все-таки сделал небольшое напутствие.

- Мы летим на остров Горгад, в империю амазонок. Надеюсь, у тебя не потекут сопли от детских воспоминаний. Твоя задача: за два дня от места нашей высадки добраться до контрольной точки на берегу океана. И постарайся остаться живым.

- Все в руках Создателя.

- И не ищи там свою пуповину, она зарыта в другом месте. Всегда держись спиной к солнцу, так ты ослепишь врага своей сияющей задницей, - засмеялся Командор. – В этом испытании нет ничего такого, что может быть опасным для тебя. Простая формальность.

- Ну так полетели смотреть на эту формальность.

Командор улыбнулся и проговорил:

- Запомни, Валиус, один постулат. Титаны-девственники всегда придерживаются принципов. Да, у нас есть кодекс чести Титанов Атлантиды, но это для замыливания глаз жрецам. Мы его придумали, потому что им это нравится. У Титанов есть свои принципы, отличающие нас от других атлантов. Мы можем объединить все свои сто сорок четыре сознания, и стать единым существом. Это свойство мы храним в секрете от жрецов, они этого не знают.

- И как много они еще не знают?

- У нас же должны быть свои маленькие секреты. Втайне от жрецов мы проходим ритуал, который дает нам полное освобождение от чувства вины. Мы научились легко очищаться от чувства вины, потому что наша служба требует жестоких поступков; поступков, которые нормального человека отяготят невыносимо тяжкой виной. И тебе придется стать другим, но ты никогда не жалей об этом. Запомни эти слова…

Дальнейший наш полет проходил в глубоком молчании.

Воспоминания гудели в моей голове подобно беззубому ворчанию старух. Я вспоминал остров Горгад, свою сестру Никатею, - чудесные детские годы, промелькнувшие в моей жизни, словно уносимые бурей листья.

У амазонок, этого странного и воинственного народа, существовали свои обычаи, неприемлемые для атлантов. Эти женщины обладали большой природной магической силой и всей полнотой власти в своей империи. Они стремились сожительствовать с окружающей средой, но не управлять ею, как атланты. С любовью они относились только к своему личному оружию, но не к мужским особям.

Один раз в год, в период праздника Огня, жрецы Атлантиды отправлялись к амазонкам для зачатия нового посева. При достижении семи лет мальчики этого посева отправлялись в Атлантиду, а девочки оставались в империи амазонок и воспитывались в храмах и боевых отрядах. Впоследствии эти мальчики становились жрецами и Титанами Атлантиды, девочки – жрицами и воительницами. Всех мальчиков, перед отправкой в Атлантиду, подвергали проверке на обладание особых способностей. Меня не проверяли, потому что я был сыном Верховного Жреца Атлантиды Чиктота, и царицы амазонок Людины. Боялись, наверное, найти какой-нибудь изъян. Ничто не связывало меня в этом мире с амазонками, кроме моего рождения. Хотя, иногда меня захлестывала тоска по ушедшему детству, по мимолетной материнской любви. Я был дитем двух цивилизаций, и это раздвоенное чувство разрывало мое нутро всю жизнь. Неожиданно глаза мои увлажнились, и я отвернулся от Командора.

Там у меня осталась сестра-близнец, ее звали Ника, Никатея. Она обладала Даром. На ней лежала печать исключительности, как в отношении людей, так и в отношении животных. В детстве она часто подавляла мои действия своей Силой. До самого последнего момента, когда нас навсегда разделили, мы были едины как в действиях, так и в мыслях. И какая-то связь между нами осталась на все времена, вопреки расстоянию и препятствию.

На волне этих воспоминаний мы подлетели к острову Горгад. Внизу простирались громадные, продуваемые всеми ветрами дикие равнины, вскормившие не одно поколение воинственных амазонок.

Когда мы приземлились, Юрген снял медальон со своей шеи и передал его мне.

- На этом острове есть угроза для твоей жизни. Стоит тебе включить этот радиомаячок, и первое колено, двенадцать Титанов, через пару часов будут возле тебя. Помни, через два дня я должен забрать тебя у руин древнего лемурийского города, на берегу океана. Валиус, тебе запрещено подключаться к спутнику наблюдения. Рассчитывай только на свое внутреннее зрение. Пройди этот путь, и получи священное имя Титана Серебряного Легиона. Удачи тебе, принц Атлантиды.

Я забрал свои вещи и покинул виман. Юрген поднял космокатер в воздух, и вскоре его силуэт скрылся за горизонтом. Я приступил к сдаче испытания.

Старая разбитая дорога, по которой я начал свой путь, сначала расширилась, а потом сузилась и повернула на восток, в густые чащи. Через полчаса я оказался в лесу, состоящему из огромных деревьев, напоминающих доисторических великанов. Вокруг царили влажные сумерки,