Таня Кель
Сказочная дура

Глава 1

Опять не удержалась и съела торт. Уже за восемьдесят килограмм перевалила. Но это ж свадьба. Ага. И на День всех сраных влюблённых.

Чёрт бы их побрал!

Придумали же этот мерзкий праздник! Валентинки эти дурацкие, шарики, цветочки. Все с улыбками.

Ну, и я свою натянула… конечно же. Куда ж Анжела и без неё.

Хотя сегодня не до улыбок. Подруга Катя сбежала со своей свадьбы, кинув в общий чат какую-то белиберду, что жених ей изменил и она всё расскажет потом.

Мы с девчонками с горя поели торт, не пропадать же добру, и разъехались по домам в ожидании новостей.

Я глубоко вздохнула и вынула из сумочки зеркальце. Только имя и было красивым… ну и волосы ещё. Правда, рыжие кудри всё время хотелось состричь. Они лезли везде: в еду, на клавиатуру. Подписать из-за них ничего невозможно. А убрать в причёску – значит показать круглое лицо с толстыми щеками.

Ещё две станции, и я дома. Меня ждёт одиночество, пачка пельменей в холодильнике и прекрасный сериал о любви. Хоть там посмотрю, как это всё происходит. В такую, как я, никто и не влюбится никогда.

Ох… а времени сколько! Хорошо, что завтра выходной!

Я огляделась. В вагоне никого. И свет как-то странно замигал.

Чудесно, что я одна. Не выдержала бы ещё и здесь лицезреть какую-нибудь обнимающуюся парочку.

Может, заказать себе суши? Ну, раз дорогу тортик проложил, можно уже и по полной оттянуться?

А завтра что? Скрипеть на ржавом тренажёре полдня? Хотя когда я вообще на него залезала? Теперь он стоит у меня вешалкой в комнате.

Чёртовы килограммы. Вон, Маринка из бухгалтерии недавно сожрала три огромных эклера. Она просто анаконда. Заглотила чуть ли не разом. Я аж рот открыла. А, стерва, как-то держит фигуру. Наверное, потом неделю травой питается. Мужики вокруг неё так и вьются. Может, глисты? Точно глисты. Другого объяснения я дать не могла.

Ладно, суши так суши.

Поезд качнуло, и мне в лицо ударил ветер. По телу разлетелись щекочущие искорки.

Это что, блин, такое? Кто там торт покупал? Они в него что-то положили? Или это первые признаки инсульта? Да нет, я ведь ещё молодая… и толстая. Пофиг, просто молодая. В двадцать пять лет не бывает инсультов. Или бывают?

Я достала телефон из пальто, чтобы погуглить, в каком возрасте может шандарахнуть. Но связь пропала.

Да что ж за день сегодня такой! Вот помру тут одна-одинёшенька и…

О боже! Моё жирненькое тельце даже не поднимут! Какой позор!

Зато грудь пятого размера! Талия есть… ну, как есть… немного заплыла, конечно. Она иногда проявляется, если втянуть посильнее воздух и не дышать. И попа… Говорят, мужчины тащатся от девушек с пышными формами. Но вот мне б их адресок.

А то все вокруг кажутся любителями костей и палок. Или же… они просто латентные жиролюбы? Но не признаются?

Поезд остановился на станции, и я посмотрела в окно. Никогда такой не видела.

«Сказочная»? За колоннами пропала вторая часть названия.

Я что, не на свою ветку села? Но что-то не припоминаю в Питере такую станцию. Новую открыли?

Поезд как-то слишком долго стоял, а моё любопытство победило. Любила приключения на свою толстую задницу. Да и сфоткать хотела новинку. В понедельник коллегам покажу.

И только я покинула вагон, как поезд закрыл двери и умчался, оставив меня одну.

Вокруг ни души. Да это ж как в сраном фильме ужасов! Мамочки!

Сейчас из-за колонны выйдет маньяк и…

А какой будет маньяк? Если с сильными руками и мощными ногами, – маньяки же должны быстро бегать – то я согласна.

О чём я вообще думаю? В моей голове одна сплошная вата из мозгов.

Я всё же опасливо пошла выяснять, что же это за станция.

«Сказочная…»

А как бы второй части названия и не было вовсе. Отвалилась. Я видела остатки клея.

Сказочная дура! Это про меня.

Я снова осмотрелась. Ничего такого. Серая станция, без всяких указателей даже. И совсем не сказочная.

А ещё… ни одного поезда. Приплыли! И это что, мне до дома наземным транспортом добираться?

Постояв несколько минут, я направилась в сторону выхода. С опаской так пошла, озираясь и выискивая маньяка. Но никого, кроме меня, здесь не было. Поэтому я спокойно поднялась по ступенькам и вышла на улицу.

Да что за ерунда?

Я стояла посреди проспекта, и всё так же никого. Где-то случился вселенский апокалипсис, а я не в курсе?

Так. Спокойно. Надо просто…

А что надо? Здесь ни машин, ни троллейбусов, ни людей. Одни только дома. Хотя и они странные. Маленькие какие-то. Трёхэтажные. Да и дорога… не многополосная.

Тут я услышала цокот копыт и резко обернулась. Ко мне ехали несколько всадников и… карета. Только сейчас я обратила внимание, что дорога-то не асфальтированная, а посыпана гравием. Фонари тоже как из старины. Тусклый свет от них едва освещал улицы.

Может, я свою станцию проехала и умчалась куда-то в Гатчину? Но туда ж метро не ходит. А вдруг уже ходит?

Я определённо что-то пропустила.

Всадники проскакали мимо, а вот карета тормознула. Шторки чуть отъехали, и показалась мужская голова. Красивая. Только… корона в волосах. А это плохой знак. Либо актёр, либо шизик.

– Примерить! – приказал он громовым голосом.

Чего?

Ко мне тут же подбежали мужики в странных костюмах, скрутили меня и начали стаскивать сапоги.

– Эй! Вы чего! Совсем одурели? Я полицию вызову! – брыкалась я.

Но меня держали крепко.

Несколько секунд, и вместо сапога на меня напялили какую-то туфлю прозрачную.

Вообще-то, за всем этим хаосом я даже не заметила, что висела над землёй в сильных мужских руках.

Нет, ощущение прекрасное. Я всегда мечтала, чтоб меня кто-то поднял. Но вот не так.

– Подошла! – услышала я радостный вопль одного из них.

– Да отвалите вы! – вяло продолжала сопротивляться я, потому что повисеть всё же ещё хотелось.

Надо запомнить ощущения.

Но долго понаслаждаться мне не дали. Опустили на землю и толкнули в сторону кареты.

– Это ты?

Передо мной образовалась гора.

Коронованный вышел и навис надо мной, смотря прямо в глаза.

– Понятия не имею, о чём идёт речь.

Хотя что-то мелькало в голове. Но нет. Это не может быть история Золушки. Просто кто-то решил разыграть? Брательник, что ли? Вот лучше бы он мне денег дал, вместо того чтоб этой ерундой заниматься. Актёров нанимать. Даже не смешно.

Хотя можно из этого выжать и для себя что-то приятное. Разыграю в ответ?

– Тебе подошла… эта туфелька! – с придыханием сказал мужчина.

– О да, мой дорогой. Бежим быстрее во дворец!

Я схватила его за меховую накидку и потащила в карету.

– Ты… это не можешь быть ты…

А мужчина хорош. Неплохо играет. Даже вон разочарование изобразил. Что? Денег мало дали? А вот нехер на всё подряд соглашаться.

– Могу! У меня всегда был тридцать пятый размер ноги.

И я этим гордилась. Хоть что-то маленькое в теле.

Мужчина хлопал глазами и никак не хотел забираться в карету. Пришлось даже силу применить, чтобы его затянуть.

– И сапог верните! – гаркнула я в окно. – А то как-то зябко в этой вашей туфельке.

Я сняла её и начала осматривать. Но в темноте ни черта не видно. Поэтому отложила это дело.

Обувь мою мне выдали, и карета тронулась. Принц выглядел немного ошарашенно.

– Что? Величество? Корона не жмёт?

– Это какое-то волшебство? Ты ведьма? – не унимался мужчина и чуть наклонился ко мне.

– Ага. Ведьма. Довезёшь до «Парка Победы»? Честно, не хочу тратить деньги на такси.

Я вынула телефон, но теперь он даже не включался.

– Как ты…

– Не, ну что за дела? Можно от тебя позвонить, Величество?

– Что сделать?

– Домой очень хочу. С такой скоростью мы доберёмся только ночью. А там меня уже пельмешки ждут, сериальчик, – улыбнулась я ему.

– Кто такие… пельмешки? Женщина, ты в своём уме?

Он начал сердиться, и я тоже.

– Какая я тебе женщина?! – рявкнула я. – Мне всего лишь двадцать пять!

Мужчина откинулся на сиденье, скрестил руки и долго на меня смотрел, потом на его губах появилась усмешка.

– Я понял! Тебя просто околдовала злая колдунья! Но мы с этим справимся. У меня есть хорошие лекари.

Это ж надо так из образа не выходить. «Оскар» по нему плачет.

Я потрясла ещё раз свой телефон, но он даже не собирался включаться. Ничего не оставалось, кроме как тоже откинуться на довольно жёстком сиденье и смотреть в окно. Худо-бедно домой попаду. Наверное.

Но хотела ли я? Признаться, присутствие такого красавчика чем-то мне даже нравилось. Правда, я хорошо оценивала свою непривлекательность и флиртовать с ним не желала. А умела ли я флиртовать? Возможно, в некоторых женщинах вообще отсутствует эта опция.

Карета медленно ехала по мостовым. И меня укачало. Глаза стали слипаться, и совсем скоро я провалилась в сон.

Глава 2

Я открыла глаза. Приснится же такое. Но сразу увидела балдахин, живописные бра и люстру.

У меня этого всего нет в комнате.

Я резко поднялась.

Ну, брательник, я тебя убью!

Как я вообще здесь очутилась? Что вчера произошло? Так. Метро, Величество, карета. Да! Я уснула. Но как меня перенесли сюда и… раздели?

Я заглянула под одеяло и почти взвизгнула. На мне ничего не было. Мерзавец! Ну я ему! Это ж он что-то со мной сделал, что я ни черта не помнила! А вдруг надругался?

Проклятье! Мой первый раз, а у меня память отшибло. Или нет?

Я подвигалась, но никаких изменений внутри не обнаружила. Уточнить всё же стоит, когда его увижу. Индюк с короной!

Только вылезла из кровати, как дверь распахнулась и вломились три женщины. И вот мы стояли и друг на друга пялились, притом что я была совершенно голая.

– Вы чего без стука врываетесь? – пискнула я.

Голос, как будто вчера пила.

Но девицы отмерли и разбежались по комнате. А после начали надо мной порхать, одевать… в миллион слоёв одежды. И корсет. Господи, я такой в секс-шопе видела, когда мы год назад туда с Элей зашли. Но мы ж посмеяться хотели, а тут это взаправду!

Я так ошалела, что даже не сопротивлялась, просто наблюдала за этим великим движением по одеванию меня. А вот когда они потянули за верёвки корсет, делая мою талию уже, тут же заверещала.

– Вы что творите, дурилки? Вы ж меня задушите.

– Держитесь за столбик у кровати, – направила одна.

Я за него схватилась, но зря: они начали затягивать сильнее. Мы все орали и пыжились.

– Так надо, госпожа!

– Какая я тебе, на хрен, госпожа! – сквозь зубы цедила я. – Это что за новый вид пытки?

– Терпите. Другой одежды нет! Ещё вдохните.

Да куда? Если я вдохну, то уже больше не выдохну.

Общими усилиями мы всё же завязали этот дурацкий корсет. Я посмотрела на себя в зеркало.

– Ну точно колбаса в упаковке.

Девушки ничего не говорили, просто накидывали на меня бесконечные юбки. А в конце добавили зелёное платье.

Из колбасы – в бабу на чайнике. Отличный рост.

И почему я это до сих пор терпела? Где моя одежда?

Любопытство не давало сбежать, да и что дома делать? Телек смотреть? А тут происходит что-то интересное. Хоть посмеюсь. Вон… в платье красивом похожу.

Вместо трусов на меня нацепили панталоны. А когда я захотела в туалет, все чуть ли не завыли. И проводили мне… к горшку?

– Вы серьёзно? Я сюда должна? Это что за прикол?

Но девушки только виновато пожимали плечами. Кажется, они и вовсе не понимали, чем я недовольна.

Пришлось с их помощью делать всё. А дальше как? Тоже звать слуг? Если захочу по большому? Вдруг понос?

Боже! Меня тут накрыло шквалом самых ужасных мыслей. Но… наверное, раньше времени отчаиваться не стоит. Вряд ли этот фарс продлится долго. И скоро я вернусь к своей обычной жизни. А брательнику всё выскажу. Он, наверное, оплатил мне недельку в какой-нибудь игре новомодной. С полным погружением. Устал от того, что я всё время рыдала на его плече, какая я бедная и несчастная.

После мне красиво заплели волосы. А вот это было приятно. Даже не знала, что можно сделать такую причёску, где не будут вываливаться мои щёки.

Почти в полном молчании меня повели куда-то по многочисленным коридорам.

Дорогая тут мебель. Везде ковры, портреты на стенах. Я шла как по музею. Рассматривала всё, подмечала детали. Красиво. Богато.

Остановились мы у большой дубовой двери. Девушки постучали. Дождавшись какого-то сигнала, открыли и буквально впихнули меня внутрь.

А вот и сам виновник этого всего. Ну я ему сейчас.

Я быстро… насколько позволяло невыносимое платье, дошла до мужчины. Он стоял спиной ко мне, что-то рассматривал в окне, но, как только я приблизилась, царёк повернулся.

И чёрт! Слова застряли прямо на выходе.

Вчера ночью было темно, и я почти не видела его лица. А сейчас солнце освещало каждую деталь. И он…

Я таких вообще не встречала. Наверное, только в кино. Высокий, плечистый, с широкими бровями и пронзительными серыми глазами. Черты лица острые, аристократические. Чуть пухлые губы. Тёмные волосы длинноваты, на мой взгляд. Но ему шли.

Меня вдруг осенило, что я стояла с поднятым указательным пальцем и открытым ртом, из которого, по всей видимости, текла слюна.

Твою ж!

– Я рад, что туфелька нашла свою хозяйку, – чуть наклонил голову он.

– Серьёзно? Ты искал жену по размеру обуви?

Пришлось взять себя в руки и отлипнуть от созерцания этой красоты. Не моё – не трожь!

– Это священная традиция!

– Слушай… как тебя там, Величество?..

– Во-первых, ещё пока Высочество, а во-вторых, я Леонард I, сын Эдварда де Люмьер.

– Французы, что ли? Да неважно, – махнула я рукой. – Вернёмся к туфельке. Это же просто идиотизм! Тридцать пятый размер обуви у половины женщин Питера. Ты так себе гарем соберёшь, а не невесту.

– Что за Питер? – спросил он.

– Ах да, пардоньте, я забылась, – хихикнула я. – Это же ваше королевство. Вышла из образа.

Он подошёл ближе. По моим меркам, нарушил все личные границы.

– Высочество, ты чего? – дёрнулась я, когда он поднял руку.

Но замерла, лишь только Леонард коснулся моей щеки. Он провёл по скуле и чуть прихватил подбородок.

– Со мной никто не смеет так разговаривать.

– А ты, вероятно, из образа не вышел, – пролепетала я.

Мои щёки горели. Я это точно знала. Потому что меня редко трогают мужчины. Иногда бывает на корпоративе, если немного перебрали, а так я часто старалась смыться до того, как они доходили до кондиции.

А здесь… С одной стороны, мне нравилось. А с другой – чувствовала себя неуютно. Да ещё и это платье, в котором невозможно вздохнуть.

Мы несколько секунд смотрели друг на друга, а потом он развернулся и опять встал в позу задумчивости возле окна. Она ему шла: делала его немного загадочным.

А я тем временем снова осмотрелась. Как-то слишком всё детально проработано. Больше похоже на сон, чем на какую-то игру.

А речь и манера говорить этого Леонарда впечатляла. Может, действительно, сон?

Я ущипнула себя за руку и зашипела.

Нет, не похоже. Так что это? И розыгрыш какой-то излишне проработанный.

Подойдя к окну, я тоже выглянула на улицу. Там кареты, слуги, лошади.

Есть ещё варианты: либо я сошла с ума и сейчас сижу в поезде и писаюсь от счастья, а люди смотрят на растекающуюся подо мной лужицу, либо инсульт всё же был. И теперь половина мозга видит галлюцинации.

Что ж. А они довольно-таки неплохие. Можно пожить в этом мире ещё. Если при возвращении меня ждёт какая-то катастрофа, то почему бы не использовать отведённое время на сказку с выгодой для себя?

В дверь постучали, и вошёл слуга.

– Жду ваших распоряжений по подготовке к свадьбе, Ваше Высочество.

– Да, – повернулся ко мне Леонард, – расскажи, какое ты хочешь платье? Для невесты мне не жалко даже самых дорогих тканей.

– Для кого? – подавилась я воздухом.

И закашлялась. А из-за сжимающего корсета казалось, что сейчас умру. Жутко всё стягивало. Как они вообще в этом чихают? Раз, и всё разошлось? Хотя есть другой вариант, когда от банального чихания можно умереть.

Леонард подал мне воды, за что я была ему благодарна, и жадно начала пить. А ещё поняла, что есть тоже хочется.

Но надо вернуться к мысли о свадьбе. На меня только надели туфельку, а уже тащат под венец? Нет, конечно, мне хотелось всего этого торжественного и бестолкового дорогого веселья, но не так же скоро.

– Нам, наверное, это стоит обсудить, – глупо заулыбалась я слуге. – Без посторонних.

Он неуверенно посмотрел на принца, тот кивнул, и мы снова остались вдвоём.

– Какая нафиг свадьба? – набросилась я на Леонарда. – Люди так не делают. Они должны узнать друг друга, полюбить…

– Хочешь пройти испытания?

– Какие ещё… Да что ты несёшь?

– Я тогда устрою бал.

Он быстро направился к двери. Я хотела побежать следом, но запуталась в платье, а когда выскочила в коридор, он испарился.

– Да что, чёрт подери, тут происходит?

Глава 3

Меня снова окружили девушки и повели вниз. В огромном холле уже собрались люди. Все в похожих одеждах. Они сидели за столом.

Наконец-то. Меня покормят.

Я сразу плюхнулась на стул, начала набирать себе еды в тарелку. И ощутила странные взгляды. Все просто пялились. Кто с презрением, кто с улыбкой.

А что? Тот полноватый мужик с лысиной, сидящий сбоку, тоже навалил себе горку. И уже успел вгрызться в курочку.

– Так это вы та самая? – с пренебрежением спросила чопорная дама рядом с обжорой.

На ней висело много украшений. Тёмные с проседью волосы были уложены в высокую причёску. У неё такие же глаза, как и у Леонарда. Наверное, его мать. А мужчина сбоку – отец. Хотя сходства у них почти нет.

– Эм. Если вы о том, что мне подошла туфелька тридцать пятого размера, то да.

Женщина фыркнула.

А я перевела взгляд на Леонарда. Он сидел рядом и даже не реагировал ни на что. Аристократично орудовал вилкой и ножом. Боже, у него такая выправка, будто кол засунули в одно место. Наверное, это называется осанкой. И движения все грациозные. Только вот я вообще не вписывалась в волшебный этюд знати. Да я просто как варвар. Надо хоть как-то вести себя прилично. Даже если это сон.

Я тоже выпрямилась и попыталась всё делать по этикету. Хотя в голове крутилась мысль, что это какой-то фарс.

Да и королева не перестала на меня смотреть с лёгкой долей отвращения. К тараканам и то больше почести. Зато король расплылся в улыбке, поняв, что мы с ним родные души и любим пожрать.

А сейчас я точно хотела наброситься на еду и смести всё с этого стола.

Кусочки соскальзывали с вилки, заставляя меня нервничать.

Пофиг. Буду как дикарь. Кто вообще ест курицу приборами?

И когда я наконец вонзила зубы в мясо, из меня непроизвольно вылетел стон удовольствия. А готовить эти короли умели. Достаточно перчика и соли, ещё какие-то травы. Просто божественно.

– У вас, милочка, прекрасный аппетит! – с восторгом заметил король.

Его жена была другого мнения. Её лицо вытянулось и побледнело.

– Дайте… воды. Леонард, дорогой, это точно она?

Их разговоры никак не мешали мне с азартом поглощать вкуснятину. Я не ела со вчерашнего вечера. Вот кто из нас варвары, так это они.

Обсасывая кость, я взглянула на Высочество. У него на лице появилась усмешка, а в глазах плясали весёлые искорки.

– Я не уверен, – протянул он. – Но это забавно.

Интересно, а у них так это принято – обсуждать человека прямо в глаза? Да мне всё равно. Даже в офисе все знали, что, когда Анжела ест, к ней лучше не подходить. Всегда добрая девушка превращалась в монстра, если ей не удавалось пообедать. Я не особо аккуратная и не любила все эти манерные обряды. И конечно же, я не идиотка и осознавала, что чаще всего за едой напоминаю свинку. Но мои друзья уже привыкли, родственники смирились, а я меняться не хотела. Может, надо было бы. Но зачем?

Если хочет меня в невесты, пусть принимает такой, какая я есть.

Пока король с королевой о чём-то разговаривали, капелька жира упала мне на грудь. И пока она не скатилась на платье, я смахнула её пальцем и запихнула его в рот.

В этот же момент поймала взгляд Леонарда. Мужчина, не отрываясь, смотрел на мои губы и на то, как я вытянула пальчик, слегка причмокнув в конце.

– А вот это уже интересно, – пробормотал он тихо, но я услышала.

Но не успела я ответить, как двери с грохотом распахнулись и ворвалась тощая девушка в замызганном платье.

– Самозванка! – завизжала она, указывая на меня и отбиваясь от стражников.

Леонард кивнул, и мужчины расступились, отпустив девицу.

– Это я танцевала с принцем на балу! И туфелька моя! – подошла она ближе.

Её миловидное лицо исказила ярость. А белокурые волосы выбивались из смешного чепчика. Настоящая Золушка, значит. Я её совсем не так представляла. В мультике она была доброй и симпатичной, а здесь… психопатка на диете с безумными глазами.

– Я три года батрачила на мачеху ради этого! – шипела она. – Терпела все её приказы. И не отдам просто так всё непонятно кому!

– Три года на плохой работе? – усмехнулась я. – Уволиться не пробовала?

– Что?

Она захлопала глазами. Ах да. Они ж не понимают.

– Уйти, говорю, – поправилась я. – Своим делом заняться. На себя поработать.

– Да ты…

– Принесите туфельку! – перебил её принц. – Посмотрим, кто из вас лжёт.

Золушка скрестила руки на груди и хищно улыбнулась.

Не знаю почему, но я что-то тоже втянулась в эту игру. Стало как-то обидно. Я не обманщица и не воровка. Мне чужого не надо. Меня вообще сюда приволокли силой. Я даже не хотела. Но если и мне туфелька подошла, то какого чёрта я должна с кем-то делиться?

Тем временем на подушечке внесли это прозрачное нечто. Золушка сразу же схватила и примерила. И ведь, стерва, влезла.

Говорила же: половину Питера можно в эту туфлю запихнуть.

Но было интересно, чем всё закончится. Поэтому я посмотрела на Леонарда. Он выглядел растерянным.

– Я приняла решение, – поднялась королева, подошла и встала между нами. – Мы проведём испытания. Только достойная станет невестой.

Ах ты гадина такая! Конечно, выиграет эта глиста в скафандре. Ведь она же точно знает, как что делать в этом… королевстве.

Аппетит пропал. Я неуклюже встала, поклонилась и пошла в свою комнату. Да ну их всех. Ещё и в испытаниях за мраморную статую не участвовала. Леонард же вообще без чувств. Холодный такой, как скала. Да, красивый, безусловно. И наверняка у него отличные кубики на животе, которые всё компенсируют. Но… мне казалось, что хотя бы во сне я имела право быть единственной.

Днём, как и вечером, принесли еду в комнату. Видимо, королевская семья больше не желала лицезреть меня на общих обедах. Ну и ладно. Не очень-то и хотелось.

Уже к ночи, когда моё тело освободили из этого мощного доспеха, я улеглась спать. Можно будет завтра выбраться погулять. Разведать окрестности. А то скучно здесь. Книги какие-то все неинтересные, и телефон так и не заработал. Электричества в этом мире не предусмотрели. А жаль.

Но заснуть так и не получилось. Я вдруг услышала, как что-то бьётся о стекло. Подошла и увидела светящегося жука. Красивенький. Захотелось поближе его рассмотреть, поэтому я открыла окно.

И только он влетел, как тут же превратился… в старую бабку в сиреневом балахоне.

Она долго кашляла, а потом начала что-то искать в складках своего наряда. Лишь достав трубку и закурив, рухнула на стул. Внимательно меня рассматривала.

Мы обе молчали. Странно, что я даже не удивилась тому, что жук превратился в человека. Наверное, окончательно смирилась, что это просто красочный сон.

Лицо у неё какое-то знакомое, а точнее, глаза. Синющее. Но вспомнить не могла, где я её видела.

– Так это ты та самая, что сломала мой план? – прокряхтела бабка, выпуская в меня струю дыма.

– Какой план? – решила уточнить я, присаживаясь на краешек кровати.

– Я в эту сраную Золушку, чёрт бы её подрал, столько магии вложила! Платье, карету, туфли ей наколдовала, а она даже спасибо не сказала. И тут появляешься ты!

– Простите?

Такого резкого поворота я не ожидала. Меня ещё в чём-то обвиняют?

– Не извиняйся, деточка. – Бабка провела по мне взглядом. – Может, так даже лучше.

– А вы вообще кто?

Хотя можно было не задавать этот вопрос. Я уже знала.

– Фея. И тебе лучше бы быть со мной милой! – Она надсадно закашляла, отборно ругнувшись, а потом снова затянулась.

– А вы меня отсюда можете вытащить?

– Не сейчас! Ещё немного поживи здесь. Обоснуйся. Присмотрись.

– К чему?

Бабка закатила глаза и откинулась в кресле.

– К мужу твоему будущему, глупая!

– Так это из-за вас я здесь?

– Не. Провидение.

Она закружила ладошкой перед собой и быстро встала. Только вот замерла в одной позе.

– Защемило спину, мать твою, – на выдохе проскрежетала она.

– Вам чем-то помочь?

Я подошла к ней и тоже нагнулась.

– Себе помоги, бедовая!

С хрустом и стонами бабка выпрямилась. Снова превратилась в светящегося жука и… долбанулась со всего размаха в стекло.

– Феи нынче пошли не те, – улыбнулась я, открывая форточку и выпуская насекомое.

В этом сне всё интересней и интересней. Ну ладно. Посмотрим, куда приведёт сказочная дорога.

Глава 4

Леонард

Женщины – это проклятие.

Я сидел в кабинете, пялился на карту королевства и пытался сосредоточиться на докладе о пограничных стычках. Три деревни разорены, нужны войска, казна пуста… всё как всегда. Но вместо стратегий в голове крутилось совсем другое.

В памяти мелькали рыжие волосы и изумрудные глаза. А ещё то, как Анжела слизнула каплю жира с пальца. Это было вызывающе и дерзко. И мне нравилось.

Чёрт!

Я швырнул перо на стол, забрызгав доклад чернилами. Плевать.

Что со мной? Я же видел сотни красивых и утончённых женщин, готовых на всё ради моего внимания. Они знали, как двигаться, говорить и даже как смотреть из-под ресниц. Идеальные грёбаные куклы, вылепленные для одной цели – понравиться.

А эта… жрала курицу руками! Да так, что я чуть не сгорел внутри. И это ещё при матери. Анжела даже не стушевалась под излюбленным взглядом королевы. Другая бы уже рыдала в истерике, но не эта девица.

Она либо безумна, либо ей действительно плевать. Второй вариант интриговал больше.

Другой моей избранницей была Элизабет. Она ворвалась в зал, визжала про туфельку, как поросёнок, и требовала справедливости. А вот на балу казалась воплощением доброты и грации. Сегодня же выглядела как базарная торговка, у которой украли кошелёк.

Я встал и подошёл к окну. Солнце садилось, заливая сад золотом. Где-то там бродила рыжая чужестранка, которую я притащил во дворец.

С тех пор как у нас появилась магия туфельки, всё стало проще. Не надо размышлять над собственными чувствами. И дело не в размере ступни. Иногда в туфельку не могли влезть и самые крохотные ножки. Здесь правило волшебство. Именно оно и отбирало кандидаток.

Я, как послушный наследник, только кивнул, когда мне сказали, что пришёл час выбора невесты.

Внутри же всё равно пустота. Какая разница, кто ею будет? Бесполезно злиться и противиться. Меня так или иначе женят, хочу я этого или нет. Уже давно моя душа погрузилась в холод и мрак. Я презирал этот фарс, который называют королевской жизнью, но свои мысли никому не показывал . Принц ведь должен быть прекрасным и улыбчивым.

Внутри я зверь в золотой клетке.

Развернувшись, я вышел из кабинета. Хватит. Нужен воздух.

Сад встретил меня запахом роз и вечерней прохладой. Я шёл по дорожке, стараясь ни о чём не думать. Правда, получалось плохо.

А потом услышал всплеск и ругательства. Да такие, что не вылетают даже из грязных ртов портовых грузчиков.

Я ускорил шаг, завернул за живую изгородь и замер.

Посреди пруда сидела Анжела. Юбки всплыли вокруг неё, а с волос капала вода. Девушка пыталась выбраться, но скользила и плюхалась обратно, выкрикивая проклятия.

– Да чтоб тебя! – Она снова упала. – Какой дебил вырыл пруд посреди дороги?!

– Это сад, – усмехнулся я, подходя ближе.

Анжела медленно повернула голову.

– Высочество! Какими судьбами? Присоединитесь или просто так пришли поглазеть?

– Ты прекрасно смотришься в этом живописном месте. Надо заказать у художника картину. «Девушка в пруду» – так её и назовём.

Я скользнул взглядом по платью. Оно облепило её так, что я видел всё. Особенно то, что сейчас на Анжеле не было корсета.

Развратная девчонка. И горячая. Даже не стеснялась того, что я её внимательно изучаю.

– Насмотрелся, извращенец? Теперь помоги выбраться! – потребовала она.

– Сначала объясни, почему ты в таком неподобающем виде и как ты туда попала.

– Да, я сняла эти кандалы. В них же невозможно ходить. Вот ты попробуй хотя бы день в доспехах побегать. Что? Не нравится идея? Вот и мне. А здесь я, потому что шла и размышляла, какой у вас кретинский мир. – Она снова поскользнулась и рухнула в воду, но продолжала говорить. – Туалетов нормальных нет, прудов в темноте не видно, и лошади срут прямо на дорогу.

– Лошади тут при чём? – Я подошёл к самому краю и нагнулся.

– Я наступила в говно и упала в воду!

Я подавил смешок, но не получилось.

– Тебе весело? – потянула она руку ко мне. – Серьёзно?

– Ага. Хватайся.

– Если что, утонем вместе.

– Здесь воды по колено.

Девушка никак не могла зацепиться за меня. И моё терпение лопнуло. Я чуть подался вперёд, схватил её запястье и дёрнул на себя. Анжела вылетела, врезалась в мою грудь, и мы едва не упали.

Теперь и я был мокрый.

Мы стояли, прижимаясь друг к другу. А я нагло рассматривал зелёные, но очень злые глаза.

– Отпустишь меня? – спросила она.

И только сейчас я понял, что держал её за талию.

Девушку била дрожь. Вечерний воздух холодил мокрую кожу.

Я отстранился, снял камзол и накинул ей на плечи. Анжела замерла, уставившись на меня.

– Все принцы такие галантные?

– Заболеешь, умрёшь, мне будет тебя жалко. Не люблю похороны, – улыбнулся я.

– И эта галантность продлилась ровно три секунды. Какой-то ты совсем не сказочный принц.

– Какой есть.

Она закуталась в камзол и уткнулась носом в воротник.

– Вкусно пахнет.

– Пытаешься меня соблазнить?

Да чего уж там. Я уже соблазнился, не мог оторвать от неё взгляд. Она меня заинтересовала.

– Странно соблазнять мужчину в таком виде, – улыбнулась девушка.

– Пойдём, – сказал я. – Нужно снять всё и согреться.

– Наши отношения развиваются слишком быстро. Я не готова к тому, чтобы ты меня раздевал.

– Просто провожу тебя к твоей комнате, чтобы ты ещё куда не упала.

Я шёл рядом с ней, иногда смотрел на её рыжие кудри, которые стали подсыхать и завиваться. Они были как пламя.

– И часто ты падаешь в пруды? – спросил я, чтобы заполнить тишину.

– Случается, – буркнула она.

– Опасное занятие.

– Ха, я однажды так задумалась, что прошла мимо своего дома три раза. По кругу ходила. Соседи решили, что я сбежала из психушки.

– Из чего?

– Ну, это место, где держат сумасшедших людей.

Анжела покрутила пальцем у виска.

– У нас их отводят в башню безумцев.

– Хм. Звучит уютнее.

– Там крысы.

Девушка скорчила смешную недовольную рожицу, а я хмыкнул. Пламя от факелов отбрасывало тени на её лицо, играло в глазах. Анжела не была красавицей, как Элизабет, но в ней всё такое живое и настоящее, что это притягивало.

– Дальше я сама, – сказала она, останавливаясь возле очередного поворота. – Не надо меня провожать, а то подумают что-нибудь не то и пойдут сплетни, что у тебя плохой вкус.

– А если и так?

Девушка полностью повернулась ко мне и нахмурилась.

– Тогда тебе нужно в башню безумцев.

И пошла дальше. А я стоял и смотрел на удаляющуюся фигуру.

Наверное, я должен был бы пойти к себе, но зачем-то решил последовать за ней. Держался на расстоянии.

Она брела по коридору, оставляя мокрые следы, и что-то бормотала себе под нос. А потом остановилась.

Я прижался к стене и замер. Услышал голос Золушки.

– О. Ты решила искупаться? Твои игры с принцем смешны. Мне жаль тебя.

– Ты следила за мной? – спросила Анжела.

– Здесь все следят за всеми. Это дворец.

Мне стало интересно, и я выглянул. Элизабет стояла с кувшином рядом с рыжеволосой бестией. Её глаза сверкали нескрываемой злобой. Она сделала шаг вперёд, но Анжела не отступила.

– Ты ведь понимаешь, что тебе здесь не место? – ехидно прошипела Золушка.

– Мне много где не место, но это не твоё дело.

– Он никогда тебя не выберет.

– Посмотрим.

– Ты себя в зеркале видела?

Лицо Элизабет исказилось.

– Каждый день смотрю. Бестолковый у нас какой-то диалог. Дай пройти.

– Ты толстая! – не сдавалась Золушка.

– А ты худая. Обмениваемся очевидными вещами?

– Уродливая!

– А это уже перебор. Тебя немного заносит на поворотах.

– Ты… ты…

Золушка задыхалась в порыве ярости. Её трясло. Лживая маска сползла, показав уродливое естество.

Анжела же стояла спокойно.

– Знаешь что? – Элизабет подняла кувшин. – Раз ты так любишь быть мокрой…

Содержимое из глиняного сосуда потекло прямо на голову Анжеле. Это было красное вино. Оно ручейками скатилось по волосам, платью, моему камзолу. Но девушка даже не вздрогнула.

– Вот так! – довольно выплюнула Золушка. – Теперь ты выглядишь как то, чем являешься. Ты грязь!

Я сжал кулаки. Во мне закипало ослепляющее бешенство. Хотелось сделать шаг вперёд, схватить эту тварь за горло и показать ей, кто здесь настоящая грязь.

Только дёрнулся, как тут же остановился.

Анжела подняла руку, вытерла вино с лица и облизала пальцы.

– Хорошее вино, – сказала она. – Такая растрата. Год какой?

Золушка непонимающе моргнула.

– Что?

– Спрашиваю, вино какого года? У хорошего вина должен быть год. Или ты схватила первое попавшееся, даже не узнав?

– Ты… сумасшедшая!

– Возможно, – пожала плечами Анжела. – Но хотя бы не трачу приличное бордо на мелкую месть.

Золушка хватала воздух, не зная, что сказать, а потом выпалила:

– Это только начало. Ты пожалеешь, что приехала сюда.

– Уже жалею. Здесь нет нормальных туалетов.

– Ты…

– Спокойной ночи, дорогая. Придумай в следующий раз что-то пооригинальней, а то скучно.

Анжела обошла её и побрела дальше. Даже не обернулась.

Элизабет смотрела ей вслед. Её лицо пропиталось ненавистью. Она топнула ножкой и помчалась в другую сторону.

Я подождал, пока стихнут шаги, и пошёл к себе.

В моей голове вихрями носились мысли. Не знаю, что будет на испытаниях, но поведение Элизабет вызывало только отвращение. Анжела не хотела показаться какой-то прекрасной передо мной. Она не скрывала своей натуры, и это подкупало. А ещё… Я понял, что мне с ней интересно. И она совсем не похожа на других. Нравилось, как она держится, не даёт себя в обиду и в то же время не играет в грязные игры.

Посмотрим, что будет дальше.

Глава 5

На следующее утро процедуры в королевстве были такими же: миллион юбок, пытка с корсетом и одинокий завтрак.

Я сама попросилась поехать в дом Золушки. Раз уж здесь застряла, то хотела посмотреть, как живёт моя соперница.

Карету мне подогнали прямо ко входу. Удобно. Зато не очень было удобно ехать. Она тряслась на каждой кочке.

Со мной снарядили фрейлину. Видимо, здесь будущим принцессам полагается нянька. И моя сидела с таким видом, будто сожрала что-то не очень приятное.

Но всё же я решила завести диалог:

– И часто у вас проходят конкурсы за жениха?

– Это древние обычаи, – фыркнула женщина.

В моём мире древний обычай – это очередь в поликлинику и драка с бабками, которые хотят пролезть «только спросить». А тут борьба за мужика. Как будто он сам не может выбрать понравившуюся ему девушку. Ерунда какая-то.

Карета снова подпрыгнула, и моя грудь вместе с ней. Благо её держал тугой корсет. Кстати, как оказалось, в таких платьях я выгляжу очень даже ничего. Не надо мучиться с тем, чтобы подбирать живот. Его сильно держат тисками. Но и дышать получалось через раз.

И вот мы добрались.

Огромный дом появился перед глазами. Целая усадьба. Теперь надо познакомиться с мачехой. Как говорится, враг моего врага – мой друг.

Я ожидала увидеть сварливую тётку и двух её стерв дочерей, но женщина оказалась… нормальной.

Она обвела меня и мою спутницу усталым взглядом, а потом пригласила в дом.

На вид ей не больше сорока пяти, но круги под глазами делали её старше. Да и седина уже коснулась каштановых волос.

В гостиной сидели две девушки примерно моего возраста. Не сказала бы, что красавицы, но и не уродины. Одна рыженькая, как я, вторая тёмненькая и худая. Вероятно, здесь все на диетах.

Они представились. Анастасия и Дризелла. Думала, девушки будут шипеть и смотреть на меня с ненавистью, но они выглядели испуганными.

– Чаю? – предложила мачеха, и я кивнула.

Мы сели за стол, и в мертвецкой тишине я начала разглядывать комнату. Чистая, уютная, с интересными подушками на диване. На стене висел портрет мужчины. Наверное, это отец семейства.

– Зачем вы приехали? – спросила женщина.

– Тут вот какое дело, – оживилась я. – Мне бы хотелось знать, чего ожидать от…

А как её зовут-то? Я рылась в памяти и не могла вспомнить. А у неё вообще было имя?

– От Элизабет? – пришла на помощь мачеха.

– Да-да. Именно так. Тут у нас намечаются конкурсы интересные. Хотелось бы понять, выйду ли я из них живой.

– Девушка росла без отца… так что… она немного…

Женщина мялась, подбирала слова.

– Да говорите уже как есть.

– Она нам в суп плевала! – неожиданно выпалила Дризелла. – Годами. Говорила, что мы заслуживаем это, потому что живём в её доме.

Мачеха на неё шикнула, и девушка замолчала, но тут уже прорвало рыженькую Анастасию.

– И пела бесконечно с птичками. В пять утра! Каждый день!

– Она постоянно на нас наговаривала. Жаловалась соседям, – продолжила Дризелла. – Нацепила старое платье, обсыпала себя золой и распускала слухи, что мы её работу заставляем делать. А она ни разу в жизни даже тряпки в руки не брала! Выжать нас хотела из этого дома.

Вот это интересная у меня сказочка. Тут всё как будто наоборот.

Мачеха больше дочерей не останавливала и только тёрла виски. А после чая предложила показать мне дом. Я с радостью согласилась, потому что хотела подтверждений услышанному.

Комнаты сестёр оказались маленькими, но уютными. У мачехи спальня была побольше, но довольно аскетичная. А вот чердак заняла Элизабет.

– Она сама его выбрала, – пожала плечами женщина.

Здесь лежало много подушек, а на стенах висели рисунки. Элизабет в короне. Элизабет на троне. Элизабет в платье из бриллиантов.

Среди них были и сёстры с мачехой. Но то на коленях, то в клетках, то на висельницах.

– Так она же у вас маньяк! Ей в психушку надо на лечение! – всплеснула я руками.

– Кто? Куда? – захлопала глазами женщина.

– Долго объяснять, – махнула я рукой.

На столе лежала толстая тетрадь. Читать чужие записи нехорошо, но когда имеешь дело с психопаткой, то надо в обязательном порядке.

Книга неудавшейся маньячки называлась «Дневником страданий». Я пролистала несколько записей. Там она писала, как её принуждали что-то делать. Но такое, полезное. Нас с братом, кстати, постоянно заставляли по дому помогать.

А дальше шло перечисление того, как она будет медленно или быстро расправляться с сёстрами и мачехой.

Ещё она мечтала стать принцессой, захватить соседнее королевство, потому что там замки красивенькие.

Какой чудесный маньяк с бантиком. Я аж прослезилась.

Закрыв дневник, долго смотрела в пустоту. Кажется, сказка становится хоррором. Хорошо, что здесь ещё не изобрели бензопилу. А то гоняла бы наша Золушка с ней по всему королевству.

– Почему вы не рассказали королю? – спросила я, когда мы спустились.

– Кто ж поверит? Слово мачехи против слова сиротки! – Она покачала головой.

Мы мило распрощались, и я поехала с нянькой во дворец. Всю дорогу думала, а нафига мне это? Но что-то подсказывало, что надо срочно спасать принца.

Карета качалась, а я смотрела в окно и думала. Есть женщины, которые одним только взглядом могут завлечь мужчину. И он даже не подумает проверить её чердак.

На этом месте я хмыкнула. Получилось как-то двусмысленно.

Но в самом деле. Она будет мило улыбаться, строить из себя принцессу, а в комнате будут развешаны плакаты, утыканные ножами.

А есть такие, как я. Немного невоспитанные, не боящиеся сказать правду в лицо, ну да… фигурой не вышла. Но зато душа чистая. И я не мечтаю кого-то казнить.

Глава 6

Леонард

Мать вызвала меня утром. Это никогда не значило ничего хорошего. И почти всегда как визит палача: знаешь, что будет больно, но не знаешь, куда ударят.

Я шёл по коридору, и слуги шарахались с дороги. Чувствовали настроение. Умные твари. Выживают при дворе дольше, чем благородные идиоты.

Двери в покои матери распахнулись. Она сидела у окна.

Я поклонился. Мы оба знали, как я её ненавижу.

– Садись.

Но я остался стоять, чем разозлил её. Королева любила, когда ей подчиняются, а я всё делал наперекор, чтобы её позлить.

– Мне доложили, что видели, как ты накинул камзол на эту… особу, – начала она.

– Девушка замёрзла, ничего другого не оставалось.

– Она упала в пруд! Как деревенская дура!

– Выражайся точнее, мама. Она поскользнулась на лошадином дерьме.

Королева поморщилась, потому что ненавидела грубые слова. Я это знал, потому и использовал их.

– Леонард! – Её голос стал ледяным. – Ты понимаешь, что делаешь?

– Ты решила раздуть скандал из ерунды? Что такого? Помог промокшей женщине. Или это теперь чудовищное преступление?

– Ты выставил себя дураком!

– А лучше было – бессердечной сволочью?

Повисла тишина. Мать медленно встала и подошла.

– Элизабет идеальна. И хорошая для тебя партия, – отчеканила она. – У неё красота, манеры…

– Да мне плевать! – перебил я. – Вчера твоя идеальная Элизабет облила соперницу вином в коридоре, как базарная шлюха.

Мать замерла, буравя меня взглядом.

– Что?

– Ты слышала. Не хочу повторять. Она недостойна даже того, чтобы я её рассматривал в качестве невесты.

Я замолчал и смотрел, как меняется лицо матери. Она решала, какую тактику выбрать.

– Девичьи ссоры – это мелочи, Леонард. Пустяк.

– Из таких пустяков состоит человек.

Но в голове у меня были более злые мысли. Элизабет – тварь. И под маской ангела прячется бешеная сука. Я чуть не выбрал себе в жёны женщину, которая будет улыбаться за завтраком и травить детей на ужин.

– Я сам приму решение по поводу невесты.

– Всё решат испытания. Ты не смеешь идти против традиций.