Арина Власкалич
Сказочный пассаж

Посвящается Оксане. Её добрым рукам и самой искренней улыбке.

Глава 1

С тяжёлым вздохом опустилась на сидение – о Кате так ничего и неслышно. Мы прождали в банкетном зале почти четыре часа, а потом пришло то сообщение. Стало очевидно – беглянка ни за что не вернётся.

Кажется, весь торт съели мы. Ну, точнее, большую его часть Анжела и мы с Элей по кусочку. А после того, как посмотрели то злополучное видео – Анжела съела и фигурку жениха…

С рыжухой и Элей попрощались на сенной площади. Девчонки отправились вниз, а я перешла на фиолетовую.

Народу в метро навалом. Ещё бы – четырнадцатое февраля.

Как драматично. Выбрать датой свадьбы – день всех влюблённых, чтобы прямо перед церемонией выяснить, что жених изменяет уже больше года. Бедная моя Катя…

Оглядевшись по сторонам, упёрлась взглядом в девушку с букетом напротив. Точнее, в её утиные губки, вернувшие к размышлениям о последней пациентке накануне вечером, которая отменила запись за пять минут до начала. Как раз была записана на губки…

Прищурившись, хорошенько присмотрелась. Выглядит вульгарно. Вокруг ещё и окаёмка филлера. И вдруг глаза сами перешли левее и открыли взору молодого симпатичного мужчину в шерстяном пальто строгого покроя с растрёпанными светлыми волосами, который насмешливо смотрел прямо на меня. Видно, вместо профессионального интереса прочёл завить. Закатила глаза – думай как хочешь.

Однако что-то в образе незнакомца вызвало любопытство. То ли вычурный широкий перстень на среднем пальце, то ли платок-паше, яркий галстук, курчавые светлые волосы… А возможно и всё вместе. Поэтому взгляд снова опустился на мужчину.

Незнакомец уже потерял ко мне интерес и теперь смотрел куда-то вдаль. Правую руку опустил в карман пальто и выудил золотые карманные часы на цепочке. Открыв верхнюю крышку, довольно усмехнулся, а затем одними губами просчитал: «Три, два, один».

Вдруг перед глазами поплыло, кажется, упало давление. Пришлось сделать глубокий вдох из будущего дыхательного квадрата, чтобы успокоить подступившую тошноту.

Следующая только звенигородская, а ехать до самой шушары…

Состав остановился и двери распахнулись. Подняла голову и подалась корпусом к выходу, чтобы успеть вдохнуть побольше воздуха, когда заметила на полу те самые часы, которые минуту назад рассматривал мужчина, а в проходе уже мелькнула шлица пальто незнакомца.

Оглянулась, чтобы понять, заметил ли кто пропажу, кроме меня. Конечно, нет. Все уткнулись в свои телефоны. А вместо девушки с утиными губами напротив оказалась странная бабушка. Вроде бы я её где-то видела. Ох, уж эта соломенная шляпа! Старушка улыбнулась и стала похожа на крокодила. А затем помахала. Мне.

Я снова уставилась на часы, которые так и лежали в проходе.

«Осторожно. Двери закрываются» – донеслось из динамиков вагона.

Мгновение на раздумья, и я со всех сил рванула вперёд.

Не с первого раза получилось подобрать вещицу, поэтому без особой надежды успеть по инерции побежала к двери. Выскочить удалось в последний момент. Позади послышался хлопок. И звук набирающих скорость колёс.

Оглядевшись, увидела незнакомца. Тот уже вовсю подбирался к лестнице.

– Вы уронили часы! – крикнула вдогонку, но мужчина ничего не услышал. А потому пришлось снова пуститься в погоню – не зря же жареный петух клюнул на подвиг.

Тем временем незнакомец уже скрылся в первом лестничном проёме: придётся поднажать.

Быстро перебирая ногами, рассеянно осмотрелась по сторонам: что это за станция такая? Десять лет здесь живу – впервые вижу.

Но лестница оказалась крутой – здесь лучше хорошенько смотреть под ноги и поменьше думать.

Взбежав два пролёта, подумала, что окончательно потеряла мужчину из вида. Но в коридоре за перилами возле последнего пролёта показались чёрные лакированные туфли.

– Подождите, молодой человек! – крикнула на полной громкости, а под нос пробубнила:

– Зачем я это делаю?

Выскочив из лестницы, попала в мраморный коридор, пол на котором почему-то был устлан красным ковром. В конце коридора были высокие массивные двери, совершенно непохожие на те, что в метро, и ни одного турникета. За одной из створок как раз скрылся бестолковый незнакомец.

Выйдя из метро, попала на узенькую улочку, украшенную ветками ели, красными бантами и деревянными игрушками. Балконы низеньких домишек были уютно обставлены венками и толстыми свечками. А в конце улочки шагал тот самый мужчина в пальто. Снова попыталась его окрикнуть – он тут же свернул за поворот.

«Не отдам часы, пока не вызовет мне такси до дома», – размышляла, торопливо шагая по мостовой. «Бежать больше не буду. Если пропажа не найдётся за поворотом – значит, со спокойной душой развернусь».

За поворотом совершенно неожиданно обнаружился тупик, а в нём одна-единственная дверь с деревянной резной табличкой «Салонъ Мирошникова».

С мало терпимым раздражением рассматривала дверь, пытаясь задавить желание повернуться и пойти обратно.

Ну да ладно. Не зря же марафонский забег устроила.

Потянула на себя бронзовую ручку, дверь с писком отворилась. Из помещения полился тёплый свет и запах пищи.

Войдя внутрь, начала искать глазами администратора, но никто похожий рядом не обнаружился, поэтому, сбив с сапог снег, снова отправилась на поиски.

Глава 2

Заведение представляло собой какую-то жутко антуражную столовую с замашкой на Петербург эпохи Пушкина, может, чуть старше.

Высокие своды потолков, ковры на паркете, ажурные занавески. На круглых, застеленных белоснежными льняными скатертями столах, стояли графины, стопки тарелок, бокалы для воды и вина, а по центру – бронзовые подсвечники.

Вокруг столов сидели мужчины в костюмах. За столом слева обсуждался какой-то любопытный чертёж. Справа просто хохотали. «Наверное, тематический мужской клуб» – пришла запоздалая мысль.

А возле окна в компании из пяти человек сидел уже без пальто тот самый незнакомец.

Нерешительно двинулась к окну, обходя близко расставленные стулья.

Возле стола опустила руку в карман и уже собиралась победно достать потерянную вещицу и вытребовать такси до дома, когда мужчина окинул меня презрительно-насмешливым взглядом и завил:

– Что, так приглянулся?

Все сидящие за столом тоже с любопытством развернулись.

Борясь со жгучим желанием запустить злополучные часы прямо в наглую морду, закрыла глаза и медленно просчитала до десяти. Сама доберусь до дома.

Выудила побрякушку, протиснулась между стульями и положила на стол, надменно провозгласив:

– Не за что.

Вот только вместо благодарности, радости и озарения, на лице незнакомца показалась лютая злость, а сидящие рядом мужчины схватились за головы. Один даже восхищённо присвистнул.

– Работаешь на Ведищеву? – спросил незнакомец.

– Н-нет.

В следующее мгновение столовую огласил удар кулака по столу:

– Тогда кто просил тебя тащить их сюда?!

Мужчина, что сидел ближе всего ко мне, встал из-за стола и закрыл меня спиной:

– Успокойся, Пётр. Ты пугаешь девушку. Видно же – она не магичка, а значит, не могла знать, что вещица непростая.

Затем говорящий обернулся ко мне и, улыбнувшись ласково заговорил:

– Милая девушка…

– Оксана Степановна, – зачем-то поправила.

Незнакомец кивнул и продолжил:

– Очень приятно, Оксана Степановна, меня зовут Олег. Так получилось – Петру пришлось выронить эту вещицу не случайно, и никто не мог предположить, что она так быстро вернётся.

Всё дело в том, что Пётр обладает редкой магией – он созидатель. Ему дано видеть истинное желание сердца. А ещё он может исполнить любое желание, но это строго запрещено законом. Сами понимаете, не всякое желание несёт зерно добра. Итак, наш Пётр несколько лет назад был неосторожен в выборе любовной пассии и вступил в отношения с весьма ревнивой женщиной.

– Закрой свой рот, Олег, – сзади раздалось шипение, видимо, того самого Петра.

Олег же, не обращая внимания, продолжил:

– Так вот, эта дама наложила на нашего героя очень затейливое проклятье – привязала к нему маховик желаний. – Мужчина взглядом указал на те самые часы, которые всё ещё лежали на столе. – Пётр должен был исполнить тысячу желаний. А это, как понимаете, было, ох, непросто. Вот только после того, как на маховике показалось число девятьсот девяносто девять – он скрутил сотню обратно. Стало очевидно, что избавиться от проклятья прямым способом невозможно. Но всё же нам удалось найти возможность обойти это несчастье.

Дело в том, что в определённое время грань между мирами истончается.

Мы накинули на маховик очень сложное заклинание, и Пётр должен был оставить их в верхнем Петербурге, иначе они бы непременно вернулись к нему. А последнее желание само должно было исполниться у человека, который нашёл их. Никто и представить не мог, что маховик найдёт кто-то настолько честный и исполнительный, а единственным его желанием будет вернуть часы, понимаете? И теперь мы оказались в затруднительном положении, если вы вернёте Петру часы, он опять окажется в заложниках проклятья, – Олег задумчиво почесал лоб.

– Всё сказал? – злобно прошипел Пётр, – А теперь, наконец, внимательно посмотри на неё. Она же из верхнего Петербурга и понятия не имеет о том, что такое магия. Пальто это блестящее тебя не смущает с розовой шапкой?

В этот момент Олега, видимо, озарило.

– Так она… Но как она?..

«Сектанты» – понеслась первая мысль в голове, начавшей выходить из ступора. «Или ещё лучше – Сатанисты. Бежать отсюда надо. Срочно».

Вдруг картинка поплыла, и пришло осознание, что от страха потекли слёзы.

Пока мужчины о чём-то горячо спорили – старалась понять, как бы незаметно откланяться. Вот только в этот момент Олег развернулся, и вся компания снова посмотрела на меня. Единственное, что вспомнилось в голове – глупенькая сценка из мультика.

Уставилась в угол позади сидящих за столом мужчин и постаралась выглядеть напуганной. Изображать особенно ничего не пришлось, потому что нутро в самом деле окутал лютый страх. Затем для большей убедительности подняла палец и ткнула им в тот же угол.

Глава 3

Вот и отметили освобождение от маховика Ведищевой…

А ведь всё шло по плану до тех пор, пока не появилась эта девица. Конечно, конечно. Такая честная, что решила сразу же вернуть. И совсем не потому, что наверняка возжелала какую-то лютую и немыслимую ересь, за которую любого созидателя посадят на дыбы. Но у меня ведь выбора нет… А она, естественно, об этом не знала… Святая простота!

Стоит, давит слёзки, хлопает глазками, изображает напуганную бедняжку.

А дальше картина по маслу… Девчонка уставилась на что-то позади нас, в глазах промелькнул первобытный ужас. Пробрало даже меня. Затем трясущейся ручонкой она указала на кого-то позади. Мы как по команде медленно обернулись – и тут же послышался стук удаляющихся каблучков…

Серьёзно?

Накинул на проклятущие часы платок и засунул в карман пиджака, на ходу цепляя с вешалки пальто и, словно одурманенный, чеканя про себя: «не моё, не моё».

Когда я видел Оксану, идущую за мной по мостовой – она еле волокла ноги, зато теперь порхала словно ястреб, ловко маневрируя между стульями. В последний момент успел подскочить к выходу и подставить ногу, не дав открыться двери:

– Не так быстро, дорогуша. Никуда не уйдёшь, пока всё не расскажешь, и мы с тобой вместе не выберем желание, которое поможет избавить меня от маховика.

– Мужик… – хрипло произнесла девица и покачала головой, – по-хорошему предупреждаю – отвали.

Это становится смешным.

– А то что?

Глядя прямо в глаза, девица со всей дури зарядила мне каблуком по ноге.

Из глаз посыпались искры. Изо рта – непотребства.

Воспользовавшись моим нестоянием, чокнутая Оксана Степановна всё-таки открыла дверь и выскочила наружу.

В мою душу начали закрадываться самые чёрные сомнения. Может, девчонка действительно понятия не имела, что подобрала?

В любом случае – она держала маховик последней, а значит, если и остался шанс избавиться от проклятья в ближайшее время – то это догнать её и во всём разобраться.

Когда искры из глаз перестали брызгать фонтаном, а первая волна боли схлынула, я сделал несколько глубоких вдохов и хромая вышел на крыльцо салона.

Оксана вовсю улепётывала. Правда, почему-то не обратно в сторону метро – а в противоположную по мостовой. Обернувшись, она бросила на меня испуганный взгляд. Испуганный! Это кто кого ещё должен бояться?! И тут же свернула в первый проход.

Благо этот проход был мне хорошо знаком. Арка вела только в одну дверь. Пассаж Сказоченко… Кажется, стоит поторопиться.

…

Я бежала что есть сил. Как будто от этого жизнь моя зависела. Да что там? Она и зависела. Это же надо было так вляпаться, да ещё и по собственной инициативе!

Обернулась, чтобы понять, получилось ли оторваться. Расстояние-то увеличилось, а вот психованный мужик никуда не исчез. Надо было ещё по морде стукнуть.

Вот поворот, а там ещё куда-нибудь сверну и затеряюсь в подворотне.

Чёрт! Никакого поворота! Только арка в какое-то заведение.

Над дверью огромными позолоченными буквами было выведено: «Сказочный пассаж».

Менять планы поздно, оставалось надеяться на удачу…вдруг у заведения есть второй выход.

Осторожно прошла внутрь и всмотрелась в полумрак. Откуда-то сбоку подскочил мужчина в чёрном фраке и почтительно поклонился:

– Добрый день, сударыня. Вас кто-то ожидает?

– Ожидает, – теряться в этой ситуации было никак нельзя. Нужно попасть туда, где есть люди.

Мужчина помог снять пуховик, и с любопытством осмотрел вещь.

– Вас проводить к…? – хостес выдержал вопросительную паузу.

Поправила волосы и сделала вид, что не слышу.

– Проводить вас к кому?

– Не надо провожать. Сама найду.

Не стоило рисковать и вываливать на мужика всю правду, чтобы проверить – поможет или сразу выставит. Если это ресторан или кафешка – закажу себе что-нибудь и заодно быстро вызову полицию.

Заведение на поверку оказалось чем-то средним между казино и рестораном. На некоторых столиках играли партии в карты, на других распивали шампанское, а на третьих – раскидывали кости. Благо помимо мужчин здесь присутствовали и женщины. И почему-то все они были разряжены в костюмы стилем исключительно под дворцовую эпоху. Может, какой праздник?

Какой же дурной день! Бедная моя Катюха…Да и я не лучше.

Только при втором обходе удалось найти свободный столик, правда, сервированный на шесть персон. Неважно. Мне только дождаться полиции, потом освобожу сразу.

Села на ближайший стул и выудила из сумочки телефон – не ловит от слова совсем. Вайфай тоже не обнаруживается. Успешный успех. Ни разу в жизни ещё так сильно не хотела оказаться дома.

Что же делать? Поискать запасной выход? Попросить за соседним столиком телефон? Спросить про вайфай? Или всё-таки найти менеджера, объяснить ситуацию и попросить вызвать полицию?

Погрузившись глубоко в свои мысли, не сразу услышала, как рядом кто-то возмущается. Прямо возле моего стула стояла очень красивая девушка с неподходящим для костюмированной вечеринки макияжем, но в средневековом костюме. Шерстяная длинная красная юбка, рубаха, корсет, расписной платок и жакет с множеством маленьких пуговок, а на плече небрежно свисает настоящая норковая шубка.

– Матвей! – капризно закричала девушка, – Матвей, быстро подойди ко столу и выгони эту девку!

Девку? У меня была возможность сомневаться в личности «девки» до тех пор, пока дама в красном не тыкнула пальцем прямо мне в лицо.

– Девушка, перестаньте так безобразно кривиться – морщины себе понаделаете.

– Матвей! Эта деревенщина мне хамит! Быстрее тащи сюда своё тело!

– Я хамлю? Вы белины объелись? Отойдите от столика, иначе позову администратора.

– Да ты видно юродивая! Пошла вон, деревенщина! – наконец прошипела в мою сторону дама.

– Ну это уже слишком, – привстав возле стола, я взяла поднос со стопки и замахнулась на девицу. М-да… нервишки не в порядке. Надо будет пропить курс магния.

Девушка взвизгнула и всё-таки отошла от стола. Зато возле стола появился тот самый сумасшедший мужик, именуемый Петром. Безнадёжно вздохнул и запустил пятерню в свои растрёпанные светлые волосы, а затем ни к кому не обращаясь, выдал:

– Лариса – баба Баженова. Тебе конец. Но если тебя убьют – мне не снять проклятье…

В это время из-за большой бархатной занавески, призванной выполнять зонирование между частями огромного зала, вышел накаченный лысый здоровяк, в очередном тематическом костюме.

Матвей – догадалась я.

Судя по тому, с какой решительностью мужчина направился в мою сторону и с какой радостью его встретила дама в красном – угадала с первой попытки.

Пётр взял меня под локоть и потащил в сторону. Несколько раз я брыкалась, пытаясь выбраться из мёртвой хватки, и в конце концов, решила действовать по накатанной. Как только подвернулась возможность – снова ударила каблуком по той же ноге.

Мужчина согнулся пополам, схватив руками больную ногу, и прошипел, что поможет Матвею прикончить меня.

Споро развернувшись, собиралась быстро выскочить к выходу, но сразу же врезалась в грудь Матвея. По инерции отскочила на шаг назад и выпученными глазами уставилась на громилу, задрав голову.

– Ты на кого гавкала, дура? – пробасил здоровяк.

Ответить ничего не успела, мужчина взял меня за грудки и поднял над полом так, что наши глаза оказались на одном уровне. Ткань блузки больно врезалась в подмышки, послышался треск – кофта явно не была предназначена для такого использования.

– Встанешь на колени и извинишься перед Ларисой Николаевной.

– Что? – пропищала я.

Чтобы сделать жертву более понятливой, мужчина хорошенько меня встряхнул. Кажется, на подмышках образовались настоящие порезы, а картинка снова поплыла.

Вдруг позади мужчины мелькнула тень. Послышался глухой удар. Здоровяк выронил меня, скривился, обхватил колено, и тут же получил по затылку тем самым подносом, которым я пугала даму в красном.

Только ничего от подноса громиле не сделалось. Матвей обернулся и посмотрел на Петра даже как-то обиженно. Впрочем, тот не растерялся и прямо в развёрнутое лицо зарядил тяжёлой керамической вазой. Теперь здоровяк пошатнулся и аккуратно присел прямо на пол, обхватив рукой ударенное место.

Пётр подскочил ко мне, схватил за руку и раздражённо спросил:

– Остаёшься или идёшь?

– Иду, – согласилась и быстро зашагала за удаляющейся спиной.

Глава 4

Выскочив на улицу, удивлённо посмотрела на всунутое мне прямо в руки чужое пальто.

– Это не моё.

– Если хочешь жить – твоё. Лариса – баба вздорная, и со связями. Если ей удастся запихнуть тебя тюрьму – я уже не смогу помочь, самому нельзя высовываться. Так что одевай и шевели ногами.

Мы тут же свернули в соседний проулок. Позади с гулким звоном распахнулась дверь и послышались ругающиеся голоса мужчин.

– Сюда, – Пётр открыл дверь питейной и пропустил меня вперёд.

Дым в помещении стоял столбом, от весёлого шума и гомона звенели стёкла в оконных рамах. Жаркий воздух питейной, смешиваясь с морозным уличным, образовали пар. Пётр продолжал тащить меня за руку.

Пройдя всё помещение, мы выскочили из подсобки на параллельную улицу и тут же снова свернули в домовую арку.

На улице было пустынно, ночь ясная, морозная. Поэтому шум погони был слышен безнадёжно отчётливо.

Возле одного из домов за небольшим забором стоял низенький сарай с открытой дверцей. Я резко остановилась и дёрнула мужчину:

– В сарай! – вырвавшись из цепкой хватки – рванула к постройке.

– Нет, Оксана, это не сарай! – раздалось сзади шипение.

Хоть землянка! Хочешь, чтобы тебя поймали – оставайся снаружи, а я спрячусь и пережду.

Подбегая к деревянной постройке, с удивлением обнаружила, что её крыша – не выше моих плеч. Ну и что. Мало ли? Я точно не специалист по сараям.

Нырнув в открытую дверцу – сразу же прислонилась к стене и присела на корточки.

Отдышавшись, попыталась осмотреться. Ничего не видно – хоть глаз выколи…глаз…я вдруг чётко увидела в темноте радужки двух уставленных прямо на меня глаз.

Трясущейся ручонкой достала телефон, включила фонарь и медленно навела на самое страшное место.

В углу постройки прямо на соломке лежала огромная зубастая псина. Если и есть название у этой породы, то оно должно звучать приблизительно так – тиранозавродог.

Собака ощетинилась, и я рукой приглушила свет. Расстояние, разделявшее пасть псины и моё лицо – примерно два метра, и я отчётливо понимала, что шансов выйти из будки со своим скальпом – крайне мало. А потому решила попытаться успокоиться. Собаки ведь чувствуют страх?

– П-п-просттиите. Н-не хорошшо в-в-вышло. Уж-же ухоажу, – обратилась я к хозяйке будке и начала пятиться, но в этот момент в будку влетел Пётр. Псина подскочила, Пётр прошептал «сомнум» и вовремя успел рукой закрыть мне рот, пока мои дикие вопли не огласили всю улицу.

Собака пошатнулась и упала на солому, высунув язык. А через мгновение послышался громкий храп.

На мостовой совсем рядом с нами послышались торопливые шаги. Сначала они звенели с одной стороны, стихли, а затем появились снова и проследовали в другую, исчезнув совсем.

Всё это время я сидела, не дыша, прижатая спиной к Петру, который крепко зажимал мне рукой рот.

Мужчина внимательно осмотрел улицу, вылез и подал руку.

– Из-за тебя пришлось приложить Полкана сонным заклинанием! Я же сказал, что это не сарай, – сквозь зубы прошипел Пётр.

– Надо было сказать, что это будка, – огрызнулась я.

– Надо было слушать, что говорят!

– Надо было не рычать, а объяснить нормально!

– Да потому что не надо хватать чужие вещи!

– Если бы ты не раскидывал свои вещи – никто бы их не подбирал.

Чтобы было удобнее рычать друг на друга, мы остановились и развернулись лицом к лицу.

Вдруг сбоку мелькнула тень, я испуганно обернулась, и в этот момент с другой стороны к нам подбежал мужчина и повалил Петра на землю.

Несколько раз незнакомец пытался оседлать Петра и скрутить, но тот не давался и откидывал соперника, однако подняться Петру не удалось. Стоило мужчине опереться на ногу, как её тут же сбил подбежавший из подворотни второй незнакомец. Пётр повалил и второго. Теперь неизвестные личности пытались оседлать Петра вдвоём.

Я же судорожно перезагружала телефон, в надежде, что после перезагрузки, он, наконец, начнёт ловить связь.

На мгновение показалось, что сейчас Пётр скрутит незнакомцев, однако из тени вышел третий мужчина и довольно сильно ударил Петра ногой в живот, а затем ещё раз ударил по туловищу, чтобы скинуть со своего товарища.

Пользуясь заминкой, один из поваленных незнакомцев встал на ноги и тут же бросился на него.

Ну это уже не по-пацански – подумала я и не с первой попытки достала из сумки перцовый баллончик.

Самое занимательное в перцовом баллончике было – умудриться брызнуть так, чтобы не попасть в лицо…себе.

Вдох, выдох. Пшик. Пши-и-и-и-ик!

Глава 5

Ох, какие заковыристые и витиеватые ругательства! Да здесь у нас поэты!

Двое мужчин, что были сверху, сразу же закашлялись и попытались отойти подальше от опасного места. Однако третий так и остался сидеть на Петре, колотя что есть мочи. Ему, очевидно, досталось меньше, но если повторить процедуру, сильно пострадает сам Пётр. Натянула шапку и хотела попробовать оттащить мужика шарфом, но в этот момент Пётр сам скинул нападавшего и хорошенько приложил кулаком.

– Не дыши! – немного запоздало предупредила я.

Мужчина молча схватил меня за руку и потащил в проход. Мы заползли за заснеженные кусты возле ближайшего дома и угрюмо смотрели, как наши преследователи пробежали мимо нас.

– Признайся, Оксана, ты профессиональный убийца? – сердито вопросил Пётр.

– Почему это я убийца? – начала раздражаться я.

– Потому что после встречи с тобой крайне сложно выжить.

– Я не имею никакого отношения к происходящим событиям. Я просто пыталась вернуть потерянную вещь, – это была моя последняя попытка спокойно объяснить произошедшее.

– Если бы ты не убежала из салона – ничего бы не случилась, – прорычал Пётр.

– Если бы ты не орал на меня – я бы не убежала!

– Ты вернула мне обратно часы с проклятием, которое я не мог снять четыре года! Откуда мне было знать, что это не козни Ведищевой?!

– Ты мог спросить об этом у меня! Откуда мне было знать, что какой-то дурак может просто взять и выкинуть золотые часы!

Мы злобно уставились друг на друга.

Первым из яростного транса вышел Пётр:

– Пойдём.

– Куда?

– Подальше отсюда.

– У тебя есть телефон?

– Нет, конечно. Погоди… ты что…ты до сих пор не поняла, куда попала?

От мучительных раздумий меня спас приближающийся топот. Опять?! Судя по звуку – преследователей стало больше.

– Ох, на беду ты мне попалась, Оксана, – простонал Пётр и достал из кармана синий камешек, который тут же бросил о землю. По воздуху поплыло синее марево, и медленно, словно на зависшем компьютере, начала меняться картинка.

Мгновением позже мы стояли в маленькой комнатушке. На полу навалены друг на друга, лежали мешки с мукой, на большой дубовой столешнице – разной величины скалки, железные формочки и банки. Пахло сдобой.

Не моргая, уставилась на мужчину, который устало опёрся об стену и будто бы в порыве немого отчаяния прислонил руку к переносице и закатил глаза к потолку.

– Что это сейчас было? – из моего рта вырвался писк.

Некоторое время помолчав, Пётр с укоризной посмотрел в ответ:

– Забулдыжка это, Оксана Степановна.

– Дым в питейной был галлюциногенным?

– Страшно? – вдруг с пониманием вопросил мужчина, а потом не дожидаясь, сам же и ответил, – Не бойся. Сейчас успокоится немного Лариса, проведу тебя в верхний Петербург, там спокойно вернёшься домой. А в процессе постараемся проклятье снять.

На глазах снова появились слёзы:

– А сейчас мы не в Питере?

– В Питере, – уже с сочувствием добавил Пётр, – только в нижнем.

– Мужик, ты болен… Тебе помощь нужна, – отстранённо услышала собственный всхлип, – и мне помощь нужна.

– Мы сейчас в пекарне Олега, – попытался поменять тему Пётр, – у него их целая сеть. Только в этой стопырик наколдован – мажью ауру прячет. Выгляни в окошко, Степановна. Только сильно не высовывайся.

На закромах сознания уловила обидную вещь – Оксаной Степановной называет, только когда хочет подколоть.

Сопли и слёзы утёрла прямо рукавом чужого пальто, совершенно не заботясь о том, как выгляжу со стороны. Достала из кармана брюк телефон и снова попыталась поймать связь – бесполезно.

Не сводя подозрительного взгляда с мужчины, который уселся прямо на пол, оперевшись о стену – проследовала к низенькому окошку. Словно шпион, встала у стены и одним глазком выглянула на улицу.

Снег, сугробы, ночь… ничего не обычного. Кроме кареты, упряжённой двумя лошадками. И идущих по противоположной дороге костюмированных мужчин. И дворца напротив. Что это за здание такое? Почему впервые его вижу? Гаргульи?

Но самым удивительным был свет от фонарей. С самим фонарём всё в порядке. А вот свет… свет буквально провожал прохожих до следующего фонаря. Передав коллеге – огонёк возвращался на прежнее место.

– Пётр, мне нужна помощь, – из моей груди начали выходить сдавленные всхлипы, – у меня снова галлюцинации.

– Ты можешь хоть ненадолго оторваться от своих надуманных проблем и заняться решением настоящих? – раздражённо ответил мужчина, – ты, кажется, мне ногу сломала.

Только в этот момент, наконец, развернулась и увидела, как Пётр рассматривает свою разутую ногу.

– Ну хоть бы по разным стучала! Нет, со всей дури и по одной.

– Я думала, что ты убить меня хочешь!

– Не искушай, Степановна, – сетовал Пётр.

– Я, вообще-то, врач. Дай-ка посмотрю.

Подошла к мужчине и опустилась на колени, хорошенько прощупала стопу и легко надавив, согнула.

– Перелома нет. Жить будешь.

– Буду, – буркнул мужчина, – главное по ноге каблуком больше не стучи.

– А когда…когда можно будет домой вернуться?

– Когда все немного успокоятся. Шум ты подняла знатный.

– А кто такой этот Баженов?

– Глава первой купеческой гильдии. Начинал с соли, а сейчас торгует драгоценностями, мёдом и лошадьми. Но это по чину. А по слухам, приторговывает людьми.

– Святые отцы проповедники!

– Кто?

– Неважно. Ты-то сам, кто есть? Тоже купец?

– Пособник я.

– Это кто? – от волнения и подступающей истерики я стала не на шутку разговорчивой.

– Законник, поверенный, правовед, что-нибудь из этого понятно?

– Понятно. Юрист значит, – уселась на пол рядом с Петром.

– Дайка руку, Степановна. Если ты не против, попробую сначала решить свою проблему.

– Ты вроде как спас меня. В качестве благодарности, так уж и быть – держи, – снисходительно протянула руку, незаметно приметив, что у мужчины начала дёргаться бровь.

Взяв в руки мою кисть, Пётр закрыл глаза, и перед моим взором, словно с включённого ночника полился тёплый золотистый свет.

– Твоя задача подумать, о чём ты мечтаешь больше всего на свете, – дал инструкции мужчина, – только постарайся выбрать что-то не сильно мерзкое.

После того как мать выписали с больницы, кажется, больше ни о чём и не мечтала, лишь бы никто не болел. Такого страху то время натерпелась – два месяца ада и методичный отгон самых крамольных мыслей. Вот в этом точно поднаторела. Делать своё дело и не отвлекаться ни на что постороннее. И всё-таки зажмурилась и начала перебирать. Чего бы мне хотелось?

Трёшку на грибоедовском? Фракционный СО2-лазер? Адекватных клиенток? Отпуск в Париже? Мужа доброго? Свою клинику? Пока перебирала возможные варианты, не сразу услышала судорожный выдох. Открыв глаза, увидела над рукой свою светящуюся копию.

– Это просто невозможно! – то ли восхитился, то ли совсем отчаялся Пётр. – либо ты ничего не желаешь, либо у тебя всё есть. Но ни первое, ни второе невозможно! Так не бывает.

– А как ты это понял?

– Над твоей рукой должно было появиться желание. Образно. Чаще всего люди хотят денег и над рукой появляются монеты, кто-то желает власти – тогда корона, реже здоровья. Но ни разу в жизни я не видел, чтобы человек ничего не желал. Как ты это делаешь?

– Понятия не имею. В том смысле, что специально я ничего не делаю.

Устало вздохнув, Пётр сложил голову на собственные ладони.

– Кем ты работаешь, Оксана Степановна?

– Это поможет?

– Возможно.

– Косметолог я.

– Продаёшь духи и помады? – заинтересовался мужчина.

– Нет, – без обиняков покачала головой, – помогаю женщинам сохранять красоту и молодость, становиться увереннее.

– Это как?

– Ну… в нашем мире существуют препараты, которые могут разгладить морщины, удалить прыщи. Да и просто если девушка стесняется чего-то, в адекватных пределах могу подправить. Или захотелось ей выглядеть более роковой, например, губы побольше.

– Значит, в вашем мире все женщины хотят губы-пельмени? Таков эталон красоты?

– Почему сразу "все"? Что же ты, Пётр, всех под одну гребёнку загрёб?

– Значит, ты своего рода художник, который может исправить на картине недостатки по своему вкусу, и по вкусу дурочек, приходящих к тебе и готовых заплатить большие деньги, лишь бы выглядеть получше.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.