Poslannik winter
Вихрь надежды

Глава 1

Вихо стоял на голом холме, вглядываясь в даль. Перед ним расстилалось море многовековых деревьев, их короны, некогда пышные, теперь казались поредевшими и уставшими. Внезапно он заметил, как по верхушкам пробежала серебристая рябь – предвестник ветра. Через мгновение ледяное дыхание поздней осени, пропитанное запахом прелой листвы и сырой земли, настигло его. Вихо поморщился, ощутив холод сквозь плотную ткань плаща, и закутался глубже. Но вдруг его взгляд заострился, а на губах дрогнула едва уловимая улыбка.

-Не спутать… Этот сладковатый, со слабым металлическим оттенком запах… Магия.-

Он развернулся и уверенно зашагал -против- ветра, туда, откуда повеяло неуловимым знакомым ароматом.

Начало Бури…

Историю Вихо трудно было назвать обычной, но и невероятной. Когда-то он был одним из многих студентов Академии Магии, погруженных в изучение таинственных энергий, плетение заклинаний и толкование древних гримуаров. Пока в один роковой день магия не исчезла. Не ослабла – исчезла бесследно, как вода в пересохшем русле. Вихо, охваченный паникой, бросился к старым архимагам, учителям. Ужас сковал его, когда он понял: все они забыли. Забыли не только заклинания, но и само существование магии. В их глазах не было ни знания, ни тоски – лишь пустота. Признать это было мучительно, как потеря части души. "Может, магия была лишь долгим, прекрасным сном?" – задавался он вопросом и, скрепя сердце, попытался встроиться в новую, плоскую реальность. Зажил "обычной" жизнью.

Но мир, лишенный магии, начал болеть. С дальних земель эльфов пришли вести: их Великий Лес, сердце их цивилизации, начал увядать без видимой причины. Листья вяли и осыпались вне сезона, древние деревья стонали, теряя жизненные соки. Одновременно с юга, из пустынных владений диких племен, поползли слухи о темном, неестественном тумане, сжимающем земли мертвой хваткой. Эти вести всколыхнули в памяти Вихо полузабытую легенду, услышанную еще в стенах Академии.

Легенду о Временах До самого сотворения мира. О двух извечных сущностях – Тени и Солнце, чья бесконечная вражда сотрясала пустоту. Устав от вечного противоборства, они заключили древнее согласие. Чтобы развеять скуку вечности и обрести смысл, они решили создать. Создать мир – арену, где их силы могли бы существовать не в разрушении, но в созидании, в вечном танце. Для этого Тень и Солнце слили свои сущности в единый, невообразимый Фрагмент, воплотившийся в камень совершенной формы. Позже мудрецы назовут его Алхимическим Камнем. И говорят, что в точке их слияния, в самом сердце нового мира, родился Первозданный Источник Маны – родник, питавший все сущее своей волшебной энергией… до сих пор.

Вихо понял. Исчезновение магии, увядающий лес, зловещий туман – все это симптомы. Мир умирал, истекая Маной. Собирая походный рюкзак с новой, страшной решимостью, он осознавал свое одиночество и свой долг.

– Я – последний. Последний, кто помнит дыхание магии, кто знает ее вкус. Значит, бремя мира легло на мои плечи. Мысль была грандиозна и невыносима. -Возможно, Первозданный Камень – всего лишь миф. Но если я не попытаюсь его найти, если не попробую возродить Источник… Мир погрузится во тьму окончательно.– Сопоставляя фрагменты легенды с тревожными вестями, он пришел к выводу: эпицентр бедствия, место Источника или Камня, должен находиться в гибнущем лесу эльфов.

Первые лучи встающего солнца заливали комнату в башне Академии. Вихо взял со спинки стула походный плащ и накинул его, затем подхватил надежный рюкзак. Он окинул взглядом свое скромное убежище: знакомые стены, стол, заваленный свитками и флаконами. Мириады пылинок плясали в солнечных лучах, вспыхивая и исчезая в тени оконных переплетов. -Пора прощаться, верно?-с легкой грустью подумал он и, тронув дверь, вышел.

Пустой каменный коридор встретил его прохладой. Вихо сделал лишь несколько шагов, как едва не столкнулся с запыхавшимся гонцом, мчавшимся навстречу.

– Вихо! Вам письмо! – юноша судорожно рылся в сумке. – С южных земель!-

Вихо взял плотный сверток. Печать сразу привлекла внимание: грубый оттиск в темно-красном воске, в который была вдавлена крошечная капля засохшей крови – неоспоримый знак варварских племен с Юга. Мало кто знал этот обычай, но Вихо был в числе посвященных. -Варвары? Как некстати…– Он быстро сломал печать и пробежал глазами по угловатым письменам. Суть была тревожной: племена у границ Пустоты участили набеги, варвары просили помощи Академии. Вихо закусил нижнюю губу, раздумывая лишь мгновение. Затем решительно скомкал пергамент и резким движением швырнул его в ближайшее открытое окно. -Мой путь лежит совсем в другую сторону. Не до этого.– И, не оглядываясь, зашагал прочь.

Выйдя за массивные городские ворота, Вихо ощутил на лице теплый летний ветер, свободно гулявший по бескрайним степям. Ни стены, ни пригородный лес уже не могли его сдержать. Воздух пах полынью и свободой.

Дорога вилась среди холмов. Вихо то сверялся с картой, то вглядывался в горизонт, ожидая увидеть полоску леса. Через полдня пути пешком его насторожил отдаленный топот копыт. Со стороны города, откуда он пришел, показалась запряженная старой лошадью повозка; на облучке восседал седобородый старик.

Вихо поднял руку в приветственном жесте:

– Эй, добрый человек! Не подвезете путника?-

Старик придержал лошадь, изучающе оглядев незнакомца подозрительным взглядом:

– А не бандит ли ты часом? Нынче по дорогам неспокойно.-

– Да вы что! – Вихо рассмеялся. – Я бандит? Обычный путник, да к тому же студент Академии. – Он достал из сумки кольцо с узнаваемой эмблемой Академии.

Старик прищурился, разглядывая знак, и наконец махнул рукой:

– Ладно, садись. Куда путь держишь?-

– В леса эльфов, – ответил Вихо, взбираясь на повозку.-

– Эльфы? – Старик фыркнул, тронув лошадь. – Чудак ты, парень. С тех пор как их лес начал сохнуть да чахнуть, они и слышать о людях не хотят. Считают, что это мы беду накликали, что из-за нас их богиня отвернулась. Злющие стали, как осы.-

Вихо нахмурился. Таких слухов он не слышал.

– Интересно… А что еще говорят в народе?-

– Говорят, – продолжил старик, почесывая бороду, – что на северных горах, куда ты, видать, держишь путь, низкорослый народец – как их… гноллы? Нет… галионы? Тоже мимо… Ах, да! Гномы! – Он хлопнул себя по колену. – Так вот, гномы все пещеры и тропы через горы баррикадировать начали. Кричат, что это их древнее королевство, почтенных предков земля, и чужакам там не место.

– Гномы? – удивился Вихо. – С чего бы им селиться в тех безжизненных скалах?-

– Ты, юноша, точно из Академии? – усмехнулся старик. – Горы-то переполнены рудой! Железо, медь, а то и поценнее чего… А королевство может стоять и без полей-садов. У кого золото звенит, у того и хлеб, и вино в достатке будут.

– А Империя? – спросил Вихо. – Разве она допустила бы такое своеволие?-

– В том-то и штука! – оживился старик. – Не стерпела Империя, выдвинула отряд – невеликий, но грозный. Да только… – он понизил голос, – вернулись, вернее, уцелели единицы. Сказывают, будто с самих вершин на них обрушились валуны – огромные, как дома! Кто уцелел – бежал без оглядки. – Он помолчал. – А ты сам куда путь держишь, старина?-

– В деревню Шейл, – ответил возница. – Дня три пути отсюда.

– И один отправились? – удивился Вихо.

– Со старика да с этой клячи взять-то нечего, – махнул рукой старик. – Только старая повозка да кости больные. Никто не тронет.-

– Резонно, – кивнул Вихо. -Что ж, к счастью, нам по пути.-

Когда повозка, наконец, остановилась на окраине деревни Шейл, Вихо с трудом спрыгнул на землю, потирая затекшую поясницу.

– Уф, и забыл я, как утомительно трястись в телеге…-

Поблагодарив старика и пожелав ему удачи, Вихо взглянул на темнеющий горизонт. Леса манил совсем близко, но солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в багрянец. -Сегодня не дойти, – с сожалением подумал он.

Ночь предстояло провести в деревне.

Закатное солнце отбрасывало длинные тени, когда Вихо вошел в деревню Шеил. Улицы были пустынны, и только шум рынка, уже затихавший, указал ему путь. Подойдя к последним торговцам, он остановился у лоскутной скатерти, расстеленной прямо на земле. На ней лежали скудные припасы, которые осматривала пожилая женщина.

– Сколько стоит хлеб? – спросил Вихо, указывая на самый обычный каравай.

– Пятьдесят медяков, – ответила старуха, не поднимая глаз.

Вихо непроизвольно отшатнулся, будто от удара. -Пятьдесят?-

– Вы хотели сказать… пять? – переспросил он, надеясь, что ослышался.

Женщина лишь безнадежно покачала головой. Ее морщинистое лицо было усталым.

– В городе такой хлеб -пять медяков!– возмутился Вихо. – Откуда в деревне такая цена?-

– Вы явно не местный, – вздохнула она. – С прошлого года земля стала бесплодной, как камень. Амбары пусты. А Империи… – она махнула рукой, – Империи до нас нет дела.

Слова женщины отозвались горечью. -Бред какой-то – подумал Вихо, разворачиваясь. -Пройду ночью. Не велика беда.-

Он уже направлялся к окраине, как дорогу ему преградил человек. Коренастый, в протертой кожанке, с грубым шрамом на руке – явно след когтей крупного зверя. Взгляд у охотника был цепким и оценивающим.

– Я Харкут, – представился он. – Местный охотник. У колодца старик сказал, что ты ученый из Академии. Это правда?-

– А что, если так? – настороженно ответил Вихо, чувствуя себя словно загнанным зверем.-

– Будь любезен, помоги нашей деревне, – голос Харкута стал настойчивым, но в нем слышалась отчаянная надежда. – Я не останусь в долгу.-

Вихо колебался. Он был магом, практиком, а не полевым агрономом. Никаких обязательств перед этой забытой богом деревней у него не было. Но… вид опустевших амбаров и безнадежности в глазах старухи заставил его сжалиться. -Раз уж я здесь…-

– Ладно, – кивнул он наконец. – Могу где-нибудь переночевать? Завтра посмотрю, что можно сделать.-

Лицо охотника озарила улыбка облегчения. Он дружески хлопнул Вихо по плечу.

– Конечно! Добро пожаловать в мой дом.-

Вихо проснулся на рассвете. За окном моросил холодный дождь. Накинув плащ, он вышел к деревенскому колодцу. Там, сгорбившись под навесом, шептались несколько старух. Их голоса, шипящие, как ветер в сухой траве, долетели до него:

– …говорят, прибыл незнакомец, будто бы из самой Академии…-

– Будь ты проклята! То птицы низко летают – к беде, а теперь эти… Может, черный колдун? Глядишь, и молоко у коров скиснет…-

Вихо сделал вид, что не слышит. Набрав ведро колодезной воды и прихватив горсть бурой, безжизненной грязи с ближайшего поля, он вернулся в выделенную ему комнату в доме Харкута. Капля за каплей он изучал воду под увеличительным стеклом, растирал землю между пальцами.

– Вода… жесткая, много минералов. Для плодородной земли – благо, но вот сама земля… – он сжал комок иссохшей глины. Она рассыпалась, как пепел. Бурый цвет не менялся даже после сушки. -Полная деградация.-

Два дня Вихо не выходил из комнаты, превратив стол в импровизированную алхимическую лабораторию. Склянки, реторты, порошки, тигли – все шло в ход. Он вспоминал лекции по геомантии и почвоведению, экспериментировал, смешивал, выпаривал. И наконец, утром третьего дня, над домом прозвучал его торжествующий возглас:

-Вот оно!-

Харкут вбежал в комнату и замер. На столе в плошке лежал ком земли. Но это была не прежняя бурая труха. На глазах изумленного охотника субстанция темнела, насыщалась, превращаясь в жирный, черный гумус! Казалось, в ней самой пульсировала жизнь.

– Этим раствором, – указал Вихо на сосуд с темной жидкостью, – полейте поля. Только не под дождем. Через неделю-другую земля должна ожить.-

Охотник, не скрывая волнения, крепко пожал руку магу, не обращая внимания на прилипшие комья чернозема.

Едва занялся рассвет, Вихо собрался в путь. Он уже переступал порог, когда его окликнул Харкут:

– Постой! Держи. – Он протянул свернутый в трубку кусок прочной кожи. – Эту карту я сам рисовал много лет. Она укажет самый безопасный и короткий путь через Лесную Гриву, куда бы ты ни держал путь.-

Вихо молча взял карту, кивнув в знак благодарности. Шаг за шагом он оставлял деревню позади. Под ногами хрустела земляная тропа, затем сменилась каменистой осыпью, где ломался горный кустарник. Вдали, затянутая утренней дымкой, уже вырисовывалась гряда синих гор – его цель. Путь становился все опаснее, тропа – зыбкой и непредсказуемой. Два месяца скитаний по дорогам, ночевок в случайных деревушках, мимолетных встреч растворились в дорожной пыли. И вот теперь перед ним, суровые и величавые, подпирали небо первые отроги Гор. Путь только начинался.

Вытесанные сердца

Холодный ветер, рожденный в ледяных пастях гор, нырял в долину, забираясь под одежду и заставляя кости ныть. Вихо сидел у потрескивающего костра, протянув руки к жалкому теплу. Чем ближе к каменным исполинам, тем беспощаднее становилась стужа. Глаза слипались, сознание уплывало в дремоту, как вдруг – резкий, сухой треск, донесшийся со склона. Громче щелчка ветки, глуше раската грома. Вихо вздрогнул, глаза метнулись в сторону чернеющих громад.

– Валуны? – прошептал он хрипло, голос скрипел от холода и недавнего сна. – Вероятнее всего. Или… – мысль заставила его поморщиться. – Империя снова лезет на рожон? Сумасшедшие…

Он лишь глубже натянул потертый плед на плечи, пытаясь вновь найти забытье. Бесполезно. Тревога, холодная и цепкая, уже поселилась под ребрами.

После полудня пути, когда горы встали перед ним исполинской серой стеной, он увидел их. Полосу людей в потрепанной, но узнаваемой броне с крылатыми эмблемами на предплечьях. Солдаты Империи. Повозки, запряженные усталыми лошадьми, стояли в беспорядке. Вихо попытался обойти караван стороной, слиться с серыми камнями склона, но резкий оклад остановил его:

– Стой! Дальше не пройти! – Командир, мужчина с усталым, обветренным лицом и стальным взглядом, ткнул рукой в сторону гор. – Гномы перекрыли все тропы. Легче найти смерть, чем путь через их владения. – Его жест был направлен к одной из повозок. Солдат рядом молча дернул за угол грубой ткани, прикрывавшей груду в кузове.

Воздух вырвался из легких Вихо. Перед ним предстал ад, запечатленный в металле и плоти. Несколько тел были сплющены, словно их переехала каменная волна – броня вдавлена внутрь, смешавшись с кровавой кашей. У других конечности неестественно вывернуты или вовсе отсутствовали, обнажая рваные культи. Один солдат лежал, смотря в небо пустыми глазами, его шлем был вмят в голову.

– Камни… – голос командира был плоским, лишенным эмоций, только глубокая усталость. – Срывались с высоты. С такой скоростью… Мы не успели даже рты раскрыть. Половина отряда – там. Под завалами или… – он махнул рукой в сторону повозки. – … здесь. -

Вихо заставил себя дышать ровно. Академические курсы анатомии всплыли в памяти – холодные схемы, препарированные трупы. Но это было иное. Смрад смерти, искаженные лица, масштаб разрушения… Желудок сжался. Он кивнул, стараясь не смотреть на груду тел, глотая ком в горле.

– Запомню. Спасибо за предупреждение. – Он сделал паузу, вспоминая формальность. – И да будет небо над вами голубым и свободным. -

Традиционное имперское напутствие вызвало на губах командира что-то вроде усмешки – горькой и короткой.

– Двигаем! – скомандовал он хрипло. Отряд, понурый и молчаливый, потянулся прочь, оставляя за собой лишь колею да тяжелый запах. Вихо же повернулся к горам. Холод под ребрами сгустился в ледяной ком.

Чем ближе он подходил к подножию, тем страшнее становился пейзаж. Земля была изрыта воронками, словно гигантским мортирным огнем. Валуны, некоторые размером с дом, лежали в хаотичном беспорядке, неестественные, чуждые этому месту. Следы недавнего ада. "Здесь погибли те солдаты." Мысль была тяжелой и ясной. Идти днем – самоубийство. Он нашел укрытие среди скал и стал ждать ночи, затаившись, как зверь.

Когда тьма окончательно поглотила мир, Вихо не стал зажигать огня. Он стал частью скалы, частью тени. Глаза, привыкшие к темноте, сканировали черный силуэт горы. Небо, затянутое плотным саваном туч, не давало ни лунного света, ни звезд. И вдруг… там, высоко на склоне, вспыхнуло. Не желтое, не красное – холодное, синее пламя. Оно плясало несколько мгновений и гасло. Потом загоралось в другом месте. И еще. Как сигнальные огни призраков.

– Газ? Смесь минералов? Самовозгорание… – Вихо мысленно перебирал академические знания. Нет. Ритм был слишком четким. Места появления – слишком стратегическими. – Этот народец… Они научились "играть" с огнем. Используют его. Как стражу.Адреналин заструился по жилам. Это был шанс. Он выдвинулся, сливаясь с камнями, двигаясь к месту, где видел ближайший синий отсвет. Подобравшись к самой стене, он начал искать щель, проход, что-то… Руки скользили по холодному, шершавому камню почти вслепую. И вот – камень под пальцами ушел внутрь. Углубление! Трещина? “Нашел!” – пронеслось в голове.

Через несколько часов мучительного подъема по узкому, опасному карнизу он почувствовал – тьма начинает редеть. Предрассветная серая муть пробивалась сквозь тучи. “Светает!” Паника кольнула сердце. На открытом склоне с первыми лучами он станет идеальной мишенью. Он заметил впереди чуть более пологий участок, подобие крошечной площадки”

Он осторожно ступил на казавшуюся твердой поверхность, начал снимать рюкзак. И в этот момент под ногой – скрип. Укол ледяного страха пронзил мозг. – Плохо! –

Реакции не хватило. Камень под ногами провалился с сухим хрустом. Земля ушла из-под ног. Пустота. Падение в кромешной темноте, длящееся вечность. Он успел лишь сгруппироваться, подумав с дикой ясностью: “Вот и всё. Как же это… банально.” Затем – удар. Жесткий, но не смертельный. Воздух вырвало из легких "Уфф!". Он лежал, не дыша, оглушенный, в полной темноте. Потом – судорожный вдох. Боль пронзила бок, плечо, но кости, казалось, целы. Он открыл глаза.

Сверху, сквозь неровную дыру в потолке, пробивался слабый серый свет рассвета. Он лежал на чем-то… мягком? Мешки. Мешки с песком или землей, аккуратно уложенные. Ловушка? Склад? – Я… жив? – он прошептал, голос дребезжал. – Ах… – Еще один глубокий, болезненный вдох. Руки тряслись мелкой дрожью, сердце колотилось как бешеное. "Адреналин… Тело может врать…" Он осторожно пошевелил пальцами ног, руками, поднялся. Больно, но терпимо. Уши гудели. "Жив. Пока что."

Он осмотрелся. Света было мало, но хватало, чтобы понять – это не пещера. Стены… они были ровными, вырезанными с невероятной точностью. Искусственная камера. Древняя. Забытая. Пыль висела в воздухе тяжелым запахом времени.

Пройдя глубже, он уперся взглядом в стену. Она была покрыта символами. Не грубыми насечками, а изящной, сложной резьбой, образующей странные, гипнотические узоры. Вихо осторожно провел пальцем по холодному камню. Канавки были идеально гладкими. – Древняя система… – пробормотал он. – По этим каналам когда-то текла манна? Источник силы? – Его академический ум жадно анализировал загадку.

Внезапно – лязг. Глухой, металлический, ритмичный. Лязг доспехов. И он приближался. Откуда-то справа. Вихо рванулся вглубь камеры, прижавшись спиной к холодному камню в глубокой нише тени. Сердце бешено колотилось, он затаил дыхание, вжавшись в стену.

С оглушительным скрежетом часть каменной стены отъехала в сторону – это была дверь! В проеме хлынул яркий, режущий глаза свет факелов. Вихо зажмурился. Когда он смог снова смотреть, кровь застыла в жилах.

Шестеро. Невысокие, но невероятно широкие в плечах, закованные в тяжелую, массивную броню, покрытую шрамами и копотью. Броня казалась вторым кожей, монолитной, без видимых слабых мест. Шлемы были закрытыми, с узкими прорезями. В руках – короткие, но тяжелые копья. Они вошли, осматривая камеру холодным, методичным взглядом. Двое направились к месту падения, к дыре и смятым мешкам.

– Командир, – голос из-под шлема был низким, хриплым, как скрежет камней. – Обрушение в потолке. Мешки смяты. Объект падения отсутствует. Не камень. Не обвал. Что-то… или кто-то провалилось.

В этот момент у центральной фигуры с громким "щелчком" приподнялась передняя часть шлема. Не забрало – цельная пластина откинулась вверх, открывая лицо.

Лицо, обожженное огнем и ветром, покрытое шрамами и густой, спутанной, черной как смоль бородой, заплетенной в несколько толстых кос с вплетенными металлическими кольцами. Маленькие, глубоко посаженные глаза, черные и невероятно острые, как шило, метнулись по камере.

– Дверь была запечатана, – прозвучал голос. Голос не кричал, но резал воздух, как сталь по камню. – Значит, "оно" здесь. Найти. Живым или мертвым. – Последнее слово прозвучало как приговор.

Паника сжала горло Вихо. "Бросить камень? Сдаться? Бежать?" Тупик. Отчаяние начало подниматься черной волной.

И в этот момент в дверном проеме появился еще один гном, его броня была сложнее, с чеканными узорами. Он что-то быстро, на своем гортанном языке, сказал командиру. Тот резко повернул голову, его лицо исказила ярость, но лишь на миг.

– Приказ Короля! – донеслось до Вихо. – Все силы – к Западному Рву! Люди снова штурмуют! Сейчас же!

Командир зарычал что-то невнятное, его взгляд еще раз метнулся по камере, полный ярости и нежелания отступать.

– Но лазутчик… – начал он.

– Не оспаривай Волю Камня! – голос гонца был как удар молота. – Обрушить основы! Завалить проход! И никаких проблем!

Лицо командира стало каменным. Он резко кивнул.

– Вас понял. – Он обернулся к своим. – За работу! ломаем опоры! Запечатать!

Гномы рассредоточились по камере. Один, самый ближний к нише Вихо, направился к массивной каменной колонне у стены. Он поднял тяжелую кирку.

"Сейчас или никогда." Мысль пронеслась со скоростью молнии. Адреналин прыснул в кровь. Вихо не думал. Он действовал. Рывок из тени – не на броню, а в ноги, в подколенный сгиб! Он вцепился, толкая изо всех сил, используя инерцию и неожиданность. Тяжелый гном, потеряв равновесие, с оглушительным грохотом, как падающая статуя, рухнул на спину. Факел вылетел из его руки, покатившись и освещая хаос. Раздался рев командира.

Вихо уже мчался к распахнутой каменной двери. Он влетел в узкий туннель, за спиной – яростные крики и лязг догоняющей брони. Туннель вывел его… в исполинский зал. Его масштаб ошеломил. Он уходил в темноту во все стороны, теряясь в высоте. Ряды колонн, толщиной с башни, уходили в бесконечность. Тусклый свет редких факелов на стенах лишь подчеркивал бездонность пространства. Он бежал, ноги подкашивались от усталости, но страх гнал вперед.

И тогда ударил Колокол. Глухой, медный, всесокрушающий гул, рожденный где-то в недрах горы. Он прокатился по залу, проник в камень, в кости. Звук не стихал, нарастая, вибрируя.

– Весь гарнизон… – прохрипел Вихо. – Теперь вся гора знает! – Его сердце колотилось так, что, казалось, вырвется из груди. Усталость исчезла, сожженная чистым, ледяным ужасом.

Со всех сторон, из бесчисленных туннелей и галерей, послышался лязг. Множественный, нарастающий. Как стальные челюсти горы, смыкающиеся на нем. Он рванул в ближайший арочный проход, не разбирая дороги.

Проход сменился коротким коридором, и Вихо ахнул. Стены здесь сияли! Не просто золото – оно переплеталось с жилами серебра, усыпанные самоцветами, ловившими и множившим скудный свет. Богатство, невообразимое, бьющее по глазам после серости камня. Он проскочил этот ослепительный рукав и…

Жар. Волна раскаленного, тяжелого воздуха ударила в лицо, заставила закашляться. Грохот. Лязг. Ритмичные удары, как сердцебиение гиганта. Перед ним раскинулась Плавильня. Огромная, дымная, адская. Десятки горнов пылали синим и белым пламенем. Воздух дрожал от жара. По нему плыли искры, как ядовитые светляки. И повсюду – они. Невысокие, но плотные, мускулистые фигуры, покрытые слоем копоти и пота. Без тяжелых боевых доспехов, лишь в кожаных фартуках и рукавицах. Гномы-плавильщики. Они сновали у горнов, управляли потоками расплавленного металла, били тяжелыми молотами по заготовкам на наковальнях. Их лица, скрытые за кожаными масками или бородами, заплетенными и убранными, были сосредоточены, движения – выверенными, экономичными, слитыми в единый, оглушительный ритм Творения и Разрушения. Сердце горы билось здесь. И Вихо ворвался в него.

На мгновение в плавильне воцарилась тишина, нарушаемая лишь шипением металла. Потом раздался рев, и гномы бросились в атаку – не как солдаты, а как разъяренные звери, хватая что попало под руку: молоты, щипцы, раскаленные прутья. Один из них взялся за цепь у наковальни – колокол грянул, медный гул разнесся по туннелям, разнося тревогу. "Черт! " Вихо рванул вперед, ныряя между вагонетками с углем и рудой.

Один из гномов замахнулся молотом – удар пришелся в борт вагонетки, оставив вмятину. Вихо схватил лопату, впихнул ее между колесом и рельсом и дернул изо всех сил. Вагонетка опрокинулась, угольная пыль взметнулась черным облаком, заполняя проход. "Где выход?! "

В хаосе он заметил подъемник – древний, ржавый механизм с платформой и цепями. Безумная идея, но выбора не было.

Он прыгнул на платформу, ударил по рычагу, и механизм с треском пришел в движение. Вниз. "Раз… два… три… "

Цепь визжала, шестерни скрежетали. Вихо сжал зубы, досчитал до пяти и дернул рычаг снова. Подъемник затормозил, но не остановился – он падал, лишь чуть медленнее. "Прыгай! " Он рванул в сторону, едва успев схватиться за выступ в стене. Цепь оборвалась с оглушительным лязгом, и подъемник рухнул в черную пропасть. Где-то внизу раздался глухой удар, затем – тишина.

Он бежал, пока ноги не отказали. Адреналин кончился, и боль накрыла волной – растянутые мышцы, обожженные руки, колено, распухшее от удара. Он рухнул на каменный пол, задыхаясь, и провалился в темноту.

Очнулся он неизвестно когда. Время в подземелье текло иначе – факелы горели тускло, воздух был спертым, пахнущим ржавчиной и пылью.

"Где я? "

Он поднялся, ощупывая стены. Туннель был старым, заброшенным – выработка, давно исчерпанная. Ни следов гномов, ни звуков погони.

"Значит, они не спускаются сюда… "

Возможно, эта часть шахт выработана, или гномы сосредоточились на новых месторождениях. Как бы то ни было – ему повезло.

Он шел вперед, пока туннель не уперся в каменную стену.

"Нет…"

В отчаянии он ударил по камню ногой – звук поглотился толщей породы.

"Копать? Бесполезно. "

Даже если он взялся за старые инструменты, он не знал, в какую сторону пробиваться.

Он вернулся к пропасти, осматривая ее края. Вдали, в тусклом свете факела, мерцал еще один подъемник.

"Туда. "

"Но как добраться? "

Он начал собирать брошенное оборудование:

– Кирка (маленькая, но острая).

– Веревки (связал их в одну длинную).

– Шпоры для лазания (странное приспособление с крючьями, которое он подогнал под себя, сгибая металл об камни).

Обвязав веревку вокруг каменной колонны, он начал подъем.

Выступы от старых ударов кирок помогали, но там, где стена была гладкой, он выбивал их сам, ударяя киркой. "

Он продолжал карабкаться, метр за метром, вверх, к свету.

Каждый мускул горел, пальцы кровоточили, но Вихо карабкался. Метр за метром. Вверх. К слабому серому свету, пробивающимися сквозь решетку подъемника где-то там, в недосягаемой вышине. Камень крошился под самодельными шпорами, веревка впивалась в ладони. "Еще немного… Еще…"

Когда его рука наконец ухватилась за ржавую решетку платформы, он вывалился на нее, как мешок с песком. Воздух вырывался из легких хриплыми, прерывистыми рывками. Сердце колотилось так, будто рвалось на свободу.

– Я… сделал… это… – прошипел он сквозь зубы, прикрывая глаза дрожащей рукой. Липкий пот заливал лицо, смешиваясь с угольной пылью. "Да!" Но триумф был мимолетным. – А теперь… пора выбираться отсюда.-

Отдышавшись, он поднялся, ощупывая холодный металл механизма. Рычаги, цепи, шестерни – все покрыто вековой ржавчиной и пылью забвения. Минуты напряженного изучения, попытки сдвинуть заклинивший рычаг… И вдруг – скрежет, лязг, и платформа дернулась, медленно поползла вверх. Скрип ржавых петель резал тишину, как ножом. Каждый метр давался с боем, но механизм, скрепя и стоная, поднимал его.

Наверху Вихо замер, прижавшись спиной к стене шахты. Ни лязга доспехов, ни криков погони. Только гулкое эхо далеких ударов из плавильни. "Никого? Отлично! " Он выбрал туннель, ведущий вглубь горы, прочь от адского грохота и синего пламени.

Коридор вился, как змея, уводя все глубже в каменные недра. С каждым шагом напряжение спадало. Никто не преследовал. Он не был замурован. Пусть до выхода ещё пропасть, но сам факт отсутствия опасности вызывал на его губах слабую, усталую улыбку. "Я жив."

Туннель вывел в просторную, почти пустую залу. Воздух здесь был спертым, тяжелым. Факелы горели редко и тускло, оставляя островки света в море теней. Вихо шагнул вперед – и замер. Из темноты донесся сухой, зловещий скрежет. Металл по металлу. Не броня гномов, а больше похожий на цепи.

Он затаился, слившись с холодной стеной. Минуты тянулись, как часы. Ничего. Только этот мерзкий звук, повторяющийся с пугающей регулярностью. Наконец, собравшись с духом, он выхватил один из тусклых факелов со стены и шагнул в черноту.

Свет дрогнул, выхватив из мрака мускулистую спину. Низкорослая, но мощная фигура висела, растянутая между двумя массивными цепями, прикованными к кольцам в стене. Кожа была покрыта сетью старых шрамов и свежих кровавых полос. "Гном." Подвешенный. Истерзанный. И он, казалось, не слышал шагов Вихо.

Вихо обошел пленника, стараясь ступать бесшумно. Факел осветил лицо. Густая, черная борода, спутанная и слипшаяся от пота и крови. Глубоко посаженные глаза, полные такой боли и усталости, что Вихо невольно сжал кулак. Гном медленно поднял взгляд. В его черных, как уголь, глазах не было страха, лишь глухое безразличие и вопрос.

– Человек? – хрип вырвался из пересохшего горла.

– Верно, – тихо ответил Вихо. – Собрался звать своих товарищей? -

Гном усмехнулся, точнее, скривил губы в подобии улыбки, обнажив сломанный зуб.

– Даже если б мог… не стал бы, – проскрипел он. – Им мой голос нужен… только для крика. -

Вихо молча снял с плеча рюкзак, достал почти пустую фляжку. Да, там было немного, и Вихо было больно отдавать последний источник воды, но он хотел хотя бы немного уменьшить боль гнома.

– Сколько ты здесь? – спросил он, поднося флягу к губам гнома.

– Три? Четыре? В темноте… время гниет. – Гном жадно приник к горлышку и сделал несколько жадных глотков, после чего отпрянул кашляя.

– Три дня… Без еды выжить можно. Без воды… – Вихо дал ему отпить еще. – Заключим сделку? Я достану ключи и сниму эти цепи. А ты… выведешь меня из этой горы со стороны Великого Леса.

В глазах гнома, налитых болью, мелькнул острый огонек подозрения.

– Почему? – выдохнул он, капля недавно выпитой воды стекала с его губ исчезая в бороде. – Почему помогаешь врагу?-

– Не помощь, – холодно отрезал Вихо, убирая флягу. – Сделка. Ты мне нужен живым и способным идти. Мне – выход. Тебе – свобода от этих цепей. Или предпочитаешь остаться? -

Гном напрягся при этих словах. Его взгляд скользнул по Вихо, оценивающе, как кусок руды.

– Ключ… – прошипел он. – У Торга. Он приходит… с восходом Горного Звона. Или когда захочет. – Он кивнул на массивный замок, сковывающий манжеты. – Только его ключ откроет эти цепи.

Вихо внимательно осмотрел цепи и замки. Крепление к стене – монолитное. Замки – сложной гномьей работы. Силой не взять. "Только ключ." Он опустился на камень рядом, спиной к стене, стараясь не смотреть на кровавые полосы на спине пленника.

– Как зовут тебя? – спросил Вихо, чтобы разрядить молчание, нависшее тяжелой пеленой.

Прежде чем гном успел ответить, из дальнего туннеля донесся знакомый, леденящий душу звук: мерный, тяжелый лязг брони. "Торг."

подумал Вихо и метнулся вглубь темноты, гася факел о камень. Тьма поглотила его.

В зал вошла одна фигура. Массивная, в потрепанной, но добротной броне без шлема. Лицо – как высеченное из гранита, с маленькими, свиными глазками.

– Ну что, предатель? – голос Торга был низким, маслянисто-злобным. Он подошел вплотную к висящему гному. – Готов к утреннему воздаянию? Проснулся ли ты с Волью Камня? Осознал свой позор? -

Ответом было молчание. Торг усмехнулся, доставая кнут.

– Молчишь? Тем лучше. Крики мне надоели. -

Свист плети разрезал воздух, и Удар! Ещё! Ещё! Старые шрамы на спине гнома разверзлись, сочась тёмно-алой жидкостью. Он сжал зубы, лишь глухой стон вырвался наружу. Вихо, сжимая кулаки в темноте, чувствовал, как его собственные мышцы напрягаются в такт ударам. "Я Маг, а не воин…", – напомнил он себе, глотая ком ярости и бессилия. "Если выйду сейчас, то встречу свой конец"

Через некоторое время Торг устал бить гнома или же ему просто наскучило. Он швырнул кнут на каменный стол в углу, рядом с грубыми инструментами. Достал из-за пояса кожаную флягу, отпил долгим глоток, громко чмокнув. И занёс флягу снова за пояс. Как вдруг… Металлический лязг – это были ключи! Они висели у него на поясе, рядом с флягой.

Вихо затаил дыхание. "Ключи." Вихо понимал, что они были здесь. В двух шагах. И Торг, тяжело дыша, стоял спиной к Вихо, поправляя доспехи.

"Одно дело их увидел. Теперь как бы их достать?"

Остаётся лишь ждать.

Время тянулось медленно. Вскоре Торг, измученный ночной службой, задремал, склонив голову на каменном столе. "Солдаты всегда устают на посту", – подумал Вихо, вспоминая солдатов Империии, которые после ночного кутежа всегда дремали на посту. Он бесшумно направился к спящему гному. Его пальцы осторожно нащупали на поясе надзирателя массивную связку ключей. Сердце колотилось громко, но руки не дрожали. Один ключ, другой… и вот – щелчок! Связка отстегнулась.

Вихо быстро подобрался к кандалам, сковывающие запястья пленника. Металл холодно блеснул в тусклом свете угасающих факелов. Вставив ключ в скважину, Вихо повернул его – раздался тихий, но отчетливый скрежет, и тяжелые оковы раскрылись.

– Идти сможешь? – прошептал он, готовый поддержать узника.

К его удивлению, гном спокойно поднялся. Он молча потер освобожденные запястья, восстанавливая кровообращение, лицо его было сосредоточенным, но не выражало ни боли, ни слабости.

– Легкое покалывание, – глухо проговорил гном. – Не сравнится с кнутом.-

– Тогда уходим, – Вихо кивнул в сторону туннеля. – Но сначала потушим все факелы. Темнота – наш союзник -.

Один за другим языки пламени угасли, погрузив камеру и коридор в густую, почти осязаемую тьму. Двигаясь на ощупь, они скользнули в черный зев туннеля. Тишина давила, нарушаемая лишь их собственным прерывистым дыханием и шагами по многовековому каменному полу.

– И как нам выбраться? – наконец нарушил молчание Вихо, его голос звучал шепотом.

– Пойдем через склад, – так же тихо ответил гном. – А оттуда – к вентиляционному отверстию. Оно выходит как раз на склон, обращенный к Великому Лесу.

Они шли еще несколько минут, пробираясь сквозь мрак. Вихо чувствовал, что напряженное молчание становится невыносимым.

– За что ты оказался в кандалах? – спросил он, стараясь говорить как можно тише.

Гном замедлил шаг на мгновение, потом снова зашагал, проводя ладонью по холодной, шершавой стене, будто ища в ней опору.

– Я тебе еще не говорил, но меня зовут Громни Сапфировый. – Он сделал паузу. – Ты мог бы спросить: “Почему его фамилия называется как драгоценный камень?” У многих гномов знатных родов так. Мы… конкурируем веками. за звание Короля Камня – того, чей голос отражает саму душу гор. – В его голосе зазвучала горечь. – С юности доказываем свою правоту. Честью, трудом, силой… Но семья Изумрудов…

Вихо невольно сжал кулаки, предчувствуя подвох.

– …Решила играть грязно, – продолжил Громни, и его голос стал жестким, как кремень. – Подстроили обвал в шахте, где работала другая знатная семья. Шахтеры погибли, родственники взбунтовались, союзники отвернулись. И все доказательства упали на меня. Но это была лишь половина беды. Наш старый король… – голос Громни дрогнул, – …он знал меня с детства. Доверял мне, как собственному сыну. Мой дед сражался с ним плечом к плечу в времена великих перемен. Король не поверил клевете. Но вскоре его отравили. И снова – Изумруды. И снова все улики вели ко мне. Я кричал о своей невиновности, но… – Гном махнул рукой, жест был полон бессильной ярости. – Прошлое и настоящее слились воедино. Так я и оказался в этих кандалах. Ожидая либо казни, либо вечного забвения в самых глубоких штольнях.

– Прости, – тихо сказал Вихо, замедляя шаг. Ему было неловко за свой вопрос. – Не следовало тревожить старые раны.-

Гном тоже приостановился. В темноте Вихо уловил слабый отсвет решимости в его глазах.

– Благодаря тебе, – произнес Громни твердо, – у меня появился шанс. Шанс смыть позор. Шанс отомстить Изумрудам. Я найду способ. И этот шанс подарил мне – ты. Так что не извиняйся.-

Вихо, ободренный этими словами, хотел что-то ответить, как вдруг…

Гулкий, металлический звон разорвал тишину, отдаваясь эхом по всему туннелю. Сердце Вихо упало.

– Тревога! – выдохнул Громни. – Торг проснулся. Доложил о моей пропаже. Бежим!-

Они рванули вперед, забыв о тишине. Вскоре впереди забрезжил тусклый свет, и показался вход на склад. И тут же силуэты – двое стражников, заслонивших проход, копья наготове.

– Я отвлеку их, – быстро шепнул Вихо, оценивая ситуацию. – Сможешь с ними справиться?

Громни коротко улыбнулся, в его глазах вспыхнул знакомый по камере боевой огонек.

– Дай им только показать спину, – прорычал он, сжимая кулаки размером с булыжник. – В свое время я был чемпионом Подгорья по камнедробильному бою.-

– Ладно. Одна попытка. Не выйдет – и мне конец, – Вихо сделал глубокий вдох и шагнул на свет, высоко подняв руки в знак покорности.

– Сдаюсь! – крикнул он, делая голос максимально испуганным. – Я лазутчик Империи! Нас тут несколько! Я могу быть полезен! Не убивайте!

Стражи, ошеломленные внезапным появлением и признанием, на мгновение замерли. Потом, с рычанием, бросились к нему. Двое против одного – они действовали слаженно. Одного удара рукоятью по голове хватило, чтобы сбить Вихо с ног. Он грохнулся на каменный пол, боль пронзила висок. Гномы навалились сверху, грубо выкручивая ему руки за спину.

– Хорошо, глупец! – прошипел один, прижимая коленом. – Сначала попоёшь под кнутом, а потом сгниешь в глубине горы!-

Их внимание было всецело приковано к легкой добыче. Они не видели, как из тени туннеля, словно сама гора, пришедшая в движение, выросла мощная фигура Громни. В каждой руке он сжимал по увесистому куску руды, подобранному тут же. Два молниеносных, страшных в своей простоте удара – словно молоты обрушились на затылки стражников. Даже сквозь шлемы удар был оглушительным. Раздался глухой стук, и гномы рухнули на Вихо, корчась от дикой боли и дезориентации – удар по шлему раскалывает голову изнутри.

– Скорее! – Громни отшвырнул камни и помог Вихо высвободиться из-под тел. – Вон к тому отверстию! Над стеллажами!

Вихо, еще пошатываясь, вскарабкался по высоким полкам, заставленным ящиками и тюками. вентиляционное отверстие была уже близко. Он дотянулся до нее, забрался и протянул руку вниз:

– Держись!-

Громни схватил его руку своей мощной лапищей. Мускулы Вихо натянулись как струны под тяжестью гнома, но он сумел подтянуть его. Через мгновение оба исчезли в черном овале вентиляционного канала.

Они проползли несколько сотен метров по гладкому, пыльному камню. И вдруг – свобода! Холодный, чистый, невероятно свежий воздух гор ударил им в лица. Вихо жадно вдохнул полной грудью. После спертой атмосферы шахт и туннелей этот воздух казался нектаром, самым чистым, что он когда-либо чувствовал. Он на миг закрыл глаза…

– Ты сдурел?! – резко дернул его за руку Громни. – Наслаждаться воздухом, когда за нами погоня? Бежим! -

Вихо мгновенно отрезвел. Они оказались на крутом скалистом склоне горы, над бездной. Великий Лес виднелся на горизонте, но до него было ещё далеко. Они ринулись вниз, прыгая с уступа на уступ, цепляясь за выступы. И тут – знакомый, леденящий душу звук. Грохот сорвавшейся породы.

Вихо оглянулся. Сверху, с края плато, где виднелись фигурки гномов-стражников, катились, подпрыгивая и крошась, огромные валуны. Они неслись прямо на них!

Вихо прижал Громни к безопасному выступу, и сам вжался в него. Валун пролетел близко сорвав с Вихо его рюкзак. “ Чёрт! Мои последние припасы”.

– Ускоряйся! – заревел Громни, выводя из размышлений Вихо, но до подножия было еще слишком далеко.

Вихо метнул взгляд вокруг. Его взгляд упал на гладкую, почти плоскую каменную плиту, отколовшуюся от одного из предыдущих обвалов и застрявшую неподалеку на склоне. Мысль промелькнула мгновенно. Безумная, отчаянная – но единственная.

– Была не была! – крикнул он, кидаясь к плите. – Помоги толкнуть!

Громни, не задавая вопросов, уперся могучим плечом. Плита дрогнула, сдвинулась с места. Теперь они были не на самом краю обрыва, и спуск здесь казался не таким крутым, хотя всё равно оставался довольно отвесным. Плита заскользила вниз, сначала медленно, набирая скорость с каждой секундой.

– Запрыгивай! – Вихо вскочил на скользящую платформу, Громни последовал за ним.

Плита превратилась в бешеные сани без тормозов. Ветер свистел в ушах, вырывая дыхание. Вихо едва удерживался, впиваясь своими уже засохшими от крови пальцами в неровности камня. Сверху продолжали падать валуны. Один врезался в склон в метре от них, осыпая осколками. Другой пролетел над головами с жутким воем. Чудом смертоносные глыбы пока что пролетали мимо. Скорость была безумной. равнина стремительно приближалась.

Плита начала терять скорость. Надежда теплилась в груди Вихо. И в этот миг…

Огромный валун, самый большой, сброшенный с яростью и расчетом, рухнул сверху. Он не попал прямо в них. Он врезался в саму плиту метрах в двух позади.

Удар был чудовищным. Каменные «сани» вздрогнули, как живые, и перевернулись, вышвырнув седоков в воздух.

Вихо кувыркался в пространстве. Мир превратился в мелькание неба, земли, камней. Он инстинктивно попытался сгруппироваться. Удар о склон… Боль, дикая, всепоглощающая, пронзила бок, потом спину, когда он снова отскочил. Он катился, бился о выступы, пока наконец не рухнул плашмя на относительно ровную площадку. Воздух вырвался из легких с хрипом. Он лежал, не в силах пошевелиться, не в силах вдохнуть, глядя в белесое предрассветное небо. Каждая кость, каждый мускул горел огнем. В глазах плясали искры.

И тут… Тень. Огромная, черная. Он успел лишь мельком увидеть ее краем затуманенного зрения, как она накрыла его и Громни, лежавшего неподалеку, содрогающегося от кашля.

Земля содрогнулась. Пыль взметнулась столбом. Тишина. Глубокая, мертвая тишина.

Наверху, на краю плато, гном-командир щурился вниз, в клубящуюся пыль.

– Попали, – констатировал он без эмоций. – Придавило валунами. И ладно. Возвращаемся! На места!-

Фигуры стражников скрылись за гребнем скалы. На склоне воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в редкой горной траве и медленно оседающей пылью над грудой новообразовавшихся камней.

Сон?

Предрассветные лучи, тонкие и холодные, только начали золотить кромку горизонта, когда Вихо с трудом разлепил веки. Голова была тяжелой, словно налитой свинцом, а в висках пульсировал отзвук тревожных, уже ускользающих образов. Сон… Что ему снилось? Тени, погоня, беззвучный крик? Он провел ладонью по лицу, пытаясь ухватить оборвавшуюся нить, но память выдавала лишь смутное ощущение беспокойства. -Кошмар? но что же там было ? Уже и не вспомню…-, пробормотал он хрипло, отгоняя навязчивые мысли.

Поднявшись с кровати, Вихо потянулся, чувствуя, как суставы похрустывают от ночной неподвижности. Подойдя к грубому деревянному столу, он взял глиняный кувшин и плеснул воды в потемневший от времени металлический кубок. Пара долгих, освежающих глотков и ледяная влага наконец прогнала остатки сна, прояснив сознание. -Скоро начнутся занятия. Надо бы перекусить что-нибудь-, подумал он, бросая взгляд на пустую полку. Наплечная сумка из плотной кожи ждала у двери. Вихо взвалил ее на плечо и вышел в прохладный коридор Башни Магов.

Утренний воздух за стенами цитадели был свеж и наполнен запахами пробуждающегося города. Вихо направился к рыночной площади, где уже кипела жизнь. Прилавки ломились от товаров: глиняная посуда, пучки душистых трав, груды овощей и, конечно же, фрукты. Он остановился у знакомого лотка, где горкой лежали румяные яблоки.

-Почем нынче яблоки, дядя Морг?– спросил Вихо, потянувшись к мешочку на поясе. Вес каждого медяка был ощутим жалованье студентов-магов скудное, хоть и честное.

Продавец, коренастый мужчина с лицом, обветренным солнцем и ветром, приподнял соломенную шляпу, прикрывающую глаза.

-Два медяка за три, юный маг! Свежайшие, с утреннего сбора из садов Лории.– улыбнулся он, обнажив редкие зубы.

-Дайте шесть!– Вихо отсчитал четыре монеты и положил их на прилавок.

Хозяин ловко подхватил деньги, быстро осмотрел и кивнул, начав отбирать яблоки. -Кстати, не желаешь попробовать диковинку? Совсем недавно доставили, с востока, с самих Песчаных Земель!-

-Из пустыни?– Вихо нахмурился, скептически оглядывая незнакомые плоды. Они были небольшие, насыщенно-фиолетовые, с бархатистой кожурой. -Не знаю, дядя Морг… Фрукты из пустынь штука рискованная-.

-Э-э, не спеши отказываться!– замахал руками продавец. -Росли не в песках, а у самого оазиса, в саду у старого Лукима! На пробу даром!– Он протянул один плод.

Вихо колебался секунду, потом с легкой усмешкой принял подношение. -Ну, если уж так настаиваете…– Он осторожно откусил. Мякоть оказалась нежной, почти тающей, и по рту мгновенно разлилась непривычная, но приятно, медово-цветочная сладость. -Ого!.. А это вкусно. Сколько за них?-

-Шесть медяков за пару! Диковина как-никак- оживился Морг.

Вихо постучал пальцем по яблоку на прилавке. -Дороговато для диковинки, дядя. Давайте четыре за две, но я возьму сразу восемь штук -. Он приподнял бровь, глядя на продавца.

Тот почесал затылок, прикидывая, потом махнул рукой: -Ладно уж, для постоянного клиента! Забирайте, юный маг. Называется “амариса”, говорят, бодрит!-

Расплатившись и уложив покупки в сумку, Вихо направился к знакомой булочнице. Хозяйка, полная женщина с добрыми глазами, увидев его, уже протягивала свежий, еще теплый каравай ржаного хлеба. Вихо молча протянул пять медяков.

-Как обычно, мистер Вихо?– улыбнулась она, принимая монеты. -Вы человек стабильный. Ценится это в наше время-.

-Стабильность – это основа познания, матушка Лира,– ответил он с легким поклоном.

Бродя дальше между рядами, его взгляд зацепился за прилавок с деревянными фигурками. Статуэтки зверей – олени, лисы, медведи были вырезаны с удивительным мастерством, каждая линия дышала жизнью. Любопытство и спонтанность, которые были неотъемлемой частью Вихо взяли над ним верх. Он остановился перед фигуркой кролика, замершего в прыжке.

-Мастерская работа – искренне восхитился он. -Сколько за кролика?-

Резчик, мужчина с мозолистыми пальцами, отложил нож и деревянный брусок. -Десять медяков, господин маг. Липа, пропитана маслом орехов, век простоит-

Вихо, не раздумывая, отсчитал деньги. Маленький кролик занял место в его сумке рядом с фруктами и хлебом.

Вернувшись в свою скромную келью на верхнем ярусе Башни, Вихо разложил покупки на столе. Взяв два яблока и три новых плода для перекуса, он направился в аудиторию для первого занятия. Просторный зал с высокими окнами был уже полон. Длинные скамьи за такими же длинными столами заполняли молчаливые, погруженные в свои мысли или книги фигуры в серых и синих мантиях. Маги-одиночки по натуре редко нарушали утреннюю тишину бойкими разговорами. Вихо нашел привычное место вторая скамья у распахнутого окна. Весенний ветерок ласкал лицо и трепал темные пряди его волос. Он облокотился на стол, подперев голову рукой, и уставился в синеву неба, ожидая лектора.

Тишину разорвал звонкий хлопок по спине. Вихо вздрогнул и обернулся. Перед ним стоял молодой человек в темно-зеленой студенческой мантии, чьи ярко-рыжие волосы сразу выделялись в серой массе аудитории Эрвин.

-Чего такой вялый, соня?– широко улыбнулся он, плюхнувшись на скамью рядом. -Ночные бдения над гримуарами? Или кошмары снились?-

-И то, и другое, пожалуй- вздохнул Вихо, выпрямляясь. -Снилось что-то… тревожное. Но вспомнить не могу. Как чернильное пятно, видишь очертания, а что оно значит не разберешь.-

-Взбодрись!– Эрвин дружески толкнул его плечом. -Через месяц выпуск! Подумал уже, что будешь делать? Останешься в Башне, и погрузишься в архивы? Или… махнешь с нами в странствия? Как в старые добрые времена, помнишь? Когда мы втроем лазили по лесу, искали фей, а возвращались с карманами, полными лягушек, и показывали их Архимагу Ремину?– Глаза Эрвина загорелись авантюрным огоньком.

Вихо слабо улыбнулся, глядя в окно на проплывающие облака. -Пусть колесо судьбы само решит. Но если честно… скорее всего, останусь здесь. Башня мой дом.-

Эрвин на мгновение помрачнел, но тут же спрятал разочарование за привычной ухмылкой: -Жаль. Я уже представлял, как мы…-

Внезапно воздух наполнился легким, сладковатым ароматом. -С улицы?– подумал Вихо, и в ту же секунду перед столом возникла еще одна фигура в зеленой мантии. Те же рыжие волосы, но длинные, собранные в небрежный хвост, россыпь веснушек по носу и живой, насмешливый взгляд – это была Энни, сестра Эрвина.

-Витаешь в облаках прямо на лекции, Вихо?– раздался ее звонкий голос, и легкий, но ощутимый щелчок пришелся ему по макушке.

-Ой! Энни, ну не надо,– поморщился он, потирая голову. -Я просто жду преподавателя, мыслями собраться пытаюсь.-

Энни рассмеялась и, ловко обойдя стол, устроилась рядом с братом. – У меня тут кое-что интересное…– Вихо достал из сумки три фиолетовых плода амариса и протянул по одному друзьям.

-Диковинка!– воскликнул Эрвин.

-С востока?– уточнила Энни, с любопытством разглядывая плод.

Их глаза действительно засияли почти одинаково.

Вихо кивнул. -Попробуйте. Продавец клялся, что бодрит.-

Дружно откусив, они замерли.

-Ради всех стихий!– выдохнул Эрвин, его глаза округлились. -Какая сладость!-

-Необычно… но приятно!– подтвердила Энни, смакуя.

Вихо взял оставшийся третий плод двумя пальцами, внимательно его разглядывая. -Интересно… структура мякоти, концентрация сахара… Должно быть, специфический состав почвы оазиса или…– он начал было рассуждать вслух, но Энни, ловко перегнувшись через брата, одним движением выхватила фрукт у него из рук, после чего он отправила ей в рот.

-Эни! Это же был мой!– возмутился Вихо.

Она лишь беззаботно пожала плечами, пряча улыбку: -Ну, ну, не кипятись. Возмещу потом домашним яблочным пирогом! -

Вихо открыл было рот для возражения, но мысль о теплом, душистом пироге с корицей оказалась сильнее. -Ладно… договорились,– сдался он, кивнув. Пища от Энни была легендарной.

-Вихо, Вихо… Легко же тебя уговорить- задумчиво протянула Энни, облизывая пальцы.

-Вот сижу и думаю… как же мы без тебя справимся в путешествии? Кто будет нас от глупостей отговаривать?-

Энни вопросительно посмотрела на брата, явно пропустившую их предыдущий разговор.

-Потом расскажу- шепнул ей Эрвин.

В этот момент в аудиторию вошел сам Архимаг Ремин. Его появление мгновенно навело гробовую тишину. Высокий, сухопарый, с седой бородой и пронзительным взглядом, он был одним из Столпов Башни, живой легендой. Его мантия, отороченная серебряным шитьем, казалось, струилась сама по себе.

-Здравствуйте, маги- его голос, тихий, но заполнивший все пространство зала, не требовал ответа. -Сегодня мы обратимся к основам и повторим историю становления Империи Фразантии.-

Вихо автоматически поставил перед собой увесистый том “Хроники Объединения”. Содержание он знал почти наизусть: Башня Магов расположена на северо-западе от столицы, Империя возникла из разрозненных человеческих королевств на этом континенте. Ключом к процветанию стала мана – магическая энергия, пронизывающая все сущее. Она питала урожаи, ускоряла рост кристаллов и прочнейших сплавов, освещала глубины шахт, приводила в движение механизмы. Но жадность и страх – это вечные спутники смертных. Хроники гласили, что королевства объединились под скипетром Делирия Третьего и Совета Бывших Королей лишь перед лицом участившихся набегов нелюдей – эльфов с севера, рейдов троллей с безликих топей, коварства темных эльфов с запада и других рас. Делирий, первым предложивший союз и безвозмездную помощь осажденным, был единодушно признан Императором. Так родилась Империя, вступившая в Эпоху Великих Перемен – череду военных походов ради установления стабильности на континенте. Язык Империи насаждался на завоеванных землях огнем и мечом, там возникали школы, магические центры, гарнизоны. За несколько десятилетий Империя поглотила большую часть континента. Оставшиеся расы – лесные эльфы Великого Леса, кочевники Песчаных Земель, кланы гномов Великого Хребта сложили оружие, согласившись на переговоры. Милостивый Делирий остановил экспансию. Имперский язык стал обязательным; за столетия же языки покоренных народов сохранились лишь как традиция. Но почему-то эта, казалось бы, стройная история, изложенная в учебниках, всегда вызывала у Вихо смутное чувство несоответствия. Слишком гладко, слишком… однобоко.

Его размышления прервал осторожный, но настойчивый толчок в бок. Вихо встрепенулся. Эрвин исподтишка показывал глазами на Архимага. Вихо перевел взгляд и наткнулся на ледяной, испытующий взор Ремина, устремленный прямо на него.

-Маг Вихо- раздался голос Архимага, режущий тишину. -Осветите для собрания: какое из королевств и какие силы выступили первыми против идеи объединения, став катализатором конфликта?-

Эрвин, поняв, что друг "витал в облаках", отчаянно прошептал: -Эстел! Шеро Первый! Гномы!-

Вихо встал, кашлянул в кулак для приличия. -Первыми сопротивление оказало Королевство Эстел под предводительством Шеро Первого, достопочтенный архимаг. Они выступили с дипломатическим бойкотом, а затем заключили военный союз с кланами горных гномов Великого Хребта, опасаясь потери суверенитета и… экономических привилегий, связанных с рудниками.– Он слегка акцентировал последние слова.

Архимаг Ремин секунду помолчал, его взгляд был не читаем. Затем он кивнул, чуть заметно. -Достаточно точно. Садитесь.-

Вихо опустился на скамью, чувствуя, как учащенно бьется сердце. Он украдкой поднял большой палец в сторону Эрвина. Тот в ответ лишь усмехнулся в ладонь.

Первое занятие окончилось. Пока студенты перебирались в другую часть Башни, Эрвин шел рядом с Вихо, лицо его было мрачнее тучи.

-Вихо, старина… У тебя же по алхимии всегда “отлично”?– начал он заискивающе. -Может… прогуляем? Погода-то какая! Солнце, птички…-

Вихо не успел ответить, как Эрвин вскрикнул от неожиданного подзатыльника.

-Не слушай его, Вихо!– строго сказала Энни, шагая с другой стороны. -Он просто ленится разобраться в базовых трансмутационных матрицах! Второй год топчется на месте!-

-Я не виноват, что это так чертовски сложно!– огрызнулся Эрвин, потирая затылок. -Дайте мне что-нибудь с прямой манипуляцией манной хоть щит создать, хоть огненный шар метнуть! Вот тогда я покажу, кто первый!-

-И ты этим гордишься?– Энни посмотрела на брата с таким разочарованием, что даже Вихо стало его жалко. -Ты должен понимать основы! Бери пример с Вихо: он идеален почти во всех дисциплинах. Алхимия не исключение.-

Вихо смущенно махнул рукой. -Идеал? это громко сказано, Энни. Просто… вижу в ней логику. И красоту процесса. А стремиться есть куда, я ведь хочу остаться при Башне, углубиться в исследования.– Он произнес это спокойно, но Энни вдруг резко остановилась.

-Остаться при Башне?– ее голос прозвучал чуть выше обычного. Она перевела взгляд с Вихо на брата. Тот молча кивнул. На ее лице промелькнула тень… растерянности? Но она быстро взяла себя в руки. -Вихо, иди вперед, займи нам места! Мы… э-э… забыли пару ключевых гримуаров по трансмутации в комнатах. Заберем и сразу!– Она схватила Эрвина за рукав и потянула в сторону общежитий.

-Но…– начал Эрвин.

-Иди!– перебила его сестра, уже увлекая за собой. -Два места рядом! И… спасибо!-

Вихо кивнул, немного озадаченный их внезапной суетой, и направился в Алхимическую Лабораторию. Здесь царил другой дух: воздух был насыщен запахами серы, металла, сушеных трав и чего-то электрически-озонового. Столы были заставлены ретортами, колбами причудливых форм, тигелями, ступками, склянками с разноцветными порошками и жидкостями. Вихо нашел три свободных места у окна и аккуратно подготовил их: протер стекла колб, проверил наличие дистиллированной воды в графинах, поправил горелки. Потом достал из сумки два яблока и положил по одному на места Эрвина и Энни. -До аудитории далеко, на рынок не успеют… Пусть хоть перекусят,– подумал он. У него не было других друзей. Они были вместе с тех самых пор, когда троих сирот-подкидышей подобрали у ворот Башни. -У магов не должно быть привязанностей, отвлекающих от Пути… Так гласят правила. Но разве дружба помеха познанию?– постукивая костяшками пальцев по столу, размышлял Вихо.

Через несколько минут в лабораторию вошел Архимаг Тар. Его фигура, облаченная в мантию цвета воронова крыла, расшитую золотыми символами, внушала почтительный трепет. Он нес с собой небольшой ларец из черного дерева. Следом, запыхавшись, вбежали Эрвин и Энни.

-Простите, Архимаг Тар! Задержались…– выпалил Эрвин.

-Гримуары… искали,– добавила Энни, слегка смущенно.

Тар лишь молча кивнул, его взгляд скользнул по их пустым рукам, но ничего не сказал. Они поспешили к своим местам и замерли, увидев яблоки. Взглянув на Вихо, они одновременно улыбнулись: Энни тепло, Эрвин с облегчением. Быстро сунув фрукты в сумки, они приготовились к занятию.

Архимаг Тар открыл ларец. Внутри на черном бархате лежали три камня: один – мутно-серый и шероховатый, второй – гладкий, темно-зеленый с прожилками, третий – маленький кристаллик, сверкающий, как капля росы.

-Маги- начал Тар, его низкий, бархатистый голос завораживал. -Вы изучаете преобразование материи. Но алхимия – это не просто ремесло. Это – зеркало. Зеркало вашей собственной души, вашей воли, вашего понимания фундаментальных законов Бытия. Он взял серый камень. – Перед вами обычный булыжник, грубая, инертная материя. Ваша задача не просто изменить его форму или цвет. Ваша задача : "раскрыть " его скрытый потенциал, его "истинную суть ", заложенную в самой структуре мироздания. Как душа спрятана за завесой плоти, так и сущность материи скрыта за ее внешней формой.– Он поместил камень в небольшую чашу из серебра. -Вспомните принцип соответствия: что вверху, то и внизу. Ваше намерение, ваш внутренний огонь – вот катализатор. Манна – это лишь проводник вашей воли. Сосредоточьтесь не на том, что убираете, а на том, что высвобождаете. На истинном образе, скрытом внутри.-

Тар насыпал в чашу щепотку флуоресцентного порошка, затем коснулся камня пальцем. По его руке пробежала слабая голубоватая искра тончайший поток манны. Камень в чаше дрогнул, зашипел, и… начал светиться изнутри мягким, теплым янтарным светом, как кусок застывшего солнечного меда. Грубая поверхность сгладилась, став почти стеклянной.

-Вау…– прошептал Эрвин, забыв о своем нежелании быть здесь.

-Теперь ваша очередь – сказал Тар, указывая на зеленый камень и кристаллик на столах студентов. – Возьмите малахит. Ваша цель: не изменить его, а… "увидеть " его глубинный отклик на чистую энергию кристалла росы. Создайте резонанс. Позвольте одному раскрыть суть другого. Наблюдайте. Чувствуйте. Не торопите процесс. Импульс манны минимальный, только для инициации контакта.-

Лаборатория погрузилась в напряженную тишину, нарушаемую лишь потрескиванием горелок и сдержанным дыханием студентов. Вихо закрыл глаза на мгновение, представляя структуру малахита – слоистую, подобную древним свиткам, хранящим память земли. Он коснулся одновременно зеленого камня и холодного кристалла росы, направляя тончайшую, как паутинка, струйку манны. Под его пальцами малахит словно вздохнул. Темно-зеленый цвет начал светлеть, становясь изумрудным, а по его поверхности заструились, как живая вода, переливы бирюзы и аквамарина. Кристалл росы при этом не помутнел, а заиграл внутренним радужным огоньком.

Эрвин, стиснув зубы, сосредоточенно водил пальцами над камнями. Его малахит лишь слабо дрогнул, окрасившись в пятнистый буро-зеленый цвет. Энни добилась более четкого эффекта её камень стал ярко-зеленым, с четкими концентрическими кругами.

-Прекрасный пример, маг Вихо,– тихо прозвучал над его плечом голос Тара. -Вы позволили материи "проявить " себя, а не навязали ей свою волю. Это и есть истинная алхимия, диалог с самой сутью мироздания. Запомните этот урок. Истинное изменение начинается изнутри.– Вихо почувствовал легкое волнение, похвала от Архимага Тара значила много.

После алхимии, на пути к последнему занятию, Эрвин заметно оживился.

-И последнее на сегодня… Какое у нас?– прикидывал Вихо, потирая подбородок.

-Использование маны в практических целях! Наконец-то!– глаза Эрвина загорелись настоящим энтузиазмом. -Сейчас я покажу класс! Никаких этих твоих камушков и колбочек!-

Вихо усмехнулся: -Конечно, конечно. Энни, слышишь? Переплюнь его, пожалуйста, а то зазнается совсем.-

-Постараюсь,– ответила Энни, но ее улыбка показалась Вихо какой-то… напряженной. Он списал это на усталость. Но…

Вихо достал из кармана очищенный манной малахит и наклонил его к Энни. – небольшой подарок для настроения – Энни приняла его уже с более радостной улыбкой.

Занятие проходило в тренировочном атриуме под открытым небом. Студенты разбились на пары, отрабатывая создание элементарных щитов, управление потоками воздуха для отражения снарядов (в виде мягких шаров из спрессованного мха), манипуляции с водой. Вихо, Эрвин и Энни стояли немного в стороне, обсуждая тонкости стабилизации защитного барьера. Вдруг Эрвина кто-то сильно толкнул в спину. Тот, не ожидая подвоха, не успел сгруппироваться и шлепнулся на песок атриума.

Над ним стоял Феркут – студент, известный своим заносчивым нравом и патологическим самолюбием.

-Ох, извини, простофиля!– пренебрежительно бросил Феркут, даже не пытаясь помочь встать. -Не мешайся под ногами в следующий раз. И смотри, чтобы твои дружки-выскочки не путались тут же.– Его взгляд скользнул по Вихо и Энни с явной угрозой.

Драки в стенах Академии карались строго, а вот мелкие “недоразумения” часто спускались на тормозах. Феркут пользовался этим.

Вихо, стиснув зубы, шагнул вперед, чтобы помочь Эрвину подняться. В этот момент Феркут, с притворным -ой!– и делая вид, что поскальзывается, резко двинул плечом, нацелившись толкнуть и Вихо. Но Энни среагировала мгновенно. Ее рука метнулась к амулету на шее, гладкому, теплому камню землистого цвета. Небольшой импульс манны и камень на миг вспыхнул тусклым желтым светом. В тот же миг участок песка под ногами Феркута превратился в жидкую, вязкую грязь.

Он дико замахал руками, пытаясь удержать равновесие, но ноги предательски поехали, и он с глухим всплеском шлепнулся лицом в ту самую лужу, которую только что создали.

По атриуму прокатился сдержанный смех наблюдавших студентов. Феркут, весь в грязи, красный от ярости и унижения, поднялся на колени.

-Ах ты, девчонка! Я тебя…!– зарычал он, пытаясь встать.

Но за спиной Энни уже стоял преподаватель – Мастер Горд, суровый боевой маг. Его рука легла ей на плечо.

-Исключительно точный и экономный пример применения маны, маг Энни,– произнес он громко, так, чтобы слышали все. -Использование локального изменения свойств среды для нейтрализации угрозы. Без излишнего насилия, с минимальными затратами энергии. Зачетный балл.– Он перевел ледяной взгляд на Феркута, барахтающегося в грязи. -А вы, маг Феркут, пройдете, пожалуйста, с дисциплинарным советом. Объясните им ваше… падение.-

Двое магов с красными повязками на рукавах были членами Совета и уже подходили к месту действия.

-Но… я могу объяснить! Это она спровоцировала!– бубнил Феркут, но его уже вели прочь под смешки товарищей.

Занятие продолжилось. Эрвин, отряхиваясь, благодарно хлопнул сестру по плечу. Вихо поймал ее взгляд и одобрительно кивнул. -Отлично сработано.-

Поздним вечером Вихо сидел на покатой черепичной крыше одного из городских домов недалеко от Башни. Отсюда открывался чудесный вид на море звезд, рассыпанных по бархатному небу. Город внизу затихал, лишь редкие огоньки мерцали в окнах. Он вдыхал прохладный ночной воздух, стараясь отпустить дневные заботы и тревожный отголосок забытого сна.

Позади раздались осторожные шаги по черепице. Двое людей. Вихо не обернулся, лишь легкая улыбка тронула его губы.

-Вы слишком громко топаете для пары ловких магов, Эрвин, Энни. Или это каменные големы пожаловали?-

-Тише ты!– засмеялся Эрвин, опускаясь рядом. -Мы тебе гостинцев принесли!– Он протянул Вихо знакомую бутыль, оплетенную грубой бечевкой. Аромат спелого винограда и дуба сразу ударил в нос. -Завтра выходной, можно и душой отдохнуть.-

Энни устроилась с другой стороны, достав из сумки три простых металлических кубка и… несколько фиолетовых плодов амариса. -Кое-кто забыл свой кубок в комнате. Мы заодно и закуску прихватили.-

Вихо покачал головой, но улыбка его стала шире. -Хитро. Ладно, принимается. Но помните, что в следующий раз фрукты с вас буду требовать я!-

Он разлил темно-рубиновое вино по кубкам. Они подняли их к серебристому диску луны, висевшему высоко в небе.

-Пусть пути наши разойдутся по разным дорогам этого мира- тихо, но четко сказал Эрвин.

-Пусть испытания будут суровы- добавила Энни, ее глаза в лунном свете казались особенно большими.

-Но пусть дружба наша…– заключил Вихо, глядя попеременно на друзей, -....останется такой же прочной, как фундамент этой Башни, и такой же яркой, как звезды над нами сегодня.-

-Да будет так!– хором откликнулись Эрвин и Энни.

Кубки звонко стукнулись. Сладкий вкус амариса смешивался с терпковатым вином и горьковато-сладким предчувствием грядущих перемен под бескрайним звездным небом.

Изменчивость, как отражение души

Вихо с трудом приоткрыл веки. Комнату освещало неровное трепещущее пламя свечи, отбрасывающее гигантские, пляшущие тени на стены. Каждая попытка пошевелиться отзывалась во всем теле острой, рвущей болью, словно тысячи раскаленных игл впивались в тело. Стиснув зубы до хруста, он все же подался вперед и сел на жесткой кровати. Взгляд скользнул по телу: оно напоминало мумию – бинты туго обвивали кожу, грубые деревянные шины сковывали конечности.

– И снова жив- хрипло усмехнулся Вихо, чувствуя, как боль искажает его лицо. – Но кто же вытащил?.. И где Громни? – Он медленно повел головой, осматривая пустую, скромно обставленную комнату. Одиночество сдавило горло. Попытка встать обернулась мгновенным провалом: ноги не слушались, тело пронзила адская судорога. Он рухнул на пол с глухим стоном.

– Ах!..-

Дверь распахнулась, и в комнату стремительно вошел мужчина лет сорока, с озабоченным, но добрым лицом и сединой у висков.

– Ну что ж вы, господин! Вам необходим покой! – Его сильные руки осторожно, но уверенно подняли Вихо и уложили обратно на постель. – Вот, пейте. Отвар из коры ивы, горной мяты и трилистника однообразного – снимет боль, поможет заживлению. – Он поднес к губам Вихо глиняную кружку с теплым, горьковатым настоем.

Вихо сделал несколько глотков, чувствуя, как жар растекается по телу, слегка притупляя острые грани страдания. Первой мыслью был товарищ:

– Гном… Громни? Он жив?

– Жив-жив, не тревожьтесь- успокоил мужчина, поправляя подушку. – В соседней горнице отдыхает. Его кости крепче ваших, да и ушибов меньше. Отделался парой трещин – уже на ногах, бодрится. Зовут меня Эрнст, я здешний лекарь.

Вихо откинул голову на подушку, уставившись в потолок, где плясали отблески свечи. Боль, подчиняясь отвару и неподвижности, начала медленно отступать, оставляя после себя глухую, ноющую усталость.

– Где я? – спросил он тихо.

– Лазарет Королевства Хейл. Северные рубежи- пояснил Эрнст, усаживаясь на табурет у кровати.

– Хейл… Значит, окраина Империи- пробормотал Вихо, вспоминая карты. – И как вы тут держитесь? гномы с Вершин отрезали вас от основных путей снабжения.-

Лекарь махнул рукой:

– Терпимо. Наладили с ними тихую торговлю через перевалы – они нам руду, металлы, мы им зерно, ткани. Обходимся. Главное – мир.-

– А эльфы? – Вихо прищурился, стараясь разглядеть выражение лица Эрнста. – До меня доходили слухи… что Лесные Народы будто бы затаили злобу на людей Империи. Стали замкнутыми, враждебными.-

Эрнст задумался на мгновение, затем мягко улыбнулся:

– Слухи, господин Вихо, как пар – похожи на дым, но безобиднее. Эльфы Великого Леса спокойны как всегда. Торгуют изредка целебными травами, дарами леса. Живут своей жизнью, в дела наши не вмешиваются. Не ведитесь на страхи дальних дорог.-

Вихо позволил себе слабый выдох облегчения.

– Простите, лекарь Эрнст – голос его звучал устало и искренне – но я не смогу отплатить вам. Все припасы, все сбережения… остались там, под камнями на склоне.-

Эрнст положил руку ему на плечо поверх бинтов.

– Не нужно. На всё Воля Свободы- он произнес священную фразу Империи с теплотой, а не формальностью.

Вихо машинально поднял кулак в знак приветствия и единства – жест, въевшийся в плоть и кровь за годы службы магом в башне.

– Эта фраза… уже как дыхание. Простите формальность.– Сказал Эрнст улаживая руку Вихо обратно на кровать.

Дни в лазарете текли медленно, отмеряемые визитами медсестер со сменой повязок и врачей, проверявших срастание костей. Несмотря на свою нищету, Вихо нашел способ быть полезным. Случайно подслушав спор двух подмастерьев о свойствах мха-сухоцвета, он не удержался и мягко вмешался, поправив их рецепт. После весть о "заезжем имперском алхимике" разнеслась мгновенно. В глухой провинции, где о столичных академиях знали лишь понаслышке, его знания были откровением. Скромная палата превратилась в аудиторию. Медсестры, санитары, даже сам Эрнст затаив дыхание слушали его рассказы о свойствах местных растений, секретах алхимии, о редких травах дальних пустынь, которые могли встретиться у странствующих торговцах. Говорил Вихо тихо, с болью, но с увлечением. Постепенно взгляды, полные простого любопытства, сменились неподдельным уважением.

Незнакомец, выброшенный судьбой на их порог, стал своим, желанным учителем.

Так прошли недели, слившиеся в месяцы. Боль ушла, сменившись назойливым зудом заживающих тканей и слабостью. И вот настал день, когда кости, наконец, срослись достаточно крепко. Опираясь на дубовую трость, подаренную Эрнстом, Вихо встал. По-настоящему встал. Шаг. Еще шаг. Каждый был маленькой победой. Он подошел к двери, за которой виднелась узкая полоска ночного неба, залитая холодным светом луны. Толкнул створку.

Свежесть весенней ночи обволокла лицо, как шелк. Воздух пах влажной землей, дымком далеких очагов и молодой хвоей. Вихо жадно вдохнул полной грудью. Опираясь на трость, он медленно дошел до деревянной скамьи у стены лазарета и опустился на нее. Луна, огромная и серебристая, висела над спящим поселением. Кольцо низких, крепких деревянных изб окружало центральную площадь. А в ее сердце, утопая в лунных тенях, высилось массивное каменное здание с башнями.

– Замок Хейла? – прошептал Вихо. – Должно быть…-

Пара стражников в простых кольчугах проходила мимо. Увидев Вихо, они небрежно, но уважительно кивнули. Он кивнул в ответ. Простота, тишина, это ощущение… безопасности? После кошмара гор, после свиста камней и хруста собственных костей, этот мирный уголок казался райским садом.

Часы текли незаметно. Вихо сидел, вслушиваясь в тишину ночи, в редкие крики ночных птиц, в далекий лай бродячий собаки. Звезды на востоке начали меркнуть, уступая место первой, едва уловимой бледности зари. И тогда из-за угла избы показалась знакомая коренастая фигура с густой, заплетенной в косу бородой.

– Вихо! Ишь ты, на ногах уже? – Громни подошел, его карие глаза блестели в лунном свете. На нем была чистая рубаха и добротный жилет.

– На ногах? Скорее, на трости и упрямстве – усмехнулся Вихо. – А ты, я смотрю, в полном порядке. Цел и невредим?-

Гном хлопнул себя по груди, издав глухой стук, после сел на скамью рядом с Вихо.

– Кости срослись, синяки сошли. Гномья порода! – Он ухмыльнулся и плюхнулся на скамью рядом. – Так что, Вихо? Какие планы строишь в такое время?-

Вихо взглянул на исчезающие в предрассветном свете звезды.

– Как только смогу стоять без этой палки – он постучал тростью по земле- двинусь к Великому Лесу. Цель еще далека. А ты? -

– Как только ты поправишься и соберешься в путь, я отправлюсь к великому хребту. К старым друзьям нашей семьи -. Он разглядывал свои широкие, мозолистые ладони, сжимая и разжимая пальцы.– Ты спас мне жизнь. Трижды. И я не забыл это. Если в будущем мы ещё раз встретимся и тебе нужна будет моя помощь, я приду – Он резко встал, словно не мог сидеть дольше и уже уходил. – Но пока мой путь лежит к далёким горам. моя цель – месть. – Вихо понимал Громни. Его коренастая фигура быстро растворялась в темноте. – Громни! – крикнул Вихо вдогонку. Гном остановился, не оборачиваясь. – Осторожнее там… с падающими камнями. – Громни улыбнулся и фыркнул.– И ты осторожнее с остроухими. -Потом он исчез. Вихо остался один. Над головой, сквозь разорванные тучи, мерцали остатки звезд. – Вот, я снова один -

Последний ремень нового кожаного рюкзака щёлкнул, когда Вихо поправил его на плече. Кожа пахла дымом и дубом – добротная работа местных мастеров, подарок Эрнста. Он уже чувствовал твердость под ногами, хоть трость и стояла прислоненной к стене, как страховка. Еще пара дней – и можно будет двинуться в путь. Мысль о дороге, о свежем ветре в лицо, заставила его почти улыбнуться.

Тень перекрыла дверной проем, залив полосу света от окна. Двое стражников в начищенных, но простых кирасах заполнили порог. Их лица были непроницаемы.

– Господин Вихо- произнес старший, голос ровный, но не допускающий возражений. – Его милость, лорд Арнольд фон Келлен, требует вашего немедленного присутствия.

Холодок пробежал по спине. "Требует". Не просит. Инстинктивно Вихо сделал шаг назад, рука сама потянулась к месту, где когда-то висел пояс с инструментами и флаконами. Пусто. Сражаться сейчас – чистое безумие.

– Зачем? – спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул, но осторожность сквозила в каждом слоге.

– Приказ есть приказ, господин. О причинах не ведомо- ответил стражник, его взгляд скользнул по рюкзаку. – Пожалуйте.

Чувство безнадежной ловушки сжало горло. Отказ? Бегство? В его состоянии – самоубийство. Сжав челюсти, Вихо кивнул.

– Веди.-

Едва он переступил порог избы, его встретил не просто повозчик, а закрытая карета с гербом Хейла – скрещенные молот и скипетр – на дверце. Запряженная парой крепких гнедых, она выглядела чужеродно среди деревянных изб. Возница в ливрее молчал.

– Вихо! Что за чертовщина? – Громни выскочил из-за угла соседней постройки, его борода взъерошена, в руке зажат походный топорик. – Куда тебя волокут эти щеголи?

– Самому хотелось бы знать, друг- Вихо обернулся, стараясь казаться спокойнее, чем был. – Жди здесь. Если к закату не вернусь… – он сделал паузу, глядя гному прямо в глаза- иди к Великому Хребту. Долг твой выполнен.

– Но, Вихо! – Громни шагнул вперед, его карие глаза метали искры негодования и тревоги. – Это же…

– Всего лишь предосторожность! – резко перебил его Вихо, не желая втягивать гнома в возможную беду. "Ничего более"– добавил он про себя, уже открывая тяжелую дверцу кареты. Кожаное сиденье, запах воска и пыли. Карета тронулась с места, оставив Громни стоять посреди улицы, сжав кулаки.

Башни замка фон Келлена выросли мрачными силуэтами на фоне неба. Подъемный мост скрипел, опускаясь перед каретой. Внутри – каменные стены, факелы в железных раструбах, бряцание оружия. Стражники проводили Вихо не в тронный зал, а в меньшую, но не менее роскошную горницу. Стены украшали охотничьи трофеи и мрачноватые гобелены с батальными сценами. За длинным дубовым столом, уставленным остатками трапезы – фазаном, фруктами, серебряным кубком – сидел человек.

Лорд Арнольд фон Келлен. Лет пятидесяти, одетый не для визита в лазарет, а для демонстрации власти: бархатный камзол глубокого пурпура, отороченный горностаем, массивная золотая цепь на груди, перстни на пальцах. Он неспешно отпивал вино, его пронзительные серые глаза изучали Вихо с ног до головы, как оценивают незнакомого зверя.

– Господин Вихо, я полагаю? – голос был гладким, как шелк, но с ледяной сталью внутри. Он не предложил сесть.

– Верно, милорд. Я… – начал было Вихо.

– Знаю, знаю- лорд махнул рукой с таким жестом, будто отмахивается от назойливой мухи. – Алхимик. Состоял при Башне. Мы, хоть и на отшибе Империи,но не совсем отрезаны от мира. Вести о талантах, пусть и… "временно покинувших" службу, доходят и сюда. – Ударение на "временно покинувших" было едва уловимым, но явным. – Узнал же я о вашем пребывании от шепота людей вне стен. Будто бы местный знахарь приютил столичного светило, раздающего мудрость направо и налево. Забавно.

Вихо молчал, чувствуя, как нарастает напряжение. Лорд отложил кубок.

– Перейду к делу. В моих владениях – беда. Заболела семья ван Дорнов. Знатный род, союзники. Странная хворь. Ни жар, ни озноб, но… угасание. Будто сама жизнь вытекает из них песчинка за песчинкой. Мои придворные лекари- он пренебрежительно скривил губы- разводят руками. Тратят благовония да читают молитвы. Шарлатаны в шелках.

Вихо нахмурился:

– Но Эрнст… он ничего не упоминал о подобном…

– Эрнст? – Лорд фон Келлен фыркнул. – Добросердечный ремесленник, не более. Его место – лечить поскребы да лихорадки черни. Знатным особам нужен… другой уровень. Ваш уровень, господин Вихо. – Он откинулся на спинку резного кресла. – Посмотрите на них. Определите причину. И если справитесь – его взгляд стал жестче – награда будет достойной вашего былого статуса. Золото, рекомендации… или безопасный путь. Не волнуйтесь о щедрости Келленов.

Вихо почувствовал ловушку. Отказ? Немилость. Согласие? Впутывание в дворцовые интриги. Но профессиональное любопытство и долг врача перевесили осторожность.

– Я посмотрю, милорд. Но ничего не обещаю. Болезни бывают коварны.-

– Отлично – лорд улыбнулся тонко, без тепла. – Этого и жду. Прозрачности и профессионализма. Мои люди проводят вас. И помните, господин алхимик- его голос понизился, став почти шепотом, но от этого только опаснее- в замке фон Келлена все под контролем. Даже пауки в банке знают свое место. Имейте это в виду.

Стражник повел Вихо по холодным каменным коридорам в дальний флигель замка. Воздух здесь был спертым, пахнущим лекарственными травами и… чем-то затхлым, увядающим. Дверь в покои открылась бесшумно.

Контраст с остальным замком был разительным. Комната погружена во мрак. Густые, тяжелые бархатные шторы наглухо закрывали окна. Единственный источник света – тусклая масляная лампа на столике у кровати. Воздух был неестественно прохладен, словно выстужен. На роскошной кровати с балдахином, почти сливаясь с тенями, сидела женщина. Лет тридцати, но казавшаяся старше. Бледная, как восковая свеча, с огромными, запавшими глазами, полыми от страдания и апатии. Ее тонкие пальцы беспомощно лежали на одеяле.

Вихо замер на пороге, ощущая ледяное дыхание болезни. Он молча подошел к умывальнику, намочил чистую льняную повязку в прохладной воде и осторожно повязал себе на лицо, прикрыв нос и рот. Затем из своего рюкзака он извлек пару необычных перчаток – гладких, эластичных, темного цвета, сделанных из имперского каучука, редкости в этих краях. Натянул их, ощущая плотное прилегание к коже. Застегнул воротник своей скромной рубахи доверху. Каждое движение было выверенным, ритуальным, полным профессиональной отстраненности и скрытой тревоги.

Он подошел к кровати, его шаги глухо отдавались в гнетущей тишине.

– Прошу прощения, миледи- его голос, приглушенный повязкой, прозвучал мягко, но четко. – Меня зовут Вихо. Я осмотрю вас. Пожалуйста, не тревожьтесь.-

Он осторожно взял ее запястье. Кожа была холодной и влажной, пульс был едва уловим. Его взгляд, острый и аналитический, скользнул по ее лицу, шее, открытым участкам рук, ища то, что упустили другие.

Холодная, почти лабораторная отстраненность, с которой Вихо начал осмотр, сменилась нахмуренной сосредоточенностью. Он методично проверял рефлексы, осматривал зрачки, прислушивался к дыханию – поверхностному и слишком тихому для живого существа. Пальцы скользили по холодной, влажной коже Леди ван Дорн, ища уплотнений, сыпи, любых признаков известных ему хворей. Ничего. Лишь истощение, далекое от банального недоедания. Это был спад жизненных сил, как увядающего цветка, лишенного корней.

"Внешних повреждений нет… Истощение Маны? Непохоже…" – пронеслось в его голове. Магическое истощение имело иные симптомы – тремор, психическую нестабильность, иногда видимые энергетические искажения. Здесь же была лишь пустота, физическая слабость, выкачивающая жизнь без малейшего следа магии.

Он достал из внутреннего кармана своего скромного рюкзака небольшой, отточенный до бритвенной остроты ланцет и небольшой пузырек со спиртом. Методично обработав лезвие, он осторожно взял холодную, почти бескровную руку больной.

– Миледи, легкий укол. Потерпите- его голос, приглушенный повязкой, звучал успокаивающе, хотя сам он успокоения не чувствовал.

Леди лишь слабо моргнула в ответ. Вихо сделал крошечный надрез на подушечке ее безымянного пальца. Кровь выступила медленно, капля за каплей, необычно жидкая, водянистая, лишенная здоровой вязкости. Он собрал несколько капель в маленькую стеклянную колбу, уже подготовленную им ранее.

– Странно- пробормотал он себе под повязкой, закупоривая колбу. – Кровь… жидковатая, чем обычно. Не похоже на обычную болезнь. Слишком уж… разбавленная.-

Завершив осмотр, который принес больше вопросов, чем ответов, Вихо поклонился неподвижной фигуре на кровати и вышел из гнетущей темноты покоев ван Дорн. Стражник молча проводил его в небольшую, но уютную комнату, выделенную ему в служебном крыле замка. Здесь уже стояли несколько ящиков с базовыми алхимическими принадлежностями – явно по распоряжению лорда Келлена. "Хоть это он предусмотрел"– подумал Вихо без особой благодарности.

Он запер дверь на щеколду и немедленно приступил к работе. Стол превратился в импровизированную лабораторию. Колбы, реторты, горелка, набор реактивов – все пошло в ход. Он исследовал кровь Леди ван Дорн всеми доступными ему способами: смешивал с индикаторами, выпаривал, рассматривал под сильной лупой, пробовал на реакцию с известными катализаторами. Часы текли незаметно, лишь заполненные шипением пламени горелки, звоном стекла колб и напряженным молчанием Вихо. Его лицо в свете горелки было сосредоточенно.

И вот, поздний день, он откинулся на спинку жесткого стула, опустив голову на скрещенные на столе руки. Перед ним стояли несколько колб с остатками реакций, но ключевой результат был в его голове. Горькая, тревожная уверенность.

– Теперь понятно- прошептал он в тишину комнаты, голос хриплый от усталости и напряжения. – Это не болезнь. Не проклятие. Не истощение Маны. Это… отравление. Целенаправленное, изощренное отравление ядом. – Вихо встал, его кости хрустели от долгой неподвижности. Он подошел к узкому окну. Был день, но не солнечный – тяжелые, свинцовые тучи нависли над Хейлом, превращая день в унылый вечер. Внизу слуги стирали и сушили одежду, конюх торопливо чистил лошадь графа, похлопывая её по гриве. "Похоже, собирается дождь. И гроза, судя по тяжести воздуха"– подумал Вихо, ощущая знакомое предгрозовое давление, прохладный влажный воздух. И ощущение ловушки. – "Вот и ввязался. В самые настоящие дворцовые интриги. Не просто не хорошо… Скверно. Крайне скверно".

Чувство долга и профессиональный азарт перевесили осторожность. Он должен был сообщить лорду. Надев свой походный плащ поверх простой рубахи, Вихо вышел в коридор. Замок фон Келлена, даже в это унылое время, жил своей жизнью – сновали слуги, скрипели двери, доносились отдаленные голоса. Найти тронный зал оказалось не так просто.

После пары неверных поворотов и расспросов у торопливо проходивших мимо горничных, он наконец подошел к массивным дубовым дверям, охраняемым двумя стражниками в полном доспехе. Их алебарды скрестились перед ним с металлическим лязгом.

– Лорд не принимает гостей сегодня- отчеканил один из них, глядя куда-то поверх головы Вихо. Его лицо под шлемом было бесстрастным.

– Я не гость- ответил Вихо, стараясь звучать уверенно. – Я алхимик Вихо. Нанят лордом для расследования болезни Леди ван Дорн. У меня есть важные сведения для Его Милости.-

– Не слышали про такого, мистер- ответил второй стражник, не двигаясь. – Приказ – никого не впускать.

Раздражение закипело в груди Вихо. У него не было времени на бюрократические проволочки.

– У меня нет времени на это! – он сделал шаг вперед. – Это касается жизни и смерти!-

Алебарды мгновенно опустились ниже, острием к его груди. Сталь холодно блеснула в тусклом свете факелов.

– Стоять! – прогремел первый стражник.

В этот момент одна из массивных дверей тронного зала приоткрылась, и в щели показалось лицо пожилого слуги в ливрее замка. Он окинул взглядом сцену.

– Господин Вихо! – воскликнул он с явным облегчением. – Есть новости? Пропустить его немедленно! – Его властный тон не оставил стражникам выбора. Алебарды поднялись, и двери распахнулись.

Тронный зал замка Хейл был не таким грандиозным, как в столице, но впечатлял основательностью и мрачноватым достоинством. Каменные стены, гобелены с охотничьими сценами, длинный ковер, ведущий к возвышению. На дубовом троне, обитом темно-бордовым бархатом, сидел лорд Арнольд фон Келлен. Он не дремал, а внимательно изучал несколько листов пергамента, его лицо было напряженным. Услышав шаги, он поднял голову. Его пронзительные серые глаза, лишенные теперь и намека на любезность, уставились на Вихо. Он не произнес ни слова, лишь поднял руку в кратком, властном жесте: "Говори".

Вихо подошел ближе, остановившись на почтительном расстоянии. Тусклый свет из высоких стрельчатых окон падал на его лицо.

– Леди ван Дорн- начал он четко, опуская формальности- не больна в обычном смысле слова. Это и вправду не болезнь, не проклятие.-

Лорд наклонился вперед, его пальцы сжали подлокотники трона.

– Так что же это? – его голос был тихим, но каждое слово резало воздух, как лезвие.

– Отравление, милорд. Целенаправленное отравление ядом. Если быть точным.-

Лорд фон Келлен медленно откинулся на спинку трона, опустив голову на сжатый кулак. Его взгляд стал непроницаемым.

– Противоядие? – спросил он после паузы.

– Думаю, смогу изготовить его через пару дней- ответил Вихо. – Смог бы раньше, если бы знал точное происхождение и источник яда. Это ключ к эффективному антидоту. Как давно больная в таком состоянии?

– Три дня. Симптомы появились вчера вечером, но упадок сил был заметен и раньше-

– Были ли какие-либо значимые события незадолго до этого? Необычные визиты, приемы, подарки?

Лорд задумался, его взгляд скользнул по пергаментам на коленях.

– Пять дней назад… мы принимали дипломатическую делегацию из Великого Леса. Переговоры завершились удачно, был устроен банкет в их честь. Леди ван Дорн присутствовала, была в хорошем расположении духа.

"Банкет…" – мысль Вихо заработала стремительно.

– Где он проходил? В этом зале? И… место чистили после? Тщательно?

Лорд фыркнул, раздраженно махнув рукой:

– Естественно! В Малом банкетном зале. Уборка была проведена безупречно, как всегда. Вы думаете, яд подали за столом? – В его голосе зазвучало сомнение.

Вихо щелкнул языком от разочарования. Если зал убрали, прямые улики могли исчезнуть.

– Возможно. Но это лишь одна из версий. Мне нужен список всех присутствующих на том банкете. И мне необходимо поговорить со слугами, которые обслуживали стол, убирали зал, имели доступ к кухне и погребу.

Лорд фон Келлен посмотрел на него долгим, оценивающим взглядом. Затем кивнул стоявшему рядом тому самому слуге, что впустил Вихо.

– Герик, проведи господина Вихо в помещение для отдыха старших слуг. И предоставь ему запрошенный список. Полный. – Последнее слово прозвучало как приказ. – Отнеситесь ко всем его вопросам со всем вниманием.

Герик почтительно поклонился:

– Слушаюсь, милорд. Пожалуйте, господин Вихо.

Они вышли из тронного зала. Пока они шли по каменным переходам в более скромную часть замка, Герик осторожно спросил:

– Господин Вихо, если не секрет… что именно вы хотите выяснить у слуг? Может, я смогу помочь?

Вихо понимал, что в замке, полном подозреваемых, откровенность может стоить жизни. Он выбрал нейтральный путь.

– Ничего особенного, Герик- ответил он с легкой, деланной улыбкой. – Хочу поговорить о том, как лучше ухаживать за больной госпожой в ее… специфическом состоянии. Узнать о замковых процедурах, доступных средствах. Возможно, подслушал что-то полезное о самочувствии Леди до кризиса. Чем больше деталей, тем лучше. Формальности только мешают.

Герик кивнул, хотя в его глазах мелькнуло сомнение.

– Как скажете, господин. Вот здесь.

Он открыл дверь в просторную, но аскетично обставленную комнату. Деревянные скамьи вдоль стен, большой стол, очаг с тлеющими углями. Несколько слуг разного возраста – двое мужчин постарше, одна женщина средних лет и молодая девушка – сидели или стояли, переговариваясь вполголоса. При виде Герика и незнакомца в скромной, но не служебной одежде, они замолчали и встали.

– Спокойно- сказал Герик. – Это господин Вихо, алхимик, которого лорд пригласил помочь Леди ван Дорн. Он хочет поговорить с вами. Отвечайте на его вопросы честно. – Он кивнул Вихо и удалился, оставив алхимика наедине со слугами.

Вихо почувствовал на себе настороженные взгляды. Он сделал шаг вперед, его поза была открытой, не угрожающей.

– Здравствуйте. Меня зовут Вихо. Я гость лорда, но сам из простых корней. Можете не церемониться со мной, я не особо люблю формальности, особенно в такой… деликатной ситуации. – Его тон был дружелюбным, располагающим.

Напряжение немного спало. Слуги робко поздоровались. Вихо начал издалека. Он расспрашивал о процедурах ухода за тяжелобольными в замке, о том, как справляются с пятнами от дорогих скатертей, какие снадобья используют для мытья посуды, чтобы не оставалось запаха. Он вплетал в разговор шутки, рассказывал забавные случаи из жизни столичных слуг (вымышленные, но правдоподобные). Постепенно лед растаял. Слуги начали оживленно делиться своими хитростями, жаловаться на капризных гостей, хвалить или ругать замкового эконома.

Вихо наблюдал, слушал, запоминая мелочи. Особенно его заинтересовала молодая служанка, лет двадцати. Каштановые волосы были аккуратно собраны в тугой пучок, лицо – миловидное, с умными, внимательными глазами. Она говорила мало, но когда рассказывала о том, как отмывала пятно от красного вина с белоснежной скатерти после банкета, ее рассказ был самым детальным. Ее звали Алиса.

Когда обстановка стала почти дружеской, Вихо ненавязчиво подошел к Алисе, пока другие обсуждали достоинства новой метлы.

– Алиса- обратился он к ней тихо, с теплой улыбкой. – Вы так ловко справились с тем вином… Не подскажете, куда обычно отправляются отходы после таких пиршеств? Бутылки, остатки еды? Просто интересно, как здесь налажена утилизация. В столице, знаете, вечный хаос.

Алиса слегка смутилась от обращения к ней, но ответила охотно:

– О, остатки пищи обычно отдают свиньям на задний двор, к псарне. Свиньи у нас не привередливые. А бутылки… – она понизила голос- либо сразу моют и используют снова для кухонных нужд – масло, уксус, всякое такое. Либо, если бутылки хорошие, целые, их отправляют в погреб, в дальний угол, для хранения. На случай, если понадобятся позже, или если нужно отправить что-то гостям. Почему вы спрашиваете? – В ее глазах мелькнуло любопытство, но без подозрительности.

Вихо пожал плечами с видом простого любопытства.

– Мне интересен быт, организация труда. Ничего более. Каждый замок – свой мир. – Он сделал паузу, как бы раздумывая, затем добавил с легкой, чуть заигрывающей улыбкой: – Кстати, раз уж мы говорим о вине… Не хотите ли как-нибудь вечером пропустить со мной бутылочку? Тихо, без лишних глаз? В знак благодарности за ваши рассказы. Вы кажетесь человеком, с которым интересно поговорить.

Алиса явно растерялась. Приглашение выпить от гостя лорда, да еще и наедине, было для нее неожиданным и слегка скандальным. Она покраснела.

– Я… я не знаю, господин Вихо… Это… не совсем… – она запнулась.

– О, я понимаю! – поспешно сказал Вихо, делая вид, что осознал свою бестактность. – Вы же весь день работаете, устаете. Глупая идея, простите.

Его разочарование показалось искренним. Алиса колебалось секунду.

– Нет-нет! – вырвалось у нее неожиданно громко, и она снова смутилась. – Я… я имела в виду, что я занята до вечера. Но… если вечером… и если очень тихо… – она опустила глаза.

Вихо улыбнулся ободряюще.

– Идеально. Моя комната – на втором этаже служебного крыла, в самом конце коридора. Левая дверь. После ужина? Когда основные дела будут закончены?

Алиса кивнула, едва заметно.

– Ладно… После ужина.-

Она быстро отвернулась и присоединилась к другим слугам, стараясь выглядеть невозмутимой. Вихо, довольный первым шагом, покинул комнату слуг. Теперь – к лорду за ключом. Он нашел фон Келлена в его кабинете, примыкающем к тронному залу. Лорд снова был погружен в бумаги.

– Милорд- начал Вихо, убедившись, что дверь закрыта, а поблизости никого нет. – Мне нужен ключ от главного погреба. Особенно от того угла, где хранятся использованные бутылки.-

Лорд фон Келлен отложил перо и поднял на него взгляд. Его брови сдвинулись.

– Ключ? Попроси у Герика или у главного кладовщика. У них есть доступ.-

– Не получится, милорд- твердо сказал Вихо. – Вы сами должны понимать, что сейчас "все" подозреваемые. Даже самые доверенные слуги. Доступ к погребу, особенно к бутылкам с "того" банкета, должен быть максимально ограничен. Идеально – только для меня. Или для вас лично.

Лорд медленно встал из-за стола. Его лицо потемнело.

– Ты хочешь сказать- произнес он тихо, но с опасной интонацией- что кто-то из "моего" внутреннего круга, из тех, кому я доверяю жизнь, совершил это… это мерзкое деяние? Отравил союзницу под моей крышей?

– В том числе, милорд- ответил Вихо, не отводя глаз. – Пока не доказано обратное, подозрение падает на любого, кто имел доступ к еде и питью Леди. В том числе на слуг, подававших вино, и на тех, кто мог получить доступ к погребу "после" банкета. Ключ – улика и гарантия, что никто не успеет замести следы.

Лорд фон Келлен опустился в кресло. Он выглядел внезапно постаревшим и усталым. Он провел рукой по лицу.

– У меня… запасного ключа нет. Они все у старших нескольких или у Герика. Ты сам понимаешь, безопасность. – Он взглянул на Вихо. – Тебе придется самому решать эту задачу. Действуй осторожно. Но действуй. Я даю тебе все возможности. Найди этого змея.-

Вихо закусил нижнюю губу, сдерживая волну раздражения и разочарования. "все полномочия" без ключа и поддержки – насмешка. Но спорить было бесполезно.

– Кстати, какое вино подавали в тот вечер?– Спросил Вихо слегка раздражённо, но пытаясь это скрыть. – "Сияние гор"– Сухо ответил лорд.

– Вас понял, милорд- процедил он сквозь зубы и вышел.

Вихо вернулся в свою комнату. До вечера оставалось несколько часов. Он попытался сосредоточиться на создании универсального противоядия широкого спектра, основываясь на симптомах и своих подозрениях относительно природы яда. Симптомы – неестественное разжижение крови, прогрессирующая слабость без лихорадки или боли, отсутствие следов известных токсинов в стандартных реакциях – все это крутилось в голове, складываясь в знакомую, но ускользающую картину. Он знал этот яд! Читал о нем в Башне! Но название, точный состав – все затянуто дымкой времени и стресса. Он перебирал флаконы, смешивал основы, но без точного знания источника это было стрельбой наугад.

Созданные им микстуры могли лишь немного поддержать силы, но не нейтрализовать специфический токсин. Разочарование и тревога грызли его изнутри.

Вечер настал быстро, принося с собой обещанный дождь. За окном забарабанили крупные капли, ветер завыл в щелях замка. В дверь постучали – тихо, но настойчиво.

– Войдите – отозвался Вихо, быстро убирая со стола наиболее подозрительные склянки.

Дверь открылась, пропуская Алису. На ней было не форменное платье горничной, а простое, но чистое домашнее платьице теплого коричневого цвета с темно-зеленым фартуком и таким же платочком повязанным на волосы. В руках она держала бутылку с темно-рубиновым вином и два грубых глиняных кубка. Вихо на мгновение замер. Зеленый цвет в ее одежде, каштановые пряди волос, выглядывающие из-под платка, и особенно яркая улыбка – все это болезненно напомнило ему Энни. Образ подруги из Академии, такой живой и яркий, встал перед глазами, вызвав острую, ностальгическую боль. Он резко встряхнулся.

– Проходи, Алиса! Присаживайся где удобно, – сказал он тепло, указывая на единственный стул и свою кровать. – Погода ужасная, хорошо, что ты добралась.-

Алиса улыбнулась, смущенно переступив порог.

– Я принесла вино. Из погреба. Моя знакомая, старшая горничная Марта, помогла его достать. Она… она иногда так делает для себя. Но я впервые… – она запнулась, ставя бутылку и кубки на стол. – Я не знаю, хорошее ли оно…-

Глаза Вихо блеснули – это было вино из поместья "Сияние гор", того самого, что подавали на роковом банкете!

– Любое вино хорошо в хорошей компании, – парировал Вихо, ловко беря бутылку и незаметно подменяя ее другой из-под стола. Пробка открылась с легким хлопком. Он налил вино в кубки. – Спасибо, что пришла. После такого дня разговор с умным человеком – лучшее лекарство. – Вихо покачал головой, вспомнив графа и его проблемы.

Вихо мастерски вел беседу. Он расспрашивал Алису о ее жизни в Хейле, о замке, о ее мечтах. Рассказывал забавные и поучительные истории из своих странствий, опуская самые мрачные подробности. Шутил, смеялся ее смущенному смеху, внимательно слушал. Он создавал атмосферу доверия и легкого флирта, не переходя границы. Вино в его кубке почти не убывало – в удобные моменты, когда Алиса отворачивалась или жестикулировала, он ловко выплескивал содержимое в большое ведро для воды, стоявшее под столом за скатертью, и снова подливал немного из бутылки, чтобы создать видимость тго, что он выпивает вместе с ней. Алиса, раскрасневшаяся от вина, разговора и внимания, этого не замечала.

Когда за окном бушевала гроза, а ночь окончательно окутала замок, Алиса, допив свой кубок, с легким вздохом поставила его на стол и встала.

– Спасибо, господин Вихо… за такой приятный вечер. Я давно так хорошо не разговаривала… не смеялась. Я уберу и пойду, – она потянулась за бутылкой и кубками.

Вихо быстро, но мягко остановил ее руку, взяв ее ладони в свои. Его взгляд был теплым и искренним.

– Просто Вихо, Алиса. Пожалуйста. С сегодняшнего дня мы на равных. Не утруждай себя. Я сам уберу. Спокойной ночи, милая Алиса, – он слегка сжал ее пальцы, глядя ей в глаза.

Алиса смутилась до предела, щеки пылали. Она легко, но настойчиво высвободила свои руки.

– И… и тебе спокойной ночи, Вихо, – прошептала она едва слышно и почти выбежала из комнаты, не оглядываясь.

Когда шаги затихли, Вихо мгновенно преобразился. Легкость исчезла, сменившись сосредоточенностью охотника. Он запер дверь на засов и поставил ведро с подозрительной жидкостью на стол рядом с бутылкой и кубком Алисы. Началась кропотливая работа. Он исследовал полученного Алисой вино в бутылке и образец из ведра, тщательно промыл и осмотрел кубок Алисы, сравнивая осадок, цвет, запах. Использовал тонкие полоски промасленной бумаги для тестов, добавлял капли реактивов в пробы. Его лабораторные навыки работали на полную мощность. Час спустя он сел на стул, усталый, но удовлетворенный. Перед ним лежали записи.

– Подведем итоги, – пробормотал он. – С едой – точно все в порядке. Свиньи, съели остатки, и остались здоровы (спасибо Алисе за информацию). Значит, источник яда – не пища. Дело в вине. Но яд был не во всей партии – иначе пострадало бы больше людей. Значит, он был в конкретной бутылке или в нескольких, поданных определенным гостям. И еще… – он откинулся на спинку стула. – Алиса. Маловероятно, что причастна.Слишком искренна, слишком… проста для такого изощренного злодейства. – На мгновение Вихо почувствовал укол вины за использование чувств девушки в поисках виновного и получения улик, но спасение госпожи было в приоритете, и перевешивала его чувство вины.

Внезапно в дверь постучали – резко, официально. Вихо вздрогнул, быстро накинув на ведро и склянки кусок ткани. Он немного приоткрыл дверь смотря из-за щели. За ней стоял Герик, держа сложенный лист пергамента.

– Ваш список, господин Вихо. Как и просили. Полный.-

Вихо взял лист.

– Благодарю, Герик. Спокойной ночи.-

– Спокойной ночи, господин. – Слуга удалился.

Вихо снова запер дверь и развернул пергамент при свете свечи. Список был подробным: знатные гости Хейла, члены семьи фон Келлен, несколько дворянских семей, дипломатическая делегация Великого Леса (старейшина Феарон, советник Келерин, переводчица Лираэль) и… список слуг, обслуживающих банкет. С десяток имен. Вихо пробежал глазами по знатным, потом по эльфийским, затем перешел к слугам. Он улыбнулся, невесело, но с чувством выполненного долга первого этапа.

– Картина потихоньку начинает складываться, – прошептал он, аккуратно складывая лист. – Но истина… истина еще далека. И опасна. Очень опасна. -

Он спрятал список во внутренний карман рубахи, погасил свечу и лег на кровать, прислушиваясь к завыванию ветра и стуку дождя по стенам замка. Завтра предстоял визит в погреб. С ключом или без.

Утром Вихо проснулся с невероятной легкостью в теле. Он подошел к окну, вдохнул влажный, свежий воздух. Во дворе замка сверкали лужи и пахло мокрой землёй. "Ладно, пора начинать день" – решил он.

Поиски Алисы заняли около часа. Он нашел её во внутреннем дворике, где она усердно терла белье о стиральную доску. Рукава были засучены, на лбу блестели капельки пота.

– Как ты? Голова не болит? – спросил Вихо, подходя.

Алиса выпрямилась, вытерла лоб тыльной стороной ладони и улыбнулась.

– Чувствую себя отлично, Вихо. Что вас привело сюда так рано?-

– Меня заинтересовало вчерашнее вино… Можешь раздобыть ключ от погреба?-

Алиса задумалась, ее взгляд стал серьезнее.

– Вихо, нельзя злоупотреблять алкоголем – произнесла она с легким укором, но тут же лукаво блеснула глазами. – Шучу! Я понимаю, оно вам нужно для поиска бутылок с того банкета, так как оно связано с госпожой и её нынешнем состоянием. Не так ли?-

Вихо был поражен. Он знал, что Алиса умна и внимательна к небольшим деталям, но чтобы так быстро и точно сделать вывод…

– Алиса, я…

– Не беспокойтесь, я никому не скажу, – перебила она, опуская белье в корыто. – Хотя… немного расстроена, что вы пытались использовать меня для своей цели. – В ее голосе была легкая обида.

– Я… – начал было Вихо, чувствуя, как краска заливает его лицо.

Алиса вдруг плеснула на него водой из корыта.

– Ну, не делайте такое виноватое лицо! – рассмеялась она. – Я все понимаю. И вижу, что вы раскаиваетесь – значит, уважаете меня. Мы квиты. – Она смотрела на него, и в ее широкой улыбке было прощение. – Но больше не обманывайте меня. Я хочу быть с вами на равных, как вы вчера и говорили.-

– Договорились, – Вихо вытер лицо рукавом и улыбнулся в ответ, почувствовав облегчение.

– Ключ достану. Ближе к обеду, – пообещала она, возвращаясь к стирке.

– Спасибо, Алиса, – Вихо решил помочь ей со стиркой, взяв несколько вещей из корзины. Проведя с ней еще немного времени, он вернулся в замок.

Развернув список, Вихо углубился в размышления. "Большинство семей уже вернулись в свои владения. Маловероятно, что отравитель среди них – ведь если бы они хотели смерти госпожи, то ждали бы финала. Остаются четыре семьи: Леин, Ортис, Гестер и Ланс. Или же слуги… Нет, слуги могли быть лишь инструментом. Или тут личная месть? Нужно больше сведений".

Он проведал больную госпожу, а затем направился к лорду.

– Расскажите мне о госпоже – попросил Вихо.

Лорд встал, подошел к окну, скрестив руки за спиной. Его взгляд устремился куда-то вдаль, в прошлое.

– Если это необходимо… Мы были знакомы с юности.В молодости она была необычайно добра, всегда стремилась улучшить жизнь своих людей. Затем ее выдали замуж… политический брак, классика. Но брак продержался недолго. Пару лет назад на город обрушилась чума… Тогда отошли в иной мир старый лорд и ее муж, а я по приказу императора встал во главе Хейла. Несмотря на вдовство, ее энтузиазм не угас, она стала моим советником. Она всегда давала мудрые советы… Ее улыбка была самой яркой… – Голос лорда дрогнул. Вихо понимал его. -

– Какие у неё были отношения с семьями Леин, Ортис, Гестер и Ланс? – спросил Вихо.

Граф медленно повернулся. В его взгляде читалось понимание, к чему клонит алхимик.

– С Ортис конфликт был затяжным. Когда-то она раскрыла махинации с казной прошлого главы их дома, основательно подмочив репутацию семьи. Потомков пощадили, и оставили их положение во дворе, но пятно плохой репутации осталось. Хотя они искупили свою вину во время чумы, раздав все запасы еды нуждающимся. Семья Леин никогда открыто не конфликтовала с госпожой. Юный глава Гестер несколько недель назад получил от нее пощечину по неизвестной мне причине. Я списал это на юношескую глупость. Ланс же… – Лорд поморщился. – На банкете у них случился словесный конфликт. Он оскорблял её лично, намекал, что после вдовства она лишь прикрывается именем знатного рода. Вот и все. Взять их под стражу?-

Вихо покачал головой.

– Нет, не нужно. У них могут быть сообщники. Это только спугнет их и усложнит положение.-

Когда пришло время обеда, Вихо сидел за столом, разламывая черствый кусок хлеба из своей сумки. Он мог бы попросить еду с кухни, но неловкость и осторожность удерживали его.

Погруженный в раздумья, он не услышал ни стука, ни скрипа открывающейся двери. Только когда на его заднюю часть шеи опустилось что-то холодное, он вздрогнул и вскочил. Перед ним стояла Алиса, сдерживая смех.

– Вихо? Вихо?! – ее голос, наконец, дошел до его сознания. – За что? – вырвалось у него, пока он отряхивался.

– Твоя реакция бесценна! – рассмеялась она. – Звала, звала – ты не откликался. Принесла ключ и суп. – В одной руке она держала деревянную миску, источающую ароматный пар, в другой – массивный железный ключ, видимо, он и был источником холода. – Спасибо, но суп… – начал Вихо.

– Не беспокойся, – перебила Алиса, протягивая миску. – Я сама приготовила. И свою порцию уже съела, так что ешь спокойно.

Вихо кивнул в благодарность и взял миску. Суп, густой, с плавающими кусочками овощей и мяса, пах травами и дымком. После похлебок в деревне и черствого хлеба в дороге это казалось пищей богов. Жар от пара обжег лицо Вихо, едва он наклонился к ложке. На лбу выступили капельки пота. С какой-то странной теплотой внутри он улыбнулся:

– Спасибо… Спасибо, Алиса. – Слова прозвучали искренне, как никогда.

Алиса лишь улыбнулась в ответ, наблюдая, как он ест. Через пару минут миска была пуста, и Вихо, почувствовав прилив сил, встал, беря ключ.

– У тебя не будет из-за меня проблем?

– Не волнуйся, я отпросила ключ у старшей горничной.

– Можешь сказать, где погреб?

– Нет. – Ответ удивил Вихо, он уже открыл рот, но Алиса продолжила: – Я не только скажу, но и покажу. Уж больно он запутанный.

Поняв ее характер, Вихо лишь пожал плечами, собрал небольшую сумку с реагентами и бумажными листами и последовал за Алисой. Она шла впереди, а он старался держаться в тени. Если кто-то появлялся в коридоре, Алиса поднимала руку, и Вихо мгновенно прятался за углом или в нише.

Наконец, перед ними встала крепкая дубовая дверь. Алиса вставила ключ. Механизм издал громкие щелчки, и дверь скрипнула, открывая спуск в темноту. Вихо зажег лампу и шагнул вниз.

Алиса указала на стеллажи, уходящие вглубь подвала: "Здесь хранятся использованные бутылки". Перед Вихо расстилалось море стекла – тысячи, если не десятки тысяч бутылок.

– И как найти определенные? – спросила Алиса, оглядывая бутылки в свете лампы.

– Все просто, но времени займет много, – ответил Вихо, доставая бумажные пластинки и флакон с реактивом. – Опускай каждую пластинку в "Сияние Гор". Если цвет изменится – сразу зови. Так началась кропотливая работа.

Часы летели незаметно. Вдруг раздался оглушительный хлопок! Вихо бросил бутылку и бросился на звук. Среди стеллажей лежали осколки.

– Испугалась? Все в порядке, просто бутылка лопнула от давления. Такое бывает с новым вином.

– Ни капельки, – успокоила его Алиса. – Мы, слуги, часто спускаемся сюда и знаем, на что способно молодое вино.

Вихо вернулся, перевернув последнюю проверенную бутылку, чтобы отметить место. Еще час спустя послышался возбужденный голос Алисы:

– Вихо, сюда!

Он подбежал. В ее руках была пластинка, сменившая цвет на ярко-синий.

– Идеально! Какая бутылка?-

– Эта! – Алиса указала на бутылку, затерявшуюся почти в самом конце ряда. Она уже потянулась к ней, но Вихо остановил:

– Стой! На ней могут остаться следы, которые мне нужны. – Он аккуратно поместил бутылку в сумку краем плаща.

В тот же миг где-то ближе к выходу грохнуло разбитое стекло!

– Снова лопнула? – спросил Вихо, но Алиса насторожилась:

– Нет… По звуку – будто упала!-

Вихо рванул к выходу, но лабиринт стеллажей замедлял бег. Огибая очередной ряд, он увидел вспышку пламени! Вихо вскарабкался по лестнице – дверь была закрыта! Удар плечом лишь отозвался глухим стуком. Огонь уже расползался по деревянным полкам.

– Алиса, назад, к тем бутылкам! – закричал он, беспокоясь о ней больше, чем о себе. Он опрокинул ближайшие стеллажи, создав барьер огню, и бросился обратно к Алисе. По ее широко открытым глазам было ясно – она в панике.

– Все будет в порядке! Я вытащу нас! – уверенно сказал Вихо. Он принялся разбивать ближайшие бутылки – недавно вымытые, на дне оставалась вода. Оторвав ткань от рубахи, он смочил её в луже и прикрыл Алисе лицо.

– Ложись на пол! Дыши через ткань! – Его собственные легкие уже жгло едким, горьким дымом. ""Я не дам ей погибнуть здесь из-за меня!"" – пронеслось в голове. – Жди здесь! – Он вытолкнул Алису в маленькую кладовку для пустых бутылок и захлопнул за ней дверь, затыкая щели мокрыми лоскутами от своей рубахи и каплями крови – руки были исцарапаны осколками.

Задыхаясь, он рванул через пылающие стеллажи к выходу. Достал из сумки флягу с маслом для костра, обильно полил им дверь, особенно щели. Удушье сжимало горло. Из последних сил он разбил лампу о дверь – масло вспыхнуло ярким факелом! "Теперь увидят!" Оставалось только ждать помощи. Он повернул обратно, к Алисе, но едкий дым слепил и жёг легкие. Шаги становились тяжелее… Кислород кончался. Наконец-то, он добрался до кладовки с Алисой, закрывшись вместе с ней, он стал ждать помощи. Вскоре он услышал гул голосов и лязг металла. -Мы тут!– закричал Вихо, после чего послышался голос стражника в ответ "Господин алхимик тут! в кладовке… Горничная тоже здесь!"

Когда Вихо повернулся к Алисе, она была без сознания.

Очнулась Алиса от чего-то влажного на лбу. Открыв глаза, она увидела склонившееся над ней Вихо, испачканного сажей, который держал в руке мокрое полотенце.-Ты наконец очнулась! – Сказал Вихо с облегчением. -Да… да, я в порядке – прошептала она. – Что случилось?– -Когда я ушёл… я поджёг дверь входа, чтобы вызвать подмогу… Потом, когда я вернулся к тебе, через некоторое время пришли стражники тушить пожар и вытащили нас. Я вынес тебя на плече. – -Ясно… – Когда она попыталась встать Вихо легко толкнул её возвращая на подушку. -Отдохни! Ты едва не погибла!– - Хорошо… Тогда я немного посплю – уступил она. Проснулась Алиса уже к вечеру. Вихо рассматривал остатки на дне бутылки.

Когда солнце окончательно скрылось за горизонтом, окрасив небо в цвета угасающего дня, Вихо вскочил из-за стола. В его руке, зажатая между пальцами, мерцала небольшая пробирка с густой жидкостью цвета тёмного мёда.

– Готово! – его голос, хриплый от усталости и напряжения, прозвучал торжественно в тишине комнаты. – Лекарство было готово. Он быстро, почти машинально, положил колбу в свою походную сумку, накинул её на плечо и решительно направился к покоям лорда.

Дорога по холодным каменным коридорам казалась бесконечной. У массивной дубовой двери он на мгновение задержался, сделал глубокий вдох и вошёл. Лорд фон Келлен стоял у камина, но в этот раз он был не один. Рядом с ним, спиной к двери, возвышалась высокая фигура в тёмном дорожном плаще.

Незнакомец обернулся на скрип двери. Это был мужчина лет тридцати, со светлыми, почти белыми волосами, собранными у затылка, и пронзительным, оценивающим взглядом. – Господин алхимик, я полагаю? – его голос был ровным, без эмоций. Вихо на мгновение замер, соображая. Светлые волосы, холодная манера… аристократ? Вихо сделал вежливый поклон. – А вы ?– - Ганс Гестер – один из аристократов великих домов этого небольшого города- – Не ожидал встретить вас здесь в такой час. – Взаимно – тонко улыбнулся Гестер. – У вас срочное дело к его милости? – - Не то чтобы срочное… – Вихо перевёл взгляд на лорда, в глазах которого читалось нетерпение. Лорд махнул рукой, поняв алхимика без слов. – Господин Гестер, мы закончили. Обсудим ваши дела завтра. – Гестер склонил голову, взмахнул полами плаща и вышел, не проронив больше ни слова. Когда дверь закрылась, Вихо невольно сморщился – в воздухе остался стойкий, навязчивый запах лаванды. -Алхимик? – голос лорда вывел его из раздумий. – Ах, да. Простите. – Вихо достал пробирку. – Я изготовил противоядие. Происхождение яда остаётся загадкой, но жизнь госпожи ван Дорн теперь в безопасности. – Лорд фон Келлен, не скрывая облегчения, резко поднялся. – Тогда чего мы ждём? -

Они почти бесшумно прошли в покои больной. Комната, как и прежде, была погружена в полумрак и могильный холод. Леди лежала неподвижно, лишь слабое движение груди выдавало признаки жизни. Вихо бережно приподнял её голову, подставив колбу к бескровным губам. Он вливал лекарство медленно, капля за каплей, следя за каждым глотком. Прошло несколько томительных минут. И тогда – чудо. Пепельная синева вокруг её губ начала отступать, сменяясь слабым, едва уловимым розоватым оттенком. Дыхание стало чуть глубже, ровнее. Вихо сам поразился. Он верил в свой рецепт, но не ожидал эффекта так скоро. – Она поправится? – шёпотом спросил лорд. – Да, – твёрдо ответил Вихо, опуская пустую пробирку. – Организм отзывается. Думаю, сознание вернётся к вечеру или завтрашнему утру. – Лорд сжал край скатерти на столике так, что костяшки пальцев побелели. Он закрыл глаза. – Слава богам… – - Милорд – осторожно начал Вихо – вопрос личный… Вы с госпожой ван Дорн не просто старые знакомые, верно? – Лорд открыл глаза. Его взгляд стал непроницаемым, словно каменная кладка замка. – Я не думаю, что обязан обсуждать это с наёмным алхимиком, пусть и спасшим ей жизнь. – - Вы правы. Прошу прощения. – Вихо отступил на шаг.

– Перейдём к более насущному. Отравитель всё ещё на свободе. Я предлагаю… устроить похороны. – Лорд оторопело уставился на него. – Вы слышите, что говорите? Она же жива! – - Именно поэтому это сработает – Вихо слегка наклонился и понизил голос. – Объявите о её кончине. Скорбная весть соберёт в замке всех, кто был на том банкете. Всех, кто мог быть причастен. И когда виновный явится – мы его схватим. – Лорд задумался, медленно кивая. Он пребывал в раздумьях – Хороший ход. Действуй, алхимик. Я дам распоряжения об огласке кончины Ван Дорф. – Сначала допрос, когда она очнётся. Её слова будут ключом в этом запутанном деле. Лорд кивнул и отвернулся к окну, давая понять, что разговор окончен. Вихо поклонился и вышел. Временная лаборатория встретила его тишиной и порядком. Алиса уже ушла. Кровать была аккуратно заправлена, а на столе, рядом с потухшей свечой, лежало одно красное яблоко. Вихо взял яблоко, подошёл к окну и прислонился лбом к холодному стеклу. За ним простиралось ночное небо, усыпанное безграничными звёздами. В отражении в стекле он видел своё усталое лицо и тени под глазами.

Когда госпожа ван Дорн открыла глаза, мир плыл как в тумане. Первое, что она различила, это было незнакомое мужское лицо с усталыми, но добрыми глазами. А за его плечом – до боли знакомые черты лица – Арнольд? – её голос был слабым шепотом – Где я? – Лорд фон Келлен, не скрывая облегчения, бережно взял её холодную ладонь в свои руки. – В гостевых покоях, дорогая. Всё хорошо. Ты в безопасности. – Он помолчал, давая ей прийти в себя.

Госпожа приподнялась на локте. – Свет… Хочу увидеть свет. Пожалуйста… – Лорд бросил вопросительный взгляд на Вихо. Тот уже двигался к окну. Вихо ухватился за толстый шнур бархатных портьер и резко дёрнул. С громким шелестом тяжёлая ткань расступилась, и в комнату хлынул поток ослепительного полуденного света. От мрачной, затхлой полутьмы не осталось и следа. Пылинки закружились в солнечных лучах, то появляясь, то исчезая в пространстве. Госпожа ван Дорн, будто подсолнух, потянулась к свету, и на её всё ещё больном лице впервые появилось улыбка. – Спасибо – прошептала она, и Вихо в ответ лишь коротко кивнул. – Госпожа, вам нужно вспомнить вечер банкета. Вы помните последние моменты перед тем, как вам стало плохо? – попросил Вихо, стоя всё ещё у окна.

Женщина прикрыла глаза, собираясь с мыслями. – Ничего особенного… После… той сцены с Гестером я отошла к столу с закусками. Мне подали другой кубок с вином. Потом был танец… и у меня вдруг страшно закружилась голова. В глазах потемнело. Вот и всё. – Ничего нового. Мы уже знаем о ссоре – разочарованно констатировал лорд, сжимая её руку. Но Вихо резко поднял ладонь, останавливая его. – Подождите. Вы сказали – “другой” кубок. Вы всегда пьёте из одного и того же? У вас есть личный? – Да, серебряный, с фамильным гербом. Но… – она нахмурилась – в тот вечер мой кубок опрокинул слуга. Он принёс мне замену… с места лорда. Я помню его: на основании была выгравирована маленькая птица. – Вихо почувствовал, как в сознании щёлкнул первый замок. Он наклонился ближе. – Вино… Вы не заметили в его вкусе или запахе чего-то необычного? – - Запах… Да, был какой-то странный, резковатый оттенок. Цветочный… что-то вроде… – -Лаванды? – не удержался Вихо. – Да! Именно, лаванды. – - Гестер… – тихо произнёс лорд с явным разочарованием – Всё указывает на него. Мотив, этот дурацкий запах, который он так любит… – - Но зачем? Ганс вспыльчив, тщеславен, но… быть отравителетелем? Не верю. – - Возможно, месть за публичное оскорбление? – предложил лорд- -Никогда! – Возразила ван Дорф – -А если не он? – тихо спросил Вихо. – Что если яд был в кубке лорда с самого начала? А ваша ссора с Гестером и его навязчивый запах – всего лишь удачное совпадение, сбивающее настоящий след?– Он резко обернулся к больной. – Госпожа, кто именно подал вам тот кубок? Вы помните? – - Личный слуга лорда. Герик. -

Вихо почувствовал, как в его сознании недостающие пазлы становятся на место. Картина была почти собрана оставался последний элемент. – Лорд, где сейчас ваш слуга Герик? Я не видел его с самого моего приезда. – Лорд фон Келлен, казалось, окаменел. – Он… он попросил отпуск. Уехал два дня назад, сказал – срочные семейные дела в соседней деревне. – Вихо с силой ударил кулаком по подоконнику. – Чёрт! Свидетелей нет. Организатор скрылся. Значит, действовать нужно по другому. – Он резко обернулся к лорду. – Господин Гестер ещё в замке?– - Да, в восточном крыле. – - Тогда приготовьтесь к его аресту. Сегодня вечером, на собрании, я представлю улики. – Он поклонился госпоже. – Вам нужно отдыхать. Ваше здоровье – наш главный приоритет. – Вихо вышел в коридор, и дверь тихо захлопнулась за его спиной.

Он шёл в немом оскале. – Почему? – прошептал он в пустоту. – Почему каждый раз нити расследования обрываются в критический момент? Теперь ещё я должен арестовать, возможно, невиновного, чтобы настоящие змеи решили, что они в безопасности… – Он не заметил, как ноги сами вывели его во внутренний двор замка. Солнце било в глаза, пахло нагретым камнем и травой. – Эй, мечтатель! – Хлоп. На его лицо брызнули прохладные капли воды. Вихо вздрогнул и увидел Алису, стоящую у огромного корыта с бельём. Рукава её платья были засучены, на щеках играл румянец, а в глазах светилась озорная улыбка. – Ты в облаках летаешь? Что случилось? – спросила она, вытирая руки о фартук. Вихо опустился на траву, не в силах скрыть усталость и разочарование. – Расследование. Оно зашло в тупик. Или… нет. – Алиса присела рядом, её лицо стало серьёзным. – Тебя так расстроила смерть госпожи? – - Смерть? Ах, точно…– Оглядевшись и убедившись, что они одни, Вихо решил ей всё рассказать. Алиса рисковала ради него. Она заслуживала правды. Да и ему отчаянно нужно было выговориться.

Он коротко, изложил всё, что случилось: пробуждение госпожи, историю с кубком, исчезновение слуги, неизбежность ареста Гестера. Алиса слушала, не перебивая, её брови поднимались, то опускались. – А другие дворяне? Семьи Леин, Ортис? – - По словам лорда, они разъехались сразу после банкета. А Гестер остался. “Преступник всегда возвращается на место преступления” – горько усмехнулся Вихо. – Или его кто-то заставил остаться – тихо добавила Алиса. – Чтобы он был под рукой, когда понадобится виновник. Ты говорил, что у него к лорду были дела. – Вихо посмотрел на неё. Она была права. – Спасибо, Алиса. Мне стало легче. И за яблоко тоже. Ты… ты была единственным светлым пятном в этой тёмной истории. – - Не за что, мне самой было весело в этом приключении – она улыбнулась. – Знаешь, тебе нужно отдохнуть. У тебя под глазами тени, будто ты сражался с призраками не одну ночь. – - Отдохну, как закончу- пообещал он, поднимаясь. Но едва он встал, мир поплыл. Недосып, напряжение, голод – всё навалилось разом. Он пошатнулся. Алиса мгновенно вскочила и ухватила его за плечо, не давая упасть. – Вот видишь! – в её голосе прозвучала тревога. – Иди, приляг. Хотя бы на час.– - Спасибо – он мягко высвободился. – Мне нужно… просто пройтись. Проветрить голову. -

Он направился в сторону замкового сада, пытаясь упорядочить хаос мыслей. Тропинка вела его мимо старой ольхи. И тут он увидел участок примятой травы. Что-то блеснуло. Вихо наклонился. Среди стеблей лежал небольшой флакон. Но не стеклянный, а будто выточенный из матового, молочно-белого камня. Такое он никогда не видел. Он осторожно, через платок, поднял его. На дне оставалось несколько капель густой жидкости, которая пахла лавандой. Сердце Вихо заколотилось с новой силой. -Неужели?-

Он почти бегом вернулся в свою лабораторию. Опустил в остатки жидкости бумажный фильтр – он мгновенно почернел. Яд. Но как он оказался в саду Хейла? Кто его выбросил? И главное – как это связано с Гестером, который, казалось бы, и есть источник запаха лаванды? В лихорадочной спешке исследований он опрокинул коробку с порошком теневика – редкого мха, который он собирал для экспериментов. Тёмная пыль обволокла флакон. И тогда произошло чудо: на матовой поверхности проявились отпечатки пальцев, будто нарисованные чернилами. Вихо застыл, пораженный. Невероятно! Теневик, хоть и оставляет следы, оказывается, он также был природным проявителем. В спешке, усталости и случайном событии он совершил открытие. Вихо аккуратно перенёс отпечатки на пергамент. Двое из них – крупные, грубоватые, вероятно, мужские. Другие смазанные – длинные, почти неразличимые. Это меняло всё. У флакона было три владельца. И один из них, судя по всему…. Но времени на раздумья не было. Нужно было готовиться к вечеру. Вихо спрятал флакон и отпечатки, принял ледяной душ, чтобы прогнать остатки усталости. Облачился в строгий чёрный камзол, зачесал волосы пчелиным воском. Вложил в сумку свёрток с “уликами” против Гестера и отдельно, в потайной карман – порошок из теневика. Его план был прост и сложен одновременно. – Конец дела был близок -

Вечер опустился на замок Хейл. В тронном зале, освещённом трепетным пламенем сотен свечей, развевались тёмные траурные гобелены. Столы ломились от яств – холодная дичь, паштеты, груды фруктов. Гости собирались неспешно, их шёпот сливался в гулкий, тревожный хор. Вихо стоял в стороне, прислонившись к каменной колонне. Нервный ритм отстукивала его пятки о плиты пола. -Эх, словно на выпускном экзамене в Башне… Только ставки выше- подумал он, сжав камзол ладонью. Чтобы унять дрожь в пальцах, он подошёл к крайнему столу, налил в кубок густого, тёмного вина и сделал долгий глоток. Терпковатая жидкость обожгла горло, принеся мнимое спокойствие. -Так-то лучше…– Его взгляд скользнул по слугам, снующим с подносами. Среди них не было Алисы. Поймав взгляд главного слуги, Вихо жестом подозвал его к себе. -Где Алиса? Я её не вижу-. -Жалуется на мигрень, господин алхимик. Говорила, присоединится позже, если станет легче-, почтительно, но безразлично ответил тот. Тревожная нота задрожала где-то под рёбрами Вихо. Не вовремя. Совсем не вовремя. Когда зал наполнился, лорд Арнольд фон Келлен поднялся на лестницу ведущую к трону. Его голос, низкий и исполненный искусственной скорби, разнёсся под сводами: -Друзья, союзники… Благодарю, что откликнулись в этот печальный час. Мы собрались, чтобы проститься. Элеонора ван Дорн была не просто советницей. Она была нашим общим другом…– Вихо почти не слушал. Его внимание было приковано к Генриху Гестеру. Тот стоял неподалёку, лицо его было подобно высеченной из камня маске – ни тени облегчения, ни отблеска горя. Только полная отречённость, впринципе, как у половины присутствующих. -Странно – подумал у Вихо. – Если он виновен и считает, что избежал кары, в глазах должно быть торжество. Если невиновен – возмущение. А это… непонимание? Или полная уверенность?– -…Поднимите же кубки! – голос лорда вывел его из раздумий. – Проводим нашу дорогую Элеонору в последний путь с достоинством!– Зал загудел. Гости, после недолгого колебания, начали пить и есть. Страх перед новым отравлением развеяла тщательная процедура: слуги отливали пробы вина в маленькие фарфоровые чаши и отрезали кусочки от каждого блюда, пробуя их на глазах у всех. Когда атмосфера немного разрядилась, а кубки начали пустеть, лорд вновь поднял руку. -А теперь, друзья мои, слово предоставляется человеку, чьими усилиями справедливость сегодня восторжествует! Господин алхимик Вихо, прошу!– Лестница на трон показалась Вихо бесконечно длинной. Сверху он видел, как вдоль стен уже выстроились стражники в полных доспехах. -Господа, дамы, – начал Вихо, и его голос, к его удивлению, прозвучал твёрдо и звонко. – Мы собрались, чтобы оплакать жертву подлого преступления. Но я не позволю вам уйти сегодня с ложью в сердце. Истина должна быть раскрыта. Прямо здесь и сейчас!– Он сделал паузу, встретившись взглядом с Гестером. -Я, Вихо, алхимик Имперской Башни, выдвигаю официальное обвинение. Генрих Гестер! Ты отравил госпожу ван Дорн, подмешав яд в её вино! Твоим низким мотивом стала месть за публичное унижение, которое нанесла тебе госпожа, дав пощёчину твоему распутному сыну, когда тот позволил себе недостойные намёки!– В зале ахнули. Гестер не дрогнул. Только его брови медленно поползли вверх. -Стража! Взять его под стражу!– - скомандовал лорд. Гестер отшатнулся от подступивших солдат, и его маска наконец треснула. Но не от страха, а от жгучего, чистого презрения. -Вздор! – его голос, хриплый и громкий, перекрыл гул толпы. – Выставлять меня дураком-мстителем? Я, Гестер, могу уничтожить врага на дуэли, разорить его в суде или осмеять при дворе! Но травить, как крысу? Это ниже моего достоинства и понимания чести! Ваши доказательства, алхимик, – фальшивка, сфабрикованная теми, кому моя голова нужна на плахе- -Твои слова ничего не стоят, – холодно парировал Вихо. – Но у меня есть доказательство, которое заговорит вместо тебя. Прошу – взгляните!– Он махнул рукой. Из дверей ведущих в покои Фон Келена, вышла фигура в тёмном платье. Когда она вошла в свет факелов, по залу прокатился леденящий стон. Кто-то выронил кубок, кто-то сдавленно вскрикнул, один из пожилых дворян беззвучно осел на пол. -Призрак! Она пришла отомстить! – -Нет – твёрдо сказал Вихо, поддерживая ещё слабую женщину под руку. – Не призрак. Госпожа Элеонора ван Дорн жива. Благодаря противоядию, которое мне удалось создать. Её “смерть” была уловкой, необходимой, чтобы выманить убийцу на свет и заставить его поверить в свою безнаказанность.– Лицо Генриха Гестера исказилось. Но не виной, а яростным пониманием. Он понял, в какую игру его втянули. -Лжецы и подлецы! – закричал он, обращаясь уже ко всем. – Вы все видите? Это провокация!– Но его голос тонул в нарастающем гуле. Стража его схватила. Лорд фон Келлен поднял кубок, и в его глазах вспыхнул торжествующий огонь. -Справедливость свершилась! Выпьем же за неё!– Зал охватило ликующими, облегчёнными криками и аплодисментами. На Вихо обрушился водопад похвал, его окружали, хлопали по плечу, протягивали кубки. -Герой!-, -Империя может гордиться такими умами!-. Играя свою роль, Вихо с улыбкой принимал поздравления. В суматохе он “случайно” задел рукав старого барона Леина, пролив на него вино. -О, тысяча извинений! Вот, позвольте…– - Вихо поспешно взял кубок из рук ошеломлённого старика, давая тому вытереть камзол платком, и за это мгновение припудрил ручку бокала теневиком из кармана. Так, под разными предлогами – то поднеся огонь для трубки, то поправив неустойчивый кубок на столе – он обработал почти все сосуды в ближнем кругу. Сердце его бешено колотилось. Следы Гестера, конечно, не совпали. Не совпали и следы барона Леина, Ортиса, Ланса… Холодная пустота стала растекаться внутри. -Нет. Не может быть. Я что-то упустил…– И тогда его взгляд упал на главный стол. На массивный серебряный кубок в руке лорда Арнольда. Тот, с той самой царапиной-крылом. Собрав всю волю, Вихо подошёл, делая вид, что хочет лично поблагодарить покровителя. -Милорд, я… не могу выразить…– - он якобы от волнения пошатнулся и протянул руку, будто для опоры, коснувшись кубка. Щепотка теневика осталась на металле. Лорд снисходительно улыбнулся: -Успокойтесь, герой. Вы это заслужили-. Вихо отступил, сжимая в кармане ладони, с которых сошёл весь пот. Он наблюдал. Через несколько мгновений на тёплом серебре, проступили линии. Грубые, характерные. Точь-в-точь как отпечаток с флакона. Мир поплыл перед глазами. -Нет. Нет, нет, нет. Это иллюзия. Усталость. От вина…– -Что-то не так, господин алхимик?– - голос лорда прозвучал прямо у его уха. Вихо резко обернулся. Лорд стоял вплотную, его пронзительные серые глаза теперь смотрели не с отеческой гордостью, а с холодным, хищным интересом. Он видел свой кубок в дрожащих руках Вихо и странный порошок на нём. -Похоже, ваше расследование… продолжилось? Без моего ведома?– -Зачем? – вырвалось у Вихо, и голос его сорвался на крик. – Я не могу понять… Вы хотели убить её? Ту, которую вы любили? – -То, что я чувствовал или не чувствовал, – не ваша забота, я вам уже это говорил- голос лорда стал тише – Вы выполнили свою роль блестяще. Стражники! Взять всех под арест! Это наша последняя встреча, алхимик.– Гости замерли в оцепенении, не веря своим ушам. Но стражники у дверей не двинулись с места. Вместо этого они развернулись, перекрыв выходы, и замерли в бесстрастном карауле. Паника, зреющая в зале, не находила выхода. -Не боитесь, что Империя спросит с вас за стольких знатных особ?– - попытался найти слабину Вихо. Лорд усмехнулся, и в этой усмешке было столько презрения ко всему миру. -Ни капли. Мы отрезаны горами. Пока в столице разберутся, я сообщу, что поместье охватила чума, занесённая бродячим… ну, скажем, алхимиком. Очень печальная история. Стража! Вы меня не расслышали?!– -Они расслышали вас прекрасно, лорд фон Келлен, – раздался чёткий женский голос, в котором не было даже тени мягкости. – И выполнили свой долг.– Толпа расступилась, как по волшебству. Вперёд вышли несколько человек в длинных тёмно-синих плащах с поднятыми капюшонами. Ведомый сбросила свой капюшон, и в свете факелов вспыхнули каштановые волосы, собранные в тугой, безупречный узел. Это была Алиса. Но не служанка. Её простая одежда сменилась на строгий, почти военного покроя камзол и высокие сапоги. На груди – серебряная эмблема перо позади которого были скрещенные мечи. В её руке был развёрнут свиток с багряной печатью Империи. -Лорд Арнольд фон Келлен, – её голос резал тишину, не допуская возражений. – Специальный следственный корпус “Длань Империи” берёт вас под стражу. Вы обвиняетесь в предательстве короны, покушении на подданных Короны и в организации заговора. Все ваши полномочия на территории Хейла аннулированы.– Лорд метнулся взглядом к своим стражникам, но те стояли, уставившись в пространство. Его уверенность начала давать трещины. -У вас… у вас нет доказательств! Голословные обвинения!– -Ошибаетесь, – Алиса (если это ещё была она) сделала легкий знак. Из-за спин её людей вытолкнули прихрамывающего, испуганного человека в ливрее замка. Это был пропавший слуга Герик. – Ваш сообщник дал подробные показания.– -Это… это сговор! – -Есть и вещественные доказательства. Не так ли, господин алхимик?– Все взгляды устремились на Вихо. Он, всё ещё находясь в ступоре, механически достал из внутреннего кармана небольшой свёрток. Развернул его. Там лежал флакон и лист пергамента с тремя отпечатками. Алиса взяла улики, бегло взглянула и кивнула. -Совпадение полное. Уведите лорда. А господину алхимику – она впервые прямо посмотрела на Вихо, и в её взгляде не было ни извинения, ни тепла, только холодная констатация факта – подготовьте полное вознаграждение от казны Империи. Его помощь в расследовании была… значимой.– Развернувшись, она отдала приказы своим людям. Лорда, бледного, увели через боковую дверь. Шок в зале сменился громким, возбуждённым гулом. Вихо же никто не задерживал. Он был свободен. И совершенно опустошён. В своей комнате он с силой швырнул на стол походную сумку. -Чёрт. Чёрт! Предательство на предательстве. Я был слепым орудием в руках у всех.– Он стал срывать с вешалок одежду, резко, небрежно запихивая её в котомку. -Всё кончено. Я должен убраться отсюда. Сейчас же. У меня нет и малейшего желания оставаться здесь. – Переодевшись в поношенный дорожный камзол и плащ, он вышел в пустынный главный зал. Там, у потухающего камина, сидела госпожа ван Дорн. В её руке был кубок, а по бледным щекам беззвучно текли слёзы. Увидев Вихо, она не удивилась, лишь кивнула на стул рядом. Вихо сел. Они молчали. Звучали только потрескивание углей и её тихие всхлипы. -Я понимаю, – наконец начал Вихо, глядя в огонь. – Ваше разочарование… вашу боль. Поверьте, я и сам чувствую себя отвратительно, инструментом, которым воспользовались и выбросили, когда он отработал своё дело.– Она вздохнула, длинно и прерывисто. -Он… Арнольд… Мы росли вместе. Я любила его. Даже когда вышла замуж за другого. Я верила, что когда-нибудь мы будем вместе. Всё, во что я верила, оказалось миражом.– -Иногда мир, который мы строим в своей голове, куда реальнее и прекраснее настоящего, – тихо сказал Вихо. – Но платить приходится за оба.– Они просидели так ещё с полчаса. Она говорила о молодости, о надеждах, о том, как Хейл мог бы стать другим. Он слушал, изредка вставляя слово. Вспоминал время проведённое в академии. В этой тихой исповеди была странная, горькая терапия для них обоих. -Спасибо вам – на прощание сказала она, уже с сухими глазами. – За спасение моей жизнь. И за эту компанию. Искренне желаю, чтобы ваша дорога привела вас к чему-то светлому.– Попрощавшись, Вихо направился к воротам. Он зашёл к Эрнсту-лекарю, купил у него пакетик сушёного корня мандрагоры и целебных трав, пополнил запасы провизии у ночных торговцев и, наконец, шагнул за крепостную стену. Холодный ночной ветер ударил в лицо. Он сделал несколько шагов по пыльной дороге. -Так и знала, что ты уйдёшь не дожидаясь рассвета.– Он обернулся. В глубокой тени, облокотившись на стену, стояла она. Алиса. Или та, кем она была. -Ага. Прощай. – сухо бросил он и повернулся, чтобы уйти. -Вихо.– Он остановился, но не оборачивался. -Хочешь узнать его истинный мотив? – её голос звучал теперь ровно. – Не особо- ответил он – Моим людям ещё предстоит выяснить всё, но картина ясна. Он хотел не её смерти. Он хотел смерти Гестера. Конфликт из-за рудников на границе их владений давно назревал. Отравление госпожи от рук Гестера дала бы лорду законный повод стереть тот род с лица земли и забрать всё. А яд в своём кубке… это был расчётливый риск, чтобы отвести от себя любые подозрения. Он просто не рассчитал, что слуга добавит слишком много яда.– Вихо молчал. -Ты, наверное, ненавидишь меня сейчас – в её голосе впервые пробилась неуверенность, тень той девушки у корыта с бельём. – Имеешь право. Но это не было личным, пойми. Я не “использовала” тебя в том смысле, в каком ты думаешь. Мне… мне правда было интересно с тобой. Весело. Когда ты вытащил меня из того пожара в погребе… это был не спектакль. Но долг есть долг. Ты должен это понимать.– Вихо сжал лямку сумки так, что пальцы заболели. В её словах пробивалась та самая простота, которая заставила его поверить когда-то. Он медленно обернулся. -“Алиса”– это псевдоним, да?– Она вышла из тени. На её лице играла странная, грустная улыбка. -Да. Моё имя – Кэлен де Артис. Командир шестого оперативного отряда “Длани”. К вашим услугам, алхимик Вихо.– Она театрально, с некоторой издёвкой над самой собой, поклонилась. В темноте это выглядело нелепо. Он не смог сдержать лёгкой усмешки. -Запомню. – -И Вихо… если будешь в столице, то заходи в главное здание юстиции. Просто назови моё имя и покажи это- Она дала тот самый значок с плаща. -Извинения приняты. Если окажусь в столице… обязательно, загляну.– Он уже сделал шаг, когда она стремительным, грациозным движением закрыла расстояние, схватила его за отворот плаща и, обняла. -Это – от Алисы. От той, кому было весело в этом приключении. Искренне.– Прежде чем он успел что-то сказать, она резко развернулась и зашагала прочь, к тёмному силуэту замка, не оглядываясь, лишь слегка взмахнув рукой на прощание. Вихо ещё мгновение стоял на одном месте. Потом глубоко, с усилием вздохнул, поправил сумку на плече и твёрдо зашагал вперёд, на север, туда, где синела на горизонте зубчатая стена Великого Леса. Его путь продолжался.

Из воспоминаний

Вихо шёл уже четвёртый день. Серое небо стало для него привычным видом, и хоть дождя всё не было, воздух был влажным. Но после ещё полудня пути небо наконец прорвалось – хлынул сплошной, яростный ливень. Вода тут же принялась искать лазейки: скоро он почувствовал, как ледяные струйки затекают за воротник и промокают плечи. -Ещё немного, и промокну насквозь- мелькнула тревожная мысль. Дождь хлестал по лицу, заливая глаза, а вокруг поднялся густой туман. Тропа почти исчезла. Вихо шёл отчаянно вглядываясь в молочную муть. И вдруг в пелене тумана угадывается тёмный массивный силуэт. -Что это?– Заброшенный каменный собор, будто вырос из-под земли. Вихо плечом отворил массивные храмовые двери. Внутри царили тишина и полумрак, пахло сыростью, пылью и временем. Вихо отряхнул лицо от воды, и стал осматриваться. Пустые сгнившие скамьи, облупившаяся фреска на стене, высокие своды, теряющиеся в темноте, по стенам ручьем лилась дождевая вода, а витраж в окнах был разбит. – Сойдёт. Ночевал в местах и хуже – Усмехнулся Вихо., доставая из сумки сухие дрова, заготовленные ещё вчера, облил их маслом и чиркнул огнивом. Искры ухватились за щепки, и языки пламени жадно начали разгораться, попутно осветив ближние колонны светом. Он развесил промокшую одежду, после чего сел возле костра. -Тепло… – прошептал он, протягивая к огню озябшие руки. – Эта ситуация напоминает о старых времена- И память унесла его назад, в те дни, когда он учился в академии.

Его разбудили звуки из палатки. Протерев глаза, он выглянул. Энни и Эрвин стояли друг напротив друга, и по их позам было ясно – спор в самом разгаре. -Вихо, как раз вовремя! -, – Энни схватила его под локоть и повела к брату. -Объясни ему, что сейчас важнее всего обустроить лагерь, а не бегать в поисках еды! У нас ещё солонины на три дня! -, -Энни, ты не понимаешь! Мужчина – добытчик по природе. И естественно, важнее всего найти еду ещё на три дня вперёд-, – Эрвин стоял, гордо откинув голову, его меч лежал на плече. Вихо, ещё не до конца придя в себя ото сна, смог высказать только: -Чего?– Но постояв минуту и послушав их спор, он проснулся окончательно. -Эрвин, Энни права, нужно обустроить лагерь. Смотри: сухая трава повсюду, да и магические звери в этих лесах не дремлют. Наша безопасность в приоритете -, -Если Вихо так говорит…– Буркнул Эрвин, но уже без прежнего пыла. Энни с облегчением похлопала Вихо по плечу и пошла к костру.

Работа закипела. Вихо выдёргивал сухую траву, Эрвин помогал, но без особого энтузиазма. -Ха… Ладно, – вдруг сказал Вихо, видя его уныние. – После того как закончим, идём на рыбалку. Договорились?– Глаза Эрвина загорелись. -Конечно!– и он заработал с удвоенной силой. Вихо с лёгкой улыбкой посмотрел на него. Эрвин непостоянный, порывистым, очень активный, в отличие от Вихо он любил физическую активность, фехтование и тому подобную деятельность. После взглянул на Энни у костра: она, наоборот, была сдерживающим фактором для Эрвина, хоть тоже была активная, но больше думала и была схожа по характеру с Вихо. Поэтому, если не получалось убедить брата, она прибегала к его помощи.

Они убрали всё ненужное вокруг лагеря, вырыли вокруг костра небольшое кольцо, из деревьев выстругали небольшой забор. Им предстоял месяц выживания в диком лесу в 9 км от башни. Работа подошла к концу. Энни уже стояла с двумя дымящимися мисками каши в руках, протягивая уставшим работникам. Вихо и Эрвин приняли миски и устроились на поваленном стволе. -Значит, идём на рыбалку?– - Вихо посмотрел на Эрвина из-под лба, с которого стекал пот. Он обещал, а обещания нужно держать. -Да, после обеда- -На рыбалку?– - присоединилась к диалогу Энни. -Да, Вихо пообещал-. -Тогда я с вами- -А лагерь?– -Я поставлю сигнальный знак: если кто-то из больших зверей переступит линию лагеря, то нить магии оборвётся, и я сразу узнаю- -Тогда вперёд, к реке!-. Вихо посмотрел на миску Эрвина, и она уже была пуста. И, хотев что-то возразить, он уже тащил его за руку, Вихо на ходу допивал миску с кашей.

И вот они втроём устроились на берегу озера. После двух часов ожидания они ничего не поймали. -Предлагаю оглушить рыбу магией-, и тут Вихо получает удар локтем в бок. -Вихо, мой брат плохо на тебя влияет-. -Энни, я за честную рыбалку-. -Я не об этом-. Они начали спорить. -Ладно, смотри, как надо-, Энни сменила место. Эрвин лишь усмехнулся, но его лицо изменилось через час. Энни каждые пять минут тянула рыбу. -Да ты зачарование наложила!– -Не-а, чистые навыки-. Она гордо подняла голову. -И вправду, они похоже…– - подумал он. Неожиданно у Вихо начал дёргатся поплавок -Клюёт, тяни!– - воскликнул Эрвин. -Тихо, держи, пока он не уйдёт под воду- возразила Энни. Вихо начал тянуть, и… к его неожиданности, рыба потянула Вихо. Он упёрся ногой об камень и стал тянуть сильнее, подключился Эрвин, и рыба начала тянуть их двоих. -Что-то не похоже на обычную рыбку!– Они уже стояли по колена в воде. Вихо наложил укрепление на ноги и удочку, после убрал воду вокруг них. Рыба вроде начала поддаваться, но они ошибались. Сначала появилась тень на воде, а после рыба вышла на плавниках из озера. -Вот же…– - и их обдало струёй воды из рта рыбы будто тараном. Энни успела наложить барьер, но они были уже промокшие и отброшенные к деревьям. -Ах, ты рыбёшка!– Эрвин взял меч и, достав катализатор, провёл по лезвию меча, обдав его огненной аурой, после запустил в неё шар и бросился вперёд. Вихо же сосредоточился на защите и укреплении Эрвина уплотнённым воздухом. Чудовище развернулось к Энни, она спрыгнула с камня и сосредоточилась на заклинании заморозке. -Вихо, Эрвин, прикройте меня!– Эрвин уже приближался к рыбе, но она пустила струю воды в Энни. Вихо успел добежать до Энни и воздвиг перед ней столб земли, который принял удар на себя. Меч Эрвина вонзился в бок чудища, но чешуя оказалась крепкой, как стальная кольчуга, и клинок застрял. Рыба стала ворочаться в разные стороны, пытаясь сбить наездника, но он крепко держался. -Закончила, отходите!– крикнула Энни. Эрвин отскочил, оставив меч в туше. Вихо перестал удерживать потоки маны, и столб упал. Воздух вокруг похолодел, изо рта Вихо повалил пар. Иней побежал по земле, цепляясь за траву и камни. Чудовище, уже мчало на них, вдруг начало замедлятся, покрылось ледяной коркой и замолчало навеки. Энни опустилась на одно колено. -В порядке?– протянул руку Вихо. Энни приняла помощь и опёрлась на его плечо. -Всё хорошо… но катализатор почти пуст, нужно подождать, пока он восполнится. Заклинание по такой области поглощает слишком много маны-. -Зато эффективно и у нас теперь есть рыбный ужин-, – отшутился он.

Эрвин уже стоял возле рыбы, пытаясь выбить свой меч из льда, попутно плавя огнём участок где он находился. -Отличный улов, Вихо. Ты победил в этом соревновании-. Энни, опомнившись, побежала к своему ведру. -Моя рыба…– - ведро было опрокинуто. -Ах, дорогая моя сестра, похоже, ты хуже в рыбалке, чем я-. усмехнулся Эрвин, указывая на свои три скромные добычи. Она лишь вздохнула будто бы смирившись с ситуацией. Вихо обрезая громадину, смотрел на них. Эрвин начал было движения, но упал лицом в грязь. Вихо не сдержал смех. -Хорошая работа-. Энни опустила голову не для того, чтобы смириться с проигрышем, а чтобы скрыть, что накладывает заклинание заморозки на подошву Эрвина. -Сестра!– Она, делая вид, что отряхивает одежду, прятала улыбку. -Наверно, остаток заклинания сработал-.

Вечером, вернувшись в лагерь, они занялись добычей. Вихо выкопал магией яму-хранилище, Энни заморозила филе. Эрвин чистил меч у костра, ворча: -Фу, воняет рыбой, и как его теперь отмыть?– -Зато можешь хвастаться, что победил морское чудовище-. -Ага, огромного сома. Как кто услышит, так и обхохочется-. Они переоделись в сухую одежду, развесили мокрую, и стали греться, ожидая готовности рыбного шашлыка.

-Тепло… и даже не от огня, а от осознания, что кто-то есть рядом-, – подумал Вихо, смотря на двух людей рядом. Энни перевела взгляд с брата на него. -Что-то не так? Не сильно замёрз? – Он улыбнулся и, сняв с себя свой плащ, накинул на её плечи. -Нет, даже слишком тепло, а вот ты совсем устала, потратив большое количество маны из катализатора-. Она поправила плащ, не став с ним спорить. -Ооо, романт…– - мана Энни попала на костёр, слегка струхнув его и обжигая брови брата. -Эй, огонь не игрушка! Ты мне волосы опалила!– -А тебе меньше глупостей надо говорить-. Вихо не успел расслышать слова Эрвина из-за большого расстояния между ними и потрескивания костра.

После ужина Вихо остался дежурить. Ночь была тихой. Где-то в далеке ухала сова. Он смотрел на огонь, угли трещали, разламывались, и лёгкие рубиновые искры возносились в небо. -Ночь прекрасна-. Через два часа вышла из палатки Энни. Села на небольшом расстоянии. -Если устал, то можешь пойти лечь, я сменю-. -Нет, совсем нет-. -Эти ежегодные тренировки в лесу утомляют, да?– -Ага, но в этом есть своя красота. Живя в башне каждый день, начинаешь забывать, как прекрасен мир-. -И вправду. Кстати, дай мне свою одежду, которая была на рыбалке-. -Зачем?– -Она порвалась, когда вас обдало водой. Одежду брата я уже заштопала, а вот ты за свою возьмёшься только вернувшись в академию. Я тебя слишком давно знаю-. Он передал свою верхнюю одежду, она взяла свой швейный набор и стала зашивать. Они сидели в тишине, редко Энни напевала какую-то мелодию. Вихо закрыл глаза и не заметил, как задремал. Проснулся на плече. -Прости, Энни, задремал-. -Да ничего, милашка-. Вихо отпрянул: рядом сидел Эрвин и смеялся. -Ты задремал, сестра закончила шить одежду, предупредила меня, и пошла спать. Я же просто сел и стал ждать. А ты с того ни сего упал мне на плечо, ну, я по-дружески не стал будить-. Вихо хотел что-то сказать, но послышался сильный хруст ветвей. Эрвин уже обнажил меч и встал в защитную стойку, стал идти к палатке Энни, чтобы разбудить. Вихо собрал поток маны катализатором, небольшое пламя заключил в сферу, добавил воду, получился фонарь, рассеивающий свет. Он направил его вверх, освещая лагерь. За забором стоял огромный волк с белой шерстью, в середине головы были небольшие драгоценные камни с концентрацией маны. -Магический волк, разведчик. Где-то остальные, осторожнее-.

И вправду, через некоторое время остальные волки стали окружать лагерь. -Зря вы явились, сами пришли к охотнику в руки-. Эрвин побежал прямо на них, перепрыгивая забор. -Вот же…– Энни и Вихо побежали за ним, но остановились возле забора, защищая его дальними атаками. Но они открывали этим манёвром себе спины. Вихо вспомнил, что там находился весь сухой мусор, который они собрали, обустраивая лагерь. Он запустил огненную нить в ту кучу, и она вспыхнула ярким пламенем. О спине можно не беспокоиться какое-то время. Эрвин уже вовсю рубил волков, Энни помогала, замедляя их морозом и защищая брата, Вихо же менял рельеф, чтобы им было тяжелее набирать скорость и маневрировать.

И так они встретили предрассветное небо. Они стояли спиной к спине, тяжело дыша. -Доброе утро, ребят-, – произнёс Вихо, как бы завершая прошлый день. Они рассмеялись и пошли готовить завтрак. -Не помешало бы поспать. Сегодня ничего не будем делать. Соберём камни позже-, – утвердила план Энни.

Между корнями и светом

Угли от костра еще тлели, а сквозь витражное стекло уже било утреннее солнце. Вихо собрал вещи, накинул плащ и отправился в путь дальше. Через три дня он прибыл к опушке леса.

Деревья здесь были высотой с башню. Он никогда не видел таких исполинов. Тропа, по которой он шел, оборвалась прямо у входа в чащу.– Делать нечего. Придется идти наугад, – пробормотал он себе под нос.Вихо достал карту, проверил крепление ножа на поясе и двинулся вглубь.

Лес поначалу ничем не отличался от обычного, кроме невероятной высоты деревьев. Вихо даже увидел мелькнувшую вдали косулю. Замечая знакомые ягоды и съедобные грибы, он останавливался и собирал их, пополняя запасы. Чтобы не сбиться с пути, он время от времени делал глубокие зарубки на стволах.

Через несколько километров лес начал меняться. Кроны сомкнулись, а листва стало тёмной и сухой, она почти не пропускала солнца, создавая купол полутьмы. Будто огромную комнату занавесили толстой шторой.

Спускаясь по заросшему склону, Вихо поскользнулся. Нога ушла в подушку из гнилых листьев, которые внезапно превратились в скользкие сани. Он впился пальцами, а потом и вонзил нож во влажную землю, пытаясь затормозить, – и не зря. Прямо перед ним зияла глубокая канава, уходящая вниз метра на пять.– Фух… Нужно быть аккуратнее. Перелом здесь заработать проще простого, а заново срастаться не особо хотелось бы – отдышавшись, он перепрыгнул расщелину и двинулся дальше.

Почва здесь была болотистой, пропитанной излишками воды. Сапоги с хлюпаньем увязали в черной жиже. Вихо отломил длинную, прочную ветку, чтобы прощупывать путь, и побрел, опираясь на шест.

Краем глаза он заметил белый силуэт, мелькнувший между деревьями. Резко обернулся – никого. Но с этой минуты его не покидало чувство, что за ним следят. По коже побежали мурашки. Начинало смеркаться. – призраков не хватало. Надеюсь, что это моё воображение -

Вихо нашел относительно сухое место, расчистил участок от валежника и с трудом развел небольшой костер. Он сидел, укутавшись в плащ, и вглядывался в потрепанную карту, пытаясь сопоставить ее с реальностью.-Если я не сбился с прямой линии дороги, то должен был пройти уже изрядную часть пути через этот лес – размышлял он.Свернув карту, Вихо достал из углей маленький котелок, где уже закипала вода с собранными ягодами. Он отпивал горячий отвар небольшими глотками.– Ха, согревает. Неплохо. Но что же ждет меня дальше? -Он поднял глаза к небу, где сквозь непроглядный полог листвы пробивалась лишь одна-единственная яркая звезда.

Хруст.

Вихо мгновенно опустил котелок, и его рука легла на рукоять меча взятого с собой из Хейла.– Мы не причиним тебе вреда, человек – прозвучал спокойный, низкий голос из темноты.К свету костра из чащи вышла фигура. Высокая, под три метра, закутанная в белый, струящийся балахон. Из-под капюшона светились усталые глаза цвета пепла, а длинные, заостренные уши сразу выдавали расу. Эльф.– "Мы"? – настороженно переспросил Вихо, слегка ослабив хватку на рукояти.– Все мы связаны этим лесом. Значит, мы едины. Мы – это лес, как лес – это мы – ответил эльф будто констатируя факт.– Простите, я развел огонь… – Вихо сделал шаг к костру, собираясь затушить его.– Не нужно. Мы не столь категоричны. Мы тоже пользуемся огнем, едим мясо, если в этом есть необходимость, – эльф махнул длинной, изящной рукой.– Тогда прошу к огню, – Вихо отступил, давая место.Эльф опустился на землю напротив, и даже сидя, он был почти ростом со стоящего человека. Вихо пришлось запрокидывать голову, чтобы встретиться с ним взглядом.– Напиток? – протянул он котелок.– Благодарю. -Эльф взял его обеими руками. Его длинные, тонкие пальцы полностью обхватили небольшую ёмкость. Сначала Вихо подумал, что балахон сделан из тончайшей ткани, но в свете пламени стало видно: материал переливается. Он был сплетен из нитей паутины.– Что привело тебя в наш лес? Моя семья наблюдала за тобой с самого входа в лес. Ты не похож на браконьера или дровосека. – Я ищу одно место. Вы вряд ли сможете помочь… – Вихо хотел было отмахнуться, вспомнив о своей почти безумной цели – найти место исчезнувшей магии. Но что если… – Хотя, если подумать…-Он достал карту, развернул ее у огня и ткнул пальцем в северо-восточный сектор леса.– Вы знаете, что здесь находится? Мы с вами, насколько я понимаю, примерно вот тут. -Эльф склонился, и его тень накрыла карту. Он долго смотрел.– Хм. Если пройти через реку и Мертвую Рощу… там находятся земли наших предков. – Усыпальница?– Не совсем усыпальница. Наша летопись гласит, что первое племя образовалось там, под светом солнца. Если ты хочешь понять, что это значит – посмотри на небо. -Вихо поднял голову. Сплошной черный потолок из листьев.– Наша Мать укрывает своих детей листвой. И чтобы выйти из её слишком тесных объятий, чтобы поговорить с ней лицом к лицу, мы ходим туда. Там открытое место – поляна в форме кольца, где нет деревьев. – Тогда не могли бы вы меня туда проводить? – в голосе Вихо зазвучала надежда.Эльф покачал головой:– Мы перестали ходить туда. Голос Матери больше не говорит с нами. Она огорчилась на нас. Ты, наверное, уже заметил, что лес болен. -Тишина затянулась, нарушаемая только потрескиванием поленьев.– Ну, ничего не поделать. Вы не будете против, если я пойду туда один? – наконец спросил Вихо.– Нет. Разговор с Матерью доступен всем детям этого мира. Но я не думаю, что она ответит.-Просидев еще немного в беседе, Вихо почувствовал, как его веки становятся свинцовыми. Усталость от долгого пути, тепло костра и монотонный голос эльфа сделали свое дело. Он задремал.

Проснулся он от мягких, но ощутимых покачиваний. Оказалось, что он лежит на руках эльфа, который легко нес его сквозь лес. Усталые, почти призрачные черты лица эльфа были устремлены вперед.– Куда мы идем? – пробормотал Вихо, не до конца придя в себя.– В поселение. Ночью в этой части леса опасно. Можешь еще поспать.-И, не зная почему, Вихо захотелось поверить этому низкому голосу. Он снова погрузился в объятия забытья.Ему снился сон. Сияющая синяя нить протянулась сквозь сумрак леса. Он пошел по ней. Нитка привела его к руинам, заросшим мхом. Он поднялся по полуразрушенной каменной лестнице и увидел алтарь, где нить обрывалась, упираясь в отпечаток ладони. Вихо опустил свою руку на холодный камень и…

…он проснулся. Лежал в мягкой, странной кровати, укрытый душистыми листьями. Комната была высокой и узкой, словно выдолбленной внутри огромного пня или ствола. Он спустился и вышел наружу.

Оказалось, что все поселение эльфов располагалось под сенью гигантских деревьев, между их массивными, выступающими из земли корнями, которые образовывали естественные арки и стены. Эльфы были заняты своими делами. Кто-то шил одежду, ловко работая с тончайшими паутинными нитями. Другие готовили еду на небольших очагах. Женщины, подоткнув полы балахонов, давили ягоды в каменных ступах. Дети играли: один размахивал деревянным мечом, другой, накинув на себя плащ из переплетенных веток и листьев, изображал лесного монстра.

Вихо прислонился к дереву, стараясь не нарушать умиротворённую картину. Но тут к нему подошел знакомый высокий силуэт.– Выспался? – Да. Спасибо, что донесли. Могу узнать ваше имя?– Не за что. Меня зовут Таил.– Я Вихо. Приятно познакомиться.-Вихо по привычке протянул руку для рукопожатия. Таил слегка улыбнулся и осторожно пожал ее. Его ладонь была почти в два раза больше, сухой и шершавой от работы с деревом.– Приглашаю к столу. Уже обед.-Таил провел его к длинному, низкому столу из цельного бревна, вокруг которого собрались почти все жители поселения. Они смотрели на Вихо не со страхом, а с живым, неподдельным интересом. Человек в их краях был редчайшим гостем.– Прошу принять нашего гостя, Вихо, со всем радушием, что у нас еще осталось, – торжественно произнес Таил, обращаясь к сородичам. – Даже если наш лес болен, это не значит, что мы должны отворачиваться ото всех.Началось знакомство. Дети с любопытством теснились вокруг, предлагая ему попробовать свежевыжатый сок в деревянных чашках. Вихо поначалу брезгливо поморщился, но Таил его успокоил:– Не волнуйся, сок проходит фильтрацию через особый мох. У нас чисто.-Обед прошел тепло и непринужденно. За простой едой, шутками и расспросами Вихо на миг почувствовал себя будто вернувшимся в шумную столовую магической академии, такой далекой и почти забытой.– А где ваш лидер? Король? – спросил он у Таила.– Высшие эльфы живут отдельно. Видишь то дерево, самое высокое? – Таил указал вдаль, где один исполинский ясень возвышался над собратьями. – На его вершине находится Совет Высших. Большую часть времени они не спускаются вниз. Размышляют. А король погрузился в долгий сон. Мы верим, что он проснётся в необходимый час.– Вот как…-Последующие дни Вихо знакомился с культурой эльфов. Он знал о них только из книг, и все увиденное своими глазами завораживало. Ему показали, как прясть и ткать из паутины, и даже сшили для него легкий, но невероятно теплую рубаху. Надев её, Вихо не мог поверить, что это не дорогая ткань, а паутина – материал совсем не липкий и приятный на ощупь.

В этой атмосфере покоя и гостеприимства он смог по-настоящему отдохнуть. Но это не отменяло того, что лес был болен. Еды вокруг их поселения почти не было, а та, что была, оказывалась непригодной. Вихо наклонился и поднял одну из ягод. Она была черной и пахла гнилью. Как и прочие дары леса в нескольких километров. Вода в ручьях на первый взгляд казалась чистой, но, попробовав, он ощутил горький привкус. Эльфы собирали пищу и охотились за пределами зараженной зоны. На охоту они ходили с огромными луками, тетиву которых Вихо не смог бы натянуть даже втроем. И чем дольше он находился в деревне, тем яснее становилась подлинная ситуация. Многие эльфы болели: высокая температура, потеря аппетита, у некоторых появлялись волдыри. Он пытался исследовать почву, воду, но его познания в алхимии не давали результатов. Здесь он был бессилен. О мог лишь создавать небольшие лекарства смягчая симптомы.

И вот однажды пришла тревожная новость. Группа добытчиков попала под внезапный оползень. Вихо, не раздумывая, помчался вместе с другими на помощь.

Вытаскивая засыпанных и оказывая первую помощь, он обратился к Таилу, который перевязывал раненого:– Таил, это часто случается?– За последний месяц – уже в третий раз, – в голосе эльфа звучала усталая горечь.Вихо, натирая соком целебных листьев рану другого эльфа, огляделся. Его взгляд, привыкший анализировать, цеплялся за детали. Молодая поросль под пологом гигантов была чахлой, бледной, ей не хватало света. Сами же древние деревья, поглощая свет, казалось, уже не могли им воспользоваться – они были слишком стары. А из-за постоянной сырости и темноты почва превратилась в переполненную губку, воде было некуда уходить.– Таил, – тихо начал Вихо, когда основная суета улеглась. – У меня есть идея. Но твоему народу она… не понравится.– О чём ты?– Посмотри. Лес задыхается. Гиганты отнимают свет у молодняка, но сами уже не растут. Почва переполнена водой, отсюда и оползни. Нужно… – Вихо сделал паузу, собираясь с духом. – Нужно частично избавиться от этих исполинов. Проредить их. Тогда свет пробьется к земле, молодая поросль окрепнет и начнет испарять воду, осушая почву. Лес сможет обновиться. И меньше будет таких происшествий.– Ты предлагаешь… срубить Древних? – в глазах Таила мелькнуло нечто, похожее на ужас.– Не всех. Выборочно. Чтобы спасти остальных.– Это богохульство! Деревья – наши предки, наша память! – рядом стоявший старый эльф-ремесленник, услышав их разговор, не выдержал.Начался спор. Сначала тихий, затем все более горячий. Собрались другие жители. Одни, самые молодые, смотрели на влажную землю и кивали, понимая логику Вихо. Другие, постарше, качали головами, их лица были искажены страхом и гневом.– Он говорит, чтобы мы убили свою историю! – кричали одни.– А иначе история закончится здесь, вместе с нами! – парировал другие.– Мы переживем! Лес силен!– Силён? Посмотри вокруг! Он и наши собратья умирают на наших глазах!-Таил, скрестив руки на груди, слушал все это, его лицо было каменным. В конце концов, когда крики поутихли, он вздохнул.– Твои слова имеют смысл, Вихо. Но одного моего слова мало. Я поговорю со Старейшинами.-

Вечером Вихо стоял, опершись о дерево, и смотрел на ритуал эльфов, оплакивающих погибших. Они предавали тела земле у корней деревьев, напевая песни на языке их народа. Их мелодия была грустной, хоть слов и нельзя было разобрать. Ветер, будто внимая этим песням, проходился по верхушкам деревьев, шелестя листьями.

Прошла неделя. Вихо уже стал почти своим в поселении, помогая чем мог. Но однажды с вершины великого ясеня спустились трое Старейшин. Их лица были закрыты масками из высохшей коры. Они выслушали Таила и готовы были ответить Вихо.– Чужак,– заговорил один из них. – Ты предлагаешь нам совершить величайшее святотатство – поднять руку на Древних, на плоть и кровь нашего леса. Это богохульство. Мать-богиня будет в гневе от этих действий. Твои советы не званы и опасны. Ты должен уйти. Сегодня же.-Таил и несколько других эльфов попытались возражать, пытаясь вступиться за гостя.– Он хочет помочь!– Его план имеет смысл!-Но Старейшины были непреклонны. Их решение, вынесенное с высоты, было окончательным.– Всё в порядке, – тихо сказал Вихо, собирая свою нехитрую поклажу. Он не хотел видеть, как собственный народ спорит друг с другом.– Они правы. Я всего лишь чужак, идущий своей дорогой. Спасибо за кров и еду, Таил, и всем остальным тоже спасибо за гостеприимство.-Он взглянул на друга, кивнул и без лишних слов направился в ту сторону, откуда, по рассказам, лежала дорога к святилищу эльфов. Он и так задержался здесь дольше, чем планировал, но зато хорошо изучил ближайшие земли.

Через день пути он вышел к реке. Она бушевала, стремительным, пенистым потоком прорываясь сквозь лес.– Сильное течение. Вплавь не перейти, унесет или разобьет о камни, – констатировал Вихо.Он пошел вдоль берега в поисках переправы. И нашел. Через реку были разбросаны огромные, скользкие от воды и мха валуны, образуя ненадежный, но все же возможный путь. Он оценил расстояние между камнями, силу течения и собственную ловкость.-Либо сейчас, либо никогда-Он прыгнул на первый камень, едва удержав равновесие. Второй прыжок, третий… Сердце колотилось, вода ревела внизу. На последнем, самом скользком камне его нога поползла, но он успел оттолкнуться и в последнем усилии перекатился на противоположный берег.

Дальше началось болото. Воздух здесь был густым и сладковато-гнилостным. Туча комаров тут же налетела на него. Вихо быстро достал из сумки листья мяты, размял и натер открытые участки кожи. Надоедливые насекомые отступили. Деревья здесь были ужасны: кривые, черные. Они создавали гнетущую, мертвую атмосферу. Он стоял по щиколотку в воде.

Шорох. Плеск. Небольшие волны двинулись в его сторону.

Вихо отреагировал мгновенно, отпрыгнув в сторону. Из мутной воды более глубокого участка вынеслась крупная, чешуйчатая тварь, похожая на ящерицу размером с большую собаку.– Василиск? – пронеслось в голове.Он юркнул за полузатопленный камень.-Хороший вопрос. Сохранил ли он свои свойства после исчезновения магии? Может ли до сих пор обращать в камень взглядом?-На раздумья не было времени. Существо, явно обладая отличным обонянием, уже почуяло его резкий запах мяты и, развернувшись, бросилось в атаку. Вихо выхватил меч. Рисковать было нечем. Он решился.Он выскочил из-за укрытия и прямо посмотрел на надвигающуюся рептилию.И ничего. Желтые, вертикальные зрачки расширились, но никакого парализующего ужаса, никакого окаменения. Магия исчезла и отсюда.– Значит, придётся вспомнить тренировки с Эрвином! – крикнул Вихо, больше для себя. Хоть он и был хуже Эрвина во владении мечом, но базу знал. Он принял стойку, положив тяжелый клинок на плечо, а левую ногу поставил широко вперёд. Василиск приблизился, шипя, и попытался укусить его. Вихо отскочил, и в следующее мгновение нанес рубящий удар сверху вниз. Меч с глухим стуком впился в чешую у основания шеи, но не перерубил кость. Раздался оглушительный визг, разносящийся по болоту.

Раненый, загнанный в угол зверь стал яростнее. Он начал кружить вокруг Вихо, выискивая момент для броска, бил хвостом. Вода хлюпала под ногами, мешая двигаться. Вихо знал, что выносливости у него меньше, чем у монстра. Да и от тяжелых ударов по мечу руки начинали дрожать. Нужно было заканчивать.

Очередной бросок. Ящерица открыла пасть. Вихо не стал отскакивать. Вместо этого он шагнул навстречу, вложив в удар всю силу корпуса, и вонзил меч острием в открытую пасть, под самое нёбо. Под собственной скоростью и весом тварь пронзила себя сама почти на полклинка. Она затрепетала, из горла хлынула черная кровь, и вскоре огромное тело рухнуло в воду, поднимая брызги.

Вихо, тяжело дыша, достал охотничий нож. Ему впервые удалось увидеть магическое животное после исчезновения маны. Разрезав тушу, он не нашел ничего необычного- ни сияющего кристалла, ни сгустков энергии. Это была просто огромная, жесткая ящерица. И все. Аккуратно разрезав ядовитый мешочек, Вихо собрал немного токсина во флакон – для последующих, уже чисто алхимических исследований. Вытер лицо и руки от крови и двинулся дальше.

Полдня пути и он выбрался с болота. И перед ним открылось то самое зрелище из рассказа Таила.

Большая поляна, идеально круглой формы, будто вырезанная гигантским циркулем. Ее окружало плотное кольцо всё тех же мрачных деревьев. Если бы трава здесь была зелёной, а не бурой и примятой, это место и вправду казалось бы сказочным. А в самом центре круга стояли руины. Те самые руины из сна.

Сердце Вихо забилось чаще. Он подошел и взобрался на каменные плиты. Алтарь. Простой, грубо отесанный. Но отпечатка руки на нем не было. Вихо, затаив дыхание, приложил свою ладонь к холодному камню.Ничего.– Ха, – горько рассмеялся он. – А чего я ожидал? Что все засияет магическим светом, и магия неожиданно вернётся в мир? Может, я и вправду просто свихнулся, гоняясь за призраками…-Он облокотился об алтарь, погрузившись в тягостные размышления. Достал карту, стал сверять.-Других зацепок у меня нет. Таил говорил про Мать. Она похоже является богиней солнца. Сейчас поздний день. Может, стоит подождать зенита? Нет, тогда нужно ждать до завтра…-И тут его осенило.-Солнце… перестала говорить… А что если она перестала говорить с ними именно днём? Сон, который мне снился, пришел ночью. Значит…-Вихо, чтобы проверить свою теорию, вернулся к алтарю с наступлением темноты. Лесной мрак сгустился, и только звезды освещали поляну. Он вновь приложил руку к камню и закрыл глаза.– Хоть у меня и нет катализатора, я попробую и без него – прошептал он. – Пожалуйста… Манна, что текла веками в жилах этого мира. Если ты еще жива… отзовись. Хоть каким-нибудь знаком.-Он открыл глаза.И увидел.

То место, куда легла его ладонь, засветилось. Слабым, едва уловимым проблеском синего света.Глаза Вихо наполнились облегчением и новой, яростной верой в себя. Весь этот долгий, полный сомнений путь… он был не зря. Он не сошел с ума!Он убрал руку. Свет не погас. Вместо этого слабое сияние начало растекаться по поверхности алтаря, вычерчивая причудливые узоры из линий и точек.– Я… я не понимаю, – пробормотал Вихо, вглядываясь в хаотичный рисунок.Точки были расположены случайно, линии не образовывали никаких знакомых символов. Он прикусил губу. -Думай, Вихо, думай!– Его взгляд упал на свернутую карту в его руке.– Карта… Это же карта! Но не местности…-Он поднял голову к звездному небу, затем снова на узор. И понял.– Звездная карта! Это карта ночного неба!-Дрожащими от волнения руками он достал чистый лист пергамента и уголь. Тщательно, стараясь не сбиться, перерисовал светящийся узор. Потом, используя подручные средства и свои старые навыки, стал вычислять. Он сопоставлял положение "звезд" на алтаре с реальными созвездиями, искал ориентиры…– Варварские земли? Нет, дальше… Степь… Степь Западного королевства Квурга? Но почему там?..-И вдруг все встало на свои места.– Точно! Там же находится Разлом! Тот самый, где пять лет назад велись раскопки какого-то древнего строения еще до смены прошлого короля! Именно там! -Свет на алтаре начал меркнуть, тускнеть. Вихо, выдохнув, решил проститься с последним вздохом манны и прикоснулся ладонью к последнему светящемуся очажку.И в его голове, тихо, как далекое эхо, прозвучал Голос. Нежный, печальный и бесконечно усталый.-Дитя… Прости… Нести бремя… в одиночку… Разрушение… Вина… Остановить…-Голос оборвался. Исчез. Богиня Солнца? Мать леса? Он не знал.Вихо убрал руку с алтаря. Свет погас окончательно. Но в его зажатой в кулаке ладони что-то было. Он разжал пальцы.На них лежал небольшой, гладкий, оранжевый камень. Он был теплым, как живой, и в его глубине словно пульсировал крошечный солнечный зайчик. Вихо не знал, для чего он нужен, но сердце подсказывало – эта вещь невероятно важна.– Значит, легенды были искажены, – прошептал он, сжимая камень в ладони. – И сам источник, причина всего, находится в том Разломе, а не здесь. Значит, мой путь лежит через земли варваров, а потом в Квург… Но возвращаться обратно через горы слишком долго и опасно.-Он развернул карту. Его палец пополз на северо-восток, к краю леса.– Неделя пути… и портовый город. Оттуда можно будет добраться морем. Это сократит путь на несколько месяцев.-Вихо взглянул на темные руины, на звезды над головой, крепче сжал в руке теплый камень. – Сегодня нужно сделать привал, а завтра снова в дорогу -

Утром Вихо двинулся обратно к реке, уже зная дорогу. Он прошёл болото и приближался к знакомой переправе, когда впереди, сквозь чащу, раздался оглушительный треск. Земля под ногами дрогнула и пошла волнами. Казалось, что весь склон начал сползать вниз.

Это был не просто обвал – это было образование нового разлома. Гнилые корни древних исполинов, подмытые грунтовыми водами, не выдержали. Вихо бросился в сторону, но движущийся пласт земли и переплетённых корней настиг его. Он успел вцепиться в обнажённый корень старого дуба, и его рывком бросило вперёд, к самому краю свежего обрыва. Он повис над чёрной пропастью, чувствуя, как пальцы немеют под тяжестью тела. Лишь когда грохот и треск прекратились, он сумел подтянуться и выползти на твёрдую почву.

– Что это было? – выдохнул он, лёжа на спине и глотая воздух.Снизу, из темноты провала, доносилось настойчивое журчание. Множества потоков, сливающихся в один.– Грунтовые воды… Они окончательно вымыли почву. -

Он отряхнулся, и двинулся дальше. Когда он добрался до реки, то увидел не бурный поток, а широкое, грязное ложе, с которого лишь кое-где стекали ручейки. Вода ушла. Вернее, нашла новый путь.

– Если вода не здесь… то куда она хлынула?-С дурным предчувствием он побежал вверх по высохшему руслу. Картина, открывшаяся ему, была необычной. Несколько деревьев, подмытых у основания, рухнули каскадом, словно костяшки домино, перегородив реку в самом узком месте плотной грудой стволов и вывернутых корней. Выше этой живой плотины вода уже вздулась мутным, пенным озером, подпирая завал. А ниже, в сторону лесной ложбины, где было поселение, уже пробивался новый, злой на вид ручей, с каждым мгновением углубляя своё русло.

Поселение эльфов находилось в естественной котловине, защищённой со всех сторон склонами. И теперь эта вода текла прямиком в эту чашу.

Прямо к ним.

-Мне нужно идти в портовый город. Они меня уже изгнали. Что изменится, если один человек прибудет на помощь?-

Он сделал несколько твёрдых шагов по дороге к своей главной цели. Но вскоре ноги сами собой остановились. В ушах звенела тишина, нарушаемая лишь далёким рокотом воды. Он развернулся.

– Даже один человек может многое – хрипло сказал он сам себе, сжимая кулаки. – Даже одна спасённая жизнь перевешивает все разумные доводы. Я должен попытаться помочь. -

И он побежал. Напрямик, через бурелом и чащу, туда, где остались те, кто назвал его другом и чужаком.

Путь, занявший в спокойном темпе полтора дня, он преодолел за один выматывающий марафон. Он иногда останавливался, жевал сушёное мясо на ходу, пил воду из фляги, чувствуя, что играет в гонку со смертью . Когда он, наконец, вывалился на опушку перед знакомой котловиной, его ноги подкосились.

То, что он увидел, заставило забыть об усталости.

Вся низина, где ещё недавно кипела тихая жизнь, превратилась в бурлящее озеро. Вода поднималась уже до нижних ветвей гигантских деревьев. Эльфы, словно испуганные птицы, толпились на высоких суках и крышах уцелевших деревьев.

– Все спаслись? – прокричал Вихо, с трудом переводя дух.Из группы на ближайшем дереве обернулся знакомый охотник.– Вихо? Это ты! – в его голосе была растерянность. – Не все. десять наших… пропали. Первый вал воды был стремительным. Он смыл тех, кто был на земле, и запер остальных в домах-

Прошло уже несколько часов. Шансов было мало. Но Вихо вспомнил устройство их жилищ – полости в корнях с узкими ходами.– Внутри корней могли остаться воздушные карманы! – почти закричал он, сбрасывая с плеч сумку, плащ – Если их не затопило полностью, они ещё живы!-

– Воздушные карманы? – переспросил один из старых эльфов, глядя на него пустыми глазами.– Нет времени объяснять! Нужно нырять и искать! Кто умеет хорошо плавать?-

В ответ повисло тяжёлое молчание. Эльфы, дети леса, никогда не учились плавать. Их стремительная река была не для купания.

Вихо почувствовал, как ярость и отчаяние поднимаются комом в горле. Геройствовать он не хотел. Его тело устало. Но уйти теперь, зная, что там, под чёрной водой, могут задыхаться живые люди… он физически не мог.-Это безумие. Я упаду и утону на первом же метре – пронеслось в голове.

– Дайте мне ваши луки! Самые прочные! – его голос прозвучал резко, почти как приказ.Растерянные эльфы засуетились. Он сел на древесный пол, и стал снимать тетиву с каждого лука. Руки тряслись, узлы выходили корявыми, приходилось перевязывать. В конце концов он сплёл длинную, крепкую верёвку. Одним концом он обвязался под мышками, другой протянул самым сильным эльфам.– Слушайте! – он говорил, задыхаясь. – Один рывок – дайте слабину. Два – тяните осторожно. Три резких рывка – тащите что есть сил, сразу, без раздумий. Если не вытащите… не будет ни меня, ни их. Поняли?-

Он не стал ждать ответа. Стоя на толстой ветке над тёмной водой, он посмотрел вниз. Его отражение смотрела на него.– Ладно – прошептал он. – Я сам сюда пришёл-

Первое погружение. Ледяная вода обожгла кожу, вышиб воздух из лёгких. Также вода была настолько мутной от ила, что уже в сантиметре от поверхности царила полная тьма. Он плыл с закрытыми глазами, ориентируясь только на память и осязание, нащупывая руками знакомые проходы между корней. Он ударялся головой о стены, терял направление, паника начинала сжимать горло. Он дёрнул верёвку один раз – ему дали слабину. Нащупав полость, втолкнулся в неё, вынырнул в маленьком воздушном кармане, хватая ртом спёртый, влажный воздух.

– Здесь есть кто?!-В ответ – лишь эхо его собственного голоса и звук капель. Он, ругаясь, выбрался обратно и подал сигнал, чтобы его вытянули.

– Никого – откашлялся он, цепляясь за корень. Тело сотрясала дрожь. – Вода прибывает… карманы заполняются… нужно действовать быстрее.

Он нырял снова. И снова. Работал уже не мышцами, а чистой волей, посылая в онемевшие конечности один приказ: -ДВИГАЙСЯ. ИЩИ-. Он выныривал, давясь водой, его вытаскивали на корни, и он лежал, пока эльфы растирали ему руки и ноги грубой тканью.

– Остановись, человек! Ты убьёшь себя! – кричали ему.Он лишь мотал головой, не в силах вымолвить слово. В его глазах горело нечеловеческое упрямство, перешедшее в одержимость.

На четвёртый раз в дальнем кармане его отчаянный крик -Есть тут кто?!– был встречен тихим всхлипом.– Дядя Вихо? – два тонких, испуганных голоса прозвучали почти одновременно.В тусклом свете, пробивавшемся через щель, он увидел двух эльфийских детей, прижавшихся друг к другу от испуга. Их пепельные глаза были полны слез.– Смотрите на меня – его голос сорвался на хрип. – Сейчас я вас выведу. Закройте глаза, зажмите носы и не дышите. Обещаю, через несколько секунд вы увидите маму. Договорились?-

Они испуганно кивнули. Он крепко обхватил их, дал три отчаянных рывка – и их с силой потащили сквозь водоворот на свет, к протянутым рукам сородичей.

Так прошёл час. Он нырял снова и снова, двигаясь уже на автомате, сквозь нарастающее оцепенение и боль. нашёл ещё нескольких – живых, в панике, но целых. Потом наткнулся на тело. Мужчина-эльф лежал без движения. Вихо подплыл, в темноте нащупал лицо, поднёс пальцы ко рту. Дыхания не было. Тело было холодным.– Чёрт… – вырвалось у него, полное бессильной ярости. Но всё равно вытащил.

Итог был жестоким. Восемь эльфов найдено. Четверо из них мертвы. Двоих он так и не обнаружил.

Вихо сидел на корне, сгорбившись. Его трясло непрерывной мелкой дрожью, он откашливал коричневую от ила воду. Он спас четырёх. Благодаря ему и слаженной работе эльфов наверху, которые тянули верёвку. Человеческие силы, даже подкреплённые яростью, имеют предел.

– шестеро… потеряны, – прошептал он хрипло.

Потом его взгляд упал на одно из бездыханных тел, аккуратно укрытых тканью. Из-под края виднелась знакомая прядь волос и шрам на руке. Он медленно подошёл и откинул край. Таил. Его лицо было спокойным, будто он спал.

Потом когда Вихо уже отходил от холода, к нему подошла мать одного из пропавших. Не со словами благодарности, а с тихим вопросом: -Вы… вы точно везде посмотрели? Может, там, в самом дальнем углу…– И ему пришлось смотреть ей в глаза и качать головой, чувствуя себя отвратительно. -Я понимаю, простите, что потревожила-

Вихо отвернулся. Он посмотрел на своё отражение в стоячей воде. Оно казалось искажённым.– И зачем… – его голос был едва слышен. – Зачем я вообще начал это путешествие? Чтобы везде опаздывать? Чтобы своими глазами видеть несправедливость мира?-

Ответа не послышалось. Но через мгновение на его голову упал лёгкий венок из папоротника и лесных увядающих цветов.– Спасибо, что спасли мою маму – тихо сказал маленький эльф.– Спасибо за спасение моих сыновей – добавила эльфийка, обнимая тех, кого он вытащил в первую очередь.Один за другим эльфы подходили – с молчаливым кивком, с тёплым объятием. Благодарность была тихой, но от этого не менее весомой.

К нему подошёл охотник, что говорил с ним утром. Тот крепко сжал его плечо.– Вихо. Ты – не мать-богиня. Ты спас четверых. Без тебя мы бы не справились даже с этим. Ты не был нам обязан. После того как старейшины изгнали тебя, ты продолжал думать о нашем благополучии. А они… – он бросил тяжёлый взгляд на высокое дерево – даже во время бедствия не спустились. Мы решили. Когда вода спадёт и мы похороним своих… мы начнём прореживать лес. Как ты и советовал. И отделимся от Высших. Они – пережиток прошлого, который чуть не стал для нас могилой. -

– Спасибо тебе, – прозвучало со всех сторон. Единодушно.

Горький комок в горле Вихо понемногу рассасывался. Он с огромным трудом поднял голову. Новая, усталая, но искренняя улыбка тронула его бледные от воды губы.– Я… ничего особенного не сделал. Просто… не смог пройти мимо. Но… благодарю вас. За эти слова.-

Он снял с головы венок – тот, что сплёл ребёнок. И почувствовал, что тяжесть в груди стала хоть немного легче.